Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

– Нет-нет-нет, Делия. Слеза василиска – редкий ингредиент, возврату и обмену не подлежит. – На губах змея-махинатора расцвела предвкушающая улыбка.

Не иначе как поцелуи уже со мной воображал! Да этот змей скорее облезет, чем я соглашусь с ним целоваться!

– Я у вас ничего не покупала!

– Хотите сказать, что вы у меня ее украли?! Грабеж средь бела дня, да еще и в библиотеке. Что скажет госпожа ректор?

– Вы издеваетесь?! Я не собираюсь тревожить госпожу Соер из-за такого пустяка!

– М-м-м… Как мило. Воровство уже считается пустяком? Честно свистнул и ушел – называется нашел? Это не я начинающая клептоманка – это у меня просто профессия вредная?

– Прекратите! – закричала я, уже не беспокоясь, что нас могут услышать.

Мало книги этого гада чешуйчатого по голове приложили. Надо было что-нибудь еще на него уронить!

И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Лорд Тортон задрал голову и вопросил:

– Хранитель! Десять поцелуев в обмен на слезу василиска. Считаете ли вы сделку между мной и Делией Мейбус справедливой и обязательной для исполнения?

Протяжная мелодия флейты тянула на утвердительный ответ, но я, разочарованная предательством Хранэля, упрямо произнесла:

– Не одобряет. Вон как флейта плачет и надрыв… – Резкий бой курантов ударил по ушам. Мрак милосердный, это же даже не музыка! – Хорошо, Хранэль! Я тебя поняла!

Какофония тут же стихла, но в ушах все еще звенело. Да, наш хранитель светлый, но чувство справедливости у него темное. Вот как он мог счесть, что мне нужно целоваться с этим?!

Мой объект негодования с невинным видом сидел на корточках и собирал книги. Причем все они были из программы выпускников. Я жадно уставилась на том в черном замшевом переплете. Это были основы некромантии, преподаваемые на четвертом курсе. Ни одна адептка Шалатарской академии никогда не сможет вылечить нежить, но знать, как она устроена, обязана.

Выбор лорда Тортона удивлял. Он не был целителем, но заказал как справочные пособия вроде классификатора разумных рас, так и заклинатель. Это были книги с третьего этажа библиотеки. Те, о которых я могла только мечтать. И они были совсем рядом…

Да он специально эти книги взял, чтобы меня подразнить! Не буду просить. Не буду!

Я ухватила парящую в воздухе хрустальную сферу, сунула в карман туники и выразительно кашлянула, привлекая внимание.

– Считаете, если я сочту вас заразной, то откажусь целовать?

– Да вы… Вы…

– Я весь внимание. – Лорд Тортон сложил книги на столик и повернулся ко мне.

В золотистых глазах змея плясал сдерживаемый смех. Вся эта ситуация безумно забавляла василиска.

– Сами вы зараза! Вот!

– Фу! Какие выражения, да еще из уст уважаемой практикующей целительницы. Кстати, об устах и практике. Разрешаю приступать.

– К чему?

– К выплате долга. Или вы рассчитываете, что я облегчу вам задачу?

Лорд Тортон вытянулся по струнке, как новобранец на плацу, еще и глаза крепко зажмурил.

– Вы хотите, чтобы я вас поцеловала прямо сейчас? Вот так сразу… еще и в библиотеке?

– Обещаю обставить следующий поцелуй должным образом. Этот считайте легкой разминкой.

Хорошо, что тренировочным не назвал!

Ладно, я смогу. Целовала же я кузена Кайла в губы, когда он подарил мне солнечный камень. Конечно, это произошло случайно, метила в щеку, а Кайл не вовремя повернул голову. Сам поцелуй я не особо запомнила, зато то, что произошло после, до сих пор вызывало легкую оторопь. Кузен, который был меня старше на целых три года, вдруг покраснел и начал заикаться. На следующий день он пригласил меня погулять в город, но мама вовремя напомнила о вступительных экзаменах в академию. Так что я с огромным сожалением отказалась от прогулки, а через несколько дней Кайл уехал по поручению отца.

Как же я соскучилась по родным!

