Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

Глава 26

Пока мы со Скрепышом решали судьбы отдела, Илья закончил рассказывать, как он переживает по поводу экзамена на аэровождение.

Интересно, каково это – управлять летающей машиной? Да и в космосе интересно было бы полетать. Получится ли у меня это когда-нибудь?

– Мне поручили отчёт, а я не понима-а-а-юуу, как его делать! – Говорившая выглядела действительно расстроенной.

– Это по обязанностям Носковой? – спросила Люсинда.

– Ага. Она, когда уходила, сказала мне «Делай по аналогии с примером». Но там ничего не понятно! Откуда брать эти данные? Что с ними делать? Какие формулы? Она сказала «Всё есть в программе, выгружаешь, чуть меняешь как в примере – и готово». А это вообще не так! Выгружаются не такие данные. Их надо как-то вычислять, а я не понимаю как. И как их потом менять? В примере нет формул! В общем, вылечу я вслед за Носковой…

М-да, похоже здесь классическая ситуация «Уйти по-плохому». Не удивлена, если честно. Но с отчётом надо разобраться. Толковые программы формируют любые отчёты чуть ли не одной кнопкой. Какая разница системе как данные подавать? А есть ещё прекрасная штука, обычно называющаяся «Конструктор отчётов». Там можно состыковать любые данные за любой период и в любом формате. Если эта штука была в моё время, то сейчас должна быть даже в чайнике и утюге. Так почему у орлицы сложности с отчётом? Надо посмотреть.

– Это есть в тикетах? – вновь подала голос я.

На этот никого это уже не смутило.

– Нет, – оторвалась от своих страданий девушка – Дарина Зуева. – Это же не ошибка программы. Да и босс нам запретил говорить о проблемах из-за ухода сотрудников.

– Почему? – опешила я, выйдя из образа. Хорошо, хоть никто внимания не обратил.

– Сказал, выставляет нас в дурном свете. Что у нас плохая атмосфера, и мы газлайтим коллег, вот они и уходят.

– Да блин! – тут уже не выдержала Анфиса. – Это он дурной начальник, который и создаёт эту плохую атмосферу и газлайтит всех, до кого дотягивается!

Судя по лицам, многие были согласны с этим.

– Ну не надо уж всё на босса валить, – однако нашлись и те, кто имел другое мнение, например, Люсинда. – Нормальный он. И общается нормально. Иногда бывают у него приступы «Никто не работает, все тунеядцы!», но ведь не постоянно. И всегда нас защищает перед другими!

– Не, ну если с Клиной сравнивать, то наш вообще ангел, – согласилась Анфиса.

– Ася, а ты можешь помочь с отчётом? – робко спросила Дарина.

– Вероятно, да. Но мне нужны все данные по нему и примеры.

Анфиса хмыкнула и тут же спросила:

– А что в личном, Дарина?

– В личном… Ну тут только ныть. Денег жуть как не хватает.

Ох как яро её поддержали. Прям все заныли как по команде. Настоящий нытинг, образцово-показательный.

– Ищу подработку, – еще один тяжелый вздох. – Надо что-то на вечер. Но пока как-то тяжко.

Раздались реплики, варьирующиеся от «Найдешь-найдешь» до «Когда же ты будешь отдыхать?»

– А теперь ты, Янчик, – Светлана расплылась в улыбке. Наверняка, ради него этот дибилдинг и затевался. Хотя… как оказалось, смысл в этом нытинге был. Но это для меня. А для орлов? Только ныли и утешали?

Красавчик тоже улыбнулся Светлане, но как-то рассеяно. Помрачнел и стал более похож на реального человека.

– Не взяли, – наконец произнёс он.

– Как? Точно? Ты уверен? – раздались со всех сторон девичьи голоса.

– Они, конечно, сказали, что перезвонят, но по их лицам всё было ясно, – ответил Ян.

– Ну подожди, может, еще позвонят… – произнесли сразу трое, но, увы, с такими интонациями, что даже Доброжир понял, что никто не верит в это. Видать, не в первый раз.

– А куда не взяли? – не уверена, что меня, как робота, такое должно волновать, но у орловцев была Лилиана, которая, скорее всего, откалывала и не такие номера. И таки да, никто не удивился вопросу.

