Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

Гах Юж Кон

Я был слеп. Решение лежало на поверхности, но я не заметил его. Подземный ход. Как? Как я мог не увидеть возможность такого варианта для бегства? Утешает одно – конструктор смог обмануть не только меня. Все высшие, с кем я обсуждал версии доступных Ло способов переиграть нас, точно так же не видели этого хитрого хода. Все мы были уверены, что конструктор перенёс свой побег с лоскута на следующий скачок. Та огромная змея своим появлением по логике разрушила все его планы.

Максимум, что светило Ло – попытаться удрать по воздуху в самый последний момент. И мы были готовы к такому развитию событий. У границ лоскута дожидались отмашки подготовленные для погони отряды. Он не смог бы уйти от нас даже с помощью того левитанта с продвинутым даром. Запас хода у последнего ограничен. Но я был уверен, что Ло не решится на это. Вдвоём выжить на дикой Земле невозможно. Не с имеющимися у этой пары дарами. Нам были известны способности каждого низшего в башне.

И хоть в этом я не ошибся. Конструктор не пожелал рисковать. Ло умён. Как я и предполагал, он в итоге увёл с лоскута всех заблудших. Жаль, увёл не тем способом, который я ждал.

Первый раунд проигран – это нужно признать. Но ещё ничего не потеряно. Мы найдём Ло. Этот мир не настолько велик, чтобы он мог здесь прятаться вечно. Да он и не станет. Цель конструктора – вырваться с аномальной планеты. Здесь свои столь опасные для нашей экспансии знания Ло не сможет применить против нас. Его путь лежит к северному полюсу, к той самой Вершине, где находится сакральное Сердце мира и выход вовне. А раз так, то мы знаем, где перехватить Ло. Перейти на следующий пояс можно лишь в одном единственном месте. Узкий перешеек миновать невозможно. Там мы и поймаем его.

С большой долей вероятности мы доберёмся до Выхода на Твердь быстрее конструктора. Ло сначала ждут долгие и опасные поиски другого лоскута, которые могут растянуться на месяцы. Мы же уже находимся на подвижном участке поверхности, и каждый новый скачок способен перенести Ковчег к цели. Порог давно пройден. Идёт новый цикл. Выход с пояса станет тем местом, где большая часть из нас в любом случае покинет полис.

Конфронтация с базирующейся на Пороге правящей элитой Земли бесперспективна. Нам не повезло захватить тот единственный на весь пояс лоскут, где местными выбран свой, отличный от общепринятого жизненный путь и переиначена вера в Единого. Идти против системы бессмысленно. Ковчег обречён. После устроенного здесь нами бесчинства, весь остальной мир ополчится на еретический полис. Нам не выстоять в предстоящей войне.

Лоскут не самодостаточен – блокада очень быстро поставит Ковчег на колени – а внедриться в правление противоборствующей стороны будет сложно. Как теперь уже стало известно, с помощью определённых даров Бездны низшие способны нас вычислить. Дары – то единственное оружие, что даёт местным дикарям преимущество перед высшими. Кроме этих неподвластных пониманию сил, здешним низшим с их убогими технологиями нечего противопоставить моим ловчим. И потому мы обязаны как можно скорее устранить эту несправедливость, обзаведясь тем же самым инструментарием.

С одной стороны невезение, с другой, особенности доставшегося нам лоскута – настоящая удача. Подчинить себе этих безмозглых фанатиков получилось легко и быстро. Ковчег полностью наш. Две трети Совета бессмертных составляют захватившие правильные тела высшие. Озарение, пришедшее якобы по воле Создателя сразу к нескольким сотням представителей местной элиты, стало неоспоримым доказательством правильности и праведности озвученного нами этим болванам пути. С тех пор мы спокойно выполняем любые задачи, которые перед нами стоят, прикрываясь волей Единого.

Знамение, за которое выдан взрыв корабля – дополнительный наглядный пример. Одарённые, они же Заблудшие – прокляты. Путь – крамола, придуманная Низверженным. Храм – его детище. Организованная отступником-Терикусом продажа нор – страшный грех. Дерхан – демон в человечьем обличии.

