Текст книги ""Фантастика 2025-198". Компиляция. Книги1-18 (СИ)"

Автор книги: Игорь Семенов

Ар’Тур вздохнул. В глубине души он надеялся, что министр внезапно сообщит, что земляне, живые и невредимые, отдыхают на какой-нибудь отдаленной планете.

– Кроме того, я думаю, необходимо, начать поиски за пределами пяти галактик, – сказал Ар’Тур.

– Согласен с обоими, – заметил Брайтон. – Кто займется координацией?

– Я, разумеется! – усмехнулся Артур. – И Дер’Тан – в сотрудничестве с союзными спецслужбами.

– Хорошо, – согласился Брайтон, задумчиво глядя на старшего сына. – Чем больше ты будешь действовать, тем, по-видимому, лучше… для всех нас.

– И я приму участие в поисках, – спокойно сказал Мер’Эдит. – Ар’Тур – твой заместитель, а я – его, хоть и не гласно. И судьба землян мне небезразлична.

– И я! – Ис’Абель тоже не могла остаться в стороне.

– Возможно, это действительно дело для Древних, – улыбнулся Брайтон. И обернулся к министрам и К’Аро. – Приступайте. Только Древних я прошу остаться.

Когда за министрами и пилотом закрылась дверь, Б’Райтон внимательно оглядел своих детей.

– Отец, мы ведь спасем их? – спросила Ис’Абель. Ар’Тур посмотрел на нее. Сестра ждет поддержки, которую сейчас никто не может дать.

– Не знаю, – спокойно ответил Б’Райтон. – Но мы сделаем все возможное. А ты, Ар’Тур, если хочешь этим заниматься, научись держать себя в руках. И… Мне не хотелось бы напоминать тебе, что за Союз пока еще отвечаю я.

Ар’Тур уже в который раз до боли сжал кулаки, чтобы не вспылить. Именно глава Союза отправил землян в путешествие без всякой охраны. А он, Ар’Тур, согласился. Впрочем, его вина была больше. Это он бросил Карину на Криале. Он и сам чувствовал, что владеет собой намного хуже, чем хотелось бы. И что необходимо срочно взять себя в руки.

– Итак, у нас два основных варианта, – продолжил Б’Райтон. – Никто не знает эту расу и, по-видимому, во Вселенной появилась новая и, возможно, – враждебная Союзу и Древним раса. Базируется она не известно где, произошедшее, скорее всего, террористический акт. Мы можем ждать каких-либо требований… Однако не ясно, этот акт – инициатива всей расы или каких-либо частных лиц. А земляне, и особенно, твоя девушка, Артур, по понятным причинам, хорошие заложники, чтобы договариваться с нашей семьей.

– Да, так, – согласился Артур.

– Это первый вариант. А второй вариант? – спросил он, переводя энергию в конструктивные мысли.

– А второй вариант – все это организовано Рон'Альдом, – так же спокойно ответил Брайтон. – Он хочет использовать землян в каких-то своих целях.

– Может быть, – согласился Ар’Тур, – он ведь знает о… Наверняка много что знает! – поправился он, встретив быстрый взгляд отца, однозначно приказывающий молчать о Предсказании.

Артур внутренне поморщился. Неужели отец прав? Его по-прежнему раздражала привычка Б’Райтона списывать все на козни брата. И эта скрытность с Предсказанием, над которым только и остается, что посмеяться, не нравилась. Правда, в этот момент он был готов поверить если не в само предсказание, то в то, что кто-то мог из-за него заинтересоваться землянами. Так было хоть какое-то объяснение…

– Но зачем они ему? – удивленно спросил К’Рон. – Неужели он их убил?

– Это маловероятно, – сказал Брайтон, – убить их можно было бы и без похищения. Но, если это его работа, а неизвестная раса – его подручные, то в его планах – использовать землян в своих целях. Не исключено, что опять же для переговоров с нами…

– Но что ему нужно? – испуганно поинтересовалась Ис’Абель, словно не понимала, что на этот вопрос нет ответа.

