Текст книги ""Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юлия Жукова

Соавторы: ,Андрей Рымин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 304 (всего у книги 348 страниц)

'Уважаемый Н. Д.!

Сообщаем, что Ваше обращение получено и принято к рассмотрению. Выражаем признательность за проявленную бдительность и оперативное информирование.

В связи с произошедшим Вам необходимо связаться с руководителем соответствующего структурного подразделения, на территории которого было совершено хищение, для заполнения акта о утрате имущества. При заполнении документа требуется детально описать недостающую вещь.

Кроме того, в целях всестороннего анализа обстоятельств происшествия и исключения вероятности некорректной квалификации события, к примеру, переквалификации недостачи в хищение, просим Вас представить максимально подробные показания, а именно:

1. Описание примет злоумышленника, совершившего хищение.

2. Исчерпывающие характеристики похищенного имущества.

3. Пояснить цель Вашего нахождения в указанном месте в обозначенное время.

Полученная информация будет использована для сравнительного анализа показаний.

С уважением,

Булавин Д. Г.'

Настроение у Демида Григорьевича резко поднялось. Он даже подумал, а не вернуть ли Иннокентия Геннадича снова в строй. Покосился на массивного ЧОРа, которого сотрудники уже стали периодически использовать как вешалку, и решил пока погодить.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Стефания: Ася, ты когда выйдешь-то?

– Уже на месте.

Стефания: Какая ты шустрая! Давай сегодня пообедаем. Новостей – море.

– С удовольствием, – отстучала я, понадеявшись, что в столовой есть хоть что-то из того, что мне можно.

Предстоящая встреча со Стёпой подняла мне настроение, которое до этого стремилось к нулю из-за необходимости разговора с Валетовым. Опять будет трястись и говорить, что это я во всём виновата. Хоть бы опять про склад ныть не начал. Но тянуть смысла не имело, так что я решительно поднялась и сказала искину:

– Скреп, бери лавкузеры и пошли выяснять отношения с моим бывшим, хе-хе, начальником.

Херакл послушно взялся за шоппер с уву, в который я запихала свою вчерашнюю добычу. Нет, я могла дотащить её и сама, благо, небольшая. Но образ надо поддерживать. Красивые хрупкие дамочки с маникюром не носят тяжестей. Да и вообще стоящий за плечом Херакл с его умением злобно суживать пиксельные глаза – это шикарный аргумент в споре.

Так парой мы и ввалились в кабинет к Валетову, не озаботившись предупреждением. Мой бывший начальник глянул на нас и дёрнул кадыком. Лицо его разом приняло то выражение, с каким ожидают мерзейших новостей. Интересно, это опыт или реакция на меня?

Я села на стул для посетителей, не дожидаясь приглашения, и уставилась на Валетова обвиняющим взглядом.

– Нагибко, вы чего сюда заявились? – откашлявшись, все-таки перестал морозиться мужчина. Обитал он в таком же прозрачном кубе, и сейчас сотрудники нет-нет да поглядывали на наши суровые рожи.

– Затемните стёкла, – потребовала я и чисто из вежливости добавила: – пожалуйста.

Валетов покосился на Херакла, но потом всё же решительно добавил стенам матовости. Мне даже показалось, что я услышала чей-то разочарованный стон. Не, ребятки, кино отменяется.

– Скрепка, нас никто не слушает?

Скрепыш: Камеры перехватил, жучков нет, дверь закрыта.

Ага, и радио тоже сегодня не работает.

– Тогда выдай бывшему боссу нашу находку.

Херакл послушно вытащил лавкузер из сумки и положил на стол перед Валетовым.

– Знаете, что это?

И тут вдруг мой собеседник успокоился. Он что, чего-то хуже ждал? Или у него уже приготовлен ответ на это обвинение? Сейчас Валетов почти спокойно взял в руки деталь и принялся вертеть её, чуть ли не обнюхивая.

– На лавкузер похоже. Только какой-то… – он поморщился, – кустарный.

Валетов потёр какую-то бороздку на металле и вновь скривился.

– Где вы взяли эту дрянь, Нагибко?

– Эту – там, где её производят, – хмыкнула я и снова кивнула Скрепышу. Тот положил на стол второй лавкузер. – А эту – со склада. Видите разницу?

