Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

Соавторы: Алла Грин,Алексей Губарев,Матильда Старр
сообщить о нарушении

Текущая страница: 212 (всего у книги 350 страниц)

Глава 30

Боль. Ее было много. Очень много. Казалось, все тело состояло не из мяса и костей, а из одной только боли. Но она же и вырывала из мутного забытья, держала на плаву, не давая соскользнуть обратно. Рониур осторожно выдохнул, словно примеряясь к своим ощущениям… Боль – это хорошо, значит, он жив. А это главное.

Но где его так приложило?

На попытку вспомнить боль отозвалась яростной вспышкой.

Некоторое время он размеренно дышал, балансируя на грани беспамятства и сознания, но едва в голове прояснилось, как воспоминание всплыло само: чужак в форме королевского гвардейца, его, Рониура, предостерегающий оклик: «Свои!» – и удар. Неожиданный, мощный.

Рониур облизал запекшиеся губы. Попить бы…

Кстати, где он теперь? Уж точно не у ручья. Воздух спёртый, пахнет дымом, хлебом, лекарствами и сеном. Чей-то дом…

Первое, что он увидел, приоткрыв глаза, был потолок. Между потемневших оструганных бревен торчали гребенки высохшего мха, на поперечных балках, утыканных гвоздями, густо висели пучки трав.

С трудом поворачивая голову и едва не матерясь от вновь встрепенувшейся боли, Рониур осмотрелся.

Лежал он не на кровати, а на брошенном прямо на пол тюфяке, в маленькой комнатушке с бревенчатыми стенами. Этот тюфяк (колючий, набитый то ли сеном, то ли соломой), примостившиеся у его изголовья два табурета – один высокий, колченогий, второй низенький, словно детский, да лавка под единственным крохотным оконцем, сплошь заставленная банками и горшками, – вот и вся обстановка.

Живут тут явно небогато, но дом свой любят: пол тщательно выскоблен, на вымытом оконце чистая занавеска с аккуратно заштопанной дыркой, каждый горшочек и банка сверху завязаны веселыми тряпицами.

В приоткрытую дверь донеслись тихие женские голоса, и Рониур прикрыл глаза и прислушался.

– Скоро придёт в себя наш касатик, – говорил один голос, скрипучий, старушечий. – А ты не будь растрёпой, поди расчешись, да платье новое надень.

– Ну зачем, бабушка? – смущённо протянул другой – звонкий, девичий.

– Затем! – поучительно ответила старуха. – Молодой, пригожий, да и маг к тому же. А значит, не из бедных. Будешь его выхаживать – может, влюбится в тебя, да и увезёт.

– Что ты такое говоришь! Он едва живой, до того ли ему сейчас, – возражала девушка.

– До того, не до того… Больно умная стала. Делай, что велено.

Рониур едва заметно улыбнулся, и даже эта улыбка причинила боль.

Он прислушался.

Послышались тихие шаги. Рониур приоткрыл глаза. Рядом стояла старуха, взлохмаченная, в поношенной одежде.

– Очунял? – она всплеснула руками. – Вот и славно.

Подтащила поближе низкий табурет, села, достала глиняную чашку с отваром, поднесла к губам:

– Пей.

Рониур приподнял голову, жадно глотнул пахучего варева и невольно отклонился, хватая воздух. Забористое пойло, продрало до печенок, словно хлебнул жидкого огня. Что она туда плеснула?

– Неча нос воротить, – строго сказала старуха. – Сама знаю, что не мёд. Ну так и ты не на пирушке. Пей давай. Тебе надо.

Он снова приник к кружке, в несколько глотков прикончил ее содержимое и уронил голову на тюфяк. Устал так, словно бился с целой толпой магов-огневиков.

– Я женат, – отдышавшись, сказал Рониур. – Но за помощь отблагодарю щедро.

Старуха со стуком поставила кружку обратно на колченогий табурет и недовольно буркнула:

– Спасай вас, таких. Женатых.

Но по голосу было слышно, что она не сердится. Так, ворчит по старческой привычке.

– Как я сюда попал? – спросил Рониур. – Как вообще жив остался?