Но всё поправимо. Ковчег выбран Создателем для борьбы с этой скверной. Наше высшее предназначение – пресечь на корню богомерзкую ересь. И первое, что благоверные слуги Единого обязаны сделать – помочь обманутым глупцам, поверившим в ложный Путь. Мы закупорим выход с обетованной Земли и навсегда перекроем поток уходящих с Земли её лучших сынов.

Слуги Низверженного сами дали подсказку любому, кто в состоянии мыслить разумно. Всем известно, что на проклятой Тверди женщины не способны зачать. Там нет жизни. Всемогущая Жизнь процветает лишь в первых двух, подаренных человеку Создателем поясах. Никакой больше Тверди. Мы захватим этот ложный Порог и встанем там стражей.

Местные низшие с пылом приняли всю эту чушь. Мы ведём подготовку к исходу. Для безмозглых фанатиков предстоящее – спасение мира. Ради этой возвышенной цели они готовы на всё. В том числе и на жертву, которую приносят те мученики, что впускают в себя скверну Бездны, дабы обрести силы для борьбы с врагом его же оружием.

Добровольцы, готовые ради великой цели очернить свою душу, разумеется, поголовно из высших. Специальные отряды прочёсывают окрестности лоскута после каждого нового скачка. Найденные норы тотчас закрываются, и стопроцентная эффективность в этом вопросе – ещё одно подтверждение воли Создателя, помогающего проходить испытания Бездны своим верным последователям.

В пространственных карманах еще не погиб ни один из моих бойцов. Постепенно обрастаем дарами. В доступном инструментарии уже есть несколько боевых. А также, важнейший для нас, применение которого мгновенно лишает врага преимущества.

Нашего новоиспечённого Душителя я и отправил в обнаруженную на четвёртом скачке после бегства конструктора красную нору. Теперь мы имеем тот козырь, который позволит нам без особых проблем захватить и удерживать Выход.

И барьер – не помеха для нашей задачи. Половина из нас изначально имела необходимые для прохода на следующий пояс числа в отмере, остальных мы уже подтянули до планки. Закрома Ковчега таили в себе немало семян, но нынче там пусто. В ближайшее время Ковчег ждёт волна вымирания. Мы выгребли всё. Добытое в сердце гигантской змеи и плоды непрерывной охоты позволили всем трём с лишним сотням оставшихся в живых высших достигнуть потолка троероста и нужных значений отмера, но вот горожанам, зависящим от притока семян, придётся существенно уменьшить свою численность. Впрочем, это уже не наши проблемы. На проведение предстоящей операции солдат-низших нам хватает с запасом.

* * *

Свершилось! Очередной скачок доставляет нас к Выходу. И – о чудо – перед выстроенными между башнями на всякий случай отрядами, у самой границы лоскута стоят лагерем те самые низшие, что сбежали из Ковчега с конструктором.

Атакуем немедленно. Самого Ло не видно, но большая часть недавно удравших от нас заблудших здесь точно. Кроме них на украшенной разноцветными лентами лесной опушке собралось ещё несколько десятков вооружённых низших. Не критично. Мы имеем огромное преимущество в численности, и наши отряды на флангах уже бросились в лес, чтобы сузить противнику фронт отступления.

Нас не ждали. Залп из луков и арбалетов снимает неплохой урожай. Этот бой будет битвой простого оружия. Миг назад мой приказ погрузил всю округу в кромешную глушь, как здесь принято называть те пространства, где не действует дар. Растерянность первых мгновений в толпе низших сменяется страхом и паникой. Противник поспешно сбивается в некое подобие строя, которое тут же разваливается под натиском нашей атаки.

Без даров они нам не соперники. Даже сильные и умелые по местным меркам бойцы сильно уступают в мастерстве моим ловчим. В образовавшейся свалке с нашей стороны гибнут исключительно простые солдаты. Мы давим, сжимая круг. Вот и первые трусы, обращённые в бегство.

Но бежать бесполезно. Наши фланги уже успели глубоко зайти в лес. Эти клещи смокнутся быстрее, чем кто-то из низших успеет прорваться.