– Делия, если вы рассчитываете, что я усну в ожидании, то зря надеетесь.

Я заставила себя поднять взгляд на лорда Тортона, изображавшего из себя статую.

Хорошо. Я это сделаю. Вот прямо сейчас. Чмокала же я на спор ужа. Конечно, лорд Тортон симпатичнее горного ужа, но характер у него ужасный. Да и красивым лорда проверяющего назвать сложно. Глубоко посаженные глаза, темные брови вразлет, тонкий прямой нос и четко очерченная линия подбородка. Его лицо состояло сплошь из прямых линий, и только золотистые глаза смягчали резкость черт. Невероятные глаза, завораживающие. И как же здорово, что сейчас они были закрыты.

Я набрала в грудь побольше воздуха, привстала на носочки и звонко чмокнула василиска в губы. Звук вышел до того громкий, что лорд Тортон вздрогнул, дернулась и я, после чего гордо объявила:

– Минус один.

Василиск открыл глаза и посмотрел на меня так, словно сомневался, что это я его только что поцеловала. Нет, оно и понятно, у лорда проверяющего опыт побольше моего будет.

– Делия, то, что вы изобразили, на поцелуй не тянет.

– Я должна вам десять поцелуев. О том, что они должны вам понравиться, речи не было, – проворчала я, старательно рассматривая крепко сцепленные пальцы.

– Что вы, не надо отчаиваться. Уверен, в следующий раз вы постараетесь как следует.

– Вы мне еще предложите почитать дополнительную литературу и как следует попрактиковаться!

– Не вопрос, согласен побыть вашим ассистентом.

– Да лучше я жабу у пруда поймаю!

– Бедная квакша! За что ей эти мучения? Делия Мейбус, заявляю вам со всей прямотой и ответственностью: вы совершенно не умеете целоваться.

– А вы… Вы… Хам невоспитанный!

Отчего-то нелестная характеристика моих способностей показалась очень обидной. Лорд Тортон, наоборот, выглядел слишком довольным для того, кому не понравилось, а от взгляда золотистых глаз мне становилось не по себе. Уж больно предвкушающим он был.

– А давайте мы прямо сейчас рассчитаемся, и вы оставите меня в покое?

Физиономия лорда Тортона ожидаемо расплылась в улыбке.

– Понимаю ваше нетерпение, но придется немного подождать. Я сообщу о следующем месте и времени вашей расплаты.

– Это должно быть уединенное место.

– Разумеется. – Улыбка василиска сделалась еще шире.

– А вы дадите слово, что не будете ко мне прикасаться. И вообще, нам нужно оформить сделку письменно. Да-да! – Я принялась нарезать круги вокруг стола. Когда я двигаюсь, мне легче думается. – Нужно обязательно составить график и выбрать наиболее удобные места для поцелуев. В конце концов, мне нужно подумать и о своей репутации. Я девушка приличная, мне еще замуж выходить…

Внезапно поняв, что лорд Тортон не принимает участия в беседе, я остановилась и вздрогнула от внезапной перемены его настроения. Золотистые глаза василиска потемнели и теперь казались медленно тлеющими углями на застывшем лице.

– Репутация. Как мило, что вы о ней подумали, – сдавленно произнес он. – Это все, о чем мне нужно знать? Возможно, у вас есть иные обстоятельства, делающие исполнение сделки невозможным? Или же обязательства… – последние слова прозвучали совсем глухо.

– Нет, что вы! В ближайшие недели я совершенно свободна! – объявила я, наконец-то осознав все возможности и перспективы этой сделки.

Лорда Эграна интересовало исключительно мое безупречное происхождение и чистота крови. Если он заподозрит, что я не настолько идеальна, то сам передумает на мне жениться!

Крамер Тортон

Змей, перехитривший сам себя. Жалкое зрелище!

Отражение в зеркале явило унылую физиономию. К ее виду я давно привык, как и к темным волосам. Придворный маг постарался на совесть. Ни один целитель шалатарской академии не заподозрил наличие иллюзии. Ректор Соер была в курсе, она-то и намекнула, что мое намерение познакомиться с Делией под чужой личиной – не самое умное решение. Теперь я начинал догадываться почему.

