Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

Соавторы: Алла Грин,Алексей Губарев,Матильда Старр
сообщить о нарушении

Текущая страница: 278 (всего у книги 350 страниц)

Глава 16

Весь следующий день я сидела на занятиях как на иголках. Каждую минуту ожидала, что в аудиторию кто-то войдет и позовет меня в кабинет ректора.

Расследователи. Те самые императорские расследователи, которые, как обещал ректор, вцепятся в меня клещами. Теперь я их не боялась – наоборот, хотела встретиться с ними как можно скорее.

Пусть найдут того, кто наложил проклятье на Ингаретту и наконец-то ее спасут.

Только вот время проходило, заканчивалась одна пара и начиналась другая… А меня никто никуда не вызывал.

В перерывах между занятиями я пыталась найти Орлена, чтобы подбодрить его. Вдруг он не знает, что у Ингаретты есть шансы остаться в живых? Но он словно в воду канул. Мы ни разу не столкнулись в коридоре. Даже за обедом, как я ни высматривала его среди студентов, не нашла.

А может быть, расследователи сейчас разговаривают с ним? А что, вполне логично. Он ведь самый близкий родственник. Но почему это занимает весь день? Если на каждого свидетеля они будут тратить столько времени, то до истины не доберутся.

– А тебя не вызывали расследователи? – спросила я у Филаи за ужином. – Магистр Линард сказал, что они сегодня будут здесь и буквально не дадут нам жизни. Но меня пока никто не спрашивал.

– Они? – хмыкнула Филая. – Боюсь, магистр Линард ошибся. Расследователь прибыл утром, и он тут один.

– Всего лишь один? Ну что ж, тогда понятно, почему до нас очередь так и не дошла… Для одного тут, пожалуй, слишком много дел. Представляю, как он сейчас занят.

Филая хмыкнула:

– О да, чертовски занят, – она указала взглядом в дальний угол столовой.

Там сидел лысый мужичок в помятом костюме и с одутловатым лицом. Перед ним дымилась чашка чаю, а на тарелке лежал здоровый кусок пирога.

– Как видишь, ни одной свободной минутки.

– Это и есть расследователь? – изумленно спросила я.

– Ага, – подтвердила Филая.

Честно говоря, не так я его представляла. По рассказам магистра Линарда, мне виделись скорее мрачные типы с цепкими пристальными взглядами. Этот был слишком уж… никакой.

– Ну, наверное, он сейчас перекусит и отправится дальше, расследовать?

– Сомневаюсь. Я видела его здесь и утром, и в обед. Похоже, он никуда не уходит и единственное, что меняется, так это пироги на тарелке.

Вот как… Сказать, что я была ошеломлена – ничего не сказать.

– Но почему, разве ему не нужно расследовать?

– Он же светлый, – хмыкнула Филая. – Мне кажется, что ему совершенно безразлично, что тут у нас, темных, происходит. Светлые не против, если мы поубиваем друг друга. Им спокойнее жить.

– Нет! – воскликнула я. – Это никуда не годится! Нам обязательно нужно найти того, кто это сделал.

Филая пожала плечами.

– Какая разница, Ингаретте это уже не поможет.

– В том-то и дело что поможет! – я резко поднялась из-за стола. – Ты не знаешь, где Рилан? Мне нужно вам кое-что рассказать.

– Думаю, в своей комнате, где ему еще быть? Мы можем пойти к нему прямо сейчас.

* * *

Филая не ошиблась: Рилан был у себя.

Его комната теперь казалась куда меньше, чем в день вечеринки. Неужели пространственная магия? Хотя нет, вряд ли. Скорее, дело в освещении и в том, как расставлена мебель. В прошлый раз диваны и кресла были сдвинуты к стенам, чтобы оставалось место для танцев, а теперь стояли там, где им положено.

На одном из кресел восседал Орлен.

Вот уж кого я не ожидала здесь увидеть. Хотя – почему не ожидала.