– Я ходил на кастинг, – ровно, слишком ровно произнёс Ян. – Фотореклама шампуня. Все говорят, что у меня внешность модели, – он будто бы смущённо улыбнулся, но я ясно видела, что он прекрасно знает все достоинства своего лица и фигуры. – Вот я и пробую.

– Только пробуешь? – не удержалась я.

На меня осуждающе посмотрели, Ян же усмехнулся.

– Не везёт мне. Не нравлюсь я им.

Не, я понимаю, что мода на красоту могла измениться, но, судя по реакции орлиц, такая внешность как у Яна всё ещё волновала дам. Да и как такое может не волновать? И улыбался он приятно. Совершенно не понимаю, почему он ещё не глядит со всех рекламных баннеров.

– А какие критерии требуются для положительного результата? – зачем-то спросила я.

– Что, Ася, решила сделать карьеру в моделях? – засмеялась Анфиса.

Я нарочно медленно повернула голову и уставилась на неё прищуренными пиксельными глазами. Та аж поперхнулась. Почувствовали напряжение и остальные. Ян поспешил исправить ситуацию:

– Критерии разные… – он запнулся. – Трудно объяснить.

– Покажите, – обнаглела я. А что, когда я ещё посмотрю на модель с такого близкого расстояния? Интересно, удастся его развести на обнажённую фотосессию?

– Я не думаю, что… – начал Ян.

– Я бы тоже посмотрела, – дёрнулась Светлана, словно выпав из некоторого ступора.

– Да-да, я и тоже! – раздалось с разных сторон.

В общем, нам удалось его уломать. Женская часть коллектива теперь смотрела на меня более доброжелательно. Кроме Анфисы, конечно.

Янчик помялся, потом встал, отошёл в дальнюю часть комнаты, но так, чтобы нам было видно, и встал в позу. В смысле встал боком, повернул торс к нам, поднял руки и напряг бицепсы. И улыбнулся.

У меня отпала челюсть. Слава шлему, не видно. Но лица орловцев тоже выглядели ошарашенно. Дело в том, что насколько привлекателен и приятен был Янчик в жизни, настолько же глупо, искусственно и отталкивающе он смотрелся «в позе». Его улыбка на все зубы просто пугала. Маньяк от мира роботов!

Скрепыш: Сеня! Ты ли это?

Боже, дай мне сил не заржать!

«Модель» повернулся и встал в другую позу, но ситуацию это никак не изменило. Затем стало ещё хуже: красавчик попытался изобразить что-то брутальное, судя по взгляду, но выглядело это как будто обидели ребёнка и он теперь дуется, смотря исподлобья.

Скрепыш: А вот ща на Клаву похож.

– Клава страшнее.

А уж когда Ян изобразил подиумную походку… Как, ну как не заржать? Я искусала себе все губы, пытаясь держаться.

– А кто вас этому научил? – спросила я, понимая, что надо отвлечь эту горе модель, а то я сорвусь и буду ржать на весь офис, пропалив всю конспирацию.

– Я посещал три разных курса, – с гордостью произнёс Янчик. – Везде получил высший балл и сертификат о прохождении.

Даже стало жалко его. Знаем мы все эти курсы… Попробуй ещё найти хорошие.

– Знаешь, Ян, – робко произнёс Дарина, – сейчас больше в моде естественность. А эти курсы, похоже, делали больший упор на… эм… театральность…

– Вам тоже не понравилось, – даже не спросил, а констатировал Ян. Вернулся в круг и весь поник. – Я просто бездарность.

Все тут же бросились его утешать. А я вспомнила баннеры с Маркусом в кибердоспехе. Понятное дело, что эта дрянь разлетелась по сети, но, может, если их оперативно заменить, то пронесёт с иском? А хуже, чем использование ворованных картинок, Янчик точно не сделает.

– А если сделать баннеры с Яном? – предложила я, мысленно скрестив пальцы на удачу. – Вместо Маркуса. Яну – портфолио, нам – красивые баннеры. Особенно если Ян поменяет стиль на более… естественный.

На меня посмотрели так, что я подумала о провале всей конспирации. Однако постепенно выражение лиц стало меняться на задумчивое, а потом и вовсе вдохновенное.

