Текст книги ""Фантастика 2025-198". Компиляция. Книги1-18 (СИ)"

Автор книги: Игорь Семенов

Глава 54

Я остановился напротив него.

– Геард, ты знал, да? Все знал? – спросил я его, глядя в глаза. Сверху вниз – я был выше даже этого дракона. Одновременно проник в его разум. Да, он знал. Знал все эти годы, что был при мне. Хорошо скрывал, вел себя безупречно, так что мне не приходило в голову взломать его разум.

И, судя по всему, у него была дополнительная защита, поставленная нашим с Роларом отцом.

– Я знал, милорд, и берег вас, как мог, – спокойно ответил Геард. – Послушайте меня…

– После этого ты хочешь, чтобы я прислушался к твоему мнению? – рассмеялся я. – Мне следовало бы казнить тебя. Просто сжечь на месте! Ты делал вид, что преданно служишь мне, а сам был нянькой, приставленной моим отцом. Интересно, к Ролару он тоже кого-то приставил?

– Нет, Рокард, – Геард вдруг словно стал выше ростом, плечи его расправились.

– Ваша мать часто являлась к нему и наставляла. Этого было достаточно. Иногда появлялся и я… вместе с ней.

– Отец?! – я замер, наблюдая, как внешность смотрителя гарема искажается. Темные волосы становятся гуще и длиннее, острые черты лица обретают твердость. Глаза увеличились в размере, разрез стал более миндалевидным. Морок рассеялся, и проявилось истинное обличье. Но я знал, что это не было мороком. Отец владел древней магией изменения внешности, он менял свое тело по-настоящему.

– Да, я, сын, – ответил мой отец Вайрин.

Я вновь расхохотался, сильно, позволяя всему этому безумию, всей этой фантастической нереальности происходящего выплеснуться из меня.

– Успокойся! – твердо произнес он. И как в детстве, слово отца возымело действие. Мой смех угас.

– И это ведь ты позволил отравить эту девочку? – спросил я. – Думаешь, я прощу это? Зачем тебе это было?

– Чтобы расставить все по своим местам. Аленор должна была пройти испытание с твоим братом, и все это должно было закончится… Они должны были улететь, провести границу между прошлым и будущим.

– Да, и закончилось бы, если бы у меня не хватило ментальной силы уловить образы из памяти Ролара и своей памяти. И если бы не хватило мозга соотнести все… Знаешь, отец, я ведь даже начинаю помнить, как все это было… Как мы жили все эти годы. Этого ты не учел! Что один из твоих сыновей все поймет…

– Я надеялся, что это не случится. Но ты всегда был более… сообразительным. Что ты хочешь делать, сын? Позволь мне помочь тебе…

– Теперь нет – не позволю, – усмехнулся я. – У меня свой путь, не стой на нем.

– Послушай, Рокард, – Вайрин с пониманием посмотрел в мое лицо. Захотелось доверить все ему, сделать, как говорит отец. Но нет… Это Ролар так почитал родителей. Я – нет. Я всегда был слишком самостоятельным. А теперь я и вовсе лишний. – Послушай, – повторил он. – Сейчас ты хочешь рвать и метать. Ты хочешь… Я боюсь даже предположить, что ты собираешься сделать. Но помирись с братом по-настоящему. Вам теперь нечего делить. Сейчас все может хорошо закончится. Ты можешь помириться с ним, а здесь тебя дождется эта девочка, что стоит за дверью и прислушивается к нашему разговору. Помирись и не взваливай на Ролара это знание. Оставь его себе. Ведь теперь это все неважно.

Я задумчиво посмотрел на него. Если отринуть остатки гордости, то отец прав. Сейчас есть шанс на «счастливый конец» всей этой истории. Я могу сохранить свое государство, остаться с Мирейей. Править и жить… долго и счастливо. Оставить Ролару его страну и Аленор.