Н-да. Кларисса Соер оказалась умной женщиной.

Я задумчиво поскреб макушку. Голова зверски чесалась, словно у меня вот-вот должны были проклюнуться рога.

Дурацкая ситуация! Меня ожидали девять сладких поцелуев юной змейки, но от одной мысли, что эта зараза собирается целоваться с кем-то еще, кроме жениха, внутри закипала злость.

Браво, Эгран! Теперь ты ревнуешь Делию к самому себе.

Я слукавил, когда объявил ее поцелуй негодным. Нет, целоваться Мейбус не умела, однако в тот миг, когда ее нежные, чуть подрагивающие губы прижались к моим, я ощутил пьянящий аромат снежной вишни. Хотелось пить его жадными глотками и не останавливаться. Мне удалось скрыть свою реакцию на поцелуй за язвительными фразами, но смеялся я не над девчонкой, а над собой. Теперь же мне становилось совсем невесело.

Самый простой выход из ситуации – полное признание. Найти девчонку и объясниться, свалить все на королевское задание. Целители Шалатара были бы в ужасе, узнай, что его величество направил в академию боевого нага. Пожалуй, сильнее их мог напугать только высший демон. Но признание ставило бы ребром вопрос с помолвкой.

Делия Мейбус не желала выходить замуж за Гарета Эграна. Иначе стала бы она светиться от одной только мысли о поцелуях с Тортоном? Не мог же василиск ей понравиться?

У-у-у! Ну и рожа!

Моя морда в отражении приняла зверское выражение, глаза полыхнули алым.

Нет-нет… Так делать точно не стоит. Иначе Делия заподозрит, что я не совсем подходящий василиск.

Итак, юная змейка решила поиграть. Вопрос в том, как далеко она готова зайти, чтобы избежать ненавистного брака. Всыпать бы вертихвостке! Неужели мать не объяснила ей, что опасно играть с чувствами мужчин? Что не каждый распаленный поклонник готов принять запоздавшее «нет»? Пожалуй, мне стоит преподать змейке урок, если она рискнет перейти границы дозволенного…

Еще как перейдет! Пожелала же она подарить мне десять поцелуев в укромном месте. Очевидно, мне стоит озаботиться поисками этого места и пригласить Делию на свидание. Естественно, после оформления сделки. Я еще надеялся, что у девчонки включится мозг и она пойдет на попятную. Если же нет… Это будет весьма волнующее задание его величества.

Глава 6

«Лорд Гарет Эгран!

К моему глубочайшему сожалению, я не смогу навестить родных этим летом из-за прохождения практики в городском лазарете Шалатара. Возникла проблема с местным источником, ситуация крайне серьезная и требует моего присутствия в городе. Предлагаю Вам отложить визит до Дня зимнего солнцестояния.

В ожидании зимней встречи леди Делия Мейбус».

Я перечитала письмо несколько раз, прежде чем согреть его своим дыханием и сунуть в камин. Возможность отправлять послания через огонь – врожденная способность чешуйчатых. Лорд Эгран получит мое сообщение, как только окажется поблизости от источника огня. И не важно, будет ли это пламя костра или зажженная свеча.

Проблема с местным источником! Какая удобная причина! Лорд Эгран сочтет, что жители Шалатара подхватили дизентерию из местного водоема или еще какую напасть. Вот в лазарете и нехватка целителей.

Следующее письмо было адресовано отцу. Я приложила страничку из «Сплетницы» и в красках расписала, как разочарована поведением жениха. Такой никогда не сможет стать хорошим мужем и сделать меня счастливой. И если папа хоть капельку меня любит, то подумает, как разорвать соглашение, которое и помолвкой нельзя считать. Ведь мы с лордом Эграном не встречались, а наша магия не прошла проверку на совместимость. Огонь ламии просыпается в объятиях супруга, но вряд ли мой отзовется на прикосновения того, кто был заочно мне противен!

– Папа обязательно меня поймет. Обязательно… – прошептала я как заклинание и аккуратно положила свиток на тлеющие угли.

