Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

– Чушь! Не верю!

Это Сатос. Трактирщик протиснулся вперёд и стоит, уперев руки в бока, в самом первом ряду, среди повернувшихся к нему заблудших. В квартале он самый влиятельный живчик. Его надо срочно заткнуть. Надеюсь, Ло знает, что делает.

– Мы в Ковчеге не верим во все эти сказки! – продолжает трактирщик. – Создателю нет до нас дела, а Низверженный и так свои души возьмёт через Бездну, вас наивных своими дарами заманивая. Хорош баламутить народ! То упала звезда – вот и всё.

– Он – мертвец, – выносит Сатосу приговор Ло, направив на него указующий перст. – Все же, кто хочет жить, слушают дальше.

И в голосе колдуна столько силы и твёрдости, что трактирщик не отваживается повторно перебить Ло. Даже среди живчиков Сатос не находит поддержки, на которую он вестимо надеялся.

– Если Создателю нет до нас дела, – обводит Ло взглядом толпу, – то, кто тогда дал мне силы на это?

Колдун приседает и тут же взвивается в воздух в прыжке. Взлетев на три десятка локтей – тут хоть всю тысячу долей ловкости в троеросте имей так не прыгнешь – Ло падает обратно с поднятой в замахе рукой. Раз – и резкий удар разваливает деревянный столб, на котором колдун прежде стоял, надвое. Ребро его ладони словно превратилось в топор.

– Создатель со мной говорил ни единожды! – прокричал колдун уже с верхушки другого столба, на который успел перебраться, пока все оторопело таращились на свершённое чудо. – В первый раз ещё три оборота назад, там за морем, в Предземье. И второй раз сегодня. Все вы видели, на что я способен. Мои сила и мастерство – дар Единого. И к дарам Бездны он отношения не имеет. Мы здесь в глухом месте.

– Избранный! Дерхан – избранный! – приходит в себя раньше всех Вепрь.

Верёвочная ограда ринга с одной стороны завалилась вместе с держащим её рассечённым столбом. Перешагивая её, мы всем скопом устремляемся к Ло и снова окружаем колдуна плотным кольцом сподвижников.

– На нём благодать Творца! – вторит Вепрю Его Величество. – Внемлите ему! Только он спасёт нас! Он – мессия!

Вернувший дар речи народ возбуждённо гудит. Трактирщик задвинут назад – его больше не видно.

– Единый дал мне силы, но я не всесилен! – продолжает колдун. – Мне нужна ваша помощь! Если демонов не остановить здесь и сейчас, погибнет не только Ковчег! Они вырвутся на Порог и начнут губить полис за полисом! Вы со мной⁈

– Да! – ревём дружно отрядом и вскидываем вверх руки со сжатыми кулаками.

И наш рёв заразителен. Люди подхватывают. Поначалу достаточно робко, не все и не сразу, но постепенно вокруг нас поднимается целый лес рук, трясущих сжатыми кулаками. Причём, призыв колдуна поддержали не только гости Ковчега. Большинство живчиков пылкая речь Ло вкупе с предъявленным чудом тоже смогла зацепить.

– Веди нас, Дерхан!

– Мы с тобой!

– Избранный!

– Не отдадим Ковчег! Защитим наш дом!

– Мессия! Мессия!

Ну, колдун! Ну, даёт! Как он смог это сделать? Эти люди сейчас по его приказу готовы рвать голыми руками врагов, которых даже ни разу не видели. Про которых четверть часа назад и не слышали даже. Повелитель лжи. Кукловод. Мастер слова. А ведь он, и действительно, избранный.

– Что нам делать, Дерхан⁈

Этот выкрик с самым важным вопросом становится отмашкой для Ло. Колдун раскидывает руки в стороны, требуя тишины, и мы, видя это, тут же дружно принимаемся шикать на толпу.

– Творец дал мне дар – находить одержимых, – в очередной раз врёт Ло. – Дотронувшись до человека, я сразу узнаю сидит ли в нём демон.

А, может, и не врёт. Гахары, те точно узнают Ло, если тронут. Но они и присутствие колдуна чувствуют, если находятся рядом. Этот момент мы не обсуждали с Ло. Может, в возвышенном теле Хо он на это способен. Уже малость проще.

