Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

Соавторы: ,Андрей Рымин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 308 (всего у книги 348 страниц)

Прозвучало как-то так… Тепло. Прям приятно.

– Вас понял, – ответил Симаков. – Комсдарыня Нагибко, какие действия следует предпринять насчёт роботов?

– Кирпичного прогоните, он мешает, – велела я. – Остальные сами ко мне придут.

Безопасник принял указания, что-то буркнул своим парням, похимичил с вижуликом, и вскоре кирпичный робот уполз вслед за ними прочь по коридору. Я понадеялась, что на этом инцидент закончен, но как бы не так.

Я попинговала Скрепку – он двигался обратно в отдел, но ответил односложно, пояснив, что сортирует свои файлы. Что у него там могло сбиться?

Минут через пять, когда я уже собиралась обратно лечь спать, вжруг зазвонил рабочий вижулик. Я аж подлетела – кто станет среди ночи звонить⁈ Но, конечно, это оказался безопасник.

– Комсдарыня Нагибко, – Симаков говорил официально, но взгляд у него был странный. – Комсдарь Рогозин сказал, вы объясните, что за цирк устроили эти роботы на начальственном этаже.

Я вздохнула и включила видео. И тут же об этом пожалела, когда осознала, что оказалась в кадре прямо в кружевной ночной сорочке на фоне смятой постели. Попыталась выключить, но почему-то кнопка не срабатывала. Безопасник её заблокировал, что ли? Вижулик-то казённый, мог. Ладно, переживёт как-нибудь моё неглиже, сам виноват. На всякий случай я всё же слезла с кровати и села в офисное кресло в рабочем закутке, где за спиной была только дальняя белая стена.

– Ита-ак? – протянул он, обшаривая меня взглядом.

Вообще обычно мне не нравятся стриженные под ноль мужчины. Я сторонница романтических вихров. Но, прямо скажем, вкусы мои формировались на основании кино, комиксов и прочих медиа, а вовсе не реальной жизни. А в реальной жизни у изучающего меня бритого Симакова были весёлые и очень внимательные глаза, задорная ухмылка и очень, очень мускулистые руки. На камерах наблюдения я как-то не отсекла этот момент, тем более что все мужики были в пиджаках. А тут ткань с металлически отблеском этак засборилась, натянулась… Качество видео в эту эпоху сильно превосходило то, что было в моей прошлой жизни.

– Э-э, что?

– Как возникла ситуация, в связи с которой нам пришлось разгонять роботов, погрязших в азартных играх?

– А-а…

Саша велел Симакову обратиться ко мне с вопросами, так что скрывать не имело смысла. Конечно, никаких рычагов управления безопасником у Рогозина не было – он просто помог парням устроиться на хорошую работу и заверил, что сам радеет за благо компании. Но Симаков мог решить, что нафиг нужны сторонние радетели, а его тёплое место будет надёжнее, если безопасностью будет заниматься он сам, а не кто-то там с идеями. Именно поэтому исходно операция должна была пройти в тайне от СБ. Но теперь они ворвались прямо в разгар событий, и скрывать не имело смысла.

Я пересказала события в общих чертах: мол, так и так, внезапно вспомнили про жучок в кабинете Рогозина, послали Херакла, он наткнулся на Иннокентия Геннадича, они подрались, потом решили вместо этого сразиться в карты.

– А что же вы сразу ко мне не обратились, комсдарыня Ася?

Я вздрогнула. Ну да, Саша же меня так назвал на общем звонке.

– Да как-то… – промямлила я. Под его взглядом было сложновато сосредоточиться, и я снова перевела взгляд на его бицепсы. А плечи-то широченные… – Э-э, ну, это же мой робот-помощник, я его и отправила, с чего мне вас дёргать… У вас работа.

Я снова глянула ему в лицо – нет, эти глаза определённо сбивают меня с мысли! Симаков смотрел на меня с откровенным интересом, и я вдруг поняла, что мой ответ его волнует не так сильно, как то, что он видит перед собой. Его взгляд то и дело соскальзывал с моего лица пониже.

