Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"
Автор книги: Анатолий Логинов
Соавторы: Алла Грин,Алексей Губарев,Матильда Старр
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 245 (всего у книги 350 страниц)
Глава 6
В назначенный час я явилась в покои Ларса. Ларса ли? Не думаю, что это имя настоящее. Только какая мне разница?
Меня в очередной раз встретил незнакомец, и я снова подивилась тому, как подводит меня память. Если бы не ярко-розовый цвет волос, я бы точно его не узнала.
Когда я появилась на пороге, он изумленно застыл, глядя на меня. Я стала поправлять платье, поискала глазами зеркало. Что не так?
– Вы еще прекраснее, чем раньше, – ошарашенно проговорил он с восхищением, которое вполне могло сойти за искреннее.
Я только вздохнула. Ну что за глупости! Никогда я не была прекрасной. Обычная рыжая девчонка, каких тысячи. Хотя после того, как надо мной поколдовали мастерицы по красоте самой королевы (она называла их странным словом «визажисты»), я действительно казалась симпатичнее, чем есть на самом деле.
А вот Ларс и правда выглядел удивительно хорошо: темно-синий камзол, расшитый золотом, делал его и без того красивые глаза и вовсе необыкновенными. Синие как море, глубокие как омуты… Я обнаружила, что слишком долго на него пялюсь, смутилась и проворчала:
– Все прекрасно, но роза в петлице здесь лишняя. При дворе уже года два так не носят.
– Потому и надел.
Я вскинула на него удивленный взгляд.
– Чтобы вы не пугались всякий раз, когда я к вам подхожу. Сразу смотрите на розу – если она на месте, это я.
Я молча подивилась его предусмотрительности и совершенно неожиданной заботе о моем комфорте. Что ж, так действительно будет лучше. Я представила, как вздрагиваю всякий раз, стоит ему ко мне подойти. Нет уж, не нужно.
– Это очень мило с вашей стороны.
– Ну же, лечите меня, – улыбнулся он.
И я только сейчас поняла: для того, чтобы это сделать, нужно подойти к нему совсем близко. И если со всеми прежними пациентами меня это ни капли не смущало, в конце концов, ни один лекарь не справится со своей работой на расстоянии, то сейчас шаг, приближающий меня к пациенту, был труден как никогда. Словно я взбиралась на крутую гору.
Видя мои страдания, он сам подошел ко мне.
Близко, очень близко.
И снова я обнаружила, насколько он выше меня. пришлось задрать руки, чтобы провести пальцами над его волосами. Осторожно, едва касаясь, я прошептала заковыристое заклинание – и вот уже передо мной стоял жгучий брюнет.
Сейчас он казался знакомым до боли, как будто уже много лет он был моим другом, настолько близким, что я не представляю свою жизнь без него.
Это что, побочный эффект от зелья?
Странно, о таких вещах обычно пишут в справочнике, а я ничего похожего не нашла. Впрочем, какая разница, ведь когда я встречу его в следующий раз, все равно не узнаю…
Только сейчас я заметила, что уже долго стою слишком близко к нему. Так близко, что одежда соприкасается. Сделала шаг назад и пробормотала:
– Нам пора.
* * *
В этот раз бал показался мне не таким уж и скучным мероприятием. Я с любопытством разглядывала наряды дам и кавалеров, Ларс сыпал комплиментами, и теперь они не вызывали у меня недоверия или раздражения. Напротив, были даже приятны. Ну а кому будет неприятно, когда кто-то восхищается тем, что такая красивая девушка, которая с легкостью вскружила бы голову любому мужчине, вместо этого выбрала самую благородную профессию и спасает людей? То-то же.
– Позвольте пригласить вас на танец, – Ларс протянул мне руку, как только грянула музыка.
– Я не танцую, – быстро ответила я.
Прийти на бал и стоять в уголочке – это еще куда ни шло. Но выйти в зал и кружиться в танце – это уже чересчур. Тем более, что танец предполагает слишком близкий контакт. Моя рука в его ладони, его рука на моей талии… Нет, ни за что.
– Не волнуйтесь, это очень просто. У вас обязательно получится.