– Нам нельзя им позволить захватить власть в Ковчеге! Мы проверим всех! Мы найдём одержимых! – гремит голос Ло над тренировочным полем. – И начнём с бессмертных. Если скверна проникла в Совет, её нужно немедленно выкорчевать. Но прежде…

Ло находит взглядом Чопаря.

– Режьте простыни. Мне нужны тонкие ленты в два локтя длиной. Быстро!

Чоп кивает и ловко скидывает со спины набитый, видимо, теми самыми простынями рюкзак. Охранники Его Величества тут же повторяют его движение, сбрасывая с плеч свою ношу. Жаль, что ножницы всего одни. И потому Клещ немедля отбирает тупоносый, как и все кухонные ножи в квартале, инструмент у Чопаря. У шустрого коротышки оно быстрее получится. Теперь понимаю, зачем Ло просил принести сюда всё это.

– Все мы прятались, когда демоны летали над городом незримыми духами, – громко продолжает колдун, – но мне нужно убедиться, что нашим призывам внял каждый. Квартал чист. Я уверен. Но лучше перебдеть, чем обратное. Женщин и детей не касается. Демоны вселяются только в мужчин. Когда есть выбор. А сегодня он у них был. Мужчины, подходим по одному вон с той стороны, – указывает колдун на противоположный от себя угол ринга и тут же спрыгивает в его центр.

– Всем проверенным вяжем ленту на голову, – бросает колдун уже нам. – Через лоб. И себе повяжите.

Толпа же тем временем приходит в движение. Народ перестраивается, спеша оказаться поближе к указанной колдуном стороне ринга. Сам ринг пуст, если не считать стоящего в его середине Ло. Впрочем, колдун уже сдвинулся с места – пока суть да дело решил ускорения для убрать лишнюю преграду на пути проверяемых. Натянутые между столбами верёвки – препятствие так себе, но, когда каждый миг на счету, и такая помеха за лишнее.

Вот для тех, кто поближе, и ещё одно чудо. Народ охает. Не каждый день видишь, как человек голыми руками разрывает верёвки. Теперь путь свободен. И первые смельчаки уже двинулись по нему к колдуну.

Протянутая вперёд ладонь Ло, рукопожатие, громкое: «Чист!» – и вот я уже повязываю поданную мне Сёпой белую ленту на голове оказавшегося проворнее всех Рэма. Не успеваю закончить, как слышу ещё одно: «Чист!». Мне на помощь приходит принц Штольгарда. Вдвоём с Валей у нас получается справляться с работой. Но Клещ режет простыни со скоростью лучшей швеи. Запас лент растёт на глазах, как и число проверенных Ло заблудших. Скоро и до живчиков дело дойдёт.

Гляди, кто нашёлся! У ринга ронхийцы. Блут первым шагает к Ло. На лице здоровяка страх выглядывает из-под маски решимости.

– Прости нас, Дерхан! – выдыхает царевич. – Ронх с тобой!

– Забыли, – распахивает объятия колдун.

И стоит недавним врагам обняться под одобрительный гул народа, как Ло громко выкрикивает:

– Чист! Ронх с нами!

А следом ещё трижды: «Чист!» звучит после примирения Ло с остальными царевичами. Одной бедой меньше. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Где там про пустяковые обиды помнить, когда тут такое творится.

Всего десять минут – и вот уже три без малого сотни мужчин, включая одумавшегося трактирщика, обзавелись белыми повязками на головах. Молодцы мы! Смогли вовремя всех загнать по домам. Ни одного гахара среди проверенных не нашлось. Впрочем, те бы и не дали проверить себя.

Но беда в том, что здесь не все жители квартала. Части живчиков, на что указывают и сами местные, нет. Кто-то вовсе не являлся на поле, кто-то был, да удрал под шумок. Тот же хозяин «Обменки» отсутствует. Как не видно, и продавца зелий, и ещё пары лавочников, кого помню в лицо. Небось, испугавшись творящегося, бросились к воротам – звать стражу.

Вот только напуганный Ло Петракос йока с два кого выпустит. Как и впустит, надеюсь. С донесением к начальству кого-то, конечно, пошлёт, но своих людей заводить в квартал для наведения порядка без приказа свыше едва ли отважится. А попробуй пойди получи сейчас тот приказ. Не знаю, что творится за стенами, но там, наверняка, тоже «весело».