Разница, конечно, была. Деталь из коробки с готовой продукцией доработали кувалдой и наждачкой, но всё же она не дотягивала до привычного для «ЭкзоТеха» качества, как велосипед до звездолёта.

Валетов впился пальцами в лавкузер со склада и принялся вертеть его в руках. Потом поднял на меня тяжёлый нехороший взгляд и медленно произнёс:

– Вы кому-то ещё это показывали?

И сделал стены кабинета совсем непрозрачными.

Глава 6

Скрепыш: Не боись, Ася, если что, отобьёмся.

– Было бы от кого отбиваться, – ответила я ему, а вслух сказала:

– А вы в системе проверьте, сколько и кому этой дряни от «Кыйы» отправилось, и сами прикиньте количество тех, кто её видел.

Валетов приуныл, но всё-таки полез в систему, чем меня несколько удивил. С минуту в кабинете царило тягостное молчание.

– До хрена… – резюмировал он наконец.

– Вот и я думаю, что до хрена. Может, поясните, как такое вообще возможно?

Бывший начальник уставился на меня, то ли пытаясь призвать к порядку, то ли поражаясь моей наглости.

– Хороший вопрос, – пробормотал он и снова уткнулся в записи. Потом яростно тыкнул во что-то и прошипел: – Сусалев, ко мне!

Через пару минут в кабинет ввалился довольно молодой парень с взлохмаченной рыжеватой шевелюрой и короткой бородкой то же цвета.

– Скрепка, веди запись.

Скрепыш : Включил.

– А скажи-ка мне, Сусалев, – Валетов уставился на подчинённого так, что мне самой захотелось вскочить и вытянуться по стойке смирно, – по какой же это причине мы лавкузеры закупаем в каких-то «Кыйы» вместо проверенных «Чижей», а?

Парень выпятил нижнюю губу и полез в вижулик смотреть базу. Интересно, так хорошо играет или действительно не помнит товар, которым подложил компании свинью?

– А-а, – мне показалось, что на лице Сусалева отразилось понимание и даже испуг, но возможно, я выдаю желаемое за действительное. – У них дешевле и доставка меньше суток.

– А сертификаты качества у них есть? – поинтересовался Валетов.

– Ну да, конечно, – даже Сеня бы понял, что супер-сотрудник никакие сертификаты в глаза не видел. – В стартовом письме они присылали эту лабуду. Они стандартные.

– Стандартные⁈ – вызверился Валетов и подтолкнул к подчинённому оба лавкузера. – Это по-твоему, стандарт⁈

– А что это? – с детской непосредственностью спросил Сусалев. Но увидев лицо начальника, спешно добавил: – А, лавкузеры. Да-да.

– И тебя ничего не смущает, зараза? – вкрадчиво, с явственной угрозой спросил Валетов.

Сусалев заёрзал.

– Ну… то, что они у вас на столе…

– Ща там же твой труп будет, Сусалев!!! Где ты видел, чтобы оборудование для террафомирования кувалдой делали⁈ Да я тебя…

Ох… следующие минут пять, а то и больше Валетов орал так, что мне пришлось подправить восприятие звука. Есть всё-таки в жизни робота определённые плюсы.

– Скрепка, а ты умеешь реанимационные мероприятия проводить?

Скрепыш: Умею. Какую прогу надо восстановить?

– Вот эти, красные, кожаные, орущие.

Скрепыш: М-м, можно попробовать перегрузить.

– Ударным методом?

Скрепыш: Прекрасно зарекомендовавший себя способ.

– Не могу не согласиться. Но давай пока посмотрим, как этот Сусалев живёт и не возросли ли у него траты за последний год-два.

Скрепыш: Отличная идея! Это я мигом!

Что сказать? Пока на свете существуют соцсети и тщеславные дураки, расследования и правда не будут затягивать. Новая летающая машинка, брендовые вещи, курорты в роскошных отелях, девушки, девушки, девушки… М-м… на море бы я тоже съездила. Может, как закончим тут, метнёмся с Сашей куда-нибудь? Так, не отвлекаться.

Я скинула эти фото Валетову. Его чуть не порвало. Бедный мужик, наверняка тоже об отпуске мечтает. Но с «ЭкзоТехом» попробуй отлучись – вернёшься в совсем другое предприятие, ещё и место отберут.

