Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

Глава 41

– Его императорское высочество принц Дженард готов вас принять.

Слуга, которого мы так ждали с известием, все-таки появился на пороге неожиданно, заставив нас вздрогнув. Сердце радостно забилось: готов принять, это значит жив. Жив и уже в порядке, а заморский лекарь, похоже, настоящий кудесник. Я подскочила с места и не слишком по-императорски бросилась к двери. На пороге оглянулась на магистра Линарда.

– Мы ведь можем пойти вместе? – уточнила я.

– Как вам будет угодно.

На лице магистра промелькнуло сомнение. Но все же он поднялся и пошел следом за мной.

Принц был бледен, но и только. Он все еще лежал в кровати, а его родители сидели рядом в креслах. Что ж, свиданием наедине это и не планировалось. Так что, наверное, хорошо, что я тоже пришла не одна.

Принц встретил меня радостной улыбкой.

– Мне уже рассказали о твоих подвигах: сбежала из-под охраны, вскарабкалась по стене, проникла во дворец, разоблачила негодяя и спасла мне жизнь. И все это до завтрака.

Я рассмеялась. Действительно, звучало внушительно.

– Из тебя получится отличная императрица, – резюмировал принц.

– Не думаю, что карабкаться по стенам – необходимое умение для императрицы, – проворчал император. – Раз уж мы вместе тут собрались, нужно обсудить свадьбу. Полагаю, в связи с самочувствием принца ее следует отложить хотя бы на пару недель.

– Или отменить, – проговорила я.

– Что? – на лицах императорской четы отразилось почти одинаковое удивление. Все-таки правду говорят, что супруги, прожившие вместе много лет, становятся друг на друга похожи.

– Я не хочу выходить замуж. По крайней мере, прямо сейчас. Мне нужно закончить учебу. Чего я на самом деле хочу, я должна выбирать сама.

Император стал мрачнее тучи.

– Но ты же понимаешь, что этого в любом случае не будет. Тебе не придется выбирать. Тебе скоро исполнится восемнадцать, ты взойдешь на престол, въедешь в этот дворец и будешь править. А мы, – он запнулся. Было видно, что следующие слова даются ему с трудом. – Мы уступим тебе очередь, как это и полагается по древнему договору.

– Вот именно, по древнему! – горячо возразила я. – Пять королей собрались и решили, что будут править по очереди. Сейчас от этих династий остались только две, темная и светлая. Так кто мешает нам заключить новый договор, ведь тот уже давно устарел?

– Новый договор? О чем ты? – император смотрел на меня с непониманием.

– О том, что никто не будет править по очереди. Две королевские династии будут править одновременно: темная и светлая. Все решения принимать вместе. И тогда никто не будет угнетен, ни темные, ни светлые маги. И вам не придется освобождать дворец. А я смогу постепенно вникать в государственные дела параллельно с учебой в Академии.

– И тебя это устроит?

– Конечно, устроит. Вы всегда правили мудро, и даже исправили многие огрехи и несправедливости, которые допустил ваш отец. Если бы не ваши мудрые указы, моя опекунша могла бы забрать меня из школы и выдать замуж. Но император всегда ратует за то, чтобы граждане получали образование. Почему же я должна быть против?

Было видно, что эти слова пришлись императору по нраву.

– Конечно, Школе чернокнижников нужно придать статус академии и открыть другие темные академии.

Император махнул рукой, как будто я говорила о чем-то совершенно не важном.

– Разумеется. Давно следовало это сделать.

Похоже, мое решение ему нравилось, ну а мне тем более. Я обдумывала это всю сегодняшнюю ночь, пока магистр Линард отсыпался. Вела долгие разговоры с призраком. Просто удивительно, каким мудрым стал мой язвительный друг после того, как главная его мечта сбылась.

– И все же предпочтительнее, – сказал император, – объединить две династии путем брака.

Я пожала плечами.

– Возможно, когда-нибудь это произойдет. Принц повзрослеет и встретит ту самую девушку, которая заставит забыть его обо всех других.

Я не удержалась и бросила на принца ехидный взгляд.

