Текст книги ""Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Елена Крыжановская,Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 243 (всего у книги 341 страниц)

В горниле битвы, где ярость и отчаяние сплелись в единый клубок, еще полыхало пламя войны. Портал, запечатанный титаническими усилиями наших магов, зиял как кровоточащая рана в ткани мироздания. И хотя скверна демоническая более не изливалась в наш мир, дабы навеки избавить его от этой мерзости, врата следовало уничтожить. Победа еще не была нашей.

В этот момент я заметил, как Артем, словно пораженный молнией, отшатнулся от сражения и склонился над раненым воином.

Ах да! – словно пелена спала с моих глаз. – Помимо доблести воина, в нем таилось искусство целителя!

Забыв о строе, о кипящей вокруг сече, Артем сосредоточенно колдовал. Его руки, еще недавно обагренные демонической кровью, теперь излучали мягкое, золотистое свечение, словно заряженные самой жизнью. Раненый воин судорожно вздохнул, и на его устах мелькнула слабая, благодарная улыбка. Артем кивнул, поднимаясь и вновь сжимая в руке свою грозную секиру. Он был не просто воином, он был ангелом-хранителем, посланным оберегать своих товарищей в этом адском пекле.

Битва клокотала, захлестывая все вокруг. Демоны, лишенные подпитки из портала, постепенно теряли свою ярость, но их легионы все еще казались бесчисленными. Каждый шаг вперед отвоевывался с неимоверным трудом, каждая отбитая атака – это маленькая победа, оплаченная кровью и потом. Стиснув зубы, я призвал все свои оставшиеся силы. Нужно было выстоять. Нужно было дать шанс магам завершить начатое и, наконец, уничтожить проклятый портал.

Низко наклонившись, я поднял с земли чей-то, почти не тронутый битвой щит и острую пику. Шагнув вперед, занял свое место в поредевшем строю моих выживших бойцов.

Теперь мы были готовы встретить неминуемое.

С помощью освободившихся высших магов и воодушевленных храбростью и надеждаю остальных воинов, мы, казалось, могли продержаться достаточно долго.

Но словно в насмешку над моими мыслями, Блистательный город сотряс жуткий, утробный рев, и леденящий душу ужас сковал меня, когда я увидел вздымающегося над горизонтом чудовищного демона.

Нет, этого не может быть! – в отчаянии пронеслось в голове. – БЕГЕМОТ!

Глава 19

***

Артем.

Явление песца народу! Именно так я окрестил демона-бегемота, возникшего за городской чертой. Недавний ликующий восторг от запечатанного, казалось бы, навеки демонического портала, вмиг сменился леденящим душу ужасом, и вокруг начала расползаться липкая, парализующая паника. Мне не нужно было оглядываться, чтобы чувствовать ее всепроникающее дыхание. Храбрые воины, не раз заглядывавшие в лицо смерти, дрогнули, объятые первобытным страхом. И если сейчас же не предпринять хоть что-то, они сорвутся в безумное бегство, и все наши жертвы, все усилия обратятся в прах.

– Держать строй! – рев Руди, эхом перекликался с отчаянными приказами других командиров, тщетно пытающихся сдержать натиск паники, захлестывающей души бойцов.

Но, глядя на исполинского демона, уставившегося прямо на нас, вокруг которого, словно предвестники гибели, начали сплетаться огненные магические сполохи, знаменующие скорую атаку, я понимал: если не остановить его, всем нам неминуемо придет конец. Вряд ли кто-то переживет этот удар. Даже усилия наших магов, судя по отчаянным действиям госпожи Юди, что в спешке разворачивает над нами дрожащий защитный щит, кажутся тщетными. В этой ситуации организованное отступление было бы, пожалуй, самым разумным решением. Но тогда мы разом лишимся всего, чего добились с таким трудом… такой кровью.

