Текст книги ""Фантастика 2025-198". Компиляция. Книги1-18 (СИ)"

Автор книги: Игорь Семенов

– И что же? – спросила я. – Сообщить всем, что я твоя любовница?

– Нет, Анна, – усмехнулся Корвин. – Все просто. Ты должна официально выйти за меня замуж.

Казалось бы, так правильно, так просто… Но мое сердце забилось от радостного удивления. Герцог может жениться на графине. Но у меня как-то не укладывалось в голове, что к этому все и идет. Что будучи с Корвином, я рано или поздно стану герцогиней Марийской. Если он захочет… Если я решусь…

Ведь это так странно. Третий человек в государстве и бывшая шлюха. Я растерянно опустилась в кресло.

А Корвин вдруг сделал ко мне два резких шага. Взгляд блеснул горячо и страстно. Как в книгах, встал на одно колено.

– Ты выйдешь за меня замуж, Анна Грэйн? – спросил он, беря меня за руку.

Долго, наверное, слишком долго я молчала от удивления. Ощущала его сильную ладонь, сжимавшую мою руку, видела блеск в глазах. Странно, но, похоже, Корвин придавал значение этому моменту. Ему важно сделать мне предложение, услышать мое согласие, провести торжественную церемонию и у всех на глазах назвать меня законной женой…

… Герцогиня Марийская. Ей не вспомнят прошлое, к ней не подойдут случайные мужчины. Даже принц Сэдвик с уважением отнесется к статусу законной жены…

А главное… Мы будем вместе, согласно старинным традициям. Мы проведем церемонию, которая скрепит нас на всю жизнь. Романтика и символичность этих обычаев струилась и в моих жилах, и в жилах моего дракона…

Хотела ли я стать его женой? Всем сердцем. Больше всего на свете. Но предложение – внезапное, неожиданное – ошарашивало.

– Ты сомневаешься, Анна? – резковато спросил Корвин. – Я могу дать тебе время подумать.

– Нет, что ты… – я ласково накрыла его ладонь своей, и у меня на коленях образовалась горка из наших рук. – Конечно, я стану твоей женой. Раз ты хочешь…

– А ты – нет? – по лицу Корвина пробежала тучка. – Анна, что не так?

– Да все так! – мне стало тревожно. Он только что сделал мне предложение. Но почему-то впервые, с тех пор как мы уехали из столицы, между нами пробежала тень. Странная тревога у обоих, ощущение непонимания. И чувство, что есть заноза между нами. Последняя заноза – мое незнание, зачем он меня купил. Последний оплот неискренности и загадок. – Конечно, я хочу стать твоей женой… Я и так твоя до глубины самой себя… Я просто не верила, что там может быть… Что я выйду замуж за герцога Марийского… Мне странно и непривычно.

– Я понимаю, – Корвин приложил мою руку к губам, потом поцеловал в губы, и сказал, поглаживая мои волосы. – Ты привыкнешь ко всему, привыкнешь жить хорошо, привыкнешь к тому, что тебя любят. И почувствуешь себя свободно в роли герцогини даже быстрее, чем тебе кажется… Но, конечно, мы хорошо подготовимся. Объявим о помолвке, а потом хорошо подготовимся. У тебя будет время…

– Хорошо, – улыбнулась я. – Только… Корвин, любовь моя, пусть ничто не стоит между нами… Скажи, я хочу знать. Для чего ты купил меня тогда, изначально? Прежде чем стать твоей невестой, хочу, чтобы это ушло, чтобы все было чисто между нами…

… Зря я это спросила. Пошла за ощущением рухнувшей стены, когда Корвин сказал, что «понимает меня», пошла за ниткой покоя и нашего безбрежного счастья… Пошла, захотела полной искренности. И вот что получилось.

Корвин резко отпустил мою руку. Поднялся и отвернулся, скрестив руки на груди. Похожий на того жесткого и скрытного герцога, которого я встретила в самом начале. Которого я немного боялась.