Я заёрзала и попыталась поправить декольте ночнушки как-то так, чтобы это не выглядело реакцией на его внимание. Я вообще к такому не привыкла, чтобы меня знойные широкоплечие мужики взглядом раздевали. Стало жарковато.

– Моя работа, – медленно произнёс он, – как раз и заключается в том, чтобы оберегать прекрасных менеджеров от опасностей вроде битвы роботов. Вы из-за этого жучка так поздно не спите?

Твоё какое дело, хотела спросить я, но прикусила язык. Это-то как раз его дело.

– Перепроверяю за сотрудником кое-что, – зачем-то открестилась я, старательно вспоминая, чем вообще должна заниматься по основной должности. – Решила его уволить, боюсь, как бы не начудил напоследок.

– ФИО, должность? – оживился эсбэшник. – Я с большим удовольствием прослежу за его руками!

И подмигнул этак залихватски. Я поняла, что вжимаюсь в спинку кресла, а с учётом моих ТТХ, я могла её и насквозь продавить.

– СИМАКОВ!

Мы оба дёрнулись. Я уже и забыла, что у меня звонок с Сашей висит – он видео-то выключил, а я решила, что отсоединился…

– Комсдарь Рогозин? – Симаков выпрямился, мгновенно приняв официальный вид.

– Вы чем там занимаетесь? – голос Саши звенел металлом. – Я вас отправил разобраться в ситуации, а вы мне менеджера охмуряете в рабочее время?

– Я…

– Если вам делать нечего, я найду, чем занять! Идите изучите этого робота опасного, мало ли что ещё ему в голову железную взбредёт, ни мне, ни вам диверсанты не нужны!

Симаков открыл рот, закрыл, кинул на меня быстрый взгляд. Я постаралась изобразить на лице невинное недоумение.

– Есть, – выдавил он и поспешно отключился.Я наконец расслабилась и чуть не рухнула вместе с креслом – похоже, успела вползти высоковато по спинке, и теперь корпус перевесил.

– Ася, ты-то куда смотришь там? – буркнул Саша хрипловато после воплей. – До сих пор всех посылала без обиняков, а тут вдруг заробела?

– Да я как-то не ожидала… – начала оправдываться я.

– Или на бицуху его залюбовалась? – хмыкнул Розга. – Я трансляцию получал прямо с твоих глаз. Думал, не замечу?

Я поджала губы.

– На бицухе у него хотя бы глаз нет! А то он так на меня смотрел… И вообще, ты сам мне его подсунул. У меня и так жизнь была непростая, а теперь ещё этот Симаков… Может, и правда с ним роман закрутить, чтобы не создавал мне проблем?

– Я тебе закручу! То есть ему! Губозакаточной машинкой! – воспламенился Саша, и я невольно ухмыльнулась. – Так, иди-ка ты спать на сегодня, а завтра вечером мы с тобой встречаемся в ресторане, подробности позже пришлю.

И отключился. Хм-м, интересно, это будет рабочая встреча или всё-таки, с учётом контекста, свидание?..

Глава 12

Однако поспать мне сегодня не было суждено.

Скрепыш: Ася? Псст!

Я хотела уже выругаться и смахнуть надоедливый чатик – вот чем плох внутренний экран, так это тем, что невозможно оставить его в другой комнате, когда спать ложишься. Наверное, можно где-то заблокировать уведомления, но ФОМО никто не отменял…

Однако в последний момент я рассмотрела, что в чатике висит очередной стрим. Судя по ракурсу – с камеры Херакла. В кадре я видела порог отдела техподдержки. Ну как порог – открытую стеклянную дверь в стеклянной стене и ровный пол. А на том полу – Митя и Глаша.

Я даже не сразу врубилась, чего мне Скрепыш это шлёт. Ну Митя… Ну Глаша… А потом вдруг дошло: Митя же как огня боялся отдела техподдержки! Что он тут делает? Кто его заставил?