– И с Ильей, – вдруг добавила Люсинда.

– Что?! – произнёсли все, включая самого Непряхина.

– А что такого? Хотя бы попробуем. Такой контраст выйдет шикарный!

На этот раз все выглядели растерянными.

– Да я не модель! – почти возмутился Илья. – Я таблички люблю!

– Возможно, этот ход поможет компании избежать иска за использование чужой интеллектуальной собственности, – улыбнулась под шлемом я. Если это не придаст им скорости, то другая мотивация бесполезна. Ага, лица-то перекосились. Особенно у некоторых. Скорее всего, ответственных за этот креатив.

– Решено, – хлопнула рукой по колену Люсинда. – Попробуем. Молчите, Ян, Илья, вас вообще никто не спрашивает.

– А как же босс? – сдавленным голосом спросил Непряхин. – Он не одобрит.

– Я его убежу, – кивнула будто сама себе та. – Зато будет шанс… для всех.

Орловцы замолчали, как-то слишком впечатлённые принятым решением.

– А что в работе, а, Янчик? – с трудом выдавила из себя Светлана.

Тот удивлённо на неё взглянул, потом встряхнулся.

– Я ещё и не успел посмотреть. Девочки, там есть что-то срочное или важное?

– Ой не волнуйся, – защебетали вокруг. – Мы все раскидали между собой. Там только надо Белкиной позвонить. Сам знаешь, что она только тебя воспринимает. А так мы всё сделали.

Может, я зря ему помогаю? Хотя… лучше вытурить его из отдела как можно быстрее. В идеале с Непряхиным за компанию.

***

За время нытинга Скрепыш с Доброжиром проанализировали весь Орлиный офис вдоль и поперёк и принесли мне результаты, которые я теперь и разглядывала, дожидаясь конца рабочего дня.

– Итак, что мы имеем… Набрали, значит, дешёвую рабочую силу из глубинки. Образование, хоть как-то связанное с маркетингом, есть у троих, и то с двойки на тройку перебивались ребята. Остальные – кто во что горазд, и всё по низкорейтинговым вузам. Соответственно, платят им гроши, но хоть жильё предоставляют и кормят.

Скрепыш: Крепостные маркетологи…

Доброжир: Заметь, им ещё и премии урезают за плохую работу, вот я собрал кейсы.

Я проглядела те кейсы. М-да…

– Причём за чужую плохую работу. Нет, так-то они и сами паршиво работают, спору нет, но вот тут, например, урезали сотруднику за то, что у него кьюбер не включался весь день, а из техподдержки пришли только на следующий. Это как-то уж совсем не по-людски. Не удивительно, что они к компании и другим отделам так пренебрежительно относятся, хорошо хоть, нарочно не гадят. Вопрос в другом: почему при таких показателях всего отдела их начальника до сих пор не заменили? Кому он сват?

Скрепыш: Он не сват. У меня вот тут есть статистика с его аккаунта. Он накапливает косяки своих работников и сваливает их все на одного, а потом этого одного увольняет. После этого – вот смотри, письма гендиру о том, что проблема решена, дескать, мы заменили сотрудника, который не справлялся.

– И после этого в отделе его ещё кто-то защищает? – изумилась я.

Доброжир молча скинул мне видео с какой-то стратсессии. Напомаженный чувак с совиными ушами с кисточками восседал на троне, то есть, стуле в окружении примостившихся на полу бандерлогов и вещал:

– Это расставание больно бьёт по нашему коллективу, ведь мы все – большая семья, и уход каждого – это всё равно что прощание с родными. Увы, законы бизнеса так жестоки, но мы будем вспоминать о счастливых моментах совместной работы. Давайте в честь покидающего нас, – он замешкался, подсматривая имя в понтовом вижулике, – Дмитрия в эту дату каждый год устраивать застолье и печь символическое печенье…

Я с содроганием выключила видео. Нет, что в Орлином офисе работают дураки, я поняла с первой минуты, но чтоб настолько…

– Так, ладно, с этим ясно. Как подставить этого мужика, чтобы он вылетел, я не знаю. Если уж он до сих пор не вылетел с такими художествами… Значит, нужно локализовать провал. Я бы сказала, что первейшая задача – это отсеять ту работу, что должен выполнять отдел продаж, и ту, что относится к отделу рекламы, и передавать её им в момент зарождения, чтобы орлы не пытались этим заниматься. Скрепка, это посильная задача?