– Хорошо, что вы пришли, – объявил Рилан, расставляя чашки на изящном белом столике. – Мы как раз думаем, что можно сделать.

– Как Ингаретта? – спросила я у Орлена. – Ей хоть немного лучше?

Он пожал плечами.

– Я только что из лазарета. В ней всеми возможными способами поддерживают жизнь, но, похоже, не справляются.

– Они так сказали?

Орлен горько усмехнулся.

– Они говорят: «Мы делаем все, что можем» и отводят глаза. А это значит, что она скоро умрет.

– Вовсе не обязательно, – заявила я и все взгляды обратились ко мне. – Я тут узнала кое-что.

Я, сбиваясь и путаясь, пересказала им все, что услышала от призрака.

– Ее еще возможно спасти, если мы быстро найдем того, кто это сделал. А найти его не так уж и сложно. Вряд ли таких людей много – тех, с кем она подолгу оставалась наедине в последние дни.

– Погоди, – остановил меня Рилан, – а откуда ты все это узнала?

Я запнулась. Сообщать ему о том, что призрак из его родового замка переселился в мой шкаф, не хотелось. А ну как подумает, что я нарочно умыкнула ценную семейную реликвию. Хотя не похоже, что призрак там кому-то особенно нравился или был нужен… Но лучше не рисковать.

Я лишь отмахнулась от вопроса Рилана:

– Один очень заслуживающий доверия источник.

– Ректор? – спросила вдруг Филая.

От неожиданности я поперхнулась воздухом и не нашлась, что ответить. Она истолковала эту заминку по-своему.

– То-то вы вчера так долго разговаривали. Остальных он быстро отпустил. Значит, ты умудрилась не только ответить на его вопросы, но и его самого хорошенечко расспросить? Молодец! – она ободряюще похлопала меня по плечу.

И я подумала, что, возможно, не стоит их разубеждать.

– Ну, если ректор сказал, – протянул Орлен, – значит, скорее всего, так и есть. О проклятиях он знает много, как никто другой.

– И все же, – добавил Рилан, – я бы это проверил. Мне кажется, надо поискать информацию о темных метках, например, в библиотеке.

– В библиотеке? – Орлен окинул его насмешливым взглядом. Впрочем, боюсь, что взгляд, которым одарила Рилана я, был точно таким же. Неужели всеобщая «тяга к знаниям» не обошла его и он тоже обратил внимание на прекрасные глаза новой библиотекарши?

– Вот уж нет! – возмущенно воскликнула Филая и теперь уже все обернулись к ней. Рилан смотрел удивленно, а во взгляде Орлена, кажется, появилось понимание. Щеки Филаи вспыхнули так ярко, что румянец стал виден даже из-под слоя пудры.

– У нас совершенно нет времени, – торопливо заговорила она, словно оправдываясь. – В первую очередь нужно выяснить, кто мог поставить метку, опросить всех, с кем Ингаретта близко общалась. А если уж есть какие-то сомнения в том, что ректор разбирается в проклятиях… – она бросила недовольный взгляд на Рилана. А я порадовалась, что сейчас на меня никто из друзей не смотрит, потому что пришла моя очередь краснеть. Все-таки выходит, что я их обманываю. – Если для тебя ректор не авторитет, в выходные мы можем отправиться в твой родовой замок и проштудировать библиотеку там, не привлекая к себе внимания.

– До выходных еще целая неделя, – попробовал возмутиться Рилан, но Филая уже справилась со смущением.

– Вспомни, – обратилась она к Орлену. – С кем твоя сестра общалась в последние пару недель?

– Ну… – он потер лоб. – Прежде всего, со своей лучшей подружкой, Катриной…

– Погодите, – перебила его Филая. – Рилан, у тебя есть чистая тетрадка? Нужно все записывать.

Через пару минут мы уже сидели за столом и Филая сосредоточенно выводила в тетрадке имена. Их было не так уж и много. К имени лучшей подруги прибавилось только два.

