Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

Соавторы: Алла Грин,Алексей Губарев,Матильда Старр
сообщить о нарушении

Текущая страница: 200 (всего у книги 350 страниц)

Что это вообще только что было? Так проявляются мои неведомые способности к ментальной магии?

Я услышала шаги за дверью и сжалась. Вот будет здорово, если ректор поймает меня за подслушиванием. Но я ведь не нарочно, оно случайно так получилось.

Ректор распахнул дверь и вышел… не заметив меня. Не оглядываясь, пошёл по коридору и куда-то свернул.

Я выдохнула с облегчением и только сейчас начала обдумывать услышанное. Значит, я не должна была умереть? Но как тогда всё это получилось, почему я здесь?

Слабость потихоньку отступала, и я уже хотела подняться и идти на занятия. Заглядывать к декану теперь было попросту некогда. А в следующее мгновение я снова вернулась мысленно в его кабинет.

Дверь распахнулась, и на пороге стоял насмерть перепуганный Гратис.

– Я же вам говорил! Надо было оставить всё, как было! И не тащить её сюда раньше времени! А теперь они всё узнают! Они уже подозревают меня…

– Не подозревают, а просто интересуются. И если ты не будешь паниковать, ничего страшного и не случится.

Кабинет декана начал расплываться и исчезать, а я всё ещё сидела на полу, будто пришибленная пыльным мешком.

То, что я сейчас услышала, не укладывалось в голове. Добряк Хорвирет меня убил в моём мире? Это он виноват в том, что я погибла раньше положенного срока, да и вообще в том, что я погибла? Но зачем?

Это было настолько непостижимо, невозможно, что даже сейчас, точно всё зная, я не могла в это поверить.

Звонок возвестил о том, что занятие уже начинается. Я поднялась с пола и, пошатываясь, побрела к аудитории. В голове была полная каша.

Глава 41

Я вошла в аудиторию, почти не замечая любопытных, заинтересованных, а то и недоброжелательных взглядов, которыми меня все сверлили.

Учебный день прошёл как в тумане. Едва ли я услышала хоть что-то из объяснений преподавателей. Все мои мысли крутились вокруг декана.

Он меня убил. Убил хладнокровно и запросто. Зачем? Зачем ему это понадобилось?

Я не находила ответа. Возможно, он каким-то образом знал или догадывался, что такая вот незапланированная студентка может оказаться чрезвычайно одарённой? Я вспомнила наш вчерашний разговор с медведем и то, что он говорил про ментальных магов.

Может быть, магистр Хорвирет решил приобрести такое вот универсальное оружие, и тот факт, что я вполне могла продолжать жить, показался ему слишком ничтожным препятствием.

Но главный вопрос, на который я никак не могла найти ответа: что мне теперь делать? Что делать с этой информацией?

Рассказать ректору? Эту мысль я отбросила сразу. Ведь пришлось бы объяснять, откуда я вообще обо всём узнала. А признаваться в том, что я могу подслушивать любые разговоры, не хотелось. Пока не хотелось.

Посоветоваться с медведем? Отличная мысль. Но он ничегошеньки не знает ни про иномирцев, ни о том, как они сюда попадают, так что вряд ли скажет мне что-то новое.

Наконец я решила: есть только один человек, с которым я могу посоветоваться, – магистр Рониур.

Я прямиком направилась к расписанию факультета защиты, поискала глазами нужное имя и… не нашла. Как такое может быть? Я ещё раз просмотрела расписание – но нет, на ближайшие дни у магистра Рониура не было ни одного занятия, а напротив лекций и практических по огненной магии стояло другое, совершенно незнакомое мне имя. Я даже не знала, что и думать, но торчать перед расписанием не было никакого смысла, так что я понуро побрела в свою комнату.

– Эрмилина, а куда делся магистр Рониур? Его даже в расписании нет.

Я спросила и почему-то сжалась от страха. Вдруг представилось, будто как в страшном фильме, он исчез и все о нём забыли, и только я по каким-то причинам помню?

