Текст книги ""Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

Глава 36

Я открыла глаза, протянула руку и погладила Масю.

Видимо, уж очень она переживала за меня, раз не ушла спать в свою коробку, а осталась рядом на подушке. Я поднялась, сходила умыться, заказала завтрак и стала собираться на занятия.

Учебники, конспекты, расписания – все это теперь казалось таким далеким. В последние дни события развивались стремительно, и на учебу в этой череде приключений вообще не оставалось места.

Я посмотрела в расписание: две пары лекций и две практических. Ого, какой загруженный день. Может быть, так и лучше: не будет времени на то, чтобы думать о всяком несбыточном.

Я снова заглянула в расписание.

Гадание на картах. Разумеется, не на картах таро, а на тех самых, с загогулинами, в которых я ни черта не разбираюсь.

Я покосилась на полочку, где в пакетике, подаренном дознавателем, лежали мои карты. А потом решительно взяла их в руки. В конце концов, предсказательница я или нет? Вовсе ни к чему мучиться и страдать, сейчас сделаю расклад и все узнаю: что ко мне его величество чувствует, есть ли соперница и вообще все что захочу. Почему-то я не сомневалась: эти карты дадут ответ на все вопросы. И там не будет никаких недомолвок и разночтений.

Я задумчиво перетасовывала колоду в руках, когда в дверь постучали. Вот не буду отвечать. До занятий еще хороших полчаса и нечего меня беспокоить попусту. Но в дверь постучали еще раз, на этот раз настойчивее.

Я сложила карты в пакет и отправила их на полку. Если что-то настойчиво мешает разложить карты, значит, время узнать ответ не пришло, это вам скажет любая предсказательница, даже без высшего магического образования.

На пороге стояла Гариетта, и вид у нее был взъерошенный и перепуганный.

– Что, неужели опять что-то случилось? – устало спросила я. Сил на то, чтобы бежать и кого-то спасать не было, пускай все спасаются как-нибудь сами, без моего участия.

– Вас приглашают в королевский дворец, лично его величество. И велит взять вашего питомца. У вас есть питомец? – удивилась Гариетта.

Усталость и апатия сразу прошли. Все-таки король решил отобрать Масю? Что там он говорил, придумал какое-то «особое решение»?

Пусть только попробует, уж я ему устрою!

А Гариетта продолжала говорить будто извиняясь:

– Его величество велел прибыть немедленно, так что времени на сборы мало. У меня есть одно запасное платье, но оно немного… неудачное, поэтому ко двору его не надевали. Но другого выхода нет, поэтому придется…

– Не придется, – перебила ее я. – Пойду прямо так.

На мне было форменное платье и мантия.

– Но это не по протоколу, не по этикету… не положено… – забормотала Гариетта.

– Сомневаюсь, что его величество велит бросить меня в тюрьму за такое неуважение. В конце концов, он сам сказал явиться немедленно, а значит на сборы времени нет.

– Я провожу тебя к порталу? – спросила Гариетта.

– Нет, зачем, у меня есть цветок.

Я вздохнула. Вот уж неосмотрительно со стороны его величества оставить мне этот подарок после того, как он вновь начал общаться со своей бывшей невестой. А вдруг я появлюсь в самый неподходящий момент, испорчу всю романтику.

Я быстро закрыла дверь, хотя Гариетта и пыталась заглянуть мне через плечо. Видимо, хотела рассмотреть того самого таинственного питомца. Но когда я повернулась, Мася уже дисциплинированно сидела в коробке. Неужели что-то понимает? И судя по всему, она вовсе не против отправиться во дворец.

– Не волнуйся, дорогая, – сказала я ей, – я тебя в обиду не дам, никому. Даже всяким злым и вредным королям, ясно?

Мася потерлась о мою руку и поудобнее уселась в коробке.

А я оторвала лепесток и через мгновение оказалась возле двери в огромный зал.

Как я поняла, что он огромный? Дверь была открыта, а голоса, которые доносились оттуда, подхватывало эхо.

– Я категорически против, – сухо и твердо говорил один голос, низкий, мужской, суровый. – Я видел этих тварей и на что они способны. И последнее, чего бы мне хотелось, чтобы с кем-то из них столкнулась моя жена.

