Текст книги ""Фантастика 2025-198". Компиляция. Книги1-18 (СИ)"

Автор книги: Игорь Семенов

Глава 28

Да, Эргон рос сиротой.

Дело в том, что момент его рождения совпал с разделением единого драконьего государства на два. Дракончик Эргоша еще только успел родиться, когда герцог Эребеарский (прежде это было самое большое герцогство нашей страны) поднял бунт. Вернее, просто заявил свои права на престол, ссылаясь на то, что в древности драконами правили черные, а страна называлась Эребеар.

Откуда он это взял, непонятно, но у герцога нашлось немало сторонников. Началась гражданская война, в которой погибли и родители новорожденного Эргона, и родители Сурала, которому на тот момент было едва ли больше трех лет. Опасаясь, что сторонники черных, не брезговавшие грязными методами, убьют младенца Эргона, лучшие из партии Золотых драконов спрятали его далеко на юге, где Эргон жил под крылом у старца Мартина. И не в замке, а в обычной хижине.

Война продолжалась, сторонники золотых и черных встречались на бесконечных переговорах, но каждый раз не могли договориться.

В итоге и на той, и на другой стороне нашлись разумные драконы. С нашей стороны это был отец герцога Грейдора Марниос, а со стороны черных – какой-то другой высокопоставленный дракон. Они смогли призвать драконов к порядку, а государство предложили разделить на две части: дать каждой сестре по серьге или, напротив, – ни нашим, ни вашим…

Причем, поскольку оба наследника были еще совсем маленькими, править стали наместники – эти самые разумные драконы. Сурал вырос при дворе Эребеара, а Эргона так и прятали лет до восемнадцати. Более того, он понятия не имел, что наследник, учитель Мартин умудрился скрывать это от него.

Когда наместник Марниос с учителем Эргона сочли, что юноша достаточно возмужал, его призвали во дворец, где Эргон несколько лет учился править, а потом занял престол.

Наверняка разница в воспитании обусловила и разницу позиций Эргона и Сурала. Сурал, выросший во дворце, всегда хотел больше власти и почета, а в идеале – получить всю возможную власть. А Эргон, выросший в деревне, на свежем воздухе, да с правильными нравственными установками, с юности старался быть хорошим правителем, думал о народе, старался оправдать оказанное ему доверие.

– Ну прости, папочка! – Чуть не плача, погладила его по руке. – Были ошарашены, не сообразили.

– Прости, правитель, можешь уволить меня из аналитиков, стереть в пыль и порошок и превратить лягушку, но… я вынужден сказать. – Гриша на всякий случай отступил подальше от Эргона. – Тебе мог показать этот свиток кто-нибудь другой. Например, когда ты уже прибыл ко двору, его мог дать тебе прочесть мэтр Дайм или твой наместник…

– А ничего, что этот документ несет отпечаток всех, кто его прочитал? – искоса глядя на него, ехидно спросил Эргон. – Смотри. – Он поводил рукой над бумагой, и на ней выступили так называемые «отпечатки личности» – небольшие кружочки, похожие на отпечаток пальца, несущие информацию об энергетике прикоснувшегося. – Алиса, ты-то должна помнить, что все древние бумаги сделаны по этому принципу. И ты можешь посмотреть отпечатки не хуже меня! Что и следовало сделать, прежде чем читать! Вот, видите, мой отпечаток – самый свежий, я только что читал текст. Вот твой, Алиса, – мой отпечаток был светло-золотым и почему-то напоминал… мышиное ушко, – а вот бесчисленные отпечатки былых правителей… Как видите, они обрываются на моем деде. Не только мне, но и моему отцу почему-то не показывали этот свиток. Может, дед решил, что сведения утратили актуальность. Или забыл за государственными делами…

– Хм… – задумчиво сказал Гриша. – А раз так, то, может, тут есть и отпечаток злоумышленника? Кто еще, кроме цепочки правителей, изучал его?

