Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

Глава 15

Уснуть сразу не получилось. Я ещё долго крутилась в кровати и гоняла по кругу одни и те же мысли: у меня суперсильный уникальный дар, и не простой, а магический. Это не укладывалось в голове. Да ни у одного нормального человека не уложится.

Исчезающие покупки и подносы, цунами, которое появилось только потому, что я проговорила какие-то там слова и выставила вперёд ладони. Как я ни старалась, мой мозг отказывался устанавливать связь между тем, что я делала, и результатом, к которому это приводило. Ощущение нереальности происходящего, которое и раньше меня преследовало, теперь стало особенно сильным. А ещё покоя не давало завтрашнее распределение. Совершенно посторонние люди будут решать, чем мне заниматься, и, кажется, советоваться со мной никто не собирается.

Лишь под утро мне удалось задремать.

Когда я проснулась, солнце светило так ярко, что было понятно: время близится к полудню. Это что же, Эрмилина ушла на занятия и даже меня не разбудила?! Хороша нянька! И только рысью добежав до ванной, я вспомнила, что на занятия мне, в общем-то, и не надо. Я спокойно позавтракала, побродила по комнате и решила всё-таки отправиться в Академию. Моя судьба вот-вот решится, и ждать этого решения лучше поближе к месту, где оно принимается.

Я отослала подносы с тарелками на кухню и, оставив под кустом щедрый завтрак для маленького обжоры, пошла в замок в самой обычной одежде, которая не выдавала принадлежности к какому-то из факультетов. Всё как в первый раз, с самого начала. Одна радость – не в белом балахоне и тапочках.

Первым человеком, которого я встретила в Академии, был магистр Рониур. Как всегда свежий, подтянутый и потрясающе притягательный. Рука невольно потянулась поправить волосы, еле успела ее удержать.

– Добрый день, леди Юлия, – он смотрел на меня странным взглядом, в котором читалось сожаление и что-то ещё.

Сразу стало ясно: моё обучение на Факультете Защиты окончено, распределили куда-то в другое место.

– И какой же факультет? – спросила я и, спохватившись, что не ответила на приветствие, быстро добавила: – Здравствуйте, магистр Рониур.

– Артефакторский, – ответил он.

Что ж, хоть байкер-декан меня и пугал, но собирать всякие штуки все же гораздо интереснее, чем швыряться в живых людей разной магической гадостью. Тогда, черт побери, почему так грустно?

– Это потому, что там недобор? – с пониманием спросила я.

– И поэтому тоже, – кивнул магистр Рониур. – Но ещё и потому, что вы взорвали накопитель. Магистру Хорвирету удалось убедить совет, что вам просто необходимо научиться обращаться с магическими предметами, пока вы не разнесли полкоролевства.

В целом я была согласна, но вслух всё же возмутилась:

– То есть они считают, что запускать цунами, которое сбивает людей с ног, менее опасно?

– Да, у меня тоже были аргументы, – невозмутимо отозвался магистр Рониур. – Например, то, что бойцовский дар пробудился у вас раньше, чем все остальные. Но знаете, леди Юлия, я думаю, что вам действительно будет лучше на артефакторском.

Что? Вот оно как… То есть, пока все остальные боролись за самую одарённую студентку, магистр Рониур даже не попытался? Внутри тоскливо кольнуло, от обиды, жгучей и горькой, перехватило дыхание. Он же… спас меня от смерти там, в башне, сидел рядом, пока я не очнулась, зельем поил… И не отчислил, а наоборот, предложил заниматься дополнительно. И даже переходил на «ты», когда злился. Я думала, что он…

А он, оказывается, рад до чёртиков, что удалось избавиться от такой обузы.

В груди жгло, в горле встал тугой колючий комок, и я в ужасе поняла, что готова расплакаться…

– Боевые маги обучаются не для того, чтобы на парадах орденами светить, – врезался в уши суровый голос. И каждое слово больно ранило, разнося в клочки и без того хрупкое самообладание. – Они готовятся воевать. А война – это не слишком привлекательная штука. Это грязь, кровь, пот и постоянная опасность. Вы уходите на артефакторский. Все! – закончил он твёрдо.

