Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 186 (всего у книги 328 страниц)

– Может, когда-то и пытаться, – скривилась Лаахиза. – Но с тех пор утечь много вода. Ныне то меч Затмения, замка без хозяина, хозяин которого стал хозяином без замка. Следишь?

– Не вполне. – признался я.

– Меч принадлежать замку, не мертвецу. Живёт своя жизнь, ведёт своя война.

– Тогда что принадлежит ему⁈ – возмутился я. – Лорд Северин фон Умбракрон жил не то, что сотни, многие тысячи лет назад! Он превратился в нежить, пытаясь остановить зарождение фамильного проклятья вечных замков!

Так глубоко в прошлое можно было забраться, лишь использовав башню Вечности, да и той больше нет – спасибо тому же Северину. Искать принадлежащий ему предмет – это даже не иголка в стоге сена, это пылинка в великой паутине. Поисковый амулет за такой запрос отрастит рот и пошлёт меня на три весёлых буквы, а мне даже возразить будет нечем.

– Это тяжёлая задача, – сдержанно сказала Эргалис. – Я пыталась найти сама, с помощью магии, но не преуспела. Буду пытаться снова.

– МОГУ ПРИНЕСТИ СЕРДЦЕ ГРИФОНА ДЛЯ КОНЦЕНТРАЦИИ. ХОЗЯИН ПОЛУНОЧИ ЛЮБЕЗНО РАЗРЕШИЛ ЛЮБУЮ ОХОТУ.

Вот уж никогда бы не подумал, что где-то в округе водятся грифоны. Не поубивал бы Бродор всех «краснокнижных» существ, которым не повезло оказаться в моём мире и выглядеть, как ходячий набор реагентов. С другой стороны, цель тоже более чем серьёзная. Избавление от Наблюдателя не только может продвинуть важнейшие исследования Лаахизы, но и лишит Шар'Гота ценного союзника. А там и до Альхирета недалеко, с его жутким околобесконечным запасом сил. Особенно если исследование Сумрака приведёт к нужному результату…

Где искать ответ, корни которого терялись в прошлом порядка десяти тысяч лет назад, а то и раньше? Похоже, что только у живых свидетелей. Полночь немного восстановила свою память в последнее время, так что шанс есть. Позволит ли Полдень вести прямые расспросы – пока под вопросом. Но что главное, Мастер в последнюю нашу встречу чётко сказал, что судьба на нашей стороне, но не уточнил дату следующей встречи.

Возможно, пришла пора самому установить с ним связь. И расспросить о его лучшем – по крайней мере, при жизни – ученике.

Глава пятая

Мне снилось, что я не мог дышать.

Причина тому была, мягко говоря, не самая банальная, но при этом – довольно-таки неприятная: всё пространство вокруг меня состояло из существа, напоминающего гигантскую астральную многоножку. Не наполнено, а именно что состояло, для воздуха места почти не оставалось. И это было одно-единственное существо, бронированное хитином и членистоногое. Источающее насыщенную колдовскую ауру, протянувшееся из ниоткуда в никуда, бесконечно переплетённое само с собой, но удивительным образом живое. Возможно, даже разумное, и уж точно осознающее происходящее. Ему совершенно не понравилось, что я оказался посреди его места обитания, и в ход пошли тысячи острейших ножек, попытавшихся разодрать меня на части – а я в ответ от души рванул его клыками «Зверя», сразу после этого задействовав «Печать Пожирателя».

Как говорится, грустно и невкусно.

Неизвестно, чем закончилось бы наше дальнейшее противостояние, но в этот момент я вздрогнул и проснулся. Глаза быстро нашли другое членистоногое, гораздо более родное и симпатичное – верховного мага Полуночи, Литу. Та, пребывающая в своём почти человеческом четырёхруком облике, смотрела на меня в ответ с заметным беспокойством. Судя по всему, бой с бесконечной многоножкой мог продолжаться гораздо дольше, если бы меня не разбудили.

– Не сработало, да?