Бой подходит к концу. Среди выбывших из сражения раненых хватает заблудших, которые нам и расскажут про Ло. Добиваем всех лишних и приступаем к допросам. Сейчас всё узнаем. Лечебные зелья помогают поддерживать в истязаемых жизнь, что безмерно удобно. Мастерство моих ловчих в этом деле не имеет аналогов. В их опытных руках заговорит и немой.

Как я и думал, конструктор с отрядом сильнейших одарённых отправился к Выходу. Его фора – семь дней. Не уйдёт.

Перекрывать проход на Твердь отпал всякий смысл. Но весь полис готовился к этому дню. Проще дать местным «исполнить волю Единого», чем менять сейчас план. Под завязку нагруженный припасами и инструментами для строительства будущих укреплений корпус из двух тысяч солдат выступает в поход. Там пойдут только живчики. Я же с высшими отправляюсь ускоренным маршем вперёд.

Отряд избранных готов принести себя в жертву. Нам сжигать крепость Братства на той стороне и преследовать после Дерхана и Проклятых. Демон не должен уйти! Ради этого мы-герои навсегда покидаем обетованную Землю.

Ковчег обречён. Как умрут и те двадцать сотен фанатиков, что попробуют перекрыть вход в ущелье. Но этим безмозглым баранам не по силам заглянуть в будущее. К нашей выгоде, я отправил солдат-живчиков на верную смерть. Какое-то время послужат щитом нашим спинам. Прикончить конструктора – только начало. Нас ждёт долгий путь к Сердцу мира.

* * *

Форт взят. Служители Храма под пытками делятся ценными сведениями. Вся их вера в Единого – просто ничто в сравнении с мужеством наших бойцов. Если высших допрашивать абсолютно бессмысленно, то эти ничтожества не в состоянии прикончить себя, даже зная, что спасения нет. Ряд соответствующих манипуляций – и проклятия быстро сменяются воем, который затем переходит в слова, позволяющие хотя бы на время прекратить поток боли и ужаса. Мы умеем добывать информацию.

Конструктор ушёл. Нам известна тропа, по которой двинулся дальше отряд одарённых, но погоня отправлена сразу по всем четырём. Также, пару групп высших я направил на запад по новым маршрутам. Они будут идти вдоль границ Тверди, под самыми горными стенами. Этот пояс лишает нас возможности выступить единым отрядом, так что придётся растянуть свои силы.

Но в задержке есть и свой плюс. Появляется время выжать из пленённых низших все знания, которые могут нам пригодиться в дальнейшем. Рядовые стражи барьера знают немного, но несколько старших во главе с Братом Ольмо посвящены в тайны, о существовании которых поглощённые живчики, чьи тела нами заняты, даже не догадывались.

Оказывается, у низших на этой планете встречается редкое отклонение, заключающееся в отсутствии отмера. Такие экземпляры зовутся Источниками, и они очень ценны. Чем – здешние Братья не знают. Данный форт – перевалочный пункт не только для пришедших на Твердь паломников, вставших на Путь, но и для живого товара, регулярно сюда доставляемого некой Тайной службой Порога.

В большинстве случаев поступающие сюда Источники – дети. Низших с нужными отклонениями повсеместно отлавливают ещё в юном возрасте. Погружённых в сон зельями, их приносят к барьеру тайком, спрятав в груз. Проводники, провожающие паломников к ущелью, тоже знают про эту торговлю. Тут у них целая отлаженная система мировой контрабанды. И не удивительно – товар дорогой. Даже очень.

Глава форта скупает Источников по цене – три жемчужины за ребёнка и две за взрослую особь. Средства на это ему выдают являющиеся сюда раз в семь дней Братья с даром полёта, которые в свою очередь получают жемчужины и идущие на продажу артефакты, такие как браслеты-душилки и позволяющие маскировать свои доли кубики, от храмовников иерархией выше, встречающих их в условленном месте неподалёку от выхода с Тверди.