– Виолана, первокурсница. Это дочь маминой подруги, – пояснил Орлен. – Мама попросила Ингаретту присмотреть за ней на первых порах. Насколько я помню, девчонка со всеми вопросами обращалась к Ингаретте.

Я покосилась на Орлена.

– А почему только Ингаретту? Тебя не просили за ней присмотреть?

Он хмыкнул:

– Мне матушка строго-настрого велела держаться от нее подальше.

– И правильно сделала, – заметил Рилан.

А теперь смутилась я. Судя по всему, у Орлена репутация сердцееда. Впрочем, какое мне до этого дело.

И все же я почему-то сказала строго:

– Ладно, хватит, давайте займемся делом. Орлен, кто еще?

Он надолго задумался, а потом объявил:

– Магистр Аберардус.

– Что?! – это мы воскликнули втроем, хором. Лица Рилана и Филаи вытянулись. Полагаю, что и с моим лицом произошло нечто похожее.

– А при чем здесь магистр Аберардус? – спросила я.

– Вообще-то она пишет у него курсовую работу. А он, как известно, отличается характером скверным и придирается по пустякам. Так что она каждый день приносит ему то, что наработала, он это изучает и отправляет переделывать. Ингаретта была в отчаянии. Но уж точно он проводил с ней достаточно времени, чтобы повесить эту метку.

Над столом повисло тяжелое молчание. Из всех перечисленных магистр Аберардус был самым вероятным кандидатом в преступники.

В конце концов, нельзя же всерьез заподозрить первокурсницу в том, что она наложила одно из самых трудных и опасных проклятий. А магистр Аберардус очень даже мог, у него на это хватило бы и сил, и знаний. Но думали мы сейчас вовсе не об этом.

Уверена: и Рилан, и Филая вспоминали, как мы втроем сидели в кабинете магистра после того, как однажды уже заподозрили его в тайных вредоносных ритуалах. Разумеется, он оказался не виноват, а вот нам влетело по первое число. И до сих пор не понятно, чем вся эта история для нас закончится. Во всяком случае, на экзамене магистр обещал нам особое внимание.

– Нам опять придется за ним следить? – с ужасом проговорила Филая. Она озвучила ту мысль, которая крутилась в голове у каждого из нас.

– Опять? – с интересом переспросил Орлен.

Мы все лишь дружно вздохнули.

– Да было дело… – нехотя признался Рилан.

– А вы весело живете, ребята! – заметил Орлен.

Впрочем, самому ему явно весело не было.

– Полагаю, – сказала я, – прежде всего нам следует поговорить с Катриной.

– Что, так подойдем и спросим: не ты ли поставила на свою подружку темную метку? – хмыкнул Рилан.

– Не говори глупостей! – Филая хлопнула его по плечу. – Но у нее можно спросить, с кем Ингаретта в последнее время чаще общалась. Поговорить… Вдруг она случайно проболтается о чем-то важном!

– Девчонки правы, – вклинился вдруг в разговор Орлен. – Поговорить нужно. И вообще – присмотреть за ней. За всеми за ними, из списка, присматривать.

Я украдкой вздохнула. Присматривать за магистром Аберардусом мне совсем не хотелось. Да и кому бы хотелось?

Глава 17

Мы решили, что разговаривать с Катриной лучше мне и Орлену. Он хорошо ее знает, а я приблизительно представляю, о чем спрашивать. Честно говоря, очень приблизительно. Ведение допросов – это не моя сильная сторона. Но почему-то все были уверены в обратном, смотрели на меня так, словно я опытный расследователь.

Я пыталась представить, как буду вести беседу с… нашей подозреваемой. Как правильно поступить: ошарашить ее подозрениями, чтобы заметить, как она побледнеет и, кто знает, может быть, даже с ходу во всем признается? Или, наоборот, вести себя осторожно, чтобы она даже не догадалась, что ее подозревают? Ладно, разберемся на месте.

