Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

Разберёмся потом.

– Народ, славьте Единого! У нас всё получилось! Начинаем копать!

Это я уже кричу в полный голос. Мы смогли! Ни гахаров, ни змея. Я всех обманул. Теперь остаётся проверить единственное. Неужели, удача и здесь повернулась ко мне лицом?

Люди шумно ликуют. Одни и те же вопросы раз за разом получают одни и те же ответы. Не верящий своему счастью народ приступает к работе. По цепочке передаём назад в заменяющих мешки трофейных солдатских куртках извлечённый грунт. До лежащего без сознания Терикуса никому дела нет. Лаз растёт, удлиняется.

Свет! Последние комья земли осыпаются разом, и я первым протискиваюсь наружу. Ну, так что здесь у нас? Что с удачей?

Увы… Но на всё воля звёзд. Мне и так удалось невозможное. К сожалению, во всём мне не может везти.

В этот раз неудача.

Глава девятая
Под дланью Единого

Какая удача! Вот это Ло попал, так попал!

Вернее, Терикус попал, но не суть. Колдун говорит: живчик сильно упрямился, не хотел пугать зверя до того, как лоскут улетит. Вот дурак. Тут же любому балбесу понятно, что единственный шанс убить неуязвимое чудище – разрубить его скачком.

И у нас это вышло. Хвост и половина змеиного тела – хотя, тут даже больше, наверное, чем половина – мёртвым камнем лежат недалече от выхода из нашей норы. Остальное осталось на лоскуте. Интересно, та часть, где башка, жива или тоже подохла? Скорее, конечно, второе. Не червяк же, змея.

– Вот ведь Бездна! – выбрался из-под земли Клещ.

– Ты, чего ругаешься? – хохотнул вылезший из норы чуть раньше друга Бочка. – Радоваться надо. Нет больше Василиска.

– Да это он расстроен, что с семенами пролёт, – подсказал Вепрь.

– А то, – бросил на траву свой рюкзак и оружие Клещ. – Сердце у змей к башке ближе. На той стороне осталось. Эх… Могли поживиться.

– Не жадничай, – фыркнул Вепрь. – У нас и так семян – хоть сегодня на Твердь. И запасы пополнятся. Мы на дикой Земле теперь так-то. Хочешь, не хочешь, а зверя придётся бить много. Ещё семян всяко добудем.

Пока народ продолжает вылезать из норы, осмотрюсь. Обрезанные раньше холмы вернули свои недостающие части, и наша долина прилично добрала длины. На месте лоскута теперь травянистые склоны пологих увалов, заслоняющие дальнейший обзор. На одном из ближайших, всего в нескольких сотнях шагов от нас, пасётся огромное стадо каких-то рогатых копытных. Часть его закрывает от взгляда половина подохшей змеюки. Чуть левее, у подножия другого холма, мохнатой горой над травой возвышается одинокий огромный бык. На склоне над ним серым пятном сгрудилась отара баранов.

Если тщательно присмотреться, то, уверен, и хищников с той стороны найду множество. Это здесь, зверь, какой на лоскут не ушёл, Василиском распуган, а по ту сторону бывшей границы холмы живут своей обычной жизнью. Но зверь, то ладно. Гораздо важнее, что кроме нас вокруг нет ни единого человека. А, значит, и гахара. Обманули мы их. Колдун снова переиграл клятых нелюдей.

– Подлечил живчика, – сообщил колдуну вылезший из норы Валя. – Кости срастил, ухо с пальцем на место вернул. Он очнулся в процессе. Клянёт тебя по чём зря. Ого! Это наш Василиск? – заметил лекарь останки змеюки.

– Всё, что осталось, – кивнул Ло.

– Удачно пугнули, – присвистнул принц Штольгарда.

– Китар, Кэйлор, следите за небом, – приказал нам с Его Величеством колдун. – Я обратно спущусь. Надо вытащить Терикуса.

Но шагнувшему к норе Ло внутрь лезть не потребовался. Щурящийся от яркого света живчик как раз выбирался наружу.

– Смотри, – указал колдун на гигантский обрубок. – Теперь понимаешь, почему… я был груб с тобой?

Как он ловко слова подобрал. Я едва удержался от того, чтобы не хрюкнуть смешком. «Был груб» – классно сказано. Как я понял, Ло был близок к тому, чтобы начать вырывать дураку руки с корнем. Он может. Легко.