Вот он шанс! Мы обгоним конструктора. Прямо над нами, в барьере, идущем по верху перегораживающей Твердь горной стены, есть секретный проход, позволяющий срезать путь к выходу на следующий пояс. Среди нас тоже есть один, закрывший бурую нору летун. Постепенно он перенесёт часть из нас на ту сторону.

Отмер здесь не имеет значения. На Сушь перейдёт любой, кто доберётся до выхода с пояса. Но только лишь там. В любом другом месте барьер, как и тот, за которым осталась Земля, не пропустит перелетевшего горы. По крайней мере, это то, что известно главе местных Братьев.

Посмотрим, что скажет наш завтрашний гость. Брат Ольмо уже выдал место и время, где он следующей ночью должен встретиться с левитантом. По инструкции тому не положено залетать сразу в форт, где он проводит всего одни сутки. Мы устроим засаду.

Секреты, что здесь мне открылись, безумно ценны. Если вскрыть всю транспортную цепь Братства по доставке Источников дальше, то есть шанс воспользоваться их тайным маршрутом, ведущим из пояса в пояс. Вдруг тот тянется до самой Вершины? Кто знает, сколько фокусов в рукаве у Храмовников, заставляющих низших первых двух поясов играть в выдуманную ими игру под названием: «Путь»? Запретная планета под завязку напичкана тайнами и загадками.

Вот, хоть те же жемчужины. Что это? Откуда берутся? К сожалению, Брату Ольмо известно только, как они действуют. Очень полезная опция. Пять из шести, отобранных у храмовника шариков я оставил запасом, один проглотил. Так же среди трофеев три пары браслетов-душилок и несколько бесполезных на мой взгляд сейчас кубиков. Мы удачно решили здесь задержаться. Ждём ночи.

* * *

Нейтрализующий местную магию дар – самый полезный из всех. Левитант легко пойман и тут же допрошен. К сожалению, новой информации мало. Этот Брат – точно такой же пленник Тверди, как и приконченный только что Ольмо. Оба связаны договором, обязующим их отработать здесь целых сто лет, прежде чем Братство пришлёт им замену. Про следующий пояс, куда ему предстоит перебраться по завершению срока службы, храмовнику ничего неизвестно. Ещё один рядовой исполнитель, отвечающий только за переброску Источников к пункту очередной перевалки груза.

В итоге мной получены три новых жемчужины и информация о месте, где левитант встречается с другим Братом, забирающим у него Источников. К сожалению, передача спящего груза происходит в светлое время суток и на открытой местности, а именно – на вершине стены между Твердью и Сушью. Там уже негде спрятаться, и, как следствие, на плоском, как стол, плато не устроишь засаду.

Маршрут доставки Источников отсюда туда тоже проходит поверху. Летуны не спускаются вниз, передвигаясь исключительно вдоль барьеров, где их точно никто не заметит. У них всё продумано. Весь путь в одну сторону занимает шесть дней. Причём, на четвёртый из них левитант встречается со своим напарником, двигающимся в обратную сторону, который немедленно рванётся назад, если их встреча не состоится. Этого тоже придётся ловить.

В общем, операция предстоит не из лёгких. Дальше уже так легко, как у нас прошло здесь, добывать информацию не получится. Перед нами дилемма. Вариант с продолжением постепенного рассекречивания транспортной цепи Братства заманчив, но всё же наша главная цель – уничтожить конструктора. Стоят ли тайны храмовников того риска?

Нет сомнений, что подмявшая под себя всю планету организация обладает реальным могуществом. Заигравшись, мы можем нарваться на противодействие, с которым не справимся. Сейчас захват форта ещё можно списать на бунт местных фанатиков. Тому доказательством станут две тысячи живчиков, которые скоро заявятся к разлому. Да, часть ослушников успела уйти за барьер. И, что дальше? Не станут же в Храме бросать все свои силы на поиски и уничтожение дураков из Ковчега, устроивших этот бессмысленный и беспощадный религиозный демарш?

Разделаются с перекрывшими путь к Выходу живчиками, восстановят форт, загонят туда новых служителей, заменят убитого левитанта другим – этому просто не повезло оказаться здесь в свой выходной в момент прихода фанатиков – и спокойно продолжат заниматься своими делами. В лучшем случае, отправят кого-то на запад, убедиться, что бунтовщики реально ушли, а не прячутся в окрестностях ущелья. Когда по Тверди вновь пойдут отряды паломников, вернуться обратно, ушедшим до них уже не получится. Помешает правило Йоковой дюжины, активирующее агрессивный режим здешней фауны, при сближении групп низших друг с другом.

То есть, мы ещё можем остановить дальнейшее развитие намечающегося между нами и Братством конфликта. Если сейчас прекратить охоту на служителей Храма, есть хорошие шансы на сохранение тайны нашего иномирового происхождения. От взорвавшегося корабля практически ничего не осталось, да и Ковчег уже давным-давно отскакал от места падения. Связать воронку, если кто-то её обнаружит, с бунтом живчиков будет непросто.

Взвесив все «за» и «против», мы с моими командирами звеньев пришли к выводу, что Вершина никуда от нас не денется, и к вопросу поиска кратчайшего пути на неё мы вернёмся после уничтожения конструктора. Ловля следующих участников цепочки транспортировки Источников отменяется. У нас есть семь суток на то, чтобы покинуть разлом, подтерев за собой все следы.

Никаких пыток не было. Огонь уравняет все трупы, и по обгоревшим останкам понять ничего не получится. Сжигаем форт и уходим. Большинство высших, разбившись на группы, отправятся следом за нашими уже начавшими погоню отрядами, с паузой между выходами в одни сутки. Меньшая же часть, со мной во главе, прихватив с собой имеющихся у нас одарённых, переправится на ту сторону перегораживающих Твердь гор и уйдёт на Сушь, чтобы там уже дожидаться, или Ло, или остальных ловчих, явившихся на очередной пояс с победой.

Не тратя времени, начинаем подъём. Левитант с даром первого уровня, как выяснилось, способен доставить на гору лишь четверых высших в сутки и то, если на спуске просто падает вниз, задействуя способность у самой земли, чтобы не разбиться. Через шесть дней наверху нас окажется ровно двадцать пять. Этого более, чем достаточно. Два отряда, не нарушающих своей численностью правило Йоковой дюжины. Спускаться вниз будем позже, когда окажемся напротив выхода с Тверди, пройдя половину пути к нему по стене, разделяющей этот пояс и Землю. Так мы точно не столкнёмся с напарником летуна, которого мы допросили.

План, не имеющий шансов на провал. За то время, которое конструктор потратит на кругосветное путешествие, мы, даже не покидая ближайших окрестностей входа на пояс, успеем основательно подготовиться к встрече врага. Даже, если Ло по какой-то причине сумеет уйти от погони, во что с трудом верится, на Суши его точно ждёт смерть.

Но это, конечно же, наименее вероятный прогноз. На Тверди тоже встречаются норы. Стоит кому-то из высших получить нужный дар, как отряд под защитой Душителя, не боясь быть отогнанными при помощи Пугача, сразу же пойдёт на сближение с группой конструктора. Тут уж, либо Ло убьют мои гончие, либо обезумевшая местная фауна.

Конструктор обречён. Мы уже победили. Ло умён, но не умнее меня, Гах Юж Кона, командира Небесной цепи Первого карательного легиона. Бесконечность вселенной принадлежит только нам! Мы очистим от низших и эту планету, и эту галактику!

Ло 2

Как жаль, что изготовленные на предыдущем поясе зелья теряют свои свойства на Тверди, как перестают действовать и на самой Земле эликсиры, привезённые туда из Предземья. Очередное дурацкое, ничем не обоснованное правило этой сумасшедшей планеты, существующей в рамках своей собственной извращённой логики. Без помощи Вальдемара, здесь невозможно избавиться даже от тех лёгких ран, которые представители обезумевшей местной фауны успели нам нанести за эти две бурных минуты.