– Они поженятся, у них будут дети, я тоже выйду замуж, – а вот сейчас я изо всех сил старалась не посмотреть на магистра Линарда, – за какого-нибудь хорошего человека. И у нас тоже будут дети. И кто знает, может быть, когда-нибудь… – улыбнулась я.

В разговор вступила императрица.

– Я полностью согласна. Я тоже считаю этот брак поспешным и неправильным. Государственные интересы – штука хорошая. Но моим сыновьям пришлось слишком много пережить, несмотря на юный возраст. И каждый из них заслуживает быть счастливым.

– Ну что ж, тогда предлагаю пройти ко мне в кабинет и обсудить детали. А сам новый договор мы подпишем после вашего совершеннолетия. Но до коронации, – император поднялся с кресла.

Пока мы шествовали по коридору вслед за императорской четой, магистр Линард шепнул мне:

– И давно ты это придумала?

– Недавно, – улыбнулась я.

– Могла бы и посоветоваться.

– А что, вам не нравится эта идея?

– Идея великолепна. Но ты все же могла и посоветоваться.

Я поднялась на цыпочки и шепнула ему на ухо:

– Вот станете моим мужем, буду советоваться.

Он посмотрел на меня свозь прищур. Боги, сколько в этом взгляде было скрытой нежности.

– Так я и поверил.

Мы вчетвером просидели над бумагами до самого вечера. Периодически в кабинет приходили законники, финансисты и прочие специалисты. О каких-то пунктах мы спорили, и там, где я была готова уступить и сдаться то ли от усталости, то ли от хмурого взгляда императора, в разговор вступал мой магистр. О, это была самая долгая и самая трудная беседа в моей жизни. Хотя бы потому, что все эти специалисты сыпали малознакомыми словами, называли какие-то сумасшедшие цифры. Несколько раз я думала, что уже не хочу быть императрицей, ни за что и никогда. И именно в эти моменты магистр Линард будто чувствовал мои сомнения и легонько пожимал пальцы. И в этот момент я вспоминала, что пройду этот путь не одна. Рядом со мной всегда будет тот, на кого можно положиться. Тот, кто был готов за меня умереть. Но главное, и это куда больше, он готов жить рядом со мной ради меня. Вместе, что бы ни случилось.

Из императорского дворца мы вышли, когда уже стемнело. Я с удовольствием вдохнула ароматный воздух с запахами цветов и вечерней свежести. Пройдет еще немного времени, и я навсегда поселюсь в этом месте, где никогда не бывает зимы. Но сейчас мне хотелось как можно скорее его покинуть.

– Ну что, домой? – спросила я магистра Линарда.

– Домой, – усмехнулся он, приобнял меня за плечи и мы вместе шагнули в портал.

Эпилог

Вечеринка в честь моего восемнадцатилетия получилась веселой и многолюдной. И на это раз совершенно официальной. В комнате Рилана собрались все. Нет, правда, практически все, с кем мне приходилось сталкиваться в Школе чернокнижников. Пришла даже Селеста. Известие о том, принц Дженард там будет, а наша помолвка расторгнута окончательно и бесповоротно, ее очень воодушевило. Правда, это воодушевление схлынуло, когда Дженард появился под руку с миловидной брюнеткой. Но судя по тому, что Селесте удалось-таки переброситься с ним несколькими фразами, она не теряет надежды.

Эльтид тоже явился. Разумеется, в сопровождении Ингаретты. И даже Орлен с Катриной появились. Впрочем, сразу после того, как Орлен проговорил обязательное «Поздравляю…», «Желаю…» и вручил мне подарок, Катрина уверенно подхватила его под локоть и утащила его в другой конец комнаты.

Разумеется, были тут и мои верные друзья, Рилан и Филая. Филая отвела меня в сторонку и показала колечко на пальце. Ух ты! Я знала, что выходные они провели в его родовом замке, но вот помолвка стала для меня новостью.

– Только тс-с, – сказала она. – Объявлять пока не будем.

– Почему?

– Сегодня же твой праздник.