– Ты понимаешь, что я скажу тебе, и все закончится? – Корвин повернулся ко мне – как резкое па в танце, как разворот, перед тем как отбросить партнершу на свою руку. – Наше счастье, твое доверие… Ты снова увидишь во мне монстра.

– Я никогда не видела в тебе монстра! – тихо сказала я. И мне захотелось рыдать. Происходило что-то странное. Как будто наше стабильное, безбрежное счастье затряслось. – Я боялась тебя, но с самого начала не считала тебя монстром!

– Ну хорошо, хорошо, Анна! – Корвин махнул рукой. – Значит, ты впервые увидишь во мне чудовище… Зачем нам это?! Я хотел рассказать тебе… Но пусть прошлое само хранит своих мертвецов.

Я встала и медленно пошла к нему. Как странно… Всегда такая неуверенная, робкая… я стала другой. Теперь во мне было упрямство, принесенное еще из дней до похищения. Упрямство и целеустремленность. Я хотела разбить последнюю стену между нами. Самую последнюю… И пойти под венец, целиком приняв его сердце в свои руки и отдав свое.

– Корвин, но я хочу узнать…. Я хочу понять тебя целиком… – я подошла, встала рядом и опустила руку на сгиб его локтя. – Пожалуйста. Я буду любить тебя, что бы там ни было…

– Женщины… Любопытство… А потом вы обвиняете в том, что сами хотели узнать… – Корвин несколько мгновений смотрел в сторону, взвешивал про себя, задумчивый и решительный. Потом остро взглянул на меня. – Уверена в своем желании узнать? Я не хочу рушить наш мир…

– Уверена, – сказала я, заглядывая ему в лицо снизу вверх. – Ты не можешь сказать ничего, что напугает или обидит. Ведь ты самый лучший и благородный из всех, кого я встречала…. Ты хотел стать настоящим драконом. И для этого тебе была нужна я… – начала я.

– Для этого мне была нужна твоя кровь, Анна, – с горькой и жесткой усмешкой сказал Корвин. – Кровь женщины, которую я мог назвать своей. Регулярно, в течение примерно пяти лет. Ее нужно пролить на алтарь, перед которым мои предки совершали свадебные церемонии и освящение новорожденных.

Обещала принять все.

Но это «мне нужна твоя кровь, Анна», как гром, прогремело у меня в ушах, хоть Корвин и говорил тихо.

Наверное, если бы он ударил меня, мне не было бы так… Опять, как когда я узнала о смерти бабушки – не боль, как таковая. Удар. Оглушенность.

Наверное, я пошатнулась. Корвин придвинул мне стул, и я упала на него.

Глава 24. Выбор

Все воскресло. Картинки перед глазами пробегали одна за другой. Захватывали, поглощали.

Я в подземелье Мендера, на полу люк – чем алтарь лучше!? – и темно-алая кровь струится из моих вен, течет по запястью и каплями падает вниз. Мне больно, силы и сама жизнь вытекают из меня. А Мендер железной хваткой вцепился в мою руку, одновременно прижимая меня к себе. «Вот так, девочка… вот так… В тебе еще много крови! У нас все получится». Я извиваюсь, чтобы вырваться, каждый раз пытаюсь ускользнуть от него. Но ничего не выходит. Лишь тиски его рук и его магии смыкаются сильнее на моем теле. «Девственница, сладкая девственница… У тебя сладкая кровь, она должна понравиться им…» – шепчет он.

– Анна! Да подожди ты! – слышу я.

Голос Корвина вырвал меня из нахлынувших воспоминаний. Из страшных картинок того, что было моим проклятьем. Одновременно я ощутила успокаивающее касание его разума к моему. Я автоматически подняла руку, мол, не нужно этого… не нужно воздействовать на меня.

Говорить я еще не могла. А он сжал мои плечи, наклонившись ко мне, и обеспокоенно, с горечью и отчаяньем посмотрел мне глаза.