– Разумно, – кивнул Эргон, бросив на Гришу доброжелательный взгляд – сменил гнев на милость, – только… Вот. Это – отпечаток Дайма, – отец указал на маленький серый кружочек, – читал только что, когда искал документы для вас. Буквально ранним утром. Так что Дайма тоже не стоит подозревать. А вот…

Мы в изумлении уставились на серо-черный, плохо заметный кружок в самом углу. Энергетика была чем-то знакомой, но точно сказать, кто это, я не могла.

– Неужели Байдор? – с горечью спросила у папочки.

– Бери выше, – жестко усмехнулся Эргон. – Это Сурал. Уж его-то энергетику я ни с чем не спутаю!

– Но как?! – изумилась я. – Как он добрался до нашей библиотеки?

– А так… – Отец продолжал неприятно усмехаться, его лицо стало похожим на жесткую маску. – По времени примерно полгода назад. Совпадает с тем моментом, когда я был в вашем мире с тобой, Алиса. Не иначе в мое отсутствие Суралу как-то удалось пробраться в наш замок… Впрочем, вопросы защиты замка мы еще будем обсуждать. Знаю я молодцев, которые могли проявить себя не лучшим образом. Важнее другое… Теперь понятно, почему Сурал хочет убить Алису. Уж ему-то появление столь могущественной драконицы на троне Эреамора совершено не нужно. Причем убить побыстрее, пока не обрела свою силу. Ведь всецветную драконицу легко признают правительницей все драконы, эребеарские тоже. Но опять же: Сурал – это Сурал. А кто еще работает против нас – непонятно.

– Интересно, может ли Алиса обрести силу без «смертоубийства»? – протянул Гриша. – Это решило бы проблему. Мы быстренько сделали бы ее самой сильной, и все…

– Да нет, – поглядел на него Эргон, – так мы лишь быстрее выполним то, что задумал второй негодяй. Как только она станет всецветной драконицей, он с еще большим упоением будет охотиться за Алисой, чтобы отнять ее силу. Единственный вариант обеспечить ее безопасность – отправить обратно в ваш мир. Ну останусь я без наследницы… Или без наследницы до момента нормализации ситуации. Зато моя дочь будет жива! – Эргон задумчиво поглядел на меня. – Пожалуй, так и поступлю…

– Нет, отец, – я вскочила, – мы не будем прятать голову в песок. К тому же… Нет гарантии, что «второй негодяй» не золотой и не может ходить по мирам. Может, это кто-то из наших предков, давно затерявшихся в другом мире. Где гарантия, что в моем мире он не найдет меня? И там я могу попасть под машину, упасть с крыши, рухнуть на самолете, когда полечу в отпуск…

– Перестань! – Папочка махнул рукой. – Хорошо, оставим на крайний случай. А пока… Помнится, Григорий, ты что-то говорил про анализы крови, которые могут выявить магическую силу…

– Да, – Гриша сел обратно за стол, – мне в голову приходило, что… Вот, смотрите: носителем магии в теле драконов и других магов является кровь. И любой маг, даже сильнейший менталист, допустим, может (как я понял) скрыть свою магию на внешнем уровне, но силу своей крови скрыть никто не может. Нужно получить образец крови подозреваемого, и, если он сильный менталист, мы увидим это по анализу.

– Гениально, – согласился папочка. – Что ж, объявим массовую сдачу крови. Якобы для научного эксперимента, а тем, кто откажется…

– «Отключим газ»! – пошутила я.

– Нет, устроим арест, допрос и прочее. Потому что отказ будет подозрительным. Давайте остальные книги. Пора и правителю Эргону узнать древнюю историю своих предков…

Дальше этот сумасшедший день стал совсем сумасшедшим. Эргон изучал те же книги, что прежде мы с Гришей. Хмыкал, приговаривал: «Вот оно как!»