– Чудом, – развела руками старуха. – Ты, видать, в рубашке родился. Всё совпало одно к одному: ручей у нас в лесу течёт целебный, вода его всякие хвори лечит. А уж какие зелья на этой воде получаются, просто загляденье. Так вот, когда тебя пришибли, ты аккурат в этот ручей и свалился и лежал там. Жизнь внутри еле теплилась, но из-за целебной воды совсем не угасла.

– Повезло, – задумчиво сказал Рониур.

– Это ещё не повезло, – продолжила старуха. – Пролежи ты там денёк, так и помер бы, и никакая целебная вода тебя бы не спасла. Она ж всё-таки просто вода. Да и не пил ты ее, так валялся. А нам по воду идти ещё дня два не надо было. Но внучка моя в дом вбежала, да ведёрко-то и опрокинула. Она у меня вообще-то ловкая, к любой работе привычная, а тут как чёрт в ноги прыгнул. Вечерело уже, ей бы поутру за водицей идти. Но с утра матрона из соседнего села за своим зельем прийти обещалась. А ей вовремя не сделаешь, полдня будешь ругань слушать да нытьё, как ей тяжело на больных ногах к нам в лес тащиться. А ноги у неё, я тебе скажу, здоровее, чем у молодых. В общем, полетела моя ласточка к ручью, пока не стемнело. А там ты. Вот и прикидывай, какой ты везунчик.

– Амулет у меня есть заговорённый, – улыбнулся Рониур. – На удачу и везение. Жена сделала.

Старуха строго посмотрела на него, а потом неожиданно заявила:

– За такую жену держаться надо обеими руками.

– Я и держусь…

– Держится он, как же! Помирать надумал…

Черт! Юлия, небось, с ума сходит. Перед глазами встало родное лицо, заплаканные глаза смотрели, казалось прямо в душу: «Но с тобой же всё будет хорошо?» Да, с ним все хорошо, но как сообщить ей об этом? Летучие конверты в штабе остались, в бою они ни к чему…

– У вас есть перо, бумага, конверты? – с отчаянной надеждой спросил Рониур. – Жене бы написать, что жив…

– И-и-и, что удумал, – покачала головой старуха. – Нет у нас ничего такого. Дорогие они, да и не с кем нам письмами обмениваться. Вот выздоравливай побыстрее, да сам ей все и обскажешь. А то, что поревет сейчас немного… Так слаще встреча будет.

Она достала с того же табурета склянку, накапала несколько капель в ложку и без всяких предупреждений сунула ее Рониуру в рот. Тот послушно проглотил.

– Звать-то тебя как? – спросила старуха. – Не из любопытства спрашиваю, а чтоб зелье заговорить. Заговоренное, оно всегда лучше действует.

– Рониур, – ответил он. – А вас?

– Мареона я, ведьма здешняя. Академиев не кончала, самоучка. Что бабка показала, то и умею, вот и внучку научу.

– А как же так вышло, что в лесу живёте? Страшно это, наверное, далеко от людей.

Она усмехнулась:

– Много ты понимаешь. Мне как раз далеко от людей – оно и спокойнее будет. Знаешь, как простые люди к ведьмам относятся?

– Не знаю…

– Вроде и за помощью идут, а всё же боятся. Ну и разговоров пустых много. Мать моя покойница в деревне жила, так сполна хлебнула. Как кто заболел, али животина померла – тут один сказ: ведьма сглазила. Так что я, как мать похоронила, в лес и перебралась. Кому надо – сам тропинку найдёт. А соседи мне ни к чему.

– Муж тоже сюда перебрался?

– Какой ещё муж? – буркнула Мареона. – Ведьме муж ни к чему.

– Так внучка же есть? Значит, и дети были?

Она усмехнулась:

– Дочка… Да только для этого, милок, мужа не надо. Ваше дело короткое, ребёнка заделал – и иди себе.

В дверях появилась девушка, ясноглазая, рыжеволосая. Застыла на пороге, не решаясь войти. Старуха посмотрела на неё и сказала сурово:

– А ну, брысь отсюда! Неча перед женатыми мужиками хвостом крутить!

Девушка тут же исчезла, а старуха так же строго посмотрела на Рониура.

– Сама за тобой ходить буду.