Я рассмеялась. Филая всегда остается Филаей, чего я еще ждала!

– А как же его родители? Что они на это сказали?

– Знаешь, кажется, мы поладим с его матерью. Она, конечно, та еще штучка, но и я не смолчу, ты же знаешь. И похоже, ей это нравится, – она хитро улыбнулась. – Жизнь обрела новый смысл.

– Да уж, чувствую, вам будет весело, – рассмеялась я.

– Ерунда. Главное, что мы с Риланом будем вместе, а все остальное – такие мелочи.

Я покосилась на магистра Линарда. Разумеется, он не веселился со студентами. Преподаватели чинно восседали в креслах в облюбованном ими уголке и потягивали вино, неспешно беседовали. Магистр Аберардус с сиррой Аглиссой, магистр Калмин… Удивительно, что она пришла. Тот самый преподаватель, что помогал мне взгромоздиться на буйвола. Боги, а так и не выяснила, как его зовут. Ну что я за человек!

Звучали поздравления, тосты. Все танцевали, веселились. Только у меня никак не получалось погрузиться в это веселье с головой. То и дело я бросала взгляды на своего любимого магистра. Помнит ли он о своем обещании, не передумал? Чем закончится этот вечер? Сердце то и дело замирало или начинало стучать быстро-быстро, как запертая в клетке птаха.

Я рассеянно отвечала на вопросы, а их было немало. История о том, как я спасла жизнь принцу, стараниями сирра Магфрида стала известной во всей империи. Как и тот факт, что я вовсе не Аллиона Брентон, а истинная наследница темных императоров, сирра Аллиона Дарктаун.

Впрочем, надеюсь, носить эту громкую фамилию мне недолго. И как только закончится обучение в школе, я сменю ее на другую. Тоже звучную и такую родную.

Я не удержалась и снова бросила взгляд на магистра Линарда. Эта вечеринка казалась бесконечной. Но наконец гости стали расходиться, прощаться и снова меня поздравлять. Магистр Линард тоже подошел.

– Мне уже восемнадцать. Вы же помните? – выпалила я шепотом, впившись в него взглядом.

– Помню, – улыбнулся он и… ушел, оставив меня в растерянности.

Я вернулась в свою комнату и стала мерить ее шагами. В последние недели именно эта комната была поводом для наших с магистром споров. Он настаивал, чтобы я переехала в апартаменты, вроде тех, что у Рилана. А я не хотела, меня вполне устраивала и моя. Здесь все было так, как я привыкла, и я уже полюбила ее. С этим самым шкафом, в котором скрывался мой дорогой призрак, с этим окном, где на ветке сидела Карла с птенцами. Вдруг возле окон шикарных апартаментов не будет такой удобной ветки? Нет, я ничего не хотела менять.

А может быть зря? Вряд ли я смогу этой ночью пройти в преподавательское общежитие, в апартаменты магистра. Это будет уже чересчур. Но хочу ли я, чтобы это случилось здесь?

Я окинула свою комнату взглядом. Нет, определенно нет. И дело не только в наличии любопытного призрака, которого отсюда никак не выставишь…

Устав мерить шагами комнату, я опустилась на край кровати. Может уже и не стоит ждать? И в этот самый момент посреди моей комнаты открылся портал. Магистр Линард вышел оттуда. Высокий, широкоплечий, чертовски красивый. Для меня. В моей маленькой комнате он казался особенно большим. Я поднялась с кровати и сделала шаг ему навстречу. Портал так и оставался открытым.

– Я хочу пригласить тебя кое-куда, – сказал он своим невозможно хриплым голосом. А затем выразительно посмотрел в сторону шкафа.

– И предупреждаю, призракам туда вход воспрещен. Я наложил противопризрачное заклинание. Даже не пытайся!

– Вот еще, была охота! – донеслось из шкафа. – Не могу сказать, что мне по душе эти ваши современные нравы, но раз уж ты дал слово на ней жениться…

– Я его не нарушу.

Магистр прижал меня к себе, и мы шагнули в портал.