Рилан тоже хотел было пойти с нами, но Филая его тут же осадила:

– Вы бы еще десять человек толпу собрали, чтобы с одной девчонкой поболтать! Она испугается, закроется и не скажет ни слова! Мы с тобой лучше присмотрим за магистром Аберардусом.

– Точно мы? – во взгляде Рилана явно читалась тоска и искреннее нежелание следить за профессором.

– Да брось! Мы же не будем ставить на него следящих меток и вообще ничего такого, просто аккуратно порасспрашиваем других студентов, не стал ли он за последнее время сильнее как маг. Ну или не выдал ли чего особенного на занятиях.

Судя по выражению лица Рилана, она его совсем не убедила. Но все же спорить он не стал.

* * *

С Катриной мы встретились в коридоре школы.

Сейчас я была уверена, что не видела ее ни на вечеринке, ни во время поездки к оракулу – точно бы заметила. Не заметить ее было бы просто невозможно. Высокая, изящно сложенная, со светло-русыми волосами и огромными голубыми глазами. Запястья тонкие, пальцы длинные, а форменная одежда лежала на ней просто идеально.

Катрина окинула меня взглядом, и я тут же поняла, какая это была ошибка – идти разговаривать с ней именно в этом составе. Любой другой вариант был бы лучше.

Я ей явно не нравилась. А вот Орлен – наверняка нравился. И вовсе не как брат лучшей подруги, а просто нравился. Я быстро схватила Орлена за руку и потянула за собой, только бы он понял, что произносить слова «привет, нам надо задать тебе пару вопросов» – не лучшая затея. Но я не успела.

– Привет, Катрина! Ты знакома с Аллионой? Нам нужно с тобой поговорить! – выпалил он, прежде чем я успела хоть что-то предпринять. Ну вот, теперь поздно…

– Вам? – она удивленно вскинула брови, и уверяю, ни радости, ни одобрения в ее взгляде не было.

Но Орлен этого совершенно не понимал.

– Да, об Ингаретте.

Вот теперь во взгляде Катрины появился искренний испуг.

– Что с ней? Ей стало хуже? Я ходила в лазарет, но меня не пускают. Никого кроме родственников не пускают и ничего не говорят. О боги! Неужели она…

Катрина запнулась. Она явно хотела сказать «умерла», но не смогла даже произнести это слово.

Что же, тут я ее понимала. Ингаретте смерть была совершенно не к лицу.

– Нет-нет, она жива, пока еще жива, – поспешил заверить ее Орлен. – Нам просто необходимо найти того, кто поставил темную метку. Понимаешь?

– Понимаю, – проговорила она растерянно, и стало ясно, что ничегошеньки она не понимает. – Только как его найти?

Мимо нас пробегали студенты. Они спешили, кто-то задевал нас локтями, сумками. Для задушевной беседы место явно неподходящее. Орлен тоже это понял.

– Давай отойдем? Например… – Он скользнул взглядом по коридору, но явно не обнаружил там никаких укромных местечек.

И я едва сдержала вздох. Разумеется, нам следовало подумать об этом заранее. Не разговаривать же здесь, у всех на виду.

– Конечно же мы можем поговорить, – в голосе Катрины откуда-то вдруг появилась уверенность. – Приходи вечером в мою комнату, и все обсудим. Там уж точно никто не помешает.

Очевидно, что ее приглашение на меня не распространялось.

Катрина окончательно перестала мне нравиться. У нее, между прочим, лучшая подруга при смерти, а она в такой момент думает о том, как бы соблазнить ее брата?

Я украдкой посмотрела на Орлена: как он на все это отреагирует? Но он то ли не понял намеков Катрины, то ли ловко сделал вид что не понял.

Если второе – то я готова ему аплодировать. Получилось очень убедительно.