Глава 31

Дни в камере тянулись долго и однообразно. Посетителей у меня не было, только надзиратель трижды в день открывал небольшой портал, совсем малюсенький, достаточный, чтобы протянуть руку с подносом, на котором стояла пресная тюремная еда да стакан мутного варева, отдалённо напоминающего чай.

Пару раз заходил дознаватель, он рассказывал последние новости. После того, как я передумала умирать, он, кажется, всерьёз взялся за то, чтобы меня спасти.

Я ни одной минуты не верила, что у него получится. Вспоминала искажённую страхом физиономию короля, слёзы, которые он размазывал по лицу, и понимала: этого он мне не простит.

Ректор ходатайствовал за меня.

Салахандер настаивал на том, что я – чертовски важный свидетель в деле, которое напрямую касается безопасности государства.

А какой-то генерал – не запомнила его имени – убеждал короля, что поступать так с вдовой героически погибшего воина просто непорядочно, и моя казнь может вызвать волнения в армии. У всех воинов, магов и не магов, дома остались жёны, сёстры, близкие.

В общем, на короля давили со всех сторон, но он оставался непреклонен.

Впрочем, толк от всех этих просьб всё-таки был. Во всяком случае король до сих пор не подписал указ о моей казни. Трусил и оттягивал важное решение.

Я голову сломала, пока думала, как вырваться… Но решение не появлялось. Возможно потому, что его просто не было.

…Портал засиял, и из него появился Салахандер.

Он мог не говорить ни слова: я всё прочитала по его лицу.

Король всё-таки решился.

Меня казнят.

– Когда? – еле слышно прошептала я.

– Завтра, – севшим голосом ответил Салахандер и устало опустился на краешек нар. – На закате.

Я молчала. Слёз уже не было. Слов не было. И даже отчаянного чувства обиды, несправедливости – тоже не было.

Рониур жив, скорее всего, так и есть.

Да только я его уже не увижу. Просто не успею. Потому что мое время заканчивается.

Молчание тяготило, нужно было сказать хоть что-то.

– Ну и что тут у вас положено приговорённым к казни? Последнее желание, роскошный обед или что ещё может быть?

– Ничего не положено, – мрачно отозвался Салахандер. – Только смертельный магический удар от королевского палача.

– Это больно? – спросила я как о чём-то обыденном.

Салахандер бросил на меня удивлённый взгляд. Ну да, глупый вопрос.

– Те, кто пережил этот самый удар от палача, поделиться впечатлениями уже не могут. Смерть наступает мгновенно, – сказал наконец он.

– Ну что ж, – вздохнула я, – тогда не страшно. Мгновенно я уже умирала.

Действительно, вряд ли магический удар как-то уж очень отличается от удара фурой.

Салахандер ушёл, а я вытянулась на нарах, закрыла глаза. У меня осталось слишком мало времени, чтобы связаться с Рониуром. Слишком мало, всего лишь эта ночь и завтрашний день, и я не собиралась терять из них ни минуты, ни секунды.

Вряд ли у меня что-то получится, но… вдруг?

Это стало моей идеей фикс: попрощаться. И теперь ни о чём другом я думать не могла.

Сложенные пальцы, имя на губах.

Рониур.

Лучшее в мире имя.

От него веет надёжностью. Я повторяла его раз за разом, но оно тонуло в вязкой темноте, не находя никакого отклика. Я отступала, и после короткой передышки начинала вновь.

После очередной неудачной попытки я едва не расплакалась.

Неужели так всё и закончится? Неужели я даже не смогу сказать ему своё последнее прости?

И тут же накатила злость. На себя, на обстоятельства, на дурацкую ментальную магию, от которой сейчас не было никакого толку.

Да черта с два я сдамся!

Все! Больше никаких отступлений, никаких передышек! Я вложу все силы в этот рывок и пойду до конца, пусть даже это будет последнее, что я сделаю в своей жизни!

Я выдохнула, решительно сложила пальцы.

– Рониур!

И снова заколыхалась вязкая тьма.

С невесть откуда взявшейся яростью я стала расталкивать ее, расшвыривать в стороны. За раскиданной тьмой вставала новая тьма. Но я упорно не прекращала, понимая, что если остановлюсь, это будет уже конец.

Силы были на исходе.