И очутились в месте, которое казалось мне смутно знакомым. Я уже видела эти бесконечно длинные коридоры, увешанные картинами, замысловатые колонны, статуи. Боги, да я же уже была здесь! Именно сюда меня, бездыханную, перенес магистр, когда я угодила под колеса его магической повозки. Именно здесь он впервые спас мне жизнь, рискуя своей. Я вспомнила, как одурманенная вином, мечтала о нашей свадьбе. Как бродила по коридорам, пока не наткнулась на его спальню. Как рассматривала его лицо и плечи, и…

– Здесь что-то изменилось, – сказала я вслух и только потом поняла, что. Если тогда я думала, что этот замок нуждается в уборке, то сейчас в этом не было никакой необходимости. Здесь все сияло чистотой, и кажется, магистр справился без моей помощи. Что ж, пусть это не в точности соответствует моим тогдашним мечтам, но, пожалуй, так тоже неплохо.

– Добро пожаловать в родовой замок Линардов.

– А здесь миленько, – проговорила я. – И… убрано.

– Да, я кое-что тут поменял. Сделал его более пригодным для жизни.

– А та комната с платьями? – вырвалось у меня.

Магистр усмехнулся.

– Платья отдал на благотворительность, а там теперь гостевая. Не думаю, что мы часто будем приглашать гостей, но пусть будет.

Мы прошли по коридору и остановились на пороге спальни. Той самой, где я невольно подглядывала за магистром Линардом, еще не зная, кто он и какую роль сыграет в моей судьбе. Она почти не изменилась, разве что теперь была чисто прибрана. Значит, сейчас случится то, чего я ждала и в глубине души немного боялась.

А потом сильные руки сомкнулись на моей спине, а горячие губы коснулись моих. Сначала легко, а потом все жарче и жарче. И знание о том, что случится сейчас, сделало этот поцелуй особенным. Самым настоящим из всех, что у нас были. Словно мы соприкасались не только губами, но и самими душами.

Когда мы оторвались друг от друга, я тихо прошептала:

– Сейчас?

– Вовсе не обязательно, если ты не готова.

– Готова, – слишком торопливо сказала я и словно в доказательство своих слов, привстала на цыпочки и сама потянулась к его губам.

– Ты чудо, – шепнул он мне.

А затем поцеловал так, как не целовал никогда. Словно все это время раньше ему приходилось себя сдерживать, а сейчас нет. Это был поцелуй безумия. Он жарким огнем растекался по венам, заставляя меня хотеть того, чего я не знала, но так жаждала получить. Все происходило словно само собой. Мои пальцы, путающиеся в пуговицах на его рубашке, платье, которое скользит вниз по плечам… Он подхватывает меня на руки, и вот уж обнаженная спина касается прохладной глади постели. И я больше не понимаю, что происходит. Я тону в жарком, невыносимо сладком безумии, касаясь губами горячей, чуть солоноватой кожи, осыпаю его поцелуями и принимаю ответные. Его руки, губы везде. Жаркий вихрь, который закружил меня, и не собирался отпускать.

Словно сквозь дымку я понимаю, что на нас больше нет одежды, и это не важно. Или нет, это важно? Это важно, хорошо и правильно – быть так близко, что ближе уже невозможно. Прижиматься друг к другу всем телом. И еще ближе, и еще… Его руки и губы скользят по моему телу, это чертовски приятно. И я с удивлением и восторгом узнаю, что в некоторых местах это не просто приятно, а так невыносимо восхитительно, что невозможно сдержать стоны, как ни прикусывай губы, как ни сдерживай себя. И в конце концов, я перестаю. Мысли исчезают, остаются только ощущения. Счастье блаженство невозможный восторг.

И когда мне казалось, что лучше уже быть не может, что мы не можем стать еще ближе и все, что происходит, не может стать прекраснее, это случилось. Еще ближе… Он внутри меня. Мы словно стали одним телом. Мы словно двигаемся в одном ритме, жарком и завораживающем. Сначала этот ритм томительно-медленный. Невыносимая нежность, невероятная близость, от которой слезы выступают на глазах. А затем ритм ускоряется. Еще и еще, еще и еще… Я двигаюсь навстречу этому ритму в удивительной для меня самой попытке стать еще ближе, хотя это кажется уже невозможным. Что-то внутри меня нарастает. Горячая волна, которая захлестывает меня всю. Это сильнее любой магии и лучше всего что я испытывала раньше.