– На какие шиши, Сусалев⁈ – орал он. – А я тебе скажу на какие! На откаты! Откаты! Вот эта поделка на коленке, – Валетов схватил один из лавкузеров и потряс им так, что парень качнулся и, может, даже убёг бы, но натолкнулся спиной на Херакла, злобно сощурившего красные глаза. Я сделала вижуликом фотку. Покажу Саше, такое выражение обоих лиц не должно пропасть всуе, – стоит не больше трёхсот килосов! Трёхсот! А за сколько мы покупаем лавкузеры⁈ За сколько⁈

– От пяти до семи тысяч, – подсказала я.

Валетов едва за сердце не схватился.

– Так не всё же мне!!! – заорал Сусалев и тут же захлопнул рот, поняв, что спалился.

Дальше мы его прессовали уже втроём. Валетов орал, Скрепыш забрасывал выдержками из законов и подсчётами компенсаций, я многозначительно хмыкала и время от времени подкидывала сведения и тому, и другому.

Вызвали Булавина. Тот прискакал с парочкой своих молодцев. В кабинете разом стало тесно.

– Ты бы один такую афёру не провернул, – протянул Демид Григорьевич, послушав и приглядевшись к Сусалеву. – Кто надоумил⁈

На парня уже смотреть было больно. Но тут жалостливых не нашлось. Благо, фоточки с будто намасленной рожей довольного Сусалева на курортах, которые себе даже начальники позволить не могли, теперь были у всех.

– Никто! Никто! Это я сам!

– Значит, организатор, – хмыкнул Булавин. – Ну да это срок больше… А ты знаешь, где сидят казнокрады?

Я про себя хмыкнула и порадовалась, что Сусалев не так уж подкован в законах, иначе бы мигом заметил передёргивание. Демид Григорьевич уверенно вёл свою партию, а я начала думать, что скандал, похоже, набирает обороты, и мне необходимо как-то грамотно из него слиться. Надеюсь, тут никто не против забрать мои лавры?

– Да я и не знаю почти ничего! – рыдал Сусалев. – Да я просто переключил контракт на эту Кыю!

– Кто тебе её посоветовал⁈ Кто⁈

– Ну мы как-то выпивали в баре… День тяжёлый, отдохнуть пошли. А там цены… А тут бьёшься, бьёшься! Э-эх! – Сусалев махнул рукой.

Я чуть воздухом не подавилась. Зарплата в «ЭкзоТехе» была вполне приличной, плюс жильё, плюс прочие бесплатные плюшки – и всё ноет! На дорогой бар ему не хватает, видите ли! Ну так если каждый день там отдыхать, то, разумеется, хватать не будет! Переработал, бедный! Обидели! Коктейльчика не дали!

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Демид Григорьевич торжествовал. В сообщении от ЧОРа, который находился в этом же кабинете, значилось, помимо прочего, где найдена мастерская по изготовлению этих поделок на коленке. А это однозначно была территория под ответственностью службы контроля. «Что, Усманов, попался, голубчик?» – кровожадно думал Булавин и продолжал методично выбивать из Сусалева данные.

– И кто-то к вам подошёл, не так ли? – вкрадчиво уточнил Демид Григорьевич. – Кто-то чужой?

– Да не, все свои. Охранник этот… как его… Лосанов! Артур! Во! Ну и…

– И? – подтолкнул его Булавин. Лосанов постоянно крутился возле Усманова. Официально замом значился другой человек, но этот Артур явно из доверенных лиц.

Дальше история развивалась по классическому сценарию. Лосанов завёл разговор о том, что на них наживаются, не доплачивают, и хорошо бы «взять своё, от них не убудет». Выявил самого заинтересованного и потом предложил ему «немного подзаработать». Сусалев шустро перезаключил контракт, и денежки пошли. Правда, девяносто процентов забирал себе Лосанов – вернее, те, кто стоял за ним, – но и менеджеришке доставалось.