Каким-то краешком сознания я отдавала себе отчёт в том, что я – та физическая я, что лежит сейчас на неудобных стылых нарах тюремной камеры – истощена. Что руки и губы похолодели, дыхание стало лёгким и поверхностным, неслышным, а сердце стучит медленно-медленно, еще немного, и остановится совсем.

Вот только это меня не волновало.

Потому что лучше я выжму все свои силы до капли и умру, пробиваясь к Рониуру, чем буду покорно валяться в камере, ожидая заката, когда меня казнят на потеху королю и толпе.

И вдруг – я не поверила в то, что действительно это вижу! – тьма стала рассеиваться! Она уже не была чёрной и непроглядной, скорее передо мной плотной стеной стоял тёмно-серый туман. Значит, я на правильном пути!

Я продолжала прорываться, уже не понимая, откуда берутся силы.

Разметав очередные клочки тумана, я увидела лицо Рониура, любимое лицо с высокими скулами, упрямым подбородком и закрытыми глазами. Оно было странно бледным и неподвижным, и эта неподвижность пугала. Пугала до дрожи, до липкого ужаса.

Мне стало по-настоящему страшно.

Тёмный маг обманул… Рониур все-таки погиб. Я только что совершила невозможное – прорвалась к нему, но в этом не было никакого смысла. Потому что мой муж мертв.

Перед глазами все расплывалось, но я продолжала смотреть на спокойное бледное лицо… И вдруг его губы шевельнулись.

Да нет же, чёрт возьми! Он не мёртв – он просто спит!

Я рассмеялась сквозь слёзы. Вот же негодяй. Тут жена подвиги совершает, лишь бы к нему прорваться, а он дрыхнет!

А ведь это моя последняя возможность что-то ему сказать. Услышит ли он, я не знала. Но тьма затягивала меня, утаскивая за собой, и, понимая, что у меня остаются считаные секунды, я сказала самое важное:

– Я люблю тебя. Прощай.

Глава 32

– Он жив!

Король метался по кабинету и не мог остановиться.

Ворон сидел в кресле, нахмурившись.

– Я уверен, что убил его, – сказал он тихо.

– И совершенно напрасно. Тела в том месте, которое ты указал, не нашли. А моя прорицательница утверждает, что этот человек жив…

Король забегал еще быстрее.

– После такого удара невозможно выжить, – упрямо настаивал Ворон.

– А испариться с места гибели возможно? – король перешёл на визг. – Найди его и убей! Тебе нужно для этого что-то?

Ворон помолчал. Потом ответил:

– Нет. Вовсе нет. Если он жив, я его найду.

* * *

Рониур проснулся словно от толчка.

Юлия…Он видел ее так близко и отчетливо, словно она была рядом, только руку протяни и коснешься.

Она смеялась и плакала. И выглядела, как тень самой себя. Осунувшаяся, побледневшая, с тёмными кругами под глазами.

И она с ним прощалась.

Почему-то прощалась.

Тревога, вышвырнувшая его из сна, не отпускала.

Сон?! Черт побери, то, что с ним только что было, так же мало походило на сон, как учебные тренировки на настоящую войну.

Спинным мозгом, годами отточенным чутьем он чувствовал: что-то не так. Что-то случилось.

В штаб. Срочно в штаб и там все выяснить! Рониур подскочил с тюфяка. Пол качнулся, стены поехали в сторону. Через пару секунд всё пришло в норму. В теле ещё чувствовалась легкая слабость, но это оттого, что он почти неделю тут провалялся.

Рониур посмотрел в крохотное оконце.

Светало. Отлично, не придется бродить в темноте.

В комнату заглянула старуха. Она сонно потирала глаза и приглаживала растрёпанные волосы.

– Ну и что ты подскочил? – проворчала она. – С утра-то пораньше. Смотри, так и рухнешь через два шага. Рано тебе ещё.

– Пора, – коротко ответил он.

Достал из кармана амулет – крупный сапфир и россыпь топазов оправленные в темное серебро. Защита от ледяной магии. Вряд ли ему грозит штурм из ледяных стрел, а если и грозит, амулет Юлии поможет.

– Вот, возьмите, – сказал он старухе. – Я ещё вернусь и отблагодарю по-настоящему, а пока только это…

Ведьма покрутила в руках амулет.

– Камень дорогой, да и вещица толковая, сделанная хорошим мастером, – сказала она.