– Я ведь говорил, что это все разрушит… – он на мгновение отвернулся, чтобы сглотнуть боль.

– Нет, подожди, – сказала я. И выдохнула. – Я должна понять… То есть ты купил меня, чтобы регулярно, раз в несколько месяцев, насколько я поняла, приводить меня к алтарю и проливать на него мою кровь?

– Да, Анна, для этого, – твердо ответил Корвин. – Но я отказался от этого плана, как только узнал о твоем прошлом. Анна, да пойми же! Этого уже никогда не будет!

– А если бы у меня не было такого прошлого? Или если бы на моем месте была другая девушка? – спросила я. – Ты бы делал это?

– Думаю да. Я всегда сомневался, не хотел причинять боль и пугать любую женщину. Но знал, что дракон слишком нужен нашему миру… – Корвин отпустил мои плечи и сел в кресло подле меня. Как-то обреченно. – Ты просила рассказать, чтобы ничего не стояло между нами, прежде чем ты станешь моей официальной невестой. Я рассказал. Теперь решать тебе.

И вдруг он устало опустил голову на руки.

– Значит, все, как я и думал, Анна? – спросил он, подняв на меня взгляд. – Ты хочешь знать, но принять не можешь? И даже мой отказ от плана не играет роли…

– Играет… – я не выдержала и погладила его руку. Корвин тут же перехватил мою кисть и аккуратно, но крепко, сжал в ладони, словно боялся, что я убегу прямо сейчас.

– Объясни… Я хочу понять все. Все детали. Просто это было неожиданно, я не была готова к тому, что ты купил меня фактически для того же, для чего держал Мендер. Хоть в самом начале боялась чего-то такого… Просто поверила тебе и уже не допускала, что ты можешь брать у кого-то кровь… Но я хочу понять полностью. Что за алтарь, какой ритуал…

– Хорошо, – Корвин пронзительно посмотрел на меня. – Ты действительно имеешь право знать всю правду. Я расскажу тебе, что бы ты потом не решила… Анна, у моих предков-драконов было место силы. Как раз под замком Марийским, глубоко под землей, находится огромный зал – настолько огромный, что может вместить множество драконов даже в драконьей ипостаси. И в нем всегда царит призрачный магический свет, зажженный на заре мира. Там стоит алтарь – сосредоточие драконьей силы. У него издревле драконы проводили свои ритуалы – освящали новорожденных, сочетались браком, выбирали правителей… Когда драконы ушли, это место силы осталось. И заснуло. Но сила в нем дремлет, и ее можно разбудить. Известен древний ритуал обращения таких, как я, в настоящего дракона. Он пришел из глубины веков, когда драконы стремились сделать полукровок равными себе. Впоследствии его перестали использовать из-за его жестокости…

– В чем жестокость? – спросила я.

– В том, что один человек должен был умереть. Чтобы полукровка вроде меня обрел свою истинную сущность, он должен был убить на алтаре дорогое ему существо. Не обязательно истинную пару, но женщину, которую он может назвать своей. То есть женщину, с которой делил досуг, кров и постель. Ту, что принадлежит дракону и впитала энергетику ему чувств, стала в той или иной степени дорога ему. Залить ее кровью алтарь. Тогда он обретает полную силу… Вслед за этим полукровка ложился на алтарь, впитывал силу и обращался настоящим драконом. То есть обретал драконью ипостась…

– То есть, по твоему плану, я должна была умереть? Но почему тогда десять, а потом и пять лет, как ты сегодня сказал? – слезы неудержимо потекли у меня по щекам.

Корвин боялся, что я сочту его чудовищем. И я была близка к этому. Неужели он на самом деле думал о том, чтобы совершить подобное.