И тем не менее, я приказал Кэйлору унести именно Вальдемара. Если лекарь погибнет, наш отряд обречён. Получится остановить Дикий гон – Кингесберг потом подлатает людей. Нет – тогда у Китара, которого я эвакуировал со вторым летуном, останется шанс выжить и перебраться на Сушь. Лучше четверо, чем никто. То есть, пятеро. На следующем поясе, куда в основном добираются лишь одарённые, мальчишка отыщет мне новое тело.

Но всё это – запасной, крайне нежелательный вариант. Я всё же надеюсь, что временное уменьшение численности отряда до семи человек позволит остановить обрушившуюся на нас кару пояса. Мне не хочется лишаться стольких ценных соратников. Если группа, на которую мы наткнулись, не больше шести человек, то отправка лишних подальше сработает.

Секунды идут. У нас передышка длиною в минуту. Спрятавшиеся под защитную сферу Андера люди стирают с лиц кровь. Открытые участки кожи у всех поголовно, включая меня, покрыты царапинами и неглубокими ранами. Пока ничего серьёзного, но даже начало Дикого гона впечатляет своей интенсивностью. Стоит сюда подтянуться более крупным животным, отгоняемым ранее Терикусом, как ситуация в разы усложнится.

Хорошо хоть, что мелкие змеи, первыми атаковавшие отряд, оказались не ядовитыми. Либо же их яд слишком слаб, или его действие имеет отложенный характер. Пока, ни я, ни кто-либо ещё из укушенных не ощущает изменений в своём самочувствии.

– Твою бабку за пятку!

Спрыгнувший с дерева некрупный хвостатый примат врезается в защитное поле и, визжа, сползает по облепленной мелкими птицами стенке сферы к земле. И он первый из многих. Вслед за ним на наш «домик» обрушивается настоящий мохнатый водопад. Стая в сотню голов. Клещ, отпрянувший от края сферы, звонко клацает тыльной стороной своего серпа по незримой преграде, продолжая ругаться. Коротышка выглядит лучше других. Однозначно, пока мы бежали, включал ускорение.

– Да, когда же уже эта срань закончится⁈

У меня тот же самый вопрос. По идее, Китар с Дормианом уже были должны отлететь от нас на необходимое расстояние. Летун первого уровня с грузом выдаёт скорость под сто километров в час. Чтобы выйти из зоны действия правила Йоковой дюжины ему нужно чуть больше половины минуты. Мы под сферой сидим уже дольше. Плюс какое-то время было потрачено на общий сбор вокруг Бочки.

– Их больше пяти, – констатирует теперь уже очевидное Чопарь.

– Идиоты бегут не от нас, а к нам, – рычит Вепрь сквозь сжатые зубы. – Сраная тупезень! Неужели, не ясно, что раз оно не заканчивается, то надо менять направление?

Тут мне известен ответ. Ещё убегая по своим же следам от места, где на нас посыпались змеи, я понял, почему Дикий гон не проходит. Наткнувшаяся на нас группа шла от реки нам навстречу. Или, что ещё вероятнее, в момент критического сближения отрядов и вовсе не двигалась. Мы побежали, стараясь разорвать дистанцию, и они побежали тоже, причём, с той же целью. И, увы, с той же скоростью, если ещё не быстрее – троерост у них выше.

Вот только неслись и мы, и они в одну и ту же сторону. В той группе вполне логично решили, что второй отряд приближается к ним с востока. Ждать людей с запада, оттуда, где Твердь заканчивается тупиком, было бы странно. И в этом они правы. Кто мог предположить, что явившийся с противоположной стороны в эту часть пояса отряд не направится сразу к выходу на Сушь, а зачем-то даст крюк по здешним лесам?

Но это уже объяснение нашего подхода к устью реки не с той стороны для тех, кто переживёт Дикий гон, если таковые останутся. Рассказывать про найденный тайный лаз, позволивший нам срезать путь по Тверди, я не собираюсь. Мы – обычный отряд, обогнувший планету, идя вдоль реки, как и все.

Вот только найденное решение будущих проблем совершенно не радует. Что делать сейчас? Два десятка секунд – и защитное поле исчезнет. Кидающиеся на незримые стены животные окружили сферу плотным бурлящим кольцом. Стоит дару Бочки закончиться, и беснующаяся живность набросится на нас всей гурьбой.

