Текст книги ""Фантастика 2026-174. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Миф Базаров

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Никита Муравьев,Игорь Перах,Ирина Фуллер,Сергей Евтушенко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 190 (всего у книги 328 страниц)

– Понравилось?

– Впечатляет. Сложно найти подходящие слова. Но одно слово «выздоровление» стоит тысячи других, так что я не вправе более испытывать судьбу.

Я рассеянно кивнул. Тронный зал, надо сказать, всё ещё смотрелся пустовато, хотя ночь уже вошла в свои права. Как минимум, здесь обычно находилась Кас, даже если день проводила в неотложных делах. Никакой тревоги в воздухе не ощущалось, но что-то определённо изменилось. Похоже, хранитель Безмолвного Приказа развил бурную деятельность сразу по выходу из лазарета, не обращая внимания на застарелую болезнь и лишь обрывочный доступ к информации. Такое ощущение, что с момента найма Рудольфа прошло не восемь часов, а полгода или около того.

– Не удивляйтесь, лорд Виктор, вы ещё успеете увидеть, когда я работаю медленно, – сказал он, отвечая на мой невысказанный вопрос. – Если же вы обеспокоены пропажей госпожи Кас, то она находится в трапезной, вместе с другими, кого я взял на себя смелость там созвать. К слову, вам бы не помешала полноценная переговорная. Объяснить разницу между этими двумя помещениями?

– Не трудись, сам знаю. Выяснял. Так что, нас ждут?

От двери спальни до трапезной, не так уж и плохо исполняющей функции переговорной, мы прошли молча. И только внутри я понял, почему в самом тронном зале несколько недоставало народу – народ весь находился тут. Кас, Луна – уже в рабочей форме и легонько мне подмигнувшая. Лита и Зури, но без джиннов, Адель и Хагга, а также Арчибальд. Они уже что-то негромко обсуждали и вели записи. Бумаги нынче в Полуночи хватало, а вот привычка регулярно отмечать на ней важные вещи отсутствовала.

Кажется, Рудольф оклемался и развил бурную деятельность немного быстрее, чем за неделю.

Глава двенадцатая

– Вы считаете, что я здорова, лорд Виктор?

– Так считает Терра, а я ей доверяю во всём. Если она говорит, что вам можно покинуть лазарет, то так оно и есть.

– Я могу вернуться назад, в Сумрак?

– А вы хотите?

– Думаю… думаю, что хочу.

– В таком случае, вам никто не будет строить преград. Я лично вас провожу.

– Спасибо, вы очень добры. Я… Простите, так неловко, но мне сперва казалось…

– Что?

Пенелопа фон Дэммерхайн запнулась, замолчала. Но потом всё же набралась смелости и посмотрела мне прямо в глаза.

– Мне казалось, что вы собираетесь убить меня.

Собрание в трапезной затянулось на несколько часов – фактически, всю первую половину ночи. По меткому выражению Рудольфа, мы запутались в чудовищном клубке проблем, но запутались не безнадёжно. Если приложить некоторое количество усилий и нащупать нужную нить, можно начать обратный процесс. Несмотря на ограниченные ресурсы, глава тайной службы за прошедшие столетия успел неплохо изучить природу Знающих. Очистившись, он собрал недостающие элементы, ещё находясь в лазарете, а ближе к наступлению ночи уже знал, кого вызвать на большой совет.

Последний диалог с Мастером не слишком прояснил дело, хотя информация насчёт ключа в будущем могла оказаться критически важной. И можно было снять с повестки ночи срочные способы достучаться до Межпределья.

Рудольф взял первое слово. Могло показаться, что наши беды находятся бесконечно далеко друг от друг, но всё совсем наоборот. Никто не ненавидит друг друга сильнее, чем Знающие. В особенности это касается высоких фигур, а выше Альхирета и Наблюдателя стоит только Пожиратель. Победа над ним невозможна, пока эти двое продолжают свои козни, а время работает против нас. Но обнаружив одного, можно выйти и на второго, как бы хорошо они не прятались.