– Подожди … – с горечью в голосе сказал он и принялся руками стирать слезы с моего лица. – Подожди делать выводы… Ты права, я «нанял» тебя на десять лет… А сегодня упомянул срок в пять лет. Конечно, я никогда всерьез не думал о том, чтобы провести этот ритуал. Даже моя вторая ипостась не стоит человеческой жизни, хоть кто-то может думать и по-другому. Но я с юности ощущал, что баланс в нашем мире сдвинулся. Что силы тьмы – потомки демонов, и те, кто по сей день живет под землей в преисподней – обретают силу и вскоре перейдут в атаку… Я понимал, что миру нужен дракон. И нет другой кандидатуры, кроме меня. Поэтому когда наш друг Рональд увел моего отца в другой мир – мне тогда было двадцать семь – я начал свои эксперименты. Годами я изучал древние архивы, исследовал свойства алтаря… Не волнуйся, я использовал лишь свою кровь, если это требовалось… Никто не пострадал. И в итоге я нашел отгадку, как можно поступить по-другому.

– Как? – с надеждой спросила я.

– Я пришел к выводу, что алтарь можно разбудить постепенно. Постепенно насыщая его кровью «моей женщины». Примерно раз в три месяца нужно было бы приезжать туда и проливать на алтарь ее кровь – не очень много. Тогда примерно за пять лет алтарь насытится и проснется. Ты знаешь, что я маг… Я собирался сразу лечить рану у девушки, насыщать ее жизненной энергией… Я не дал бы ей сильно пострадать!

– Я понимаю, Корвин, – сказала я. – Я понимаю… что ты не стал бы просто мучить человека.

– При ее желании я бы даже стирал ей память об этих моментах… Когда же алтарь проснется полностью, то все равно нужна была бы жертва. Тогда девушка или я сам должен был бы убить себя на этом алтаре.

– Что? Ты хотел, чтобы я убила тебя в конце?! – воскликнула я и отчаянно вцепилась в его руку. Все, сказанное им, лишь частично укладывалось в моей голове. Корвин не был чудовищем… Но то, что он собирался сделать ранее, было хотя бы отчасти чудовищным. Особенно это – самый конец…

– Не обязательно. Если бы девушка согласилась. В целом, не важно, кто это сделает. Думаю, у меня хватило бы мужества лечь на алтарь и самому вонзить себе нож в сердце. Только после этого я бы не умер… А обратился драконом, обрел вторую ипостась.

– А если бы умер? А если ты понял неверно? – быстро спросила я.

– Я уверен, что понял все правильно, – твердо сказал Корвин. – Вот такой ритуал. Неприятный, но лучше того, что предлагали наши предки.

Я опустила голову, а Корвин еще сильнее сжал мою руку. Потом, видимо, понял, что рискует сломать мне пальцы, и ослабил хватку.

– Но почему тогда десять лет? Почему не пять? – спросила я, подняв на него взгляд.

– Потому что мои планы шли еще дальше… – горько усмехнулся он. – Миру нужен не один дракон. Нужно восстановить династию Хранителей мира. За пять лет я насытил бы алтарь и стал драконом в полной мере. Но… Мои потомки, скорее всего, рождались бы такими же, как я, и снова приходилось бы проводить ритуал. Ведь полукровки драконов и людей за редким исключением не имели второй ипостаси. Но… есть способ. Если зачатие произойдет прямо на алтаре, то ребенок с полной гарантией родится драконом. Я хотел оставить девушку еще на пять лет, чтобы она выносила и родила второго дракона… Анна, если бы потом она захотела меня бросить, я обеспечил бы ее на всю жизнь! Если нет, осталась бы с нами – со мной и маленьким драконом… Я не настолько чудовище!

– Я понимаю, – сказала я. И замолчала. Слов больше не было. Нет, я не осуждала Корвина… Нашему миру нужен дракон. Просто сама мысль, что он купил меня, чтобы поливать алтарь моей кровью, как прежде Мендер поливал люк на полу, была мучительной. От нее противно свербило в душе.

Как мне реагировать? Как мне принять это… Мне, потерявшей литры крови в подземелье Мендера?