– Дружище, – этот голос я знала хорошо. Как только он зазвучал, мое сердце на мгновение перестало биться, а потом заколотилось с удвоенной скоростью. Его величество король Алард Первый. – Безопасность леди Юлии и для меня очень важна. Неужели ты всерьез думаешь, что я мог бы подвергнуть ее риску?

Я на мгновение перестала дышать. Теперь понятно, кто там. Тот самый магистр Рониур, супруг леди Юлии. И кажется, гениальный план короля ему совсем не нравится.

– Эта тварь, – начал он, но король закончил за него:

– … спасла мне жизнь. А еще всеми лапами обнимала почтенного графа, и последние несколько дней живет в комнате у студентки, и умудрилась даже ни разу не показаться никому на глаза. Умная.

– Да будь она хоть академиком, – взорвался магистр Рониур, – я не позволю…

Тут в спор вмешался третий голос, женский.

– Уважаемые господа, – сказала Юлия. – А моего мнения спросить вы не хотите?

– Милая, ну какое здесь может быть мнение, – начал магистр Рониур уже куда сдержаннее, чем говорил с королем.

– Я хочу попытаться.

– Ты не понимаешь, – возмутился Рониур, но она не дала ему договорить:

– Я все прекрасно понимаю, и совершенно уверена, что эта ваша Мася ничуть не опаснее моего Рыжика.

– Это был бы отличный аргумент, дорогая, – сказал магистр, – если бы твой, хм, Рыжик не был бы самым опасным чудищем королевства.

Но по голосу было слышно: он сдался.

– Имей в виду, – сказал он наконец, видимо, обращаясь к королю, – если она хоть лапу протянет в сторону Юлии, я ее уничтожу тут же.

– И я тебе помогу, – заверил Алард, – но она не протянет. У меня была возможность пообщаться с темным магом. Все эти прорывы, когда чудовища сыпались на нас с неба, – побочный эффект от одного из ритуалов. Он и из того мира пытался выкачать энергию для своего эликсира бессмертия, но что-то пошло не так. Эти твари совершенно не хотели на нас нападать, просто их затягивало в эти жуткие дыры в пространстве. Они падали сюда, видели, что на них нападают, и начинали обороняться. Они не злые и не добрые. Просто такие же, как и мы. Ну, внешне чуть-чуть различаются.

На душе как-то сразу потеплело. Вот значит, как король на самом деле относится к моей Масе. Не боится, не презирает, а считает, что она такая же, как и мы. Сердце сжалось. Теперь Алард казался мне еще ближе, дороже и роднее, и тем больнее было его терять.

Стоять под дверью больше было незачем, и я сделала шаг внутрь. Мы действительно оказались в огромной зале. Это они так подготовились к тому, что моя Мася может увеличиваться в размерах?

– Здравствуйте, ваше величество, здравствуйте, леди Юлия. Здравствуйте, магистр Рониур.

– Привет! – Юлия помахала мне рукой, давая понять, что нормы дворцового этикета временно отменены. – Покажешь свое чудовище?

Сейчас Мася совершенно не выглядела пугающей, скорее дружелюбной.

– Но зачем? – задала я свой главный вопрос. Похоже, его величество посвятил всех в свои планы, кроме меня.

– Я ментальный маг, ну, то есть, пока еще учусь. Но Алард считает, что мы с твоей Масей можем установить ментальную связь, и вроде как поговорить.

– Вот это да, было бы здорово! – ответила я.

Но внутри как-то кольнуло: она назвала короля Алард. Впрочем, разве стоит этому удивляться, она жена его лучшего друга.

– Это Юлия, – сказала я Масе, – и она хочет с тобой поговорить.

Я осторожно передала коробку с паучком и заметила, как напрягся магистр Рониур. И тоже напряглась. И тут Юлия меня удивила: она уселись на пол, прямо в пышном платье, и поставила коробку рядом с собой. Какое-то время они просто смотрели друг другу в глаза, а потом Юлия сказала:

– Имя Мася ей очень нравится. Оно ей подходит. Дома ее звали похожим образом, но вряд ли я смогу это воспроизвести.

