Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

– А ты не можешь сделать так, чтобы я носила коробки вместе с Сенями?

Скрепыш: Судя по тому, что я вижу в их бэклогах, за каждым закреплён точный список позиций. Отобрать у них задачи я не могу – действует высший приоритет. А если ты начнёшь таскать лишнее, люди могут заметить.

В этот момент означенные люди вошли на склад, негромко переговариваясь. Ещё несколько шагов – и они увидят меня, застывшую посреди всего в полной растерянности. Не думая, я рванула в ближайший коридор между стеллажами, но он внезапно оказался тупиком. Я замерла, вжавшись в глухую стену, и прислушалась. Голоса приближались.

***

– Так, дорогая, быстренько мне выводы озвучь по своим изысканиям, – Саша шёл в свой кабинет и не собирался отклоняться от этого курса. С учётом сегодняшнего странного происшествия на проходной, к которому он не знал, как относится, он больше не собирался оставлять Крис здесь. Псевдоручка с дарственной надписью вряд ли заинтересовала бы воров, но могли и просто попытаться нагадить. Конечно, Крис при необходимости умела перемещаться на облачный сервер. Но часть информации при этом все равно терялась. Любые программы можно восстановить, однако времени это жрёт невероятно. Искин ещё и капризничать будет…

Крис: Как выводы?

Прозвучало расстроено и даже немного испугано.

Крис: Я же просто искин, вдруг я где-то ошиблась?

– Прекрати кокетничать, дорогая. Я в тебе уверен.

Вместо того, чтобы просиять его личная супергероиня поникла.

Крис: А я тебе такой шикарный отчёт сделала… Выкладки, графики, примеры, диаграмки такие красивые… даже картинки смешные подобрала.

Саша невольно улыбнулся.

– Я все посмотрю, дорогая. Все диаграмки и картинки, не переживай. Но ты же помнишь, я тебя учил выводы всегда ставить на вторую страницу. Почему? Потому что бигбоссы всегда читают только выводы. Остальное – опционально. Так что давай сразу про Клину. Интересно жуть как.

Искин приободрилась и уточнила: «Точно почитаешь?» Саша ещё раз подтвердил, и тогда она начала рассказывать.

Крис: Знаешь, то, что ты сразу решил начать с Клины – это так символично. И иронично. Ведь изначально её брали кем-то вроде тебя. Я не совсем поняла, почему, но в какой-то момент руководство решило оптимизировать работу и навести порядок в хаосе, который сами же и развели.

– Такая мысль часто настигает руководителей, – усмехнулся Саша. – Причём у некоторых это крик интуиции о том, что что-то не так, а у других – изрядная доля придури и неуёмная энергия, направленная не в то русло.

Крис: В общем, Клина сходу решила, что основная проблема – в отделе по работе с клиентами. Мол, общаться не умеют, ведут себя непрофессионально, не продают дополнительные услуги и прочее, прочее, прочее. Она вполне официально заняла место руководителя этого отдела. Там была крепко сбитая команда, в которой люди работали от года до восьми лет. И начальник у них был, но почему-то в должности зама. Так что даже увольнять не пришлось, просто у них появился ещё один босс.

– Зам – незамужняя женщина с ребёнком? – уточнил Саша.

Крис: Да. Как ты догадался?

– Скорее всего, её не повышали, чтобы сохранить какие-то льготы или законно предоставлять дополнительные выходные. Так. Вот наша Клина стала руководителем менеджеров по клиентам. И что дальше?

Крис: Первым делом она уволила двух девушек, которые как раз прошли испытательный срок и оформлялись в штат.

– Причина?

Крис: Непрофильное образование в непрестижном ВУЗе.

Саша не удержался и закатил глаза. Треть лучших специалистов в его практике в принципе не имела высшего образования. Профильного не было у половины. Речь именно об офисе. На производстве или, к примеру, в медицине такое не проходит.

Крис: Разумеется, эта причина не официальная. А официально она просто не дала им оформиться в штат. Типа не прошли испытательный срок. Потом прежний руководитель ушла.

– Почему?

Крис: Заявление по собственному. Но ты понимаешь…

Саша понимал. Выдавили. Сделали жизнь невыносимой или начали творить лютую дичь, и человек не выдержал.

Крис: В общем, от старой команды никого не осталось уже через два месяца.

– Дай угадаю, начали набирать новеньких из юной поросли за копейки?