Слишком многое сходилось. Подземелье, место силы, и моя кровь, необходимая, чтобы совершить ритуал… Не так уж больно, когда тебе вскрывают вены. Больнее и страшнее другое – что это происходит насильно, и что ты видишь, как жизнь вытекает из тебя…

Только вот Корвин отказался от своего плана, узнав мое прошлое. Он не хочет делать мне больно. Он готов пожертвовать своей второй ипостасью ради меня…

Два года Мендер насильно выкачивал у меня кровь….

Так неужели я не смогу отдать ее добровольно ради любимого человека?! Я сжала руку в кулак и выдохнула.

Решение – сквозь страх, боль и отвращение к тому, что будет происходить – пришло из глубины души.

Анна Грэйн, по какой-то причине твоя кровь постоянно нужна этому миру. И если отдавать ее, то отдавать любимому. Ради его мечты и ради всех, кто может погибнуть, если демоны придут к власти.

– Ну так что? – горько спросил Корвин. – Свадьбы не будет?

– Нет, – я тихонько покачала головой, не поднимая взгляда. – Будет. И драконом ты будешь тоже, – решительно посмотрела ему в глаза. – Дракон нужен нашему миру, и ты им будешь. Не так уж страшно отдать свою кровь ради этого… Я не боюсь. Я привыкла. Я люблю тебя и сделаю все, что нужно…

– Нет, Анна, – Корвин отпустил мою руку и поднялся. – Ты мой ангел, моя жизнь, мое счастье. Я отказался от плана. Я найду другой способ защитить мир, но больше ни одна капля твоей крови не прольется на люк или алтарь! Об этом не может быть и речи…

– Но ты нужен миру как дракон! – почти крикнула я.

– Нет, Анна. Никогда, – он посмотрел в меня горящим взором. – Никогда. Теперь ты знаешь правду. Просто, если ты и сейчас готова стать моей женой, скажи об этом. И давай больше не будем про алтарь…

– Я стану твоей женой и теперь, – сказала я, подошла, обняла его и положила голову ему на грудь. – И рано или поздно, ты согласишься стать драконом….

– Нет, любовь моя… – Корвин прижал меня к себе. – Нет, я не трону свое сокровище ради этого, – и вдруг начал покрывать поцелуями мое лицо, шею. Не со страстью вожделения – с другой страстью. Со страстью души, благодарной и светлой. – Ты мой ангел… Ты – единственное моей сокровище… И ничто не стоит твоих страданий…

Спустя два дня мы дали официальное объявление в прессе о помолвке герцога Марийского и графини Рушальтской. Поклонники звонить не перестали, но теперь, снимая трубку, я или Корвин получали поздравления и пожелания счастья, с намеком, что поздравителя недурно бы пригласить на церемонию. Только принц не позвонил. Наверное, расстроился… Я вздыхала. В чем-то я сочувствовала Сэдвику. Потому что вопреки распространенному мнению об эгоизме и корысти монарших сынков, он был хорошим человеком.

О ритуале Корвин говорить отказывался. Стоило мне поднять эту тему, как его лицо становилось каменным, и он отвечал: «Об этом не может быть и речи. Мы найдем другой способ защитить наш мир».

А я вздыхала. В чем-то… это было даже хорошо. Сложно описать чувства на этот счет, что пробивалась через ощущение нашего невозможного, невероятного счастья. С одной стороны я понимала, что самым лучшим было бы реализовать план Корвина. Как-то уговорить его. Ведь никто не знает, что ждет наш мир через пять лет или через десять, если такие, как Мендер, будут вылезать из щелей, а дракон так и не появится.

А с другой… С другой стороны, я ощущала облегчение. Не могла представить, как я снова, как когда-то, спускаюсь под землю и проливаю кровь на холодный камень. Я смогла бы… Знала, что смогу. Но чувствовала облегчение, что Корвин отказывается и этого не будет…

Еще неделя пролетела счастливо и радостно. Новые картины рождались у меня в душе и выливались на холст. Иногда в гости приезжали аристократы, что жили поблизости, некоторые из них мне понравились. Даже завелась подружка – молодая маркиза Дермэ, жившая с родителями рядом с Рушальтом.