– Ну, во-первых, я только предполагаю, что эта «акция» организована им, – ответил Б’Райтон с ободряющей улыбкой. – А во-вторых, я действительно понятия не имею, что ему нужно. Возможно – власть над Союзом. Возможно – изменение уклада жизни в Союзе. А возможно – вовлечь нас в свои игры, о которых я не имею ни малейшего представления и которыми он прославился в древние времена. Но в любом случае это очень плохо… Намного хуже, чем если земляне попали в плен к террористам, которые хотят что-либо получить от властей Союза. Их требования мы, вероятно, даже могли бы выполнить.

– Но почему это так плохо?! Как раз неизвестные террористы могут в любой момент убрать заложников, – спросил Мер’Эдит.

– Потому что, побывав у Рон'Альда – где бы он не был, – наши земляне уже не вернутся прежними, – твердо сказал Б’Райтон. Его дети удивленно переглянулись.

– Почему? – спросил Артур, ловя взгляд отца. Его бесстрашное сердце ёкнуло и ушло в пятки, как от предчувствия самой страшной, неизбежной опасности.

– Мой брат – очень сильный гипнотизер и телепат, – с напряжением в голосе ответил Брайтон. – Ему более двух тысяч лет. У него было много времени освоить подобные психологические навыки, но и сам по себе он всегда имел большие ментальные способности. Вспомните – вы ведь видели портрет в галерее Древних, – у него черные глаза, – усмехнулся Брайтон, – а среди Древних это считалось признаком мощных способностей к гипнозу. Он владеет любым гипнозом – от прямого внушения, до тонкого «манипулятивного» гипноза… Достаточно вспомнить закон об уничтожении населенных планет, который он хотел ввести. Изначально Совет был принципиально против. Но стоило ему выступить один раз, и весь Совет перешел на его сторону. Его дар убеждения очень высок. Поэтому…

– Ты думаешь, он может привлечь землян на свою сторону? – быстро спросил Артур.

– Возможно – привлечь на свою сторону, возможно – убедить в чем-то еще. В любом случае он может использовать их, причем они сами этого не заметят, – ответил Б’Райтон. – Прежними они уже не вернутся. Поэтому чем быстрее мы будем действовать, тем лучше.

– Будем надеяться, что это не он, – твердо сказал Артур, заставляя громко бьющееся сердце замедлить темп. Убеждал он больше самого себя, потому что именно это и было самым страшным. Вырвать землян из рук свирепых террористов, вырвать их, напуганных и благодарных за спасение, было бы… пределом юношеских героических мечтаний. А вот знать, что его любимую девушку может «обработать» в идеологическом плане и использовать в неизвестных целях некто, обладающий сверхспособностями, которые не снились даже его отцу, было по-настоящему страшно. И Артур, при всем его оптимизме и бесстрашии, по-настоящему боялся.

Глава 8. Интересное предложение

Проснувшись утром, Карина не сразу поняла, где находится. Медленно выплывая из сна, она долго не могла осознать, что это за место, одновременно похожее и не похожее на ее коралийскую спальню. На секунду ей показалось, что она на Земле, а все, что было до этого, просто приснилось, сейчас она окончательно очнется в своей комнате на даче и услышит радостное птичье многоголосье, льющееся в приоткрытое окно. Но окна не было, и привычной коралийской обстановки тоже не было. «Что ж я вчера натворила?!» – подумала Карина, постепенно припоминая вчерашний день. Утром произошедшее казалось нереальным. И еще более странным казалось ее вчерашнее решение поутру отправиться к Тарро, чтобы попросить совета. «Вечно я влезу куда не надо!» – подумала Карина. При первой же мысли о Тарро у нее в голове тут же возник невозможно реальный образ смуглого лица в ореоле звезд в космической темноте. Даа… Хорош образ для утра! Карина решительно отправилась в душ. Надо так надо, сама ведь вызвалась. В конечном счете, чем больше усилий она приложит, чтобы выбраться отсюда, тем легче ей будет.

Холодный душ добавил бодрости, и адреналин искорками разбежался по сосудам. Надев свой коралийский серебристо-белый универсал, Карина зашла в гостиную. Дух и Андрей с аппетитом завтракали и что-то оживленно обсуждали. Ванька и Анька, по-видимому, еще спали.

– О, Карина! Боброе утро! – приветствовал ее Дух с набитым ртом. – Яичницу будешь? Тут она есть, оказывается, представляешь!