Крис: Мимо. Новеньких начали набирать, да, из молодых, но зарплаты им положили ого-го.

– Неожиданно.

Крис: Сама удивилась.

– Хм… А зарплата – оклад? Или оклад плюс бонусная часть? Или только бонусная?

Крис: Второе. Третье было бы совсем мошенничеством.

– И зарплату полностью никогда не давали? Ибо требовали невозможного, – Саша вспомнил разговор с Лерой, – или произвольно выставляли оценку, на основании которой давать бонусы.

Крис: Опять не угадал. Некоторым зарплаты платились полностью.

– А некоторым – нет. Похоже, что кто-то давал откат, а остальные или не поняли намёков, или не захотели прогибаться. Любимчиков тоже не стоит исключать. А что по клиентам?

Крис рассказывала, подсунув-таки несколько диаграммок – наверное, особенно красивых, Саша же готовился. Выстраивал разговор. И всё равно оказался не готов к тому, что услышал.

^^^

Когда-то Альберт Эйнштейн сказал: «Две вещи бесконечны: вселенная и человеческая глупость». Края вселенной люди ещё не нашли, а вот что касается глупости… Саша мог подписаться под этим утверждением и рассказать множество примеров, его подтверждающих. Но больше всего его злило, когда в комплекте с нею шла наглость.

– Вы всё-таки явились, – торжествующе провозгласила Клина, стоило Саше открыть дверь в кабинет совещаний.

Задуманный вполне уютным – кафедра, небольшие столики на четырех человек, растения в кадках, основательная доска для записей – сейчас он выглядел почти тюрьмой: столики были сдвинуты назад, а стулья расставлены рядком перед вышагивающий туда-сюда Коржаковой. На них понуро сутулились сотрудники.

– А что не под вечер? Вчера весь день профилонили, хотя я умоляла о помощи, сегодня невесть где бродили! Думаете, никто не заметил, что вы вошли в офис с громадным опозданием? У нас всё фиксируется! Что скажете в своё оправдание?!

– Что я не обязан перед вами оправдываться, – Саша поправил ручку во внешнем кармане и кивком поздоровался с юношами и девушками, смотревшими на него с опасением и надеждой одновременно. – А вот как вы справились со вчерашней ситуацией, я хотел бы послушать. Итак?

Женщина на миг замерла, осмысливая сказанное, и наверняка ответно поражаясь его наглости.

– Знаете, это уже слишком! – рявкнула она. – Вы вчера не взяли клиентов после увольнения этой неблагодарной хамки – и сегодня мы имеем трёх недовольных клиентов! Было бы больше, если бы я не спасла компанию в очередной раз! Вы этого добивались?! Отличный результат! Только пришли – как тут же три клиента на грани разрыва контракта! Это, кстати, всех касается! – Клина перевела взгляд на других сотрудников. – Никто не проявил и капли сознательности и не ответил на горящие сообщения и письма! Что скажете в своё оправдание?! Молчите! И так всё понятно! Лишь бы отсидеть своё время и убежать домой! Так вы карьеры не сделаете! О премиях вообще забудьте!

Тут Лина вновь уставилась на Сашу.

– Что смотрите?! Садитесь уже! У меня сейчас слишком мало людей, чтобы ещё и вас выгонять! Отработаете свой промах – а там посмотрим!

«Поразительная женщина, – покачал он головой, прислонившись к стене и сложив руки на груди. – Давно я такого неприкрытого эталона наглости не видел».

– Что ж, – продолжила Коржакова, глядя на остальных сотрудников, – на сегодня мы имеем весьма тяжёлую ситуацию. Валерия нас всех подвела, но хуже того, она подвела клиентов, которые ждут жизненно важное оборудование. Для «ЭкзоТеха» такое немыслимо. Поэтому её проекты распределим равномерно между всеми. Так, Кира, тебе…

Саша слушал Лину и думал, что с ней делать. Если её сейчас уволить, то чем он будет отличаться от неё же? Наверняка, Коржакова про себя думает, что она шикарный специалист. Хотя кто её знает, может, она так агрессивно себя ведёт именно потому, что понимает, какая пустышка? В любом случае увольнять сотрудников, толком не разобравшись, – плохое решение. С другой стороны, она явно вредит. Если её сейчас не убрать, то как долго продержатся остальные? Да и вообще какой с неё прок? Один вред. И всё же… Впрочем, у него есть с кем посоветоваться.

