Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

Глава 7

– Пятьдесят шесть…

Девице потребовалось десять секунд, чтобы перестать прожигать меня гневным взглядом, и сообразить, что он не помогает.

– Сорок пять…

Заурова шмякнула по блямбе смартвижена и на появившемся перед ней голографическом экране ткнула в список контактов. Разумеется, в техподдержке оказалось занято. Причём, так нарочито громко занято, что даже я услышала.

– Тридцать два…

– Да чтоб тебя! – Заурова вскочила.

– Мил, да свали уже от кьюбера, у меня сейчас паническая атака будет от этого отсчёта! – хихикнули где-то сзади весёлым девичьим голоском.

– Как остановить эту жестянку?! – возмутилась Милана.

– Обратись к Валетову, – хмыкнул сбоку парень с единственным идеально чистым столом.

– Двадцать три.

– Да на! На! Издевательство какое! – Заурова встала из-за стола. – Я буду жаловаться! Твоему начальству!

– Пункт 18.2.4 устава компании это разрешает, – заявил Скрепыш моим голосом. А я добавила: – Сделайте это, пожалуйста, с обновлённой почты.

Кто-то за спиной засмеялся. Милана вылетела прочь из кабинета.

Я же уселась на её место и подключилась к кьюберу. На самом деле я не знала, надо мне усаживаться на стул или нет, но поскольку ЧОРов тут было мало, решила делать как мне удобно. Если что, свалю все на особенности модели.

– Скрепка, ты там ваяешь письма Валетову?

Скрепыш: Уже почти. Создаю алгоритм с подстановкой имен в текст. Нравится.

Он и правда звучал довольно.

Скрепыш: Как думаешь, лучше написать «в связи с моей некомпетентностью» или «в связи с моей профнепригодностью»?

– «В связи с моей полной некомпетентностью и абсолютным отсутствием профессиональных навыков»!

Скрепыш: Даааыыы!

Я умилилась. Вот же маленький вредина. Прям как я.

Пока он колдовал над заданием Валетова, я принялась переустанавливать почту. Но сначала сохранила и закрыла то, что делала Милана. Истеричная девица почему-то сама этого не сделала. Интересно, не для того, чтобы потом обвинить ЧОРа во вредительстве? Хм, а паранойя Фомы, оказывается, заразна… Или это опыт? Кстати, по поводу опыта. Не стоит ли проверить, что там этот Телегин замутил? С первым понятно. Он хочет с моей помощью следить за кем-то или даже за всеми. Неприятно, но Скрепыш умеет такие видео делать, что там будет всё, но при этом ничего. Ничего интересного для шантажиста, конечно. Или цель другая?

А со второй программой вообще неясно. Подпись – это безобидно. Но почему эту приблуду только мне поставили? Богатырей он для переустановки почты не собирается использовать? И, кстати, почему меня отправили только к Зауровой? Странно как-то. И вообще зачем для подписи ставить дополнение? Даже в мое время она настраивалась в самой программе парой кликов. У них что, подпись какая-то особая? Кофе сама приносит по прочтении письма? Я порылась в меморандуме Коржаковой Л., ища примеры. Их не оказалось. Ну кто так делает?! Если подчинённые не делали что-то до указания свыше, то значит, большая часть и не знает, как это сделать. Покажи, как надо, а не декларируй в пространство, что надо делать правильно! Что за люди… Я продолжила рыться на портале и в обсуждениях нашла таки образец. Обычная подпись: имя, фамилия, должность, контакты, включая адрес и логотип «ЭкзоТеха», никаких кофеёв.

– Скрепка, а ты сможешь разобраться в этом дополнении к почте?

Скрепыш: Да, но с ходу я ничего не вижу, надо серьёзнее изучать.

– То есть тебе нужно время?

Скрепыш: И возможно, кое-что скачать в сети.

– Хм… Давай тогда так. Я сейчас пропишу в шаблонах почты, какая должна быть подпись и настрою все, как надо. А ты эту приблуду придержи пока, чтобы она не сразу раскрывалась, а после того, как её изучишь. Если, конечно, решим её ставить.