– Это как посмотреть. – проворчал я, потирая лоб и садясь на кровати. Голова слегка гудела, во рту остался неприятный привкус, хотя я точно знал, что моё тело никуда не перемещалось и никого не кусало.

Вокруг была не моя любимая спальня, а помещение на вершине башни Вдохновения, оборудованное под основную магическую мастерскую. Здесь Лита, Альжалид, Фахар и прочие маги Полуночи могли свободно экспериментировать с новыми заклятиями и оттачивать старые, проверять спорные формулы из книг и проводить ритуалы, описание к которым было потеряно. По-хорошему для части задач требовалось оборудовать полноценный магический полигон, но все ресурсы замка для строительства новых помещений сейчас уходили на обустройство нескольких тысяч дуллаханов. Даже для восстановления башни Вечности хоть в каком-то виде не находилось времени и сил.

Впрочем, для задачи «попытаться отправить Вика в Межпределье с помощью подручных средств» вполне хватало и этого уютного зала под самой крышей. Кровать, обширный магический круг под ней, необходимые компоненты вроде свечей из рунного воска и оберегов от Арчибальда, да хорошая компания в лице моей любимой паучишки. Жаль, что она оказалась права… не сработало.

– Если тебя это утешит, та многоножка тоже была связана с пустотой.

– Какая многоножка⁈

– Не человеческая, слава богу, астральная. Бесконечная. В общем, она тоже существовала между мирами, заняв какую-то нишу и зациклившись сама на себе. Распробовать я её толком не успел, но на вкус что-то вроде фарша из хорошенько застоявшейся эктоплазмы.

– Какая гадость, – вздохнула Лита. – Простите, Вик.

– Ничего, эта попытка была ещё терпимой, не то, что вторая… Попробуем в пятый раз?

– Если настаиваете, можем, но я бы не рассчитывала на успех. Лучше сделать перерыв. Нужно проанализировать текущие данные и подправить формулу.

– Сколько понадобится?

– Около суток.

– Так долго?

Она посмотрела на меня с глубокой укоризной.

– Вик, поймите, мы фактически тычемся вслепую! Пустота и её производные – почти не изученная территория! Очень опасная! Как вы думаете, почему заклятие призыва её гончих относится к легендарным забытым?

– Наверное, потому что его забыли. – попытался отшутиться я.

– Потому что, когда его пытались вспомнить, души магов притягивались к одному из подобных мест и оставались там навсегда, – сердито сказала Лита. – У вас преимущество, Полночь – мощнейший якорь! Но и лишний риск ничем не поможет.

Мне нечего было возразить – оставалось только признать, что в сжатые сроки до Мастера достучаться не выйдет. Создатель вечных замков, обещавший новые встречи в «прошлом, настоящем и будущем», не торопился выходить на связь. Межпределье сперва притягивало меня по воле Альхирета – что вряд ли удастся повторить – затем по воле Мастера и разок по собственной воле. Сейчас же от него и вовсе остался крохотный осколок, едва пригодный для диалога двух человек. Даже если Лита сможет идеально настроить формулу, результат вовсе не гарантирован.

Почти незаметно в магической мастерской появилась Альжалид, вступившая в тихий спор с Литой, а следом за ней Кас – чтобы убедиться, что моя душа не осталась кочевать по промежуткам между узлами. В этом плане можно было не волноваться, но и только. С одной стороны, удалось получить новую информацию, что всегда плюс, с другой – к цели это нас почти не приблизило. Если же не задействовать Мастера…

– Удалось что-нибудь выяснить о Северине фон Умбракроне?

Обе хранительницы библиотеки – прошлая и нынешняя – переглянулись, прежде чем отвечать.

– Лорд Виктор, моё сердце разрывается на части от того, что я вынуждена вас опечалить, – произнесла Альжалид своим фирменным тягучим голосом. – Но до недавних пор никто даже не был уверен, что седьмой замок существует на самом деле. Его имя, его роль и личность его хозяина – всё это принесли нам вы, а мы лишь могли собирать подтверждения по крупицам среди океана пустых знаний.

– Я так понимаю, это значит «нет».