Но большую часть времени мы по-прежнему проводили с Корвином. И не могли насытиться друг другом. Вернее, мы и не стремились к этому. Ведь насытиться значит больше не хотеть. Мы просто превратились в продолжение друг друга, и уже не мыслили жизнь по-другому.

Все было хорошо… До тех пор, когда спустя неделю после разговора я не смогла встать с кровати.

* * *

Корвин

Казался ли я себе чудовищем, когда рассказывал Анне о своих былых планах? Сложно сказать. Я знал, что мое давнишнее решение было оправданно. Я все рассчитал, и в итоге самое страшное – смерть на алтаре – ждало лишь меня, а не девушку, которую собирался использовать.

Но сейчас, когда я видел ее, мне казалось чудовищным другое – что для этого я купил именно Анну. Бледную, напуганную, нежную… Впрочем, сейчас уже сложно сказать, что вело меня, когда я увез ее из Транси. Теперь мне казалось, что в тот день мной владело уже не желание претворить в жизнь свою мечту. Нет. Тогда я захотел спасти Анну, увезти ее из дома разврата. И захотел ее саму. В какие-то моменты я тогда был как в тумане: уехать, увезти… навсегда. А потом решу, что с ней делать. И все же то, что когда-то я был готов пролить ее кровь на алтарь – пусть недолгое, пусть временное – причиняло мне боль.

Моя девочка согласна на это – этого я и боялся. Не только и не столько того, что она сочтет меня чудовищем, хоть и это тоже. Другая, может, и не сочла бы… Настоящая проститутка, если осыпать ее бриллиантами и обеспечить всем, наверняка, не нашла бы предложенное ужасным. К тому же всегда можно подчистить человеку память…

Но не Анна. Для нее – с ее ужасным прошлым – это было бы очередным путешествием в ад. Регулярным и неотвратимым.

И еще сильнее боялся, что она перешагнет через свои страхи и отвращение и будет уговаривать меня пойти на это. Так и произошло… Лишь одно спасало – моя Анна была слишком нежной, слишком ласковой и внимательной, слишком тонко чувствующей, чтобы настаивать по-настоящему. Стоило мне отказаться в очередной раз, и она лишь вздохнет и не перечит. Хоть в ней есть и упрямство, и целеустремленность. Достаточно посмотреть, как упорно она доводит до совершенства свои картины, как настойчиво оттачивает навыки вождения машины и многое другое.

Ее редкие напоминания, что миру нужен дракон, почти не омрачали наше счастье.

Так продолжалось долго. И я летал… Летал на своих несуществующих крыльях, когда по всей стране стало известно, что Анна Грэйн – моя невеста. Я надел ей на палец кольцо своей покойной матери, я носил ее на руках и развлекал, чем мог. И летел – с ней на руках – на этим миром, ощущая себя сильнее и счастливее, чем когда-либо.

И мне думалось, что, хоть я никогда не совершу того, что собирался, будь благословен день, когда я решил «купить» проститутку. Ведь если бы не это мое решение, Анны у меня бы не было.

А потом все рухнуло. В одночасье. Мои крылья замерли и затрепетали от отчаяния, не в силах помочь любимой.

Спустя неделю после нашего разговора об алтаре Анна не встала с кровати. Бледная, слабая, она просто не могла подняться. У нее не поднялась температура, и ничего не болело. А просто не было сил.

Она грустно улыбалась мне и обещала, что скоро обязательно придет в себя. Но сам я была в панике – впервые за много лет я не знал, что делать.

Пытался лечить ее магически. Но лечить было нечего! Мое особое зрение показывало, что Анна здорова. Ее целительский дар тоже говорил, что организм функционирует нормально, и никаких заболеваний у Анны нет. Но уже третий день утром она не могла подняться из-за слабости и головокружения.