Но ведь должен быть выход! – настойчиво билась в голове мысль. – Должен…

И тут в памяти всплыли слова Шутницы… те самые, что она произнесла при нашей недавней встрече во сне.

Как же там нужно говорить?

– Призываю призрачного союзника, – слова сорвались с губ сами собой, и снова, как в первый раз, я почувствовал себя полным идиотом, произнося эту нелепость. Но, как и тогда, в голове мгновенно прозвучал ответ:

– Принято к исполнению!

Огромный, сияющий круг возник прямо под нашими ногами. Он был настолько велик, что в его мерцающую сферу попали все, кто находился на площади, а потом…

***

Имперский дворец. Императрица Сиона.

Сегодня не было ни малейшего желания что-либо делать. С самого утра я отменила все запланированные встречи и дела. Но и оставаться в одиночестве в своих покоях было невыносимо тяжело. Тут же меня начинали одолевать мрачные, вгоняющие в бездну отчаяния мысли. Именно поэтому сейчас я находилась на закрытой магической тренировочной площадке, где моя дочь, Юнна, самозабвенно занималась, учась обуздывать свою новообретенную силу.

Что ни говори, а сердце наполнялось тихой гордостью, когда я наблюдала, как моя дочь день за днем становится все могущественнее. И неважно, что сила эта дарована древним артефактом. Без должного навыка даже самый могущественный артефакт – лишь бесполезная игрушка. А моя Юнна с самого рождения отличалась несгибаемым упрямством. Даже с рождения обделенная магическим даром, она и теми крохами, что ей достались, распоряжалась виртуозно. Даже видавшие виды маги порой изумлялись тому, как эта девочка, с минимальным запасом маны, творила вещи, недоступные опытным чародеям. Сколько раз я слышала от них:

Вот если бы у нее было больше маны, то она…

И вот, пожалуйста! Теперь моя Юнна по силе и запасу маны могла сравниться с сильнейшими магами Империи.

На старого учителя моей дочери теперь без улыбки невозможно было взглянуть. Все последние месяцы он пребывал в состоянии блаженного восторга и, казалось, готов был вприпрыжку сопровождать каждый ее шаг. Более счастливого человека во всем мире, пожалуй, сейчас было не сыскать. Он так гордился своей ученицей, моей дочерью, что, казалось, вот-вот за его спиной распустятся крылья. Конечно, его слегка огорчал тот факт, что произошедшие с Юнной изменения должны оставаться в тайне. Но это были мелочи… с которыми он был готов смириться.

Юнна, изначально обделенная силой, обладала феноменальным контролем маны. Но моя вторая дочь, Ника, оказалась права, когда предсказала, что Юнне придется заново учиться управлять своей мощью. Теперь маны стало непомерно много, и ей было сложно с ней совладать. К счастью, она довольно быстро, с помощью наставника, смогла решить эту проблему… правда, тренировочный зал, который они использовали до этого, сильно пострадал, и его пришлось закрыть на ремонт.

– На сегодня достаточно! – неожиданно прервал их занятие старый наставник.

– Но я совершенно не устала, – запротестовала Юнна.

– Зато я устал, – хмыкнул старик. – Пожалей меня, а то совсем загоняла.

– Прошу прощения, наставник, – склонилась перед мастером в поклоне дочь. – Тогда, с вашего позволения, мы продолжим наше занятие завтра.

Поклонившись моей дочери, он шаркающей походкой, опираясь на трость, побрел к выходу из тренировочного зала. А я, глядя ему вслед, невольно вздохнула:

Сдал старик! Совсем одряхлел.

Наставник моей дочери категорически отказывался омолаживаться, словно нарочно стремясь покинуть этот мир естественным путем. И у него были на то свои причины. После гибели жены, сына и внучки он, казалось, напрочь утратил интерес к жизни. И только его убеждения, противоречащие самоубийству, удерживали его от необдуманного шага. То есть покончить с собой он не мог, а вот умереть от старости… такой вариант его вполне устраивал. