Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Надо бы захватить хотя бы пару-тройку свитков с собой, если не найдётся ничего более полезного. А пока что подняться повыше и поискать…

Сверху раздался сдавленный вздох, и я поднял голову. С одного из верхних ярусов на меня с ужасом смотрела альвийская женщина в тяжёлом тёмно-синем платье. Я не успел разглядеть её как следует, не то что окликнуть, как она исчезла, часто застучав подошвами по деревянному полу.

Кто это был? Мародёр? Не похоже, если я что-либо вообще понимал в мародёрах. Застрявшая здесь гостья? С каких пор? Отобранная Полуночью кандидатка на слугу, пойманная замком в капкан, но не успевшая умереть?

Что-то здесь не сходилось, и не сходилось капитально. Но, прежде чем я успел найти лестницу, ведущую на ярус, где находилась незнакомка, башня Вечности преподнесла мне ещё один сюрприз.

Шестеро воинов, в однотипных доспехах, вооружённых копьями и овальными щитами. Они посыпались мне на голову, окружая со всех сторон, профессионально перерезая дорогу к отступлению. Охрана сбежавшей барышни? Другие мародёры? Но если судить по униформе, гораздо больше эти орлы напоминали моих собственных гвардейцев – за исключением абсолютно незнакомых лиц.

– Кто вы такие? – резко спросил я, не обращая внимания на ощерившиеся копья. – Кто дал вам право поднимать оружие против законного хозяина Полуночи?

Если повезёт, я их просто припугну, и они расколются о происходящем. Не повезёт – будет драка, шестеро против одного. Всё моё оружие за исключением Райнигуна осталось в кладовой и спальне, я совершенно не подготовился к походу.

Но далеко в прошлом осталась та ночь, когда подобная ситуация могла считаться хоть сколько-то опасной.

Стоящий напротив меня воин поднял щит и, кажется, что-то сказал. Только вот вместо слов у него изо рта вырвались невнятные обрывки речи, разрозненные слога, не складывающиеся даже во фразу на иностранном языке.

– Что? – на всякий случай переспросил я, достаточно вежливо.

И тут же получил за свою вежливость копьём в бок. Ладно, это было достаточно ожидаемо. Если разговоры не подействовали на старых автоматонов, то почему должны сработать на людях?

Шаг назад, пропустить острие перед собой. Перехватить, легонько ткнуть в обратку – чтобы владелец копья отлетел на пару метров назад и скрючился на полу, держась за живот. Использовать копьё, чтобы парировать и увести в сторону ещё три выпада, один за другим.

Обломать, отшвырнуть.

Притянуть, встретить воина ударом колена под дых, смяв броню на животе – после такого он долго не встанет.

Позволить третьему рвануть вперёд, уйти в сторону, сталкивая с наседающим сзади четвёртым – поразительно, как они друг друга не проткнули.

Пятый оказался наиболее осторожным, отступив на безопасное расстояние, зато шестой возомнил себя берсерком. Отбросив копьё и щит, он рванул из ножен короткий, но весьма острый на вид меч, а в другой руке сверкнул кинжал. Не теряя времени, он бросился на меня сбоку, прикрывшись заслоном из свистящей стали.

Или чего-то менее прочного? Возможно, бронзы? На глаз было тяжеловато определить, а всмотреться времени не было – пришлось встречать полоумного тычком копья в левую ногу, схватить за горло, когда он по инерции пролетит поближе, и сразу отбросить – напротив, подальше.

Я не планировал никого убивать. Дисбаланс сил был настолько велик, что для меня угроза практически отсутствовала. К тому же, потенциально было куда легче разговорить странных бойцов, не побуждая их на кровавую месть за падших собратьев. Но так получилось, что я слегка не рассчитал траекторию, и отброшенный «берсерк» вылетел точнёхонько в тёмный проём к предыдущему залу.

Невероятно, но бедолага успел зацепиться за край проёма, и удержался от того, чтобы слететь с каменных ступеней вниз головой. Я слегка расслабился – и совершенно напрасно.

Удержавшая воина рука вдруг покрылась морщинами, кожа стала сухой и тонкой, как пергамент в окружающих нас свитках. Его глаза глубоко запали в глазницах, челюсть отвисла, а новенькая и блестящая броня покрылась ржавчиной, ссыпаясь на пол некрасивыми кусками. Никто больше не пытался сражаться – все в ужасе наблюдали, как за считанные секунды молодой и здоровый мужчина превращается в дряхлого старика, иссохший скелет, и, наконец, кучку праха на полу.

Но что хуже всего – его смерть запустила цепную реакцию.

Там, где он упал, деревянные доски пола почернели, треснули и рассыпались, а порча двинулась дальше, распространяясь по кругу с непередаваемой скоростью. Падали шкафы, столы и стулья, свитки рассыпались в мелкую пыль. Один из отброшенных мной копейщиков не успел встать на ноги – и тут же разделил участь своего товарища. Остальные бросились бежать, но порча была быстрее, гораздо быстрее. Лишь двое достигли второго яруса, чтобы погибнуть уже там – так же стремительно и ужасно, как и все остальные.

Минута? Две? Я не засекал время, ошеломлённо взирая на безумный каскад увядания. Меня он не затронул ни малейшим образом, не считая полнейшего шока от происходящего. Допустим, прошло пять минут – и я остался в полном одиночестве посреди голых каменных стен, окружённый лишь прахом и пылью.

Похоже, Башня Вечности была накрыта барьером вовсе не для защиты от мародёров.

Глава девятая

Проход на следующий этаж находился высоко – под самым потолком, и теперь туда не вело никаких лестниц, ни деревянных, ни каменных. Я сделал круг по опустевшему залу, чтобы убедиться, что здесь не осталось ничего полезного. Порчу пережили только некоторые масляные светильники, отделавшись коррозией на металлических частях и оплывшими, потемневшими стёклами. Только что я держал в руках тонкий пергамент, сидел за столом, сражался, и теперь всё это буквально пошло прахом. Если это была иллюзия, то такая, что комар носа не подточит. Такая, что может либо буквально оторвать голову, либо заставить сойти с ума – один вариант лучше другого.

Не забыть бы по возвращению расспросить Геннадия – он в этой сфере специалист.

Промежуточная задача – добраться до выхода на верхний этаж. Она бы решилась очень просто, захвати я в переносном кармане крюк-кошку, но что толку жалеть об упущенных возможностях? Благо, стена неровная, так что отращиваем «Метаморфом» цепкие когти, вытягиваем тело по типу ящериц-гекконов и начинаем осторожный подъём. Жаль, сколько ни пробовал, механизм присосок так и не освоил – тот оказался гораздо сложнее, чем казался на первый взгляд…

Но и текущий вариант вполне годился, если не дёргаться и не торопиться.

У меня был отличный шанс сорваться ближе к самому концу восхождения, но я им не воспользовался. Минуты три – и я снова оказался на твёрдом камне, вновь ощущая, как по коже бегут мурашки, а шерсть, оставшаяся после «Зверя», встаёт дыбом. Здесь ощущение аномалии казалось ещё сильнее и длилось на добрые полминуты дольше.

А когда оно рассеялось, я услышал голоса.

– Цверги отказались… Гильдии…

– … мы не можем. Это нарушит…

– … время.

Под накинутой «Вуалью» я с большой осторожностью вышел в новый зал, по размерам не уступающий предыдущему. Стиль снова изменился – светлое дерево сменилось красным и чёрным, полки стали тяжелее, их содержимое – немного более современным. Теперь на них развалились, зачастую весьма беспорядочно, тома по архитектуре и механике, свойствах различных материалов и магических ритуалах для помощи строительству. Не меньше трудов, пожалуй, чем лежало свитков в прошлом зале, и гораздо крупнее по объёму. Зал определённо был библиотечным, но в данный момент оборудован для нужд одной группы людей, сидящих за большим столом в центре.

Или же был оборудован когда-то?

Фигуры, что расположились за столом, даже нельзя было назвать «призрачными». Призрачность подразумевала некоторую, прозрачность, размытость. Здесь же в воздухе словно висела цветная мозаика, в которой не хватало больше половины кусков. Части тела, что двигались без какой-либо видимой связи друг с другом, но сами не видели в этом никаких проблем.

Зрелище столь же жуткое, сколь и необычное, и как будто не имеющее ничего общего с предыдущим залом.

Итак, длинный стол в центре помещения, за ним – четверо, двое мужчин и двое женщин. Вроде бы. Не точно. Поскольку из них более-менее «целой» была лишь одна, высокая и мускулистая леди за тридцать, спрятавшая кольчугу под рабочий комбинезон. Из её головы торчали два скруглённых бараньих рога, но это лишь придавало ей шарма.