– А вы, как вас там… – Женщина повернулась к Саше и сделала жест, будто хотела щёлкнуть пальцами, но на середине действия остановилась.

– Нет, – ответил он. – Никаких клиентов я брать не буду. По крайней мере, под вашим руководством.

– Тогда можете уходить сами, – отчеканила Коржакова. – Иначе придётся увольнять вас. Полтора дня работы – это рекорд даже для нас.

Она победно посмотрела на Сашу.

– И на каком основании? – решил позабавиться он.

– Вы не прошли испытательный срок.

– Это не вам решать.

– Мне. Тут только мне есть дело до компании. Ермолаевы со мной, разумеется, согласятся. Нам не нужны те, кто не хочет работать. Если не берете клиентов, отправляетесь к Давиду и пишете по собственному. Иначе вылетите с волчьим билетом. Я сумею устроить так, что вас ни одна приличная компания не примет на работу. Всё, нечего больше занимать моё время.

Коржакова махнула рукой, словно была королевой, отправляющей преступника на казнь, и перевела взгляд на съёжившихся подчинённых.

– Честно говоря, я недовольна вами. В который раз убеждаюсь, что нельзя надеяться на сознательность людей. Вы думаете, мне хочется быть надсмотрщицей? Нет. Нет! Но коли вы без этого не можете, придётся ею стать. Учтите, больше поблажек не будет.

Она тронул вижулик у виска.

– Я вам всем скинула ссылку на таблицу, которую необходимо заполнять с сегодняшнего дня. Называется «Минутки». Не «Минуты», а именно «Минутки», это важно! Каждая ваша минутка – это время потраченное или с пользой, или во вред! Ведь безделье в рабочее – оплаченное! – время – это саботаж и вредительство! Итак, «Минутки»! Открыли. Очень логичная и понятная таблица, я сама ее составляла. В течение всего рабочего времени заполняйте её. Каждое ваше действие должно быть записано. Я хочу наглядно видеть, на что уходит ваше время. И учтите, я проверю! А то по ощущениям целыми дням только сидите в соцсетях и тусите у кулера. Нет, я не тиран. Никто не запрещает вам выпить кофе или сходить в уборную, но чаевничать по полчаса через каждые пятнадцать минут – это слишком!

«Сколько бы за это ни платили, этого мало», – прочитал Саша на лицах подчинённых Коржаковой и мысленно согласился с этим.

– Подобная методика учёта времени, – громко произнёс он, – доказала свою неэффективность ещё в начале двадцать первого века. Зачем брать заведомо провальные и даже вредные идеи?

– Да что вы себе позволяете?! Я признанный специалист, коуч, операционный директор наконец! У меня образование! Опыт! И какой-то без пяти минут уволенный папочкин сынок будет критиковать мои идеи?! Я на деле доказала, что они…

– Провальны, – перебил её Саша, кивнул, получив сообщение на вижулик. – Не только бесполезны, но напрямую вредят компании.

– Всё, это невозможно. Я иду к Николе Светозаровичу! Пусть он от вас избавляется, если вы так глупы, что не воспринимаете обычную речь!

– Идите, но сначала заверните в кадры.

– Зачем? – ему удалось её удивить.

– Заберёте приказ об увольнении. У вас всего два выбора: написать по собственному или получить увольнение по причине некомпетентности.

Глава 15

Разблокировка двери: завершено

Глухая стена, к которой я прижималась, бесшумно отъехала в сторону, и я юркнула в какое-то тёмное помещение. Дверь – а, видимо, это была дверь, – закрылась за мной. С этой стороны она была полупрозрачной – я видела свет и размытые пятна коробок на полках.

Тьма вокруг меня замерцала и неохотно сменилась искусственным дневным светом, таким ярким, что мне пришлось убавить экспозицию на сенсорах, чтобы оглядеться.

Кушетка вроде массажной, над ней какой-то пластиковый кожух с лампочками и тумблерами, вокруг неясного назначения аппараты…

– Где это я?..

Скрепыш: В медотсеке складского помещения КвантумМеха.

Я огляделась ещё раз. Ну да, на что-то медицинское похоже. Вспыхнули и угасли вьетнамские флэшбэки – та клиника, с которой всё началось. Но там я и аппаратуру-то не разглядела.