Эрмилина посмотрела на меня так, словно хотела сказать «я же говорила!»

– Уже соскучилась? – У неё явно было отличное настроение. Майк шёл на поправку и уже вот-вот должен был выйти из лазарета. А на факультете ей сказали, что возвращаться к Бернадет вовсе необязательно – той подберут новую няньку. Так что жизнь налаживалась, и моя подруга просто сияла.

– Нужно спросить кое-что, – ответила я.

У меня даже сил не было на то, чтобы краснеть, смущаться и убеждать её, что ни капли я не соскучилась, а магистр Рониур нужен мне по делу.

– Вызвали, наверное, к королевскому двору.

Это ещё зачем? Перед глазами сразу встал образ королевского дознавателя и мрачная сырость камеры. Неужели он всё-таки добился своего, и теперь Рониура подозревают в соучастии?

– Он же боевой маг. Легенда. Все преподаватели боевой магии состоят на военной службе у короля. И, если что-то случается и они нужны, король может их призвать. Но призывают обычно магистра Рониура.

– А что-то случилось?

– Да кто ж тебе скажет, – легкомысленно улыбнулась Эрмилина. – Государственные тайны, это не для простых смертных.

Образ тёмной камеры растаял, а вместо него появился другой. Жестокое сражение, со всех сторон летят огненные шары, ледяные стрелы и прочие опасные штуки, а магистр Рониур сражается в первых рядах. Или ранен? Или…

Нет, об этом я точно не стану думать. Может, ничего опасного и не произошло, а через пару дней он вернётся. Только вот у меня не было этих пары дней. Решение пришло само по себе. Оно было таким простым и ясным, что несколько минут я только удивлялась, почему не додумалась до этого раньше.

Я закрылась в своей комнате, достала из шкатулки нужные ингредиенты.

– Напомни мне, что там с амулетом храбрости? – сказала я медведю.

Слёзы, которые текли по моим щекам и падали на перо синей птицы, были горькими и безутешными…

* * *

Утром я отправилась в кабинет ректора. Для меня разговор был очень важен, и я немного робела. До сих пор наш дед Мороз был на моей стороне и даже спас мне жизнь – всем нам, установив со мной ментальную связь. И всё же я боялась, что в этой просьбе он мне откажет.

– Юлия, – он добродушно улыбнулся, и на какое-то мгновение у меня на душе потеплело. А ведь ректор и правда рад меня видеть!

– Я к вам с одной просьбой, – робея, заговорила я. – Для меня это очень важно.

– Слушаю тебя, – он указал на мягкое кресло, и я послушно села.

– Я не хочу учиться на факультете защиты. Я бы осталась на артефакторском. Если, конечно, это возможно, – добавила я, чтобы моя просьба ни в коем случае не выглядела как ультиматум.

– И в чём же причина? – ректор вроде не сердился. Наоборот, было похоже на то, что ему искренне интересно.

– Мне нравится делать артефакты, – ответила я, и неожиданно поняла, что это правда. Собирать камушки, веточки и прочую мелочь, а потом видеть, как груда хлама превращается в красивую вещицу, да ещё и магическую – это действительно увлекательно. И пусть настоящую причину я не назвала, мне было приятно, что совсем уж врать ректору не пришлось.

Он задумался.

– На факультете защиты ты научишься многим вещам, которые пригодятся тебе в жизни. Твои способности уникальны, и ты должна уметь постоять за себя. – Казалось, он несколько разочарован. – Но, разумеется, если ты хочешь продолжить обучение на артефакторском, я не стану запрещать.

– Спасибо, – просияла я.

– Ну, ступай, – сказал ректор. – Скоро начнутся занятия, не стоит опаздывать.

Опаздывать я и не собиралась, и всё же до начала занятий у меня было ещё одно важное дело.

Я покрутила в руках амулет храбрости. Да уж, она бы сейчас и мне самой пригодилась. Я ведь обещала декану Хорвирету сделать такой же – и сейчас лучший момент, чтобы выполнить обещанное.