– Мы не можем ждать до вечера. Ингаретта может умереть, и умрет, если мы не найдем виновного. А ты ведь ее лучшая подруга, ты лучше всех знаешь, с кем она встречалась, с кем проводила много времени. Если ты нам не поможешь…

– Нам? – Катрина изогнула бровь и снова припечатала меня тяжелым взглядом.

– Ну да. – Орлен, казалось, совершенно не понимал, что сейчас происходит. – Мы с Аллионой пытаемся выяснить, кто это сделал.

– Вы с Аллионой? А она кто такая? И почему же с Аллионой, а не со мной?

Орлен сделал шаг ко мне и уже, кажется, собирался объяснять, кто я такая, причем не в самых деликатных выражениях. Ну надо же! Просто рыцарь, который собирается защитить свою прекрасную даму.

Только вот это было бы крайне неуместно. Боюсь, после такого Катрина вообще откажется говорить.

К счастью, я успела опередить своего «рыцаря».

– Конечно, с тобой! – быстро проговорила я. – Орлен так и сказал. Катрина – лучшая подруга Ингаретты. А еще она умная и проницательная. Если кто-то и мог заметить что-то подозрительное, то только она.

Больше всего я боялась, что сейчас Орлен вытаращит глаза и заявит, что ничего подобного он не говорил. Но соображал он быстро.

– Да-да, именно так я и сказал…

В этот момент кто-то, пробегающий мимо, пребольно толкнул меня сумкой. Я тихо зашипела, потирая ушибленный бок.

– И все-таки. Есть тут укромное местечко, чтобы поговорить? – спросил Орлен.

По Катрине было прекрасно видно, что в укромном местечке она предпочла бы оказаться без меня, так что она заколебалась.

– Ингаретта совсем плоха, – напомнил Орлен.

– Кажется, тут есть свободная аудитория, – ответила она с неохотой.

И мы направились к одной из дверей.

Аудитория и правда была свободна. Уже что-то. Но несмотря на это, Катрина изливать душу не спешила. Далеко не сразу удалось прорваться сквозь ее многочисленные «А это зачем?», «А почему вы спрашиваете?», «А что, с этим что-то не так»?

В общем, прошло немало времени, прежде чем удалось получить от нее хоть какие-то ответы. Да и эти ответы ничего особенно нам не дали. Ингаретта – девушка общительная, вокруг нее всегда много народа. А с кем она могла бы оставаться наедине – список был все так же невелик. Магистр Аберардус, который изводил излишне легкомысленную студентку придирками, доводя иногда чуть ли ни до слез. Глупая первокурсница, которая «прилипла к ней как пиявка, как будто бы у Ингаретты не было других дел».

– Ингаретту не так уж и легко было застать одну, – пожала плечами Катрина после непродолжительных раздумий. – Так что больше вроде бы и никого.

В общем, она назвала ровно тех же, кого совсем недавно предлагал в подозреваемые Орлен.

– Как это никого? А ты? – заявил вдруг мой напарник, и я не смогла сдержать вздох. Вот и поговорили по душам! Я даже зажмурилась, ожидая взрыва. И он тут же последовал.

– Я? Ты подозреваешь меня, ее лучшую подругу? – казалось, сейчас Катрина набросится на Орлена с кулаками. Что ж, всем известно: от любви до ненависти – один шаг…

– Постой, постой!.. – я сделала шаг и почти заслонила собой Орлена. Их бурные выяснения отношений сейчас были бы совсем некстати. – А парень? Парень у нее был?

Это помогло. Они оба перевели на меня взгляды.

– Нет конечно, – фыркнул Орлен. – Я бы обязательно знал, если бы он был. Уверен – она бы мне сказала.

Катрина на это только фыркнула.

– Значит, парень у нее был… – я не столько спрашивала, сколько утверждала. И Катрина вынуждена была согласиться. Похоже, она уже пожалела о том, как среагировала на слова Орлена, но было поздно.