Булавин подумал, прикинул, сколько у него людей, а сколько у Усманова, и понял, что этаким макаром дело может плохо кончиться для всех вовлечённых. Поэтому оставив прессовать Сусалева дальше своим парням, вышел и связался со своим приятелем в полиции. Он не позволит замять это дело. Незаконное производство, мутные личности, непонятно как попадающие на территорию компании, откат, изготовление опасных для жизни приборов… Тут, конечно, репутация «ЭкзоТеха» может пострадать… Демид Григорьевич попытался думать об этом, но внутри всё ликовало, так что размышлять получалось с трудом. Разве что хватило ума попросить приятеля делать всё тихо. Насколько это возможно.

Полиция уже мчалась.

Я выскользнула из кабинета вслед за главным безопасником и встала так, чтобы меня не было видно. А этот… позвонил в полицию! Хряяяяаааать!!! Хрять! Хрять! Хрять!

– Скрепыш, срочно оттуда, главдебилоид вызвал ментов!

Искин на моём внутреннем экране хлопнул себя по тому месту, где у него теоретически находилось лицо.

– Ща он будет заходить обратно, я придержу дверь – и ходу оттуда, ходу!

Булавин раздавал какие-то команды невидимым собеседникам, а я стояла и тряслась. Пока только мысленно, но кто там знает, как моё свежесобранное тело на этот стресс отреагирует.

– Са-аша!!! – почти заорала я в наш общий чат. – У нас ЧП!!!

Саша: Что случилось⁈

Как коротко описать всю эту ситуацию? Пока в голове роились одни маты, очень подходящие, но, увы, мало информативные. Спас Скрепка, который ёмко и быстро пересказал происходящее.

В чате воцарилось молчание. Потом Розга всё же ответил.

Саша : Ну и хрен с ним. Выползайте из кабинета и идите на своё место. Проверять Скрепыша полиция не имеет права. Он теперь частная собственность. У тебя доки в порядке. Никаких резонов даже обыскивать тебя у них нет. Попроси Валетова не упоминать тебя. Может, получится. Если нет, не паникуй, хлопай ресницами и изображай блондинку.

Я выдохнула. В целом, Рогозин прав: не будут же они меня сразу сканировать на спецоборудовании. Я отправила просьбу Валетову не рассказывать, кто на самом деле принёс лавкузеры, мол, меня не имели права пускать на склад. Надо подумать, что врать, если бывший начальник всё же проболтается… И, как Саша и сказал, не паниковать!

Наконец Булавин пошёл обратно, а я подскочила к двери. Впрочем моя помощь и не понадобилась. Скрепыш услужливо придержал дверь безопаснику, а когда взгляды находившихся в кабинете сфокусировались на Демиде Григорьевиче, закрыл её с другой стороны.

– Ходу отсюда! – я первая направилась к лестнице. Лифт могут и заблокировать. Кто знает, насколько у них оперативная полиция?

Скрепыш: Не переживай, трансляцию я перекинул на Митю. Ссылка уже в чате.

– Спасибо, – пробормотала я, напрочь забывшая про видео. После чего залезла в общий чат и уточнила:

– Саш, а может, связаться с Аркадием Петровичем? Пусть тормознёт полицию?

Саша: Меня всё устраивает. Репутационные потери, конечно, будут. Но убрать Усманова сейчас важнее.

Крис: Если передумаете, Аркадий Петрович у меня на быстром вызове.

Мы вернулись в кабинет, и тут же пришло сообщение от Стёпы.

Стефания: Ась, Василиса Ильинична сообщает, что нашу охрану мордой в пол укладывают. Ты не знаешь, в чём дело?

– Почему ты думаешь, что я знаю? – мигом преисполнилась я подозрений.

Подруга прислала мне хихикающий стикер.

Стефания: Потому что если происходит какой-то угар, то ты, как правило, или рядом, или в курсе.

– Я просто вечно влипающая в истории блондинка, – подмигнула смайликом я. – Знать ничего не знаю. Но если что, мы все законопослушные граждане и ни при каких обстоятельствах не сопротивляемся полиции. Более того, честно ей рассказываем про все косяки боссов.

Стефания: Особенно Рыбьёшека?

– Сечёшь. Рыбьёшека, Популущенкова и Усманова. Особенно Усманова.

Стефания: Оооо… это я могу. Это я так могу… Он мне столько крови попортил, что… мне срочно требуется исполнить свой гражданский долг!