Я останусь на артефакторском факультете и стану лучшей, любимой студенткой декана.

Он хотел, чтобы я была рядом – значит, я буду.

Но не для того, чтобы его план удался, нет. Мне нужно быть близко, чтобы, пользуясь своими способностями, подслушивать его разговоры, залезть в его мысли, сделать всё возможное и невозможное, чтобы разгадать главную тайну.

Вчера весь день я была так ошарашена поступком декана, что только к вечеру до меня дошла простая мысль: он был в моём мире! Каким-то образом попал туда и даже смог повлиять на события.

Он знает путь назад.

А значит, и я узнаю его, чего бы мне это ни стоило. Я вернусь домой.

Я постучала в дверь декана, натянула на лицо приветливую улыбку и проговорила:

– Доброе утро, магистр Хорвирет!

Вместо эпилога

Разговор со студенткой Юлией оставил у ректора неприятный осадок. На первый взгляд все выглядело обычным: не хочет девчонка обучаться с боевыми магами, а хочет остаться на артефакторском. Оно и понятно: физподготовка, спарринги, щиты, удары – не девчачье это дело. Куда интереснее создавать красивые украшения, вплетая в них особый магический смысл.

И всё же что-то здесь было не так.

Он чувствовал это спинным мозгом, особым чутьем, отточенным годами ректорства. Чутье… Черт знает, как оно работало: зачастую неявно, неосознанно выхваченное движение, жест, мелькнувшая эмоция, улыбка, взгляд – и словно вспышка: что-то тут не так.

Вот и сегодня…

Слишком нехороший огонёк светился в глазах, когда она об этом говорила. Или ему только показалось? Но не устраивать же ей из-за этого допрос с применением ментальной магии? Да и нельзя ей сейчас, её собственный ментальный дар только раскрывается, её нужно бережно и осторожно провести по этому пути, а не взламывать его грубо и напористо.

К тому же, как ни крути, одарена леди Юлия сверх меры, редкий самородок, но контролировать такую силу пока не научилась. А на артефакторском у неё куда меньше возможностей влипнуть в неприятности.

В дверь тихо постучали, так тихо, что он даже не сразу понял, стук это или просто шум в коридоре.

– Войдите, – сказал он на всякий случай.

Дверь приотворилась, и в кабинет скользнула магистр Иамада с факультета ясности. Вообще преподаватели этого факультета нечасто радовали ректора своим присутствием, точнее, не решались отвлекать его от дел. Они жили в своём особом мирке, словно затаившись в надежде на то, что никто их не заметит, а значит, и не расформирует.

Факультет, обучающий провидцев, – единственный, куда еще ни разу не попадали иномирцы. Самый незаметный, а если говорить откровенно, и самый бесполезный.

Не то чтобы его студенты не делали никаких успехов – нет, они регулярно выдавали предсказания. Кто-то угадывал будущее по кофейной гуще, кто-то искал его в картах, а кто-то уверял, что его прогнозы нашёптывают сами звёзды.

Беда в том, что предсказания эти всегда носили весьма символичный и неконкретный характер, и разгадать, что на самом деле мог бы значить тот или иной знак, получалось лишь тогда, когда предсказание вроде как сбывалось. И то под большим вопросом.

Например, если случался набег саранчи на поля, кто-то из предсказателей мог с самым загадочным видом объявить: «А ведь я предупреждал: чёрная тень воронова крыла накроет землю».

Даже само название – Факультет Ясности – звучало как неуместная ирония.

С другой стороны, спрос на предсказателей в королевстве был велик. Да что там, главная предсказательница при королевском дворе Лервенна – тоже выпускница их Академии. А король не принимает ни одного решения до тех пор, пока она не раскинет карты.

Так что факультету ясности в ближайшее время ничего не грозило, хотя многие учёные мужи вовсю писали научные трактаты о том, что будущее изменчиво, а стало быть, предсказать его в принципе невозможно.

– Доброе утро, магистр Иамада, – ректор постарался вложить в интонацию как можно больше тепла и доброжелательности, слишком уж перепуганной выглядела преподавательница.