По мере возвращения зрения Терикус менялся в лице. Изначальная отречённая тоска сначала уступила место удивлению и неверию, затем глаза живчика зажглись радостью, губы растянулись в счастливой улыбке, но парой мгновений спустя одарённый упрямо насупился.

– Хочешь сказать, ты знал, что так выйдет? – повернулся он к Ло.

– Да, – кивнул тот. – Для чего же ещё это делалось? Ты спугнул его с нужного места по дурости. Пришлось вернуть змея обратно.

– А, если бы он перелез на лоскут целиком? – недоверчиво прищурился Терикус.

– Я знал, что делаю. Учись доверять мне. Забываешь, что я избран Единым.

– Ещё скажи, что сам Единый велел тебе пугнуть зверя, – не унимался живчик.

Ха! Считай, сам колдуну подсказал. Сейчас Ло прикроется волей Создателя, и пойди докажи, что он врёт.

– Неужели, ты не видишь в случившемся его промысла?

Живчик набрал воздуха, чтобы что-то сказать, но, видимо, не нашёл нужных слов. Шумно выдохнув, закатил глаза. Пару мгновений подумал и, резко шагнув к колдуну, потребовал:

– Клянись Единым, что знал! Знал, что змея разрубит!

– Клянусь, – не задумываясь, кивнул Ло.

Ёженьки… Ничего он не знал. Только сейчас до меня дошло, что колдун легко мог отогнать Василиска дальше, чем нужно. Неуязвимый проглот едва не остался в Ковчеге. Оттого-то и бесится Терикус. Он ведь всё ещё верит, что его родной полис может спастись. Демоны пришли и ушли, а прожорливый царь-царей убьёт всех.

Более того, колдун так поди ещё и расстроился, что Василиск не успел за грань сдёрнуть. Ему на тех живчиков с колокольни плевать. Бросить ради победы на жертвенный алтарь один полис для Ло ерунда. Он за человечество в целом печётся, не за людей. Ему надо бессчётные миры спасать. Ло бы легко и всю Землю Василиску скормил, если был бы уверен, что змей заодно и гахаров сожрёт. Ему выгодно было загнать чудище на лоскут, прощальным подарком врагам. Ло – чудовище.

Нет! Ло велик! Просто ты, Китя, пока не способен понять его. Сердцем всё думаешь вместо башки. Не черствеешь, как должно. Ты мальчишка ещё. Зажми чувства в кулак и держи. Наша цель – нет важнее её.

И детское личико Тишки перед глазами. Себя не обманешь… Пока не дорос я до подвигов. Первым делом сестрёнку найду и спасу. Остальное потом. Ох, как не признаю свою половинку, когда её встречу? Семилеткой же помню. А ей так-то нынче четырнадцать годов, как и мне. Совсем уже девка на выданье. Скорее бы уже отыскать. Твердь, Сушь, дальше? Где она? Куда спрятали? Хватит нам уже на Земле торчать. Отряд собран, отмер кому нужно поднять – семян хватит. Нельзя время тратить…

– Прости.

Терикус словно сдулся. Решимость, злость, смелость – всего, как и не было. Перед колдуном стоит прежний покладистый трус.

– Прощаю, – положил руку на плечо живчика Ло. – Понять тебя просто. Ты свой дом защищал.

– И едва не сгубил весь мир, – вздохнул Терикус. – Извини, Дерхан. Больше такого не повторится. Вы с Единым можете на меня рассчитывать.

Примирение состоялось, и колдун тут же переметнулся к решению насущных проблем.

– Ладно, забыли. Приглядывай за округой, а мы пока озаботимся завтраком.

Ло раздал нужные распоряжения и полез обратно под землю за своей Зверобойкой. Народ тоже ещё продолжал вытаскивать из норы то да сё. Барахла у всех много. Мы с припасами, при оружии, бобов тьма, долей море. На сто три человека всего две бабы, да и те – не обуза. Даров всяких хватает. Это вам не наш прежний отряд безымянных, что увёл Ло из Арха. До нового лоскута всяко дойдём.

Пока ели, солнце взошло окончательно. На небе сегодня ни облачка. Тепло, но не жарко. Ветерок обдувает утренней прохладой, в траве стрекочут кузнечики, вокруг жужжат жуки и прочая летучая мелочь, над головой проносятся, охотясь на насекомых, мелкие птицы.