Скрепыш: Хорошая идея. Поставлю таймер.

– Как у бомбы.

Скрепыш: Постарайся ошибиться.

Да я бы и рада. Но что-то мне подсказывает, что ошибиться не получится.

На обновление и настройки почты ушло не больше десяти минут. Причем, я из вредности запретила Зауровой вносить какие-либо изменения в настройки.

Скрепыш: Слушай, а тут и так стоит таймер.

Выглядел искин озадаченно. Я же, занятая проверкой того, что сделала, не сразу поняла:

– Таки бомба?

Скрепыш: Не, вот это дополнение про подпись, оно должно распаковаться только послезавтра.

– То есть, я правильно понимаю, что будь на моём месте обычный робот, он залил бы весь пакет обновлений, а через двое суток у пользователя появилась подпись?

Скрепыш: Звучит абсурдно, согласен. Но люди порой такие странные…

– Это слишком странно даже для людей. Разве что тут какая-то романтическая история.

Скрепыш: К этой?..

– А что, симпатичная. Может, просто день не задался.

Скрепыш: Может. Но настройки ты ей закрыла.

– Может, у меня тоже день не задался. И вообще, я объективна, неподкупна и на внешность внимания не обращаю.

Искин быстренько поставил своё творчество по мотивам Валетова на кьюбер Миланы, а потом и всех остальных. Парочка менеджеров тоже попробовали сопротивляться, но выяснилось, что медленный обратный отсчёт похоронным голосом оказывает самое благотворное влияние на договоропригодность. Особенно когда рядом ругаются коллеги, которым тоже его слушать.

В остальном день прошел вполне сносно. Правда, контролировать богатырей, выполнять работу Нагибко и бегать по этажам одновременно, переустанавливая программы и пытаясь разобраться с «я что-то нажала, и оно всё пропало» – та еще задачка, но в целом я приспособилась. Скрепыш уверенно справлялся с последним, а я в первыми двумя пунктами.

А на следующий день народ сошёл с ума.

***

Утро в "ЭкзоТехе" началось, как обычно. Саша прогулялся пешком до приютившейся неподалёку от офиса кафешки и взял себе кофе. Без кофеина. А то иначе очень уж резкие он решения принимает, особенно под конец рабочего дня.

Его график не регулировала больше никакая Клина, и хотя Саша предпочитал являться на работу примерно тогда же, когда и все остальные, он мог себе позволить не спешить и пропустить толкучку в лифтах. Так что прогулочным шагом он шёл к зданию, прихлёбывая напиток богов офиса и просматривая рабочую почту на случай, если за ночь что-то навернулось.

Почта встретила его умиротворяющей пустотой.

Нет, какие-то сообщения там были, но в пределах десятка, а не нескольких сотен, как раньше. Да и тот десяток наконец-то исходил не от отдела закупок! Похоже, Валетов и правда ценный кадр, всего за пару дней построил новый отдел. Конечно, пора рано делать выводы, но первые результаты Сашу порадовали.

Он пролистал какую-то переписку незнакомых ему менеджеров на непонятную тему, в копию которой его невесть зачем поставили, оценил макет корпоративной брошюры, которую отдел маркетинга был обязан предъявлять всем сотрудникам и ставить на голосование, а потом перешёл к ещё одной рассылке, на сей раз, от кадровиков.

Поможем уву вместе!

С превьюшки письма на Сашу смотрела неведома зверушка, которая явно эволюционировала с целью уничтожать мимимиметры. Большие круглые блестящие глаза, нос пуговкой, торчащие по бокам головы длинные и слегка обвислые как еловые ветви уши. В цепких пальчиках чудо держало какой-то пачкучий фрукт, и им же была измазана шёрстка вокруг умильного ротика.

Саша приподнял бровь и ознакомился с текстом.

Уву – вымирающий вид эрешкигальской фауны. Из-за распространения промзон естественные места обитания этих милых крох исчезают. Ответственность за это лежит на людях.