– Доброе, – еле слышно прошелестела она.

Невесомой тенью проследовала по кабинету и опустилась в кресло. Не слишком красивая, блёклая, магистр Иамада носила старомодные платья мышиных оттенков и, казалось, пыталась слиться с окружающей средой изо всех сил.

– Что вас привело ко мне?

– Видение, – прошептала она. – Мне сегодня было видение. Зловещее. Очень.

Ректор нахмурился. Магистр Иамада, пожалуй, единственная из всех провидцев факультета ясности время от времени выдавала предсказания, отличавшиеся хоть какой-то точностью. Чаще всего они сбывались. Не совсем так, как она предсказывала, но сбывались.

– Слушаю вас, – сказал он серьёзно.

– Студентка, – еле слышно прошептала она. – Та самая, которой быть не должно.

Взгляд ректора помрачнел. О том, что Юлии полагалось умереть несколько позже, чем это случилось, он и сам узнал совсем недавно. И поделился лишь с её деканом. Вряд ли тот стал бы сплетничать, и уж точно сплетни не могли так быстро дойти до факультета ясности.

– С ней что-то случится? – встревоженно спросил он. – Она в опасности?

Но магистр Иамада отрицательно качнула головой.

– Она – чудовище.

Сказать, что ректор был ошарашен – ничего не сказать. Он даже не нашёлся, что ответить. Леди Юлия не была чудовищем. Обычная девчонка, которая, правда, имеет несчастливую особенность вляпываться в неприятности. Да она жизнью рисковала, чтобы спасти своего друга! Какое же это чудовище?

Он уже хотел возразить, но Иамада не позволила.

– Станет чудовищем, – уверенно сказала она. – И убьёт его.

– Кого? – не понял ректор.

И магистр Иамада ответила:

– Короля, конечно.

Матильда Старр
Академия мертвых душ. Книга 2

Глава 1

– Почему вы решили использовать именно бирюзу для этого амулета? – прищурилась магистр Алия.

Отношения с преподавательницей не задались у меня с самого начала. На первом же занятии я умудрилась её поджечь, а потом случилось кое-что ещё хуже: мой амулет, который она раскритиковала в пух и прах, выкупили для королевского двора, да ещё и за кругленькую сумму. Так что на лояльность с её стороны я не слишком рассчитывала.

Программа-максимум была по итогам этого занятия хотя бы не получить новое наказание – дополнительные дни на расчистке подвала.

Сначала я хотела прикинуться дурочкой и сказать, что бирюза красивенькая и с ней амулет будет лучше выглядеть. Но потом подумала: какого чёрта! И ответила честно:

– Все камни синих оттенков в сочетании со змеиной кожей дают эффект защиты, не очень сильный, но всё же. Нам нужно было изготовить артефакт для усиления бытовой магии. То есть пользоваться им будут преимущественно в стенах дома. Вот я и подумала, было бы неплохо, если бы этот амулет заодно и сам дом немножко охранял…

По аудитории поползли смешки, и мои щёки стали пунцовыми. Сейчас, когда я сказала это вслух, идея сделать амулет чуточку лучше уже казалась не такой блестящей.

Магистр Алия вскинула голову, прочесала ровные ряды столов колючим взглядом, отчего весельчаки мгновенно уткнулись в свои амулеты, и в наступившей тишине едко сказала:

– Отрадно понимать, что хоть кто-то из студентов берёт на себя труд пораскинуть мозгами, а не просто хватает первый камень из списка.

У меня даже челюсть отвисла. Это что сейчас произошло? Она меня похвалила?

Я продолжала смотреть на магистра Алию, ожидая, что вот-вот она добавит «но» и прилюдно размажет меня по стенке. Но ничего такого не случилось. Строгая преподавательница просто забрала мою поделку и скомандовала:

– Садитесь. Следующий.

Из аудитории я вылетела словно на крыльях. Может, я и правда чего-то стою, раз уж даже магистр Алия готова признать это?

Первая хорошая новость за последние дни.