– Правильно понимаете, – уныло подтвердила Лита. – Это не просто тайна, а тайна, скрытая за тайной и утрамбованная тайнами сверху. И ведь он тоже где-то в пустоте засел…

Текущая его ипостась, а нам требовалось что-то из глубочайшего прошлого. Напрягались маги Полуночи, напрягалась Эргалис, но пока что безуспешно. Хоть бросай всё и отправляйся напрямую в Затмение, проделав с помощью драконов очередную дырку в небе. С этим вариантом, правда, существовал ряд проблем…

– Только через мой труп.

– Что? – растерялся я.

Кас стояла прямо передо мной, взгляд холоднее льда, руки сложены на груди.

– Я знаю, о чём вы думаете, и ответ – только через мой труп. Окончательный, недвижимый. Хотите добраться до Затмения без подготовки и защиты? Вы бы ещё прыгнули в жерло вулкана, чтобы узнать, что такое лава.

Учитывая то, что вечные замки специализировались на ловле душ, а Затмение свихнулась много тысячелетий назад, аналогия казалось вполне точной. Как верно заметила Лита, Полночь была превосходным якорем для моей неприкаянной души, но в какой-то момент и её сил могло не хватить.

По-хорошему, нужно было пока что оставить этот вопрос и заняться другими делами. Но меня невероятно раздражало свойство Знающих выигрывать вдолгую. Планы Наблюдателя провалились дважды – с ловушкой в башне Вечности и восстанием дуллаханов, Альхирет чуть не сгорел на работе, пока обустраивал Сумрак. Оба они недавно проиграли, но всё равно – словно постепенно зажимали меня в клещи. Одного Князя в Жёлтом удалось устранить, и то, не до конца.

Прошлое Северина недоступно – если записи где-то и сохранились, то не в Полуночи, историки бессильны. Маги пока что тоже. Что остаётся, отрывать Зури от её работы над шифром и подавать запрос в архивы Полудня? Или же отрывать Мелинду от очищения Сумрака, хрен редьки не слаще. Тревожить Асфара, чтобы подключить долгую память Князя?

– Кто бы нам не помешал, – сказал я вслух. – Так это грамотный детектив.

– Кто? – переспросила Кас.

– Детектив. Сыщик, следователь. Человек, умеющий находить информацию в кратчайшие сроки, а в идеале – способный развернуть обширную сеть связей для её добычи в других мирах. Желательно, ещё и сведущий в магии.

Поисковый амулет Зун'Кай был великолепным инструментом, но приходилось признать – на него не стоило полагаться в некоторых вопросах. Иногда артефакт «капризничал», барахлил в неудобных местах, напрямую отказывался от одних запросов и заставлял часами переформулировать другие. С личными вещами Северина или любой записанной информацией о нём вышло ровно так же – золотой ястреб не смог помочь. Возможно, это значило, что в ближайших секторах великой паутины нужных сведений попросту не существовало, но как проверить наверняка?

– Возможно, Вик, вам стоит посоветоваться с казначеем.

– С Маат? Она что-то знает?

– Должность визиря, – напомнила Кас, – предполагала глубокое совмещение обязанностей кастеляна с вопросами внешней политики. Её сеть связей вряд ли сохранилась со времён правления лорда Роланда, но принципы формирования подобной структуры остаются неизменны. Она может подсказать, где искать подходящих… детективов.

– Ты чудо, Кас. Лита, ты тоже, не расстраивайся, что немедленного результата нет. Альжалид, спасибо за помощь. Если среди «крупиц» найдётся что-то интересное – зовите меня сразу.

Не исключено, что, если бы не совершенно отвратительное мясо астральной многоножки, я бы додумался до такого варианта сам.

Мне нечасто приходилось посещать сокровищницу лично, поскольку процессы перемещения финансов и артефактов в последние месяцы были налажены «от зубов». Но каждый раз, когда я приходил, то всё меньше узнавал то громадное пустое помещение, очищенное цвергами от завалов прежней сокровищницы. Теперь здесь царил идеальный порядок и современный подход – на основе банковской системы, существующей далеко не только на Земле.