А вот крупных, опасных нет рядом, как и хищного зверя. Пока Терикус бодрствует можно расслабиться. Он и почует за версту кого следует, и отпугнёт, если потребуется. А спать живчик теперь нескоро уляжется. На бобах две седмицы продержится, прежде чем в потолок упрётся. Ровно четырнадцать недобранных долей у него.

– Ну, что, Кэйлор, – завершив трапезу, обратился колдун к Его Величеству, – вроде света уже достаточно. Солнце как раз в спину бьёт. Пора осмотреться.

Ну да, восходная сторона у нас – это земли Василиска. Змей оттуда приполз. Значит, там искать лоскуты бесполезно. Но с обратного края, куда сейчас светит рассветное солнце, полис запросто может найтись. Нам теперь, чтобы далеко за горизонт заглянуть, гор не нужно. Летуны на то есть.

Король Эмрихта взмыл в небеса. Выше, выше… Через минуту вверху уже еле заметная точка. Вот это он залетел! Высотища! Спускается. Долго в округу не всматривался. Похоже, заметил чего.

– Есть! – радостно выкрикнул Его Величество ещё на подлёте к земле.

– Далеко? – подскочил к опустившемуся королю Эмрихта Ло.

Неужели, лоскут? Вот так сразу? Но, почему бы и нет? Он же на несколько вёрст поднимался. Оттуда, небось, далеко видать. Народ тут же окружил улыбающегося Хайтауэра.

– Вёрст триста, наверное. Точно трудно сказать. Далеко всё же. За холмами уже. Но дойти сможем точно.

– Ты не мог ошибиться?

– Нет, – мотнул головой король Эмрихта. – У пятна форма правильная. Цвет другой. Сто процентов лоскут.

Вот и всё. И искать не пришлось. Вот, что значит иметь одарённых с нужным даром в отряде.

– Восславим Единого! – вскинул к небу руки сияющий радостью Флам. – Он ведёт нас! Мы под дланью его!

И по лицу Терикуса понятно, что живчик эту мысль полностью разделяет. В глазах благоговейный трепет. Теперь против Ло точно рта не откроет.

– Триста вёрст нам по силам, – поднял с земли Зверобойку колдун. – Берём вещи, братья. Пора в путь-дорогу.

* * *

Я ошибался. У Ло на живчика далекоидущие планы. Есть бобы ему Ло не даёт. Пока по холмам идём, Терикус не особо нам нужен. Засаду устроить здесь негде – округа прекрасно просматривается. Трава высотой по колено – крупняку в ней не спрятаться, а мелочь на сильный отряд нападать не рискует. Опасного хищника замечаем заранее. Одиночных встречает Ло лично, стаи бьём всей толпой, птиц Его Величество слепит ещё на подлёте. За три дня всего дюжина легко раненых – Валя быстро всех ставит на ноги – и ни одного трупа.

Все звериные нападения больше не про опасность сейчас, а про время. Его тратить жалко. Вскрываем только совсем уж старьё. Едим, пьём, справляем нужду на ходу. Идём мало, трусцой в основном поспешаем. И хорошо очень, что слабаков средь нас нет. Нагрузки все держат. Поклажи мы тащим немало.

Один лишь из нас не бежит, не идёт, а едет, как князь, на носилках. Ло умный – заставил дорогой спать живчика днём, а ночью тот бдит. Дежурные, что ночами по сменам сидят подле Терикуса, не охраной нас заняты, а следят, чтобы главный сторож не задремал ненароком.

Тут округа безлесная. Для костра дров нигде не найти, но огонь, как защита, когда с Пугачом и с Чутьём есть охранник, без надобности. Вот пожарить мяска бы… Но терпим. Есть пока, что пожрать. И вода есть. Несложно путь складывается.

* * *

На четвёртые сутки, оставив позади двести вёрст, мы вышли из холмов в степь и почти сразу же упёрлись в широкую реку. За сотню саженей, глубокая, с мутной водой. Дормиан в пяток ходок с грузом весь свой дар слил начисто. Его Величество сильно дольше летал. Пока мы все плыли с мешками над головой, Хайтауэр перетаскал на тот берег оружие и даже перенёс на спине жену купца Прохта, что не умела плавать.