Скрепыш: Ты воду брать собираешься?

Я непонимающе огляделась. Воду? Здесь? Потом дошло: мне же не абы какая вода нужна, а чистая… Проверила инструкцию к смеси, которую можно было найти во внешней сети в общем доступе. Да, разводить дистиллятом. И, конечно, где его и искать, как не в медотсеке. Вот только…

– Ты меня нарочно сюда привёл?

Искин картинно закатил глаза.

Скрепыш: Я зашёл в их локальную сеть, как только из неё стали транслироваться команды погрузчикам. Там я нашёл карту этого склада. И пока ты щёлкала лицом, подобрал код открывания этой двери, чтобы тебе было где спрятаться. А теперь разуй глаза и заметь уже наконец канистры с надписью «Дистиллированная вода стерильная»!

Я послушно сфокусировала зрение на окружающей действительности – и точно, в углу, за одним из аппаратов стояло штук пять пластиковых бутылок литров по семь с этой самой надписью на этикетке.

– И что, мне можно их просто так взять?

Искин пожал плечами.

Скрепыш: Это чужая собственность, по ней у меня ограничения не стоят. Да и сколько стоит та вода? Пару канистр они даже не заметят.

Вот интересные всё-таки этические нормы кто-то заложил при создании Скрепыша. Привёл ведь меня сюда, не возмущался, что я попёрлась в неизвестном направлении вместо работы. Интересно, если бы я в Экзотехе меблок нашла, там он бы мне разрешил воду взять? Кстати…

– Я что-то не припомню у нас на складе медотсека. Он там есть?

Скрепыш: Зачем бы? У нас на складе роботы работают. А вот тут их явная недостача, потому и воруют наших. Судя по оборудованию, предназначенному для ручного пилотирования, эта компания держит на складе людей, а они травмируются, болеют и вообще ненадёжны.

Я задумчиво подняла с пола две бутыли. Держать их было нетяжело, моё железное тело вообще не замечало такого веса. Зато я замечала аппаратуру вокруг.

– Скажи-ка, Скрепка, а вот если я всё-таки найду себе человеческие запчасти, я смогу их тут себе приделать?

Искин полез в поисковик – я видела, как мелькают стоп-кадры с разными устройствами, зафиксированые моей камерой. Потом замелькали строки ответов поискового искина из внешней сети, но их Скрепыш мне выводить не стал, выдал уже сразу итоговый результат:

Скрепыш: Оборудования здесь достаточно. Расходники надо проверить. Ты сама с пересадкой не справишься, но в Центральном модуле есть свой искин, и его функций с вероятностью 97.6% хватит.

– Серьёзно? В медблоке на складе – операция на мозге? Ты точно ничего не придумал?

Искин важно раздулся.

Скрепыш: Я прекрасно знаю, когда какие настройки креативности выставлять! Тут действительно очень мощное оборудование, уж не знаю, зачем. Впрочем, ты же не собираешься свои мозги пересаживать в настоящую человеческую голову. А в голову секс-куклы они переставляются отвёрткой и плоскогубцами, говоря метафорически.

В гробу я видала такие метафоры, ну да ладно. Мало ли чем занимаются эти ребята на своём складе по ночам, если уж чужих роботов за наличку нанимают… А в остальном новости обнадёживали. Правда, где добывать сами запчасти, я пока не представляла, но теперь хотя бы нашла место, где с ними работать.

Скрепыш: Тебе надо уходить. Погрузчики почти закончили. Люди покинули склад. Я не уверен, что смогу разблокировать здешние ворота, если их закроют.

Вцепившись в канистры, я поспешила наружу и едва не впечаталась в стеллаж во внезапной темноте, забыв обратно поднять значение экспозиции. Сени так же колонной катились домой. Похоже, их никто не собирался воровать, а просто арендовали на время.

– Странно, что крупная компания не завела себе роботов-погрузчиков. Я думала, в нынешнюю эпоху уже вообще всё роботизировано…

Скрепыш: Предполагаю, что оборудование, которое производит КвантумМех, очень дорогое и чувствительное, а потому его проще испортить, и потеря в деньгах ощутимее. Даже с таким рутинным делом, как погрузка, люди при контроле искинов всё ещё справляются лучше, чем искины сами по себе. Вероятно, на данном этапе развития компании такое решение выгоднее. Конечно, если не срывать сроки.