– Всё, друзья! Мы готовы! – объявляет запрыгнувший обратно на столб колдун. – Дети, женщины – по домам! Запереться и сидеть тихо-тихо. Мужчины – со мной! Оружейник здесь? – задаёт вопрос Ло, зная ответ.

– У меня толком нет ничего, – мгновенно понимает, зачем он понадобился избранному, лавочник. – На витрине что только. Под заказ в основном же работаю.

– Нам на первое время, – не принимает возражений колдун. – В хранилище вооружимся нормально. Беги, доставай всё, что есть. Заглянем к тебе по пути.

И уже громче, для всех:

– А теперь бегом по домам! Заблудшие хватают луки – и сразу к воротам. Стрелы ждут нас в хранилище. Живущие собирают провизию – вдруг, придётся долго держать оборону в здании Совета – и бегом туда же. Встречаемся у ворот. Я общался с живущим Петракосом, что сегодня командует охраной квартала. Если демоны не добрались до них, то стража поможет нам.

Последние слова колдуна встречены восторженным рёвом. Особенно радостно новость восприняли живчики, в чьих головах, несмотря ни на что, ещё много сомнений. Но, что Ло задумал? Петракос не выпустит нас. И держать оборону в здании совета… Ещё и долго… Нет, конечно, оставаться в квартале нельзя. Здесь мы лишены своего главного преимущества перед гахарами – наших даров. И оружие своё забрать из хранилища нужно, пусть даже и с боем. Но дальше…

Один я понимаю, что план Ло – искать демонов, трогая каждого, в городе с десятком-другим тысяч жителей – глупость? Тьфу! Китя, дурная ты голова! Так вот, в чём причина… Это только я знаю, что гахаров к нам с неба упало – здоровенный корабль, а все остальные, небось, думают, что тех демонов несколько, край под десяток. По их разумению, нам только и нужно, что предупредить Совет, рассказать всё правителям полиса, проверить их, убедить, что всё правда, а дальше бессмертные сами с бедой разберутся. Наше дело – начать, а закончат уже сами живчики.

– Всё! Пошли! Пошли! – подгоняет колдун, устремившийся по домам народ.

Люди в белых повязках разбегаются. Если на поле и были гахары, удравшие перед проверкой, то пусть не надеются обмануть Ло, нацепив на лбы белые ленты. Колдуну, с его памятью, не составит проблем отличить хитреца от тех, кто жал ему руку на ринге. Для того, небось, и прогнал через себя всех, чтобы запомнить каждого.

– Бочка, Чоп, на вас Обменка, – раздаёт приказы спрыгнувший к нам со столба колдун. – Семена, бобы, деньги – выгребаете всё. Клещ, Метла, на вас зелья. Всё, что в лавке найдёте – в мешок. В общем, грабить умеете. Вальдемар, Кэйлор, – поворачивается Ло к нашим знатным соратникам, – забирайте из дома всё ценное. Я уже, – хлопает он себя по набитым карманам. – Можем и не вернуться. Всё плохо. Вепрь, будешь вашу казну забирать, прихвати наши луки. Встречаемся у ворот.

И мне:

– Китар, ты со мной. Посмотрим, что там у Петракоса.

И в этот момент, пробежав по кварталу, до нас долетает звон колокола. Стража всё-таки забила тревогу.

– Поспешите! – бросает Ло нашим и, и поманив меня жестом следовать за собой, устремляется к далёким отсюда воротам.

Началось!

Ло 6

Колокол – это плохо. Не ожидал, что гахары начнут действовать открыто, даже не попытавшись прибрать к рукам власть над полисом под чужими личинами. В то, что к воротам явились посланные по мою душу солдаты с официальным приказом, не верю. Так быстро, да ещё и посреди ночи, такое не провернуть. Ни у одного из бессмертных нет таких полномочий. Арестовать кого-то из заблудших могут только по решению Совета. Да и не стал бы бить тревогу Петракос, будь то солдаты.

Но много гахаров там быть не должно. За это время они бы просто-напросто не успели бы обнаружить друг друга. Скорее, за моей головой явилась группа торопливых «героев», захвативших тела находившихся рядом людей и решивших, что конструктора нужно срочно ловить пока тот не удрал.