Ну и ладно.

– Что же, – я небрежно пожала плечами, стараясь ни видом, ни голосом не выдать того отчаяния, что жгло изнутри. – Буду надеяться, что я никого больше не снесу водяным потоком. Или какой-нибудь другой штукой – нечаянно.

– Вот об этом я и хотел с вами поговорить, – сказал магистр Рониур. – Я убедил ректора в необходимости наших дополнительных занятий. И они продолжатся.

Что?! Значит, он меня не бросает? И вообще, может, он и отпустил меня потому, что «война – грязь, кровь, пот и постоянная опасность», а не потому, что хотел избавиться? Нахлынувшее облегчение было столь сокрушительным, что я едва устояла на ногах, и некоторое время растерянно молчала, переваривая только что услышанное.

Это была потрясающая новость! Занятия с магистром Рониуром – это то, что меня интересовало очень-очень.

И пусть мне придётся разбираться с этим миром, догонять однокурсников, которые знают и умеют куда больше, чем я. Пусть я не знаю, останется ли в моём плотном расписании время, например, для такой штуки как сон, не говоря уже об анонсированных Эрмилиной вечеринках. Но время для тренировок я уж точно найду.

Видно, мой эйфорический ступор слишком затянулся, потому что магистр Рониур бесстрастно добавил:

– Вы, конечно, можете отказаться.

– Нет! – поспешно воскликнула я.

– Хорошо, – его губы дрогнули в улыбке.

Еле заметной, всего лишь на мгновение, но его оказалось достаточно, чтобы у меня перехватило дыхание. С ума сойти, какой он красивый, когда улыбается. Даже не знаю, что бы со мной было, если бы он еще раз улыбнулся. Теперь понятно, почему он всегда суровый и холодный: не хочет парализовать учебный процесс.

Я с трудом оторвала взгляд от изгибов упрямого рта, перевела его выше и обнаружила, что магистр Рониур смотрит прямо на меня, пристально и странно. Какой-то миг – и светло-серые глаза вновь стали холодными и непроницаемыми.

Он немного помолчал и мрачно добавил:

– Что-то мне подсказывает, что знания, полученные на наших занятиях, вам ой как пригодятся. Берегите себя, леди Юлия.

С этими словами магистр Рониур развернулся и зашагал по коридору, а я осталась стоять в полной растерянности. Пригодятся? Берегите себя? Что, чёрт возьми, он имел в виду? Чего мне ждать: новых покушений или чего-то ещё более ужасного, о чём в этом мире знает каждый дошколёнок, а я понятия не имею?

– Леди Юлия! – внезапно прогудело за спиной, будто в бочку бухали кувалдой.

Я вздрогнула и обернулась, уже зная кого увижу. Так и есть, байкер… Вернее, магистр Хорвирет – мой нынешний декан. Татуированная лысина поблескивала, по свирепой физиономии растекалась довольная улыбка. Два ряда крепких белых зубов на фоне черных зарослей бороды выглядели устрашающе.

– Ну, теперь-то ты точно никуда от меня не уйдёшь! – радостно пробасил он, и мне показалось, в его голосе проскользнуло что-то плотоядное. – Марш на занятия!

– Я ещё не получила форму, – робко пискнула я, уже понимая, что любые мои возражения будут жалкими и бесполезными.

– Потом получишь! – отмахнулся магистр Хорвирет. – А сейчас бегом в аудиторию. Для артефактора одного таланта мало. Нужно ещё учиться, учиться и…

– Учиться! – вырвалось раньше, чем я успела прикусить язык.

– И работать, – закончил декан. – Вперёд! – скомандовал он, подталкивая меня в спину.

И я послушно пошла в заданном направлении.

– Тебя ждут великие дела, – донеслось вслед.

Откровенно говоря, я бы предпочла, чтобы они ждали меня как можно дольше. Никакие великие дела в мои планы не входили. И вообще, судя по тому, что я знала о великих делах, например, из уроков истории – штука это хлопотная и неблагодарная.

Глава 16

Я вошла в аудиторию, и все взгляды тут же обратились на меня. Больше половины колючих, остальные равнодушные.

Дежавю – по второму разу.

Только цвет мантий у сокурсников другой. Намного хуже.

Синий мне ужасно не идёт. С самого детства у меня с ним плохие отношения. Я вообще-то считаю себя симпатичной, но ровно до тех пор, пока на мне не оказывается синее платье или даже футболка. Я сразу же становлюсь бледной и буквально сливаюсь с окружающей средой. Так что мысль о том, что до конца обучения мне придётся ходить в синем, как-то совсем не радовала.

Я тут же отругала себя. В самом деле, цвет одежды – совсем не то, о чём мне сейчас следовало беспокоиться. Хватает проблем и без этого.

Я окинула аудиторию взглядом, ища свободное место. Девушек и парней было приблизительно поровну, и в отличие от факультета Защиты, здесь все сидели по одному. Столики были небольшие и квадратные, с трёх сторон огороженные дощечками. Интересно, зачем? Единственное свободное место оказалось в первом ряду. Что ж, одно радует: студенты здесь такие же, как и у нас – стараются забраться подальше от преподавательских глаз, на галёрку.

Я бы тоже хотела затеряться где-нибудь за спинами однокурсников, но, увы, для тех, кто влетает в аудиторию перед самым звонком, такая возможность не предусмотрена.

Не успела я усесться на своё место, как дверь распахнулась и в аудиторию стремительно вошла дама. Я не сразу сообразила, что это преподаватель – привыкла, что на факультете Защиты нас обучают исключительно мужчины. Впрочем, все стало ясно, когда она остановилась перед студентами и сказала:

– Здравствуйте!

Я рассматривала ее во все глаза. Высокая, стройная, лет тридцати пяти – сорока. Впрочем, может быть и ста – ста двадцати. Я пробыла тут уже столько времени, а до сих пор не выяснила, какая у местных продолжительность жизни. В конце концов, если они маги, возраст ведь можно подкорректировать? Или нельзя?

Темные глаза, темные длинные ресницы, темные волосы, гладко зачесанные в пучок над самой шеей, правильные черты лица, аккуратный нос – ее можно было бы назвать красавицей, если бы не искривлённые в неприятной усмешке губы и взгляд: тяжёлый, пронзительный. А сейчас этот тяжёлый пронзительный взгляд упёрся прямо в меня.

– Почему без формы? – резко сказала дама. Только я хотела открыть рот, чтобы все объяснить, как она продолжила: – Это неважно. В следующий раз не пущу на занятие.

Мгновенно потеряв ко мне интерес, она обвела глазами аудиторию, отчего сразу наступила мертвая тишина, и заговорила:

– Итак, если вы помните, сегодня у нас практическое задание. Мы делаем амулет спокойного сна. Техники вы должны были изучить дома, поэтому учебники можете убрать с парты. Увижу, что подсматриваете, сразу поставлю незачёт. В общем, всё как всегда.

Она взмахнула рукой, и на столики с тихим стуком стали опускаться деревянные коробки. Одна такая оказалась и передо мной. Перья, разноцветные верёвки, какие-то кольца… И что со всем этим барахлом делать? Вот же попала! Сразу на практическое задание.

Я, может, и самая одарённая студентка за всю историю академии, но дар везения, кажется, мне не достался. Нет, нужно срочно сказать преподавательнице, что я всего полчаса как зачислена и ни одного учебника по артефакторскому делу даже в руках не держала… Я оглянулась, поймала её фирменный взгляд и… не смогла выдавить из себя ни слова.

– Приступайте, – сказала дама и начала прохаживаться между рядами. – И не стоит заглядывать к соседям. Думаю, вам хватит своих ошибок, ни к чему повторять ещё и чужие.

Я невольно улыбнулась. Что-то похожее говорили преподаватели и у нас.

Амулет сна, что это за штука такая, а? Я ещё раз перебрала содержимое коробки. Перья, верёвки, кольца… Ха! Это же все, что необходимо для изготовления ловца снов! У нас в комнате – ещё в той, домашней жизни – был такой. Сестре кто-то подарил, она и повесила. Уж не знаю, что он там ловил, но выглядел симпатично, так что я не стала его убирать.

Решено, сплету из этих подручных материалов ловца снов, и гори оно всё огнём!

Я принялась за работу, и, как ни странно, даже увлеклась. Уж не знаю, делала ли я его по канонам того или этого мира, просто старалась, чтобы было красиво. Цепляла кольца одно к другому, навешивала пёрышки так, чтобы сочетались между собой по цветам… Я даже не заметила, как пролетело время. Но к тому времени, как строгая дама приказала показывать ей свои работы, мой ловец снов – вернее, амулет… Вернее, вообще чёрт знает что такое – был готов.

Но, разумеется, я не спешила его «показывать», затаилась, как мышка в присутствии кота. И всё-таки быть незаметной серой мышкой, когда сидишь за первой партой, да к тому же одна из всей аудитории не в форме, невозможно.

Проверив две или три работы, которые она разнесла в пух и прах, но сказала, что «в целом вы справились», дама снова пронзила меня своим взглядом.

– Я вижу, у вас уже всё готово? – сказала она. – Несите.

– Вы понимаете, дело в том, что… – торопливо заговорила я, пытаясь предупредить строгую преподавательницу, что мой амулет – и не амулет вовсе.

– Несите, я сказала! – рявкнула та, и не только я, казалось, вся аудитория перестала дышать.

Я встала и потащила свою поделку на суд.

– Хм, – сказала дама удивлённо, увидев нагромождение колец и перьев. – Нестандартно. И очень интересно. Могу сказать, эстетическая сторона, которая безусловно важна для любого амулета, на высоте. Если он ещё и работает как нужно, думаю, вы достойны высокой оценки, несмотря на возмутительный внешний вид.

Если работает как нужно? Я даже понятия не имела, может ли он вообще работать. По мне так это была просто симпатичная безделушка.

Я протянула ловца снов преподавательнице, та взяла его в руки, и в следующее мгновение амулет вспыхнул ярким пламенем. А следом за ним вспыхнули бумаги на столе, и даже волосы преподавательницы. Чёрт возьми, они тлели, распространяя отвратительный запах. Аудитория загудела, кто-то завизжал, я инстинктивно отскочила назад и закрыла лицо руками.

А потом зашумела вода, и через пару секунд все стихло.

Когда я отняла руки от лица, зрелище передо мной предстало просто ужасное: с потолка падали последние редкие капли, а преподавательница, которую я боялась до дрожи в коленках, стояла мало того что подпаленная, так ещё и мокрая.

Я успела подумать, что мочить преподавателей стало какой-то недоброй традицией.

– Как вас зовут, студентка? – тихо спросила дама.

В её взгляде было столько ярости, что удивительно, как он меня не испепелил.

– Леди Юлия, – прошептала я непослушными губами.

С минуту она молчала и только сверлила меня взглядом. Затем, словно опомнившись, отвернулась к стене, сделала какой-то пасс руками и… о чудо! Её причёска и одежда снова выглядели безупречно. А вот злости во взгляде ничуть не убавилось.

– Что за гадкие шуточки? – спросила она и, кажется, на этот раз действительно ждала моего ответа.

И я наконец решила воспользоваться способностью говорить. Но получилось жалко и неубедительно:

– Дело в том, что я… Меня только сегодня зачислили… И я не знала, как делается этот амулет… Честное слово, я не хотела, оно само…

Дама неприятно усмехнулась.

– Вы, видно, и правда только что зачислены, леди Юлия, если не знаете элементарных вещей. Даже слабый артефактор может определить намерение, с которым создавался амулет, а уж преподаватель Высшей Академии магии… Вы создали это… – она презрительно посмотрела на то, что осталось от моего ловца снов, – с намерением поджечь.

Неправда! Не было у меня такого намерения!

– Нет! – выкрикнула я в отчаянии.

И вдруг вспомнила: «Сделаю ловец снов – и гори оно всё огнём». Но это же, чёрт возьми, не намерение, а просто такая фигура речи…

– Ещё и отпираешься! – теперь преподавательница смотрела на меня уже не с яростью, а с презрением. – Думала на первый раз за дурацкую шутку отправить тебя в подвалы дня на три, но теперь понимаю, что этого мало. Неделя! Неделя на расчистке подвалов Академии.

Судя по тому гулу, который пронёсся по аудитории, наказание было суровым.

– Хорошо, мэм, – пискнула я.

– Не «мэм», а магистр Алия, – она сверкнула глазами. – Явиться на урок, не зная имени преподавателя, – это какая-то особенная наглость, ранее мне не встречавшаяся. Две недели в подвалах!

Изумлённый гул снова прокатился по аудитории. Однокурсницы, которые в начале занятия одаривали меня скептическими и недоверчивыми взглядами, теперь смотрели с откровенной жалостью.

Чёрт, кажется, с этими подвалами и правда что-то не так.

– Надеюсь, вы понимаете, – язвительно сказала магистр Алия, – что отправить вместо себе свою служку у вас не выйдет?

Служку? Это она про Эрмилину? Последнее, что могло прийти мне в голову, это заставить ее отвечать за мои проступки! Да и не считала я ее своей служанкой…

– Вон из аудитории! – сказала магистр Алия уже почти спокойно. И тут же развернулась к другим студентам. – Следующая работа! Скорее, до конца занятия осталось мало времени.

Глава 17

– Целых две недели расчистки подвалов! – Эрмилина схватилась за голову. – Кто же тебе так удружил?

– Магистр Алия, – понуро сказала я.

Теперь-то уж я это имя точно запомню.

– Слышала про неё, – вздохнула Эрмилина. – Чистая ведьма…

– И что же такого ужасного в этих подвалах?

– Уборка. Подвал – жуткое место. Там и находиться-то страшно, а убрать и вовсе невозможно.

– Ладно, – я поднялась со стула. С обедом мы покончили, так что ни одной причины оттягивать наказание уже не было. – Раньше сядешь, раньше выйдешь. И как попасть в те подвалы?

– Гариетта отправит. Потом. Сейчас нам ещё нужно сходить в магазин.

– В магазин? – удивилась я.

– Ну конечно. Учебники и всё такое. У тебя ведь новый факультет. Явишься неподготовленной – вообще из подвала не вылезешь.

Одно к одному. Просто замкнутый круг какой-то.

Едва нас увидев, продавец насторожился и невольно пригладил тщательно прилизанные волосы. Видно, ещё помнил, какое безобразие я устроила тут в свой прошлый визит.

– Вы взорвали все свои учебные принадлежности и пришли за очередной порцией? – улыбнулся он мне как старой знакомой.

– Нет, – строго ответила Эрмилина. Шутка продавца ей явно не понравилась. – Леди Юлию перевели на артефакторский факультет, так что нам снова нужно всё необходимое для учёбы.

Я протянула ему карточку, он кивнул и начал выставлять на прилавок книги, тетрадки и – опять! – всякие непонятные штуки. Одна из них меня заинтересовала. Колючий шарик, ощетинившийся острыми иглами. Что-то вроде морского ежа. Я потянула руку, но продавец проворно сгрёб все принадлежности к себе поближе.

– Не нужно трогать, я лучше сам всё упакую.

Я нервно хихикнула: похоже, ничего хорошего он от меня не ждёт. Впрочем, правильно и делает. Это он еще про горящие волосы магистра Алии не знает. А то вообще бы из подсобки не вышел.

Продавец быстро разложил всё по коробкам, придвинул их мне и сделал пару шагов назад.

– Спасибо, – сказала я вежливо.

– Пожалуйста, – улыбнулся он. – Приходите ещё. У нас в Академии много факультетов. Раз уж вы решили попробовать все.

Эрмилина одарила его недобрым взглядом, я отправила покупки домой и мы вышли из магазина. Она побежала по своим делам, а я пошла сдаваться кастелянше. Чему быть – того не миновать.