– Запись сделай!

Я немного затемнила стенки своего кабинета, чтобы иметь возможность видеть своих подчинённых, а они видели виртуальные окна передо мной, однако не могли разобрать, что в них. Ведь, разумеется, ни о какой работе в этот день речи уже не шло. Видео посыпались сразу из нескольких источников. Первое, конечно же, транслировалось из кабинета Валетова. Там продолжали выбивать из Сусалева всё, что он знал и в каких ещё схемах был задействован. Потрошили как самого его, так и кьюбер с вижуликом.

– Не имеете права! – орал он, когда добрались до последнего.

– Статья шестая раздела о безопасности в трудовом договоре! Пункт двадцать восьмой устава корпорации, – бухал в ответ Булавин, в то время как кто-то из его ребят уже споро подключился к технике.

– Скрепка, а что за пункты?

Скрепыш: Да брешет он как собака. Нет в этих пунктах ничего про досмотр. Кьюбер даже ты имеешь право изучать, а вот личный вижулик – только полиция. А у него, судя по навороченности, личный.

– А ордер полиции нужен?

Скрепыш: Ордер?

– Разрешение на обыск, постановление судьи…

Скрепыш: А, понял. Нет, тут у них без этого обходятся.

– Надо будет почитать местное законодательство. А то вот так ворвутся бравые ребята в фуражках, и думай, на что они имеют право, а на что нет.

Скрепыш: : Просвещайся. Тебе полезно.

– Хамло ты, Скрепка. Как тебя только на корабле терпели? – написала я и тут же пожалела. Вопрос с прошлым искина мы ещё не обсуждали, ибо он сразу закрывался и демонстративно игнорировал все намёки на эту тему.

Скрепыш: Они были в восторге.

– Небось, исключительно мужской коллектив был, – удивившись и возрадовавшись ответу, закинула я удочку дальше.

Скрепыш: О, смотри Митя11 добрался. Сейчас будет весело.

Передо мной открылось ещё одно окошко с видео. Снимали явно с чего-то на уровне второго этажа. На дереве он, что ли? Вид был на тот барак, где делали лавкузеры. Откуда полиция знала, что искать нужно именно там? Точку я скидывала только Валетову. Он, похоже, переслал Булавину. О, вот этот парень, кажется, из безопасности.

Скрепыш: Люблю боевики.

Искин, изобразив ведро с попкорном, наблюдал, как бравые полицейские ЧОРы ломают дверь, врываются внутрь. Люди с обеих сторон что-то орали. Внутри гремело и слышались удары. Потом начали выводить работников в наручниках.

– Так, Скрепка, хватит прохлаждаться. Давай-ка быстренько соберём все данные по нарушениям по части Усманова и перешлём… эм… давай Булавину и Валетову.

Скрепыш: Анонимно?

– Разумеется, – вздохнула я. – Премии мне за это не дадут… Тут как бы по шее не дали.

На этом моменте включилось ещё одно видео. Передо мной появился некто в полицейской форме, и голос Стёпы взволнованно вещал:

– Комсдарь Усманов очень серьёзно относится к своей работе. Например, он специально сделал отдельный въезд для грузовиков с каким-то особо опасным грузом. Этот вход, он далеко от всех ворот, через которые ходят люди. Ну в целях нашей безопасности, как вы понимаете. Там только его охранники стоят.

– В спецкостюмах? Типа как от радиации? – уточнил полицейский.

– Ой, ни разу такого не видела. Но… да, наверное. К ним нас не пускают. И этот груз на обычный склад не везут. Сразу куда-то туда…

В кадре появилась рука Стёпы, машущая в направлении, откуда слышался шум.

– А ещё знаете, какая у нас система безопасности! И тут, и в ЖК. Без пропуска, им лично одобренного, никак не пройти!

Ай да Стёпа!

– И копии наших документов у него, разумеется, тоже есть. На всех. Быть такого не может, чтобы на кого-то не было. Он даже хвалился, что архив хранит в том числе и на личном сервере, мол, корпоративному не доверяет!

Скрепыш: А вот и нарушение правил работы с персональными данными…

– Хана мужику.