С ними я разберусь. У этих вновь прибывших гахаров даров точно нет, а без магии в теле Хо я сильнее любого на всём этом поясе. Даже если кому-то из нелюдей повезло поглотить человека с развитым троеростом, что маловероятно – доли под потолком в Ковчеге имеет лишь охрана квартала заблудших, да башенные, несущие службу на внешнем периметре – мы всё равно будем стоять на разных уровнях физических возможностей.

– Сначала в оружейную лавку! – объяснил я Китару свой поворот, покидая ведущую к воротам улицу.

– Чур, мне ту пику с шипами! – вспомнил мальчишка весьма ограниченный ассортимент магазина.

А вон и хозяин последнего. Не успел добежать до места работы – нагнали его на пороге. Этот живчик сделал правильный выбор, а, значит, ломать дверь не придётся – он всё отдаст сам. Белая лента на голове – символ чистоты для него и подтверждение лояльности для меня. Само собой я не могу узнать гахара в человеческом теле просто дотронувшись до него. Это к Китару и к Кэйлору, способным увидеть их возраст – среди ловчих нет никого младше трёх сотен лет – за пределами глухого места. Мне же нужно было лишь посмотреть, кто готов меня поддержать.

Гахар, окажись он в толпе, всё равно бы сбежал от проверки. Может, кто-то из покинувших тренировочное поле живчиков и захвачен пришельцами, но вряд ли. Часть местных просто испугались поддержать мой бунт, или не поверили мне. Иначе бы мы, наверняка, не досчитались бы и кого-то из заблудших. Не верю, что гости Ковчега отнеслись к моему совету с большим вниманием, нежели априори более трусливые живчики. Скорее, тут дело в неизвестных мне свойствах глухого места. Возможно, гахарам не удалось залететь сюда в бестелесной форме.

Я взял себе пару коротких мечей и связку метательных ножей – большего пока и не нужно. Китар обзавёлся ножом и недлинной, двухметровой пикой, с торчащими в стороны у основания вытянутого острия небольшими, в десяток сантиметров, шипами. Надеюсь, ему не придётся пускать её в ход. У ворот справлюсь сам, а дальше мой план не подразумевает серьёзных сражений в ближайшее время.

Наши преимущества – внезапность и скорость. Пока гахары будут заниматься захватом власти над полисом, мы покинем не только квартал, но и город. Поиски одержимых в Совете – сказка для перепуганных местных, что послужат моим щитом и немного носильщиками. Мне не справиться с сотней – если их явилось ещё и не больше – гахаров, даже если удастся поднять весь Ковчег на «охоту на ведьм», что едва ли возможно. Этот полис уже не спасти, но погибать вместе с ним я не стану.

– Остальное раздай тем заблудшим, кто будет пробегать мимо, – велел я оружейнику. – Если сможем изловить демонов, тебе воздастся с торицей.

И вот теперь прямым ходом к воротам. У Петракоса в подчинении два десятка бойцов с долями у потолка. Если гахаров немного, и тела им достались несильно возвышенные, то охрана их остановит. А раз колокол всё ещё продолжает звенеть, значит бой не закончен. Не опоздаем.

– Ох, йок!

Это мальчишка увидел обступившую ворота толпу, когда мы выскочили из-за поворота. Да тут две-три сотни живчиков обоих полов. Судя по отсутствию белых лент, это те, кого мы недосчитались на поле.

– Открывай!

– Выпустите нас!

– Бунт!

– Заблудшие сошли с ума!

– Всемогущая жизнь! Чего ждёте?

Раздающиеся в толпе крики объясняют причины её появления здесь. Испугать весь квартал получилось, но часть живчиков куда больше боится меня, чем каких-то там демонов.

– По домам! Прочь с дороги!

И бью обнажёнными мечами друг в друга плашмя. Помогает. То ли звон стали, то ли мой страшный голос заставляют безоружную толпу с визгом броситься в стороны. Пять секунд – и десятки, даже сотни, людей бегут влево и вправо вдоль стен, уступая дорогу всего одному. Хотя нет. Нас же двое. Но скоро и другие подтянутся. Уже вижу на дальнем конце улицы первых сподвижников мессии-Дерхана с белыми лентами на головах.