Всего в час на всё про всё уложились. Дар Терикуса действует на водного зверя, как и на всякого прочего. К его Пугачу уже настолько привыкли, что народ даже морщиться перестал, когда нагнанный страх прилетает. Мозг знает, что ненастоящий тот ужас. Теперь понимаю фатоев, что над нами тогда потешались.

* * *

И вот пятым днём на нашем пути, наконец-то, начали встречаться первые рощицы. Вчера вечером, после переправы, Ло разрешил живчику съесть первый боб, и по степи, где уже в куда более высокой траве даже крупному хищнику затаиться по силам, мы идём без опаски, под защитой незаменимого Терикуса. С его дарами поход по кишащей зверем дикой Земле, что прогулка по окрестностям Града.

К вечеру впереди показались и долгожданные очертания леса. Его Величество пару дней назад ещё раз в небеса поднимался, и мы знаем, что лоскут в этом самом лесу, всего в паре десятков вёрст от смотрящего на нас его края. Успеваем с запасом – шестым днём будем там. Потому Ло и не гонит народ. Ночью спим, не бежим. Торопиться сверх меры нет смысла.

Под деревья входя, всё старались найти следы местных охотников. Недалече лоскут – должны рыскать кругом. Но нет, пусто. Ночевали с кострами – теперь дров навалом – огонь, дым не прятали. Утром ждали гостей, кто бы мог по темноте свет заметить. И опять никого.

Вскоре дар Его Величества, который у Хайтауэра за полёты отвечает, восстановился, и колдун тотчас же отправил короля Эмрихта в небо. С нетерпением его ждали под кронами. В этот раз летуна долго не было. Нервничали.

Снова нам попался лоскут, где охота на дикой Земле не в почёте. Всего два-три часа и упрёмся в их стены, а людей нет как нет. Подозрительно всё это. Народ шепчется. Не к добру эти странности, ох не к добру.

И вот ветви деревьев над нами ожили шуршанием. Наш разведчик вернулся.

– Господа, дело дрянь, – огорошил всех сходу спустившийся на землю Хайтауэр. – Пять дней муфру под хвост.

– Ты ошибся? Там нет лоскута? – схватился за голову Клещ.

– Лоскут есть. Только толку с него для нас нет.

– И какой из двух? – спросил уже всё понявший Ло. – Мёртвый? Запретный?

– Могу ошибаться, но, кажется, первый, – вздохнул король Эмрихта. – Уж слишком зелёный. Нужно вблизи посмотреть.

– А смысл? – зло бросил кто-то из окружившей Его Величество толпы. – Нам, ни тот, ни тот не нужны.

– Как определил? – набросился народ на Хайтауэра. – Людей нет? Полис разрушен?

– С такого расстояния, что вообще увидишь? – возмутился Блут.

– Правильно! – поддержали ронхийца. – Нужно вблизи посмотреть!

– Да там заросло всё, – скривился Его Величество. – Зелёнка повсюду. И тёмная очень. Не поля, не сады.

Говорите, под дланью Единого? Да уж. Вот и закончилось наше везение. Зря я радовался.

– Идём дальше, – оборвал споры Ло. – Посмотрим вблизи.

Собрались, двинулись. Все бубнят недовольно. Оно и понятно, так ждали, а тут… Через час колдун всех заставил молчать. Если нас впереди ждёт Запретный лоскут, то на нём царь-царей обретается. Кто сказал, что он не охотится прямо сейчас где-то там, впереди?

Нет, конечно же Терикус его загодя засечёт, но беда в том, что пугнуть, как всех прочих зверей, эту тварь не получится. На захватившее лоскут чудище эта способность не действует. В том и проблема. Иначе бы его уже давно те же порожники выгнали к йоку из разорённого полиса. Такой вот у захватившего лоскут зверя дар. Этим знанием местные с нами уже поделились. Впрочем, колдун говорит, что то ясно и так, по какой-то там логике.

Не дойдя до лоскута пары вёрст, снова остановились. У Хайтауэра ещё дара хватает. Получил приказ от Ло и умчался наверх. Тут уж всяко рассмотрит в подробностях, что там да как. Вернётся обратно, и можно будет топать назад. В лесу дожидаться скачка куда хуже, чем на просторе. Глядишь, даже получится без помощи живчика справиться. Пусть остаток дня спит. Каждый лишний проглоченный боб для него – это трата запаса долей, каких только тринадцать осталось. Растягивать надо.