– Конечно, буду! Доброе утро! – с улыбкой ответила Карина.

– Доброе утро, Карина Александровна! Присаживайтесь! – широко улыбнулся Карасев.

Карина заказала себе яичницу и, по совету друзей, «бодрящий Манио», заменявший тайванцам кофе.

– Ух, как вкусно! Давно с нами этого не было! – сказала она.

– Да уж… – согласился Дух, доедая порцию «земной» еды, – я вот очень люблю это дело. Мне и на Коралии такого не хватало. Конечно, все эти их фрукты, кашки, все невероятно вкусное. Но я там много отдал бы за хороший стейк или омлет. Или яичницу.

– Ага, – согласилась Карина, с наслаждением запивая хорошо прожаренную яичницу кофеобразным и невероятно вкусным манио. И добавила как можно непринужденнее, – кстати, вы заметили вчера, что этот, наш хозяин, предпочитает вегетарианские блюда? К рыбе, которой сколько угодно было, он почти не притронулся, только попробовал…

– Да, я заметил, – согласился Андрей, – он уроженец Коралии, и, видимо, как истинный коралиец, предпочитает растительную пищу.

– Да уж… – согласился Дух. – Ну что, раз мы закончили есть, я предлагаю все-таки определиться, что нам сегодня делать.

– Так мы же вчера все решили! – удивилась Карина, допивая манио. – Вы звоните Кеарре и выясняете, куда идти по поводу терраформирования, пилотирования и прочего. Анька, видимо, отдыхает или идет с Ванькой…

– А я иду к Тарро, – закончила она, стараясь, чтобы голос звучал как можно более спокойно.

– Карина, мы тут подумали… – осторожно начал Дух, – что подсылать тебя к Тарро – дурная затея… Пусть лучше Андрей пойдет.

– Да, Карина Александровна, – широко улыбнулся Андрей, – мое предложение остается в силе.

– Спасибо, Андрей, – улыбнулась Карина. – Но нет.

Дух рассмеялся:

– Да, Андрей, не удалось тебе сделать Карине предложение, от которого она не смогла бы отказаться! Что предлагал-то?

– Был у нас ночью разговор, – спокойно сказал Карасев, – что лучше я пойду к Тарро. А Карина может составить тебе компанию с терраформированием. О чем мы с тобой сейчас и говорили, Игорь Владимирович. Что так лучшее.

– Да, Карина, так, наверное, лучше, – сказал Дух, – чего-то не нравится мне уже эта идея… Да и Артур мне голову оторвет…

– Нет, я пойду, Игорь, – сказала Карина, хоть у нее буквально колени тряслись при мысли, что сейчас надо встать и выйти за дверь. На чем вся ее прежняя жизнь и закончится. И наступит неизвестно что. Как прыгнуть в бездну. Впрочем, ощущение было знакомое. Похожее чувство возникало, когда много лет назад ей нужно было впервые спуститься со скалы «парашютиком» – оттолкнуться ногами, отпустить руками веревку и полностью довериться тому, кто страховал внизу. Первый раз это было страшно, казалось прыжком в неизвестность. Но впоследствии и она, и все друзья-скалолазы с удовольствием спускались парашютиком со страховкой и разными способами с самостраховкой. Так же она попробовала отнестись и к этому, не столь уж важному и решительному прыжку. Первый раз страшно, а потом все становится привычным и простым.

– Я решила вчера, что сделаю – и сделаю, – улыбнулась она, и на негнущихся ногах направилась к выходу.

– Да стой ты, Карина! Я понимаю, что ты вроде меня: если что решила, то выпьешь обязательно! Но тут действительно опасно! – Дух попробовал остановить ее, выставив руку, но Карина ловко миновала препятствие.

– Надо, – сказала Карина, обернувшись у выхода, – и нечего волноваться. Минут через пятнадцать можете звонить Кеарре, заодно узнаете, жива ли я, – улыбнулась она.

– Карина! – Дух направился в ее сторону.

– Игорь, стой! – Андрей встал перед Духом. – Пусть Карина сделает, как решила. Если что – будем разбираться все вместе. А это ее выбор.