А потом весь мой мир рассыпается на тысячу звезд. И с этим невозможно справиться иначе, кроме как гортанно вскрикнуть, вцепиться в горячие плечи руками и вжимать его в себя, крепче, сильнее, словно единственное, чего я хочу сейчас, – это раствориться в нем без остатка…

Звезды рассеиваются, и я понимаю, что не могу ни двигаться, ни говорить. Просто хочу вот так лежать рядом с ним, чувствовать его руку у себя на талии, слушать его дыхание и стук своего сердца. Или это наши сердца бьются вместе? Наверное, так.

Я выплываю из этого блаженства медленно. Мир начинает обретать краски. Я снова вижу комнату, чувствую смятые простыни под спиной и наконец обретаю дар речи.

– Боги, если бы я знала, что это ТАК, я бы, наверное, ходила за тобой по пятам все эти два месяца, умоляя, настаивая и требуя. Тебе повезло, что я не знала.

Это «ты» далось мне так легко, и это было вполне очевидно. После всего, что сейчас произошло, после того как мы были одним целым, словно бы по нашим жилам текла одна и та же кровь, никакое «вы» было бы уже неуместно. Но у меня оставался еще один важный вопрос:

– Скажи, а это каждый раз так? Ну, то есть… Это всегда будет так… Так…

– Я не находила слов.

– Нет, – тихо ответил Линард и я разочарованно выдохнула.

Что ж, могла бы и сама догадаться. Мне ведь уже удалось испытать это восхитительное, это невероятное, в общем, это вот все… Это уже большая удача. И было бы наглостью желать, чтобы все повторилось так же.

– Дальше будет еще лучше, – хрипло шепнул мне на ухо магистр. И я крепко сжала его в объятиях. Хотя как может быть еще лучше, я себе совершенно не представляла.

Я лежу так – рядом, и сама не замечаю, как скатываюсь в дрему. Мне снятся сны, они сменяют один другой и все они прекрасны.

В одном из них мы с магистром повторяем сегодняшнее сладкое безумие, и я понимаю, что он не соврал: дальше будет только лучше.

А в другом я вижу коронацию. Железная корона на моей голове. И откуда-то я знаю, что это император велел стражникам обыскать развалины моего родового замка, чтобы найти ее.

А еще я вижу огромный круглый стол, за котором сидит император с императрицей, я, мой любимый магистр и с десяток министров. Все о чем-то спорят, и тогда Линард берет слово и говорит. Уверенно, логично, четко. И все с ним соглашаются, потому что решение, которое он предложил, действительно лучше. А я сижу и любуюсь им: какой же он у меня невероятный, лучший на свете. Единственный.

А потом я вижу, как счастливый магистр Линард держит на руках нашего первенца. Девочку. И какой невыносимой нежностью переполнен его взгляд. И я счастлива видеть их, хотя немного ревную, потому что даже на меня он так никогда не смотрел…

А потом я просыпаюсь и явственно понимаю, что это был не просто сон. Нет, это привет от незнакомой мне прабабки-провидицы. Всему тому, что я увидела, суждено сбыться.

Да, я увидела только хорошее, хотя точно знаю, что трудности будут. куда без них.

Но и приснившееся, прекрасное и радостное, тоже будет. И все это наполняет мою душу умиротворением.

Линард спит рядом. Его волосы взъерошены, и во сне он выглядит вовсе не грозным и суровым, а таким родным и даже немного беззащитным. И кажется. таким я люблю его еще больше.

– У нас все будет хорошо, – шепчу я ему, хотя знаю, что он меня не услышит.

А потом утыкаюсь носом в такое любимое плечо и безмятежно засыпаю.

Алексей Губарев
Огнев. Крушитель

Глава 1
Астральная рана

Безымянная звезда. Крушитель.