А возвращаться нам придётся в любом случае. Правильно кто-то сказал – нам, что Запретный лоскут, где древний зверь поселился, что Мёртвый, где мох ядовитый дышать не даёт, одинаково бесполезны. Надо новый искать. Дождёмся скачка, и Хайтауэр по новой округу осмотрит с небес. Ничего. Не смертельно. Потянем.

– Мёртвый, – раздалось сверху.

Кроны деревьев поддались напору летящего, и через пару мгновений Его Величество опустился на землю.

– Мёртвый, – повторил Хайтауэр. – Больше сомнений нет. Там всё мхом заросло по крыши.

– Прямо-таки по крыши? – не поверил Клещ.

– И стена во мху, и дома, и деревья, какие ещё не попадали, – подтвердил король Эмрихта. – Больше таиться нет смысла. Впереди зверей нет. Почти нет. Возле лоскута и на нём самом точно. Полетал там немного.

Точно! У него же еще один дар, про который я позабыл за ненужностью оного. Его Величеству все яды по боку. Не берут они его. Только нам с того толку немного. Мы-то всяко помрём, надышавшись тех спор. Или, что там за ядовитая гадость от мха поднимается в воздух.

– Отлично!

Что⁈ Чему колдун радуется?

– Всё-таки нам повезло, – обвёл Ло довольным взглядом народ. – Этот лоскут нам подходит. Отдохните пока, а я прогуляюсь вперёд. Нужно выбрать место под лагерь. Кэйлор, проводишь меня. Определим границу опасной зоны. В лесу ветер не должен далеко разносить отраву.

Колдун приставил к стволу дерева Зверобойку, сбросил с плеч лук и колчан, вынул из ножен мечи.

– Подожди! – возмущённым окриком остановил собравшегося уже было уходить Ло Вепрь. – Что значит подходит? Как ты на Мёртвом лоскуте жить собираешься? Мы же задохнёмся там к йоку!

Колдун остановился. Повернулся к нам, немного завалил голову на бок. В глазах осуждение. Взгляд такой, словно малые дети расстроили отца своей глупостью. Сейчас точно поцокает языком и произнесёт с укоризной что-нибудь вроде: «Ай-ай-ай, а самим подумать?»

Но сказал он другое.

– Зачем жить? – фыркнул колдун. – Жить на этом лоскуте не получится. Это – транспорт.

Ло 10

Звёзды снова мне даровали удачу. Окажись перед нами Запретный лоскут, я не стал бы рисковать, дразня его хозяина. Лучше потратить ещё неделю-другую на поиски, чем связываться с неведомым чудищем, которое там поселилось. Невозможность отпугнуть древнего зверя даром делает его слишком опасным.

Но Мёртвый лоскут – это совершенно другое дело. Раз наёмники, провожающие к Выходу вступивших на Путь, каждый раз встречают очередной прибывший лоскут под самыми стенами полиса, значит ядовитые выделения здешнего мха не способны мгновенно убить. В противном случае люди бы держали дистанцию, боясь появления на скачке Мёртвого лоскута. Ведь он точно так же переносится и к Порогу, и к Выходу.

Проверка покажет, насколько опасен яд мха. В теле Хо – спасибо силовому каркасу – я смогу оценить степень пагубного влияния отравы на организм. Как потом и очистить его от яда, если с этим делом не справится Вальдемар. Последнее – более желательный вариант. Если выяснится, что лекарь способен даром устранять последствия отравления, проблема мгновенно решится. По-хорошему мне бы следовало прихватить с собой в эту вылазку какого-нибудь малополезного бездаря, чтобы протестировать всё на нём, но не стоит пугать людей раньше времени. Вдруг получится обойтись без риска.

– А уверен, что стоит проверять на себе силу яда? – словно прочитал мои мысли Кэйлор.

– Мгновенно он меня не убьёт. Но то я. Хочу проанализировать степень риска для остальных.

– Ясно, – кивнул король Эмрихта. – С Транспортом – это ты хорошо придумал. Зайти, прыгнуть и выйти. Тут пяти минут хватит. Если выгорит, можно хоть до самого Порога скакать.

– До Выхода.