Доброжир: Это даже для меня посильная, особенно если составить базу примеров.

– Отлично, тогда начинай составлять, а мы потом проверим и уточним. Задача вторая – не допускать сотрудников до общения со внешними контрагентами. С кем и о чём вообще им надо общаться?

Скрепыш: В спектр ответственности отдела маркетинга входит исследование рынка, разработка маркетинговой стратегии, организация рекламных кампаний, управление брендом, организация пресс-мероприятий, создание контента…

Простыня уходила за край экрана, и я остановила прокрутку.

– Хватит, хватит! Ты же понимаешь, что они не могут всё это делать! И мы за них не сможем. Давай так: посмотрим, что они провели худо-бедно успешно за последние пару лет, сверстаем график таких же мероприятий и напишем алгоритм их организации. Посильно?

Скрепка: Вообще не вопрос, даже Митя обучится, если ему мозгов добавить.

– Классно. Ещё мужиков этих знойных в качестве контента поставим, вообще будет зашибись. А если кто-то захочет анализа рынка или разработку стратегии, могут сами заняться, потому что в «ЭкзоТехе» ресурсов для этого нет! Так, что у нас там осталось?

Доброжир: Хозяйка, а как быть с базами без обратной совместимости?

Его вопрос содержал столько всего неожиданного, что я подвисла. Какая хозяйка? Это я, что ли, хозяйка?

– Я тебе не хозяйка…

Доброжир: Чё ж нет? У меня на прошлом предприятии ЧОРов-координаторов хозяевами называли.

О как. Доброжир, оказывается, помнит ту фирму, у которой его купили? Вот ведь интересно, а я почему не помню? Цифровую память могли стереть, но из мозга-то не сотрёшь. Значит, у меня эта работа – первая. А модель тогда почему такая устаревшая? Ладно, это вопрос на другой раз.

– Что такое обратная совместимость?

Доброжир: Ну эт когда из новой базы в старую данные можно подгрузить. А тут у каждого отдела своя версия базы, и между ними сообщения никакого. Шину надоть.

Откуда у него внезапно вылез акцент лубочного крестьянина? Но спросить я не успела.

Скрепыш: А! Отличная идея, Доброжир! Хорошо, что ты сказал, я вот сам не подумал! Но шина – это позапрошлый век, надо делать граф, чтобы одним запросом сразу вытаскивать всё нужное! Этим я займу-усь!

Скрепка с предвкушением потёр палочные ручки и заюлил задницей, как пчела – брюшком.

– А это же можно не только в Орлином офисе, но и на всю компанию сделать, так? – уточнила я.

Скрепыш: Ну конечно! Чего мелочиться-то?

– Тогда не спеши. Пускай сначала Мишуру уволят, а то ещё подумают, что это его заслуга.

Искин приуныл, но согласился: давать такой буст Мишуре никто из нас не хотел.

Скрепыш: Ну пошли тогда Митю вразумлять, там уже небось разбежались все, надо порыться в подсобке.

Я удостоверилась, что Орлиный офис тоже опустел, и выбралась из этого царства ковров. Задачи распределены, спасение компании – вопрос времени, время на личные нужды тоже намечается. Чего ещё желать?

И, как по мановению волшебной палочки, мне капнуло сообщение о том, что Нагибко получила зарплату. Ноги! Ноги-и-и! Ноги ждут меня!!!

***

Последние пару дней Саша помнил плохо. Добрыню он подключил сразу, как только узнал об аварии, но этого ему показалось мало. Расследование ещё когда плоды принесёт, а если авария "Ламассу-15" – это не случайность, то под угрозой вообще все корабли доставки и люди, работающие на них.

Крис подняла статистику, и по ней было видно, что в последние два года количество аварий ненормально возросло. Как и говорил Добрыня. Какие-то заколдованные два года! Что случилось там, два года назад, отчего весь "ЭкзоТех" полетел в тартарары? Конечно, с учётом текучки, падения мотивации и рабочих стандартов можно было объяснить увеличение количества аварий, но сердце всё равно было не на месте.