– Сроки горят, – веско сказала она, хлопая левой ладонью о поверхность стола – правая у неё отсутствовала. – Половина помещений не работает уже сейчас, и каждую ночь ломается что-то новое. Без внешней помощи…

Её речь всё-таки прервалась, и следующие слова растворились в «белом шуме». После небольшой паузы вступал следующий говорящий:

– Цверги отказались… Гильдии…

Другим заседающим повезло куда как меньше. От одного, к примеру, остались одни только крупные руки. Руки нервно барабанили по столу пальцами, увешанными драгоценными перстнями, и невольно привлекли моё внимание. На левой руке кольца чередовались – перстень с рубином, сапфиром и топазом. На правой рубин и топаз были симметричны левой, а вот перстня с сапфиром не было. Забыл надеть перед встречей? А заодно и голову забыл, по классике…

Вторая женщина голову не забыла, но щеголяла лишь верхней частью лица. Её расу можно было попробовать угадать по выразительным жёлтым глазам с вертикальным зрачком, но мне не удалось. Сколько я правил в Полуночи, а таких не видел, ни среди посетителей, ни среди врагов.

Наконец, во главе стола сидел мужчина без головы, спины и живота, но сохранивший часть смутно знакомых светлых волос. Он тяжело опирался на стол, терпеливо выслушивая плохие новости.

Без лиц и ртов было тяжеловато сказать, кому принадлежал тот или иной обрывающийся голос, зато и тему можно было не объяснять. Они спорили о поломке Полуночи.

Поразмыслив, я скинул «Вуаль» и подошёл поближе – это не вызвало ни малейшей реакции за столом. Что бы из себя ни представлял этот зал, аномалия в нём «работала» по совершенно иным правилам, чем в предыдущем.

– … мы не можем. Это нарушит…

– … время.

Театральная сцена, вырезанный фрагмент из фильма длиной не более пяти минут, что проигрывался раз за разом на повторе. Испорченный фрагмент к тому же, позволяющий сделать некоторые выводы о содержимом, но далеко не все. Предположительно, дело происходило в прошлом – семьсот или восемьсот лет назад, когда замок получил сильнейший удар, и с трудом его пережил. Именно тогда Полночь начала постепенно угасать, разваливаться, с трудом перемещать те или иные комнаты и с подозрением относиться к идее очищения старых слуг. Да и с «наймом» новых из архива душ были проблемы – ограничение только на девушек, в условиях чрезвычайно урезанных ресурсов.

Предположительно – не значит наверняка. Любая история имела тенденцию идти по спирали, тем более история места, насчитывающая более десяти тысяч лет. За это время на Земле люди успели построить цивилизацию, даже не зная, что где-то в соседних мирах несколько «вечных замков» существуют, конфликтуют, набирают силу и разваливаются. С другой стороны, Рассвет и Заря этого противостояния не пережили, так что в какой-то момент спираль должна была оборваться.

Более внимательный осмотр помещения не приблизил меня к разгадке. В этом зале я тоже находился на правах призрака, не способный толком взаимодействовать с окружением. Через одни книги мои руки проходили насквозь, другие просто отказывались открываться, третьи внутри были совершенно пусты, как дешёвый театральный реквизит. Сидящие за столом раз за разом повторяли свои слова и движения, даже когда я подходил к ним вплотную, изучая детали одежды и остатков лиц.

Спустя полчаса я сдался, утомлённый зацикленной сценой, и направился дальше.

Новый проход. Новое ощущение аномалии.

Новые голоса – совершенно иного толка.

– Хозя-ин? – проскрипел один.

– Нет, – перебил его второй. – Наруши-тель. Тревога.

Хотя бы теперь можно было с точностью сказать, что словарный запас у боевых автоматонов заметно превышал таковой у рабочих. Отличались они и по внешнему виду – не безликие двухметровые куклы, но и не произведения искусства, как Адель. Скорее нечто среднее, ожившие рыцарские латы, где каждая деталь тщательно крепилась к подвижному стальному каркасу. Ростом не менее двух с половиной метров, они оккупировали почти всё свободное пространство передо мной, не давая толком рассмотреть новый зал.