Всё пространство было разбито на зоны. Сперва – приёмка с массивными столами, весами и мерными лотками, а также усиленной охраной из дуллаханов. Казалось бы, кому в здравом уме взбредёт воровать у хозяина Полуночи в момент бодрствования? Но прецеденты, как ни странно, уже случались. Далее раскинулась основная зона хранения – многочисленные стеллажи, ячейки, стойки, идеально упорядоченные и промаркированные. Каждый из ценных металлов и драгоценных камней в своей секции. Украшения, не магические ритуальные предметы – отдельно. Зачарованные предметы и безопасные артефакты – слегка в стороне, опасные или подозрительные вещи – в изолированном помещении, лично ограждённым усилиями Литы и Арчибальда. Там же хранился Адеррайсер, от греха подальше – и доступ к нему имелся только у Маат и меня.

В окне выдачи сидела симпатичная цвергская леди – кажется, её звали Тафильда, ранее работавшая в строительной бригаде, но сменившая профессию по зову сердца. Маат охарактеризовала её как великолепного счетовода и администратора, а я редко слышал, чтобы она кого-то всерьёз хвалила.

Всё было организовано по делу – и несмотря на тёмные времена, казна Полуночи умножалась с каждым месяцем. Строжайший двойной учёт финансов, внятный, постоянно пополняемый реестр имущества – система, работающая как часы. И при этом, с минимальным применением магии, чтобы снять с внутренних механизмов замка необходимость разбираться с сокровищами. Роланд мог бы гордиться, а пока что гордился я.

Впрочем, сегодня мой вопрос и не касался денег и артефактов. Тепло поприветствовав Тафильду и охранников, я прошёл в небольшой кабинет казначея, находящийся сбоку от основной зоны хранения.

– Позволите быть откровенной, лорд Виктор?

– Разумеется. Более того, надеюсь на это всегда.

Маат подарила мне мягкую улыбку, откинувшись на спинку кресла за своим рабочим столом. Личное пространство казначея неуловимо напоминало иллюзорную комнату, где её душа пребывала на «хранении» в Полуночи. С той разницей, что там предполагался вечный отдых, а здесь – работа, но работа с определённым уровнем комфорта. Мягкий ковёр на полу и небольшой диван с цветными подушками – как для важных посетителей, так и самого казначея.

– В таком случае, не верьте никому.

– Даже тебе? – поднял брови я.

– Мне – верьте, – лукаво разрешила она. – Другим слугам, пожалуй, тоже. Вашим друзьям – кажется, вы умеете находить хороших друзей. Но никому из тех, кто способен на высокое искусство сыска, по-настоящему верить нельзя. И даже не пытайтесь привести аргумент о влиянии Полуночи! Сколько раз вам лгали без последствий?

– Случалось, – с неохотой признал я. – В основном, правда, Знающие и их приближённые.

– Мастера добывать информацию по-своему тоже являются знающими, лорд Виктор. Некоторые даже меняют судьбы миров, тихонько, работая из тени. Вы можете попытаться нанять одного из таких специалистов, но тогда придётся ожидать подвоха. Невзрачные не справятся и впустую потратят ваше драгоценное время. Лучшие приберегут часть информации для себя, дабы продать дороже. А кто-то изначально будет работать на ваших врагов.

– Так себе расклад.

– В Дешрет-хедж бы сказали: «не стоит вести записи на песке и думать, что завтра они останутся там». Поверьте, мне случалось на этом обжигаться, и здесь нечем гордиться.

Маат-Ка-Тот была выдающимся визирем – это признавала даже Терра, которая её изрядно недолюбливала. Но у неё в самом деле случались провалы, хотя бы в случае с Йхтиллом, за что она беспощадно грызла себя столетия после смерти. Издержки профессиональной деятельности, не иначе. Я её за это обвинять не собирался, но направление текущего разговора мне нравилось всё меньше.

– Выходит, и здесь тупик? – мрачно спросил я.

– О, не обязательно. Ведь вы всегда можете завести такого сыщика, в мотивах и верности которого не придётся сомневаться.