Только сердце в груди подсказывало, что я не могу пойти на этот счастливый конец. Он будет счастливый для всех. Только не для меня. Либо судьба поможет мне, и случится чудо…

– Хорошо, отец. Я оставлю ему неведение, – ответил я. – И прошу… Если я не смогу… помириться… сотри память этой девочке. Пусть она не страдает по мне. Пусть помнит что-то простое, светлое. И выдай ее замуж за хорошего человека… Она заслужила.

Я отвернулся и пошел по коридору.

– Стой, Рокард! – раздался властный окрик отца. Слово родителя должно было остановить меня, и я остановился. Оглянулся. Он быстро шел ко мне.

– Я не позволю тебе навредить ни им, ни себе! – сказал отец.

– Не сможешь, – усмехнулся я. – Я сам решаю и сам отвечаю за свои решения.

Мой отец силен ментально. Очень силен. Ментальная сила и навык ее использования растет с возрастом. Да и наш род всегда был одарен в этой сфере. Но я не зря считался сильнейшим менталистом. Отец силен, но не сильнее меня.

Я ударил так, чтобы не навредить ему по-настоящему. Просто лишить сознания на некоторое время, пока я выйду и улечу.

Когда его тело обмякло, я поймал его и устроил у стены. Усмехнулся. Истинный правитель драконов, Вайрин Мудрый сидит без сознания, прислонившись к стене, пока его сын идет к своей судьбе.

Грустно. Смешно.

***

Аленор

– Приземлись, пожалуйста, – попросила я, увидев внизу красивую долину между горами. – Нужно поговорить, а в полете… Я слишком увлекаюсь полетом.

Ролар вздохнул.

– Знаешь, хотел бы ответить, что у меня все под контролем, и продолжить полет… Но Рокард прав, в тебе велика сила Повелительницы. Мне сложно устоять перед этой просьбой…

– Ну так и не нужно! – рассмеялась я. – Как я поняла, для дракона счастье исполнять желания своей Повелительницы!

– На ком я женюсь! – со смехом ответил Ролара мысленно. – И это ты еще не инициирована до конца!

Плавными кругами мы стали спускаться в долину, и вскоре я сбежала вниз по драконьей лапе, а Ролар принял человеческую ипостась.

Я села в высокую ароматную траву, усыпанную ярко-красными цветами, и пригласила Ролара устроиться рядом. Ощутила, что этот ароматный луг и мое присутствие на нем, настраивают его вовсе не на разговор. Что тугие волны сладкого ароматного желания начинают расходиться от моего дракона. Да и меня захватывает эта истома.

– Ты сама выбрала место, – усмехнулся Ролар. – Что ты хочешь знать? – он выдохнул, ослабляя накатывающие чувства.

– Да все! И одну очень важную вещь…

Ролар снова вздохнул, лег на спину, закинул руки за голову и собрался рассказывать. А мне захотелось сесть на него верхом, приникнуть к губам…

– Перестань думать об этом, Аленор! – взмолился дракон. – Ты сама захотела сначала свадьбу… И вообще… у нас мало времени на… разговоры. Ваш Виньялли очень любопытный экспериментатор. Как бы не запустил артефакт ради научного опыта…

– Не запустит, – ответила я. – Он еще и политик. И знает, как вести себя в вашей… игре. Итак…?

Ролар рассказал мне все. О том, как драконы Рокарда преследовали его, как он петлял и сражался. О том, как появился сам Рокард, и попробовал подчинить его ментально. И как он увидел внизу легендарный Лабиринт и решил совершить то, чего не делали прежде. Укрыться там, в надежде, что Рокард не последует за ним.

Брат не последовал… Он запер Ролара Лабиринте.

Впрочем, вкратце я обо всем этом догадывалась. Куда неожиданнее было появление герцога в Лабиринте, их договор с Роларом. И план «игры», который они продумали и быстро воплотили в жизнь. Герцог с артефактом и частью военного гарнизона Ролара отправился к границе с угрозами и требованиями. А Ролар ухитрился пробраться во дворец брата как раз в нужный момент.

А вот к отравлению Мирейи Ролар и герцог не имели никакого отношения.

– И что ты собираешься делать?! – я впилась взглядом в его лицо. – Где ты теперь возьмешь сердце для герцога, если твоего старого нигде нет?