Гариетта встретила меня так радостно, будто мы давно не виделись и она ужасно соскучилась. Интересно, это характер такой или ей по службе положено, чтобы студенты, измордованные строгими преподавателями, хоть где-то могли отдохнуть душой?

– За новой формой? – с улыбкой спросила она.

– И за ней тоже, – вздохнула я. – Но в основном из-за подвала.

– Подвал! – она всплеснула руками. На круглом румяном лице читалось искреннее сочувствие. – Да за что же?

– Подожгла магистра Алию, – призналась я. – А потом её ещё и водой облило…

– Противопожарная система, – с гордостью сказала Гариетта. – Я её сама настраивала.

Надо же! Я думала, что она тут чисто так, завхозом, одежду выдать, и всякое по мелочам. А старушка-то тоже маг.

– Ну что, милая, пойдём нести службу.

Она хлопнула в ладоши, и откуда-то из-за стеллажа появились несколько вёдер, швабры и тряпки. Вёдра сами по себе наполнились водой и зависли в воздухе. Инвентаря было много, и я с ужасом спросила:

– Мы всё это понесём?

Как истинный гуманитарий, я никогда не была сильна в математике. Но тут даже я сообразила: количество ведер и прочего инвентаря никак не совпадало с количеством рук у нас с Гариеттой. Причем инвентарь явно побеждал.

– Зачем же? – удивилась Гариетта. – Оно само себя понесёт.

Мы вышли во внутренний двор замка целой процессией: впереди семенила кастелянша, за ней брела я, а следом за нами ровной цепочкой летел инвентарь. Странно, с высоты верхней площадки преподавательской башни этот двор казался таким крошечным, на самом же деле он был огромным! Не дворик, не двор, целый дворище, вымощенный вовсе не игрушечными камушками, а огромными каменными плитами.

Мы медленно шествовали вдоль стены, встречая на пути и студентов, и преподавателей. И никто не останавливался, не смотрел изумлённо, не тыкал пальцем. Похоже, здесь такое было в порядке вещей. Лишь иногда я ловила на себе сочувствующие взгляды, видимо, от тех студентов, кто не понаслышке знал, куда может двигаться столь странная компания.

Одно непонятно, зачем бродить по двору? Должен же быть какой-то ход из замка в подвал напрямую! Хотя, может, он и есть, просто эта прогулка – тоже часть воспитательного процесса.

Мы остановились возле небольшой двери с огромными железными засовами. Кастелянша вставила большой ключ странной формы в один из них, засовы с громким лязганьем упали, и дверь приоткрылась.

– Не отставай, – крикнула она мне, проворно исчезая в темноте. – Не дай бог заблудишься. Тут опасно.

Мы долго спускались по крутой, едва освещённой лестнице, петляли по коридорам, пока, наконец, не оказались перед ещё одной дверью.

– Комнату поменьше тебе выбирала, – сказала кастелянша и, погремев связкой, вставила невзрачный ключ. – С непривычки и с этой трудно будет управиться.

Замок лязгнул, Гариетта, толкнув дверь, шагнула внутрь, а я потрясенно застыла на пороге. Ничего себе «поменьше»! Тусклого света под потолком едва хватало, чтобы рассеять темноту в помещении размером с хорошую аудиторию. Все здесь было покрыто ровным, нетронутым слоем пыли – и стены, и огромный шкаф с раскрытыми створками, что тянулся вдоль одной из них. И паутина, свисавшая огромными хлопьями с потолка и затянувшая все углы. И непонятный хлам, то там, то тут сваленный грудами на полу, и сам пол…

Да я отсюда как раз две недели и не выползу.

– Что стоишь, ступай сюда, – окликнула Гариетта. – Время-то идет.