– Спасибо, Андрей! – поблагодарила Карина Андрея за неожиданную поддержку и добавила прямо у двери:

– И не волнуйтесь за меня, отзвонюсь, как только смогу. Сейчас он отправит меня к нужным специалистам, и никакой опасной разведдеятельности не потребуется. Так что все в порядке.

Дверь плавно открылась. Спустя один шаг, похожий на тот толчок ногами от скалы много лет назад, она оказалась в коридоре. «Седьмая дверь направо от ваших апартаментов, – припомнила Карина. – Ну что ж, вперед. Главное – никаких звезд… Спокойный вежливый разговор, в лицо не смотреть, все по делу… Когда привыкнешь – подумаешь, как разговорить его, чтобы что-то выведать… А пока просто держать себя в руках, поменьше смотреть ему в лицо, говорить спокойно…» Да какое уж тут спокойно! Если сердце камнем валится в пятки и стучит где-то там!

К счастью, в коридоре было пусто, можно было сориентироваться. И приглядеться, не вышел ли за ней неугомонный Дух. Но, видимо, слова Андрея, его остановили. Раз, два, три… – Карина отсчитывала двери справа. Коридор плавно изгибался налево, и к моменту, когда она насчитала пятую дверь, было пройдено уже больше сотни метров. «Уф! – подумала Карина. – Успокойся, сейчас как на экзамене. Пять минут позора и неловкости, что я пришла непонятно зачем. И он отправит меня к каким-нибудь специалистам». Постояв немного в коридоре, она даже убедила себя в этом и очень быстро оказалась возле седьмой двери. Дверь была, как ни странно, приоткрыта…

Карина остановилась и тихонько сделала то, чего больше всего хотелось – заглянула в щелку. За большим столом эргономичной формы лицом к входу сидела Кеарра в зеленом платье с еще более откровенным, чем вчера, декольте и красила ногти. Погружала пальцы один за другим в небольшой аппарат и, когда доставала оттуда спустя пару секунд, ногти становились разноцветными. Как разглядела Карина, один ноготь стал зеленым, второй – черным, третий – оранжевым… Кеарра подняла руку и полюбовалась. «Тьфу! – подумала КАрина. – Она же на работе! Интересно, шеф уехал, что ли, раз она развлекается? Или она всегда так, когда срочных дел нет… Сидит тут, красоту наводит… Перед начальником». Но Кеарра была знакомая и нестрашная.

– Карина Ландская! – произнесла Карина, глядя в экран на полуоткрытой двери. Дверь моментально отъехала в сторону, и Карину встретила широкая профессиональная улыбка Кеарры. «А я ведь сейчас могу все с ней обсудить, – подумала Карина, – последний шанс». Но внутренне собралась. На самом деле ей было даже любопытно, как ее встретит Тарро и возникнут ли снова какие-нибудь «спецэффекты».

– Арра Карина, приветствую вас, – произнесла Кеарра, слегка привстав, и по тайванской традиции немного поклонилась. Карина повторила поклон.

– Вы к Тарро или ко мне?

– Я к … Тарро, – произнесла Карина, подумав, что, возможно, она все-таки делает глупость. А теперь все шансы упущены…

– Одну минуточку, – снова улыбнулась Кеарра, – проходите, – и указала ей на дверь в левом углу. Карина словно во сне пошла в указанном направлении. Она думала, что сейчас Кеарра «позвонит» начальнику в кабинет и назовет ее, Каринино, имя. Однако дверь просто отъехала в сторону, и Карина автоматически сделала шаг внутрь небольшого кабинета с несколькими столами, старомодными лампами и не известной ей аппаратурой.

По-видимому, местный правитель в этот момент собирался выйти: он встал из-за стола и направился в сторону двери. То есть Карины. Тарро остановился в паре шагов от нее. Сердце заколотилось, как будто она совершила преступление, и ее застукали.

– Карина, приветствую тебя, – глядя на нее сверху вниз, спокойно сказал Тарро. Карина так никогда и не узнала, почудилось ей или в спокойном голосе прозвучала неуловимая нотка удивления. Ее разум буквально снесло от ощущения упругой силы и векового спокойствия, исходившего от него, и она почувствовала на себе внимательный глубокий взгляд черных глаз. «Только не смотреть ему в лицо!» – отчаянно подумала Карина.