– Дерхан, ты был прав! – узнаёт мой голос начальник стражи, выглянувший в открытый лючок. – У меня один есть!

– Справились? – спрашиваю с волнением в голосе, подбежав к воротам. – Чем он выдал себя?

То, что угрозы в данный момент для нас нет, мне понятно и так. Колокол – способ вызвать меня.

– Признаюсь, испугал ты меня, – частит пригнувшийся к окошку стражник. – Велел всем зайти в караулку. Со стены и то людей снял. Как раз обходом идти собирались. Успел вроде. А там, внутри, уже взял, да и сознался, дурак, что по твоему совету сидим в темноте. Я ведь не только молчать всех заставил, но и лампы, фонари погасил.

– И что? К делу давай? – тороплю я Петракоса.

Напуган солдат. Очень сильно напуган, хоть и старается того не показывать.

– Гекос, гад – никогда мне не нравился – тут же начал орать, что то хитрость такая, что ты нас в караулку загнал, чтобы только из квартала удрать. Объяснил бы ещё, идиота кусок, зачем оно тебе надо. В общем, требовать стал человека к начальству послать с донесением. К живущему Иоанису, то есть, к старшему над квартальной охраной. А самим всем наружу немедленно выйти. Не успел ему рот заткнуть. Как и удержать не успел. Выскочил он из караулки – и бежать. Догнали, конечно, обратно вернули, но поздно, видать…

– Что он сделал? – с нажимом произношу я, видя, что Петракосу сложно заставить себя произнести неприятные для себя слова.

– Пятерых моих убил и удрал, – с грустью выдыхает солдат. – Вечная память моему брату, Йоргасу. Как котят раскидал нас. Даже я, первый клинок всей квартальной охраны, ничего ему сделать не смог. Как есть демон. Не владел Гекос тем мастерством даже близко. И молча ведь всё. Вырвал меч у товарища, что его охранял – я же Гекоса за самовольство под арест посадил – и за пять секунд срубил столько же славных ребят, что его задержать попытались. Чудом сам его атаку отбил. Боюсь, жив потому лишь, что ему моя смерть не нужна была. Торопился.

– Куда?

– Да кто же его, демона знает? Как квартальные начали за воротами про бунт, что ты якобы затеваешь, орать и про демонов, какими пугаешь, так этот и сдёрнул. До того смирно сидел. Извинялся передо мной даже. Но тут уж не спутаешь – выдал себя. Не врал ты. Не врал… Но, что делать-то?

Неудачно вышло. Гахары узнают о том, что я затеваю прорыв, значительно раньше, чем я надеялся. Нужно поторопиться. Хранилище недалеко, но и выбор его, как моей первой цели, для них очевиден.

– Ты отправил к начальству бойца?

– Четверых. В одиночку опасно. Сразу, как тот удрал, и послал ребят.

– Так вас только десяток всего?

– Девять. Один раненый в караулке лежит. Было больше, но зельями в строй вернул. Не подкинешь мне, кстати, лечилку? Закончились.

– Держи, – просовываю я в щель руку с вынутым из кармана пузырьком.

Запас зелий велик, и сейчас мне важнее втереться в доверие к живчику. Не хочу убивать их. Соратники из вновь обретённых едва ли оценят расправу над стражей ворот.

– Спасибо!

И тут же кому-то, за спину:

– Вот. Ставьте Алексиса на ноги.

А к воротам тем временем начинают подбегать первые из носителей белых повязок. Приказ мой исполнен. На спинах у всех рюкзаки, у заблудших помимо поклажи, арбалеты и луки.

– Не считал, но здесь много, – протягивает мне объёмный кошель обогнавший напарника на пару шагов Бочка. – Выгребли всё подчистую.

– Хозяин Обменки любезно согласился помочь нам, – обнажает свои лошадиные зубы в улыбке Чопарь. – Повезло, что сей сударь предпочёл запереться внутри, а не сдёрнуть, как некоторые. Без него бы мы сейф не открыли.

– Оставь у себя, – хлопаю я по висящему на спине Бочки рюкзаку и снова возвращаюсь к воротам, от которых только что отошёл, чтобы встретить соратников.

– Петракос, не буду вилять, скажу прямо. Ворота придётся открыть.

По ту сторону окошка молчание. Дам ему пару секунд.