Боги коварны. Боги трусливы. Я всегда это знал, и потому был готов к предательству.

Двенадцать бессмертных ждали моего появления у одинокой планеты, вращающейся вокруг умирающей звезды. Десять из них укрылись в плазме красного карлика, готовые нанести решающий удар. И лишь двое ожидали меня на поверхности умирающего спутника.

«Ты пришёл, Крушитель» – произнес один из бессмертных – высокий воин, закованный в сияющие червонным золотом доспехи, и опирающийся на двуручный меч из звёздного металла. Опасное оружие, даже для бессмертного. Таким можно нанести рану, которая будет заживать сотни малых циклов.

«Как видишь, Воитель» – ответил я, скрывая улыбку под глухим серым шлемом. – «Зачем ты призвал меня? Хочешь потерять свое бессмертие?»

«Ха-ха-ха!» – расхохотался второй бог. Его я видел впервые, но моя активная аура уже оценила новичка, и признала слабым противником. Повелевающий стихиями, к тому же безоружен, если не считать висевшего на поясе черного диска, созданного из материала, полученного от черной звезды. Метательное оружие, это даже не смешно.

«Тебя стоит поучить вежливости» – в грудь стихийнику нацелилось острие моего Душелова – древнейшего клинка, выкованного на заре времён одним из первородных богов. – «Пожалуй ты будешь первым, кого я развоплощу»

«Ты все же пришёл, убийца» – прозвучала в пространстве мысль третьего божества. Эти вибрации я знал многие сотни лет. Когда-то мы вместе… А впрочем, это было так давно, что от воспоминаний остались лишь отголоски эмоций.

«Дарующая печаль, приятно вновь услышать тебя» – ответил я, при этом фиксируя, как всё больше богов берут меня в кокон. Что ж, я ожидал подобного, и потому подготовился. Но они не должны об этом догадываться. – «Светлоликий, и ты здесь? Двенадцать бессмертных на одного? Что же вам нужно от меня?»

«Ты несёшь угрозу нашему существованию» – ответил ещё один мой знакомый – Судьбоносный. – «Никто не должен угрожать бессмертным. Было принято решение о твоем заключении в астральную клетку»

«Я всего лишь сдерживал вас и ваши желания» – моя мыслеречь правдоподобно задрожала, выдавая искусственное волнение. – «Не более»

«Смирись, Крушитель» – ответила за всех Дарующая печаль. – «Начали!»

В меня ударили одновременно двенадцать аспектов божественной энергии. Доспех Серых Пределов принял их на себя, защищая хозяина. Однако давление было столь мощным, что мне почти не нужно было притворяться, будто я сдерживаю натиск изо всех сил. Моя энергия и так стремительно тратилась на оборону. Однако долго это продолжаться не могло, они же могут раскрыть мой план. Вселенная, неужели не могли подготовиться лучше?

Наконец последовал второй удар. Он должен был сорвать с меня доспех, а мою бессмертную сущность вбить в тело планеты, от которой за парсек разило подпространством. Клетка, созданная из астральной энергии – место, высасывающее из бессмертных всю силу, и не позволяющее восстановиться. Вечность в заточении, пока кто-то извне не разрушит печать. Ох уж это правило Бессмертных – ни при каких обстоятельствах не убивать себе подобных. Даже того, кто плевал на подобные правила…

Наивные боги. Я давно уже подготовился к возможному пленению, и кристалл первозданного хаоса, добытый из ядра галактики, вспыхнул черным пламенем за долю мгновения до того, как двенадцать богов поставили печать.

Миг, и моя бессмертная оболочка, доспех и клинок – всё превратилось в чистую энергию, укрывшуюся в высшей сфере бытия – Ментале. Зря я что ли с таким тщанием подбирал божественные артефакты, созданные Перворожденными богами.

Сознание направило мою суть не в клетку, а в её конструкт, чтобы затаиться на несколько циклов, пока мои слуги будут подыскивать мне достойную оболочку. Десятки тысяч тайных последователей давно заучили ритуал призыва, и в нужный момент вернут меня в реальный мир. Так я думал.