Я фыркнула. Как будто, проведя столько времени при дворе, я могла не уметь танцевать!
Обязательные уроки этикета включали танцы. И надо сказать, это было ужасно. Учитель танцев, разряженный и напомаженный франт, так обильно обливал себя духами, что находиться в его объятиях было просто невозможно. Видимо, именно тогда я и возненавидела танцы.
Разумеется, пожалуйся я королеве Полине, меня тотчас же освободили от этих уроков, но я никогда не считала возможным дергать ее по пустякам. Наша королева – отличный друг, просто лучший на свете, но и я хотела быть хорошим другом.
Я возмущенно воскликнула:
– Я умею! Просто не хочу…
Вдруг взгляд Ларса сделался обеспокоенным. Теперь он смотрел не на меня, а куда-то за мое плечо.
– Пойдемте танцевать скорее, – серьезно, почти испуганно сказал он и крепко сжал мою руку. – Умоляю!
– Что случилось? – забеспокоилась я.
– Только не оборачивайтесь, – он придвинулся ко мне ближе и зашептал на ухо: – К нам идет тип, с которым я совершенно не хочу встречаться. Он замучает меня глупыми разговорами. А вас – не менее глупыми комплиментами. И не отойдет от нас целый час. Пойдемте скорее!
Не спрашивая ничего больше, он увлек меня в центр зала.
В этот раз я не слишком сопротивлялась. Уж лучше танец с Ларсом, чем целый час глупых комплиментов от какого-то неприятного типа!
И только когда мы сделали первые па, я вдруг сообразила:
– Постойте, но как бы он вас узнал? Зелье… Да я сама вас каждый раз словно впервые вижу!
Этот негодяй только кивнул.
– Разумеется. К тому же я здесь почти никого не знаю.
– Но тогда зачем… – начала я, но заканчивать не было необходимости. Все и так ясно.
Однако Ларс с улыбкой сказал:
– Но ведь иначе вы бы не стали танцевать, а я уверен – вам бы понравилось.
Внезапно я обнаружила, что мне и правда нравится. Все-таки между учителем танцев и Ларсом была существенная разница. Мы кружили в танце, и все сошлось воедино: великолепная музыка, сильная рука на моей талии и та легкость, с которой Ларс меня кружил.
Это и вправду было прекрасно.
И как бы ни сердилась я на бессовестного обманщика, прекратить танец сейчас был совершенно невозможно. Остановиться посреди зала – верный способ привлечь к себе внимание, а лишнее внимание – это именно то, чего мне сейчас совсем не хотелось. Откровенно говоря, никогда не хотелось.
И все же прекрасная музыка сделала свое дело. Я растворилась в танце полностью, без остатка, словно сама стала музыкой и летела, струилась в сильных руках, которые меня направляли.
Даже когда танец закончился, я не стала высказывать лживому негодяю все, что он нем думаю. Тем более, что ничего плохого я о нем не думала, как ни старалась.
Уж не знаю, какие были у него дела на балу, во всяком случае, за весь вечер он отошел от меня лишь дважды. Первый раз, чтобы поприветствовать королевскую чету, а второй – принести для меня шампанского. И оба раза я уже привычно удивлялась: ну как, как можно не узнать человека, с которым разговаривал несколько минут назад?
Уму непостижимо!
Сколько же раз мы уже встречались словно впервые?
Я попыталась подсчитать, сбилась и наконец приняла решение больше об этом не думать.
Время от времени мне приходилось проводить руками над его волосами. Возможно, я делала это несколько чаще, чем следовало, но это вовсе не потому, что мне хотелось лишний раз к нему прикоснуться, ничего подобного!
Я просто боялась, что действие заклинания закончится, волосы Ларса сменят цвет и тут-то уж точно все взгляды будут обращены на нас.
Нет, спасибо, что-то не хочется.
Когда бал закончился, мой кавалер изъявил желание проводить меня до комнаты. Я согласилась, но не потому, что мне так уж нравилось его общество. Просто был один очень важный вопрос, который необходимо было задать.
Глава 7
– То, что вы сделали вчера с моими снами, это надолго?
Я смотрела на него с надеждой.