– Вы понимаете друг друга?

– Да, и те из присутствующих, которые опасаются за мою жизнь, могут расслабиться. Мася совершенно не агрессивна, по крайней мере, до тех пор, пока никто не отрывает лапки ее друзьям. Так что пока я не начну выламывать руки леди Полине, я в полной безопасности.

После этих слов магистр Рониур немного успокоился, но все же был начеку.

– Может быть, ты хочешь что-нибудь у нее спросить? – обратилась Юлия ко мне.

– Я? Конечно, хочу.

В следующие полчаса выяснилось, что моя Мася не совсем детеныш, по их паучьим меркам она, скорее, подросток. Что ковры, которые она создает, – это произведения искусства. В своем мире она думала, что так будет зарабатывать себе на жизнь. И в принципе, в этом мире будет не против, если ей устроят какую-нибудь выставку.

Весть о том, что вернуться домой уже не получится, она восприняла спокойно. Она здесь уже привыкла, и еда тут вкусная, особенно пироги и плюшки. Гораздо вкуснее, чем какие-то мухи. К тому же у нее тут появились друзья, и это не только я.

Она требует, просто категорически, чтобы ей разрешили общаться с ее другом. Они ведь почти как родственники, он тоже пушистый.

Вскоре к этому интервью присоединился король, а под конец даже магистр Рониур увлекся и задал пару вопросов.

– Мне кажется, все уже немного устали, – подала голос я, когда заметила, что Мася нетерпеливо сучит лапками, да и Юлия выглядит бледной. Все-таки ментально общаться с иномирным существом наверняка занятие не из легких.

– Что скажете, леди Юлия? Это существо не опасно и может быть рядом с леди Полиной? – спросил король.

– Может, – улыбнулась Юлия и протянула мне коробку.

Магистр Рониур попрощался, обхватил супругу за талию и поскорее увел, видимо, опасался, что король придумает еще какие-нибудь тесты.

Пора было уходить и мне.

– До свидания, ваше величество, – сказала я и шагнула к выходу.

Вроде бы, пока я была увлечена происходящим, чувствовала себя вполне неплохо. Но сейчас прежняя боль вернулась в сердце, и я боялась, что не выдержу и секунды и бессильно разрыдаюсь.

А вот этого нельзя было допустить никак, ни в коем случае.

Глава 37

– Стоять!

Король сказал это так резко и сурово, что я застыла на месте и испуганно обернулась. Никогда не слышала, чтобы он так разговаривал.

– Куда это ты пошла? Я тебя не отпускал. Никакого уважения к короне!

Его глаза и правда метали молнии, и мне стало не по себе. Куда вообще делся тот приятный парень, с которым я общалась в последнее время, и кто этот суровый незнакомец?

Впрочем, понимание пришло тут же: возможно, тогда король действительно был немного мною увлечен, особенно если учитывать то, что внешне я похожа на его истинную любовь. А она, между прочим, принцесса.

Может, у него в голове все перепуталось, и он нормально относился к моим выходкам, потому что вроде как ассоциировал меня с ней. Но теперь оригинал снова вернулся в его жизнь, а значит я стала тем, кем и была все это время на самом деле – одной из его подданных.

Тех самых подданных, которых он имеет права казнить или миловать.

– Простите, ваше величество, – пролепетала я.

Но он в несколько шагов сократил между нами расстояние и повернул меня лицом к себе:

– Ты никуда не уйдешь, пока не объяснишь мне, что я сделал не так. Все же было хорошо.

Я удивленно моргнула. Он это о чем?

– И вообще, я король, и я приказываю сейчас же мне сказать, чем ты недовольна.

Он уставился на меня в упор, упрямо закусив губу. Ах вот, значит, как?! Приказывает он. Никакие доводы разума, вроде того, что передо мной и правда король, который и правда может мне приказывать, да и не только мне, а и вообще кому угодно, не сработали. Вся боль и обида, которая копилась во мне со вчерашнего дня, темной сажей оседая в душе, вдруг всколыхнулась и поперла наружу, и удержать ее было никак не возможно.