Я мысленно фыркнула. "Люди при контроле искинов" – вот у Скрепыша самомнение… С другой стороны, на своей старой работе я бы через одного сотрудников заменила даже на такую вредину, как он.

На родной склад мы вернулись без приключений, а потому всю дорогу я обдумывала новые данные. Аренда погрузчиков происходила помимо ведома руководства обеих компаний. Нагибко посылала команды с личного устройства и левой учётки. КвантумМеховская барышня, очевидно, заставила своего работника создать фирму, и нанимала её, а из той фирмы уже выводили наличку, чтобы расплатиться с Нагибко тайком. Выходило, Нагибко не просто приторговывала барахлом, которое сама же и списывала со склада, но ещё и сдавала в аренду соседям наши ресурсы. Оч-чень интересно.

А ещё более интересно – не могу ли я как-то присосаться к этой денежной жиле, чтобы и мне тоже перепадало? Судя по тому, как халатно ЭкзоТех относился к порче товаров до моего пробуждения, с него не убудет, а вот мне, пока я робот, вряд ли начнут платить зарплату…

***

Никола Светозарович сидел в своём экзотеховском кабинете, но при этом изучал план концертной программы в клубе на следующий месяц. «Не многовато ли ро…» Зазвонивший вижулик сбил с мысли. Никола хотел уже раздражённо сбросить вызов, но увидел, кто вызывает, и ощутимо напрягся.

– Доброе утро, Аркадий Петрович! Как ваше здоровье?

– Получше, чем у некоторых. Никола, давай не будем любезности разводить, а то спрошу, как твоя милая жёнушка.

– Аркадий Петрович, ну только не вы!

– А чего ж нет? Я вообще-то заинтересованное лицо. Ну ладно, я чего звоню, Никола, там от меня человечек устроился, попробую хоть так навести порядок. Ты ему не мешай, ладно? Если что не нравится в его действиях, мне жалуйся, а приказы его все подтверждай. Договорились?

– Хм… Аркадий Петрович, что-то это мне не нравится.

– А мне не нравится, что вы с Иркой бардак уже второй год разгрести не можете! Мне опять пожаловались на клиентский сервис. И прибыли в этом квартале снова упали. А ещё… – он сделал зловещую паузу.

– Не надо ещё, Аркадий Петрович, я всё понял. Если вы доверяете этому парню, то пусть наводит порядок. Я только рад буду.

– Рад он будет. Смотри, Николаша, я-то себе на безбедную старость заработал, а ты сможешь без «ЭкзоТеха»?

– Всё в порядке с «ЭкзоТехом», Аркадий Петрович. Не беспокойтесь. Тем более тут теперь ваш суперспец. Жду его, кстати.

Завершив разговор, Никола снял вижулик с уха и бросил на стол.

– Этот ещё нос свой суёт! – прошипел он сквозь зубы. – Ещё я старому хрычу не отчитывался! – Он скорчил рожу и спародировал старческий голос: – “Заинтересованное лицо”! Как будто мне без него проблем мало!

Он встал, прошёлся по кабинету и замер напротив окна, наблюдая, как вереница вагонеток везёт какие-то ящики из цеха на склад. Надо было выдохнуть и успокоиться. Со стариком Аркашей ссориться нельзя. Последнее, что ему нужно, это чтобы в суде дедок оказался свидетелем обвинения.

^^^

Несколько дней назад

Как только они договорились, Аркадий Петрович сделался задумчивым. Саша его не торопил. Пил спокойно свой коктейль и смотрел на иву. Хороша всё-таки.

– Аркадий Петрович, – заговорил Саша после долгого молчания. – Какие у меня полномочия в плане увольнения сотрудников? Если, допустим, я обнаружу, что кто-то вредит компании?

Пожилой акционер покосился на него, не поворачивая головы.

– Лучше было бы таких сразу сажать. Ты же достаточно юридически подкован, чтобы набрать материала на обвинение, разве нет?

Саша глянул на него, не скрывая удивления

– Посадил? На Эрешкигали? Вы себе вообще представляете, как там выглядит исполнительная власть?

– Я не просто представляю, я в своё время принял активное участие в её формировании, – с помпой заявил Аркадий, повернувшись к Саше гордым профилем. – И в моё время всё работало отлично.