– Даже так? – остановился Хайтауэр. – А как же наш план? В Эмрихте мы получим такую поддержку, что…

– Время важнее, – перебил я Кэйлора. – Ситуация изменилась. Больше мы не можем себе позволить такую задержку.

Этот разговор всё равно должен был рано или поздно состояться, так почему бы его не провести сейчас?

– Гахары? – вздохнул мгновенно всё понявший Кэйлор.

– Именно, – кивнул я. – Их теперь слишком много, и у них хватит сил перекрыть нам дорогу на Твердь. Если гахары окажутся у Выхода раньше нас, не факт, что мы сможем прорваться. Ковчег всё ещё полон фанатиков. Да и давать врагу время расползтись по Земле и набраться даров мне не хочется. Терять целый оборот нам нельзя.

– Жаль… – вздохнул Кэйлор. – Но ты прав – риск не стоит того. Значит пойдём дальше одной йоковой дюжиной вместо двух. Лучше так, чем гахары у Выхода.

Мы продолжили путь. Одно дело сделано. Заупрямься Хайтауэр и всё сильно бы усложнилось. Хорошо, что правитель Эмрихта далеко не дурак. Объяснять ему, что первый же появившийся среди гахаров душитель нейтрализует всё наше нынешнее преимущество перед ними, включая бесполезный в глухой зоне Пугач Терикуса, необходимости нет. Выход с Земли, как узкое место, которое невозможно миновать по пути к Вершине, для нас слишком опасен. Проскочить его нужно как можно скорее.

Я уверен, что задуманную мной хитрость Кэйлор тоже поддержит. Как у нас нет лишнего года для посещения Эмрихта, так тем более у нас нет и нескольких лишних лет, которые необходимо потратить на кругосветное пешее путешествие. Но на эту тему мы пообщаемся позже и в более широком составе, с которым ещё только предстоит окончательно определиться.

– Что-нибудь чувствуешь? – поинтересовался Кэйлор через пару минут интенсивного бега.

– Пока нет.

– Лоскут близко. Там запах. Его ещё нет. Наверное, его появление и послужит сигналом.

Так и вышло. Стоило обонянию уловить посторонний сладко-приторный аромат, как я тут же ощутил проникновение в лёгкие вредоносной субстанции. Замечательно! Эффект слабый, процессы, приводящие к гибели организма, вялотекущие. Посмотрим, как прогрессирует их динамика при увеличении концентрации яда в воздухе.

– Чувствуешь? Мы уже совсем близко. Вон стены.

Значит Кэйлор ощутил запах отравы всего за пятьдесят метров до лоскута. Я за двести. У животных же нюх развит сильнее. Звери чувствуют исходящую от коварного мха опасность на значительно большей дистанции. Это выход на будущее. Если лекарь способен ликвидировать последствия пагубного влияния яда на человеческий организм, мы спокойно сможем пережидать временные интервалы между скачками в этой естественной буферной зоне.

– Хорошо, что рва нет, – подметил Хайтауэр важный момент, когда мы подошли ближе. – Сразу видно, где проходит граница лоскута, – кивнул он на ровный край зарослей тёмно-зелёного мха, обрывающихся почти ровной линией всего в шаге от стен. – Ты как, жив ещё?

– Более чем, – кивнул я, подойдя вплотную к покрытой сплошным слоем мха стене. – Этот транспорт вполне нам подходит. Человек без защитного дара здесь продержится пару минут. Возвращаемся. Всё, что нужно, я выяснил.

На обратном пути я следил за развитием в организме вредоносных процессов. Приемлемо. Без подпитки извне разрушение клеток мгновенно замедлилось. С малыми дозам яда сильный человеческий организм справится сам. Фильтры из мокрых тряпок на нос – и все выживут даже без помощи лекарской магии. Но есть и ещё один способ минимизировать степень воздействия спор.

– То, что стены до сих пор не обрушились, играет нам на руку. Они служат преградой летящим с лоскута спорам. Стоя прямо под стенами, меньше вдыхаешь отравы, чем отойдя от них на пару десятков шагов. На ближайшие сутки у тебя много работы.

– Предлагаешь очистить часть стены от мха? – опять понял меня с полуслова Кэйлор.

– Именно. Только не здесь. Нас интересует та часть лоскута, которая смотрит на Выход. Та, к центру которой приходит тропа и возле которой скачка ждут наёмники.