Бла-бла… Всё понятно. Призывают скинуться на поддержание заповедника. Саша бы сначала проверил, что у заповедника точно есть юрлицо, и что это юрлицо занимается именно сохранением биоразнообразия планеты, а не набивает пожертвования себе в толстые юрщёки. Но если всё и правда по-честному, то скинуться не проблема. Вообще, лучше бы, конечно, от имени компании денег отстегнуть, оно на имидж бы сработало. Но и от сотрудников неплохо…

В таких размышлениях Саша вошёл в раздвижные стеклянные двери, и тут же оказался взят в клещи двумя молодыми и очень активными сотрудницами. У обеих на головах были надеты ободки с ушами несчастного уву.

– Сегодня в компании День Уву! – громко заявила левая и ткнула пальцем в висящую в воздухе подвижную 3D-проекцию, на которой уже знакомая зверушка копошилась в каких-то опилках. – Поддержите наш проект, сделав репост по этой ссылке в своих соцсетях, а также отметив сердечком блог об уву на нашем корпоративном портале!

В Сашу полетели один за другим коды ссылок. Вероятно, предполагалось, что он просто так откроет им свой смартвижен, но он, конечно, не собирался ничего подобного делать.

– В знак того, что мы поддерживаем благотворительную инициативу компании, сегодня все сотрудники обязуются носить ушки уву на протяжении дня! – подключилась правая девушка и сунула Саше ободок.

Он его взял – потому что по опыту знал, что проще взять, чем отвертеться, да ещё и у девиц наверняка успех предприятия исчисляется количеством розданных ушей.

– Спасибо, – Саша постарался улыбнуться и протиснуться к лифтам, но не тут-то было.

– Сегодня ношение ушей уву является пропуском в здание! – игриво сообщила левая девица, скаля зубы, как какой-то игровой монстр. – Без этого мы не можем вас пропустить!

И пальчиком помахала так назидательно.

– Девушки, давайте вы будете играть в эти игры с рядовыми сотрудниками, – беззлобно предложил Саша и снова попытался пройти.

– Правила одинаковы для всех независимо от должности! – строго сказала правая девица.

Саша прикрыл глаза и усилием воли не окатил двух дур своим кофе. Нет, он поддерживал благотворительные начинания, но не стоило превращать их в фарс.

– Куда вам там денег перевести? – решил пойти на компромисс он. В конце концов, там сумма скорее всего соразмерима с парой чашей кофе, зато он купит индульгенцию от ушей.

– Сюда! – правая девица резво швырнула в него кодом, и на сей раз Саша его открыл. Перешёл, оплатил и отправил девице обратно подтверждение.

– Отлично! – просияла она. – Те, кто поучаствовал в акции в награду получают ушки премиум!

И с этими словами всучила Саше ещё один ободок, лопухи на котором были в два раза больше стандартных, да ещё и золотые.

Это провал, понял Саша. И резко, пока никто не очнулся, поднырнул под рукой с золочёными ушами и проскочил в вестибюль, после чего, как ни в чём не бывало, пошёл к лифтам, игнорируя возмущённые возгласы за спиной.

Только зайдя в свой кабинет он понял, что так и несёт злосчастный ободок в руке, и швырнул его на чайный столик, а потом открыл почту и мстительно удалил рассылку от эйчар. Вот умеет же "ЭкзоТех" прямо с утра испортить прекрасное настроение!

Сев за кьюбер, Саша постарался сосредоточиться на собственно рабочих письмах. В клиентском отделе опять были проблемы, а ещё следовало договориться о встрече с начальником техподдержки, на которую так жаловались новые подчинённые Валетова, а ещё…

Прямо на его глазах в ящике появилось письмо. От некой Широуховой Анжелы Леопардовны.

Саша аж глаза протёр и на портал сходил убедиться, что Широухова А. Л. расшифровывается именно так. И в этом свете акция с чёртовыми ушами заиграла новыми красками!

Он открыл письмо.

Комсдарь Рогозин, вы приглашаетесь на беседу в связи с демонстрацией презрения к корпоративным ценностям.

***

Несколько секунд Саша просто пялился на письмо, не веря тому, что видит. На всякий случай скосил глаза на нижний правый угод экрана. Но нет, сегодня было не первое апреля. Может, тут есть какой-то местный день дурака?