Наконец, спустя два дня Саша выработал стратегию: во-первых, следовало стряхнуть пыль с пары фирмулек-ширм, которые он держал на такой случай, и сделать так, чтобы самые дорогие и важные заказы доставляли они, а не собственная доставка "ЭкзоТеха". Выстроил алгоритм передачи заказа так, чтобы каждый раз об этом знал только один менеджер доставки. Остальным же в это время следовало скормить подложный заказ, тоже каждому по одному, а к кораблям приставить Добрыниных ребят и словить на живца – которое судно попытаются саботировать…

Всё это звучало красиво в теории, но стоило подумать, как это воплотить, и темнело в глазах. Наконец на вторые сутки, когда больше никто не разбился, Сашу немного отпустило, и он проспал мертвецким сном двенадцать часов, опоздав на работу. "ЭкзоТех" тянул из него жизненные силы, как ни одна компания до того.

"А не слиться ли?" – мелькнула предательская мысль. Доложить Аркадию, что тут всё умерло и спасать нечего… Но нет, Саша не мог так поступить со стариком. Всё же не чужой человек, да и как бы удар не хватил, это же его детище. Нет, эту войну Саша выиграет во что бы то ни стало, это уже вопрос профессиональной гордости.

Однако Аркадию следовало доложить о ситуации.

Саша уже не раз отправлял ему отчёты о своих наблюдениях и решениях, но теперь стоило признать, что проблема выходит за рамки его полномочий и длины его рук.

Аркадий Петрович выслушал его, как всегда, с каменным лицом. Как Саша ни старался, не мог определить, насколько глубоко его задевает возникшая проблема.

– Я понял тебя, – наконец произнёс старший акционер, едва разжимая губы. – Ты вот что… Дай мне контакты своего Добрыни. Я с ним обсужу возможные меры.

Саша рассеянно кивнул, а потом заново прокрутил в голове слова старика. Звучало так, словно у Аркадия руки подлиннее, чем у Саши будут. Интересно, что он задумал? Но тот не дал ему спросить.

– Что по внутренним проблемам?

Во время разговора Саша бездумно скроллил отчёт Васи о ситуации с базами данных по всей компании, и его взгляд выхватывал отдельные слова.

– Крис, сделай мне саммари этого талмуда. Что там?

Крис: Саммари: пиндец, Мишура – тупой придонный слизняк.

– А подробнее?

Крис: А подробнее: вся компания выступает в роли тестеров Мишуриных недоносков, интеграции между базами разных отделов нет никакой, в безопасности – галактические чёрные дыры, обучения нет, бэкапов нет, вся система – кладбище костылей. 30% сделок срываются только на том, что менеджеры оказываются не в силах провести их через систему.

Саша осоловело моргнул и повторил всё это Аркадию.

– Как я понимаю, – добавил он, заметив остекленевший взгляд босса, – проблемы начались с того, что начальник отдела техподдержки выступил с инициативой…

– В жопу такие инициативы!!! – внезапно взорвался Аркадий. его бледное лицо в секунду покраснело, на лбу пульсировала вена. Саша на всякий случай занёс руку над вызовом неотложки в резиденцию акционера. Вот думал же, что надо деду успокоительного выпить перед отчётом, думал… – Вышвырни этого пса и похорони под его собственным говном!!! Чтоб он сдох на помойке! Да что – вышвырни, я щас сам его удалю с лица планеты, да я, я…

Что-то запищало – какой-то прибор у Аркадия, и вокруг его лица распылилось облачко пара. Он несколько раз шумно вдохнул и расслабился, осев в кресле.

– Я его расчленю, – сказал он уже спокойно. – Где его профиль, дай ссылку?

Крис тут же развернула на экране базу с персоналом и передала Аркадию проход на нужную страницу. Саша увидел, как в реальном времени в профиле Мишуры появляется "Верховный Администратор", отматывает страницу до самого дна и жмёт на кнопку "уволить по профнепригодности". Мелькает несколько всплывающих меню – что-то там про уверены ли вы, причина, какой-то приоритет, Саша не успевает прочитать, потому что Аркадий жмёт на подтвердить. Система издаёт победный звук, и текст профиля окрашивается серым.