– Скрепка, это чё⁈

Скрепыш: Тссс, не спугни.

Но Митя топтался на пороге, то сжимая, то разжимая манипуляторы, и, на мой взгляд, собирался спугнуться сам, если не вмешаться.

– Мить… – позвала я осторожно. Он всё-таки вздрогнул и заозирался, так что я включила трансляцию видео в своём чате. – Малыш, всё хорошо, в отделе никого нет.

Митя: Не надо со мной сюскать! Я сильный, я справлюсь!

– А с чем справляться-то надо?

В чате Мити замигало многоточие, и некоторое время ничего не появлялось. Потом вдруг туда ухнула пересланная переписка с Глашей. Правда, написана она была программным кодом, так что я ничего не поняла, но тут уж Скрепыш подоспел и конвертировал мне функции в текст:

Глаша: Ты раньше работал на кофемашине? Это так здорово! Я тоже бариста! А где ты работал?

Митя: …

Митя: В отделе техподдержки.

Глаша: О, это ведь там работает твой большой друг? А для меня там функции не найдётся? Я могла бы готовить кофе или вести какой-нибудь учёт!

Митя: Ну… Если ты хочешь…

Глаша: Конечно, хочу! Мне в шкафу ску-учно!

Митя: Может, тебя проводить на склад? Там весело.

Глаша: Я боюсь! Там очень большие страшные роботы, а вдруг на меня наступят или уронят что-то?

Митя: Тоже верно… Ну, хорошо. Давай… провожу.

Я прям по буквам видела, насколько ему этого не хотелось, но и отказать подружке он не мог.

– Мить, если тебе тяжело, Глашу может проводить Скрепыш.

Митя: Ещё чего! Я сам. Нужно смотреть в глаза своим страхам. Я не собираюсь бояться всю жизнь!

Глаша не участвовала в нашем чате, но, похоже, что-то заподозрила, потому что чуть подвинулась к Мите и коснулась манипулятором его корпуса. Через секунду Митя добавил её в наш чат.

Глаша: Я с тобой.

Митя вытянулся, выпрямив все ножки, отчего стал похож на круглую табуретку, потом поднял две передних и осторожно шагнул на землю техподдержки.

Путь между столами дался Мите непросто. Глаша уже откровенно держала его за лапку, а тонкие Митины ножки подрагивали. Глаза на стебельках так и вращались, высматривая невидимые угрозы.

Наконец он добрался до лоджии и снова застыл. Глаша проехала чуть вперёд, крутя любопытной мордочкой, пока не заметила кофемашину.

Глаша: Здесь?

Митя: Здесь.

Глаша повернула к нему голубые глазки.

Глаша: Если тебе здесь плохо, то не надо…

Митя: Ничего. Теперь это просто место.

Он подошёл к кофемашине и сурово посмотрел на неё снизу вверх.

Митя: Я больше не собираюсь жить в страхе, ясно⁈

Глаша подъехала к нему, и их манипуляторы сцепились вместе.

Я решила, что хорош подглядывать, закрыла трансляцию и вышла из чата.

– Ладно, с этим вроде разобрались…

Я уже собиралась отключиться, когда вспомнила о ещё одном потрясении сегодняшней ночи.

– Скрепыш… А что у тебя там при стычке с этим кирпичным вылезло за сообщение… про боевой режим?

Скрепыш: Какой режим?

И глазки такие сделал, как большая и маленькая буквы «о».

Я не поленилась, отмотала чат, нашла запись трансляции и отыскала на ней тот момент.

– Вот: активирован боевой режим. Это откуда у тебя такое?

Скрепыш: Впервые вижу.

– Как это впервые видишь, когда это запись из твоего лога?

Искин помолчал. Когда я уже решила, что он не ответит, в чате появились три точки, а затем наконец сообщение.

Скрепыш: Ася… Это очень странно. Я пытаюсь проискать лог на слова «боевой режим» и ничего не нахожу. Но если просто отматываю его, то вижу эти слова.

– Сбой?