– Может, лучше дождаться…

– Чего ты дождёшься? – обрываю замямлившего в нерешительности охранника. – Потом поздно будет. Мы выйдем отсюда с твоего разрешения или без оного. Ты знаешь меня. Ни заборчик, что зовётся стеной, ни твои бойцы, ни ты сам меня остановить не сумеете. Не будь дураком. Только заблудшие при дарах и с оружием способны остановить демонов.

И опять тишина. Нелегко стражнику даётся решение.

– Эх! Разжалуют меня к йоковой бабушке, – скрепя сердце, делает выбор охранник. – Открыть ворота!

Последнее уже своим подчинённым. Моя сила убеждения пока действует безотказно.

– Никто не выходит! – ору я, заметив, как наблюдающие за происходящим у ворот живчики из недавно отогнанных, видя движение поползших в стороны створок, подались ближе. – Непроверенных не выпускать! – приказываю соратникам с белыми лентами, которых здесь уже около сотни.

– Что будем делать? – повторяет свой вопрос шагнувший ко мне сквозь продолжающий расширяться проём Петракос.

Стражник уже признал моё лидерство, как и выбрал сторону.

– Для начала вооружимся. Оставь нескольких человек у ворот. Пусть опять закрывают, как только мы выйдем. Я умею отличать одержимых. Кто без белой ленты на лбу, тот не дался проверить себя. Этих нельзя выпускать. Сам же пойдёшь со мной. Мне лишняя кровь не нужна. Расскажешь охране хранилища про демона и про всё остальное. Сколько там, кстати, людей?

– Да две пары всего. И не наши, из городской стражи. Эти драться не будут.

– Это, если демоны в них не сидят. Ладно, ждём, когда все соберутся. Повяжи своим повязки пока. Чопарь, выдай служивым ленты.

Народ продолжает подтягиваться. Вон, Кэйлор со своими охранниками, вон, принц с небольшим рюкзаком на спине, вон бегут Клещ с Метлой. Судя по заплечным мешкам, забрали из лавки варщика всё, что нужно и, что не нужно до кучи. Через минуту на ведущей к воротам улице показался и Вепрь. Молодец Хайдар – привлёк к делу слуг, которые помогают тащить наши луки и арбалеты. Среди подбегающих заблудших попадаются вооружённые, кто рапирой, кто топором, кто двуручным мечом – живчик-лавочник тоже исполнил приказ.

– Всё! Кто не успел, ждать не будем. Время дорого. За мной!

Шагаю в распахнутые ворота. Китар и ближайшие наши соратники рядом. За нами в первых рядах идут гости ковчега. Из заблудших здесь все до последнего человека – я специально проверил. Кто с оружием, кто с отломанной ножкой стола, кто с обычным булыжником, но за стенами наша главная сила – те из них, кто имеет боевой дар. Таких, вместе с моими бойцами из посвящённых, почти два десятка.

Идти – слишком медленно. Бежим экономной трусцой, не дающей отстать самым слабым из живчиков. Петракос и несколько стражников держатся рядом со мной впереди, своим видом показывая редким встречающимся на пути горожанам, что всё под контролем и с их разрешения. Форма охраны квартала заблудших в Ковчеге известна любому, и носящие её пользуются большим уважением. Мы специально несём фонари, чтобы всем было загодя видно, кто приближается к ним. Мне сейчас не нужны стычки с городской стражей.

Впрочем, представителей охраны порядка, как и распущенных по домам забойщиков, выходящих на периметр лоскута и садящихся в свои крепости на колёсах лишь во время охоты в предпоследний день недели, не видно. Город пуст. Кроме провожающих нас из окон осторожными взглядами женщин и редких детей, на прилегающих к кварталу заблудших улицах почти никого.

Но сквозь создаваемый бегущей толпой шум я слышу, как в центре города – кажется, звук идёт с главной площади – поднимается несопоставимый по громкости с нашим топотом гул. Вот где все люди. Гахары не мешкают. Судя по мощности гула, народа там – многие тысячи. До площади, у которой расположена резиденция Совета бессмертных, отсюда полтора километра. Я вовремя вывел своих. Очевидно, что последует дальше. Работать с фанатичной толпой очень просто. Нам нужно спешить.