– А, если мы раньше причалим к Порогу? Тот швартуется с противоположного края.

– Окрестности Порога покрыты густыми лесами. С расстояния в двадцать вёрст кругосветные горы мы попросту не увидим с земли.

– Но сверху всё видно. Стоит подняться над кронами…

– С Дормианом обсудим эту тему заранее, – пообещал я. – Второй летун в отряде лишним не будет. Я уже выяснил, что он готов встать на Путь. Для того и работал в Ковчеге, чтобы поскорее наполнить отмер. Заодно поможет и Терикуса уговорить, если тот заартачится.

Про то, что Дормиан может оказаться даже не вторым, а третьим летающим членом отряда, я пока промолчу.

– То есть, ты им не скажешь. Жестоко.

– На кону слишком многое. Мне пока ещё нужны эти люди. Мало ли, какие проблемы возникнут в пути. До Выхода скачем все вместе, а там разберёмся.

– Разумно, – согласился Хайтауэр. – На дикой Земле важен каждый боец. Я поддерживаю.

Наделённый властью человек смотрит на вещи с точки зрения рациональности. Потому мне легко находить с королём Эмрихта общий язык. Кэйлор прекрасно понимает, что цель оправдывает средства, и всегда важен исключительно результат. С правителем полиса мне достичь понимания проще в разы, чем с обычным охотником и, уж тем более, с глупым эмоциональным мальчишкой. На Кэйлора я могу положиться.

– Вот и славно. Сейчас убедимся, что лекарь способен нейтрализовать яд, и сразу полетишь чистить стену.

* * *

Звёзды с нами! Вальдемар восстанавливает повреждённый спорами мха организм за секунду. Даже быстрее. Лёгкое касание руки – и последствия краткосрочного пребывания человека на ядовитом лоскуте исчезают, словно их никогда и не было. Дара лекаря вполне хватило, чтобы излечить всех в отряде, так что сам по себе перелёт с места на место не доставил нам никаких проблем.

Закрыли носы и рты мокрыми тряпками, подбежали к частично очищенному Кэйлором от мха участку стены, прижались к ней спинами, дождались скачка и тут же убрались от лоскута на относительно безопасное расстояние. Всё про всё заняло всего пять минут. Вопрос безопасной транспортировки решён, переходим к другим.

Вокруг нас снова лес. Пусть другой, но густая растительность не даёт хищникам заметить нас издали, а идущий от ядовитого лоскута запах не позволяет животным унюхать людей. Звери, которых перенос застал вблизи заросшего ядовитым мхом квадрата, очень быстро распознали опасность в начавшем расползаться по округе приторном аромате и, в отличие от нас, покинули окрестности лоскута. Теория буферной зоны себя подтвердила всецело.

Пугач Терикуса временно не востребован. Ежедневные манипуляции успевающего восстановиться за сутки лекаря позволяют нам находиться в границах распространения яда, где можно не бояться нападений зверей. Лагерь, разбитый в двух сотнях шагов от лоскута, безопасен. Тем не менее, я на всякий случай заставляю одарённого живчика отсыпаться днём и дежурить ночью. Пока что его Чутьё не фиксирует приближения хищников, но риск появления зверя, невосприимчивого к данному яду, тоже нельзя исключать.

Вторым днём после переноса на новое место сходили с несколькими одарёнными на охоту. Добытого оленя хватило на всех. С пропитанием у нас проблем не возникнет. Удобный родник тоже найден поблизости. Теперь даже те, кто сначала счёл Мёртвый лоскут неудачей для нас, понимают, как нам повезло. Быт налажен, безопасность достигнута. Настала пора пообщаться о будущем.

– Мы уходим на Твердь, – начал я тем же вечером, предварительно попросив людей собраться вокруг меня. – Разумеется не все, – жестом остановил я мгновенно поднявшийся шум. – Я обязан остановить демонов. А для этого их нужно сначала обогнать здесь, на Земле. Если поможет Единый, к Выходу нас принесёт раньше, чем к Порогу. Там уже и расстанемся. Прошу всех сообщить, сколько у кого есть семян.

– Отберёшь? – фыркнул кто-то.

– Куплю.

– А марок-то хватит?