Сегодня я конкретно тупил, так что мне понадобилось секунды три, прежде чем понять, о чём она говорит. А когда дошло – я задумался уже о вариантах реализации.

– Ключевая комната?

– Вы ловите всё на лету.

– Напротив, страшно торможу. Но давай по порядку – что она должна из себя представлять? Детективное агентство «Лунный свет»?

– Тайная служба, лорд Виктор, в моё время это называлось так. Вернее сказать, в прошлом моего времени – поскольку Роланд не успел очистить загрязнённую комнату и отказывался создать новую. Я боюсь, что таким образом он хотел выделить мои заслуги, но в итоге я не справилась.

– Никто бы не справился, Маат. Я видел ваш последний совет, я говорил с Роландом. Тех событий нельзя было избежать.

– Кто знает? – её улыбка стала печальной. – Так или иначе, это мой совет, как вы и просили. В вопросах сбора деликатной информации доверяйте только тем, кому в самом деле можете. А очищать тайную службу или создавать новую – выбор за вами.

Для создания новой ключевой комнаты потребуется огромное количество внутренних ресурсов – я узнавал об этом ранее. Если поставить на паузу все работы по расширению пространства для жизни дуллаханов и преобразование интерьеров, Полночь накопит энергию за пару-тройку недель. Не слишком долго, но в текущей ситуации всё равно что несколько лет. С другой стороны, очищение или назначение нового слуги взамен испепелённого иногда даже высвобождали запасы души замка. Те копились в загрязнённых пространствах и обезумевших вассалах, заставляя Полночь временами напоминать мне об этом аспекте хозяйского долга. Так что, с какой стороны ни посмотри, а нужно собираться в новый поход в недра собственного замка. Почти как в старые добрые времена.

Если маршрут будет частично пролегать через межстенье, понадобится проводник. И раз уж такой вариант вообще появился…

Маат-Ка-Тот погрузилась в одну из бумаг, лежащих перед ней на столе, но я видел, что её взгляд был рассеян. Она раз за разом водила глазами по листу, возвращаясь к началу, безуспешно пытаясь сбежать от мыслей о былых временах и ранах, что кровоточили спустя многие столетия. Новая должность буквально вернула её к жизни, но бытие определяет сознание – душа внутри живого тела имела обыкновение болеть куда сильнее, чем оторванная и сохранённая в ласковых объятьях Полуночи. Я чувствовал отголосок её боли – и этого хватало, чтобы принять спонтанное решение.

– Маат?

– Да… лорд Виктор?

– Раз ты выдвинула предложение – тебе за него и отвечать. Проведёшь меня к комнате, где находилась тайная служба, и вместе решим, как с ней быть.

Её кошачьи глаза смотрели так удивлённо, словно я предложил уволить её из казначеев и вновь сделать визирем. Если не новой наложницей.

– А как же сокровищница?

– Будет работать без твоего прямого участия?

– Думаю… да.

– Тогда собирайся, ночь в самом разгаре. Жду тебя в тронном зале через полчаса.

Не знаю, удастся ли закрыть столь старые раны или же разбередить их ещё сильнее. Стоило попробовать – если лорд Роланд тоже не будет против новой встречи.

Глава шестая

Полуночи традиционно не везло с хозяевами.

Если не закапываться в специфику вечных замков, ответ будто бы лежал на поверхности – во главе главного из «тёмных» замков должен сидеть чёрный властелин. Но я провёл здесь достаточно времени, чтобы выяснить – сама Полночь никак особо не тяготела к тому, что принято называть «злом». Ловлей душ промышляли все вечные замки без исключения – побочный эффект изначального замысла Мастера, противостоящего Шар'Готу и его катящемуся аду. Вечное служение ключевых слуг? Опять же, едино для всех – «тёмных» и «светлых». Полночь благоволила к нежити, но скорее на правах безопасной гавани для обречённых душ. Более того, когда лорд Бертрам попытался проводить в её стенах свои безумные эксперименты, ему указали на дверь. Пытки, опыты с некромантией, истребление слабых – всё это ей было не по душе. А вот для большинства хозяев Полуночи – в нормальном положении вещей.