– Стой! – сопровождаю я выкрик жестом поднятой руки с обнажённым клинком. – Сначала мы сами. Всем ждать! Вы со мной, – приказываю Петракосу. – Попробуем договориться.

Хранилище за поворотом. Охрана, понятное дело, не спит. Надо попробовать уговорить их отдать всё без боя – выбивать двери даром получится дольше, чем открывать их ключами – и заодно выяснить, нет ли среди этой четвёрки гахаров. Последние сразу же выдадут себя очевидной реакцией.

Топот толпы слышно издали, так что таиться не смысла – забегаем за поворот вшестером: я, Петракос и четверо стражников. У двоих из солдат фонари. Пусть видят, кто к ним пожаловал.

– Падай! – ору я и отбиваю мечами две отлетевших на мостовую стрелы.

Две из пары десятков, рванувшихся к нам дружным залпом. Засада! До хранилища чуть больше ста метров – вон, даже вижу до смерти перепуганного охранника, замершего с фонарём в руке возле дверей интересующего нас одноэтажного здания.

– Всемогущая Жизнь… – хрипит Петракос, хватаясь за торчащую из груди стрелу.

Ещё одна попала в живот. Не жилец. Его бойцы тоже. Залп скосил всех, кроме меня. Стражники падают, булькая кровью. Среди стрелков сразу несколько мастеров. Гахары!

И потому я молчу. Сейчас звать на помощь – только плодить жертвы в рядах моих соратников. Тем более, что времени нет. Перезарядить арбалеты враги уже не успеют. Бросаюсь вперёд.

Улица перегорожена полностью. Устроивший засаду отряд явно вышел из ближайшего переулка. Бойцы носят форму городской стражи, у всех оружием: короткие мечи и арбалеты. Последние уже брошены. Меня встречают выставленными перед собой клинками.

Несколько первых ударов сразу же позволяют мне обнаружить гахара. Он только и выжил. Ещё три секунды – и я узнаю, что всего их здесь четверо. Ловчие – мастера обращения с любыми вариациями любимого ими холодного оружия. Будь мы в равных условиях, далеко не факт, что я выстоял бы в схватке с таким количеством противников, но троерост служителей порядка в Ковчеге не слишком высок.

Не успели услышавшие шум сражения и стоны умирающих стражников люди в белых повязках выскочить из-за поворота, как всё было кончено.

– Демоны! – указываю я на четыре трупа, лежащих отдельно. – Засаду устроили.

Тратить зелья и время на умирающих людей Петракоса смысла нет. Я направляю руку с окровавленным клинком на виднеющееся впереди хранилище и ору:

– Вперёд! Мы уже рядом! Скорее!

Ещё сильнее возбудившийся от вида многочисленных трупов народ бросается за мной, на бегу подбирая оружие, что убитых мной стражников, что наших недавних соратников. Двустворчатые двери хранилища уже закрыты изнутри. Тот солдат с фонарём не стал нас дожидаться. Переговоры забыты.

– Кэйлор!

Удлинившаяся рука короля Эмрихта врезается в ту часть двери, куда врезан замок, и пробивает толстенные доски насквозь. Мой удар довершает взлом. В прыжке выношу ногой обе створки, под хруст разлетевшегося в щепки засова.

– Открыть камеры! Все!

Пятящиеся вглубь коридора охранники направили на меня арбалеты, но выстрелить не решаются. Потревоженное сквозняком пламя, пляшущее в висящей под потолком масляной лампе, освещает объятые ужасом лица.

– Оружие на пол и будете жить!

Первым приказ исполняет солдат, что дежурил на улице. Он видел, как я только что зарубил за десяток секунд два десятка противников. Да и все они знают, кто я такой, за каким оружием сюда прихожу и на кого с ним охочусь. Я опаснее хозяина леса. Тут не о чем думать.

Арбалеты опускаются на пол. Вслед за ними туда же летят пояса с ножнами. В руках старшего звенит связка ключей.

– Народ, разбираем своё! – протискиваюсь я мимо Кэйлора с Вепрем, занявших проход, и тут же возвращаюсь обратно в хранилище. – Стой! Куда ломанулся! – останавливаю я дрожащего от страха охранника, явно бросившегося открывать мою камеру первой. – С начала начинай! Сказал же, что все открыть надо.