– Боюсь, что нет, – нахмурился он. – Но я могу повторить.
Не дожидаясь согласия, он снова запустил руки в мои волосы. Прикосновение было приятным, но той вчерашней легкости почему-то не появилось. На этот раз он массировал мне голову гораздо дольше, а потом опустил руки.
– Ничего не выходит, – сказал он растерянно. – Впервые в жизни ничего не выходит.
– Но почему?
– Понятия не имею. Природа ваших дурных снов несколько иная, чем та, с которой я сталкивался раньше.
Я вздохнула. Значит, сегодня придется снова встретиться со своими кошмарами. Что тут сделаешь? В конце концов, у меня была одна прекрасная ночь, и нужно быть благодарной хотя бы за это.
Ларс выглядел таким расстроенным, что смотреть жалко, я поспешила его успокоить:
– Ну ничего, по крайней мере, вы попытались. Я уже почти привыкла к дурным снам.
Я старалась говорить беззаботно, но на самом деле при мысли о том, что кошмары вернутся, сердце сжималось от ужаса. Только вот показывать свои чувства не следовало. Мне ли не знать, что чувствует целитель, рядом с безнадежно больным. Конечно, Ларс не совсем целитель, точнее совсем не целитель…
– Мне пришлось смириться с тем, что с моими снами ничего нельзя сделать. И вам следует сделать то же самое! – уверенно заявила я.
– Почему же… кое-что можно… – Ларс, кажется, смутился.
В течение всего нашего знакомства смущаться, как правило, приходилось мне. И потому было удивительно видеть смущенным его.
– И что же? – спросила я, смутно предчувствуя, что ответ мне не понравится.
– Вам нужно спать рядом со мной.
– Что-о?!
Моему возмущению не было предела.
– Если это шутка, то очень жестокая, – сказала я холодно.
– Нет, вовсе нет! Я говорю чистую правду. Это действительно поможет. Рядом со мной никто и никогда не видит дурных снов.
– И как же вы это выяснили? – вспыхнула я, хотя, казалось бы, какое мне дело до того, с кем этот посторонний мужчина делит свою постель.
Однако он ответил совершенно спокойно:
– Я же вам говорил, это наш родовой дар. В нашем роду так было всегда и со всеми.
Я смотрела на него недоверчиво. Почему-то это заявление меня успокоило, хотя, казалось бы, какая мне разница! Пусть даже в его постели побывала сотня девиц, и все они спали как младенцы.
– Это чистая правда, – сказал он серьезно.
– Такая же правда, как и неприятный тип с глупыми шутками и комплиментами? – ехидно проговорила я.
Он не принял мой тон и ответил тихо и серьезно:
– Нет, просто правда…
Он замолчал, словно ожидая моего решения. А чего тут можно ожидать? Неужели непонятно? Ну ладно, скажу вслух.
– Благодарю за предложение, но оно для меня неприемлемо.
– Вам не следует меня бояться, – не сдавался он. – Клянусь, я не потревожу ваш покой и не прикоснусь к вам.
Я посмотрела на него недоверчиво. Что-то до сих пор я не слыхала о мужчинах, которые, заполучив девушку в свою постель, не воспользовались этим.
– Вы можете мне верить, – сказал он проникновенно.
Я только фыркнула.
– Да-да, конечно, могу. Не прошло и часа, как я убедилась в этом на собственном опыте.
Я с легкостью представила себе, как Полина спрашивает меня как дела, а я отвечаю: «Все в порядке, просто я провела ночь с мужчиной. Все было прекрасно, жаль только я не запомнила его лица и вряд ли узнаю его, когда встречу в следующий раз». Вот уж действительно достойный поступок.
– Спасибо за предложение, я допускаю, что вы сделали его из лучших побуждений, однако принять не могу. Доброй вам ночи.
За этой более чем странной беседой мы уже дошли до моей комнаты.
Не дожидаясь ответных пожеланий (они сейчас были неуместны, уж я-то точно знала, ночь будет недоброй), я скрылась за дверью.
В комнате я с трудом разобралась в многочисленных застежках, но все же сняла платье. Затем долго возилась с волосами и еще целый час стояла под струями воды.