– Доброе утро, – сказала Карина, старательно скользя взглядом по полу.

– Чем обязан? – Карина, не поднимая головы, ощутила, что он улыбнулся. Больше всего на свете ей хотелось увидеть эту улыбку, но чувство самосохранения подсказывало, что лучше этого не делать. Но и пялиться в пол, когда разговариваешь с человеком, было неприлично. Она аккуратно, не вглядываясь, скользнула глазами по его лицу и остановилась взглядом в районе плеча. Одет он был все в тот же черный универсал, причем именно универсал, а не похожий на него местный костюм. Грация в обтянутой черным фигуре сочеталась со сдерживаемой силой, сложен он был прекрасно. Не такой крупный, как Артур, но еще красивее…

– Я … э… Вчера ты говорил, что нам лучше всего заняться делом. Вот я и хочу это сделать. Только я … э… не знаю, чем бы я могла заняться на Тайвани, – сказала Карина и неожиданно почувствовала себя ребенком, пристающим к взрослому с просьбой поиграть с ним. Одновременно она все же похвалила себя – объяснение получилось почти что связное, несмотря на волнение. И как раз такое, как она планировала. Только вот говорить, не срываясь голосом в его присутствии она не могла.

– Понятно, – сказал он, продолжая пристально смотреть на нее, – я собирался прокатиться. Ты можешь составить мне компанию, и мы поговорим, чем бы ты могла заняться на Таи-Ванно.

От неожиданного предложения и внимательного взгляда комната, как и вчера, поплыла перед глазами, и даже мелькнуло несколько звездочек.

– Я … эээ… Да, конечно, спасибо, – сказала Карина, чувствуя, как земля уходит из-под ног и контроль над ситуацией теряется окончательно.

* * *

Трое Древних стояли на высоком утесе, с которого открывался вид на острые скалистые горы. Дул сильный ветер, и в его потоках, словно играя и танцуя, проносились великолепные большие животные с вытянутой головой и мощным чешуйчатым телом. Драконы были разные, побольше и поменьше, черные, темно-синие или зеленые, коричнево-золотые. И необыкновенно красивые, завораживающие сочетанием мощи, великолепия и хищного изящества.

– Они прекрасны! – восторженно сказала Ки'Айли и добавила:

– Жаль только, что эти драконы просто животные. Наверное, Настоящие драконы еще великолепнее…

– Да, Настоящие драконы еще величественнее и прекраснее, – ответил Рон'Альд. – Но на Настоящем драконе так просто не покатаешься. Если только по делу. Или их можно подговорить на хулиганство, какую-нибудь необычную выходку. Например, пронестись над городом во время праздника, вселяя страх в горожан. Они ведь убеждены, что основная цель всех драконов пожрать их самих, всех их близких и сжечь все имущество.

– Ты пробовал? – рассмеялась Ки'Айли. – Подговаривал Настоящих драконов на шалость?

– Да, такое было пару раз. Впрочем, драконы и сами не прочь пошутить, – усмехнулся Рон'Альд. – Настоящие драконы – мудрые, проницательные существа с длительным сроком жизни. А чувство юмора скрашивает их долгий век. И они действительно великолепны. А представь себе, какими были Истинные драконы…

– Не представляю! – сказала Ки'Айли. – Конечно, в замках уалеолеа есть старинные фрески с их изображениями, я их видела, как и все. Но, глядя на этих тварей, понимаю, что если так хороши просто животные, дикие драконы, то эти изображения ничего не передают!

– Да, – согласился Рон'Альд, – теперь мы не сможем узнать в точности, какими они были. С их ухода прошло около пятидесяти тысяч лет, сейчас остались только легенды уалеолеа и смутная ностальгия в сердцах Древних. Ки'Айли, выбери себе дракона, какой тебе нравится?

Эл'Боурн внутренне поморщился – его начинало раздражать, что Рон'Альд берет на себя инициативу. Он и сам прекрасно мог научить девушку летать на драконе. Но он понимал, что, как телепат, Рон'Альд – истинный специалист по драконам и легко найдет общий язык с любым из них. Сам Эл'Боурн никогда не летал на Настоящем драконе, даже мечтать об этом не осмеливался. А такого вот простенького, дикого дракона, в первый свой опыт просто поймал веревочной петлей и усмирил, как необъезженную кобылицу. В те времена у Эл'Боурна, который не был силен в телепатии и прочих ментальных штучках, не хватало умений даже чтобы призвать дикого дракона. Однако с тех пор прошло много времени, и полеты на диких драконах он освоил прекрасно.