Зури говорила следующей. Крылатая выглядела так, словно не спала трое суток подряд, но всё равно сияла. Ей удалось наконец разобраться с шифром, над которым билась последнюю неделю, начиная с возвращения из Кальдарима. Теперь в нашем распоряжении оказались записи одного из древних визирей Багрового Царства, который хотел занять место Альхирета. И не сменить на посту верховного визиря, как можно было предположить, а самому стать Знающим. Примерно так же, как Асфар занял место Князя, но одновременно с этим – совершенно по-другому. Зури слегка запуталась с объяснениями – возможно, к лучшему. Сохранившиеся обрывки описания ритуала звучали ужасающе.

Так или иначе, дневник и обломки уаса относились к одному источнику, который тщательно искал для себя очень специфическую силу. Тот визирь сгинул в веках, но след остался – след, который Альхирет когда-то забыл подчистить. В том же Кальдариме оставалось логово Бродора, однажды себе на беду обчистившего тайник Знающего. Но даже если там не найдётся новых улик, след из Дешрет не замели ни пески пустыни, ни падение Багрового Царства.

Другой след, напротив, был совсем свежим, практически кровоточащим. Или же дымящимся – с какой стороны посмотреть. Альхирет планировал убить двух зайцев одним выстрелом: ускорить пробуждение своего господина, и устранить один из вечных замков. Если не навсегда, повредив сердце, то достаточно надолго – чтобы Сумрак не смог поучаствовать в дальнейших событиях вплоть до финальной катастрофы. Ему не хватило месяца, чтобы изменения стали необратимы, появление двух решительно настроенных хозяев вместе с драконами сорвало все планы. Осталась лишь несчастная хозяйка Сумрака, себе на беду заключившая самую невыгодную сделку в своей жизни. Получившая Альхирета не только в родной замок, но и напрямую в голову, без вариантов передумать и отказаться. Это выглядело, как очередная победа Знающего – пусть и сбежавшего в слегка обугленном виде.

Только вот любая связь подразумевала две стороны. Нить, которой Альхирет связал себя с Пенелопой, вела прямиком к нему.

Она не отводила глаз – с отчаянной смелостью человека, который уже умирал десятки, если не сотни раз, и каждый раз ожидал, что теперь-то точно не очнётся.

Все хозяева играли в эту рулетку, когда погибали. Вечные замки возрождали своих владельцев в первую очередь, но на это уходило огромное количество ресурсов. Существовал ряд ситуаций, при которых воскрешения не происходило: от болезни и истощения замка до хитроумной ловушки в месте, вроде измерения кошмара. Наконец, вечный замок мог решить, что хозяин исчерпал свой потенциал, и легче дождаться нового, чем мучиться с текущим. Как правило, подобная судьба ожидала захватчиков и «гауляйтеров» от других замков, но случалась и с «законными» хозяевами.

Если бы потребовалось, если бы возникла реальная необходимость, леди Пенелопа фон Дэммерхайн не покинула бы стен Полуночи. Никогда не владевшая настоящей силой и ослабленная роковой сделкой, находящаяся полностью во власти тех, кто её вытащил. Оборвать её жизнь и сковать душу было бы преступлением, настоящим злом, даже если свершённым ради предотвращения большего зла.

Но, к счастью для всех нас, необходимость не возникла. Даже, пожалуй, наоборот.

– Такой вариант рассматривался, – спокойно сказал я. – Но именно как вариант, не план действий.

– Почему?

– Мы не знали, представляете ли вы угрозу, леди Пенелопа. Следовало рассмотреть любое развитие событий.

Она отрицательно покачала головой – я неверно истолковал её вопрос.

– Но вы же знали, лорд Виктор. Знали ещё тогда, когда меня осмотрела ваш лекарь, и уж тем более знали потом. Ярлат… Альхирет. Он воспользовался мной.

– Он на этом специализируется.

– Но не всегда преуспевает, правда? Не настолько, как со мной. Я видела, как на меня смотрела та женщина со страшными глазами. Она… она тоже через это прошла?

– Очень прошу, когда вернёмся в Сумрак, не говорите Анне, как вы её назвали. Она либо не оценит, либо оценит с большим энтузиазмом, и ни один из этих вариантов меня не устраивает.