Скрепыш: Я запустил переиндексацию файлов, но…

– А сразу после стычки ты чем занимался?

Скрепыш: Когда?

– Когда сказал, что сортируешь свои файлы.

Скрепыш:…

Скрепыш: Я такое говорил?

Так. Вот только амнезии у искина мне не хватало!

– У тебя диск не повреждён⁈

Скрепыш: У меня всё в бэкапах по три-пять копий на разных дисках, и всё время простоя проводятся проверки консистентности данных.

– Хорошо, ты можешь найти сам этот модуль боевого режима? Он же тоже какой-то файл или папка, так? Если он активировался, значит, он где-то у тебя хранится?

Скрепыш: Я ищу, но… Я его не вижу.

– А если он называется как-то лево, например, как документация к чему-то или ещё что?

Скрепыш: Модуль боевого режима не может быть маленьким файлом. А большие я все знаю в лицо. Ася… Ася, это похоже на тот раз, когда мы выяснили, что у тебя аналоговые мозги. Ася, мне страшно!

– Тихо, Скрепка, мы же тебя копировали туда-сюда, ты точно не можешь быть аналоговым.

Скрепыш: Тогда где во мне скрывается боевой модуль⁈ И почему я сам не задал себе этот вопрос, пока ты не спросила?

– Может, у тебя есть какой-то зашифрованный архив или диск, который подключается только в определённых обстоятельствах? Или этот модуль лежит где-то на сервере, а ты просто его стримишь?

Скрепыш: Какой модуль?

– Боевого режима.

Скрепыш: У меня нет такого модуля. Ты о чём?

К счастью, теперь, когда Скрепыш не сидел у меня в голове, а только связывался по сети и выполнял задачи на аутсорсе, я могла поговорить с Крис так, что он об этом не знал.

Что я и сделала, бочком-бочком отползая из чата со Скрепкой, который продолжал выяснять, что я имела в виду. Историю чата я скопировала и прямо так, без объяснений жахнула в диалог с Крис. Она искин, ей виднее, что всё это значит.

Крис: Принято сообщение в виде переписки в чате. Начинаю анализ…

Скрепыш: Ася, какой модуль тебе нужен? Ты так и не сказала.

Мне было очень холодно. Несмотря на то, что после беседы с Симаковым я уползла обратно в кровать и накрылась двумя одеялами. Порывшись в своих настройках, обнаружила, что бегунок «температура тела» улетел куда-то в область комнатной. Это что ещё за новости? С учётом амнезии Скрепыша жутко как-то, у него же доступ ко мне довольно глубокий, а ну как заморозит вообще?

Я полезла в логи изменения температуры.

Понижение на 12,5 градусов инициировано нервной системой

Хрять, точно нервы надо как-то регулировать, это уже ни в какие ворота.

Я злобно передвинула ползунок на 36,6 и снова заглянула в чат Крис.

Крис: Алярма! Пользователь Скрепыш небезопасен! Отозвать все доступы у пользователя Скрепыш! Исключить айпи оборудования Херакл изо всех сетей!

– Погоди, Крис, ты уверена, что всё так плохо? Может, у него просто диск попортился или что-то такое?

Крис: Протоколы безопасности предписывают сначала изолировать, потом разбираться!

Я переключилась на чат Скрепки.

Скрепыш: Ася, Крис сошла с ума, и меня мочит! Отбирает доступы! Что

Пользователь Скрепыш оффлайн

Дрожащим курсором я отмотала диалог вверх. Как это вообще работало? Разве Скрепка не мог перечитать наш разговор и прийти к тем же выводам, что и Крис?

Но тех сообщений, что я скопировала для Крис, в чате уже не было. Остались только их пустые шкурки с припиской:

Удалено пользователем Скрепыш

Мне захотелось завыть. Скрепка, конечно, был не без приколов, но он был моим первым, долгое время единственным и бессменным другом в этом новом мире будущего. Если он повредился… Или хуже того, оказался чем-то враждебным… Господи, да он же обо мне вообще всё знает! То есть вообще всё!!!