– Всё, – тяжело выдохнул Аркадий. – Позови СБ, чтобы вывели его. Желательно без портков.

– Он у нас такой не один, – робко заметил Саша, прикидывая, надо всё же звать скорую или обойдётся. – Тут почти всех так увольнять надо, а работать кому?

Аркадий что-то нечленораздельно прорычал и сделал неприличный жест.

– Добрыню мне давай, – напомнил он. – Порешаем.

И отключился.

А Саша подумал, что, пожалуй, в следующий раз надо поберечь старика и докладывать об успехах, а не только о звездеце. А ещё – что Мишуре теперь тоже надо найти замену, пока враги не подсунули какого-нибудь нелюдя в человечьей шкуре.

Глава 27

Анжела Широухова готова была биться лбом об стол. С тех пор, как Давид вылетел – из компании и с планеты – на неё упали все его обязанности. А это, на секундочку, рекрутинг.

В норме Широухова к нему вообще отношения не имела. Она занималась лояльностью, приверженностью, ценностями и всякими вот такими облачными понятиями, которые не имели конкретных видимых очертаний, а потому делала она что-то или нет, никто толком не понимал. Сама Анжела считала, что, конечно, делала. Она же приходила на работу, читала отчёты и предложения своих миньонов, проходила разнообразные обучения, проводила собрания… Это всё выглядело точно так, как описывали работу специалиста её профиля в мемах и сериалах. И она была уверена, что работа Давида выглядит примерно так же.

А оказалось, что нет. Теперь на её имя сыпались бесконечные заявки на подбор сотрудников в такие отделы, о которых она даже не подозревала! И всем надо было срочно. Слухи об увольнении Давида распространились, как огонь по поверхности коктейля, и всем резко приспичило заполучить сотрудника вот именно сейчас, пока эйчары не очнулись и не заменили Давида кем-то таким же. К тому же каждый начальник опасался, что в наставшей неразберихе про его заявку забудут, а потому написывал, названивал, ловил Анжелу под дверью кабинета, в кафе и даже в туалете!

Широухова даже подумала сбежать домой, но догадалась проверить камеры наблюдения у двери квартиры и увидела там очередь.

Как подбирать персонал, она не знала. Точнее, представляла в общих чертах на уровне обывателя, но не более. А самое главное – заниматься этим она не хотела совершенно. Попытки делегировать миньонам тоже ничего не дали: фифочки под её началом обладали по одной клетке мозга каждая и не были готовы заполнять эту клетку рекрутингом.

В итоге вместо того, чтобы отрабатывать заявки, Анжела забаррикадировалась в кабинете и ныла в чат лучшей подруге – Ирочке Ермолаевой.

Ирусик: Да ты не принимай так близко к сердцу. Выдохни, на йогу сходи…

Эйнджел😇: Какая йога, они же там меня порвут!

Ирусик: А ты не у нас сходи, а где-нибудь в городе. Ты слишком всё это всерьёз воспринимаешь. Не умрёт никто, если несколько дней поживут без новых сотрудников, а там на место Давида кто-нибудь найдётся.

Эйнджел😇: Ты думаешь? Я даже не начинала искать ещё…

Ирусик: Ну конечно! Это же хлебное место, сейчас слухи разойдутся и повалят кандидаты! Тебе просто надо подождать. Взяла бы отпуск на недельку, слетала на море, перезагрузилась…

Читая предложения Ирочки, Анжела постепенно расслаблялась. Действительно, ей-то что до всех этих заявок? Перетопчутся. Это вообще не её забота. Придёт кто-то на место Давида, вот пусть и разгребает, а она сто лет в отпуске не была, месяца два, и в спа неделю не ходила с этими перипетиями…

И стоило только ей принять решение валить, как тут же на экране её смартвижена возникла огромная мигающая красно-оранжевая табличка:

Начальник отдела внутренней техподдержки Мишура И.А. уволен по профнепригодности. Приоритет на замену: высочайший.