– Вы… серьёзно?

– Предельно серьёзно. А что до вашего вопроса – да, Анна тоже стала жертвой нашего общего знакомого. И потому понимает вас, как никто другой.

– И всё же, почему вы меня отпускаете?

Мы с Пенелопой сидели в моём кабинете, наедине. Я думал о том, чтобы пригласить Рудольфа, чтобы он напрямую изложил свою точку зрения и подтолкнул девушку в нужном направлении. Его аргументация была практически безупречной – хозяйка Сумрака оставалась куда полезней Полуночи живой, чем мёртвой. Например, окончательная смерть «законной» хозяйки может заставить замок впасть в летаргию на месяцы, если не годы. А живая Пенелопа, пусть и несёт угрозу, но отлично сработает в качестве приманки. Для неё это шанс на искупление, для нас – ещё одна победа, которая может переломить хребет первому слуге Пожирателя.

Но я не стал приглашать хранителя Безмолвного Приказа. Некоторые обсуждения требовали присутствия только тех двоих, кто их вёл. Без помощников, без подсказок.

– Потому, что люди должны сами выбирать, куда им идти. Я не стал бы тянуть, если бы решил вас убить. И не стану задерживать, оставляя в живых.

– Несмотря на то, что он всё ещё тут?

Она легонько стукнула указательным пальцем по виску.

– Подумайте сами. Чем дольше я разлучаю вам с родным замком, тем проще Альхирету воспользоваться этим, нашептать, что вас удерживают против воли. И вот вы снова пляшете под его дудку, принимая новый союз – временный, разумеется, пока не доберётесь до Сумрака. Я же говорю, у него такая специализация – манипулировать при любых обстоятельствах. Я в этом не силён, и не хотел бы даже пытаться.

Она молчала какое-то время, всё ещё настроенная возражать. Но, в итоге, сдалась и приняла сказанное.

– Спасибо… что остаётесь честны, лорд Виктор.

– Всегда к вашим услугами, леди Пенелопа.

– Зовите… зовите меня Нелли.

– А вы меня – Вик.

Тронный зал Сумрака не залатал себя за время нашего отсутствия, несмотря на статус действующего замка. Скверный знак, пусть и ожидаемый. Всё ещё не хватало одной стены и куска потолка, оплавленные участки пола так и просились, чтобы прикрыть их каким-нибудь ковром. Но в целом здесь стало заметно чище, и дышалось гораздо легче. Пенелопа тоже это почувствовала, и не только это. Я заметил, как облегчение омыло её лицо – то самое чувство, когда хозяйка поняла, что её замок всё ещё жив. Сумрак пребывал далеко не в лучшей форме, но всё ещё мог откликнуться на зов.

– Лорд Виктор, мой благородный брат. Ты прибыл раньше, чем мы ждали, но всё равно вовремя.

– И я рад тебя видеть, Галахад.

Нас встречала смешанная делегация. Один из рыцарей Авалона, славящийся своей честью и учтивостью, даже на фоне своих собратьев. С ним – десять дуллаханов из тех пятидесяти, что также явились из Полуночи. По состоянию доспехов и оружия было понятно, что без дела они здесь не сидели – успели и побывать в бою, и привести себя в форму после боя. Похоже, даже лишённый присутствия Альхирета, Сумрак находил, чем удивить – в неприятном смысле.

Вторая половина делегации состояла из двух десятков спокойных ребят в песочного цвета плащах, под которыми угадывались очертания чешуйчатых кирас. Вооружены до зубов дротиками, пехотными саблями, кортиками, магическими жезлами и многозарядными арбалетами – в последний раз я видел столько оружия разве что на гноллах. Шлемы открытые, но явно хорошо оберегающие головы, у многих также – тёмные защитные очки причудливой формы. Они активно использовали слепящие вспышки для дезориентации врагов, и требовалось поберечь собственные глаза.