– Продадите – неплохие деньги за неё выручите.

Ведьма вложила амулет назад в ладони Рониура и крепко сжала их своими тонкими сухими пальцами.

– Тебе сейчас нужнее. Путь нелёгкий и опасный, а мне оно без надобности. Человек ты хороший, знаю, будешь жив – вернёшься и отблагодаришь, как сочтёшь нужным. Но уж лучше тебе живым остаться. Пойдем, – вздохнула старуха, – укажу короткую дорогу, чтоб не блудил зря, леса тут глухие.

Они вышли на короткое и низкое – в три рассохшихся ступеньки – крылечко.

– По ней дойдешь до ручья, – Мареона махнула рукой на едва заметную тропинку, что ответвлялась от хорошо протоптанной, и всучила ему пустую флягу: – Заодно воды из него наберешь. Вещь полезная, пригодится. Ну а дальше уж, милок, сам разберешься.

– Спасибо!

– Да ступай ужо, – проворчала она.

Рониур быстро, но осторожно пробирался в сторону штаба, когда из-за кустов метнулась ледяная молния. Чудом увернулся, удар зацепил, но ничего серьезного.

Он бросился в кусты, легко нагнал нападавшего. Тот мгновенно развернулся, готовясь к драке, и Рониур узнал его: тот самый гвардеец, что почти убил его у ручья.

Стрелы полетели стеной, Рониур едва успевал отражать удары и бить в ответ. Не откажись старая ведьма от подарка – ему пришлось бы туго.

Бой был коротким. Рониуру и правда везло. Как иначе объяснить, что он, всего пару дней назад лежавший при смерти, смог справиться с таким сильным противником?

Уложив гвардейца на лопатки, Рониур навис над ним:

– Кто тебя послал?

– Король, – хрипло выдохнул тот.

Как он и подозревал. Вполне в духе Голайна. Не открытое противостояние, а подлый удар в спину. Исподтишка. И чужими руками.

Рониур крепче придавил наемника к земле. Пора кончать. Магический заряд уже покалывал пальцы.

– Не убивай, – прохрипел тот.

– С чего бы это вдруг? – насмешливо спросил Рониур. – Чтобы ты в третий раз на меня напал?

А ведь нападет… Во взгляде королевского наемника плескался страх. Но и злости там было не меньше.

– Я знаю одну тайну. Тебе пригодится. Станешь вторым человеком в королевстве.

При Голайне? Вот счастье.

– Не интересует, – холодно сказал Рониур. – Ни первым, ни вторым – никаким не хочу быть.

– У короля был брат, – торопливо заговорил наемник. – Старший. Тот, кто должен был унаследовать престол.

Алард… Полоснуло застарелой болью.

– Был. Это не тайна. Конкретнее, что ты знаешь об Аларде?

– Он не сам утонул. Принц Голайн приказал его убить и обставить всё так, как несчастный случай.

– Постой… Сопляку тогда хорошо если шестнадцать исполнилось… – недоверчиво нахмурился Рониур. – И ты утверждаешь, что он организовал убийство брата?

– Он был сообразительный. И хитрый. Артефакт, отпирающий королевские сокровищницы подобрал. Платил щедро. А на брата был очень зол.

– Тебе платил? – глаза Рониура опасно сузились.

– Да.

Гнев жег изнутри, магия жарко плясала на пальцах. Один удар – и того, кто убил Аларда, не станет. И Рониуру до смерти хотелось нанести этот удар. Но он спинным мозгом чувствовал: что-то тут было не так. Сволочной наемник явно не договаривал.

– Это не та тайна, ценой которой покупают жизнь…. – с тихим бешенством отчеканил Рониур. – И если ты немедленно не выложишь все начистоту…

Магия уже почти срывалась с пальцев, и наемник торопливо выкрикнул:

– Он жив! Жив до сих пор!

– Что?.. – Рониур вскочил, рывком поднял наемника на ноги и, схватив за грудки, встряхнул. – Что ты сказал?

– Он жив, – послушно повторил тот. – Я спрятал его для подстраховки. Ваш король – мерзавец, каких поискать, и мне нужен был туз в рукаве.

– Веди меня к нему! – отчеканил Рониур.