– Вот тот, коричневый, – девушка кивнула, глядя между двумя пиками, где из расселин поднимались в воздух пять драконов.

– Прекрасный выбор. Попробуй сконцентрировать внимание на нем, обратись к нему, скажи, что он тебе нужен. В идеале нужно установить ментальный контакт с драконом, ощутить связь с ним как соединяющую вас ниточку. Так удобнее всего управлять драконом, он ощущает все нюансы твоих приказов, да и ты тоже можешь чувствовать его реакцию, настроение, желания. Но это необязательно. Когда полетишь, ты увидишь, что, даже если ты не слышишь его, он все равно слышит твои приказы. Только отдавай их как можно более четко. Эти драконы всегда подчиняются Древним. Сейчас я вызову дракона себе, и, если что-нибудь не получится, призову дракона и для тебя.

– Я постараюсь справиться сама! – улыбнулась Ки'Айли.

Первым к утесу приблизился большой исчерна-синий дракон, вызванный Рон'Альдом, вслед за ним зеленый, выбранный Эл'Боурном. Девушка стояла, внимательно следя взглядом за коричнево-золотым драконом, в очередной раз промчавшимся мимо. Между бровей пролегла складочка. Ки'Айли была Предсказательницей, а не телепатом. Девушка следила за драконом, стараясь призвать его к себе, а двое мужчин смотрели на нее, терпеливо ожидая результата. Два их дракона приземлились слева и справа, и, повинуясь Древним, так же терпеливо ждали. Наконец, золотистый дракон повернул голову в сторону Древних, а затем устремился к утесу. На лице Ки'Айли был написан полный восторг.

– Получилось! – по-детски обрадовалась она.

– Молодец! – похвалил ее Эл'Боурн, любовавшийся Предсказательницей, чем бы она ни занималась. – Теперь делай то же самое, просто говори в голове дракону, куда повернуть или что делать.

– Или, что еще проще, поначалу просто скажи ему лететь за нами, за другими драконами, – улыбнулся Рональд.

* * *

Коричнево-золотой дракон приземлился рядом с собратьями. Ки'Айли подошла к большой голове, с которой на нее смотрели огромные, прищуренные золотые глаза со зрачком, по форме напоминавшим песочные часы. Ки'Айли ощущала, что едва заметно касается разума дракона. Едва заметно – для нее, дракон же, вероятно, ощущал эту связь в полной мере: во взгляде, сфокусированном на Ки'Айли, напряжение сочеталось с покорностью, и, как ни странно – легкой симпатией. «Дикие твари почему-то считают нас хозяевами – подумала Ки'Айли – хозяевами, которые приходят иногда, и ненадолго нарушают свободное течение их хищной жизни. Хозяевами, которых они, возможно, ждут». Девушка погладила голову дракона над выпуклыми ноздрями, ощущая его горячее дыхание. Затем коснулась рукой длинной шеи, переходившей в мощное туловище. Чешуя дракона оказалась приятной на ощупь. Ее нельзя было назвать мягкой, прочная и твердая, как броня, она была гладкой и упругой. По едва уловимой ниточке протекло сладкое, тонкое, легчайшее удовольствие. «Ему нравится!» – обрадовалась Ки'Айли.

* * *

– Ну что ж! Полетели! – рассмеялся Эл'Боурн, ловко вскочил на своего дракона и устроился в переходе от тела к шее животного.

– Сидеть действительно удобнее всего именно там, – сказал Рон'Альд, протянул руку девушке и помог сделать первый шаг на лапу дракона. Пустая галантность, но все же… Эл'Боурн опять внутренне поморщился – ему самому это в голову не пришло…

* * *

Темно-синий, а за ним зеленый драконы взмыли в воздух. Ловко держа равновесие, Ки'Айли удобно устроилась между шеей и туловищем дракона, ощутила тончайшую нить связи с его разумом и приказала своему коричнево-золотому «коню» следовать за темно-синим. Дракон, словно этого и ждал – взмыл над утесом, и в ушах засвистел ветер.