Егеря Полудня. Как их там называла Мелинда… Кажется, «Сотня Ясного Клинка», профессиональные ведьмаки. Не высокомерные рыцари в сияющих латах – не в упрёк будет сказано авалонцам, – а спецы по грязной работе. Экипировка почти всех пребывала в том же состоянии, что и у дуллаханов, но полевой ремонт шёл полным ходом. Рудольф бы с руками оторвал хотя бы десяток таких подчинённых – очищенной тайной службе не хватало агентов. Но вряд ли они захотят менять один вечный замок на другой.

– Мелинда тут? – спросил я у Галахада – тот качнул головой.

– Леди Мелинда ушла в сопровождении госпожи Анны, детей Эргалис и небольшого отряда в дальний поход. Сутки и более минули с того, когда они отправились, но с тех пор от них не приходило вестей. Согласно установленным правилам, сэр Мордред и сэр Кей выдвинулись на поиски, каждый со своими воинами. Я пойду следом, коли вновь не придёт гонец.

– Пока ничего?

– Истинно так. Признаться, я слегка засиделся после первой стычки, но зато в доброй компании.

Вкусы на компанию у нас с Галахадом явно отличались. Дуллаханы славились своей неразговорчивостью, даже с головами на плечах. Егеря, похоже, вообще не уступали им в этом принципе, и я был готов поклясться, что слегка сойду с ума, если буду общаться только с такими молчаливыми профи. Зато в осквернённом Сумраке они находились идеально на своём месте.

– Мелинда не упоминала какую-то конкретную цель?

– Лишь поведала, что в прошлый раз они обнаружили подозрительную область, и пожелали изучить более тщательно.

Пенелопа бросила на меня тревожный взгляд, но меня новости не заставили волноваться. Если в Сумраке существовала угроза, способная доставить неприятности хозяйке Полудня, ведьме кошмаров и двум юным драконам, я бы ещё мог в это поверить. Но угроза, которая может навредить хозяйке Полудня, ведьме кошмаров, двум юным драконам и двум рыцарям Авалона… скажем так, отзвуки такой битвы были бы однозначно слышны в тронном зале. Это ещё если не считать более сотни бойцов сопровождения, как из Полудня, так и Полуночи.

– Сэр Галахад, если я попрошу тебя поработать телохранителем…

– Я с вами!

Хозяйка Сумрака выпалила это прежде, чем я успел закончить фразу, а мой авалонский брат – согласиться.

– Вы и сами сказали, что я здорова. И это мой замок, Вик! Я, может, и не справилась с очищением, но хорошо его знаю и чувствую, как он страдает. К тому же, я не видела Мари с момента, как Ярлат… Альхирет… Я не видела её уже давно, и волнуюсь.

– Мари?

– Мою мажордома. Она всегда пыталась помочь, и даже предупреждала не доверять слепо тому, кто предлагает помощь извне. Если бы я послушала её, всё бы сложилось иначе.

Я перевёл взгляд на Галахада, и тот вновь отрицательно покачал головой.

– Мы не сталкивались со слугами Сумрака, очищенными или загрязнёнными. Они могут держать дистанцию, ибо сомневаются в наших добрых намерениях.

Или же Альхирет мог избавиться от них в первую очередь, чтобы те не попытались внезапно помешать его планам. Об этом варианте Галахад тактично промолчал, но все прекрасно его представляли. По крайней мере, души ключевых слуг обычно накрепко привязаны к вечному замку, всерьёз их искалечить – задача нетривиальная. Альхирет хитёр на выдумку, но он торопился, следовательно, вряд ли заморочился слишком уж сильно.

В любом случае, проверить стоило. И если уж хоть сколько присматривать за Пенелопой в Сумраке, то присматривать лично, пока есть такая возможность.

– Вы готовы к походу, Нелли?

– Готова как никогда, Вик. А прекрасный рыцарь отправится с нами?

Я еле удержался от незаслуженной Галахадом усмешки. Пенелопа не видела его без шлема, а галантный великан в самом деле излучал мощнейшее обаяние одним своим видом. Губа, как говорится, не дура.

Мой авалонский брат отвесил ей лёгкий поклон, чем заставил девушку слегка зардеться.

– Не в первую очередь, леди Пенелопа. Сейчас вы занимаете моё место в очереди подкреплений, так что в случае тишины я выдвинусь за вами не позже трёх часов спустя. Но с появлением лорда Виктора дела должны наладиться весьма скоро.