– Только если пообещаешь оставить меня в живых.

– Если то, что ты говоришь, правда – обещаю! Где он?

– В одном укромном местечке. Туда можно попасть только через портал…

– Погоди. – Рониур быстро связал наемника магическими путами. – Теперь открывай портал.

В возникшую сияющую дыру они шагнули вместе. Рониур подобрался, готовясь обороняться в случае, если хитрый гад устроил ловушку. Но нет, они оказались в полутёмной комнате без дверей, но с маленьким мутным окном, забранным густой решеткой. Смахивало то ли на подвал, то ли на камеру.

Аларда он увидел сразу. Тот с мертвенно-бледным лицом лежал на узкой кровати, и, кажется, не дышал.

– Что с ним? – спросил Рониур, уже догадываясь, что услышит.

– Скован летаргическим заклинанием.

Магическая летаргия… Ее редко применяют. Человек словно замирает в том миге, когда произносится заклинание. Он не растет, не мужает, не стареет. Просто спит до тех пор, пока не разбудят.

Вот и Алард ничуть не изменился. Он точно такой же, каким Рониур его видел в последний раз, тогда, в тот далекий солнечный день на пороге королевской библиотеки. Казалось, сейчас подмигнет и спросит: «Ну, сдал экзамен? Поступил?»

Поступил. И отучился. И работает.

А Аларду предстоит проснутся в совсем другой стране. И узнать, что у него украли целый кусок жизни. И что его родителей уже нет, и он не смог проводить их в последний путь. И что его младший брат оказался редкостной сволочью…

– Буди его, – вздохнул Рониур. – Что стоишь?

– Опасно, – покачал головой наемник. – Лучше делать это под присмотром лекарей. Всё-таки столько лет без движения, как бы ему сил хватило…

– Буди, я сказал!

– Но тогда хотя бы руки развяжи, – буркнул наемник.

– Учти, – сказал Рониур, ослабляя путы на его запястьях. – Вздумаешь дурить…

– Не вздумаю. С тобой сражаться себе дороже. Не иначе как тебе сам чёрт ворожит.

«Не чёрт, – подумал Рониур. – А любимая супруга. Похоже, гениальный артефактор. Впрочем, та ещё чертовка».

Юлия… Затаившаяся тревога всколыхнулась, цапнула ледяными зубами за сердце, сдавила горло.

– Быстрее, черт бы тебя побрал! – хрипло выдохнул Рониур.

Наемник сделал несколько пассов руками, шепча заклинание. Едва договорил, как Алард пошевелился и открыл глаза.

– Рониур? – недоуменно нахмурился он, приподнявшись на локте. – Ты… Ты какой-то странный…

Еще бы. За столько лет нельзя не измениться.

– Где я? Где мы? – Алард оглядывался по сторонам.

– Долго рассказывать. Всё потом. Подняться сможешь?

– Наверное…

Рониур помог Аларду сесть, достал флягу с водой из волшебного ручья и поднёс к его губам. Тот пил жадно, захлёбываясь, но было видно, как с каждым глотком прибывают его силы.

На мгновение оторвавшись от фляги, Алард сказал:

– Не надо долго, доложи вкратце. Но сейчас…

И снова приник к горлышку.

– Хорошо, – кивнул Рониур, – Если вкратце, то… В общем, твой братец хотел тебя убить и думает, что сделал это. Но нанятый им человек тебя спрятал и держал под летаргическим заклинанием десять лет. За это время Голайн сел на престол, и сейчас творит лютую дичь. Ввязал королевство в войну, меня тоже приказал убить. Так я здесь и оказался. Тебе надо спешить ко двору, пока этот деятель не положил королевство в руины.

– Ясно, – мрачно сказал Алард.

Про родителей не спросил. Видно, сам все понял.

Пару мгновений он сидел, уперев лоб в ладони, потом решительно поднялся. Слегка пошатнулся, но у Рониура даже мысли не возникло броситься на помощь. Перед ним стоял прежний Алард: волевой, собранный, властный. Настоящий, прирожденный король.

– Ты со мной? – спросил он.

– Конечно, – кивнул Рониур. – Алард… Мне нужно проверить, все ли в порядке с женой.

Про сон он говорить не стал. Но тревога не давала покоя.