Саша не сдержал смешка. На индустриальной планетке всё население состояло из сотрудников пары десятков корпораций и горстки людей, занятых в сфере обслуживания в городе. Нет, какие-то органы правопорядка номинально там были, и в них даже работали неплохие спецы вроде Сашиного знакомого Добрыни. Но работали они далеко не на государство, которое здесь существовало в виде нескольких документов и чиновников-марионеток. Они защищали интересы того, кто оплачивал их труд. А с тех пор, как Аркадий Петрович отошёл от дел, “ЭкзоТех” перестал следить за благосостоянием своих ставленников.

Теперь же, когда в компании действовали неизвестные силы, и вовсе не было уверенности, что прикормленные менеджерами чины окажутся на стороне акционера. Саша не в первый раз работал на этой планете. В прошлый раз его нанимала другая корпорация, и вот тогда-то он и познакомился с Добрыней, с интересом обнаружив, что они едят с одного и того же стола. К счастью, та фирма не имела с “ЭкзоТехом” никаких отношений и работала в совершенно другой области, так что Саша не беспокоился, что у спеца возникнет конфликт интересов. Да и не стал бы Добрыня такое скрывать. В его деле репутация важнее денег, даже таких значительных, как те, которые Саша ему отвалил за помощь.

Примерно в этом смысле Саша и высказался, только более дипломатично.

Аркадий Петрович долго молчал, покачивая остатками льда в стакане. Потом наконец решился:

– Я тебе доверяю. И дам сертификат на действия от лица обоих акционеров.

Саша чуть не присвистнул. Обоих?

– А Никола Светозарович не будет против?

– С Николкой я договорюсь. Ты только осторожнее, не спровоцируй кого-нибудь опасного. Сам же говоришь, в органах у нас аукцион.

Саша ограничился упрекающим взглядом. Аркадий Петрович хмыкнул и коснулся вижулика.

– Тогда держи. В случае чего предъявишь службе безопасности и каким другим хмырям, кто будет препятствия чинить.

– Выглядит, как логотип.

– Там встроен код специальный. На вижулики сотрудников, которым предъявляешь, выдаёт информацию о наивысшем приоритете и доступе, – Аркадий Петрович хохотнул, будто вспомнил хорошую шутку. Саша поднял брови, но старик продолжил уже серьёзно: – Тем не менее согласуй со мной любое увольнение топов. Чтобы не вышло так, что Никола меня спросит, за что такому-то башку снесли, а я и не в теме.

Саша с любопытством повертел в виртуальном пространстве сертификат и почтительно склонил голову.

– Будет исполнено. Не волнуйтесь, в неведении вас не оставлю.

***

Вернувшись на родной склад, я первым делом занялась самозаправкой. Согласно схеме, которую где-то в недрах себя нарыл Скрепыш, следовало снять переднюю панель на моём торсе, вынуть опустевшие контейнеры от смеси и залить новой. К счастью, набор химической посуды для смешивания на складе нашёлся сразу вместе со стерилизатором, и искин позволил мне их использовать.

Контейнеры оказались чем-то вроде силиконовых мешков для заморозки. Теперь я видела, что в последнем и правда оставалось не так много, а остальные были забиты сомнительной субстанцией, которую Скрепыш назвал "продуктами жизнедеятельности". Я порадовалась, что роботы не чуют запахов, вытряхнула гадость в мусороприёмник и отмыла мешки в стерилизаторе. Да уж, вовремя я всем этим озаботилась, могла ведь двинуть кони и не заметить.

После заливания смеси было немного стрёмно – а вдруг я всё-таки что-то сделала не так или смесь не та? Поэтому я на всякий случай переставила новый контейнер на подачу, а последний из старых переместила в очередь, и так посидела пару часов, прислушиваясь к своим ощущениям. Наконец искин отрапортовал, что смесь успешно поступает в мозг и усваивается, так что я наконец-то смогла выдохнуть.

Скрепыш: Ну ладно, я терпел, пока ты филонила. Но теперь проблема решена. ИДИ. РАБОТАЙ.

И мне ничего не оставалось, кроме как снова заняться проблемами склада. Нет, отсюда надо было делать ноги как можно скорее.

Искин вывел мне на экран мой же собственный список задач. И первым пунктом там стояло – проинструктировать Евстигнея, чем я и занялась. Мне же нужно было оставить кого-то за главного, когда я слиняю!