Рушальтский врач тоже не нашел объяснений, лишь констатировал крайнюю степень усталости.

Я подпитывал Анну магически, она поднималась, смеялась, ходила на прогулку, но спустя несколько часов все возвращалось, и либо она ложилась в постель, либо я снова добавлял ей сил своей магией.

Найти причину ее недуга мы не могли, и это сводило меня с ума. А в голове вставали страшные картинки… Что моя Анна умрет, тихо угаснет у меня на руках… Не могу допустить этого! Я только сейчас ее обрел!

Паника сжимала мое сердце.

Анна смеялась, сводила все в шутку, старалась быть непринужденной и радостной. Но я видел, что сил у нее все меньше. И ни я со своей магией, ни она со своим даром исцелений не понимали, в чем дело. Я на руках носил ее в сад, усаживал у фонтанов – ей нравилось смотреть на журчащие струи, на рябь, разбегающуюся по воде… Велел подавать завтрак и обед в постель, на ужин она хотела вставать, несмотря ни на что.

А самым ужасным было то, что медицина ничего не могла сделать. Формально моя Анна была полностью здорова.

Когда я почти дошел до ручки, произошло то, что изменило все. Объявился Рональд. Просто внезапно появился в моем кабинете. Анна в этот момент спала. А я, сжав зубы, изучал древние фолианты, привезенные по моему распоряжению из замка Марийского. Искал упоминания о недугах, которые – не дай Бог – могли постигнуть женщину дракона. Ведь не исключено, что странная болезнь Анны связана с тем, что она моя женщина… Не хотелось верить в это, но эта мысль все чаще стучалась мне в голову.

Если надо, я отпущу ее… Буду любоваться издалека. Но не позволю ей угаснуть из-за связи со мной.

Но, к счастью, пока не нашел ничего подобного.

– Что ж… – белозубо улыбнулся Рональд. – Похоже, я вовремя… Что стряслось? На тебе лица нет.

Я чувствовал некоторое раздражение, что он не объявился раньше. Что не помог нам с Анной прежде, когда нужно было ловить Мендера. Для Рональда подобные операции – раз плюнуть. Но понимал, что не вправе требовать от него подобного. Рональд всегда занят, я знал, что на его плечах не один наш мир, а много миров. Нужно рассчитывать на свои силы, а не на его. Поэтому, с другой стороны, я был рад, что он появился именно сейчас.

– Я не понимаю, что происходит, – закончил я, рассказав Рональду всю предысторию.

– Ты позволишь взглянуть на ее разум? – спросил Рональд серьезно. Ему – прирожденному телепату – не составит труда оценить состояние разума Анны даже на расстоянии.

– Хорошо, – кивнул я. Хоть в глубине души мне было неприятно, что ее сознания коснется кто-то еще, не только я.

– Хорошая девочка, – серьезно сказал Рональд спустя несколько секунд отрешенности. – И скажи… Ты правда не понимаешь, что происходит?

– Не понимаю! – раздраженно пожал плечами я. – По моей диагностике, она полностью здорова. Но факты налицо…

– Тебе не нужны эти фолианты, – усмехнулся Рональд, кивнув на бумаги, раскиданные на столе. – Разве что ради научного интереса. Все намного проще. Твоя Анна просто расслабилась. Она отходит от всего, что происходило с ней эти четыре года. Усталость разума и организма настигла ее сейчас, когда ей больше не нужно бороться за выживание. Представь себе, – продолжил он, – четыре года она ежесекундно боролась за жизнь. Жила на грани, в мучениях и страхе. А потом еще ты с твоими непонятными целями. И ваша операция на балу… Теперь же она с любимым человеком, ей ничего не угрожает, ей больше не нужно сражаться за себя. Она расслабилась в твоих руках, накатила застарелая усталость… Ей просто нужно отдохнуть. Дай Анне отлежаться несколько дней. Ты же все время ее дергаешь, подпитываешь магией, пытаешься лечить… И она волнуется, глядя на твои страхи. Дай девушке полежать, – с улыбкой закончил он.