– Да, когда они уже передохнут⁈

Вепрь правильно представляет себе ситуацию. Мы укрылись под куполом, но едва ли у кого-то в той группе есть точно такой же дар, да ещё и на двушке. Раз отряд чужаков не додумался до того, чтобы развернуться и броситься в противоположную сторону, значит их сейчас точно так же атакует окрестная живность. У нас фора в минуту. Если «лишние» люди в той группе умрут в нужном количестве, Дикий гон прекратится. У нас есть все шансы продержаться дольше соперников. Начинаю командовать.

– Готовимся к выходу! Чоп, по отмашке бей сюда молниями, – намечаю я направление для прорыва. – Я считаю секунды. Момент не пропустим. Рэм, с тебя – прикрыть наши спины. Едва Чоп сверкнёт, бахнешь воздухом. Вепрь, Клещ, выжигайте дары подчистую. С вас – проломить это месиво.

А ситуация снаружи с каждым мигом всё хуже и хуже. Сквозь мохнато-пернатое облако уже вижу спешащего к объекту всеобщего влечения тигра. Слева в поле врезается, давя с рёвом мелочь, крупный медведь. Время уже на исходе.

– Бочка, на нас с тобой фланги, – продолжаю я сыпать инструкциями. – Тер, ты в центре. Бежим к тому дереву, – указываю на едва различимый за мельтешением живности толстый ствол растущего неподалёку от нас лесного гиганта, которым можно прикрыться. – Будем отбиваться под ним. Всё! Считаю! Четыре, три, два, один!

Сфера рушится. Под треск разрядов бросаемся на прорыв. Впереди Клещ и Вепрь на дарах разносят в кровь и перья не выбитые начисто электричеством заслоны лесного воинства. За спиной свистит ветер. Рэм расшвыривает зверей и птиц воздухом. Переставший «играть в статую» Бочка на бегу с рёвом крутит топор, отбивая наскоки приматов. На другом краю я слил летающие вокруг меня стальным облаком мечи в кокон, о который разбивается всё, что на него натыкается. Отстрелявшийся Чопарь с бешенной скоростью вращает над нашими головами копьё, прикрывая бегущих сверху.

И только Терикус, сделавшийся во время действия Дикого гона почти бесполезным, прячась в центре нашего боевого построения, просто бежит, втянув голову в шею. И на том спасибо – не приходится труса тащить.

У дерева стало полегче. Держимся спинами к стволу и бьём, бьём, бьём бесконечную местную живность. Ярость Вепря закончилась, как и все остальные дары, кроме продвинутой Стремительности Клеща. Раны множатся, но хоть с тактикой полная ясность. Главное – как можно быстрее убивать самых крупных зверей, когда те появляются рядом. Вот и польза от Терикуса. Старающийся держаться возле меня живчик успевает выкрикивать предупреждения.

– Справа волк! Чоп, олень! Сверху муфр!

Тут ошибка. Большой жёлтый кот с коричневыми пятнами, несомненно, является муфру роднёй, но это не он. Вепрь разваливает хищника топором и снова переключается на настырную мелочь, которая валит потоком. Долго мы здесь не продержимся. Пять минут в таком ритме – и превратимся в кровавое месиво. И так только на повышенной крепи и держимся.

– Йок! Оно! Оно здесь! Приближается!

Завизжавший в истерике Терикус вжимается спиной в ствол. В глазах живчика ужас. Уточнять, про что речь, смысла нет. Очевидно, что он почувствовал даром приближение того самого хозяина леса, которого запеленговал вчера вечером. Тогда древний зверь не проявил к нам агрессии, пройдя мимо, но сейчас кара пояса притянула сюда и его. Очень плохо. К такому бою мы не готовы.

– Где⁈ Как далеко⁈ – реву я, ни на миг не прекращая работать мечами.

– Там! – трясущейся рукой указывает живчик на северо-запад. – Уже меньше версты!

Если зверь доберётся до нас раньше, чем закончится Дикий гон, нам конец. Без даров мы не справимся. Выход один.