В глубине души я уже знала, что собирается сделать Ролар. И это не просто будило волнение. Это убивало.

– Ты знаешь, что, – твердо ответил Ролар. – Я не хочу убивать брата, а других врагов у меня нет. Ты один раз вырастила мне сердце, сможешь и во второй раз. Тем более, что в тебе живет сила Повелительницы…

– Да нет же, Ролар! – я вскочила на ноги. – Так нельзя! А ты подумал, что будет, если не получится? Если я не смогу дать тебе новое сердце во второй раз?!

– Тогда я умру, – спокойно ответил Ролар и тоже поднялся на ноги. – А что еще ты предлагаешь? Убить ни в чем неповинного дракона? Или сражаться с Рокардом, которого мы и так загнали в угол – причем с неизвестным результатом, ведь он все еще очень силен. Или, может быть, искать старые сердца, вырванные когда-то? Насколько я знаю, их нет… Любое сердце дракона в древности сжигалось, чтобы не попало в неосторожные руки. А в наше время сердце не терял никто, кроме меня… Аленор, у нас нет другого выхода. Мы должны рискнуть… И я верю в твои силы… Ты воскресила меня тогда – воскресишь снова!

В янтарных глазах горел такой уверенный огонь, такая вера в меня, что мне показалось, будто горячая нить пробежала от его глаз к моим и в меня вливается его твердость духа, его бесстрашие, его… жертвенность, в конце концов.

Но я не могу его потерять снова! А может, не получится! Ведь все это… так тонко. Один раз я смогла неведомым мне образом вырастить сердце. А если нет? Если с одним драконом подобное может произойти один раз…?

– Ролар, – покусав губу в раздумье, сказала я. – Давай по-другому. Ты… возьмешь сердце у одного из своих подданных, я уверена, герой-доброволец найдется, если ты хороший правитель. А я выращу ему новое сердце.

– А если не получится, Аленор? – сказал Pop. – Между нами с тобой связь, возможно… мы все же истинная пара – этого никто не знает. Все это… помогло тогда. А сможешь ли ты вырастить сердце чужому дракону? Тем более сейчас, когда еще не вошла полную силу…

Что ж… Я подняла голову вверх и рассмеялась. «Что помешает ему взять тебя в ближайшем поле!?» – вспомнились слова Рокарда. А что помешает мне?! Старые принципы, то, чему учит человеческая культура? Собственные правила? Не уместная сейчас гордость графской дочки?

Ситуация изменилась, и я должна измениться…

Я должна стать Повелительницей. Должна стать собой.

– Что ж… – сказала я Ролару. – Тогда нам нужна полноценная Повелительница. У кого бы мы ни взяли сердце, так риск намного меньше. Ты знаешь, что нужно для этого… – глаза Ролара блеснули, обожгли меня. А я сделала шаг к нему, словно говоря этим: разбей, убей это расстояние, как тогда на крыльце охотничьего домика. – Возьми меня, Ролар. Здесь, сейчас. Ни секундой позже…

Расстояния не стало сразу. Горячая рука обхватила мой затылок, другая отчаянно обвила талию, дыхание дракона обожгло сладко и остро.

– Уверена? Ты хотела… – прошептал он.

– Да, хотела… Но есть вещи поважнее традиций… Хотя бы то, что я люблю тебя… Ах…х… – то ли прошептала, то ли простонала я в ответ и ощутила, что мы клонимся вдвоем в ароматную сочную траву.

Ураган, творимый обжигающими губами, захватил меня, и мир исчез.

Глава 55

То, что произошло на поле, усеянном алыми цветами, в высокой траве, пахнущей морем и страстью, останется между нами. Я сохраню это в душе, разделю лишь с ним. Потому что это был целый мир на двоих, возможный только когда мы вместе.

Я изменилась? Наверно. Наверное, когда мой дракон обрел меня, а я – его, сила Повелительницы вошла в полное русло, стала подобна реке, чьим течением я могу управлять.