Сначала я любовалась им – такой сильный, с такими интересными интонациями… Вскоре отвернулась, чтобы не травить сердце, и принялась болтать с Гришей. А потом потянулся поток посетителей – с разрешения Эргона.

Первыми пришли Байдор с Бамаром. Эргон запретил личные свидания, поэтому моим женихам-сообщникам велено было приходить парочкой. А они, похоже, к этому уже привыкли. Молодые драконы буравили меня горячими взглядами, всячески выражали радость от моего спасения и тревогу по поводу сложившейся ситуации.

– О ситуации с вами еще поговорим, особенно с тобой, Байдор, – строго сказал им Эргон, выйдя из-за шкафа. – А принцессу этим не тревожьте. У нее завтра отбор, ей нужно отдохнуть после ранения.

То, что у принца и Бамара тоже завтра отбор, папочка, видимо, не учел. Причем очень сложный конкурс, придуманный коварным Гришей.

А потом пришел герцог. Как всегда строгий, с военной выправкой, но и с красивой непринужденностью во внешности. В темно-бордовом расшитом золотом облегающем камзоле. Сейчас, когда я отбросила сомнения и страхи по поводу него, он казался мне очень привлекательным. Как выдержанное терпкое вино, несладкое, но вызывающее непередаваемые ощущения.

А может, в том, что я могу быть счастлива с опытным зрелым драконом, есть доля правоты, подумалось мне. Тем более герцог оказался первым (кроме папочки), кто вызывал у меня какие-то женские эмоции. Последнее время я была так ошарашена постоянными изменениями, историей драконов и угрозой отца отправить меня на побывку в родной мир, что совершенно забыла о необходимости выбирать себе мужа.

– Отец, с герцогом я могу поговорить наедине? – обратилась к Эргону, который стоял у шкафа как секьюрити – сложив руки на груди.

– Да, Грейдору это позволено, – с легкой усмешкой и удовлетворением во взгляде ответил отец и вышел из малой гостиной, а герцог вежливо кивнул мне.

– Это честь для меня, принцесса.

– Я хочу поблагодарить тебя, герцог Грейдор, – сказала я искренне. – Если в моих силах как-то выразить тебе благодарность, буду рада. Ты спас меня, возможно, рискуя своей жизнью.

– Особой угрозы для меня лично не было, – спокойно ответил герцог. – И спасти твою жизнь – тоже честь для меня. Что касается благодарности… Принцесса Алиса, лучшим признанием для меня будет, если ты станешь воспринимать меня, как одного из настоящих кандидатов на своем отборе.

– Что?!

– Мне хотелось бы, чтобы ты рассматривала меня как одного из женихов, а не только как агента правителя среди них, – повторил он то же самое, но другими словами.

– Но ты говорил, что тебя не интересует трон… И я тоже не интересую…

Герцог искоса поглядел на меня и улыбнулся.

– Тогда я еще не знал тебя, Алиса. Ты была для меня всего лишь приемной дочерью моего друга, принцессой, которую нужно защищать. Но за последнее время я увидел, что в тебе живет дух истинной правительницы. Ты смелая, умная и добрая девушка. Давно я не встречал женщин, которые вызывали бы у меня восхищение. Поэтому… Я буду рад не занять трон, но стать твоим мужем. Мои слова, сказанные на церемонии представления, остаются теми же. Я уверен, что смогу сделать тебя счастливой. А меня сделает счастливым твое счастье.

Я чуть не прослезилась. А моя самооценка, и без того укрепившаяся в последнее время, взлетела вверх, как дракон. Получается, меня оценили не только молоденькие женишки, но и опытный дракон, видавший много женщин… Если, конечно, он искренен.

Впрочем, герцогу я теперь верила.

– Благодарю тебя за комплименты, Грейдор. Хорошо, я готова рассматривать тебя как одного из женихов. Но, прости, одного из. Надеюсь, ты не потребуешь преференций в качестве благодарности.