Послание для мамы было не таким содержательным. Я поблагодарила ее за крем от загара и поделилась рецептом увлажняющей маски, а еще мягко намекнула, что ни в чем не нуждаюсь. Мой гардероб был в полном порядке и соответствовал нуждам адептки. А то мама уже намекала, что мне стоит снять мерки для заказа новых платьев к приезду жениха.

Я убрала письменные принадлежности и поймала себя на том, что улыбаюсь.

Приятно, когда все идет по плану!

Стрелка хронометра показала, что у меня есть еще час до начала приема в смотровой. Как раз успею прогуляться по саду и навестить друзей.

– А сегодня в нашем меню молочный шоколад с миндалем! – важно объявила я шкафу и вытащила из него коробку конфет.

Оценила запасы и вздохнула.

Эти сладкие подарки точно множатся почкованием! Сколько ни бери, меньше не становится. Хотя нет, размножение тут ни при чем. Просто у моего жениха очень странное представление о ритуале ухаживания. Интересно, он всем любовницам скармливает ежедневно по килограмму конфет, или это только мне так несказанно повезло? А может, это коварнейший план? Лорд Эгран решил меня раскормить, чтобы никто, кроме него, не позарился?

В саду я прошла по центральной аллее, но, не доходя до смотровых, свернула по едва заметной тропинке, петляющей между кустов шиповника. Коробка с нежнейшим шоколадом нашла последний приют на иссохшем от старости пне. Я открыла крышку, полюбовалась на лакомство и начала тактическое отступление, то есть отползание.

Хранэль терпеть не мог конкурентов, поэтому мало-мальски волшебные создания в академии не приживались. Стайку цветочных фей я обнаружила случайно, когда бегала среди ночи к утилизатору, чтобы слить остатки неудавшегося зелья. Истощенные бедняжки сидели в засаде и ждали, пока кто-нибудь выбросит что-нибудь питательное. Вот я и объяснила, что конфеты восполняют энергию не хуже магических эликсиров. После пяти коробок феечки оклемались, а я обзавелась личным утилизатором сладостей. В академии крылатые крохи не задержались, все-таки хранитель у нас противный, но залетали раз в три дня, чтобы побаловать себя вкусненьким. Сегодня как раз был «сладкий» день, но феи не спешили показываться возле пня. Странно. Не случилось ли чего?

Еще как случилось!

Осознание этого пришло за мгновение до того, как позади раздалось ехидное:

– Когда вы жаловались, что вам не с кем ползать, я не думал, что ситуация настолько безнадежная. Но вы продолжайте. Отлично получается.

Я представила, как выглядят мои маневры со спины, и поспешно вскочила на ноги. Лорд Тортон стоял в паре шагов, золотистые глаза смотрели чуть насмешливо, а уголки губ были приподняты, словно василиск сдерживал смех.

– Еще пара таких нечаянных встреч, и я решу, что вы за мной следите.

– Печально. Вы не самая догадливая ламия Шалатарской низины. – Лорд Тортон широко улыбнулся, как вдруг его улыбка скисла, словно лицевой нерв защемило. – «Миндальное наслаждение», две золотые монеты за коробку.

Я обернулась и расплылась в счастливой улыбке. Феечки все-таки прилетели!

– Тише. Вы их спугнете, – шикнула я на лорда проверяющего.

– И тогда они лопнут или подавятся? – мрачно уточнил он.

– Эти цветочные феи просто обожают сладкое.

– Удивительно, как их до сих пор крылья носят.

– Это вы о чем?

– Да так… Мысли вслух. Благотворительная акция? – прохладно поинтересовался василиск.

– Завидуете? Оставить и вам конфетку?

– Спасибо. Обойдусь. Они там все уже обслюнявили.

– Всего лишь продегустировали. – Я с умилением следила за цветочными крохами, которые перекидывали друг другу конфету в золотой обертке. – Как дети малые.

– Материнский инстинкт? О своих мечтаете?

Настолько резкая смена разговора заставила меня поперхнуться воздухом.

– Когда-нибудь. В отдаленном будущем. Сейчас у меня другие планы.

– Дайте угадаю: сдать экзамены и пройти практику в каком-нибудь респектабельном заведении?

– Не угадали. Рассчитываю стать штатным целителем в карагатском патруле огров.

