Текст книги ""Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Елена Крыжановская,Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 325 (всего у книги 341 страниц)

– Быстро наверх, – срывая голос, заревел я Малому и Барсе, понимая, что вместе нам уже не выбраться.

Туннель был совсем близко. Каких-то пару шагов, и уже можно ухватиться за перекладину лестницы, но пустошники всё напирали, не давая шанса. Краем глаза я увидел, как гримби рванул наверх, а следом и Барса. Я с облегчением выдохнул, сделав ещё один шаг назад, но продолжал сдерживать очередного монстра.

Неожиданно кто-то сильно дёрнул меня за шиворот, затаскивая наверх. Ещё находясь в пылу сражения, я ошарашенно уставился на Барса, чуть не приставив к его горлу меч. Монах вместе с гримби держали меня с двух сторон каждый по-своему. Барса вцепился мёртвой хваткой в мою руку, гримби же держал меня зубами за воротник.

– Тише, – пробормотал монах, припечатав меня к стене, – сам еле держусь.

Схватившись за металлическую перекладину, я опустил взгляд вниз. Пустошники продолжали своё движение, и, словно стадо диких зверей, неслись вперёд без оглядки.

Выскочив из люка, мы со всех ног понеслись в сторону спрятанного танка. Пустошники ровно через три минуты показались со стороны разлома, но их количество уже не казалось таким огромным. Возможно, в туннеле большую роль сыграло пространство.

– Как думаете, почему пустошники появились на полчаса раньше? – спросил Рафф, устало прислонившись к металлической обшивки танка: он всё никак не мог отдышаться.

– Да кто их знает? – махнул рукой Кейли. – Может, у них самка сегодня не в настроении?

Мы расположились в тесной кабине по двое, почти прижавшись друг к другу. Сидели тихо, молча. Иногда машину потряхивало, и мы, затаив дыхание, прислушивались к звукам снаружи.

Пустошники продолжали свой забег по давно отработанному маршруту, словно их кто-то подгонял. Кто-то невидимый нами.

– Нет, – возразил Рафф. – Пустошники никогда не делают того, чего нельзя объяснить. Они как млекопитающие. Как муравьи. Следуют по точному, заранее отработанному сценарию.

– А тебе не всё ли равно? – спросил Кейли, устало закрывая глаза.

Раздался резкий звук ударов по корпусу. Видимо, очередная тварь пронеслась мимо, совершенно не видя перед собой преград. Металлический корпус жалобно застонал.

– Кажется, косиножка прошла, – глядя в прицел пушки, доложил Кейли.

Барса делал вид, что спал, сложив руки на груди и прикрыв лицо капюшоном мантии.

– И всё же, – продолжал свои мысли в слух Рафф, – должна быть причина. Мы с отцом Эвардом долго беседовали на эту тему. И тот абсолютно точно тогда сказал, что пустошники не отклоняются от заданного времени.

Мне было всё равно на пустошников. Я сидел возле гримби, почёсывая его за ухом, и думал, что теперь делать дальше. Конечно же, вначале нужно вернуться в храм Милосердия и повидаться с отцом Эвардом. После моего ухода из храма отец постепенно пошел на поправку, и я надеялся по возвращении застать его в добром здравии.

А также я должен вернуться в Тарнонд. У Марка, кроме Эйлы, никого больше не было. Ни отца, ни матери. Девушка осталась единственной, кто мог оплакивать парня, и я хотел вернуть ей чип Марка как воспоминание о прожитых днях. Возможно, для Эйлы это ничего не значит. Ведь не так много времени прошло с их знакомства. Но я был уверен, что Марку этого бы хотелось.

Также я хотел повидаться с Карэн. Я обещал писать девушке каждое утро, но, кажется, написал только один раз. Не думаю, что она меня простит. Но я хотя бы могу спросить, как дела у Дирка и её мамы. А дальше куда?

“Малой будет с Бэл. Малой будет рядом”, – произнес гримби и, выбрав удобный момент, настырно лизнул меня в нос.

– А какой сегодня день? – всё никак не унимался Рафф.

Братья, как один, глянули на часы. По всему выходило, что с момента входа в Альтвер прошло не более трех дней. Однако система выдала абсолютно другую дату.