– Так просто? – выдохнул я. И черная тень, державшая в капкане мое сердце уже пять дней, разжала клешни. Облегчение пронеслось по душе и телу.

– И сам выспись, – усмехнулся Рональд. – Совсем не спать не можем ни ты, ни я. А ты дежуришь у ее постели уже пять суток, насколько я понял. И еще, Корвин… – в черных глазах собеседника появился лукавый блеск. – Знаешь, с твоим обращением тоже все не так однозначно. Я понимаю, что ты бережешь свою женщину. Но… почему ты не даешь ей выбор? Почему решаешь за нее… Оставь выбор ей…

– Но она уже выбрала, – парировал я. – Она готова на все ради исполнения моей мечты и блага нашего мира.

– И значит, она мудрее тебя, – усмехнулся Рональд. Пожалуй, он был единственным, кому я мог позволить подобные высказывания. Для него я мальчишка, и с этим ничего не сделать. Молодой дракончик, который хочет обрести истинное «я». – Выходит, ты не готов на все ради блага этого мира? И ради душевного спокойствия своей женщины? Ты даже не даешь ей шанс принести это благо, решаешь за нее. Знаешь, – Рональд устроился в кресле, по своему обыкновению, и в глазах снова мелькнули лукавые бесенята. – Я был в похожей ситуации. Там не нужно было никого резать, но она была похожей, по сути. В одном из миров давным-давно я проводил важный проект. На кону была судьба того мира, а в какой-то степени и других миров. И мне подарили рабыню для плотских утех. Конечно, я не тронул маленькую девочку, дал ей учителей, всегда давал выбор и возможность принимать решения, дал свободу… Девочка влюбилась в меня. Да и я полюбил ее – насколько мог кого-то полюбить. Но долго берег ее от самого себя, слишком разные у нас с ней весовые категории. Берег… и мучил ее дистанцией между нами. Но внезапно я понял одну интересную вещь… Я обещал себе давать ей выбор. Но почему тогда я не даю ей самой выбрать – быть со мной и пережить все последствия, что это несет, или уйти от меня в свою жизнь? Я дал девушке выбор, и не пожалел об этом, – Рональд улыбнулся. – Мне было больно ее потерять потом… Но оно того стоило[7]7
  Речь идет об истории, описанной в романе «Не единственная» и девушке Аньис Вербайя, которую подарили Рональду, как рабыню.


[Закрыть].

– Сейчас об этом не может быть и речи, – ответил я жестко. Но слова Рональда упали на благодатную почву…

Рональд ушел, а я последовал его совету. Паника покинула мое сердце, и я перестал дергаться сам и дергать Анну. Объяснил ей, что происходит, и следующие три дня мы провели в постели – разговаривали, придумывали сюжеты для ее новых картин, я даже почитал ей вслух. Она много спала, и тогда я решал деловые вопросы, сидя в кресле возле нее. Я и сейчас не мог оставить ее…

А спустя трое суток она проснулась бодрая и даже румяная. Казалось, организм взял свое, и силы потоком хлынули в нее. Выздоровела. Ожила.

Снова были скачки на лошадях, и ее волосы развевались на ветру, купание в озерах, и она весело брызгала в меня водой, а я нырял и выныривал так, чтобы подхватить ее на руки и закрутить в волнах. Новые мазки на холсте и безудержное радостное счастье…

А потом вдруг приехал Дэйл. Без предупреждения вломился в наш дом, и Трэйси пустил его, зная, что Дэйл – мой друг и приближенный.

– Все плохо, Корвин, – сказал он, не здороваясь, и упал в кресло – видимо, очень спешил. – Мендер Транси сбежал. Вернее, кто-то помог ему сбежать… И я не знаю, что делать. Инквизиторы тут же засекли два выхода демонической силы, но, приехав на место… Корвин, в общем, они просто не вернулись! Что-то убило их!