– Но вы же девушка! – Из горла василиска вырвалось свистящее шипение. – Юная, безмозг… беспечная стерв… стереотипы решили разрушить?

– Хотите сказать, что девушке не место в патруле?

– Полагаю, что это в первую очередь должны сказать ваши родители!

– О! Папа у меня чудесный. Он меня понимает и обязательно поддержит.

– А мать?

Хмурый вид лорда Тортона уже начал раздражать. Вот и что он ко мне прицепился? Какая ему разница?!

– А маме мы с папой не скажем! – хитро объявила я.

– У вас чудесные семейные отношения. – Откровенный скепсис в голосе лорда Тортона ничуть меня не задел.

Наша семья на первый взгляд казалась необычной, особенно для тех, кто не знал ее историю. Моя мать в свое время считалась первой красавицей столицы, ее внимания добивались самые завидные холостяки королевства, но она отдала свое сердце скромному смотрителю Карагатского перевала. Папа прибыл в столицу, чтобы найти себе змейку, способную в одиночку вести хозяйство и не боящуюся трудностей горной глуши, а вернулся с хрупким столичным цветком. В нашем городке не верили в эту любовь. Пророчили, что мама сломается за год и уедет в столицу, оставив отцу новорожденную дочь, но минуло девятнадцать лет, а мама была свежа и энергична, как и в свой первый день в горной усадьбе «У ручья». Как и прежде, она строго следовала столичному этикету, радовала наш городок игрой на клавесине и с удовольствием мастерила броши, заколки и другие украшения для местных жительниц. История любви моих родителей была чудесной, я втайне мечтала, чтобы и меня кто-нибудь полюбил так же сильно.

Феечки расправились с конфетами, не прошло и пяти минут. Исчезли они, не попрощавшись, по обыкновению оставив в коробке несколько золотистых шариков.

Пыльца цветочных фей – незаменимый ингредиент в сумке практикующего целителя. Она прекрасно выводит яды и токсины из организма и стоит безумно дорого, потому что феи редко делятся пыльцой добровольно, а отобрать ее силой еще никому не удавалось.

Я бережно переложила пыльцу в стеклянную баночку и запихнула в сумку пустую коробку из-под конфет.

– Считаете обмен равноценным?

– Это не обмен, а подарок. Феи оставляют для меня пыльцу, потому что сами так хотят.

– И вам не жалко конфет?

– Видеть их не могу! Вконец достали!

– Так начните принимать оплату монетами, а не конфетами.

– Это не оплата, это… подарок.

– Настойчивый поклонник? – Губы лорда Тортона насмешливо изогнулись.

– Бывший жених! – Спохватившись, зажала рот ладонью, но сказанного не воротишь.

По натуре скрытная, я неохотно делилась своими переживаниями с посторонними, но в присутствии лорда Тортона на меня нападали приступы болтливости. Сначала на балу ляпнула, что меня жених бросил, теперь вот про конфеты.

– Для бывшего он очень щедр. Дайте угадаю, старается загладить свою вину?

– Скорее шалатарский сад замерзнет, чем лорд Эгран перед кем-нибудь извинится!

– Вот как? Настолько сложен в общении?

– Не самый приятный тип. – Я повесила сумку на плечо, отряхнула тунику и бриджи от травинок и пыли и теперь с тоской посматривала в сторону аллеи.

– А я слышал как раз противоположное, – внезапно объявил василиск. – Лорд Эгран обходителен и нравится женщинам.

– В том-то и проблема! Он настолько обходителен, что пока всех не обойдет – не угомонится. А там и на второй круг пойдет.

Лицо лорда Тортона удивленно вытянулось. Я же отчаянно покраснела. Вот и что мне стоило промолчать?!

– Мне жаль, что ваши отношения не сложились, – отчего-то тихо и очень печально произнес василиск.

– Ничего. Переживу. Скажите, а как королевский смотритель магических источников вы, случайно, не знаете… Должен же быть способ помочь нашему хранителю.

– Должен. Ректор Соер озвучит его, когда сочтет нужным.

– Спасибо! Я чувствовала, что еще не все потеряно! Знаете, а вы конфеты любите? У меня разные есть.