Бертрам фон Харген, бесспорно, оставался уникумом, злодеем поистине титанических масштабов. Но многим из тех, кто был до него и пришёл после, недоставало лишь силы и изобретательности, а по жестокости и садизму конкуренты имелись. Не столь важно, «истинные» или нет, мужчины или женщины. Помнится, Терра незадолго до очищения сказала, что хозяева Полуночи – худшие чудовища из всех. Если она преувеличивала, то лишь слегка, и в основном за счёт того, что Закат перетянул на себя одеяло с лордом Конрадом фон Нейменом.

Что ещё хуже – хотя, казалось бы, куда уж хуже – всякие моральные уроды во главе второго вечного замка обычно оказывались ещё и ужасающе неэффективными правителями. И здесь Бертрам тоже стоял впереди планеты всей – сперва объединил против себя хозяев остальных вечных замков, затем подставил Полночь под бешеный натиск Эргалис, и наконец провёл к сердцу посланника Затмения. По сравнению с этим бессмысленные войны, ссоры с союзниками, растрата казны, потеря влияния в ключевых мирах и наплевательское отношение к состоянию Полуночи казались мелочами, но эти мелочи с годами складывались в единую гнетущую картину. Особенно у замка с тяжелейшим ранением, которое никто не пытался исцелить.

Никто – кроме лорда Роланда.

Лорд Роланд фон Харген, очищающий и милосердный, великий мастер металла, создатель автоматонов, архитектор безымянных залов, правил Полуночью около шести столетий назад. Титул «милосердный», как я выяснил позже, не обязательно означал мягкость или душевную доброту – просто тот факт, что хозяин предпочитал оставлять слуг и помощников в живых. Но Роланд в самом деле не был уродом, ни по вопросам совести, ни по управлению замком. Он внедрял спокойный, взвешенный подход к большинству вопросов, старался не ломать то, что работало, и налаживал то, что нуждалось в починке. Выяснив, что Полночь больна, он затеял создание «механической души», огромной системы, частично дублирующей функции замка, чтобы снять с них часть нагрузки.

Роланд успел закончить около половины работы, прежде чем грянул кризис, единственным выходом из которого виделся поход к сердцу. И ему удалось добраться – лишь чтобы попасться в ловушку Адеррайсера и сгинуть. Те, кто пришли за ним, растратили его наследие, перебили слуг и усугубили болезнь замка.

Полночь понимала, что Роланд пытался ей помочь и даже по-своему любила его. Правда, проявила она эту любовь специфически – вдохнула в угасшую душу бывшего хозяина долю сбережённой силы и назначила его своим хранителем равновесия. То есть, Жнецом.

С одной стороны, должность в самом деле почётная – могущественный призрак на страже замка, карающий нарушителей в зависимости от их преступлений, от заключения в темнице до смерти на месте. Почти всевидящий, почти неуязвимый, бессмертный, покуда жива сама Полночь. С другой стороны, Жнец был намертво связан своими обязанностями, фактически функцией, и со временем деградировал до безмозглой нежити, вооружённой магическими серпами. Даже когда я восстановил сердце Полуночи, пришлось потратить немало усилий, чтобы «починить» Жнеца, вернув Роланду сознание, часть души и воспоминаний.

Меньшее, что можно было сделать, как для замка, так и моего благородного предка. Увы, буквально меньшее, поскольку в подобном пограничном состоянии Роланд продолжал существовать, а не жить. У него появилась некоторая свобода воли, но в строго ограниченных рамках. Скажем, общаться с ним по-человечески мы могли лишь в области межстенья, «под кожей» Полуночи, куда не стоило забираться без повода. В последний наш длинный разговор он предупредил меня о грядущей угрозе Йхтилла, и с тех пор мы разве что изредка обменивались кивками.

Полночь не могла восстановить истерзанную старую душу сверх определённого предела. Роланд не мог покинуть свой пост хранителя равновесия. Даже когда я найду ему смену, это не позволит ему вернуться, лишь навеки упокоит в объятиях замка. Не худший исход, но и далеко не тот, которого Роланд заслужил.