Двенадцатое марта четыре тысячи пятьсот двадцать пятого года.

Мы непонимающе уставились друг на друга.

– Я не понял? Это что? Прошло полгода? – воскликнул Рафф.

Глава 3

– Я тебе что сказал сделать? – спросил мужчина в строгом костюме, стоя возле окна.

Он был слишком рослым, и обладал отличной возможностью смотреть на всех свысока. Мужчина не имел атлетического телосложения, однако спорт для него был неотъемлемой частью жизни, и только самые близкие родственники знали, насколько он был силён.

Отвернувшись от созерцания снежного покрова, раскинувшегося до самого горизонта, он окинул взглядом толстого, напыщенного пижона с неприятной внешностью.

– Так что? – снова спросил он.

– Ваше Сиятельство, я сделал всё, как вы просили! Он получил огромную дозу радиации, но кинжал… Тени… – толстяк замялся, дрожа всем телом.

Мужчина вопросительно приподнял бровь. Его пронзительный взгляд не предвещал ничего хорошего:

– Что кинжал?

– Ваше Сиятельство, – запричитал толстяк, – он действительно должен был умереть. Я сам лично видел, как его шатало при новой дозе радиации. Уму непостижимо: он не только дошёл до кристалла, он был способен сражаться с Тенями.

Мужчина подошёл к столу, стоявшему посреди огромного кабинета, и удобно расположился на кожаном кресле, закидывая ногу на ногу. Он не произнес ни звука, но толстяка будто обухом огрели по голове.

– Ваше Сиятельство! Я правда ничего не мог сделать. Кинжал защитил его. Вы же знаете, насколько непредсказуемы артефакты Древних.

– Три с половиной года, Клим. Три с половиной, ты гоняешься за каким-то испуганным мальчишкой, – несмотря на смысл сказанных слов, голос мужчины был спокойным и умиротворенным, – а он умудряется водить тебя за нос.

– Я всё исправлю, Ваше Сиятельство! Я обещаю, что в скором времени вы перестанете даже вспоминать об этом недоразумении.

Толстяк нервно утёр выступивший пот со лба мятым платком. Его руки подрагивали, и он часто моргал, чтобы не смотреть слишком пристально на сидевшего перед ним мужчину. Десять лет он прислуживал Лорду Менхельскому, и до сих пор не мог обуздать свой страх перед ним.

– Ты что-то говорил про Тени? – мужчина устало потер глаза, прислонившись локтём к краешку стола.

– Мутуализм, – тихо произнес толстяк, опустив голову.

Мужчина за столом непроизвольно дернулся. Слова толстяка застали его врасплох. Он поднял голову, пристально посмотрел на несуразное существо, стоящее перед ним и нервно комкающее носовой платок, и тихо спросил:

– Что?

Толстяк ещё больше задрожал. Он точно знал, что когда Лорд Менхельский понижает голос, то его ждут не просто неприятности, а очень большие неприятности. Настолько большие, что есть опасения лишиться собственной жизни.

– Пр-ро… пр-р-роизошел… с-с-случ-ч-чайный… с-с-симби-ионт… мут-т-ттууализ-зм...Я …я …, – пытаясь совладать с собой, заговорил толстяк, но стук пальцев мужчины по столу добавлял ещё больше страха.

– Ещё раз. Что ты говоришь? Я тебя не понимаю, – вкрадчиво спросил мужчина.

– Произошел с-с-случайный мутуализм, – собравшись с духом, произнес толстяк. – Симбионт человека и Теней. Тени представляют собой сгусток энергии, не имеющий постоянной формы. Они вселяются в одноклеточные организмы, чтобы иметь возможность передвигаться. Их мозгом является искусственный интеллект, который ими управляет.

Маленькая капля пота упала на пол с дрожащего носа толстяка, оставив мокрый след на дорогом ковре. Тот судорожно припал к полу, тщетно стараясь стереть пятно носовым платком.

– Оставь! – скомандовал мужчина, сидевший за столом, – продолжай!

Толстяк вскочил на ноги и, срываясь на истеричные нотки, продолжил:

– Кинжал имеет свойства впитывать энергию любого типа. Возможно, под действием радиации и резким выбросом кварков произошёл …

– Короче! – перебил его мужчина.