Трясущимся пальцем она ткнула в активное последнее слово и прочитала справку:

Высочайший приоритет: на замену сотрудника даётся три дня. В случае невступления в должность нового работника все сотрудники отдела кадров теряют квартальную премию.

Анжелу сковало могильным холодом. Она словно вся задеревенела, примёрзнув к креслу. Но в самом её сердце потихоньку разгоралось злое пламя.

“Ах вы так. Ах вот вы как. Вот, значит, как вы”, – эту мысль в разных вариантах Анжела повторяла про себя, пока маленькое злое пламя становилось большим злым пламенем. – “Я, значит, тут держу осаду, рвусь в клочья, психую из-за вашей дурацкой системы, при которой задачи уволенного начальника падают на его зама по совершенно другой части, а вы… вы! Да сколько труда я ввалила в эту компанию! С какой любовью я разрабатывала её проекты! Да я так трудилась, как роботы-шахтёры не трудятся, и что я получаю за свою лояльность?! Лишение премии?! Ну уж нет!”

Она резким движением свернула окно чата, в котором Ирочка спрашивала, что случилось и куда она ушла. Не до Ирочки сейчас. Она, конечно, хорошая подруга, но премию Анжеле не вернёт.

Избавившись ото всех отвлекающих факторов, Анжела сосредоточилась на задаче. Итак, кого можно в три дня поставить на должность… Кого там? А, начальника отдела техподдержки. Точно. Ну, очевидно, что хантить кого-то на рынке бесмыссленно – за три дня он хорошо если на собеседование придёт и вряд ли будет готов сразу всё бросить и занять место. А если будет – разве это хорошо? Это же значит, он больше никому не пригодился.

Нет, искать замену нужно было в собственном коллективе. Первым делом Анжела просмотрела профили сотрудников самого отдела и уже почти выбрала кандидата, когда поняла, что это не та техподдержка. Ей нужна была внутренняя, а эта – клиентская. И у неё с начальником всё хорошо, а работы под завязку. Начальника этого Анжела встречала и не жаждала вступать с ним в противостояние. Как-то вот не лежала душа. И Ирочка что-то про него говорила такое…

Короче. В правильном отделе техподдержки смотреть было не на кого. Страшненькие фефёлки и горстка унылых задротов разной степени обрюзглости. Судя по наплевательскому отношению к себе, никто из них не имел начальницких амбиций. Да и послужные списки как-то не впечатляли. Какие-то непонятные циферки про количество часов, потраченных на задачу, Анжеле ничего не говорили, а на понятном ей языке она ничего не находила.

Однако время поджимало. Сотрудника же надо ещё прособеседовать, хоть для приличия, причём не только ей, но и показать кому-то из начальства… Кому, интересно? Разве Давид показывал? Но думать некогда, надо делать!

Тут Анжеле пришла в голову гениальная мысль: в компании же наверняка есть люди с нужным образованием, только они работают не в отделе техподдержки! Ну, технарей-то вагон. И наверняка среди них есть какие-никакие менеджеры, а не просто линейные сотрудники. И, если постараться, в базе можно запустить поиск по этим критериям. Ита-ак…

Проковырявшись с базой минут пятнадцать, Анжела поняла, за что был уволен Мишура. Однако наконец ей удалось выставить оба фильтра сразу и нажать на поиск так, чтобы ничего не сбить. Она даже дыхание задержала в предвкушении. И выдохнула только увидев первый результат:

Нагибко Александра Игоревна, менеджер по общему верхазингу

Образование:

Втисненский областной университет народного хозяйства, факультет интеллектуальных технологий, отделение складского дела, очная форма, бакалавр

Эрешкигальский институт дизайна и права, отделение интеллектуальных систем, заочная форма, магистр

С карточки на Анжелу смотреля опрятная миловидная девушка, имеющая представление о трендах в красоте. Анжела прокрутила последние вводные по этой Нагибко и обнаружила, что она дважды за последние пару месяцев получала неурочную премию, была автором новой формы взаимодействия с поставщиками, да ещё на складе, которым она руководит, со времени её назначения не продолбали ни одной задачи.

Анжкла откинулась в кресле и привычным движением погладила себя по голове, следуя заветам своей же психологини, что внутреннего котика нужно поощрять. А может, рекрутинг – это не так уж и сложно?