– Невесте своей приказывайте, ваше величество.

– Какой еще невесте? – он сделал вид, что не понимает.

– Принцессе, как бишь ее…

Имя крутилось на языке, но никак не вспоминалось. Видимо, мой мозг решил, что мы с ним проживем и без этой информации, и вышвырнул ненавистное имя куда подальше.

– Так вот в чем дело, – на губах короля появилась такая самодовольная ухмылочка, что мне ужасно, ужасно захотелось его стукнуть. – Ну… Я бы, конечно, приказал что-нибудь принцессе Амалии, но, боюсь, это невозможно.

– Естественно, невозможно. Станет она вас слушать! – буркнула я. – Она же принцесса.

– И это тоже, – ухмылка короля стала еще шире. – А еще сегодня утром она отбыла к себе на родину. Вместе со своим женихом, принцем Голайном. И, откровенно говоря, я от души надеюсь, что никогда больше эту парочку не увижу.

– Потому что вы влюблены в принцессу и вам это доставит страдания? – вырвалось у меня.

Такого искреннего, чистого изумления на лице короля я не видела ни разу.

– Ты с ума сошла?

И я вдруг поняла, что все правда, и принцесса ему совершенно не нравится, скорее, даже наоборот. Предательское сердце забилось быстро и радостно, но я постаралась его осадить.

То, что он не любит принцессу, вовсе не означает, что он питает какие-то чувства ко мне.

– Что ж, – холодно отчеканила я, – рада, что мы это выяснили. И вот еще хочу что сказать: если вы попытаетесь вручить мне какой-нибудь замок или титул, вроде как за ваше спасение, я это не приму. А теперь я пойду.

Я высвободилась из стальной королевской хватки, но он снова меня поймал. Осторожно взял коробку с Масей из моих рук, поставил ее в сторону на какой-то эксклюзивный столик, заглянул в глаза тем самым странным пристальным взглядом, от которого у меня побежали мурашки по коже, и произнес:

– Демоны меня побери, если я понимаю, что сейчас тут происходит. Но кажется, я знаю, как это можно исправить.

Он притянул меня к себе. И поцеловал.

Да как он смеет?! Вот деспот, сатрап, тиран!

Я стиснула кулаки, собираясь отбиваться до последнего.

Что за вероломное нападение? Не буду я с ним целоваться. Я вовсе не хочу с ним целоваться. Разве что немножко. Чуть-чуть… Совсем капельку…

Кулаки сами собой разжались, ладони с наслаждением скользнули по сильным плечам и зарылись в густые теплые волосы. Как я давно мечтала…

Я прижалась еще крепче и приоткрыла губы.

Все вопросы подождут.

Что-что, а целовался его величество умопомрачительно.

Эпилог

Мася вползла в окно, подбежала ко мне и потерлась о ногу.

– Что-то ты сегодня рано, – улыбнулась я, – неужели так быстро закончила?

И уставилась на нее в ожидании ответа. А потом спохватилась: нужно же активировать артефакт, который для меня изготовила леди Юлия. Теперь мы можем общаться с Масей.

Она оказалась не просто милым питомцем, но и очень интересным собеседником. А с кем еще так поговоришь об искусстве?

Сейчас Мася готовилась к выставке. Вообще-то ее самотканых картин уже давно хватило бы на то, чтобы устроить экспозицию прямо в студенческих домиках. Это была моя идея, чтобы зрители переходили от одного домика к другому, а я растолковывала бы всем желающим, что хотел сказать автор, благо, прямая связь с автором налажена.

Только вот вдруг выяснилось, что работы Маси пользуются огромным спросом, их все время покупают. Еще бы, ведь несколько ее тканых картин висят в королевском дворце. А это лучшая реклама. Но мы верили, еще чуть-чуть – и картин насобирается как раз на выставку.

Я заказала Масе яблочный пирог и стала зажигать свечи. Мася недовольно забубнила, свечи ей не нравились. Она вообще плохо относилась к открытому огню.