Служивый трясущимися руками засовывает ключ в замок первой по правую сторону от него двери, а я уже подбираю брошенное ими оружие. Послужит тем живчикам из квартала, кто будет прикрывать наш отход. Они ещё не знают, что я для них заготовил роль жертв, но это необходимое зло. За стенами города мне они не нужны. Толку с этих людей никакого – они не бойцы.

В коридоре мгновенно становится тесно. Заблудшие, чьи камеры хранения находятся ближе к входным дверям, набиваются внутрь. Вот и возгласы первых счастливчиков, получивших оружие. Не паршивые арбалеты и мечи стражи, а своё качественное, привычное, смертоносное. Тут нет бедных людей. Каждый гость Ковчега может позволить себе самое лучшее.

– Дерхан! Дерхан! – раздаётся снаружи. – Сюда!

Шум оставленной на улице толпы внезапно усиливается, заглушая даже доносящийся с площади гул, что ни на миг не смолкал до того в моих чутких ушах. Что случилось? На нападение не похоже. Слишком явственны ноты удивления. Распихивая народ, выскакиваю наружу.

– Дерхан! Что творится⁈ Все с ума посходили! Проклятый небесный огонь!

С крыши дома, стоящего напротив хранилища, ко мне обращается криком ни кто иной, как сам Терикус.

– Он дар заглушил! – сообщает мне один из заблудших.

То-то все вокруг всполошились, кто с даром. Люди выскакивают из дверей хранилища следом за мной. Этого мне ещё не хватало! С летуном прилетел – тот с ним рядом на крыше стоит, прячась за трубу, как и Терикус. Понимают, что из луков их достать – не проблема.

– Не стрелять! – ору я на вскинувших оружие воинов, у кого уже было, что вскинуть. – Чего надо? Ты послан Советом?

Последнее Терикусу. Если под личиной одарённого скрывается гахар, дело плохо.

– Каким Советом⁈ – с надрывными нотками в голосе выкрикивает из-за трубы Терикус. – Мы чудом удрали! Трое наших мертвы! Что творится, Дерхан⁈ Ковчег сошел с ума!

– Демоны! – взвизгнул кто-то из живчиков.

– Это всё демоны! – подхватил тут же кто-то ещё.

– Проверь их, Дерхан!

– Пусть спускаются!

– Тихо! – рявкаю я. – Расскажи мне всё! Что на площади?

Очевидно, что мои догадки верны, но пусть все услышат. Не живчики. Гостям полиса нужно понять, что обратной дороги нет. Что только со мной во главе у них будет шанс выжить. Мне нужны эти люди. Мне нужны их дары и их сила. Только вместе мы сможем прорваться. Как же жаль, что утром наступит лишь четвёртый день текущей недели. Не седьмой. Будет сложно…

– Живущий Феокл… – не знает с чего начать Терикус. – Он… Они… Люди посходили с ума! Кричат: «Смерть заблудшим!». На Феокла снизошло озарение. И не только на него. Там много таких. Даже несколько бессмертных. Небесный огонь – знамение. Мы живём во грехе. Впустили скверну в Ковчег. Закрываем глаза на ересь. Проклятые деньги, нечистые деньги. Мы все продались. Плюём на заветы. Я слушал и не верил. Это я виноват! Это я всё придумал!

Истерика. Рождённому в Ковчеге сложно полностью выкорчевать из себя фанатика. Он едва ли не плачет.

– Возьми себя в руки! Ты воин, или сопливая девка! Это демоны! Ты здесь не при чём! Феокл и все, кто кричит про какое-то там озарение, они одержимы!

Твёрдость в голосе предназначена не только для Терикуса. У присоединившихся ко мне живчиков не должно появиться сомнений – мы делаем правое дело.

– Какие ещё демоны⁈ – срывается на визг одарённый.

Его мир только что рухнул. Он пока не в себе.

– Прилетели с небесным огнём! Долго рассказывать. Спускайтесь! Я должен проверить, что вы сами не демоны. Эти твари хитры.

– Как проверить? – не спешит выбираться из-за трубы Терикус.

– Давай. Какой у нас выбор? – подталкивает одарённого оказавшийся, то ли более смелым, то ли более сообразительным летун. – Там нас ждёт только смерть, – кивает он себе за спину. – Лучше с ними. У меня дара на донышке.