– Бэливер смог заполучить Тени в качестве симбионта! – выпалил толстяк, прижав носовой платок к груди.

Мужчина медленно встал из-за стола. На его лице невозможно было увидеть какие-либо эмоции. Он снова подошёл к окну, вынужденно щурясь от морозного солнца:

– Какие меры были предприняты? – спросил он, стоя спиной к собеседнику.

– Он появился в сети только сейчас, и мы попробовали внедрить в его нейронные клетки вирус, – произнес толстяк, не совсем понимая, стоит ли ему продолжать бояться разряда или же гроза прошла.

– И как успехи?

– Пока мы не можем ничего сказать наверняка. Вирус должен сначала укрепиться в нервной системе.

– Хорошо, – произнес мужчина, не поворачиваясь и удовлетворенно кивая головой, – что с Аникой?

Толстяк нервно выдохнул. Всё-таки, кажется, гроза прошла стороной:

– Она слишком хитрая девочка. Её сигнал не прослеживается ни в одном из миров.

– Вы выяснили, кто её родители?

Со стороны казалось, что мужчину больше не интересует его собеседник, и все вопросы он задает лишь для поддержания разговора, но толстяк очень хорошо знал своего хозяина и старался как можно четче отвечать на них:

– Марк Рид, но в трех мирах он ещё не родился, а в четырех других уже мёртв.

– Даже в Невир-орбис? – удивился мужчина, повернувшись лицом к толстяку.

Тот судорожно закивал, подтверждая свою информацию.

– Как интересно... А что же мать?

– Её личность мы ещё не установили.

Мужчина легким движение руки махнул в сторону толстяка, тем самым подтверждая, что разговор окончен и он может идти. Отчего его собеседник непроизвольно выдохнул, и, семеня толстыми ножками, попятился к выходу, учтиво закрывая за собой дверь.

⁎⁎⁎

Положив последний камень на могилу Марка, мы ещё долго стояли, отдавая дань умершему товарищу. Солнечные лучи только показались на горизонте, отогревая промерзшую от морозной ночи землю.

– Что будем делать с танком? – произнес Кейли, не поднимая головы от надписи на деревянной дощечке, бережно водруженной над могилой.

Рафф всю ночь скоблил по дереву, стараясь успеть к рассвету сделать хоть что-то пристойное, чтобы не оставлять Марка лежать безымянным. Мы ночевали прямо в танке. Пустошники ещё пару раз пробегали мимо нас в точно в заданное время с учетом всех поправок, внесённых Раффом.

Танк временами пошатывало, потрясывало, а иногда и подкидывало, когда твари пустоши неслись мимо, не разбирая дороги. Ошибок во времени их появления больше не было, и нам, как ни странно, под весь этот гул всё же удалось нормально выспаться.

– Не думаю, что спустя полгода Гейл ещё ждёт его возвращения, – высказал свою мысль Барса.

Мы снова замолчали. Кроме Марка, никто из нас не имел возможности управлять танком. Парень был единственным чипированным среди нас.

– Я могу попробовать подключить тебя к панели управления через чип Марка.

Произнесла система, и мне показалось, что её голос был слишком грустным для искусственного интеллекта. Возможно, она подстраивается под моё настроение? А настроение у меня действительно было не очень.

Даже Малой сочувственно поглядывал на меня, стараясь держаться подальше. Ментальное существо было слишком чувствительным: оно безошибочно считывало моё душевное состояние.

– Я попробую завести танк, – сказал я друзьям и, не дожидаясь ответа, пошёл в его сторону.

По данным Раффа пустошники должны появиться через четыре часа, и у нас ещё был небольшой запас времени на незапланированную возню.

Четырехместный бронированный танк внутри выглядел как доисторическое ископаемое, без каких-либо удобств и излишеств. Как выразилась система, для того, чтобы воевать, удобства не нужны. Я мог только согласиться, садясь на жесткое кресло, обтянутое грубой кожей.

– Что делать? – спросил я, обращаясь к системе и разглядывая непонятные кнопки, рычаги и прочую ерунду, которая должна заставить этот металл двигаться.

– С правой стороны должен быть отсек для чтения съемных носителей. По сути, чип является таким носителем и его сигнал должен совпасть с приемником.