Рогозин даже не поленился и поискал в сети эту информацию. Оказалось, на Эрешкигали не отмечают даже первое апреля.

«Наверное, потому что у них день дурака ежедневно, – подумал Саша. – В ЭкзоТехе так точно». И закрыл письмо. Отвлекаться на всякую муру он не собирался.

Кстати, надо наконец-то найти время и познакомиться с главным кадровиком, он же, похоже, у них и подбором персонала занимается. Саша традиционно не любил «охотников за головами», хоть и понимал, что это профдеформация: слишком часто его звали в компании, где основная проблема заключалась именно в кадрах. А кто их набирает? Нет, если в руководстве идиоты, то и самый лучший эйчар ничего не сделает. Но в обычных организациях очень много зависело именно от него. Да, надо с ним поговорить… Как там его, Давид… Но тут пришло письмо от Илоны из клиентского отдела.

Саша вспомнил розово-кудрявое существо с её склонностью к панике и поспешил открыть сообщение, одновременно спросив:

– Крис, ты чем занимаешься?

Крис: Читаю про уву, мой генерал.

– Серьёзно?! – возмутился он, прежде чем заметил хитрое выражение лица виртуальной помощницы.

Крис: Нет, конечно. Уже давно прочитала. Такая милаха, я просто не могу с него.

Саша на миг закрыл глаза. Когда же открыл, искин уже была одета в свой супергеройский костюм и стояла навытяжку.

Крис: Готова выполнять ваше задание, мой генерал!

– То-то же. Попробуй залезть в файлы бухгалтерии. Интересно, чем занимается вся эта толпа.

Искин козырнула и исчезла, экономя мощности. Саша же вновь отвлёкся на переписку. Илона предлагала дельные решения, опираясь на то, чему научилась у него же, но совершенно не чувствовала клиента. Это или врожденное, или приходит с опытом. Очень бы хотелось, чтобы пришло побыстрее. Пока же придётся направлять, контракт важный.

Крис: Мой генерал, меня не пускают!

Искин произнесла это настолько обиженным голосом, что Саша поймал себя на желании её утешить.

– Нет доступа? Не можешь обойти защиту?

Крис: Там такой забор – о-о-о! Взломать могу, но незаметно не выйдет.

– Хоть где-то… – Саша подумал, что придётся запрашивать допуск, а это очередная война. Безопасники и бухгалтера вцепятся в эти данные мёртвой хваткой и получить их можно будет только с жертвами. Так, а кого он хочет принести в жертву? – А попробуй…

Они обсудили варианты обойти «забор», взломать его и найти дыру. Саша параллельно ответил на пару звонков и почувствовал, что неодходима еще одна подзарядка кофе. Направился к кофемашине, но тут подумал, что неплохо бы немного размяться. Жёлтые лосины опять замаячили в воображении, но он их решительно отверг и направился к небольшой кофейне, расположенной на пару этажей ниже. Там можно было выбрать разные сорта самого кофе, сиропы, виды приготовления, включая весьма навороченные. Но самым главным плюсом кафешки Саша считал террасу – длинную, не настолько широкую, чтобы поставить столики, но достаточную, чтобы постоять в своё удовольствие, любуясь видами и никому не мешая.

При этом людей здесь практически никогда не бывало слишком много. То ли не знали, то была ещё какая-то причина. Саша подозревал, что сюда любило захаживать начальство, от которого, как известно, нужно держаться подальше.

Он взял свой кофе и направился к парапету, отрешившись на несколько минут от всех благ вижулика и Крис. Хотелось просто насладиться мгновениями наедине с небом и горьковато-ароматным удовольствием.

На пару они успешно справлялись с его раздражением, успевшим накопиться поверх истории с ушами. Саша даже подумал, что в чем-то идея забавная. Но поразмышлять на эту тему не удалось: рядом с ним остановилась высокая женщина с шикарными волнистыми светлыми волосами, в обтягивающем бежевом трикотажном платье, которое идеально подчёркивало роскошную фигуру. Незнакомка со стаканом кофе окинула его долгим взглядом, совершенно не скрывая своего интереса.