– Ни в коем случае, – усмехнулся герцог. – Женское сердце склонно любить своего спасителя, но я на этом не сыграю. Это недостойно ни тебя, ни меня.

«За что тебе честь и хвала», – подумала я.

Когда герцог ушел, отец наконец дал добро, чтобы мне принесли новую порцию корреспонденции от женихов. И чтобы отвлечься от расследования, я села ее изучать. Женихи писали примерно то же, что говорили Байдор и Бамар. Выражали радость, что я жива, предлагали любую помощь, не забывали о комплиментах. А одно письмо было от того зеленого нахала, которого я отчислила: «Принцесса Алиса, мне жаль, что я с самого начала не смог вызвать у тебя симпатии. Желаю тебе выбрать хорошего мужа и достойно править нашей страной. Прощай».

Искренне так… Может, зря я его сразу списала? Вдруг, обидевшись на его рассуждения о моей груди, я потеряла шанс быть с тем, кто мне предназначен свыше? Вдруг именно он – моя судьба, тот единственный, кто подходит мне, как ключ к замку?!

«Отставить, Алиса!» – сказала я себе. Это мышиные мысли. Принцессы не боятся упустить шанс. Они идут вперед без страха и упрека. Мышь вздохнула, махнула лапкой и спряталась в опрокинутом кувшине из-под молока.

Новых директив от отца не поступало, и я решила провести вечер с Гришей. Эргон вышел ненадолго, а я кинулась в свою библиотеку, схватила Гришу за рукав и шепнула:

– Сгоняй за веселящим, а?

Глава 29

– Мало того что принцесса, так еще и с вредной привычкой! – вздохнул друг. – Нет, Алиска, не пойду. Такими темпами он скоро закончится, а нам еще твою помолвку отмечать, когда выберешь жениха. Это важнее.

– Ну Гри-и-иш! Мне стресс нужно снять! Не каждый день узнаешь, что ты всецветная драконица в перспективе!

– Нет! – Когда нужно, Гриша умел быть непреклонным. С детства запомнила, когда он снова и снова заставлял меня подниматься на горку и скатываться на ногах, хоть я уже тысячу раз упала на попу и отбила ее. – Вот, посмотри лучше. Я тут набросал… С Эргоном. – Я покосилась на исписанный мелким почерком лист, на котором были и просто фразы, и настоящие блок-схемы, квадратики, соединенные стрелками. – Вариантов два. Злоумышленник либо один из женихов, либо не-жених.

– Это и так было ясно, – сказала сердито, пока моя мышь радостно бегала по своей комнатке и хвалила Гришу, который не дал мне выпить.

«У-у, предательница!» – в шутку погрозила ей кулаком. Мышь притормозила и… показала мне язык.

– Ну я же аналитик, вот и анализирую, – усмехнулся Гриша. – Следующий вопрос. Что он хочет. Тоже два варианта. Сделать тебя всецветной, потом – драконицей, потом – захапать твою силу через смертоубийство. Это первый вариант. Второй: хочет убить тебя прежде, чем ты станешь всецветной и драконицей. Но мы знаем, что второе скорее касается Сурала. А таинственный злодей вероятнее хочет первого. Поэтому… по идее мы должны всеми силами не допускать, чтобы ты получала силу других драконов: это опасно для жизни в целом, так еще и приближает момент решающей атаки негодяя. Не допуская твоего превращения в самого могущественного дракона, мы выигрываем время, чтобы вычислить его. Эргон одобрил мое мнение.

– Вечно вы договариваетесь у меня за спиной!

– Должны же мы были чем-то заниматься, пока ты принимала женихов, в том числе этого старого бордового герцога. Ладно, нравится он тебе – принимай… И еще Эргон сказал, что ты не выйдешь замуж, и первой брачной ночи не будет, пока мы не вычислим негодяя. Даже если случайно не удастся предотвратить очередное покушение, и ты хапнешь какой-нибудь еще цветной силы. В идеале ты должна остаться обычным драконом, мы вычисляем негодяя, а потом уже ты выходишь замуж и становишься драконицей. Правда, так ты навсегда утратишь возможность обрести всю цветную силу. Очевидно, что это возможно лишь до первого обращения. Обидно? – Гриша с пониманием посмотрел на меня. – Но Эргон считает, что так лучше всего. Я тоже.