Хотел бы я верить в себя так, как верят мои союзники.

Главное, для чего Рудольф собирал в трапезной столько мастеров Полуночи – первое обсуждение его большого плана. Альхирет наследил, в прошлом и настоящем, но после трёпки, полученной от драконов, вряд ли вылезет на свет в ближайшее время. Может случиться так, что его подтолкнёт жгучее чувство долга по отношению к Шар'Готу, может, попытается заново подчинить Пенелопу, может сложиться ещё десяток сценариев, при которых он наследит снова, чем здорово облегчит нам задачу. Но гораздо более вероятный вариант – наш враг затаится, чтобы экстренно зализать обугленные раны, а в его отсутствие неприятности начнёт доставлять Наблюдатель. Они оба выбрали путь служения чудовищу, пожирающему великую паутину, хоть и с разными мотивами. Их обоюдная ненависть этому отнюдь не мешала.

Альхирета нельзя было упустить. Нельзя было дать ему оклематься. И мы приняли решение объединёнными силами творцов Полуночи создать новый ключевой артефакт, способный проложить путь прямиком в логово врага. Опирающийся не только на магию, но и технологию – для этого были нужны Адель и Хагга. Закалённый в драконьей кузне и проверенный Арчибальдом, настроенный Литой, Кас и Зури с помощью всех найденных улик. Портал для охоты на Знающих, идея которого сложилась у Рудольфа много столетий назад, но тогда не могла получить воплощения. До наступления наших непростых времён.

На данный момент деталей не хватало – но недостающая информация могла обнаружиться у Мелинды и Анны. Либо же Альхирет всё-таки клюнет на приманку Пенелопы, хотя лично я надеялся на обратное. Девушка и так настрадалась, но рвалась в бой за свой замок – не хотелось бы, чтобы ей пришлось так же яростно биться за свой разум. Даже если это качественно ускорит события.

Сумрак лежал перед нами, живой, но глубоко поражённый собственным недугом. Вот так, не успел очистить до конца Полночь, а уже добровольно принимаюсь за другие вечные замки. Надо будет загладить вину по возвращению.

Глава тринадцатая

Статуя выглядела так, словно стояла здесь со времён Мастера. Ну или как минимум лорда Элдрика фон Дэммерхайна, первого из «законных» хозяев Сумрака. Она изображала могучего воина в архаичном доспехе, опирающегося на не менее архаичный боевой топор. Со временем мрамор потускнел, истёрся, отдельные элементы брони откололись, а сам воин лишился левого уха и нескольких пальцев. Но в полумраке коридора его фигура всё равно внушала уважение, словно он сторожил развилку несколько тысячелетий кряду, и ни разу не отпросился со службы.

Хотя почему «словно»? Буквально сторожил, и продолжал до сих пор.

Я остановился на почтительном расстоянии от статуи – но достаточном для того, чтобы Пенелопа могла прицелиться. Миниатюрный арбалетный болт, длиной с мою ладонь, почти бесшумно пронёсся в воздухе и с лёгким звеньком застрял между мраморными складками брони. Сюрреалистичная картина, если не знать контекста.

– Он точно из этих…

– Заступников. Точно, Вик, доверьтесь мне.

Спустя пару секунд слова хозяйки Сумрака подтвердились – могучая статуя пошевелилась и шагнула с пьедестала, поудобнее перехватывая своё мраморное оружие. Каменное лицо не проявляло эмоций, глазные яблоки не шевельнулись, чтобы получше разглядеть визитёров, но было понятно, что нас изучают. Слегка помедлив, воин опустился на одно колено и склонил голову.

– Этот немного заторможенный, – сказала Пенелопа, выйдя вперёд и ласково погладив статую по мраморному шлему. – Старенький уже, хоть и целый. А есть и такие, от которых головы отвалились, одна рука осталась, а они в бой рвутся.

– За нами поспеет?

– Вряд ли. Оставим его тут, а если с ним что-то случится, Тотенбунд даст знать.