– Вы тоже подумали, что уву-уши – это перебор? – она чуть усмехнулась и сделала глоток из своего стаканчика.

Саша невольно посмотрел поверх её причёски: ничто её не портило, не было даже тоненького ободка с маленькими ушками. Взгляд скользнул ниже, и Рогозин подумал, что в кои-то веке видит у местной сотрудницы умные глаза.

– Особенно золотые, – улыбнулся он в ответ.

– Все эти эко-инициативы так отвлекают, – женщина встала рядом и положила руки на парапет, глядя вдаль. – Только от работы отрывают…

– Есть такое, – кивнул Саша. – Но экология – это важно. Поэтому иногда надо и оторваться. Но чем поможет уву, если я буду в ушах, похожих на его? Деньги я скинул же.

– Деньги решают, конечно, – она повернулась и посмотрела на него, запустив руку в свои волосы и улыбаясь так же лениво и маняще, как эти мгновения на террасе. – Не люблю глупости.

– Тогда вам трудновато на этой работе.

– Не спорю. Ещё и эти уши. Правда, бред полный?

На миг Саша замер, потом тоже медленно растянул губы в улыбке.

– Зачем же вы так о своём собственном творении, комсдарыня Широухова?

Глава 8

Ничто в её облике не дрогнуло, наоборот – улыбка стала ещё обольстительнее.

– Просто Анжела, прошу вас. В «ЭкзоТехе» принят неформальный стиль общения.

– По вашему письму этого не скажешь, – Саша не стал отвечать разрешением называть себя по имени, ибо не собирался его давать.

– Переписка должна быть безупречна, – женщина взяла свой стаканчик другой рукой и сделала очередной глоток.

– В самом деле? Надеюсь, не вы обучали переписке менеджеров клиентского отдела?

– Я не занимаюсь обучением… комсдарь Рогозин, – паузой она явно вынуждала всё к тому же переходу на имена.

– А чем же вы занимаетесь, Анжела? – насмешливо спросил Саша. – Чем же в «ЭкзоТехе» занимается директор по корпоративной культуре и внутренним коммуникациям?

По мнению Рогозина, такая должность означала очередного «директора по развитию» – тёпленькое место для человека по протекции. Саша оглядел полную грудь Анжелы и додумал: «Или любовницы». Не из-за неё ли разводятся Ермолаевы?

– Я занимаюсь тем, – усмехнулась Широухова, – что вы, комсдарь Рогозин, сегодня с таким презрением отвергли.

– Так прям уж и отверг? – поднял брови Саша, которого пока этот диалог веселил. – Прям вот с презрением?

– Именно. Кинули деньги и уклонились от участия в эко-инициативе компании.

– А что для выживания уву важнее – деньги или хождения в ушах?

– Ах, комсдарь Рогозин, – она протянула его фамилию, – мне ли рассказывать вам о важности социального отклика, сейчас важно другое, – Анжела говорила мягким, грудным голосом, который никак не соотносился со словами, которые она произносила: – Вы отделили себя от остальных, комсдарь. Поставили себя выше их, выше каждого из сотрудников, но самое главное – выше утверждённых руководством решений. Вы проигнорировали распоряжение руководства, корпоративную инициативу, указали на своё превосходство над рядовыми сотрудниками и проявили неуважение к девушкам, выполняющим свою работу.

– Я принял реальное – финансовое – участие в спасении редкого зверя, – отразил удар Саша, – что стало компромиссом между моим нежеланием заниматься показухой и стремлением участвовать в жизни компании. И поскольку сотрудницы не захотели идти на этот компромисс, предпочёл уйти от конфликта, а не раздувать его. Тем более в общественном месте.

– Ушки уву не показуха! Это эко-акция! Более того, было голосование, и сотрудники с большим перевесом выбрали именно этот вариант.

– А какие ещё были варианты? – заинтересовался Рогозин.

– Обязательные отчисления из зарплатного фонда на счёт заповедника и волонтёрские работы по очистке его территории в выходные дни.