– И кто же он? – нахмурился Орлен.

– Я не знаю, – выдавила из себя Катрина после долгой паузы.

– Врешь! – воскликнул Орлен. – Можно подумать, я не знаю женщин! Вы же все друг другу рассказываете, любую ерунду. А уж такую важную вещь она бы точно выдала.

По тому, как насупилась Катрина, мне стало ясно: она не врет, и ее саму чертовски обижает, что лучшая подруга не посвятила ее в свою тайну.

– Расскажи, пожалуйста, – я постаралась оттеснить Орлена в сторону и пообещала себе, что больше никогда не возьму его с собой на «допрос». Тоже мне, ловелас и знаток девичьих сердец.

Повисла пауза. Видно было, что рассказывать об этом Катрине не хочется.

– Ингаретте нужна помощь, – напомнил Орлен. – Может быть, этот негодяй и есть тот, кто поставил на нее метку.

– Хорошо, – сдалась Катрина.

Хм. а может быть, Орлен не так уж и бесполезен…

– Я точно знаю, что на каникулах у нее никого не было. Помнишь, вы гостили у нас в поместье? – она бросила быстрый взгляд на Орлена. – Мы с ней тогда много говорили по душам, и Ингаретта как-то сказала, мечтательно так: «Эх, встретить бы особенного парня, симпатичного, интересного, можно немножко нахального…». я рассмеялась: мол, таких у нас – целая школа, встречай не хочу – одни нахалы. А она на это сказала: «Нет! Мне еще и умного надо. А в школе все парни – придурки». Я с ней согласилась.

Она вызывающе посмотрела на Орлена.

– Так уж и все? – недовольно буркнул он.

– До единого! – ядовито процедила Катрина.

– Значит, еще летом у нее никого не было… – я поспешила прервать зарождающуюся перебранку. – А что же сейчас?

– В начале учебного года что-то изменилось. Во-первых, ей кто-то присылал записки. Мне она их не показывала, только прятала. И потом, вести себя стала по-другому. Раньше простеньким заклинанием волосы заколет и пойдет, к нарядам была почти равнодушна, говорила: кому охота тратить время на глупые тряпки, если в жизни столько интересного…

Катрина умолкла, и на ее лице отразилась искренняя грусть. Видимо, накатили воспоминания о подруге. Казалось, она сейчас расплачется.

Не похоже, чтобы она была замешана. Слишком уж искренней выглядела ее печаль. И все же на то, чтобы грустить, вспоминая их лучшие совместные моменты, времени сейчас не было.

– А что же в этом году? – спросила я.

Катрина, казалось, с трудом вынырнула из своих мыслей.

– К осеннему балу она купила целых три платья, и не могла решить, которое надеть. А заклинание прически заказывала у одного из лучших столичных мастеров. Представляете? Не взяла из модного каталога, а заказала персональное. Оно же уйму денег стоит. Да и освоить такое трудно.

– Но ты ведь спрашивала ее, не появился ли у нее кто?

– Спросила пару раз, – вздохнула Катрина. – Но она только отшучивалась и отмахивалась, и я перестала спрашивать. В конце концов, я ей подруга, а не расследователь.

Кажется, впервые за это время я взглянула на Катрину с симпатией.

– И у тебя нет никаких догадок?

– Я думаю, что это кто-то из преподавателей.

– Что-о? – воскликнули мы с Орленом хором.

– Ну да. А зачем иначе ей что-то скрывать?

Я обессиленно опустилась на краешек парты.

Может ли быть такое, что загадочный ухажер Ингаретты – наш ректор, магистр Линард?

И тут же попыталась отбросить эти мысли. Во-первых, сейчас есть проблемы куда важнее. А во-вторых, я, кажется, готова заподозрить нашего ректора в романе с кем угодно. Магистр Калмин, красавица библиотекарь и даже императрица. Вот уж действительно, в этом списке не хватает только симпатичной рыжей студентки.