Маат-Ка-Тот была не только его визирем, но и первой наложницей, любовью всей жизни. Я не знал, к чему приведёт их прямая встреча, и потому до сих пор не торопился её организовать. Исход, при котором травма что Маат, что Роланда лишь усугубится, казался не менее вероятным, чем духовное исцеление. Но сегодня мы стояли на пороге последних времён, и завтра могло попросту не наступить. Когда ещё рисковать, если не перед лицом конца света?

– Лорд Виктор, вы же осознаёте, что за прошедшие века Полночь неоднократно перемещала зал тайной службы?

– Разумеется.

– У меня имелось представление, где он расположен шестьсот лет назад, но сегодня эта информация безнадёжно устарела.

Как ни странно, в этом Маат слегка заблуждалась. На данный момент очищенная территория замка всё ещё заметно уступала загрязнённой, но у меня имелась своеобразная внутренняя карта для где-то сорока процентов всех разведанных помещений. Я точно знал, что на них новых ключевых комнат не было, и это сужало область поисков. К тому же, золотой ястреб нехотя, но указал в том же направлении, куда нас вела Маат. Иногда Полночь просто забывала про ту или иную комнату, или же отдаляла её по понятной траектории.

– Там разберёмся.

Маат-Ка-Тот сдалась и прекратила спорить. Луна проявила солидарность, товарищески хлопнув её по плечу – тем самым чуть не заставив кувыркнуться вперёд. Но Маат тоже была оборотнем, пусть ни разу не проявляла свою вторую натуру у меня на глазах, и всё-таки удержалась, подарив оружейнице возмущённый взгляд.

– Следите за руками, мастер-кузнец.

– Ну извини, подруга, – хмыкнула та. – Не рассчитала немного.

– Разве у вас нет немедленных обязанностей в литейной? Насколько мне известно, к данному моменту лишь половина новых гвардейцев Полуночи получили свежее снаряжение.

Если Маат хотела поддеть Луну, то глубоко просчиталась. Вместо того, чтобы обидеться, та горячо закивала и занесла руку для ещё одного дружеского хлопка, но вовремя одумалась.

– Ещё как есть! Хоть ты Вику скажи, работы непочатый край, а без меня разом всё встанет!

– Не встанет, – спокойно сказал я. – А точнее, уже не встало – даже если бы я захватил с собой Оберона и десять твоих первых подмастерьев. Литейная прекрасно работает прямо сейчас, в данный момент, и будет спокойно работать дальше.

– А драконья кузня⁈

– Концерн уже заждался своей очереди, пусть получат эти сутки в распоряжение.

– Но…

– Ещё одно возражение – заставлю отдыхать не только сегодня, но и до конца недели, – сурово пригрозил я. – Продолжишь спорить – продлю отпуск до конца месяца. Так зарылась в работу, что носу из литейной не показываешь! Сойдёшь с ума, тебя придётся испепелять, а затем искать нового мастера-кузнеца!

Угрозы подействовали – рыжеволосая оружейница тяжело вздохнула и смирилась. Даже этой ночью её удалось оттащить от горна только под предлогом сопровождения в важном походе, никакие другие формы отдыха не принимались и не признавались. Почти все мои девушки страдали от запущенной формы трудоголизма – лишь с парой исключений.

Одна из этих исключений довольно заулыбалась нашему диалогу и указала вверх, на яркую полную луну.

«травы работают… Луне гораздо лучше»

– Да я, считай, вообще о проклятии забыла! Не болит совсем, разве что чешется чуток.

Волки-оборотни, к которым принадлежала Луна, изрядно страдали от прямого лунного света в человеческом обличье. Соответственно, жить и работать в замке, функционирующем по ночам, напоминало издёвку или наказание за былые прегрешения. Оружейница раньше старалась как можно реже выходить наружу, пока в один момент Хвоя не подобрала подходящее сочетание трав, из которых Терра изготовила целебный бальзам. Луна сохранила возможность превращения, а ужасная боль сменилась лёгким зудом.