Скрепыш: Так, я собрал весь пакет. Осуществление незаконной производственной деятельности, организация незаконной деятельности компании «Кыйы» на территории «ЭкзоТеха», изготовление оборудования повышенной важности без соответствующих сертификатов, фальсификация сертификатов качества, коррупционные действия, то бишь откаты и сговор с сотрудниками, нарушение пропускного режима на опасном производстве и в частном ЖК, нарушения кадрового учёта и оформления персонала. Ничего не забыл?

– Напиши ещё, что эти работники – незаконные мигранты.

Скрепыш: Мы этого не знаем.

– Да уж поверь мне.

Скрепыш: Оки. Отправляю.

– Осталось крикнуть «Ложись», и будет полное сходство с броском гранаты.

Скрепыш: Ну тогда… Ложись!!!

После отправки мы со Скрепкой прильнули к трансляции из кабинета Валетова. Камера располагалась не очень выгодно – за головой сидящего за столом хозяина кабинета, так что его лица я не видела. Зато покрасневшую рожу Сусалева – отлично. Булавин расхаживал перед ним, приосанившись и явно смакуя момент.

– Я этого Усманова давно раскусил! – вещал глава службы безопасности, размахивая руками. – Теперь он у меня попляшет! Я его в асфальт закатаю! Все эти годы он мне палки в колёса ставил, а теперь – всё, конец!

Валетов рассеянно кивал, одной рукой что-то теребя на панели управления кьюбером. Я увеличила изображение и поняла, что на экране у него развёрнута почта. В которой сверху лежало письмо с пометкой «анонимный отправитель». Валетов тыкал-тыкал и наконец натыкал моё письмо, после чего завис, просматривая текст. Я прямо видела, как напрягается под пиджаком его спина. Булавин всё что-то вещал, но Валетов явно не слушал, а потом поднял голову и поманил главу СБ к экрану.

Булавин нехотя приблизился. В углу кабинета всё ещё сидел понурый Сусалев – его пока не увезли, ждали полицию. Валетов глянул на него, потом быстро создал заметку и развернул экран так, чтобы видел только Булавин. Я прищурилась – Скрепка услужливо приблизил картинку.

Валетов быстро набрал текст в заметке:

Я не знаю, откуда это прилетело. Но тут как-то слишком много всего. Представьте, какой будет скандал.

Булавин хмыкнул, создал себе вторую проекцию клавиатуры – я и не знала, что кьюберы так умеют! – и набрал в ответ:

Так хорошо, пускай скандал, вычистим всякую падаль!

Валетов замотал головой и застрочил снова:

Как бы нас самих не вычистили.

Булавин отмахнулся – жест вышел нервным, но Валетов продолжал тыкать пальцем в экран, пролистывая анонимку дальше. Потом написал ещё:

А это разве не ваша функция?

Булавин наклонился ближе, вчитался, и его лицо медленно помрачнело. Он перестал ухмыляться, выпрямился и как-то разом сдулся. Даже плечи опустились.

Скрепыш: Ой. Кажется, мы перестарались.

Я закусила губу. И правда – ой.

Валетов тем временем смотрел на начальника безопасности, подставив камере свой профиль, на котором виднелся тихий ужас. Булавин открыл рот, явно чтобы что-то сказать, но не успел.

Дверь в кабинет распахнулась без стука.

Вошли трое в строгих тёмных костюмах, с массивными вижуликами на ушах, на которых серебристо поблёскивали гербы Эрешкигали – угловатая такая корона. Лиц мужиков я не видела, только бритые затылки. Главный из затылков шагнул вперёд и коротко бросил:

– Следственная группа. Всем оставаться на местах.

Валетов вскочил, оттолкнув стул на колёсиках. Булавин попытался принять независимый вид, но вышло плохо.

– В смысле на местах? – переспросил он. – Вы кабинет не попутали?

– Мы делаем свою работу, – сухо пояснил затылок. – По этому адресу зафиксировано обращение в связи с… – он раскрыл экран вижулика, – большим количеством нарушений, начиная от трудового кодекса, заканчивая антитеррористическими законами. Следственная группа прибыла для проведения следственных мероприятий. Представьтесь полным именем и пройдите с сотрудником в переговорную для дачи показаний.

– П-простите, а мы-то тут при чём, комсдари полицейские? – залебезил Валетов. – У нас тут разбор полётов вот, с сотрудником… Это вообще отдел закупок!