***

Доброжир со Скрепкой занимались Митей. Он, конечно, умница, но по факту мало приспособлен для того, что мы ему хотели поручить. Так что задачка была со звёздочкой. При этом все трое явно увлеклись ею, а Митя так вообще разве что не подпрыгивал от восторга. Вот уж милота, особенно если учесть, что на Мите был плюшевый костюмчик паука.

Странно, конечно, всё происходит: в роботов каким-то образом заложено желание развиваться, а в людей – далеко не во всех. Или это жизнь с её сложностями так корёжит их? МАРам и ЧОРам не надо думать о хлебе насущном, болезнях, деньгах, жилье… Это вот только мне так подфартило: и питаться надо, пусть и нечасто, и бабосики нужны, и тело от робота…

Кстати, насчет тела… Хочу длинные ноги, но с аккуратными небольшими узкими ступнями. Изящными такими… Чтобы надеть босоножки, летящую юбку и гулять… Гулять! Днём, среди людей, по каким-нибудь красивым улицам и паркам, смотреть на цветы, на голубое небо, сходить в магазин, посидеть в кафе… И ощутить себя человеком. Девушкой. Красавицей.

Скрепыш: Аська, тут письмо от какой-то леопардши с широкими ушами.

– Что? – опешила я, с трудом отрываясь от мечтаний.

Скрепыш: Ого, она еще и ИО глав-эйчара!

Мне стало тревожно. По моему опыту, эйчарам радовались только в самом начале карьеры, потом их появление не сулило ничего хорошего. Скрепка открыл письмо, и мы оба впали в ступор.

– Серьёзно?! – не поверила я своим глазам. – Что она мне предлагает?

Скрепыш: Должность отдела техподдерки, откуда мы недавно сбежали.

– А Мишура?

Искин покопался где-то, потом выдал.

Скрепыш: Нет больше Мишуры. Уволен Виссарионом Рогозиным.

– Ого! Да сегодня праздник. Всё-таки не зря мы Розге, он и правда психованный!

Скрепыш: Или это совпадение. Ты не о том думаешь.

– ???

Скрепыш: Собеседование офлайн. Завтра.

Как не вспомнить великий могучий неправильный?

Я попыталась выпросить у этой леопардихи с крыльями и широкими ушами, хотя бы несколько дней. Но она была непробиваема.

«Вы трижды подавали заявление, чтобы вас вернули со склада в техподдержку, а теперь я должна вас уговаривать? Если вы так капризны, то, вероятно, вам нечего делать в начальниках!»

Тут-то я язык и прикусила… Не то чтобы я так уж сильно рвалась в начальники, тем паче – в начальники техподдержки. Но и упускать такую возможность было западло. Я же хотела вытащить Нагибко со склада. Правда, не столь скоропостижно… Но второй раз возможность может и не представиться.

Пришлось заверить Широухову, что завтра я буду, как штык – железная и несгибаемая. Лишь бы новую красивую должность мимо носа не пронесли. В её ответе мне почудилось облегчение, но, наверное, я просто что-то вчитала своё.

Я тут же кинулась в чат с «честным контрабандистом».

– Сабатини, мне срочно нужны ноги!

Сабатини: Делать ноги? Дорогая, меня сейчас нет на планете, но мой кореш стоит в Гильгамеше. Я его предупрежу.

Я прям умилилась. Во человек! Ни малейшего вопроса, сразу готов спасать. Может, сходить таки с ним на свидание, когда тело полностью будет? Отправила ему несколько сердечек и пояснила:

– Я ещё не настолько крута, чтобы за мной гнались, ты слишком высокого обо мне мнения! Я хотела сказать, что мне запчасти нужны, а именно: ноги.

Мой собеседник прислал кучу ржущих смайлов и сердечек.

Сабатини: С тобой не соскучишься, дорогая. Тебе насколько срочно?

– Вот прям ща!!! Вчера!!!

Сабатини: Ты живёшь интересной жизнью, красавица! Погоди, я узнаю. Модель напиши.

Несколько минут, пока он молчал, я приплясывала, как на гвоздях. Но наконец Сабатини вернулся.