– Люди! – вскинулся Лигор Флам. – Разве речь сейчас про деньги идёт? Сам Создатель обращается к нам через Дерхана за помощью. Грешный стыд сейчас монеты считать. Нас спасли, из лап демонов вырвали, и спасение всего сущего целью стоит. Неужели, кому-то до жадности нынче?

И тут же, подавая пример, набожный князь выхватил из кармана кошель.

– Вот, Дерхан, – протянул он мне жменю семян. – Восемнадцать штук. И не смей оскорблять меня марками.

– Верно, правильно! – зазвучали со всех сторон голоса. – Богоугодное дело делаем. Хорошее дело, правое. Небось, каждый тут не последний кусок хлеба без соли доедает. По миру не пойдём. Будет жизнь – будут деньги.

Зашуршала ткань карманов, защёлкали замки кошелей. Народ полез, кто за пазуху, кто в рюкзаки.

– Всё под запись, – громко объявил Хайтауэр. – Кайл, фиксируй.

Слуга Кэйлора тут же откуда-то извлёк блокнот с карандашом и приготовился делать записи.

– Кто не готов отдать так, мы заплатим, – воззвал я к сомневающимся. – Марки нам на Тверди без надобности. Деньги есть. И их много.

Народ тут же оживился. На расстеленном мной широком платке сразу начала расти быстро раздающаяся в стороны куча семян. Карандаш в руке слуги Кэйлора торопливо выводил цифры и имена.

– Деньги нам не нужны, – вручил мешочек семян Кайлу Блут. – У меня отмер почти полон. У братьев тоже немало годов сверху скоплено. Возьми нас на Твердь. Так и так по возвращению из Ковчега встать на Путь собирались.

– Да, – подхватил Рэм, – Имена давай! Среди нас так-то много желающих сослужить Единому службу. Уже выбрал, кто с тобой за барьер пойдёт? У меня вот годов тоже лишних немало. Три десятка всего не хватает.

– Ну а я, так давно в долг живу, – фыркнул хозяин десятка трактиров из Брангенбурга – чернобородый Ганс.

– И у меня отмер через край!

– По два семени в год жру! Меня бери!

– Хватит! – остановил перекличку долгожителей Флам. – На Тверди есть правило йоковой дюжины. Кто не слыхал, потом справитесь у более осведомлённых людей. Дерхану нет смысла брать с собой больше двенадцати спутников. Пойдут только лучшие. Нам же, кто боевыми дарами не может похвастаться, свою борьбу вести здесь, на Земле. Неужто вы думаете, что демоны будут в Ковчеге сидеть? Большая часть, понятное дело, полезет на Твердь, но кто-то из одержимых легко может через Порог и по лоскутам расползтись. Кому, как не нам, их ловить? Народ должен узнать! Мы все здесь – не последние на своих лоскутах люди. Нас услышат и нас послушают. Братство с демонами без нашей помощи не справится. Правильно я говорю? – повернулся ко мне за поддержкой князь.

А ведь я поначалу боялся, что этот фанатик доставит мне неприятности. На выходе же от Флама одна только польза.

– Вы совершенно правы, мой друг, – положил я руку на плечо князя. – Всем отправляться на Твердь нет нужды. Пойдут лишь двенадцать. Тринадцатое место в отряде я оставляю для одного человека, который к нам присоединится уже за барьером. Так нужно. Не спрашивайте зачем. Если всё выгорит, наша группа серьёзно усилится.

На лицах у многих вопрос, но выпытывать что-то у Избранного никто не осмелится. Путь думают, что я привлеку к делу кого-то из Братьев, которые несут стражу с той стороны у барьера. Лучше так, чем вселяться потом в одного из своих. Всё сложилось таким образом, что отбирать тело у Сепана, как я планировал ранее, теперь – плохой ход. Могу лишиться доверия. А значит, моим новым вместилищем выступит какой-нибудь одарённый чужак из тех, кто ждёт в форте формирования очередного отряда.

– Сейчас соберём семена, посчитаем и будем смотреть, что с отмером у тех, кто мне нужен, – поспешил я уйти от опасной темы. – Первой очередью, тут прошу без обид, идут те одарённые, чьи дары принесут наибольшую пользу отряду. Ваше Величество, – повернулся я к Кэйлору. – Вы составите мне компанию?

– Несомненно, – кивнул Хайтауэр. – Ты мог и не спрашивать.