– А что я считаю, никого не интересует?

– А чего ты хочешь? – Папочка вошел в библиотеку и решительно подошел к столу.

– Э-э… – Я задумалась.

В сущности… я хотела того же самого – избежать получения лишней силы. Такая ответственность мне ни к чему. И иметь больше времени, чтобы выбрать жениха. То есть практически того же, что придумали эти махинаторы! В чем я и призналась, глядя, как папочка деловито кладет на стол какие-то длинные непонятные полоски бумаги. Одни из них были черными, другие серыми, третьи – белыми. И непонятно, зачем они.

– Ну вот, доченька! – назидательно сказал Эргон. – Мы не заставили бы тебя делать что-то против твоего желания. Разве то, от чего напрямую зависит твоя жизнь.

– Сейчас моя жизнь зависит от всего, – усмехнулась я, – и это, похоже, развязывает вам руки, господа покровители.

Эргон с Гришей переглянулись и хмыкнули. А мышь внутри меня печально вздохнула, констатируя мое упрямство.

– Ладно, давай проверим анализ крови. Бумажки изготовили, как ты просил. – Эргон деловито кивнул на полоски. Достал из кучек отрезки трех разных цветов, положил перед собой. Извлек из-за пояса небольшой нож и ткнул им в свой палец. – Начнем проверку с меня. – Он капнул кровью на серую полоску. Капля мгновенно впиталась и быстро растеклась по всей полоске, сделав ее темно-бордовой. – Трактуй, аналитик. – Отец с усмешкой глянул на Гришу.

Я мгновенно забыла свою легкую обиду на их самоуправство и с интересом уставилась на еще больше темнеющую полоску.

Первая система магического анализа крови в этом мире, а может, и во всех мирах. И это придумал мой лучший друг. Я с гордостью посмотрела на Гришу.

– Вот эта серая полоска, только что изготовленная придворными магами, – пояснил он, – показывает уровень магической силы – ее количество, то бишь общую силу дракона, его мощь. Как мы видим, правитель – очень сильный дракон. Потому что кровь растеклась по всей полоске, пропитала ее целиком, кроме того, она яркая и сочная. Давайте проверим «цвет» магии и ее насыщенность…

Эргон нажал на палец и капнул на белую полоску.

Кровь снова заполнила ее целиком, растекаясь и светясь золотым.

– Как и следовало ожидать, магия правителя соответствует его золотой второй ипостаси, – сообщил Гриша. – А теперь интересное…

Гриша подвинул ближе к Эргону черную полоску, капнули кровью и на нее.

– Ого! – изумилась я. – А тут по-другому!

Капля растекалась медленнее, постепенно меняя цвет на белый, но заполнила полоску всего процентов на семьдесят.

– Этот тест показывает уровень ментальной силы. Отдельный вид драконьих способностей, возможно, даже не совсем магического свойства. У вас уровень очень высокий, но лишь кровь сильнейшего менталиста заполнит и окрасит в белый цвет всю полоску целиком. Так мы сможем его вычислить. Но… нужна капля крови.

– Интересно… – протянул Эргон. – Вот завтра женихов и прогоним, как собирались.

Он позвал пару охранников, что сторожили мои покои, прогнал их через тест. Результаты получились закономерные. Уровень силы был такой, что кровь заполняла половину или три четверти серой полоски. По словам Гриши, полное ее окрашивание должно быть характерно только для сильнейших драконов. Белая полоска заполнялась целиком соответствующим цветом – коричневым и синим для этих охранников. А черная побелела на треть, эти двое сильными менталистами не были.