– Определить, какие товары в большинстве случаев заказывают вместе, и иметь столько заготовленных комплектов, сколько обычно бывает в одном заказе. Как только заготовленные комплекты уйдут заказчику, тут же отложить новые, – диктовала я, расхаживая перед Евстигнеем туда-сюда. Он стоял неподвижно, а на чёрном выпуклом экране, заменяющим ему лицо, ничего не светилось. – Ты хоть как-то подтверждай, что слышишь, когда с тобой разговаривают!

Конечно, я могла послать ему всё по сети, но мне всегда было удобнее думать вслух, а уж расшифровать это и привести в вид инструкции мог и искин Евстигнея, вовсе не обязательно нагружать мой бедный аналоговый мозг.

Евстигней: Какое подтверждение вас устроит? В моём арсенале есть:

– кивок

– поклон

– сообщение на экране

– голосовое сообщение

Я подумала-подумала и велела ему выводить на экранолицо надпись "усёк". Дальше работа пошла легче.

Получив доступ, Евстигней без труда провёл анализ отгрузок за последний год, а мы со Скрепышом составили оптимальную схему раскладки товаров и сборки заказов. Под конец сам Евстигней принял в этом посильное участие – его искин учился на лету и уже начал понимать теорию ограничений.

Евстигней: Разрешите внести предложение

Я озадаченно поглядела на робота. Уже и предложения вносит? Ну-ка, ну-ка.

– Валяй.

Евстигней: Позвольте мне проанализировать время работы и простоя каждого МАРа и определить, какой из них является бутылочным горлышком.

Ишь ты, какой резвый! Но это же отлично. Свои знания я ему передала, пускай потренируется, а там, глядишь, я уже стану не нужна. Тогда можно будет отдать остальных ЧОРов ему в подчинение… На радостях я даже приобняла Евстигнея и похлопала его по плечам – с гулким металлическим звоном.

Скрепыш: Тревога! Люди!

Я тут же отскочила от Евстигнея так, как будто мы – подростки, которых мама застукала за неподобающим занятием.

Я заметалась – мои основные функции сводились к анализу и распределению задач, и внешне никак не проявлялись, но я уже в прошлый раз поняла, что не стоит давать людям повод думать, что я ничем не занята. Поэтому я решила кататься от робота к роботу и требовать от них отчёта по текущей задаче – это, конечно, замедлит работу, но зато у людей не возникнет лишних вопросов.

Вскоре я заслышала смутно знакомые голоса – давешние техники шли вдоль стеллажей. Я решила подобраться поближе и послушать, а то как бы они мою коробку и остатки воды не нашли. В отличие от роботов, для людей отсутствие наклеек и датчиков не делает их невидимыми.

– Да дроздец вообще что творится, – ворчал тот, что покрепче. Я попыталась вспомнить, как его звали, но Скрепыш уже вывесил мне на внутренний экран расшифровку его реплики с ремаркой: Виктор Силин, специалист по развитию упаковки. Ага, это, значит, Витёк. – Только смена началась, а уже иди что-то там проверяй.

– Ты мог бы со мной и не ходить, – прогундосил тщедушный и потёртый мужичок, про которого Скрепыш вывел справку, что это Родион Блошко, инженер по техническому обслуживанию участка. – Это вообще не твоя работа.

– Ну ага, конечно, сидеть там, чтобы мне шею мылили. Нафиг, лучше уж с тобой тут поброжу. Для меня проектов всё равно нет, маркетинг теперь упаковку аутсорсит, я слышал.

– Сфига ли его аутсорсить и при этом ваш отдел держать? – удивился Родик.

– Вот спроси что полегче, а? – фыркнул Витёк и аккуратно сплюнул в мусороприёмник. – Явился там какой-то новый эффективный менеджер, – последние слова Виктор произнёс таким ядовитым тоном, что мне стало сразу всё понятно. – Поувольнял там кого-то. Теперь так живём.

– Это который Виссарион? – хихикнул Родик. – У него ещё фамилия как-то… то ли хлыст, то ли кнут…

– Розга, только это не фамилия. Так-то он Рогозин, а это прозвище ему уже придумали. Сам понимаешь.

Судя по гримасе, Родион Блошко понимал. Впрочем, тут он отвлёкся, завидев Матрёну, то бишь, стационарный контролёр вентиляции, из которого я стырила плашку памяти для Кузи. Я напряглась.