– Ну извини, дорогая, – сказала я. – Скоро ко мне в гости придут подружки. У нас вроде бы как девишник, будем гадать и все такое. Так что свечи нужны для антуража.

Мася еще немного поворчала, а потом спряталась в коробке, но артефакт попросила не выключать. Все ясно, собирается подслушивать.

Вскоре начали собираться девчонки. Лартисса принесла с собой всякие травки и сразу же начала заваривать чай.

Бриззина притащила собственноручно сделанный артефакт тишины, установила его на входе и заявила, что теперь ни одна зараза нас не подслушает. Я хотела сказать, что не особенно мы кому-то нужны, нас подслушивать, но Бриззина была так серьезна, что я не стала.

Ярна с Олиорой принесли руны и камушки. Да-да, те самые камушки, которые совсем недавно считались ерундой для начинашек. Когда по факультету ясности разнеслась весть, что при помощи камушков я предсказала покушение на короля, и потом это предсказание спасло ему жизнь, они стали пользоваться большой популярностью.

А я достала, разумеется, те самые карты таро. Они уже немного потрепались, краски стали не такими яркими. Бриззина посмотрела на них долгим профессиональным взглядом.

– Мы с магистром Вирастольфом вот-вот закончим, станут как новенькие, – пообещала она.

Я покосилась на нее с опаской. Они с медведем уже месяц как загорелись этой идеей. Создать волшебную пыльцу, которая сделает мои карты вечными и не позволит им линять или выцветать. И теперь увлеченно над этим работали, и вроде бы даже Бриззина собирается писать по этом вопросу целую научную работу.

Услышав знакомое имя, Мася любопытно высунулась из коробки. Я не удержалась и хихикнула.

Граф Вирастольф после тех событий, разумеется, ни разу не появлялся в моей комнате, но разве это могло остановить Масю?

Где бы ни был ее драгоценный граф, она всегда безошибочно его находила, просачивалась в любую щель и в самый неожиданный момент набрасывалась на него всеми своими пушистыми лапами, приводя графа в ужас. Впрочем, в последнее время ужас графа казался не таким уж и искренним. По-моему, он смирился.

В результате путем долгих переговоров нам удалось убедить Масю, чтобы она не проявляла свою нежность, когда магистр читает лекции или ведет практические. Взамен граф пообещал ей ежедневные обнимашки. И все вроде как наладилось.

– Ну что, кому первому гадаем? – спросила я, отпив из чашки ароматнейший напиток Лартиссы.

– Мне, – вызвалась Бриззина, – надо выяснить, что у этого негодя на уме.

Да-да, у Бриззины появился свой собственный «негодяй». На самом деле, конечно, никакой не негодяй, а отличный парень с бойцовского факультета. Он был такой высокий и настолько широк в плечах, что даже наша Бриззина смотрелась рядом с них хрупкой и миниатюрной.

Я, а следом за мной Ярна и Олиора, дружно заверили Бриззину, что «этот негодяй» – вовсе никакой не негодяй, а очень даже порядочный парень и на каникулах планирует познакомить ее с родителями.

– Ну, кто следующий? – спросила я.

Все посмотрели на Лартиссу, но она скромно потупила глазки и, отчаянно засмущавшись, сказала:

– Мне на любовь гадать не нужно.

И показала руку. На ее тонком пальчике красовалось колечко с небольшим, но очень красивым камнем.

– Да ну? Он сделал тебе предложение?

– Ух ты, покажи!

– Какое красивое!

Девчонки окружили Лартиссу, едва не расплескав чай.

– С любовью все ясно, – повторила Лартисса, – но вот хотелось бы узнать, возьмет ли меня главный лекарь к себе помощницей на практику. Он первокурсниц не берет, а мне уж очень хочется.

Олиора и Ярна сосредоточенно раскладывали руны и бросали камушки, а я искала ответ в картах.

– Вообще-то он очень пока еще в раздумьях, – сказал Олиора. – Он человек правил…

– Но не сомневайся. Очень тебя ценит, – добавила Ярна. – Это любому видно. Считает лучшей студенткой.