Планета Искра – собственность рода Огневых.

Её сын умирал. Бледное, обескровленное лицо, впалые щёки, обтянутые посеревшей кожей скулы. И воспалённые глаза, в которых едва теплилась жизнь.

– Эр’Шаан, ты – старший шаман своего народа! Вы владеете даром излечить даже тех, кто уже ступил одной ногой за край. Спаси его! – с нажимом, требовательно произнесла графиня Огнева, пристально глядя на старого аборигена, склонившегося над телом подростка и что-то бормочущего себе под нос.

Женщина была невероятно красива, даже для аристократки. Высокая, стройная, и сильная – истинная одарённая. В тонких, изящных чертах её лица, в жестах, в осанке – во всём царило право повелевать. Врождённое, привитое с детства, нерушимое.

– Я сделаю всё, что в моих силах, госпожа!

Владеющий тайными знаниями своего народа – Кри’Наа, способный общаться с духами, сейчас Эр’Шаан испытывал небывалое волнение. Если бы не старческая дрожь рук, то княгиня заметила бы, что старик чересчур возбуждён. Ещё бы, на закате жизни ему выпал такой шанс – отомстить чужакам, захватившим его родной мир. Отплатить за сотни лет рабства и угнетения, за гибель миллионов жизней…

И сейчас он пытался вспомнить древний ритуал вызова астрального духа. Столь могущественного и опасного, что никто никогда не осмелился сотворить призыв. Сначала не было в этом нужды, а потом народ Эр’Шаана лишился всех носителей истинного благословения исчезнувшего бога, и у них перестали рождаться одаренные. Старый шаман был одним из последних, и никак не мог стать сосудом для астрального духа. А вот умирающий на столе юноша подходит идеально. К тому же его не спасти, слишком мощную способность применил противник – фактически уничтожил астральное тело последнего наследника рода Огневых.

От волнения мысли старого шамана перескакивали с одного на второе, но он всё же завершил необходимые приготовления в кратчайший срок. А затем, поднявшись в полный рост, до кости располосовал свою руку ритуальным ножом, оставив длинный разрез от сгиба локтя до ладони. Он знал, что ему не выжить, что графиня все равно прикончит его, когда узнает правду. Поэтому пожертвовал своей жизнью, чтобы призванный им дух наверняка вселился в тело врага.

Кровь ручьем хлынула на тело мальчишки, заливая его грудь. Только она не стекала на стол, а словно бы покрывала плоть смертельно раненого одарённого. Прошло едва ли две секунды, и алая жидкость стала менять цвет, становясь пепельно-серой.

– Ты что творишь, старый дурак! – выкрикнула графиня, метнувшись к месту ритуала. И тут же отлетела назад, натолкнувшись на незримый барьер. Стоявший позади Огневой телохранитель едва успел подхватить женщину, чтобы она не упала на землю.

– Это древний ритуал, госпожа. – слабеющим голосом произнёс Эр’Шаан, надеясь, что его ложь сработает. – Только так я могу вернуть вашего сына. Возможно, первое время он не будет помнить, что происходит вокруг. Другого способа нет.

В этот момент силы покинули старого шамана, и он рухнул на пол хижины. Последний одаренный народа Кри’Наа умирал, даже не подозревая, что сотворил.

Планета Искра – собственность рода Огневых. Крушитель.

Одиночество. Для кого-то непреодолимое испытание, а кому-то – подарок. Я не относился ни к первым, ни ко вторым. Все время, пока астральная клеть была моей тюрьмой, разум строил планы мести. Двенадцать богов – это лишь верхушка айсберга. Ещё были те, кто подговорил, и те, кто побоялся присутствовать при моём пленении. А ещё кто-то организовал всё это.

К счастью, я находился в клетке, а не в безмолвной пустоте, и потому сохранил свой разум. Грани узилища стали для меня тропами, по которым можно совершать бесконечные прогулки, а узлы и стыки – мастерскими и залами для медитаций

Да, пришлось потратить часть божественной праны, создав из клети сад, наполненный искусственным светом, мебелью, рабочими инструментами, а так же растительностью, птицами и зверьми. Это был мой рай одиночества. Здесь я раз за разом оттачивал мастерство, которым овладел за свою долгую жизнь.