В общем, делала все, чтобы не идти спать.
Страх снова столкнуться со своими кошмарами леденил сердце.
Было уже далеко за полночь, когда я наконец решилась. Выбрала самую непрозрачную сорочку, подумала, добавила к ней еще одну, задержалась на пороге комнаты, а затем решительно сделала шаг в коридор.
И снова только у двери покоев Ларса я вспомнила, что он, возможно, спит. Ничего, если спит, то проснется. В конце концов, предложение исходило от него.
Да и что-то мне подсказывало, что жаловаться он не станет.
Я обнаружила его там же, где и утром, за столом с бумагами. Действие моего заклинания закончилось, и волосы незнакомца снова стали розовыми.
Отчего-то это меня успокоило. Нет, не то, чтобы ночевать в обществе мужчины с розовыми волосами как-то предпочтительнее, но это и правда было забавное зрелище. Мое нервное веселье немного разогнало страх.
– Я ждал вас, – сказал он.
Вот же самонадеянный тип!
– Были уверены, что я приду? – возмущенно спросила я.
Как он может! Да я сама не была в этом уверена.
– Нет, конечно, – сказал он просто, – но очень на это надеялся. Мне бы хотелось, чтобы вы спали спокойно. Впрочем, я думаю, вы меня поймете. Была ли у вас ситуация, когда вы знали, что можете помочь, а пациент отказывался от помощи?
Я попыталась припомнить. Нет, со мной такого, слава богам, не случалось. Но если бы случилось… Да уж, мне бы это точно не понравилось.
– Мне нужно пройти в ванную комнату и переодеться, – я постаралась сказать это как можно равнодушнее, но голос все равно сорвался.
Он улыбнулся.
– Не воспринимайте это так трагично, умоляю. Уверяю, ничего плохого не случится.
Эти его слова меня никак не успокоили. Боюсь, у нас с ним разные представления о том «плохом», что может случиться. Для него этот как раз совсем неплохо. Я даже не стала ничего на это отвечать, просто поспешила скрыться в ванной. Натянула на себя обе ночные сорочки, одну на другую, и вышла в комнату, как приговоренный к смертной казни выходит на эшафот.
В комнате уже было темно, лишь свет луны из окна вырисовывал зыбкие силуэты. Надо же, какой деликатный, погасил свет, чтобы меня не смущать. Я смогла не столько рассмотреть, сколько угадать кровать, где кто-то уже лежал. А он быстро справился. Я мышью юркнула под одеяло и улеглась на самом краешке кровати, стараясь быть подальше от мужчины, с которым проведу сегодняшнюю ночь.
– Так не пойдет, – раздался тихий голос. – Нам нужно соприкасаться, хотя бы мизинцами.
Я хотела возмутиться, но потом поняла, что уже поздно. В конце концов, глупо страдать от кошмаров, раз уж я все равно в его постели.
Так что я перебралась к нему поближе и накрыла его ладонь своей. Мизинцы показались мне не слишком надежным вариантом, стоит неловко повернуться – и…
Я внутренне содрогнулась. Нет уж, эту ночь я намерена спать спокойно. Что будет дальше, я не знала и знать не могла. Но даже эта короткая передышка мне просто необходима.
Глава 8
В это утро я проснулась с ощущением, что никогда еще мне не было так удобно и уютно спать. Я едва не заурчала сквозь сон, как довольная кошка. И только потом сообразила, что что-то не так.
Тут же распахнула глаза и… о боги!
Я в чужой комнате, в чужой постели с мужчиной. Но даже не это самое ужасное. Если засыпали мы, переплетя пальцы (что поделать, раз уж для его сонной магии необходим контакт), то теперь этого контакта хватило бы на тысячу спокойных снов. Моя голова покоилась на мужском плече, а рука во сне как-то сама собой переместилась и теперь обнимала могучий торс. Я хотела сразу же ее отдернуть, но вовремя остановилась.
Не хватало еще разбудить Ларса!
Нет-нет, руку нужно убирать осторожно. Затем точно так же осторожно соскользнуть с его плеча. Только бы не проснулся…
Ага, как бы не так.