Саша пару секунд рассматривал Анжелу, пытаясь понять, всерьёз ли она говорит или подшучивает над ним. Но так и не понял.

– Вы же понимаете, что выбора у людей просто не было.

Женщина вдруг как-то по-особенному, взросло улыбнулась.

– Зато у них была иллюзия выбора. Сами выбрали, так сказать.

– Эти игры хороши только для очень глупых или очень наивных людей. У остальных вызовет только раздражение. А в работе и так его достаточно. Зачем вы его усугубляете?

– А вы наверное не служили в армии? – Широухова оглядела фигуру Саши . – Да, вряд ли. Однако наверняка слышали, что там в первую очередь учат маршировать. Но в современных войнах солдатам не требуется ходить строем. Так неужели ради парадов надо столько времени надрываться?

– И какова же ваша версия? – Рогозин не собирался играть в вопросы-ответы, более того, женщина перестала казаться ему забавной. Он не мог понять, что ей движет: собственная придурь или злой умысел.

– Единственно правильная. Солдат приучают действовать по команде. Сначала выполнять команду, а потом уже думать. Так же и в компании. Люди привыкают действовать по указке. Привыкают подчиняться. А это гарантия управляемости. Сейчас они все в этих ушах. Даже если они ненавидят их, они подчиняются, вырабатывают в себе эту привычку.

Саша закатил глаза. Ему становилось противно.

– Чтобы компания функционировала, нужны не те, кто легко ведётся на примитивные уловки, а те, кто умеет думать своей головой. Иначе так же легко они будут вестись на манипуляции клиентов, конкурентов, поставщиков и всех прочих. Это во-первых. А во-вторых, прежде чем добиваться от людей бездумного исполнения приказов, хорошо бы убедиться, что эти приказы вообще есть и имеют смысл. И именно этого я в “ЭкзоТехе” не наблюдаю.

– А я наблюдаю, что вы идёте против указаний руководства и подаёте дурной пример. Что будет, если каждый станет поступать, как ему хочется, а не как надо? – фыркнул она.

– Это демагогия, Анжела, – начал злиться Рогозин. – Давайте думать о работе и том, что лучше для выполнения задач, а не вот всё это.

– Именно поэтому мы и организуем все эти мероприятия. Люди в них участвуют и в какой-то момент начинают верить. А это повышает лояльность к компании, – менторским тоном заключила Широухова.

– Это полная чушь, – вот здесь Сашу просто проняло. Как же часто он сталкивался с подобной глупостью! Сколько раз ему приходилось чуть ли не вколачивать в руководство такие простые и понятные, но почему-то не очевидные им вещи! – Лояльность зарабатывается не так! Чтобы люди верили своей компании, нужно их не обманывать – это основное, самое главное правило. Соблюдения трудового законодательства и вовремя выплаченной зарплаты тоже недостаточно. И все эти акции-хренакции тоже её не создают. Нужно что-то делать для своих сотрудников. Тогда и будет лояльность. Корпоративное жилье – да, работает на лояльность, хорошее питание по низким ценам – да, работает на лояльность, медицинская страховка – да, работает, уважительное отношение к потребностям сотрудников – да, работает. А вот увольнение без причины, поборы, токсичность руководства, расхождение слов и дела – нет, не работают.

– Мне кажется, вы сейчас выступаете адвокатом не той стороны, – скривила губы Анжела. – Вы же руководитель и должны защищать интересы компании!

– Именно это я и делаю, – Саша глубже вдохнул, пытаясь успокоиться.

– Вы ведёте себя не как один из директоров, а как строптивый подросток, – ей явно нравилось его отчитывать. – Вам явно не хватает опыта руководства и знаний об управлении крупными организациями. Мне трудно в двух словах изложить весь свой многолетний опыт, да и вы не хотите вдумываться в мои слова. А если не удалось объяснить, значит, будем действовать следующим образом, – Широухова выдержала паузу, явно надеясь помучить. – Я внесу в ваше личное дело один выговор – за публичное выражение презрения к ценностям компании. И одно предупреждение – за отсутствие на рабочем месте без уважительной причины более получаса. Надеюсь, это хоть немного заставит вас задуматься.