Как только я оказались в комнате, вёдра, тряпки и прочие щётки влетели за мной и с грохотом шлёпнулись на пол, взметнув фонтанчики пыли…

– Значит, так, – начала давать указания кастелянша. – Полы вымоешь, паутину счистишь, стены, шкаф тоже помоешь. Но главное, разберешь всё это… – она махнула рукой на груды хлама, – и это… – показала на утварь в шкафу. Потом достала из кармана и протянула мне камушек на ниточке: – Запомни! На в коем случае без проверки ничего руками не трогай, даже если оно кажется тебе безобидным и привычным. Тут любая дрянь может быть…

– А как проверять? – запинаясь, спросила я.

Место, и без того неприятное, теперь казалось мне просто ужасным.

– Так амулет же дала.

Она взяла камешек на ниточке из моей руки и поднесла к сломанному стулу. Ничего не случилось. Амулет не шелохнулся, или что там ещё он должен сделать.

– Мусор, – констатировала Гариетта.

Сделала рукой круговое движение и… И в пространстве на этом месте оказалась дыра. У меня дыхание перехватило. Порталы! Чёрт возьми, здесь есть порталы! И пользоваться ими может даже простая кастелянша. Впрочем, я уже не была уверена в том, что такая уж она простая.

– Как вы это сделали? – восхищённо прошептала я.

– Да как бы я такое сделала? – тихонько рассмеялась Гариетта. – Это наши артефакторы.

Ага! Значит, порталы открывает какой-то артефакт. Неужели в первый раз за всё время мне действительно повезло, и я наконец-то оказалась в нужном месте? Разумеется, «нужным местом» я считала не этот подвал, а факультет Артефакторов.

– …А вот уговорить их, чтобы мне его дали – это, я тебе скажу, было непросто. Месяца три они выкаблучивались да кричали про разбазаривание ценных магических ресурсов. Но я в конце концов победила, – с гордостью сказала она. – Штука-то в хозяйстве очень полезная.

«И не только в хозяйстве», – добавила я про себя. Если существуют порталы, то когда-нибудь мне, возможно, удастся проложить такой же, но в мой мир…

Я не ожидала от этого дня хороших новостей, а они появились!

Между тем Гариетта схватила стул и швырнула в образовавшуюся дыру.

– Всё немагическое бросай туда, – прокомментировала она и поднесла амулет к грязной запыленной вазе с отбитой ручкой. Тот засветился ровным серебристым светом. – А эта штука магическая, её протереть и в шкаф поставить.

– Вроде бы всё просто… – сказала я не слишком уверенно.

– Просто, – согласилась кастелянша. – Да не совсем. Еще раз повторю: проверяй всё, каждую мелочь, ничего не пропускай. Прежде чем руки тянуть, амулет поднеси. И если что замерцает красным, даже думать не моги, чтобы тронуть. Оставляй как есть, сама потом разберусь.

– А что светится красным? – спросила я.

– Тёмная магия, вредоносная. Или просто неизвестная. Ну что, девонька, приступай.

Во взгляде Гариетты было искреннее тепло. Я кивнула, а она направилась к выходу. Стоп, как к выходу? Я что, останусь здесь совсем одна?

– А как я пойму, что уже убрала? Ну, то есть, что закончила?

– Так дверь откроется.

Сердце пропустило удар, а спина покрылась холодным потом. Значит, я буду заперта здесь со всеми этими жуткими предметами и пока не уберу, не смогу выйти? А если мышь? Или ещё что-нибудь ужасное?

Мне уже мерещились пауки размером с футбольный мяч, жуткие щупальца и бог знает что ещё.

– А как я выберусь из подвала? Я же дорогу не знаю, – стараясь сдержать подступающие слёзы, в отчаянии спросила я.

– Так амулет же. Он выведет, – спокойно ответила Гариетта. – Эй, девонька, ты что бледная такая стала? Аль нехорошо? Да ты не волнуйся – ничего дурного не случится. Не ты первая тут наказание отбываешь.

– А амулет потом вам занести? – крикнула я в закрывающуюся дверь.

– Себе оставь, потом отдашь, когда две недели отработаешь, – донеслось оттуда.

Лязгнул замок, раздались удаляющиеся шаги и все стихло.

Я осталась одна в жуткой комнате, предположительно полной чудовищ.