Но мы ощущали лишь, что единство между нами стало глубже, сильнее, слаще. Словно мы вдвоем падали в бесконечный черный космос и чувствовали при этом блаженство – одно на двоих. Связь стала такой, какой должна была быть, – крепкой, глубокой, понятной.

Не знаю, так ли чувствуют себя Жемчужины со своими драконами. По сути, теперь энергетически я стала не только Повелительницей, но и Жемчужиной Ролара. Он обрел во мне то, что хотел обрести Рокард, – личную Повелительницу, ту, что повелевает, и ту, что верна и преданна.

Но мы не думали об этом. Мы были просто вместе. Неважно, какую природу имела наша связь. Важно, что она выросла из тех чувств, что родились на поляне возле охотничьего домика, что зрели и подвергались испытаниям в разлуке и наконец сейчас раскрылись до конца. А все испытания и ритуалы – лишь следствие. Ведь я никогда не пошла бы на это, если бы рядом был не любимый, а другой дракон.

– У нас очень мало времени… – с сожалением сказал Ролар, целуя меня в темечко. Моя голова лежала на его обнаженной груди, а вокруг, чуть лаская нас, шелестела высокая трава. Замереть в этом сладком мгновении, не спешить никуда. Но мы знали, что еще не все задачи решены.

– Да, я понимаю, – я потянулась, прильнула к нему напоследок всем обнаженным телом. Ощущать друг друга вот так в траве, под солнцем, было наслаждением, хотелось застыть в мгновении, когда моя кожа скользит по его гладкой и загорелой над тугими мускулами. Но нужно… лететь.

Невероятным усилием воли нам удалось подняться, смеясь и отрываясь на поцелуи, одеться, а потом улететь.

Да, волшебный миг нашего объединения прошел, думала я, когда уже привычно садилась на основание драконьей шеи. Но будет еще много таких мгновений. Такой жизни на двоих. Мы вместе навсегда, и даже не важно, что мы делаем вместе. Летим, разговариваем, решаем проблемы с Виньялли. Главное, что мы вместе.

Как когда-то, я раскинула руки в стороны на ветру, под золотистым заходящим солнцем и отдалась полету.

А когда мы прилетели к границе, стало почти темно. Лишь луны, звезды и магические огни, установленные по периметру, освещали место, где собрались драконы.

***

Их было не так много – братья созвали не всю свою армию. Лишь силы, которые должны нанести первый удар или отразить его. Небольшие армии, в темноте я различала их не очень хорошо, их силуэты, тени расположились под две стороны от границы. Все драконы были в человеческой ипостаси, поэтому иногда, по мере того, как мы спускались, взгляд выхватывал из темноты шатры военного лагеря. Лишь несколько темных теней кружились над большим полем, где пролегала граница. «Наблюдатели от обеих сторон», – пояснил мне Ролар.

– Знаешь, чего я не понимаю, – сказала я, когда мы почти спустились. – Почему ваши родители никогда не вмешивались? Разделили государство и словно забыли о сыновьях… Не пытались помирить вас.

– А как иначе мы научились бы жить и править? – ответил Ролар. – Отец с матерью регулярно посещали меня. И я спрашивал об этом, отец отвечал мне именно так.

– Странно как-то, – сказала я. – Лучшим воспитанием было бы просто не дать власть никому из вас, пока не научитесь жить в мире и не договоритесь между собой. До этого, думаю, твой отец не развалился бы править.

– Мой отец давно хотел отойти от дел, – ответил Ролар. – У него была непростая жизнь. Знаешь, когда-то давно он потерял свою истинную пару. Именно с его слов я стал допускать, что нечто подобное существует, слишком уж ярко он рассказывал. И много сотен лет был безутешен… пока не встретил молодую драконицу, прибывшую ко двору. Нашу мать – Кремию. В ней воплотилась душа его истинной пары, и отец обрел счастье… Но они всегда хотели жить уединенно, вдвоем, оставив государство сыновьям.