– Вашу жену, – подал вдруг голос наемник, – казнят сегодня на закате. А закат уже через три часа…

– Казнят?!

Это был не сон. Юлия – ментальный маг. Она пробилась к нему, чтобы….

Чтобы попрощаться.

Черт!

– И ты говоришь об этом только сейчас? – взревел Рониур.

– Раньше как-то было не до того. Напомню, до этого мы пытались друг друга убить.

– Нам необходимо попасть во дворец, сейчас же! Рониур схватил наемника за грудки. – У тебя должен быть артефакт портала. Как-то же ты докладываешь королю о выполнении его поручений?

– Он есть, – ответил тот. – Но выход из портала не во дворце, а в лесу. И оттуда добираться несколько часов пешком.

Несколько часов?! Рониур сверлил его глазами, пытаясь понять, врёт он или нет.

– А что? Я не идиот, оставлять во дворце магический след, по которому королевские маги могут меня вычислить.

– Открывай портал, – тихо скомандовал Рониур.

Внутри ворочался дикий липкий страх, неведомый ранее, страх опоздать, не спасти, потерять. Он ледяной лапой скручивал внутренности, превращая их в фарш.

– Да все равно не успеем, – буркнул наемник. – К тому же король так торопится её казнить, что может начать раньше.

– Если мы не успеем, – заговорил Рониур еще тише, отчетливо выговаривая каждую букву. – Я голыми руками спущу с тебя шкуру. А потом с твоего заказчика. Доставай свой артефакт!

– Я могу открыть портал во дворец, без всякого артефакта, – задумчиво сказал Алард.

Рониур с немым вопросом развернулся к нему.

– Я же наследный принц, – пояснил Алард. – И после смерти родителей дворец должен признать меня своим хозяином. Я могу открыть портал туда откуда угодно.

– Это большой риск, – с отчаянием сказал Рониур. – После магической летаргии твои силы на нуле.

– А когда нас с тобой останавливал риск? – по-мальчишечьи подмигнул Алард. И тут же посерьезнев, твердо добавил: – Я, пожалуй, рискну. К тому же я не чувствую себя слабым.

Он в несколько глотков допил воду и протянул пустую флягу Рониуру:

– Волшебная штука! Где взял?

– Потом расскажу.

Алард прикрыл глаза и зашептал заклинания.

– Постой, – Рониур достал из кармана артефакт, подаренный Юлией. – Возьми вот это.

Сейчас от Аларда зависело всё, и немного удачи ему не помешает.

Алард кивнул, сжал в ладони артефакт и снова начал шептать заклинания. Рониур напряжённо смотрел на него.

Время словно застыло.

Секунды тикали кровью в висках, каждая буква заклинания ввинчивалась прямо в мозг. Швыряло от мучительного отчаяния к надежде и обратно. В голову предательски лезли трусливые мысли. Он гнал их, а они лезли и лезли, навязчивые и наглые, как уличные попрошайки.

Что, если сейчас ничего не выйдет?

Что если портал не откроется, а Алард упадёт замертво от магического истощения?

Рониур скрипнул зубами. Что-что. Тогда он не сможет спасти одного близкого человека и снова потеряет другого.

Едва Алард закончил читать заклинания, как посреди комнаты появился портал. Тонкий, слабо мерцающий. В него мог бы пройти один человек, и то бочком. И всё-таки он был!

Рониур жадно глотнул воздух, поняв, что все это время почти не дышал.

– Поспешим, – ровно выговорил Алард.

Он был бледен, словно в лице не осталось и кровинки, но глаза сияли торжеством.

– Буду благодарен, – раздался вдруг голос наемника, – если ты полностью снимешь с меня магические путы. Ты обещал меня отпустить.

Рониур оглянулся. Ему совсем не нравилась мысль, что на свободе будет бродить наемный убийца – ничего хорошего от него точно можно не ждать. Но он привык держать своё слово.

– Чтоб духу твоего в этом королевстве больше не было, ясно? – Рониур щёлкнул пальцами, и путы упали. – Увижу, убью.

Секундная задержка чуть не стоила ему всего: сияние портала начало бледнеть, он исчезал…

Ждать нельзя было больше ни мгновения. Алард быстро скрылся в портале, Рониур шагнул следом.