Широухова кинула на него победный взгляд, развернулась и направилась на выход. Сзади на её платье был прикреплён пушистый, похожий на заячий, хвостик, который при движении интригующе покачивался над ягодицами.

Саша зло выдохнул и вновь повернулся к парапету, уставившись вдаль. Он не сомневался, что результат встречи с Широуховой был бы именно такой, что бы он ни сказал. Однако интересно, это её инициатива? Например, месть за подружку Клину? А в том, что они дружили, он не сомневался. Или у него противник посерьёзнее? Увидел, что работа в клиентском отделе начала налаживаться и решил вывести его из игры? Пока всё, что происходило, вписывалось в рамки плохого руководства и общего головотяпства, какие он наблюдал все годы работы кризис-менеджером. Но вот эта Анжела с хвостиком как-то смущала. И хвостиком, и продуманностью подхода. Нет, совершенно точно надо разбираться и с кадрами, и со всякими непонятными должностями типа директоров по корпоративной культуре и внутренней коммуникации, что бы это ни значило.

***

После установки странного пакета остаток дня я простояла столбом в помещении техподдержки, потому что никаких задач для меня ни у Телегина, ни у кого ещё не было. Богатырей пару раз отправляли с какой-то фигнёй, а я им, видите ли, выгляжу слишком стрёмно, чтобы к людям выпускать. Дескать, решат, что у компании нет денег на современных роботов, покупают что-то, отправленное в утиль.

Милмои, я б тоже не отказалась выглядеть получше! Мне, между прочим, надо Нагибко изображать хотя бы на созвонах, а вскоре уже и вживую. Не вечно же ей в отпуске сидеть. И потом, а вдруг квартира, которую отрисовывает Скрепка за моей спиной, не похожа на Нагибкину? Кто-то из сотрудников мог и бывать у неё.

Вообще, я и сама не прочь там побывать. На складе-то у меня каморка, где можно было вязать и заниматься всякой фигнёй, а тут не забалуешь, стоишь на виду, лишний раз пальцами не пошевелишь, а их надо разминать…

– Скрепка… А как попадают в квартиры?

Искин вывесил мне на экран карту с маршрутом до жилых блоков, за что я запулила в него пикселем.

– Карту я и так знаю! Я имею в виду, там пропуск нужен, можно ли сломать систему или ещё как?

Скрепыш: Нет, вы посмотрите, она ещё кидается! Рожа там твоя нужна и цифровая подпись.

– Ой! А что если я недостаточно похожа на Нагибко, чтобы пройти фейсконтроль?

Скрепыш: Вот потому и есть вариант с цифровой подписью. Она же перекраивала себя несколько раз, черты менялись, соответственно, надо было как-то входить. Подпись я с её устройства ещё тогда скопировал, это не проблема. Но лицо в камеру показать придётся.

Я приуныла. Лицо-то ладно, но ниже лица у меня робот. Он и ростом выше и формы квадратной… И если ноги ещё можно прикрыть длинной юбкой, то на верх даже пуховик не поможет. А накоплю я на торс нескоро, он от семи тыщ килосов… И это без внутренних органов даже! А нет, эти извращенцы-производители тулово же делят зачем-то, и семь тысяч — это за верхнюю половину, от плеч до пояса, а за нижнюю часть — еще столько же. И это у Сабатини, а в официальном магазине и того дороже… Стало совсем грустно. Вот нет бы и правда поместили меня в тушку, как у Огняна!

И тут меня осенило.

– Скрепка… А сколько стоит корпус от более человекообразного робота?

В итоге весь остаток дня мы рыскали по маркетплейсам, легальным и не очень, в поисках женственной жестянки. Стоили они в среднем тыщи две вместе с руками. Но на счету у меня в данный момент накапало меньше тыщи. Зато через два дня ожидалась та самая премия от Валетова в размере пяти тысяч. На настоящую тушку её не хватит, а вот на жестяную – как раз. Более того, я бы смогла себе позволить карнавальный костюм робота, выглядящий очень похоже на меня нынешнюю. Конечно, это ещё отдалит следующую покупку настоящих запчастей, но я не уверена, что могу ждать, пока накоплю на неё. Всё же кто-то мог и заметить, что Нагибко не бывает в квартире. Да и неровён час вызовут на ковёр…

Кстати о ковре и премии. Не стоило забывать, что и то, и другое в большой степени зависит от благорасположения Валетова. А он под Рогозиным ходит и только что возглавил закупки. Те самые закупки, в которых мы только что установили странное дополнение к почте, которое Скрепыш не смог вскрыть.