– Давайте меня проверим! – предложила с энтузиазмом. – Я еще не полностью дракон. Посмотрим, как тест-система среагирует на мою кровь.

Стало очень интересно, появилось ощущение, что мы играем в занимательную игру, а все страхи и проблемы отошли на задний план.

– Она должна показать и ту часть силы, что еще дремлет, – сказал Гриша. – Все проявленное и непроявленное, что есть в крови.

– Конечно, – кивнул Эргон, – давайте проверим. Сама уколешься или…

Он протянул мне нож рукояткой вперед.

– Сама.

Провела рукой с магическим огоньком, чтобы дезинфицировать лезвие, и, ощущая легкий трепет (с детства не люблю сдавать кровь!), ткнула в безымянный палец левой руки. Мышь пискнула и зажмурилась, но лишь инстинктивно – больно не было, видимо, Эргон применил магическую анестезию. Нажав на палец, выдавила капельку на серую полоску и с удивлением наблюдала, как она заполняет три четверти полоски. А ведь я еще не стала крылатой… Прав папочка, моя сила проснулась почти в полной мере!

Более интересный, хоть и ожидаемый результат, ждал нас с белой полоской. Кровь растеклась по всей ее площади и окрасила в красивый узор из золотых и серебряных нитей.

– Хорошо в тебе прижилось серебро, – хмыкнул Эргон. – Упражняйся, полезная магия.

Я вздохнула и капнула третью каплю – на черную – ничего особенного не ожидая, но, к моему удивлению, полоска побелела почти наполовину.

– Я всегда говорил, что ты талантлива, – заявил отец. – Когда обретешь крылья, ментальность проснется в полной мере. Думаю, будет примерно, как у меня.

– Давайте для контроля проверим Гришу, – предложила, – посмотрим, реагирует ли тест на магию, отличную от драконьей. Ты ведь говорил, что у Гришки неплохие способности…

– Интересно, – согласился Эргон. – Драконьего в нем ни на грош, но магия есть. Как и мозг. Аналитик, ты как, сам себя проткнешь или помочь?

– Сам. – Гриша принял у меня нож.

Серая полоска заполнилась процентов на тридцать.

– Неплохо, хоть и далеко до драконов, – задумчиво пробурчал себе под нос Гриша. – И мы видим, что тест реагирует и на иную магию. Можно проверить хоть весь замок!

Белая полоска ничего не показала – на ней осталось небольшое бордовое пятнышко. И все. Цвет не изменился, и кровь не растекалась.

– Я не дракон, поэтому на цвет магии тест не реагирует, – сказал Гриша все так же задумчиво. – С черной будет то же самое…

Третья капля его крови упала и…

– Да не может быть! – воскликнула я.

Кровь растеклась стремительно, быстрее, чем у Эргона, и мгновенно окрасила всю полоску в белый цвет.

– Ты?! – Я в панике уставилась на Гришу. – Как ты мог! Я тебе с детства верила! Ты меня гипнотизировал, да?!

Эргон одним движением задвинул меня за спину.

А Гриша… Гриша побледнел, его родное лицо выразило невероятное удивление и… ужас. Он отшатнулся подальше от Эргона.

– Да нет же! Я не знал! Я сам придумал этот тест! Алиса, правитель! Подумайте, если бы это был я, то зачем мне так палиться!

– Разберемся, – сквозь зубы произнес Эргон.

…Надо сказать, выставленная им охрана сработала безотказно. Все было под контролем. В считаные секунды еще четверо менталистов из моей охраны (включая Эстора) словно ниоткуда оказались в библитеке и окружили Гришу.

– Круг ментальной силы, – спокойно и жестко приказал Эргон. – Каким бы менталистом ты ни был, все вместе мы сильнее.

– Отец, он не виноват! – воскликнула я, дернув Эргона за рукав.