– Бобы в рот – и за мной! Клещ, с тебя прикрыть наши спины! Я на острие!

Глотаю боб, дожидаюсь, когда то же самое проделают все остальные и бросаюсь в ту сторону, откуда мы недавно сюда прибежали. Теперь чудище у нас за спиной, а прямо по курсу: река, выход на Сушь и отряд чужаков, послуживший причиной всех наших проблем.

Бежать сложно. Приходится прорубаться сквозь бурлящий кисель из животных и птиц. То и дело какой-нибудь особо удачливый зверь добирается до того или другого члена отряда. Вот приходится вытаскивать Чопаря из-под туши сражённого умником здоровенного оленя, который с разбега вломился в наш строй. Вот поднимаем Рэма, сбитого с ног кабаном. Вот сдёргиваем со спины Вепря примата, вцепившегося Хайдару в загривок.

– Глаз! Мой глаз!

Пропустивший атаку длинноклювой с цветным оперением птицы Бочка хватается за лицо.

– Не останавливаемся! Справляйся одним!

Если выживем, Вальдемар всех подлечит. Глаз – не нога.

Зря об этом подумал. Не успеваем преодолеть и полусотни метров, как очередной хищник из семейства кошачьих набрасывается на Рэма. Зверь убит, но клыки твари разодрали ветродую бедро. Будь тут порваны крупные кровеносные сосуды, я бы бросил землянина – накладывать жгут нет времени – но в этом плане Рэму повезло.

– Тер, на спину его! – отдаю приказ живчику. – Что с хозяином⁈

– Полверсты! – хрипит Терикус, взваливший стонущего ветродуя на спину.

Эти двое почти всё своё оружие бросили. Они – уже не бойцы. Остальные без рюкзаков. Колчаны, луки, копья, кому те мешали – тоже где-то валяются. Соберём всё потом, если это «потом» у нас будет.

– Терпим! Тут уже немного осталось!

Полверсты до преследующего нас чудовища. Где-то столько же мы успели преодолеть в своём бегстве от старого дерева. Зверь быстрее, но шансы спастись у нас всё ещё есть.

– Вон они!

Повезло! Настигнутые, как и мы, карой пояса врасплох чужаки, к нашему счастью, до последнего пытались разорвать дистанцию с явившимся, по их мнению, с востока отрядом и, пока у них на то были силы, упрямо продвигались вперёд, нам навстречу. Сейчас сил на это у них уже не осталось. И дело здесь не в выносливости. Бобы, наверняка, тоже съели. Просто раны, которые я вижу у части кое-как отбивающихся от местной фауны воинов, несовместимы, ни с бегом, ни даже со сколько-нибудь быстрым шагом, а дар у этих людей давно израсходован.

– Семеро! Твою бабку за пятку! Всего один лишний!

Клещ прав – четверо всё ещё способных держаться на ногах воинов окружили своих троих наиболее тяжело раненых товарищей, которые, сидя спина к спине на земле, с превеликим трудом отбиваются ножами от просачивающейся между защитниками внешнего круга мелочи. Умри хоть один из троих, и всё бы уже прекратилось. Их упорство и взаимовыручка едва не стоили жизни всем нам. С минуты на минуту здесь появится наша общая смерть. Хозяин леса не станет разбирать, кто здесь из какого отряда.

– Выбирайте, кто из вас умрёт! – ору вместо приветствия. – Даю три секунды! У нас хозяин леса на пятках!

Эти люди знают друг друга. Жертвой должен стать наименее полезный из одарённых. Они тоже умеют считать. Смерть одного из четырнадцати решает проблему.

– Сдохни сам! Это всё из-за вас, идиоты!

Бородатый гигант не оставил мне выбора. На дипломатию времени нет. Вырываюсь вперёд и наглядно доказываю, что в умелых и сильных руках мечи гораздо опаснее топоров в руках длинных и сильных. Скоротечный контакт заканчивается гибелью наиболее с виду боеспособного члена чужого отряда, судя по стати и гонору, бывшего их предводителем.