Ох, чует моя железная жопа, не к добру это.

– Слушай, а что если та прога, которую мы поставили, какая-то вредоносная?

Искин повертел часики пару секунд.

Скрепыш: Анализ показывает, что это вполне вероятно. Это бы также объяснило, зачем нужна пауза в два дня между установкой и срабатыванием. Таким образом меньше вероятность, что события свяжут между собой.

– И ты только сейчас об этом говоришь?!

Скрепыш: Я искусственный интеллект, я не могу мыслить без контекста!

– Так, вот тебе контекст: как нам узнать, что запаковано в этой херне, до того, как она сработает?!

Скрепыш некоторое время размышлял, а потом выдал неожиданный ответ:

Скрепыш: Переставить время системы на два дня вперёд. Тогда программа запустится, и мы увидим, что в ней.

– То есть запланированное всё равно произойдёт, но раньше? А так, чтобы вообще её не запускать?..

Скрепыш: Её в любом случае нужно поставить на какую-то систему вне меня и запустить. До того внутри всё зашифровано. Она уже стоит у этой истерички, так почему бы не сделать её кьюбер тестовым? В крайнем случае обнулим систему, всё равно вся её работа сохраняется в облаке.

Я не была так уверена в последнем, поэтому настояла на том, чтобы сделать бэкап, но в остальном решила не спорить.

В закупки мы пошли поздним вечером, когда все сотрудники надёжно разошлись по домам. Безопасники бродили по этажам, но их не удивил робот, который куда-то целеустремлённо шёл по заданию техподдержки.

Сев за кьюбер Зауровой, я задумалась: как Скрепка собирается с ним взаимодействовать? Как я поняла, внутри каждого отдела была своя локальная сеть, а между собой они сообщались только через портал.

– Может, мне как-то проводком к нему подключиться?

Скрепыш: Ни в коем случае! Если там какая-то дрянь, нам нельзя её цеплять. Нет уж, буду твоими руками вводить.

Следующие пару минут были странными: мои руки порхали по экрану кьюбера, сохраняя данные и меняя настройки, а я при этом ничего не делала. Скрепыш чертыхался, что без прямого подключения работа идёт слишком медленно. Но наконец дата сменилась.

И… начался апокалипсис.

***

Скрепыш: Вырубай! ВЫРУБАЙ!!! Поздно…

Я даже дёрнуться к кабелю питания не успела.

– Что стряслось?

Скрепыш: Оно заражает другие кьюберы в отделе! Все!

– Они разве не выключены на ночь?

Ответом мне стали один за другим загорающиеся экраны.

Скрепыш: В спящем режиме… были. Чёрт, мне надо было об этом подумать… В следующий раз перед ответственным делом запрашивай у меня поэтапную инструкцию, я тогда учту её как контекст и так не накосячу.

Я прикрыла глаза – то есть, притушила экраны в голове – и на полминуты впала в дзен, прежде чем сломя голову кидаться тушить новый пожар. Премии и так, скорее всего, не видать. Ладно, это мы переживем… Наконец я была готова сражаться дальше.

– Так что именно творит эта херня?

Скрепыш: Убей бог… понятия не имею. Что-то с почтой. Я могу открыть её файл и твоими глазами читать код, либо можно открыть почту и посмотреть, что там происходит.

Я предпочла второй вариант – кода много, глаза у меня одни.

В почтовом приложении всё было тихо. Прямо на моих глазах капнуло письмо, видимо, поставленное на таймер на полночь. Я его на всякий случай открыла и просмотрела. Какая-то благотворительная акция, ничего примечательного, никаких подозрительных вложений. Скрепыш тоже молчал.