– Ну не знаю, заколдовали бы вас что ли, чтоб вы помирились… – сказала я. Поведение родителей все же казалось странным. А еще мне подумалось, что для отца драконов большое счастье, что он смог снова встретить свою истинную пару. Теперь, когда мы с Роларом, были едины, я даже в страшном сне не могла представить, что бы пережила, если б потеряла его.

Впрочем! Я и сейчас могу потерять его, если он попробует вырвать собственное сердце ради этого старого интригана герцога Виньялли! И не допустить этого – моя задача. Уверена, Повелительница драконов должна с этим справиться. Вопрос, как…

Подвергать риску чужого незнакомого дракона-добровольца я тоже считала не этичным. Словно положить на плаху кого-то другого вместо короля… Некрасиво. Истинные правители сражаются наравне со своими людьми, если потребуется. И Ролар – один из них. Он не подставляет чужие головы под топор, когда лечь на плаху должна его собственная…

Мы пересекли границу. Драконы-наблюдатели издали приветственный рев в ответ на ментальный сигнал Ролара, что он возвращается в свой стан. Пока война не началась, только переговоры.

Спустились, я сбежала по ноге дракона, и в свете луны тут же уткнулась в хорошо знакомое мне твердое худое лицо. Герцог смотрел на меня холодными серыми глазами, блестящими в темноте, как далекие звезды. И протягивал руку ладонью вверх, приглашая опереться на нее. Хочешь – обопрись, хочешь – нет. Я знала, что провоцировать меня или как-то еще пытаться сблизиться со мной он не может

– договор, заключенный с ним Рокардом, не позволит.

Я невесомо оперлась о руку герцога. Почему не позволить старому лису быть галантным? Пока он не потребовал сердце моего любимого, мы по одну сторону границы.

– Мирри Аленор, вы стали настоящей Повелительницей! – произнес он.

За спиной у меня закрутился черный вихрь, и спустя пару мгновений к нам с герцогом подошел Ролар, а чуть позже из тьмы вынырнули два человека, вернее, дракона.

Один из них (как мысленно объяснил мне Ролар) – высокий, собранный, с белыми волосами – военачальник Ролара Вайрен Литтау. Обычно его называли Литтау, потому что его имя лишь на одну букву отличалось от имени старого правителя, отца братьев Вайрина. Другой – шатен пониже ростом – представитель Рокарда на переговорах Туар.

– Как видите, я здесь, и Повелительница тоже, – вежливо обратился Ролар к Туару. – Мы отменяем наши требования. Войны не будет. Артефакт останется в нашем хранилище на случай, если вы соберетесь атаковать.

Туар почтительно кивнул.

– Что касается моей стороны, то мы отступим от границы и будем ждать указаний милорда Рокарда.

– Хорошо, – деловито кивнул Ролар.

Туар чуть поклонился Ролару, обратился, взмыл в воздух, и спустя пару минут я увидела, как темная тень опускается на отдалении, где начинались земли Рокарда.

– Что же, – сказал герцог, буравя глазами Ролара. – Я выполнил свою часть договора, и более того. Ты свободен, Аленор с тобой. Я помог тебе разрешить ситуацию и прекрасно развлекся на переговорах. Пришло твое время, дракон. Выполни свою часть сделки.

Мое сердце громко забухало в груди. Тело само сделало шаг, и я оказалась между Роларом и герцогом, пытаясь разделить их в пространстве.

«Нет!» – крикнула Ролару мысленно. Но мой дракон обошел меня и остановился перед Виньялли.

– Я выполню ее, – ответил он спокойно. – Ты получишь сердце дракона.

В его разуме я уловила, что сейчас он обернется и сделает то, что собирался.

– Нет! – повторила я вслух, вкладывая в это «нет» всю неведомую силу, что должна принадлежать мне как Повелительнице. – Я не хочу этого, не могу этого допустить! – продолжила я. И вдруг поняла, что мой голос разлетается по полю, и другие драконы подходят ближе, становятся в круг. Словно услышали песню, что посреди поля поет одинокий бард, и спешат подойти ближе, чтобы не пропустить ни одной ноты.

Лунный свет заиграл на лице Ролара. Его перекосило, словно он боролся с собой.