Рождённый смертным, я был готов познать забвение, но смог возвыситься до уровня богов. Потому меня и боялись те, кто начал свое существование уже бессмертным. Для них было непонятно мое мышление, а когда боги что-то не понимают, то стараются уничтожить это.

Поэтому я был готов к предательству, и разработал план. Вот только он, похоже, не сработал. Никто не торопился призывать меня… Проходили месяца, годы, столетия. Сначала я ждал своего освобождения, но с каждым десятилетием надежда таяла. А потом стала иссякать и сила, капля за каплей, покидая меня. Последнее могло означать лишь одно – мои последователи стали вымирать. Еще бы, кому нужен бог, переставший давать защиту и могущество?

И всё же это произошло, хоть я уже перестал ждать, даже запретил себе надеяться. Меня призвали.

Сам миг призыва упустил – находился в созерцании. Только что наблюдал за созданным мной миром, а в следующий миг мою искусственную оболочку развоплотило, и я в виде первозданной энергии устремился сквозь астрал…

Вселение проходило болезненно. Словно меня призвали не в здоровое сильное тело последователя, потратившего столетия на развитие своего потенциала, а в первое попавшееся. И избежать внедрения в эту оболочку я не мог. Во-первых, потому что сам создал ритуал, завязанный на мою божественную суть, а во-вторых – стоит мне освободиться от формы, и враги тут же узнают моё местоположение. И тут же вернут ослабленного, бессильного бога назад, в клетку, только в этот раз уже по-настоящему. Тогда мне не выбраться оттуда никогда…

* * *

– Вадим, быстро подай диагност! – первое, что я услышал над собой, едва завершил внедрение. Правда услышал на грани восприятия, потому что все мои чувства мгновенно забила БОЛЬ! О, Вселенная, как же давно я не испытывал этого пьянящего чувства! Мне стоило огромного усилия, чтобы прекратить наслаждаться этим чувством.

Сосредоточившись, я отыскал последние крупицы праны – божественной энергии, и активировал божественное распознавание. По телу в разные стороны скользнули лучи, мгновенно собирающие всю информацию по всем аспектам, как физическим, так и иным. Секунда, вторая, десять ударов сердца, и вот я уже знаю всё о своей оболочке.

Мда, найду призвавшего меня, буду вечность пытать самым болезненным способом. Так нарушить мои законы – подобному нет прощения. Вместо здорового сильного тела – перекрученный астральным ядом полутруп.

Моей груди коснулось что-то холодное и металлическое, отвлекая от знакомства с телом. Что это за мёртвая энергия пытается просканировать новую оболочку? Ах, да, комплекс диагностики, что-то из нового мира, изменившегося за время моего заточения. Грубо и непрактично. Глупцы, все повреждения глубже, на уровне астрала. Энергетические каналы и потоки настолько изуродованы, что мне потребуется много времени на восстановление.

Зато есть и плюсы – душа носителя ещё не успела сгинуть, раствориться в небытие, и я прямо сейчас впитывал знания. Хм. Семнадцать стандартных лет, единственный наследник рода Огневых – владельцев целой планеты и нескольких рудодобывающих комплексов, расположенных в скоплениях астероидов.

У носителя совсем недавно пробудился дар, и он получил доступ к чистой энергии низшего порядка – я назвал её стихийной. Мда, мальчишка ещё не научился пользоваться даже столь хилыми возможностями, что уж говорить про свободные энергопотоки…

Хм, довольно интересная информация. Он знал, что есть родовое древо способностей, но еще не получил к нему доступ – не достиг совершеннолетия. Что это за зверь такой? Ладно, как только восстановлюсь, попробую разузнать получше.

А вот и причина столь ужасного состояния тела. Носитель возомнил себя воином, и поплатился – на первой же дуэли получил отравление астральным ядом. Это произошло меньше недели назад, и с тех пор бывший хозяин тела умирал…