Впрочем, конечно, я преувеличила. Хороших новостей хватало. Во-первых, я осталась жива. Во-вторых, все остальные остались живы.

Но всего этого было недостаточно. Я так и не сумела подобраться к декану Хорвирету. Никаких больше подслушанных разговоров, никаких раскрытых тайн: мой ментальный дар, который вроде бы должен дать мне неслыханные возможности, больше себя не проявлял. И это было с его стороны просто непорядочно! Сейчас, когда он мне так нужен!

Магистр Рониур до сих пор не вернулся в академию, и с каждым днём мне становилось всё страшнее. Не случилось ли с ним что-то плохое? И тут ментальный дар, чтоб ему провалиться, тоже не помешал бы!

Я шла по коридору в столовую, когда меня остановил сэр Лорандис.

– Юлия, – он осторожно тронул меня за рукав.

Я резко дёрнула рукой и, кажется, пребольно заехала ему локтем в живот. Во всяком случае несколько мгновений заносчивый аристократ совсем неаристократично хватал ртом воздух. Чёрт! А ведь даже не планировала. Но сказать, что я огорчилась, было бы преувеличением. Он заслужил.

– Эй, зачем сразу драться? – наконец выдохнул сэр Лорандис. – Я же с мирными намерениями…

– Знаю я твои мирные намерения, – сердито ответила я. – Что ещё?

– Хотел пригласить тебя на вечеринку. Сегодня на факультете защиты собираемся, вроде как отпраздновать счастливое возвращение Майка. Твоя подружка будет – ну, с Майком. А ты могла бы пойти со мной.

А он не сдаётся! Поразительная упертость. Мне казалось, что все его поползновения должны были закончиться ровно в день нашей стычки в подвале, из которой он и его прихвостни вышли, прямо скажем, не победителями. Ан нет.

Я хмыкнула:

– Что, до сих пор подыскиваешь себе забитую невесту, за которую некому вступиться?

– Шутишь? – он посмотрел на меня с искренним удивлением. – Это за тебя-то некому? Слышал я про твои подвиги, сама за себя постоишь. А уж гаяр… – он передернул плечами. – Этот будет похуже целой толпы родственников, даже вооружённых.

Что же, тут он прав. Огнедышащий зверь, который по странной прихоти местной природы выглядит как безобидный котенок, действительно лучшая защита.

– Тогда вообще не понимаю, что тебе от меня нужно. Продолжай свои поиски. В конце концов, иномирянки попадают сюда с завидной регулярностью, и рано или поздно тебе повезёт.

«Надеюсь, что нет», – добавила я про себя.

– А мне не нужны другие! – заявил он. – Мне ты нравишься.

Я окинула его взглядом, пытаясь понять, что вообще сейчас происходит. Лорандис никак не уймётся и снова готовит мне какую-нибудь каверзу? Я задумчиво покачала головой: нет, вряд ли. Рыжик и правда надежная защита.

Но не может же быть, что он так резко переменился? Или…

В последнее время я стала в Академии почти знаменитостью. Перешёптывания за спиной, попытки однокурсниц, которые раньше смотрели на меня исключительно с презрением, в лучшем случае – с недоверием, набиться в подруги…

Да, скорее всего, дело в этом. Лорандис уже предвкушает, какой фурор произведёт, если мы явимся вместе.

Ну нет, такой радости я ему не доставлю.

– Извини, но вечеринки пока не для меня. Много учёбы.

– Да брось, – рассмеялся он. – От неё голова пухнет и цвет лица портится.

Похоже, Лорандис знал, что говорил, потому что его цвет лица был безупречен. Здоровый румянец свидетельствовал о том, что просиживанием за толстенными трактатами этот студент не злоупотребляет.

– Вот поэтому я и учусь. Чтобы потом не приходилось надеяться только на личико и фигурку. Дай пройти!

Лорандис отступил, и я направилась в столовую. Там обязательно будут Эрмилина и Майк – они теперь стали неразлучны. Майк вернулся к учебе на факультете Защиты. Возможно, мне удастся выяснить хоть что-нибудь о магистре Рониуре.