– Обойдусь! Не люблю сладкое… – еще тише добавил лорд Тортон.

– Жаль. Феям все не слопать при всем желании.

На лице мужчины отразилось замешательство. Да, к решению девичьих проблем он не был готов.

– Раздайте конфеты подругам.

– Обязательно так и сделала бы, вот только у меня нет подруг.

К центральной аллее я бежала со всех ног. Лицо горело от смущения. Совсем расклеилась, раз разоткровенничалась с первым попавшимся василиском. Нужно хотя бы на пару дней домой вырваться. Безумно скучаю по своим!

Крамер Тортон

«Лорд Гарет Эгран!

К моему глубочайшему сожалению, я не смогу навестить родных этим летом из-за прохождения практики в городском лазарете Шалатара. Возникли проблемы с местным источником, ситуация крайне серьезная и требует моего участия. Предлагаю Вам отложить визит до Дня зимнего солнцестояния.

В ожидании зимней встречи леди Делия Мейбус».

Я перечитал послание еще раз, прежде чем обратить его в пепел.

– Осторожнее. Если кто-нибудь заметит, насколько ловко вы обращаетесь с огненной стихией, вашей маскировке придет конец. – Леди Кларисса Соер одолела последние несколько ступеней и шагнула на каменный пол пещеры.

Светлый источник силы Шалатара находился под землей. Это был небольшой колодец, внутри которого клубился белоснежный туман. От него ввысь поднимался золотистый столп света. Он и питал корни местного Древа знаний – академическая библиотека росла над источником силы.

– Я почувствовал ваше приближение за десять шагов до входа в пещеру.

– Наслышана о знаменитом чутье боевых нагов. Однако сейчас умы всех обитателей академии занимают лишь способности василисков к ментальной магии.

Из моего горла вырвался самодовольный смешок. Да, славная вышла маскировка.

Внешне сухопутные чешуйчатые похожи друг на друга. Крылатого дракона ни с кем не спутаешь, а вот различие нагов, ламий и василисков таится в деталях. Перед отправкой в Шалатар я стал ниже и субтильнее, а моя радужка приобрела оттенок, свойственный василискам. Кто бы мог подумать, что на нее клюнет моя невеста.

Моя слеза ничего не стоила, она ничем не могла помочь Делии Мейбус, но особого раскаяния на этот счет я не испытывал. Адептка Мейбус училась на отлично, а во время отбора находиться на вершине рейтинга слишком опасно.

– Уже завтра вы объявите о предстоящих испытаниях. Непременное условие – доступ к сессии, подтвержденный хранителем.

– Разумеется. Через ритуал слияния сможет пройти лишь сильнейшая адептка. Успехи в учебе здесь играют определяющую роль. Лорд Тортон, надеюсь, вы заметили, что Делия Мейбус – одна из лучших учениц нашей академии.

Да, я уже успел ознакомиться с учебным рейтингом учащихся и разжился комплектом учебников для выпускников – хотел разобраться, с каким багажом знаний Делия покинет Шалатар. Способности этой девушки впечатляли, поэтому я и хотел убедиться, что она получит достойное образование. Возможно, мне следует подумать о переводе Делии в Королевскую академию алхимиков. Конечно, профиль немного не тот. Зато темным алхимикам преподают лучшие зельевары королевства. Не представляю Мэлора в роли толкового наставника!

– Лорд Тортон, как лицу, заинтересованному в благополучии леди Мейбус, я обязана сообщить вам еще об одной деликатной проблеме.

Смущенный тон ректора заставил меня напрячься, внутри словно сжалась тугая пружина. Я ощутил себя змеем, готовым к броску. Неужели моя скромница-невеста что-то умудрилась натворить?

– Слушаю вас.

– Адептка Мейбус слишком рьяно растрачивает свои силы на полукровок.

– Разве это не основное ее направление? Я слышал, смотровая адептки Мейбус как раз специализируется на приеме представителей смешанных рас.

Под моим взглядом женщина смутилась. На бледном высоком лбу выступили капельки пота, однако румянец не затронул щек.