Все взгляды обратились на меня. Я вздохнула. В последнее время о каком бы предсказании речь ни шла, все ждали моего мнения. Хотя зачем, спрашивается? Вон Олиора и Ярна прекрасно справились.

– Он еще сам не знает, что решит. Но по тому, что я вижу, решение должно быть положительным.

Лартисса радостно захлопала в ладоши.

Затем мы гадали еще Олиоре и Ярне. Ни одна из них пока еще не нашла избранника, но судя по тому, что сказали карты, Ярна встретит своего в ближайшее время, а вот Олиора уже встретила, просто еще не знает, что это он.

И мы еще долго хихикали, предполагая, кто это мог быть.

– Ну вроде бы все, всем погадали. – подвела итог я. – Лартисса, нальешь еще своего волшебного чая? Он просто невозможно вкусный.

– Что значит всем погадали? – воскликнула Ярна, а Олиора подхватила:

– Тебе не кажется, что ты кого-то забыла?

– Да-да, что это за дела? Сапожник без сапог!

Я растерялась.

Гадать мне?

А зачем? Незачем же ведь.

У нас с Алардом, ну, то есть с его величеством, все хорошо. Он, конечно, в последнее время очень занят. Трудно совмещать учебу с управлением государством, особенно когда на каждом шагу всякие заговоры и темные маги пытаются творить всякие темные дела. Но все-таки, когда находится свободная минута, он старается провести ее со мной. Мы ведем долгие разговоры и целуемся так жарко, что ноги подкашиваются.

И говорить об этом мне ни с кем не хочется, вот совсем. И не потому, что боюсь сглазить. Не боюсь. Просто это личное, такое, что делиться не станешь, даже с подружками.

В общем, все у нас хорошо, и не о чем тут гадать. Но Ярна с Олиорой уже начали бросать камешки и выкладывать руны.

– Ого! – глаза Олиоры сделались круглыми. – Да у нас тут, кажется, скоро свадьба!

Ярна взглянула на руны, выложенные перед подругой, и продолжила рассыпать камни.

– Очень похоже на то.

Теперь все четверо смотрели на меня выжидательно.

– Ты от нас что-то скрываешь?

– Нет же, – честно воскликнула я. – На знаю ничего ни о какой свадьбе.

– Так! – хлопнула по столу Бриззина. – Сейчас же доставай свои карты, только они правду скажут, – велела она.

– Да что вы, девчонки, все это…

– Немедленно, – тихо прошептала Лартисса.

Все смотрели на меня так серьезно и выжидательно, что я сдалась.

– Ладно так и быть, сделаю самый простенький расклад.

Я выложила несколько карт, и сердце пропустило удар. Значение этого сочетания было более чем очевидным: скорая свадьба, и никаких разночтений тут быть не могло. Кажется, девчонки все поняли по моему лицу.

– Ну что ты скажешь, ваше будущее королевское величество? – хихикнула Лартисса.

– Тише, – зашипела на нее я. – Не вздумайте кому-нибудь рассказать!

– Почему нет? – не поняла Бриззина. – Твои предсказания всегда сбываются, так что ошибки быть не может.

– Ошибки быть не может, – раздраженно проговорила я, – но будет странно, если эту новость король узнает от кого-нибудь другого. Дайте уж ему возможность самому созреть и сделать предложение, раз уж… – я бросила взгляд на карты… – раз уж все так.

– А ведь и верно, – Бриззина обвела присутствующих суровым взглядом. – Если кто-нибудь ляпнет, сама лично космы повыдергиваю.

Все сразу притихли. Наша компания в последнее время сдружилась, но Бриззину мы все равно побаивались.

– И в мыслях не было болтать, – быстро сказала Ярна.

Мы разошлись еще не скоро, долго сидели, пили чай и обсуждали последние новости.

А когда наконец разошлись, я обнаружила на тумбочке записку. Его величество нашел возможность обмениваться со мной магической почтой. С замиранием сердца я развернула листок и прочитала: «Завтра в шесть жду в королевском парке. Мне надо тебе кое-что сказать».

Я улыбнулась, прижала записку к груди, а затем сунула ее под подушку. Теперь, главное – завтра суметь сделать вид, что я очень, очень удивлена.