Один – который правильно опознал во мне хозяина – был вооружён боевым молотом на длинной рукояти. Второй – параноик – выставил перед собой большой прямоугольный щит и готовился атаковать копьём по типу альшписа, с тонким гранёным наконечником.

– Где там у вас, ребята, находятся выключатели? – миролюбиво спросил я. – Есть шанс сэкономить всем время и силы.

И почему никто никогда не слушает мои замечательные предложения?

Невероятно, но боевые автоматоны в самом деле умели сражаться – и битва затягивалась. Мы втроём кружили по залу, приспособленному под частную мастерскую, хотя вдоль стен здесь всё равно стояли книжные полки. Мне не хотелось повторять опыта с уничтоженным вторым этажом, да и в программе этой сладкой парочки явно была заложена установка охраны помещения и предметов в этом помещении. В итоге мы все сдерживались – и достигли почти идеального пата.

Копейщик атаковал чаще, агрессивнее, периодически выдавая столь раздражающий клич: «Тревога!» и плотно прикрываясь щитом. Его собрат с молотом молчал, бил редко, но очень точно, заставляя меня раз за разом отступать по кругу. Мои контратаки во второй форме «Зверя» оставляли небольшие царапины на блестящей броне обоих, но этим дело и ограничивалось. Будь у меня самого оружие типа полэкса, я бы аккуратно разобрал их на гайки минут за пятнадцать. Не переживай я о сохранности окружения, врубил бы третью форму «Зверя» и оторвал болванам руки да ноги.

Наконец, можно было воспользоваться Райнигуном, но мне до боли не хотелось тратить свой единственный серьёзный козырь в этом безумном месте. А если на новом этаже меня поджидает полноценный «босс»? Теоретически библиотека очищена, только вот башне Вечности об этом забыли сообщить.

Итак, что кончится раньше, мои силы или их завод?

ХРЯСЬ !

Молот молчаливого автоматона превратил в щепки кусок пола, где я стоял секунду назад.

– Тревога, – сообщил мне разговорчивый автоматон, делая точный выпад на уровне моего живота.

– Как же ты задрал, – устало сказал ему я, попытавшись перехватить копьё, но то уже ушло на изначальную позицию.

– Трево-га.

– От тревоги слышу.

ХРЯСЬ!

Я отшатнулся и с неожиданным любопытством посмотрел на врага с молотом, который сперва назвал меня хозяином, но поддался влиянию коллеги. В прошлый раз стычка с автоматонами – рабочими, но не суть важно – началась с похожего диалога. Но ни тогда, ни сейчас я не учёл некоторые факторы, способные обернуть ситуацию в мою сторону. Из пата существовало три выхода: усиленная боевая форма, Райнигун или…

– Остановись, – твёрдо сказал я, смотря прямо на молотобойца. – Приказ хозяина Полуночи.

– Хозя-ин? – переспросил тот в ответ, в самом деле слегка замедлившись.

– Наруши-тель, – вновь влез второй, но я не дал ему развить мысль.

– Моё имя… Роланд фон Харген. Носитель Райнигуна, очищающий и милосердный, создатель автоматонов. И я приказываю остановить этот бой любой ценой.

Как назло, из головы разом вылетели остальные титулы моего предка-механика, что-то связанное с металлом и архитектурой. Допустим, в данный момент они не так важны.

– Трево… – начал было копейщик, но сбился с мысли.

Сложно продолжать что-то говорить, когда тебе в голову с размаху прилетает огромный боевой молот. Топ-10 аниме предательств, не иначе! Ещё пара ударов – и битва в самом деле была окончена, в самом деле любой ценой.

Убедившись, что недоверчивый собрат больше не пытается воевать, молотобоец отложил своё страшное оружие, сел на пол, повесил голову и отключился.

Ладно, надо признать – быть носителем «крови истинных хозяев Полуночи» иногда имело свои преимущества.

В импровизированной мастерской можно было прочесть некоторое количество ценных книг – «Взгляд библиотекаря» с ними работал как надо. Будь у меня пара лишних суток, я бы сразу засел за «Основы механической архитектуры» и «Творение из металла: Стальной слуга», оба за авторством старины Роланда. Потрясающего таланта был мужик, ничего не сказать. Жаль, плохо кончил – и совершенно неясно, почему.

Подумав, я отыскал длинную бечёвку, собрал вместе и перетянул несколько самых интересных томов и отправил их в карман для предметов в качестве одного экземпляра «связки книг».