Сердце тоскливо сжалось, а в голове промелькнула предательская мысль, что я могу вовсе даже не ошибаться. А у магистра Линарда запросто могли быть отношения со всеми этими дамами.

Так, достаточно! Я ведь отбросила эту мысль, вот и не надо к ней возвращаться.

– Значит, мы так и не узнаем, кто это был, – со вздохом сказала я. – А ведь это самый вероятный злодей!

Мы с Орленом невесело переглянулись.

– Почему же, – нарушила Катрина тяжелое молчание. – Ингаретта вела дневник. Разумеется, я не стала бы в него заглядывать при других обстоятельствах. Но сейчас, наверное, можно?

Она посмотрела на нас так, словно бы ждала разрешения. Похоже, ей и самой было любопытно взглянуть. Наверняка вопрос о том, кто этот таинственный поклонник, вызывал у нее искренний интерес.

– Что же ты сразу не сказала? Конечно, можно! – подскочил Орлен. – Где она его хранит? Я сейчас же его возьму.

– В комнате, в ящике комода, – без запинки ответила Катрина. – Под бельем. – Я была уверена, что ее улыбка имела несколько мстительный оттенок.

Щеки Орлена покраснели.

– Мы пойдем туда вместе, – сказал он мне.

– Если хочешь, я могу составить тебе компанию, – предложила Катрина.

– Эм… – было видно, что Орлен судорожно подыскивает веский повод отказаться от ее услуг, но не может придумать ничего толкового.

– Не думаю, что это хорошая идея, – вмешалась я. – Мы ведь верим, что найдем злодея и Ингаретта к нам вернется. Тебе будет неловко, что ты пробралась в ее комнату, рылась в ее вещах и даже читала ее дневник.

– А тебе, значит, не будет? – недоверчиво сверкнула глазами Катрина.

– Нет, конечно. Мы ведь с ней едва знакомы… А вы лучшие подруги!

– Как скажете. Идите вдвоем. – в голосе Катрины все еще слышалось недовольство.

Повисла пауза. Катрина поглядывала на Орлена, будто чего-то ожидая. Но он сказал совсем не то, что ей хотелось бы услышать:

– Спасибо! Ты очень помогла.

Она бросила на него гневный взгляд и, стуча каблуками вышла из аудитории.

Убедившись, что ее шаги стихли в конце коридора, я развернулась к Орлену и гневно зашипела на него:

– Как можно быть таким… таким…

Я хотела сказать «толстокожим и бесчувственным», но нужные слова никак не подбирались.

– Каким? – Орлен с улыбкой приподнял бровь, и в его взгляде мне почудилась усмешка.

– Слепым! Неужели не видно, что…

И снова и осеклась. Уж точно это не мое дело сообщать Орлену, что подруга сестры, кажется, по уши в него влюблена.

Я снова наткнулась на его взгляд. И снова увидела ту же насмешку и понимание. Только сейчас до меня дошло: а ведь он знает! Отлично знает, подлец, что девчонка к нему неровно дышит. И все это время он нарочно злил ее и провоцировал, притворяясь простачком.

– Так ты это специально? – я высказала вслух свою догадку, все еще не в силах в нее поверить.

Орлен пожал плечами.

– Во всяком случае, она проболталась про ухажера Ингаретты. А так могла бы унести эту тайну с собой в могилу.

Я покосилась на Орлена. Он и правда не так прост. Впрочем, чего я ожидала. Он – аристократ, темный маг и, по уверениям его сестры, еще и дамский угодник. Он точно не может быть прост…

– Ну что, за дневником? – бодро спросил Орлен.

Он, похоже, был готов действовать незамедлительно. А я – нет.

– На занятия. Если я продолжу их пропускать – меня точно отчислят. И я окончу свои дни в монастыре.

– Э, нет! В монастыре тебе делать нечего! – эта мысль Орлену явно не понравилась. – Вечером зайду за тобой.