И снова меня посетило ощущение несоответствия. Подобное хладнокровие было доступно лишь чистокровным змеям, но ректор Соер не была одной из нас. Неужели злоупотребляла иллюзиями? Если так, то какова причина? Что это? Банальная женская причуда или ректору Соер есть что скрывать? Пожалуй, мне стоит выяснить побольше о леди Клариссе Соер.

Ректор долго молчала, собираясь с мыслями. Мой опыт подсказывал, что лишь одна тема способна поставить женщину в еще более затруднительное положение, чем обсуждение любовников, – разбор ее финансов.

Попечители Шалатарской академии целителей спонсировали восемь смотровых кабинетов, давая возможность лучшим адепткам вести прием пациентов. Чаще всего горожане обращались за общей диагностикой, когда хотели подтвердить или опровергнуть уже имеющийся диагноз. Наведывались в академию и дамы почтенного возраста, не столько за помощью, сколько чтобы прогуляться по эльфийскому саду. Серьезных пациентов у адепток было мало, но я уже заметил, что Делия Мейбус во многом выпадала из привычных рамок.

– Адептка Мейбус очень талантлива, но только за последний месяц на содержание ее смотровой ушло больше средств, чем на семь остальных. Я неоднократно говорила ей, что следует отправлять сложных пациентов в городской лазарет, но Делия никому не отказывает, если знает, что задача ей по силам. Она жаждет помочь абсолютно всем!

– Я уже это понял. – Внезапно осознал, что готов улыбнуться. Чем больше я узнавал девчонку, тем интереснее она мне казалась. – Попечители академии могут спать спокойно. Все расходы на содержание смотровой адептки Мейбус я беру на себя. Ваш секретарь может направлять счета в столицу. Адрес я оставлю.

На лице ректора Соер проступило неподдельное облегчение.

– Спасибо вам! Не знала, как сообщить Делии, что она может лишиться смотровой. Лорд Антер, глава попечительского совета, не слишком жалует ее направление.

– Лорд Антер? Не его ли дочь учится с Делией в одной группе?

– Аманда Антер. – Ректор печально поджала губы. – К сожалению, дальше косметологии этой девушке не подняться. Она слишком боится запачкаться.

– Я бы так не сказал. Методы этой особы намекают, что она не прочь порыться в чужом грязном белье.

Ректор Соер смущенно отвела взгляд.

– Я видела ту ужасную статью. Не представляю, откуда в нашей академии взялось столько экземпляров «Сплетницы», но хранитель обещал выявить и наказать виновных.

– Он обращается к вам?

– Не чаще, чем к остальным. Возможно, после ритуала слияния у Хранэля появится шанс…

Ректор подошла к колодцу и протянула руки. Золотистые искорки закружили у ее ладоней, а потом собрались в единую слепящую вспышку. Я невольно зажмурился, а когда открыл глаза, светоч пропал, поглощенный целительницей. В ее глазах застыл туман воспоминаний, он разгладил скорбь в уголках губ, смыл горечь с лица. На мгновение мне показалось, что я вижу другую женщину, способную слиться со светлым источником силы. Мне почудилось, что я увидел перед собой светлую.

* * *

Это был сумасшедший день. Первым меня посетил внеплановый пациент. Мрачный гном ввалился в смотровую и вместо приветствия объявил, что ему сегодня должны были снять гипс. Не срослось. Пока я разобралась, как гном проник в академию, прибыла госпожа Урл с дочерью. У малышки снова началась лихорадка.

Гнома пропустил хранитель. Ла-Рушк пытался втолковать бородатому ворчуну, что тому следует обратиться в городской лазарет, но Хранэль неожиданно распахнул ворота. Так что привратнику пришлось направить гнома в мою смотровую. Его перелом выглядел неважно. Кости старого гнома не желали срастаться. Хорошо, что у меня была в запасе бутылочка регенератора костных тканей. Я отмерила для гнома порцию снадобья, расписала, как принимать, и наказала записаться на повторный прием через три дня.