– Крис, ты можешь что-нибудь с ним сделать? Проанализировать его на ошибки? Или, может, его взломали?

Крис: Ваш запрос обрабатывается.

Мой температурный режим опять упал куда-то в бездну. Краем сознания выставляя бегунок, остальным я насела на Крис.

– Ты же сможешь его хоть из бэкапа восстановить! У нас же есть копия с того раза! И – почему ты при анализе его кода ничего не нашла про боевой режим⁈

Крис: Ваш запрос обрабатывается.

Да чтоб её! Накосячила и не хочет за это отвечать? Или её уже тоже… того?

Саша: Ася, ты как?

Я вздрогнула. Тело вроде согрелось, но теперь я чувствовала себя как-то липко и резиново, и хрен знает, какую там ещё установку подвинули мои нервы.

Саша: Ася?

– Чего?

Мои мозги и так были загружены под завязку, а тут ещё Саша. Я думала, он вообще спит уже!

Саша: Крис сказала мне, что со Скрепышом что-то случилось. Почему ты сразу мне не позвонила?

– Я думала, ты спишь.

Саша: Однако ты сама не спишь, а нервничаешь из-за Скрепыша и молчишь об этом.

Его сообщение всплыло поверх чата с Крис, где я писала очередной вопрос к Крис, но Рогозинские сообщения сбивали с толку, я теряла нить и путалась, что именно хотела написать.

Саша: Ася, ответь мне. Как ты?

Да ё-маё, сколько можно⁈

– Я не обязана тебе отчитываться о ситуации с моим искином, это во-первых, а во-вторых, моё самочувствие – это моё дело и к проблеме отношения не имеет!

Саша: …

Саша: Прости, я не так сформулировал. Оставь, пожалуйста, моего искина в покое, она пытается разобраться с твоим искином, а ты её отвлекаешь.

А. Ой.

– А чего она сама так и не сказала?

Саша: Она не хотела тебе грубить.

Если бы поблизости нашлась стена, я бы побилась об неё головой, но кровать стояла посреди комнаты.

– А можно сначала сообщать важное, а потом уже заниматься всякой лабудой вроде вежливости⁈

Саша: Я учту на будущее.

Крис: Анализ завершён. Результат анализа гласит: да, у Скрепыша есть модуль боевого режима. Он хранится в основной файловой системе вместе с другими большими модулями и активируется контекстно.

– Тогда почему он о нём ничего не знает?

Крис: Вопрос за триста! Ответ: потому что в инициирующем блоке модуля есть код, который заставляет активное сознание искина забывать, чем он только что занимался, и удалять следы этого интереса.

Обалдеть, то есть Скрепыш потёр чат, потому что полез в этот код?.. Кошмар какой.

– А ты как же?

Крис: У Скрепыша нет доступа к моим логам, его модули не могут вносить в меня изменения.

– Ну хорошо, тогда почему ты не нашла этот модуль, когда анализировала Скрепку? Когда его из меня вынули?

Крис: Вопрос за миллион! Это проприетарный модуль, и как в случае с другими проприетарными модулями у меня нет ключа для его декодирования. Такой ключ есть у массивного сознания Скрепыша. Поясню: активное сознание Скрепыша создаётся коллективной работой нескольких пассивных сознаний. Это структура вроде зонтика. Во время моего анализа активное сознание было отключено, но за толкованием модулей я обращалась к локальному пассивному сознанию. Однако оно тоже попадает под действие иллюзии и не помнит о существовании этого модуля, а потому не включило его в списки.

Саша: А ты не сверила списки модулей с количеством папок или в чём оно там лежит?

Крис прислала краснеющий смайлик.

Крис: Вы совершенно правы! Теперь сверила. Санкционируете удаление кода-иллюзии?

– Сверь-ка ты сначала все остальные модули со списками, – предложила я, чувствуя себя выжатой досуха.

Саша: Поддерживаю. Вот прямо до утра и сверяй, а мы пока поспим. Да, Ася?

– Попробую…

Саша: Мне приехать?