Я выполнил указание системы, и перед глазами послушно развернулся экран, заменяющий танку лобовое стекло.

– Теперь посмотри под рычагом. Там должен быть отсек для отпечатка пальца. Он не сработает, если чип не подключён.

Я с замиранием сердца провел пальцем по нужному отсеку, но машина выдала ошибку: «Данные пользователя не принадлежат носителю чипа». Мне оставалось только вздохнуть с сожалением. Однако система ничуть не расстроилась:

– Отлично, – заявила она, радуясь результату, – мы её включили. А теперь вытаскивай чип из отсека.

Выполняя указание системы, я, кажется, начинал понимать, что она делает. Принцип вора. Сначала отвлекаешь внимание человека, а потом выдаешь ему желаемое за действительное.

Тут принцип был тот же: система дала технике команду, что за рулем чипированный пользователь, а потом подменила код авторизации не на отпечаток пальца, а на введение пароля. При этом паролем оказался серийный номер чипа, который знает обычно только пользователь. Железный конь послушно загудел.

Вылезая из заведённого танка, я уже собирался порадовать друзей, но столкнулся нос к носу с Барсой. Святой отец, не ожидавший моего появления, сначала смутился, а потом произнес:

– Пойдем поговорим.

Мы отошли в сторону, отдалившись от компании. Разглядывая Альтвэр в лучах восходящего солнца, Барса казался каким-то потерянным, чего раньше за ним никак не наблюдалось. Я внимательно смотрел на монаха, ожидая его слов, но он всё никак не мог решиться начать разговор.

– Послушай, Барса, – произнес я, пытаясь разрядить обстановку.

– Погоди, – перебил меня он, собираясь с мыслями, – ты можешь объяснить, что за тварь в тебе сидит?

– Конкретно что это, я не знаю. Они выглядят как Тени, но не причиняют никакого вреда. Пока я вижу только пользу, – ответил я Барсе, кивая в сторону Раффа, – Посмотри на него. Лично я рад, что он жив. Жалко только, что не смогли спасти Марка.

Барса кинул быстрый взгляд на стоящего возле танка друга. Рафф выглядел уже практически здоровым, лишь легкие круги под глазами выдавали его недавнее недомогание:

– Эта, тв… эммм, субстанция, – стараясь тактичнее подбирать слова, чтобы не называть меня тварью, монах тут же поправился, – она не управляет тобой?

Я улыбнулся, пытаясь успокоить Барсу, и взглянул в его взволнованные глаза:

– Нет, – возразил я другу, похлопав по плечу, – иначе ты бы точно это заметил. Ведь никто не знает меня лучше, чем ты!

Монах удовлетворённо хмыкнул. Мне показалось, что я не смог разубедить его, так как сомнения во взгляде ещё читались. И всё-таки Барса немного успокоился, что немаловажно для такого скептика, как он.

Мы ещё немного постояли, не зная, что сказать друг другу. Несмотря на высказанные мысли, между нами всё равно осталась некая неловкость.

– Ладно, – сказал Барса, – пора возвращаться.

Он направился в сторону танка, попутно давая распоряжение братьям Милосердия, а меня в этот момент посетила одна очень хорошая идея. Предварительно уточнив у системы возможна ли моя задумка и получив удовлетворительный ответ, я громко крикнул Раффу, который возился с гримби:

– Рафф! Хочешь порулить?

Друг обернулся, и я увидел насколько сильно загорелись его глаза.

⁎⁎⁎

– И что ты собираешься делать дальше? – спросил меня отец Эвард, потягивая в бокале подогретое монастырское вино с ароматными травами.

Мы сидели напротив разожжённого камина, слушая, как трещат дрова. Я отхлебнул предложенного напитка и недовольно скривился. Приторное вино неприятно обожгло горло. Отец Эвард улыбнулся, исподтишка наблюдая за мной.

– Не знаю, – ответил я, ставя бокал на место.

– Не хочешь остаться в храме? – предложил он между делом.

Я хорошо знал отца Эварда в другом мире. Он никогда бы не упустил возможность привлечь в орден новых служителей.