Стоило мне заворочаться, он открыл глаза. Я в ужасе сжалась. Ну вот, сейчас, пользуясь случаем, он обнимет меня и прижмет к себе. А потом… Только ничего такого не произошло. Он осторожно высвободил руку и сел на кровати.
– Доброе утро.
Он вел себя так, словно ничего особенного не произошло. А вот у меня не получалось. Я старательно отводила взгляд, только он никак не хотел отводиться, постоянно цепляясь за широкие плечи и неуклонно скользя вниз. До того самого места, где начинались свободные ночные штаны.
Ларс словно не замечал моего смущения.
– Что вам сегодня снилось? – поинтересовался вроде бы из вежливости.
И я вспомнила. А ведь снился мне он. Ничего особенного, мы то танцевали на балу, то прогуливались под руку по королевскому саду, то сидели, обнявшись, в увитой цветами беседке, а его губы касались моей макушки. М-да, все-таки не ничего особенного…
– Так, всякая ерунда, – быстро ответила я.
– Но кошмаров не было? – уточнил он.
Я задумалась. Вообще-то сидеть в объятиях с совершенно посторонним мужчиной, который, пусть и едва касаясь губами, но все же целует меня и мурлычет всякие нежности, это уж как-то чересчур. Однако называть это полноценным кошмаром я бы не стала.
– Нет, все в порядке, – проговорила я, пряча глаза. – Думаю, мне пора, у меня пациент.
Я быстро скользнула в ванную комнату, переоделась и буквально вылетела из его покоев. Наверное, следовало поблагодарить его за помощь, однако оставаться с ним наедине даже несколько лишних мгновений я не могла.
Во время утреннего обхода пациентов я была рассеянна и невнимательна. Нет-нет, я не ошиблась ни с одним зельем, ни с одним диагнозом. И все же мысли мои были далеко.
Даже леди Алидастра со своими придирками не смогла меня вывести из задумчивого состояния. Я рассеянно кивала и соглашалась со всем, что она говорила.
Вертихвостка? Да-да, конечно.
Криворукая неумеха? Разумеется.
Я не скрипела зубами, стараясь сдерживаться, чтобы не высказать ей все, что о ней думаю.
Кажется, эта перемена изрядно ее огорчила, во всяком случае, вскоре она обиженно замолчала и позволила мне провести все манипуляции в тишине. Вот и славно! Знать бы раньше, что справиться с нею так просто!
Случившееся ночью не выходило у меня из головы.
И неприличные сны, и, что куда хуже, место, где я эти сны смотрела.
А уж пробуждение на чужом плече и тот факт, что Ларс поймал меня на месте преступления! И ведт наверняка заметил, как я на него пялилась, хоть и старалась этого не делать…
Боги, это невыносимо!
Я даже хотела снова попросить встречи с Полиной, поделиться с ней всем, что произошло, попытаться разузнать, кто же он, демоны побери, такой. Да и просто по-дружески спросить, как теперь со всем этим быть.
Однако, хорошенько поразмыслив, решила не делать этого.
Королеве нужно отдохнуть после бала. И наверняка к этому мероприятию, как обычно, съехалась куча важного народу, каждый из которых теперь просит королевской аудиенции.
Разумеется, она найдет время для меня, я даже не сомневалась. Только вот стоит ли ее отвлекать? По большому счету, ничего ужасного не случилось, наоборот, уже вторую ночь я сплю спокойно.
Ах, если бы еще можно было сделать так, чтобы не встречаться с Ларсом при свете дня. Но нет, не могла же я его бросить в таком бедственном положении, уж он-то меня точно не бросил. Хоть подозреваю, был весьма доволен этой ситуацией. А теперь периодически являлся в мою лабораторию и мне приходилось касаться руками его волос, сталкиваться с ним взглядами, читать в его глазах гораздо больше, чем мне бы хотелось.
И в очередной раз чувствовать, как пылают щеки, как легонько дрожат пальцы. А еще это странное, совершенно глупое желание стать на цыпочки и коснуться губами его щеки. Желание, в котором я и сама себе не хотела признаваться.
А что если он догадывается о том, как на меня действует? Ох, если бы у нас сложились обычные приятельские отношения людей, которые пытаются помочь друг другу, как бы все было проще!