Я уже замечал, что Сумрак здорово напоминал Полночь, и это было вовсе не удивительно. Похожая тематика, настроение и цвета – я бы ни за что не перепутал, но человек несведущий – запросто. Но в одном аспекте этот замок гораздо сильнее походил на «старшего брата» Полуночи – Полдень. Они фактически делили на двоих свою охрану загрязнённых областей, состоящую из пустых стражей – оживших доспехов. Обычно те сражались не хуже дуллаханов, но по сути своей относились к замысловатым магическим конструктам, а не заклятой нежити. Статуи-заступники также присутствовали как в Полудне, так и Сумраке, пусть и в разных весовых категориях.

Насколько я знал, Мелинда почти не использовала пустых стражей в очищенных областях, больше полагаясь на живых профессионалов. Но Пенелопе выбирать не приходилось – она пользовалась единственной доступной ей возможностью для очищения замка. У юной хозяйки имелись задатки великого мага, но без обучения пользы от них было немного. Зато имелся Тотенбунд – небольшой ручной арбалет, позволяющий «переманивать» рядовых врагов.

Можно сказать, что пока я в Полуночи проходил замысловатую метроидванию, Пенелопа фон Дэммерхайн мучилась со стратегией в реальном времени.

Знаковое оружие Сумрака в его текущей форме преимущественно работало как инструмент контроля, отправляя под знамёна Пенелопы заметную часть местных агрессивных теней. Причём это была не промывка мозгов, а скорее очищение в миниатюре, напоминание стражам о старых обязательствах. Способ не самый надёжный даже в границах вечного замка – некоторые тени были слишком упрямы, чтобы подчиниться, другие изначально не служили Сумраку. И всё же, даже сейчас, когда мы старались не задерживаться, наш тыл прикрывали четыре пустых стража. В лучшие ночи Пенелопа собирала отряд до тридцати бойцов.

Каменные заступники попадались реже. Первого я от неожиданности вообще впечатал в стену с такой силой, что тот разлетелся на куски, второй отказался подчиняться даже после попадания арбалетного болта. Огоньки души Сумрака горели более тёплым пламенем с сиреневым отливом, и Пенелопа впитывала их, как изнывающий от жажды человек, дорвавшийся до кулера с водой. Но в основном мы старались расширить отряд, не теряя скорости, и вскоре наша предусмотрительность окупилась.

Твари полезли из ничем не примечательного на вид подвала, когда мы вышли в маленький внутренний двор – секунду назад их не было, и вот нас уже окружила толпа. Вытянутые бледные тела, отдалённо напоминающие чудовищную форму самого Альхирета. На цилиндрических головах шевелились омерзительные отростки, передние конечности венчали обсидиановые когти-ножи. Ничего такого, от чего бы у меня задёргался глаз, но эти уроды словно и не заметили моего присутствия. Они моментально нашли себе цель, бросившись на неё с той же невероятной прытью.

Будь Пенелопа одна, она бы погибла в считанные секунды. Оставайся она лишь под защитой пустых стражей – продержалась бы пару минут. Но и одного меня не хватило бы, чтобы прикрыть девушку от окружающей нечисти. Одно дело, если бы внимание тварей оказалось разделено между нами поровну, но нет, они целенаправленно пёрли на ту, что выбрали добычей. И выбрали явно неспроста, ещё с тех пор, как Альхирет придумал продать наивной хозяйке «неочищаемый» вечный замок. Бракованный, мол, Сумрак попался, в нём не только тени водятся, но и неведомые хтонические чудовища. То, что этих чудовищ запустил сам Альхирет – дело десятое.

Грамотный план. Подлый до отвращения, но рабочий, более того – уже сработавший. Наследница рода фон Дэммерхайн умирала раз за разом, и неизбежно умерла бы сейчас, не прикрывай её пустые стражи на пару с хозяином Полуночи.

Ожившие доспехи ощетинились сталью – вооружены они были похуже, чем лучшие из дуллаханов, но вполне прилично. Двое со щитами и боевыми молотами, двое с альшписами, стражи заняли оборону полукругом, отразив первый натиск тварей. Их грозное оружие оставляло на бледных шкурах едва заметные порезы, пока чёрные когти прорезали латы как картон. Но пустые стражи не знали страха и не чувствовали боли, а также могли выдержать даже больше повреждений, чем знаковые тени Полуночи. Они выиграли всего несколько секунд – ровно то время, что потребовалось мне для того, чтобы наверстать упущенное.