Лишь на мгновение поверила, что Гриша – тот самый менталист. Теперь же, видя его растерянное бледное лицо, я устыдилась так же, как когда подозревала Эргона.

Не виноват Гриша! Не виноват! Это просто очередной сюрприз от судьбы, которая закрутила нас водоворотом. Очередной виток этой круговерти!

– Ведь он придумал этот тест! Никто не стал бы так подставляться!

– Спокойно, дочь. – Эргон буравил Гришу взглядом. – Я и сам не очень-то верю, что это он. Не хочу верить. Но, пока не разберемся, мы должны держать его под контролем. Прости, аналитик, – усмехнулся он, – сам понимаешь, что я должен перестраховаться. Если ты абсолютный менталист, не исключено, что мы все давно под твоим ментальным контролем.

– А палиться с тестом мне зачем? – уже чуть сердито (слава богу, начал приходить в себя) возмутился Гриша.

– Может, у тебя такой тонкий и сложный план, что даже я не могу его разгадать. С мозгом, как и с ментальностью, у тебя все в порядке. Итак, чем докажешь, что это неожиданность и для тебя? Нужны факты. Либо мы впятером будем проверять тебя ментально в течение суток, после чего обычно сходят с ума. Я этого не хочу. Очень не хочу. Но это будет мой долг.

Я понимала, что Эргон и сам жаждет получить доказательства Гришиной невиновности, в его голосе больше не было стальной жесткости, как в первый момент, когда он увидел результат теста.

Гриша снова побледнел и принялся рассеянно шарить взглядом по библиотеке, словно факты могли отыскаться где-то в пространстве. Обвинение выбило почву у него из-под ног: обычно хорошо соображающий, сейчас друг казался растерянным мальчиком.

– Ой, посмотрите! – пискнула я из-за спины Эргона и показала на наши тесты. – Гриша, ты сам-то видишь? Что это значит? Ты должен знать!

Гриша и Эргон одновременно взглянули на разложенные бумажки и заметили то, на что я обратила внимание. На лицах мелькнуло удивление.

Показания черных тестов изменились. Полоска Эргона так и осталась по большей части белой, на моей белая часть потускнела и стала какой-то серенькой, а Гришина прямо на глазах возвращала свой цвет. Миг, и она снова была совершенно черной, как до пробы.

Растерянность и ужас мгновенно растворились на Гришином лице, в глазах сверкнул азарт исследователя.

– Так вот оно что! – радостно воскликнул он. – Я так и знал! Они должны показывать даже уровень «проявленности». Смотри, правитель, твоя ментальная сила проявлена в тебе и находится в самом расцвете, поэтому полоска осталась такой же, как была сразу после теста. У Алисы хорошие ментальные способности, но они еще не могут полностью раскрыться, поэтому белая часть посерела. А моя… Выходит, во мне потенциально есть огромная ментальная сила. Она спит в крови, на нее и среагировал тест. Но эта сила не проявлена, не развита, и полоска почернела. Поверьте мне! Это же логично!

– Логично. – Эргон удовлетворенно кивнул. – Лайл, Бер, сходите в лабораторию к мэтру Грею и попросите проверить слова мальчика, так ли работают полоски. Пусть проверит все тонкие нюансы магии. Если твои слова подтвердятся, Григорий, то… во‐первых, тебе повезло, а во‐вторых, у нас появится тайное оружие.

– Да, я ваше тайное оружие, – уже совсем спокойно сказал Гриша. С достоинством склонил голову перед Эргоном. – Я прощаю тебе, правитель, эти подозрения. Я тоже имел наглость подозревать тебя. И буду рад и впредь служить тебе – и разумом, и своими новыми способностями. Но тебе нужно обучить меня. И тебя, Алиска, прощаю, ладно уж.

Ждать результатов из лаборатории нам пришлось почти час. Но, когда Лайл и Бер вернулись, они полностью подтвердили Гришины слова.

Впрочем, к тому моменту я и так была в этом уверена.