– У меня есть дела в Тарнонде, – произнес я, наблюдая, как на спокойное лицо наставника легла лёгкая тень грусти. – Но вполне возможно, позже я захочу вернуться.

Седая голова Эварда качнулась в знак согласия. Всё-таки, несмотря на уверения Гейла, что святому отцу уже гораздо лучше, он всё равно не был похож на крепкого старца, которого я знал. Казалось, что он очень сильно устал, и теперь собирался с чистой совестью уйти на покой, оставляя все заботы Барсе.

– Значит, всё-таки вы смогли избавить наш мир от этой болезни, что полыхала по всему миру? – он говорил скорее утвердительно, чем спрашивал, но я кивнул головой, поддерживая разговор.

– Это хорошо, – растягивая слова в старческой манере, сказал святой отец и снова замолчал.

Было приятно чувствовать домашний уют, когда за окном бушует холодный ветер и дождь льет как из ведра. Гримби спокойно дрых возле камина, и мне как никогда не хотелось покидать стены родного храма. “Ещё одну ночь”, – говорил я сам себе, пытаясь оправдаться.

Покинув Альтвэр, мы вернулись в храм Милосердия буквально на следующие сутки. Мы долго рассуждали по поводу того, почему нас не было полгода, хотя для нас прошло не больше недели. И все, включая систему, сошлись на том, что портал вёл в кротовую нору, а братья просто попали под удар, когда она схлопнулась. На этой версии мы и остановились, считая её самой приемлемой.

Гейл безумно обрадовался, получив обратно свой танк, и ещё долго меня донимал вопросами, как я смог его завести. А я, советуясь с системой, подкинул ему пару идей, и, кажется, теперь мы долго не увидим своего доктора, если, конечно, никто не заболеет.

– Знаешь, – прервал своё молчание святой отец, – судьба всё-таки непросто так завела тебя в наш мир. Всё имеет свой смысл.

Я задумался, вспоминая всё, что произошло за последнее время:

– Нет, – ответил я Эварду, – я не верю больше в судьбу.

– Вера – это единственное, что отличает человека от обезьяны, – возразил мне он.

У меня не было желания с ним спорить, но всё-таки сказал:

– Вера – это принятие человеком чего-либо без доказательств. А доказательств того, что судьба существует, ни у меня, ни у тебя нет.

Старик промолчал. Сделав ещё один глоток вина, он поставил бокал на место, и через какое-то время задремал. Я смотрел на его спящее лицо и радовался тому, что его не постигла участь Эварда из моего мира.

Судьба? Нет. Твоя судьба была – умереть от рук Теней, а теперь у тебя есть возможность прожить спокойную старость. Я встал, стараясь не разбудить его, осторожно накрыл пледом и направился в сторону двери.

– Не вздумайте устроить пьяный дебош, как в прошлый раз, – раздался голос отца Эварда у меня за спиной.

Я улыбнулся, подзывая гримби следовать за мной, и аккуратно прикрыл дверь.

В родной келье на меня снова нахлынули воспоминания, но теперь они уже не были такими безрадостными, как в прошлый раз. Уже утром я собирался покинуть стены храма, поэтому не разбирал вещи, отдав только часть из них в прачечную.

Устало плюхнувшись на кровать, я с удовольствием закрыл глаза. Малой тут же запрыгнул мне в ноги, и я с недоумением услышал жалобный скрип старого дерева. Кровать покачнулась, а зверёныш занял почти половину принадлежащего мне места.

– Ого! – удивленно воскликнул я, глядя на гримби, – кажется, кто-то слишком сильно подрос.

«Малой не хочет на пол», – жалостливо прозвучал голос зверя.

– Ладно уж, спи, пока я добрый. Только не вертись, иначе оба будем спать на полу, – зевая произнес я, закрывая глаза.

Мне снилась какая-то чепуха. Сначала за мной гнался Барса, обещая отрубить мне конечности, при этом он твердил, что спасет меня обязательно, даже если мне это не нужно. Потом отец Эвард угощал меня своим вином, приговаривая, что оно избавит меня от всех недугов.

А потом мне приснился Марк. Он смотрел на меня с сожалением, держа винтовку в руках и что-то проговаривая. Я никак не мог понять, что именно, а он всё повторял и повторял. Я кричал ему в ответ, что не понимаю, чтобы он говорил громче.