Чем ближе был вечер, тем сильнее накатывали на меня волны ужаса, смешанного с почти радостным предвкушением. И меня это совершенно не устраивало. Ближе к ночи я совсем было решила никуда не идти. «Ничего страшного, потерплю еще один день», – уговаривала я себя. Но чем больше сгущалась ночная тьма, тем меньше решимости у меня оставалось.
Что я увижу сегодня?
Как я руками раздираю живого зайчонка, припадаю губами к горячей ране и пью его кровь?
Лицо бабули, искаженное ужасом?
Или холодное желание убивать всех, кто посмеет встать на пути?
Я тряхнула головой, отгоняя мрачные видения, схватила две ночные сорочки и направилась в покои Ларса.
В конце концов, я обняла его случайно, и это вовсе не обязательно должно повториться. Я набрала в легкие воздуха и переступила порог.
Спокойный сон слишком ценен для меня, чтобы я отказалась от него из-за каких-то там глупых и неуместных мыслей.
Глава 9
– Вы же понимаете, что все это ничего не значит?
Отчего-то мне было необходимо расставить все точки над «и».
– Понимаю, – он и не думал спорить.
И, надо сказать, вообще вел себя практически безупречно.
Отчего-то это злило еще больше, хотя умом я понимала: уж на него-то злиться нечего. Ларс просто пытается помочь, и не виноват в том, что по злой шутке судьбы единственный способ это сделать – вот такой.
В этот раз все было так же, как и вчера. Я укрылась в ванной комнате, чтобы переодеться. Внимательно рассмотрела себя в зеркале, убедившись, что две ночные сорочки достаточно хорошо скрывают тело.
Говоря откровенно, даже слишком хорошо. Лучше, чем дневное платье, которое все-таки подчеркивает талию поясом и открывает шею. В темноте я дошла до кровати, нырнула под одеяло, придвинулась к Ларсу и переплела наши пальцы.
Я уже не чувствовала вчерашнего смущения. Напротив – теперь мне было легко и спокойно, ведь впереди меня ждали только хорошие и светлые видения. Мне было совсем не страшно, не прошло и минуты, как я – словно в мягкую вату – провалилась в дрему…
* * *
Я вынырнула из объятий сна среди ночи, во всяком случае, в комнате было темно. И первое, что ощутила, – томительная нега, сильные руки, обнимающие меня, он скользят по телу, заставляя дыхание сбиваться.
Я отстраненно думаю, что все это следовало бы остановить, но не останавливаю… Сейчас, на грани сна и бодрствования, все это кажется не только возможным, но и правильным.
Мое тело с готовностью откликается на каждое движение горячих пальцев, я подаюсь им навстречу, стараясь продлить ласку. Дыхание – горячее, обжигающее, – касается моей кожи, оставляя невидимые следы…
Лицо Ларса в этот не кажется незнакомым. Я смотрю на него сквозь ресницы и узнаю каждую черточку.
Ловлю его губы своими, нежно, но с жадностью, будто без них я не смогу существовать.
В какой-то момент я понимаю, что совершенно обнажена. Не могу вспомнить момент, когда не исчезла одежда, да и не хочу вспоминать – сейчас важно только то, что между нами больше нет преград. Я всем телом ощущаю жар его кожи, и плавлюсь в этом огне…
Поцелуи спускаются ниже – шея, грудь, плечи, изучают мое тело, я закрываю глаза и позволяю себе раствориться в этом мгновении, где нет ничего, кроме нас двоих и нашей безмолвной нежности и страсти.
Но вскоре мне становится мало этой ласки – я хочу больше. Слиться воедино, сплестись телами так близко, что ближе невозможно. Словно услышав и прочувствовав мое желание он останавливается. Нависает надо мной, упершись руками, и я читаю в его взгляде, что все случится сейчас.
И я готова к этому новому шагу, больше того – я хочу этого, как не хотела ничего в этой жизни.
Жажду.
Нуждаюсь в нем.
Он медлит, словно ждет чего-то, и тогда я выдыхаю со стоном:
– Да… – и добавляю хрипло и нетерпеливо: – Ну же!