Дочь госпожи Урл меня беспокоила все сильнее. Я не понимала, что происходит с маленькой Анабель. Температура подскакивала приступами, словно в организме развивался воспалительный процесс, но я не могла найти очаг. Я дала малышке жаропонижающее и сделала компресс на травах, чтобы унять головную боль. Крошка не желала лежать спокойно, хныкала и просила, чтобы я полежала вместе с ней. Пришлось прилечь на узкую кушетку, а смену компрессов доверить матери. Через полчаса температура спала, а девочка начала скакать по смотровой, всюду совать любопытный нос и едва не разбила несколько бутылочек микстуры. Я в очередной раз посоветовала госпоже Урл показать девочку более опытному целителю, но та настолько воодушевилась результатом, что осыпала меня комплиментами, потом вручила сдобный пирог с рыбой и, лишь убедившись, что я приму ее дочь в случае нового приступа, покинула смотровую.

Пирог остался.

Я несколько раз порывалась сунуть его в утилизатор, но каждый раз замирала в нерешительности. Отличный же пирог. Госпожа Урл просто не знала, что я терпеть не могла рыбу. Меня начинало мутить от одного только запаха, словно беременную. Нет, это недомогание мне точно не грозило, в остальном же я ощущала себя старой развалиной. Хотелось прилечь на кушетку, чтобы полежать с закрытыми глазами хотя бы пять минут, но на двери уже звенел колокольчик.

Спустя минуту я обрабатывала порез на руке рыбака-полуорка. Не успел он покинуть смотровую, как мне принесли юного полуалла. Его мать-лепреконша понесла от духа воздуха, а ее малыш теперь никак не мог высвободить кожистые крылышки. Мне стоило огромных трудов успокоить леприконшу и заверить, что с ее малышом все в порядке. Даже человеческие дети развиваются по-разному. Кто-то начинает ходить в десять месяцев, кто-то после года, так почему бы полуаллу полететь не в два года, а в два с половиной? Выдала лепреконше мазь, чтобы она смазывала малышу спинку, и успокаивающие капли уже для нее самой…

Требовательный звон колокольчика снова раздался не по графику. Следующий пациент должен был прибыть только через пятнадцать минут, и уважаемый Агрх был очень пунктуальным полуогром.

Я присела на край кушетки и прикрыла глаза. Может, сделать вид, что никого нет?

Колокольчик звякнул еще раз. Глубоко вздохнула, ущипнула себя за щеки, покусала губы, чтобы вернуть цветущий вид, и пошла на встречу с пациентом. Это у меня тут всего лишь голова закружилась, а там, возможно, проблемы посерьезнее…

У моей проблемы были миндалевидные золотистые глаза, и сейчас они смотрели с заметным осуждением. Лорд Тортон рассматривал меня столь пристально, что слова полились сами собой.

– Как хорошо, что вы зашли!

– Правда?

Откровенный скепсис в его тоне ни капли меня не смутил.

– Да! Постойте минуточку. – Я метнулась в глубь смотровой, чтобы тут же вернуться обратно. – Очень вкусный рыбный пирог. Угощайтесь!

– Это мне? – Василиск неверяще рассматривал золотистую корочку пирога, но принимать угощение не спешил.

Нет, пирог выглядел отлично. Пышный, румяный, сама бы съела, если бы не начинка. Но не выбрасывать же в утилизатор!

– Повернитесь.

Команда прозвучала до того неожиданно, что я слегка растерялась. Вместо того чтобы озвучить ее повторно, лорд Тортон неожиданно ухватил меня за плечо и развернул к себе спиной. Мужские пальцы бесцеремонно оттянули ткань туники и скользнули вдоль позвоночника.

– Что вы себе позволяете?!

Дернулась в сторону, но хватка василиска была железной.

– Я смотрю, вы себе ни в чем не отказываете. Хочу – лечу, хочу – кормлю. Адептка Мейбус, вы хотя бы осознаете, что вас сегодня жрали?

– Кто? – слабо пискнула я.

– Это вам лучше знать! Делия, как давно вы ведете прием пожирателей?!

– Какие глупости!

Извернувшись, все-таки смогла освободиться, но не сделала и пары шагов, как смотровая покачнулась, а пирог выскользнул из ослабевших пальцев. Упасть мне не дали. Лорд Тортон подхватил меня на руки, перешагнул через пирог и опустил на кушетку.