– Ты должен спасти Эйлу, – твердил парень, наставив на меня винтовку. – Ты слышишь меня? Спаси Эйлу!

Я отчаянно закивал головой, стараясь успокоить Марка и пообещать, что обязательно её спасу. И он услышал. Парень улыбнулся.

– Судьба непросто так завела тебя в наш мир. Всё имеет свой смысл, – сказал Марк голосом отца Эварда.

И он выстрелил.

Я проснулся, вскочив с кровати, и тут же очутился на полу. Малой яростно лаял на меня, будто видел впервые. Система отчаянно кричала, что мне нужно очнуться. А комнату полностью заполонили Тени!

Глава 4

Малой заливался безудержным лаем. Тени уродливыми щупальцами свисали над головой. В дверь отчаянно кто-то ломился, а из коридора послышался взволнованный голос Барса:

– Бэл, открой дверь! Ты слышишь меня?

Пытаясь подняться, я непонимающе уставился на свои руки. Вернее, на то, что было вместо них. Тонкие чёрные нити, словно множество червяков, вились от самого локтя. Ног тоже не было: так же, как и на месте рук, монотонно покачивались Тени, извиваясь и пульсируя в такт моему сердцу.

Малой пытался нападать на них, но Тени отступали, освобождая пространство и не давая прикоснуться к себе. Гримби рычал, скулил, лаял, а я не мог ничего сделать.

– Прикажи им вернуться!– кричала система.

– Как? – недоуменно спросил я, в ужасе разглядывая своё тело.

– Не думай, как. Просто прикажи, – взволнованно ответила система. – Ты же не думаешь, как сказать руке почесать нос?

Я опешенно уставился на Тени. Стук в дверь и лай Малого ещё больше выбивал из колеи.

– Почему в прошлый раз они исчезли сами? – я вспомнил, когда такое произошло впервые.

– Я контролировала их, но теперь они меня не слушают. Что-то блокирует мой сигнал, и я не знаю, что это.

Ответ системы меня не обрадовал. Глядя на извивающиеся отростки, я никак не мог поверить, что это происходит со мной.

– Тени – это сгусток энергии,– продолжала говорить система, – они не имеют собственного тела. Поглощая чужие клетки, они создают нейронные связи между собой. Обычно ими управляет искусственный интеллект.

– Они что? Поглощают мои клетки?! – я аж поперхнулся от такого заявления.

– Бэл, соберись! – уже кричала на меня система. – Закон сохранения энергии никто не отменял.

Ага. Если где-то убыло, значит где-то прибыло. Только в данный момент убыло-то у меня. Я наконец начинал понимать, о чем говорила система. Это тело было моим, а эта энергия поселилась в моих клетках, значит, тоже моя.

Лай обезумевшего гримби начинал постепенно раздражать.

– Подожди, Малой, – произнес я, обращаясь к зверёнышу, и по инерции задумчиво протянул руку, чтобы почесать его за ухом и успокоить.

– Отлично,– выдохнула система, – получилось!

– Что получилось? – непонимающе спросил я, глядя на Тени.

– Твоя рука, посмотри на неё.

Я уставился на левую руку. Она как и прежде наводила ужас своими черными нитями, постоянно двигаясь, пульсируя и раскачиваясь то влево, то в право без изменений.

– Правая,– возмущенно добавила система.

Повернув голову, я наконец увидел, что нужно. Правая рука, приобретя прежний вид, спокойно гладила рыжую шерсть Малого. А тот, резко замолчав, сидел на пятой точке и круглыми глазами смотрел на меня. Я улыбнулся.

В этот момент раздался оглушающий удар. Массивная дверь жалобно заскрипела и, поднимая облако пыли, с громким шлепком грохнулась на пол. В комнату тут же вломились братья Милосердия.

– Ух ты! – обрадованно воскликнул Рафф, отгоняя от себя клубки пыли, – я такого ещё не видел. Ты похож на осьминога, только намного противнее. Тебе помочь?

Барса же, увидев полную комнату Теней, схватился за меч и со всего маха рубанул по ним. Я же, помня, что это всё-таки мои Тени, с тревогой подумал, что сейчас я останусь без ноги или руки – как повезет.