Это было невероятно! Это было восхитительно! Ки'Айли уперлась руками перед собой, сжимая ногами шею животного, чтобы лучше держаться, наклонила голову и приказала дракону лететь быстрее. И догнать темно-синего дракона. Азарт радостно пел в душе.

* * *

Эл'Боурн умело направлял дракона между скал, взлетая то выше, то ниже, играя с ветром. Восторг полета, привычный по всем вылазкам в этот мир, резал душу, танцевал в сердце. Эл'Боурн поднялся выше скал, под облака, где пронзительный ветер смешался с парообразной влагой. Поймав глазами Ки'Айли на золотистом драконе, он махнул ей рукой, указывая вверх, искренне надеясь, что девушка разглядела и поняла его знак. Затем он направил дракона еще выше, сквозь облака. Зверь был не рад такому повороту событий, облачная сырость ему не нравилась, но послушно несся все выше и выше.

Когда полоса облаков осталась позади, всадник на драконе полетел медленней. Здесь сияло солнце, и белая перина облаков застилала ясное голубое небо. Эл'Боурн ожидал, что девушка поднимется вслед за ним – ничего опасного в этом не было, а желание полететь выше было естественным для новичка. Но Ки'Айли не появилась. Эл'Боурн любовался на сияющее солнце, которое хотел разделить с ней, вздохнул и направил дракона вниз, прорезая облачный туман. Опускаясь ниже, он ощущал, как сердце, словно по ступенькам, тоже спускается вниз.

Внизу золотистый дракон нагнал темно-синего, поднялся чуть выше, пролетел между двух скалистых утесов и обогнал его. Темно-синий рванул вниз, ловко пролетел в скальную арку над пропастью и, взмывая вверх, резко обогнал золотистого. Золотистый, словно партнер в танце, приблизился вплотную и резко, неожиданно спикировал вниз, после чего вынырнул перед носом синего. Синий метнулся вправо, а затем повторил маневр золотого. Они играли в воздухе, они танцевали… Два всадника, два Древних на драконах.

Глядя на них с высоты, Эл'Боурн понял, что безнадежно отстал… Даже если он сейчас нагонит двоих, что кружились и танцевали теперь уже над широкой гладью темного моря, он все равно навсегда отстал от них. Ему никогда уже их не догнать.

* * *

Облака сгустились тонкой синей полоской на горизонте, а небо над морем было совершенно чистым. Древние решили дать драконам возможность отдохнуть и непринужденно болтали, сидя на приморской травке. Соленый воздух щекотал ноздри, драконы красиво кружились над морем, продолжая свой танец. Пикировали вниз, хватая из моря больших серых рыбин, и, приземлившись неподалеку, быстро расправлялись с ними.

– Интересно, а в этом мире когда-нибудь были драконьи всадники? – спросила Ки'Айли.

– Думаю, нет, – уголком губ улыбнулся Рон'Альд. Он лежал, опершись на локоть, задумчиво жевал травинку и внимательно смотрел на девушку. Впрочем, в этом взгляде невозможно было прочитать, заинтересовала ли его Ки'Айли как Предсказательница, как необычный Древний или действительно понравилась как девушка. Эл'Боурну казалось, что она всем нравится, поэтому ему было сложно представить, что это не так.

С момента приземления он немного успокоился. Никаких знаков, что между его спутниками происходило что-либо, выходящее за рамки совместного времяпрепровождения и взаимного интереса недавно познакомившихся людей – не было. А прочитать правду в черных глазах Рон'Альда было невозможно. Только искреннее внимание к собеседнику, такое же, какое он проявлял и к Эл'Боурну. К тому же гонку на драконах затеяла сама девушка. Впрочем, учитывая ее веселый нрав, это тоже ни о чем особенном не говорило. Разумные рассуждения успокоили противное, саднящее чувство у Эл'Боурна в груди.