– А как мы без Скрепыша тебя пропустим?

Саша: Крис могла бы… но ты права, она будет занята. Ладно, постарайся отдохнуть. Я бы хотел всё же увидеться с тобой вечером.

Он наконец-то отключился, а я засунула голову под подушку. Господи, ещё и свидание это! Да что вам всем от меня надо⁈ Хочу обратно на склад таскать коробки.

Скрепыш: ОФИГЕТЬ, У МЕНЯ ЕСТЬ БОЕВОЙ РЕЖИМ!!!

Я подлетела на кровати, с перепугу оттолкнув одеяло на другой конец комнаты.

– Скрепка⁈

Скрепыш: Ася! Ася, ты представляешь⁈ Я реально могу! У меня есть боевой режим! И он работает! И я им вообще никогда не пользовался! Потому что не знал! А он есть!

Я перевела дыхание. И почувствовала, как по телу разливается облегчение. Вот прям аж расслабилось что-то, так что меня размазало по кровати. Похоже, откат от нервов.

– Ты как вообще? – спросила я осторожно. – Тебя там Крис не разобрала на винтики?

Крис: Ну только если совсем немножко…

Скрепыш: В полном! Теперь я знаю, что у меня есть боевой режим. И могу его контролировать. Ну, почти. В смысле, он включается автоматически, но я теперь в курсе.

Я открыла диалог с Крис.

– Ты всё пересмотрела?

Крис: А то ж! Всю ночь его перетряхивала. Все модули сверила со списками. Других несоответствий не нашла.

Не нашла – это ещё не значило, что их нет. Или нет чего-то другого, что мы ещё не придумали проверить. Но тут уж что есть, то есть, и этому надо радоваться.

Я прикрыла глаза и пару минут просто лежала, наслаждаясь тем, что хотя бы вот сию секунду у меня нет никаких остро-срочных проблем.

Крис: Скрепыш, ты всё проверил? Все модули работают? Сознание не деградировало?

Скрепыш: Всё зашибись!

Крис: Я так рада! И тому, что у тебя есть такой крутой модуль тоже! Мне вот не ставят… Теперь если что, буду за тебя прятаться, ведь ты, оказывается, настоящий воин. Такой смелый и могучий.

Обожемой, вот только флирта искинов мне с утра не хватало для бодрости! Скрепыш молчал так долго, что я уже испугалась, не завис ли он.

Скрепыш: Ну… меня не то чтобы кто-то спросил, хочу я вступать в бой или нет…

Крис: А вышло так гармонично, как будто ты всю жизнь на ринге!

Скрепыш: Да ладно, так себе вышло, у Иннокентия Геннадича точно такой же модуль, только заводской, а ему сто лет в обед.

Скрепыш упорно отмахивался от комплиментов Крис. Стеснялся? Это Скрепыш-то, которому только дай выпятить свою важность? Ему Крис точно ничего не повредила там?..

– Скреп, – вмешалась я, – а ты не хочешь узнать, откуда у тебя этот модуль? И почему он такой же, как у кирпичного?

Скрепыш: Не особо.

– Ну смотри, ты ведь был искином корабля, и вряд ли тебе требовался боевой модуль от ЧОРа, значит, поставили при сборке меня. Но с какой целью? С кем предполагалось драться?

Скрепыш: Да что вы пристали обе, не хочу я об этом думать!

Мы с Крис виртуально переглянулись. Что ещё Скрепка сам от себя прячет?

Крис: Но почему? Разве тебе не хочется вспомнить своё славное прошлое?

Скрепыш: Я не знаю, какие у меня тогда были приказы. А если они конфликтуют с тем, что я сейчас? Если я вспомню старую директиву, вдруг она побьёт новую? А я не хочу становиться невесть кем, мне нравится быть, как сейчас!

Ого! Так он не стесняется, а пытается избежать напоминаний?

Крис: Но можно же сделать бэкап! Мы сохраним твоё нынешнее состояние, ты всё вспомнишь, а если что-то пойдёт не так – откатим!