Дёрнувшись в сторону, я облегчённо заметил, что Тени мгновенно сжались, возвращая на место левые конечности. Кажется, Барса впервые промахнулся. Увидев результат, он криво улыбнулся и, недолго думая, нанёс ещё один удар по оставшимся Теням, тянувшимся от правой ноги.

Возмущенно подтянув ногу к себе, я увернулся от меча и почувствовал, как во мне просыпается злость.

– Почему бы тебе сразу не воткнуть свой меч мне в сердце, – моему негодованию не было предела.

– Зато ты теперь выглядишь как человек, а никак тварь из пустоши, – успокоившись произнес Барса.

Я с энтузиазмом рассматривал своё тело со стороны, понимая, что Барса оказался прав. Однако был ещё один вопрос, который нужно проверить как можно скорее. Я вскочил на ноги и, отвернувшись от монахов, заглянул в штаны. Мало ли, Барса всё-таки попал, и какая-то часть меня сейчас скромно лежит где-нибудь в углу.

Убедившись, что все части тела на своих местах, я облегчённо вздохнул. Рафф подошёл ко мне и, заглядывая через плечо, весело спросил:

– Ну как? Всё на месте?

Не обращая внимания на иронию в словах Раффа, я удовлетворительно кивнул.

– Никогда больше так не делай, – хмуро произнес я, глядя на Барса.

Тот, неожиданно для меня, устало оперся на стол. В его глазах читалось явное негодование.

– Ты говорил, что это… тобой не управляет, – произнес он, рукой обводя комнату, где ещё недавно были Тени.

– Зато у тебя ими управлять очень хорошо получается, – гневно выпалил я ему в ответ.

– Прекращайте, – встал между нами Рафф, – вы ведёте себя как дети. Бэл, просто объясни, что тут происходит?

Малой опасливо подошел ко мне и внимательно обнюхал. «Бэл жив? Бэла не съели?» – спросил зверёныш, облизывая мою руку. Я же устало уселся на кровать и продолжил гладить испуганное животное.

Разговаривать мне не хотелось, но, понимая, что братья всё равно не уйдут, не получив вразумительного ответа, рассказал им всё, что понял из объяснений системы.

– Это произошло в портале? – задумчиво спросил Рафф.

– Перед тем как разбить кристалл, я сражался с Тенями. Если все свойства кинжала передались мне, то и Тени, поглощённые им, тоже.

– Значит, тебе нужно научиться ими управлять, – подытожил Рафф.

Мне оставалось только согласиться, так как в его словах действительно был смысл. Барса всё так же смотрел с недоверием. Подойдя ближе, он оглядел меня со всех сторон, чем очень напоминал своими действиями гримби, только не принюхивался. А нет…

Наклонившись, он заинтересованно втянул воздух носом несколько раз, а потом строго сказал:

– Покажи руки!

Меня это даже развеселило, и я, подняв растопыренные ладони, повертел ими возле его носа. Барса, ничуть не смутившись моей ухмыляющейся морды, удовлетворённо кивнул.

– Пошли спать, – бросил он в сторону Раффа, поднимая дверь, валявшуюся на полу.

– А что Кейли с собой не взяли? – буркнул я, понимая, что теперь буду спать с открытой комнатой.

– Кейли? – засмеялся Рафф. – По его словам, он уже как полгода без женской ласки и теперь спит уже у какой-нибудь дамы под боком. Или не спит, – продолжал смеяться он.

С этими словами Рафф, веселясь, вышел из комнаты, помахав мне на прощанье рукой.

⁎⁎⁎

Перед отъездом, я решил зайти попрощаться с отцом Эвардом. Старик сидел на скамейке, наблюдая как Барса тренирует молодых послушников. Заметив меня, он подвинулся, приглашая ю сесть рядом.

– Покидаешь нас? – спросил он, увидев походный мешок у меня за спиной.

Я присел рядом с ним, с удовольствием подставляя лицо под теплые лучи весеннего солнца. Гримби, выйдя на воздух из тесной монашеской кельи, получил полную свободу. И теперь довольно гонялся за послушниками, придавая им скорости в одиночных забегах.

– Пора, – произнес я, поправляя мешок у себя за спиной.