– Я понимаю, это больно, – сказала я. – Ты хочешь выполнить долг, но мое слово мешает, и ты не можешь пойти против него. Я понимаю… Придется потерпеть, любимый, пока мы не реализуем другое решение. Прости меня…

А мысленно я обняла его за плечи, прижалась щекой к щеке. Потерпи, любимый, потерпи. Просто я не могу дать тебе вырвать собственное сердце.

– Да, это мое решение вредит тебе, – сквозь зубы ответил Ролар. – И слово твое… крепко. Аленор, послушай…

– Это он должен послушать! – резко ответила я, обошла Ролара и остановилась перед герцогом, который серьезно, с непонятным выражением смотрел на меня. Впрочем, кое-что я уловила в его глазах – восхищение. – Мирроу герцог, вы понимаете, что он хочет сделать? – спросила я его. – Вам нужна смерть правителя драконов? Думаю, нет. Я кое-что знаю о ваших планах. Нахожу их отчаянными и безумными. Но не смерть правителя нужна вам. А значит… дайте нам время найти другое решение. Драконы… – я обернулась к высоким силуэтам, что выплывали из темноты. С их стороны слышался шепот «Повелительница… Слышите ее голос?!… Она настоящая!»

Но договорить я не успела. Герцог поднял руку и обратился ко мне.

– Да, я не желаю его смерти. Совсем не желаю, Аленор, – герцог чуть лукаво улыбнулся. – Твой правитель мне даже симпатичен, почти как ты. И мне все равно, где он возьмет сердце. Вырвет у другого дракона, достанет из кладовой, умертвит своего ненавистного брата – мне все равно. Более того, если из-за своего глупого альтруизма он пойдет сейчас на то, чтобы отдать мне свое сердце, я всей душой желаю, чтобы ваш трюк с выращиванием драконьего сердца удался и во второй раз. Уверен, что ты это можешь, Повелительница! Но, мирри Аленор, не проси меня отложить больше, чем на несколько часов. Я ждал достаточно. И мне уже надоело, – глаза герцога блеснули одновременно хитро и то же время остро и жестко, как в те времена, когда мы только-только познакомились, и я испытывала перед ним ужас, – что вы все юлите и выкручиваетесь, когда приходит время выполнять вашу часть договора. Только я выполняю все четко и вовремя. Я обещал вывести дракона из лабиринта, и сделал это. Я обещал дать информацию, и я дал ее. Я добровольно позволил использовать артефакт из моей сокровищницы и помог ему провернуть эту партию, благодаря которой тебя вытащили от второго правителя. Кроме того, подумай, какой пытке ты подвергаешь своего дракона. Вырвать себе сердце ему было бы легче… Ты же ставишь его перед дилеммой. С одной стороны, он не может нарушить обещание, ведь поклялся нерушимой клятвой драконов. А с другой – нежелание Повелительницы, ее слово, и тот факт, что его смерть действительно вредит тебе, даже если потом ты вырастишь ему сердце… Отпусти его. Дай ему определенность, Аленор. Так что… у тебя пара часов – не больше, – усмехнулся Виньялли.

– Благодарю! – по-королевски улыбнулась герцогу я. – Мне хватит и четверти часа, герцог… Драконы! – я опять обернулась к теням, что кругом стояли возле нас. Лунный свет выхватывал лица – красивые благородные лица драконов, готовых внимать мне, слушать и даже слушаться меня. – Ваш повелитель Ролар…

– Не нужно, Аленор! – крикнул Ролар и протянул ко мне руку. – Я должен сам…

– Не нужно, Аленор! – пророкотало над полем. Эхо только что сказанного разнеслось вокруг. Не физически, не материально. Голос раздался в разуме каждого из нас.

Громкий, решительный, сильный. Драконы переглянулись, рука Ролара, тянущаяся ко мне, замерла.

А в следующее мгновение огромная крылатая тень, чернее ночи, закрыла обе луны. Опустилась вниз. Рокард – единственный из всех в драконьей ипостаси с расправленными крыльями стоял над поляной и, изогнув шею, смотрел на нас с Роларом.