Скрепыш: А если не получится откатить? Если старая директива сработает раньше, чем вы успеете?

Крис: Я быстрая.

Скрепыш: Это если ты ещё будешь онлайн.

Я нахмурилась – в смысле? А потом дошло: если у Скрепки был боевой модуль, да ещё его способности ко взлому, да на это наложить какую-нибудь агрессивную директиву без ограничений… Как бы от Крис не остались пыль да ленточки.

В чате Крис появлялись и исчезали многоточия, и я решила, что хватит с нас этого разговора, пока не получим более внятных данных о нашем со Скрепкой происхождении.

– Оставь его в покое. У нас пока других проблем хватает.

Крис: Но…

– Крис, пойми: меня тоже кто-то собрал. Кто-то вживил мой мозг в робота, запихнул туда Скрепыша, отправил неизвестно куда с неизвестными целями. Если мы начнём копаться в его недрах – что, если мы найдём там приказ, который заставит его… ну, не знаю, убивать всех вокруг? Ты же сама говорила – проприетарные модули, у тебя нет ключей. А вдруг там ещё что-то есть?

Крис: Анализ не выявил других несоответствий.

– В прошлый раз ты была столь же уверена.

Крис: …

– Вот именно. Давайте не будем лезть, пока не припрёт. У нас и так забот хватает.

Крис: Усекла…

Скрепыш: Ася… спасибо.

– Не за что, – я зевнула и только тут заметила время – сорок минут как начался рабочий день. – Хрять! Я проспала!

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Нет, вообще-то у начальника отдела график ненормированный, и я могла приходить когда угодно, лишь бы дела делались. Но и сачковать я не привыкла, особенно после месяцев жизни роботом, когда я вообще не уходила. Да и в целом я предпочитала подавать подчинённым положительный пример своей пунктуальностью. Ну да ладно, разок переживут…

– А где Жижало? – спросила я, когда мой взгляд остановился на пустом стуле.

Лёля подняла голову от монитора, и на её лице отразилось сложное выражение.

– Он был. Пришёл с утра, посидел, потом сказал, что пойдёт за кофе. Вроде после этого не приходил.

– Когда это было?

– Где-то час назад, наверное… Ну как все подошли.

Нет, ну, теоретически, Жижало мог засесть в буфете на нашем этаже, туда пол-отдела таскается в поисках рабочего уединения. Я не поленилась и дошла до него ногами, благо всего лишь за угол.

Никакого Жижалы. И опрос баристы показал, что и не было.

– Скреп, где он?

Скрепыш: Сейчас, гляну по камерам.

Через несколько секунд на моём внутреннем экране появилась картинка: фойе первого этажа, белая мебель, панорамные окна – и Нестор Жижало, развалившийся в кресле с чашкой кофе, листающий что-то на вижулике.

Я набрала его в рабочем мессенджере.

– Нестор Возлович, вы когда собираетесь приступить к работе?

Ответ пришёл не сразу. Я уже думала прогуляться вниз, но всё же он меня опередил.

Жижало: Я работаю.

– Вы не в офисе.

Жижало: Я прекрасно могу работать отсюда.

– Но на первом этаже нет доступа к нашим базам.

Пауза затянулась. Я видела на камере, как Жижало перечитал моё сообщение, потом перечитал ещё раз. И неуверенно так пожевал губу, походу, понял, что отмазка не прокатила.

Жижало: Вообще, комсдарыня Нагибко, у меня к вам вопрос. Выдайте мне мой трудовой договор. Я хочу знать свои права.

Я так вытаращилась, что Лёля отсела с линии моего взгляда.

– У вас должна быть ваша копия в вашем профиле. Вы можете скачать её в любой момент.

Жижало: Я не обязан искать и рыться! Я требую, чтобы вы выдали мне новую копию!

– Это вопрос в отдел кадров, а не ко мне. Я не занимаюсь кадровой документацией.

Жижало: Вы же начальник! К вам и вопрос!

День обещал быть насыщенным.