Святой отец, опираясь на новенькую трость, закряхтел, пытаясь встать. Я протянул руку, желая помочь, но тот недовольно отмахнулся от неё.

– Сам, – буркнул он, вставая на ноги.

Я лишь пожал плечами, с уважением наблюдая старость.

– Пойдем, – показал он в сторону конюшни, – подберу тебе хорошего коня. А то подсунут тебе немощного, – ворчливо произнес Эвард и взял меня под локоть.

Тонкие пальцы старика крепко ухватились за мою руку, и меня слегка поразило, насколько сильными они были. Конюх, которого уже предупредили о моём отъезде, ещё издалека заметил приближение святого отца и вывел троих скакунов на выбор.

– Этого бери, – ткнул пальцем отец Эвард в серого рысака в яблоках, спокойно стоящего поодаль.

Он был прекрасен. Могучее создание, наполненное энергией. Его грациозная осанка и блестящая шерсть притягивали взгляд. Крепкие ноги, точно созданные для бега, подрагивали нетерпеливо. Замечательный скакун в любой момент готов был ринуться вперед.

Я бы и сам выбрал такого жеребца, если бы не отец Эвард. Кейли и Рафф уже были тут.

– Ты уверен, что хочешь поехать один? – спросил меня Кейли, придерживая коня за уздцы.

Животное спокойно поглядывало на нас свысока и недовольно прядало ушами, отгоняя назойливых насекомых. Малой был тут как тут и уже с интересом обнюхивал нового попутчика.

– Да, без сомнений, – ответил я Кейли.

Повернувшись к отцу Эварду, я неловко протянул руку. Святой отец понял мою нерешительность и с улыбкой обнял меня на прощанье, похлопывая по спине:

– Здесь твой дом! – произнес он. – Ты всегда можешь вернуться.

Я благодарно кивнул в ответ. Прощаясь с Кейли и Раффом, я с ожиданием посмотрел в сторону тренировочной площадки. Барсы нигде не было.

– Пора? – спросил Рафф.

– Пора – ответил я, вставляя ногу в стремя.

⁎⁎⁎

Уже к вечеру я добрался до Тарнонда, и до этого времени так и не решился отправить сообщение ни Карэн, ни Эйле. Долго размышляя над этим, я пришёл к выводу, что Карэн вряд ли обрадуется моему возвращению, а с Эйлой лучше сразу встретиться с глазу на глаз.

Зато я написал Гордону, отметив, что везу двадцать три АКПшки. Тот ответил почти сразу.

– Ну наконец-то! Я уже думал вы сгинули в разломе.

– Буду возле восточного входа через полчаса, – ничего не объясняя, ответил я.

– Встречу!– Сразу же пришёл от него ответ.

Малой первым ринулся вперед, завидев отряд из семи головорезов, встречающих меня возле назначенного места. Он радостно крутился среди людей в коричневых плащах, с закрытыми капюшонами лицами, и я никак не мог разгадать, кто есть, кто.

Гордон действительно вышел мне навстречу, скидывая капюшон и открывая лицо. Он радостно улыбался, протягивая ко мне руки.

– Ну здравствуй! – обнял меня торговец.

Я ответил на его рукопожатие и с удовольствием обнял. Но был среди всей этой толпы ещё один человек, кого безошибочно узнал Малой, а я вот никак не ожидал его здесь увидеть. Человек неслышно подошёл к нам, придерживая настырного гримби за холку.

– А где Марк? – услышал я женский голос и сразу понял, кто стоит передо мной.

– Эйла? – удивившись, уставился я на девушку.

Та скинула капюшон. Лицо Эйлы сильно изменилось. Стало каким-то более женственным и, кажется, как будто взрослым. Под глазами виднелись синие круги, а размер одежды девушка сменила на три или даже на четыре больше. На краткий миг мне показалось, что я уже видел её такой. Странное чувство дежавю.

Разглядывая её, я с изумлением заметил под плащом округлившийся живот. Видимо, срок её беременности достаточно большой, раз такой балахон уже не мог его скрыть. В глазах Эйлы трепетали слёзы. Она уже чувствовала, что я могу ей ответить, но держалась, до конца в это не веря.

– Где Марк? – повторила свой вопрос Эйла.