Иногда я воспринимал связку дриады и целительницы как должное, и в такие моменты приходилось напоминать себе, какое чудо на самом деле мне досталось.

«редко выбираемся… вместе»

– Постараюсь исправиться, радость моя.

Хвоя сощурилась с лёгким подозрением, но в итоге сочла моё заявление искренним и вновь заулыбалась. Мы, может, редко выбирались, но сеансы общения с ней я проводил регулярно, и к текущему моменту почти безупречно воспринимал её поток мыслей-слов, выделяя нужные интонации. Луна дриаду нормально понимала изначально, Маат – тоже, они были знакомы ещё во времена Роланда. Из трёх девушек, захваченных сегодня в поход, Хвоя единственная не отбрыкивалась.

Поиски новой ключевой комнаты для меня. Желанное времяпровождение для Хвои. Принудительный отдых для Луны. И встреча для Маат с непредсказуемым результатом.

Мы давно вышли за пределы сада, пересекая территорию между основной очищенной зоной и механической мастерской. Я постепенно очищал местность с обеих сторон, но до окончательной связи было ещё далеко. Тем не менее, сюда уже почти не забредали враждебные тени, и маршрут считался безопасным даже для невооружённых гостей.

Каково же было моё удивление, когда в землю перед нами с глухим стуком воткнулись целых три гаргульи.

Эти твари никогда не являлись частью «родной» экосистемы Полуночи. Осадные конструкты, закинутые на территорию замка во время многочисленных войн прошлого, а затем частично размноженные местными умниками вроде Оррисса. Гаргульи отличались огромной силой, скоростью и прочностью, доставляя массу проблем в начале моего правления.

Я был на девяносто пять процентов уверен, что избавился от каждой из этих навязчивых хреновин. Основная зачистка прошла во время штурма башни Оррисса, но затем по периметру замка проходился и я лично, и рыцари Авалона, добивая уцелевших каменных чудовищ. А тут, гляди-ка, три целёхоньких экземпляра, да ещё такие наглые!

Незваные гости синхронно подняли лысые головы, повернув к нам уродливые демонические лица. Может, из Сумрака пробрались, воспользовавшись пробитым проходом? В таком случае, надо будет проверить, не придётся ли вычищать ещё какую новую дрянь, способную на полёт и приземление…

Первой сообразила Луна, за ней, почти не отставая – Хвоя. Чёрные корни вырвались из земли, плотно оплетая нижние конечности двух тварей, третья успела взмыть в воздух. Боевой молот загудел в лапах женщины-волчицы, с одного удара превращая башку ближайшего врага в груду щебеня! Вторая бешено задёргалась в своих путах, заставив Луну отступить из радиуса атаки когтей.

БАБАХ! БАХ!

Плечо и голова второй твари повторили судьбу первой, а я поднял глаза, выискивая последнюю выжившую. Мои рефлексы несколько меня подвели, а гаргулья, напротив, проявила чудеса сноровки. Совсем как когда-то давно, в незапамятные времена, огромные когти вцепились мне в плечи и попытались рывком поднять в воздух.

Абсолютно безуспешно. Сила Авалона попросту не давала оторвать меня от земли при полном боевом сосредоточении. Но прицел гаргулья мне всё-таки сбила, и третий выстрел Райнигуна прошёл мимо. А следом сбоку раздалось грозное шипение, и хватка на моих плечах вдруг исчезла.

Я впервые в своей жизни наблюдал, как выглядит и сражается леопард-оборотень. Мышц у боевой формы Маат-Ка-Тот было поменьше, чем у Луны и меня, но она с лихвой компенсировала это гибкостью и скоростью. Оранжевая шкура с чёрными пятнами блестела в лунном свете, длинный кошачий хвост бешено дёргался из стороны в сторону, сквозь оскаленную пасть пробивался глухой полурык-полувой. Маат атаковала гаргулью передними и задними лапами, что напоминало смесь ударов дикой кошки и кикбоксинга. Мне было хорошо известно, насколько каменные твари могут быть быстрыми, но та едва успевала закрываться от наседающего оборотня!