Глава 2

Тварь не убивалась. Рониур уже который час яростно молотил её заклинаниями, но она, казалось, становилась только больше и сильнее.

Огромный сгусток серой материи, лохматая туча надвигалась, давила, напрочь вышибая из головы мысли.

От неё веяло ледяным ужасом.

Не тем страхом, который неизбежно охватывает новичков, когда они впервые оказываются на поле боя и от которого, если признаться честно, не могут избавиться даже опытные вояки. Сталкиваясь с опасностью, бояться – нормально. И работа воина – всякий раз преодолевать этот страх, идти сквозь него. Привычная работа.

Но тут было другое: магический насланный ужас. Что-то сродни ночным кошмарам, только многократно усиленное, обострённое, доведённое до предела. Тварь заставляла леденеть душу, парализовала волю.

Даже ему, опытному бойцу, приходилось прилагать нечеловеческие усилия, чтобы с криком не броситься наутёк. Но он стоял, не позволяя себе сделать даже мелкий шажок назад, и методично наносил удары – один за другим. Этого хватало, чтобы удерживать тварь на месте, но победой тут и не пахло.

Подмоги тоже ждать было неоткуда: все бойцы гарнизона сражались. Из огромной прорехи среди ясного солнечного неба продолжали ползти всё новые и новые твари, правда, привычные и знакомые, тоже мерзкие, но они ни в какое сравнение не шли с тем, что сейчас противостояло ему.

Рониур метнул мощный огненный поток. Тварь поглотила его и разве что сыто не рыгнула. Нет, магия огня не годится.

Значит, магия подземелий… Он не любил ею пользоваться. Ему, огневику, она давалась труднее всего. Слишком разный характер магического воздействия.

Всё внутри сопротивлялось, чуждая, холодная, вязкая магия не желала слушаться. Но сейчас это было неважно – другого выхода всё равно не оставалось.

Рониур активировал сразу четыре накопителя энергии, чертыхнулся про себя: слишком много. Волна отдачи запросто снесёт его самого, ещё неизвестно, кто пострадает больше – неведомая тварь или он.

В памяти сами собой всплыли слова заклинания…

Он выкрикнул их, и горло словно разорвалось от боли. Рониура отбросило на несколько шагов назад, хорошенько приложив о землю. Голова кружилась, мутило так, словно он сожрал всю испорченную еду в худших харчевнях королевства. Тело отказывалось слушаться, но он поднялся на ноги.

И почти с облегчением выдохнул. Тварь буквально всосало в землю, хотя на поверхности оставалась ещё довольно большая часть.

Надо добивать! И добивать тем же заклинанием, повторить то, что он сделал, и возможно, даже не один раз… Подкатила тошнота, организм будто кричал, что скорее предпочтёт сдохнуть. Но кто бы его слушал?

Магистр Рониур приблизился к твари, снова активировал четыре накопителя. И снова выкрикнул заклинание. На этот раз его отшвырнуло ещё сильнее, руку резануло болью. Скорее всего, перелом. Плевать!

Он с трудом поднялся. Тварь почти полностью ушла под землю. Теперь она не выглядела грозной, а то, что ещё совсем недавно было плотной, непроницаемой тучей, болталось жалкими рваными ошмётками.

Оставить как есть? Освободится кто-нибудь, кто выбрал путь подземелий, и с легкостью добьёт гадину.

А если эта дрянь опять начнёт набирать силу? С таким монстром они сегодня столкнулись впервые, так что никто и понятия не имел, сколько времени ему понадобится, чтобы восстановиться.

Нет, придется самому.

Активировать накопители, выкрикнуть заклинание. И снова – волна отдачи. Она скрутила ослабевшее тело, как ветер подхватывает лёгкое пёрышко, и швырнула назад.

Рониур приподнялся на локте только для того, чтобы убедиться, что тварь исчезла под землёй, накрытая тяжёлой толщей. И тут же упал.