Маленькая победа, неплохая добыча. Если не считать того, что я находился в закрытой башне добрую пару часов, но ни на йоту не приблизился к основной цели. Большой вопрос, отыщет ли меня тут Жнец, но проверять совершенно не хотелось. Всё, что оставалось – продвигаться дальше, в слепой надежде наткнуться на что-то по-настоящему ценное, и тогда…

Так, а это у нас что?

Мой взгляд застыл на столике, скромно отодвинутом в угол комнаты. На остальных столах в зале были рассыпаны детали автоматонов и замысловатые инструменты, но на этом ютилась всякая мелочь. Стопка блюдец, аккуратно водружённых друг на друга, пустой графин, несколько полустёртых серебряных монет, засохшая роза. И – какое совпадение – крупный перстень с сапфиром, почти незаметный среди остального хлама. Я подошёл поближе и поднял его, задумчиво рассматривая со всех сторон.

Удивительно, насколько некоторые правила и традиции Полуночи напоминали видеоигры. Не до той степени, конечно, чтобы перед глазами мелькали цифры или монстры разгуливали с уровнями над головами. Но мои способности в какой-то мере «прокачивались», Райнигун и ключ от всех дверей получали новые заряды, а огромный массив базовой логистики осуществлялся «за кадром», просто по воле Полуночи. В связи с серьёзной поломкой это могло измениться, но факт остаётся фактом – мы с вечным замком совместно во что-то играли, периодически не стесняясь нарушать правила.

И если я хоть что-то понимал в логике видеоигр, то в предыдущей локации как раз не хватало ключевого предмета.

– Сроки горят. Половина помещений не работает уже сейчас, и каждую ночь ломается что-то новое. Без внешней помощи…

– Цверги отказались, они не хотят слушать никаких предложений. Гильдии в срочном порядке возвращают долги и закрывают контракты. Никто не говорит, в чём дело, но маршруты в тени Полуночи раз за разом остаются пусты. Моё мнение – кто-то угрожает им со стороны, и мы все знаем, кто.

– … мы не можем. Это нарушит…

– … время.

Второй говорящий и сам был цвергом – хотя явно не принадлежал к купцам. Могучий, коренастый и гладко выбритый, как и все свои собратья, по одеждам он больше напоминал придворного чародея. Перстни по сути лишь дополняли мантию, густо расшитую колдовскими символами, а также добрый десяток амулетов, свисающих с крепкой шеи. Его внешность и голос вернулись в тот же момент, как сапфировое кольцо вернулось на палец правой руки.

Теперь у зацикленной беседы появился более отчётливый контекст. Внешняя угроза, блокирующая помощь снаружи, а значит – непосредственно связанная с угрозой внутренней. Полдень? Закат? Князь в Жёлтом, Альхирет, какой-то неизвестный мне враг? У говорящих за столом было куда больше информации, для них ответ был очевиден. Но «квест» башни Вечности был далёк от завершения, поскольку из четырёх фигур сейчас нормально говорили только полторы.

Что случится, когда удастся разговорить оставшихся? Ценные сведения или бессмысленный трёп, который нередко случается во время важных заседаний? В любом случае, сейчас это была лучшая моя зацепка, которую можно было раскрутить за ограниченное время.

В углу зала что-то блеснуло, и я вовремя обернулся, чтобы увидеть, как проход на уровень ниже замерцал и покрылся мелкой рябью. Взвесив «за» и «против», я подошёл к нему и осторожно заглянул туда, где час назад оставил полностью уничтоженный ажурный зал.

Всё было на месте. Шкафы, столы, стулья, переходы, ступени и перила из светлого дерева. Свитки на полках, свёрнутые с необычайной аккуратностью. Альвийская леди в тяжёлом синем платье, увлечённая чтением на третьем ярусе. В прошлый раз я спугнул её своей бесцеремонной активностью внизу, но сейчас, по счастью, она сидела ко мне спиной и ничего не заметила.

Вопрос ещё, откуда выбегали стражники, но на него можно поискать ответ позже.

Временная аномалия, стёршая с лица Полуночи этот симпатичный зал, вернула всё как было, давая неуклюжему хозяину из настоящего ещё один шанс. Но прежде чем им воспользоваться, надо выяснить, что именно я должен там найти.

Итак, господа и дамы, чего кому не хватает?