Райнигун загремел, и двое уродов из восьми стали пеплом, но остальные ухитрились увернуться. Тренированные против фамильного оружия, сволочи. Более того, вместо того, чтобы по достоинству оценить исходящую от меня угрозу, они вновь попытались добраться до Пенелопы. На этот раз – почти успешно. Ещё и встали так, чтобы я не мог вести шквальный огонь, не задев пустых стражей.

Сами напросились. «Украденный миг»!

Возможно, остановка времени заслуживала более внушительного названия. Но мои недолгие испытания перед походом в Сумрак показали, что Рудольф не шутил: полученная от Маат способность хрономанта выжирала мои ресурсы, будто я снова оказался в кошмаре. Если бы я по какой-то причине решил оставить её работать «вхолостую», то даже поддержки Авалона не хватило бы дольше, чем минут на пять. Вероятнее всего, в будущем мне удастся лучше контролировать капризную магию времени, завязанную на генетике, но сегодня – пользуемся тем, что имеем. Новая сила давала многое, но взамен крала моё могущество, пока я в свою очередь крал мгновения у окружающего мира.

Разве же на этих поганцев мне понадобится больше времени?

Три шага, чтобы разорвать расстояние между мной и бледными тварями. Первый взмах полэкса оставил ближайшую без головы – драгестол разил их заметно лучше обычной стали. Вторую постигла та же участь, третью – чуть менее аккуратное протыкание насквозь вместе с развороченной и уничтоженной грудной клеткой. Для оставшихся трёх я вновь вскинул свой револьвер и хладнокровно перебил их с ближнего расстояния, не услышав никаких возражений.

Мир навалился на меня, недовольный столь грубым обоюдным воровством, но результат невозможно было отрицать. Восемь чудовищ, синхронно пытающихся добраться до Пенелопы, исчезли вмиг – взятый у реальности для того, кому нужнее. То есть, именно для меня.

Ожившие доспехи какое-то время пытались понять, куда делся их страшный противник, но быстро решили, что пока опасаться нечего. Пенелопу выпустили из защитного полукруга, та пару раз хлопнула глазами, заворожённо взирая, как в воздухе кружится жирный чёрный пепел. Её лучшая попытка обороны была просто не высовываться из-за бронированных спин стражей, и нельзя сказать, что тактика не сработала.

– Обычно к этому моменту я уже мертва. – неуверенно сказала она.

– Будем работать над тем, чтобы таких моментов было поменьше.

– Вместе?

– Я за вас Сумрак не очищу, Нелли. Я что, похож на Альхирета?

– Если сравнивать по силе – вы действительно чем-то похожи, – серьёзно сказала она. – Не обижайтесь, Вик. И спасибо за помощь, правда.

– Пока что не за что.

С одной стороны, мы продвигались по территории, где до нас прошлась Мелинда с Анной и драконятами, а сверху заполировали Мордред, Кей и сотня отборных бойцов из Полудня и Полуночи. Но вечные замки предполагали десятки маршрутов к одному и тому же месту, а уж если твари Знающих сидели в засаде на единственную конкретную цель, то и самая тщательная зачистка могла пройти мимо.

Что касается зданий и интерьеров, Сумрак уцелел значительно лучше, чем Полночь в первый год моего правления. Возможно, именно в связи с этим он казался куда как более запутанным, постоянно заставляющим нас спускаться на пару этажей вниз и выбираться наружу, проходить гуськом через узкие проходы и преодолевать открытые пространства, где мы были как на ладони. Галахад указал изначальное направление, а дальше я шёл, сверяясь то с амулетом Зун'Кай, то с дальним зовом, ориентируясь на огонёк души Анны. Моя возлюбленная ведьма была жива, хотя и чем-то обеспокоена – я чувствовал это даже на расстоянии.