– Но в этом мире есть легенды о всадниках, – продолжил Рон'Альд. – Из-за нас. Этот мир так популярен среди Древних, что, конечно, время от времени местные жители видят всадников на драконах. Только им и в голову не приходит, что это просто наше развлечение. По их мнению – я однажды разговаривал с местными – мы посланцы их богов, а то и сами боги. В точности они не знают. Но появление всадника в небе рассматривается как предзнаменование перемен. А вот что за перемены – к лучшему или к худшему – они определяют по цвету дракона, – Рон'Альд улыбнулся. – Мой темный дракон служил бы предзнаменованием бед. Зеленый Эл'Боурна мог бы трактоваться в любую сторону. А твой, золотистый, Ки'Айли, и прекрасная всадница на нем знаменовали бы наступление золотого века для местных.

Ки'Айли рассмеялась:

– Может, мне промчаться над местными поселениями, вселяя в жителей веру в светлое будущее?!

И помрачнела:

– Но, пожалуй, не стоит вселять пустые надежды… Или становиться вестницей зла. На самом-то деле ничего хорошего в ближайшее время их не ждет… Войны, эпидемии, запустение…

– Ты видела их будущее? Прямо сейчас? – удивился Эл'Боурн, он грелся на солнце, растянувшись на траве. Ки'Айли же сидела, скрестив ноги, так что ей было удобно наблюдать и за драконами, и за своими спутниками.

– Да, немного… В подробностях я не смотрела. Ничего приятного там нет, а вмешательство вряд ли будет позволено.

– Сочувствую, Ки'Айли, – неожиданно серьезно сказал Рон'Альд, – вероятно, нелегко регулярно видеть подобные картины. Ведь будущее приносит не только светлые и радостные моменты. А чужие трагедии могут быть мучительнее своих, особенно при невозможности вмешательства.

Ки'Айли внимательно посмотрела ему в лицо.

– Спасибо, – с улыбкой сказала она, но Эл'Боурн заметил, что зеленые глаза оставались серьезными, – и так же, я думаю, не всегда приятно знать, о чем думают разумные существа. Не все мысли исполнены красоты и благородства.

– Спасибо, – с серьезной проникновенностью ответил Рон'Альд. И Эл'Боурн опять ощутил, что выпадает из их общества. Словно они были инопланетянами, встретившимися далеко от родины, а он – простым местным жителем, и сколько бы ни старался, но, даже говоря на их языке, он останется чужим, иным, не таким, как они.

* * *

Золотой диск солнца, огромный, намного больше коралианского, начал медленное движение вниз, туда, где его ожидала темная бездна моря. Древние смотрели, как в первых закатных лучах, в медленно темнеющем сиреневом небе драконы продолжают свой танец: приземляются, взлетают, пикируют в море, поднимаются ввысь. Глядя на их необычную, отблескивающую светом легенд и преданий древнюю красоту, хотелось молчать. Трое Древних смотрели на нее и думали каждый о своем. Но оба мужчины видели на фоне этой красоты еще одну – задумчиво-прекрасное лицо молодой Древней, неожиданно спокойное, светящееся изнутри, проницательное, тонкое.

Неожиданно золотистый дракон взмыл вверх, развернулся на юго-запад, пронесся над их головами и скрылся в ближайшем ущелье.

– Мы два идиота! – расхохотался Эл'Боурн. – Никто не сказал тебе, что нужно приказать дракону не улетать далеко и явиться по первому твоему зову!

– Да уж! – усмехнулся Рон'Альд. – Если хочешь, я могу вернуть его обратно. Либо, что намного проще – ты можешь лететь со мной. Или с любым из нас, – Эл'Боурну, показалось, что брат специально поправился. – Кстати, нам, пожалуй, пора.

«Невероятно, – подумал Эл'Боурн, – ну почему я сегодня все время опаздываю!». Конечно, он тоже хотел предложить девушке лететь с ним! Но почему, почему не сказал это сразу! Почему все приходит ему в голову на долю секунды позже, чем это сделает или произнесет Рон'Альд! Притом, что для него это важно, а брат, наверняка, всего лишь проявляет вежливость и галантность. Что происходит! Почему он, опытный военный, умелый Хранитель, постоянно теряет контроль над происходящим, оказывается в стороне?! Это было мучительно осознавать. В области солнечного сплетения снова закрутилась спираль сомнений и гадкое предчувствие, что все его подозрения могут оказаться правдой. Разумные размышления говорили одно, факты, тонкие факты, сочащиеся через весь сегодняшний день – о другом.