– По нашим данным обращение было отослано именно из этого отдела, – отрезал затылок. – Не чините препятствий следствию, проходите, проходите.

Затылки чином помладше двинулись на Булавина.

– Это что за самодеятельность? – фыркнул Булавин. По нему было видно, что он уже далеко не так рад своей идее. – Мы сами разберёмся! У меня полномочия…

– Разберётесь на допросе, – холодно оборвал главный. – Двигаемся, не стоим.

Булавин открыл рот и закрыл. Валетова уже теснил к двери другой затылок. Сусалев изо всех сил пытался прикинуться мебелью. В итоге его оставили в кабинете, а обоих начальников развели по разным переговорным. К счастью, Скрепыш быстро нашёл мне видео из обеих.

В переговорной с Валетовым всё было предсказуемо. Он сел на стул, сжался в комок и через пять минут уже давал показания, сдавая Сусалева, Усманова, Булавина и, кажется, вообще всех, кого знал. Я начала подёргиваться, как бы и меня не слил, но было похоже, что от страха он просто забыл о моём участии. Или сообразил, что так ещё больше влипнет. Затылок слушал, не перебивая, изредка задавая уточняющие вопросы. Валетов говорил без остановки, захлёбываясь словами, и только иногда хватался за сердце.

В переговорной с Булавиным было интереснее. Его допрашивали двое – один в штатском и один в форме, с короной во всю спину.

– Рассказывайте, что вам известно о незаконном производстве.

Булавин попытался взять инициативу:

– Это всё Усманов! Я его давно подозревал! У меня есть доказательства!

– Подозревали, но не докладывали? – уточнил затылок в штатском, сверля его взглядом. Рожа у него была как есть уголовная. – А кто отвечает за пропускной режим на территории?

Булавин запнулся.

– Ну… формально Усманов…

– Формально? – перебил второй. – А вот здесь, – он ткнул в экран своего вижулика, – указано, что утверждение списков допуска – ваша прямая обязанность. Вы утверждали?

– Я… подписывал, но…

– А за мигрантов в жилом комплексе, которые пользуются льготами компании? Двести семнадцать человек, не имеющих отношения к «ЭкзоТеху». Вы знали?

Булавин побледнел. На лбу выступила испарина.

– Это… это не я… это он… я не знал…

– Не знали? – голос допрашивающего стал ледяным. – А чья подпись стоит на документах о продлении их допусков? Чья?

Булавин молчал. Он смотрел в одну точку и, кажется, перестал дышать. Тут мне уже страшновато стало за дедка – как бы кони не двинул.

Вообще, я несколько иначе представляла себе эрешкигальскую полицию. Появились почти мгновенно, причём отдельно пошли бараки штурмовать, отдельно в офис, то есть большая группа, а не один следователь. И уже вооружены свежайшей информацией – про количество юмруков, например. Рожи, как у хоккеистов, в смысле, люди явно не офисно-конторского разлива. И напор такой… Как будто за ними реально власть есть.

Но я до сих пор была уверена, что с властью на Эрешкигали жидковатко… И визит трудовой инспекции в изложении Саши это подтверждал. Так откуда тут такие кадры?.. А они точно полиция?

Я приблизила картинку и открыла поиск, сравнивая форму с официального правительственного сайта. Ну точно. Герб на вижуликах был чуть-чуть не такой: контур тоньше, внизу под короной нет полосы-пьедестала. А это значит…

– Скрепка, – позвала я тихо. – Найди Усманова. Где он?

Скрепыш: Айн момент!

Через минуту передо мной развернулось изображение из кабинета Усманова. Тот сидел в кресле, закинув ноги на стол, и лениво покручивался из стороны в сторону на пару градусов, просматривая… те же допросы, только с более низкого ракурса. Выглядел он абсолютно довольным.

– Там запись сохраняется? Отмотай на полчаса назад, – попросила я.

Картинка дрогнула и переключилась. Усманов сидел за столом, смотрел на экран, на котором выскочило сообщение. Он тут же стукнул по вижулику.

– Федя, сейчас в полицию поступил звонок. Перехвати вызов и дуй сюда. Этого старпёра пора убирать.