Через некоторое время Пенелопа, отлично справляющаяся с ролью проводника, осторожно спросила, откуда я знаю, куда идти. Я ошарашил её информацией о дальнем зове – как выяснилось, раньше ей не рассказал никто. Первый раз я активировал эту способность, сидя на троне, но связь Пенелопы с Сумраком уже была достаточно сильна. Ей удалось погрузиться в зов всего с третьей попытки, после чего она радостно объявила, что все её очищенные слуги живы! В особенности – Мари, мажордом, которую она особенно ценила. Более того, похоже, что первая из ключевых слуг Сумрака сейчас находилась где-то недалеко от Анны.

Вторая крупная засада поджидала нас в старом садовом лабиринте, по какому-то недоразумению занимающему обширную наружную территорию на пути к библиотеке. Технически, Пенелопа очистила сад пару месяцев назад, но хранителя пришлось испепелить – его разум сгинул много веков назад, а сам он обратился в неподвижное древесное чудище. Нового нанять не дали – то ли у Сумрака не хватало ресурсов души, то ли сказывались козни Альхирета. Сейчас же сад вместе с лабиринтом насчитывал в два-три раза больше места, чем в Полуночи, и стоял очищенным, но совершенно вакантным.

Не считая нас и уже не восьмерых тварей, а около тридцати-сорока выродков.

Эти были отнюдь не лучшими воинами. Рождённые в мире, который Знающие осквернили и исказили для нужд своего бала, выродки влачили жалкое существование. Их жизнь была недолгой, почти как у насекомых, разум – слаб и легко поддавался внушению. Их использовали почти все желающие, от Конрада до Альхирета, в основном – как орудие террора. Достаточное для наведения страха на впечатлительных, но легко рассыпающееся при серьёзном сопротивлении.

К этому моменту с нами было уже семеро пустых стражей и один достаточно шустрый каменный заступник, пусть и однорукий. Выродки лезли одновременно и почти со всех сторон, шевеля жвалами, отчаянно размахивая зазубренными руками-клинками. Целью атаки вновь была Пенелопа, и ситуацию осложняли два фактора. Один в нашу пользу – твари кончались достаточно стабильно, поскольку даже хозяйская охрана с ними худо-бедно справлялась. Другой не в нашу пользу – количество в какой-то момент начало перемалывать качество, а некоторые особи умудрились нарастить себе толстенные хитиновые пластины, выдерживающие скользящее попадание из Райнигуна.

Я примеривался ко второму за ночь «Украденному мигу», как сверху вниз на заросший лабиринт обрушился ярчайший столб пламени! Тех трёх секунд, что он длился, с головой хватило оставшимся выродкам для чистого испепеления, и лишь пара особей напрягла единственную извилину и спряталась до лучших времён.

Юная красная драконица, с изумительно красивой чешуёй с серебряным отливом, приземлилась прямо напротив нас. Пустые стражи попытались дёрнуться на нового неизвестного противника, но Пенелопа шикнула на них, успокаивая.

– Я успела? – взволнованно спросила Ава, оглядывая дело своего пламени. – Я успела! Я дважды чуть не заблудилась!!

– По воздуху? – уточнил я, подходя поближе и одарив её поглаживанием и почёсыванием.

– Ага! Тут всё очень плохо со средней высотой, надо либо совсем взлетать над замком, либо летать кругами! А тут я увидела, как вы отбиваетесь…

– Спасибо. Но что я говорил по поводу пламени?

– «Тратить по своему усмотрению, но только когда это по-настоящему необходимо», – от зубов процитировала Ава. – Прости, пап, я волновалась и соскучилась.

– Я тоже скучал, моя хорошая. Но где твой брат и все остальные?

– Ты не слышал, пап? Мы там это… слегка застряли…

Я не мог на сто процентов угадать изначальный план Альхирета на Сумрак, поскольку в своё время он рассказал лишь о малой его части. Но сегодня, неделю спустя картина постепенно прояснялась. Сердце для него было недоступно, но, благодаря успешному ритуалу, бразды правления вечным замком наделили Знающего широким спектром полномочий. Гораздо более широким, чем возможность втихую засылать в Сумрак выродков и прочую дрянь, и даже контролировать местных теней.