Где-то рядом всё ещё шёл бой, но прореха затягивалась, и новые твари больше не появлялись. Такие прорывы никогда не были долгими.

Рониур чувствовал себя отвратительно. Наверное, попади он в измельчитель мусора – и то было бы лучше.

– Всё, ребята, – тихо пробормотал Рониур. – Дальше сами.

И провалился в вязкую темноту.

* * *

Перед тем как прийти в штаб, он успел принять душ и переодеться. Лекари поколдовали с рукой, она всё ещё болела, но это его не слишком беспокоило.

Целители королевского гарнизона свою работу знали, а значит, через неделю всё срастётся, без всяких последствий.

Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы проглотить пару восстанавливающих эликсиров. После сегодняшнего боя желудок отказывался принимать хоть что-то, так и норовя вывернуть всё обратно.

Генерал Каргретт, нахмурившись, сидел за своим столом. Перед ним стояла чашка, но от нее не поднимался ароматный пар, как от чая или от кофе.

– Проходи садись, – по-свойски сказал он. Достал откуда-то вторую чашку, початую бутылку рома и щедро плеснул туда напитка. Да и в кружке генерала точно был не чай.

Формально на время боевых действий Рониур был подчинённым Каргретта. Но когда-то они вместе учились в академии, так что, когда рядом не было никого из бойцов, Каргретт плевал на субординацию и говорил с ним как со старым другом.

Да он и был старым другом.

– Потери есть? – спросил Рониур.

– Двоих крепко поломало, но лекари вытащат. Ну и так, по мелочам помяли.

– Что это была за тварь? Раньше не встречалась, – сказал Рониур. – Устойчива ко всем видам магии, кроме магии подземелий.

В глазах Каргретта мелькнуло понимание и сочувствие. Ему ли не знать, каково это – использовать чуждую магию. Да еще и с накопителями.

– И как ты? – спросил он.

– А как может быть? – усмехнулся Рониур. – Паршиво.

Но он сейчас думал не о том, что в ближайшие несколько дней будет или валяться полутрупом, или взбадривать себя нечеловеческими дозами зелий. Его волновало другое: получилось бы у них отбить атаку тварей, если бы все гарнизоны были заняты упокоением восставших мертвецов? Наверняка нет. И случайно ли очередной прорыв произошёл как раз тогда, когда сумасшедшая старуха решила поэкспериментировать с темной магией?

– Бросал бы ты в своей академии штаны протирать. Здесь ты нужнее, сам видишь, – Каргретт снова вернулся к теме, которая обсуждалась уже не раз. – Прорывы идут один за другим, а эти твари умнеют.

– Кто-то же должен готовить новых бойцов, – так же привычно ответил Рониур. – Больше учёбы – меньше трупов потом. Сам знаешь.

– Это да, – согласился Каргретт. – А ещё там можно щупать молоденьких студенточек! – У генерала явно было хорошее настроение, и понятно почему: выиграть такую тяжёлую битву без единого погибшего – это большая удача. – Или ты запал на какую-нибудь симпатичную училку? – он подмигнул Рониуру.

Магистр помрачнел, его лицо словно закаменело.

– Извини, – тут же посерьёзнев, сказал Каргретт.

И мысленно себя обругал.

Расслабился. Задел то, что задевать совершенно не стоило.

Как вообще он мог забыть?

Лиара.

Они с Рониуром были красивой парой. Начали встречаться, наверное, на третьем курсе Академии, и поженились сразу, как только её окончили.

Жуткий скандал был. Наследник древнего и могущественного рода, что не уступал, пожалуй, и королевскому, женился чуть ли не на простолюдинке. Да еще и оказался от весьма привлекательного места при дворе, а следом за женой отправился на войну. В самое пекло.

В одном из первых боёв Лиара погибла. Так бывает, удача на мгновение отвернулась – и всё, ничего уже не исправишь.

Но Рониур тогда винил себя в её гибели.

И, похоже, до сих пор винит.

– Мне пора, – сказал магистр, поднимаясь. – Пока мои олухи не разнесли Академию.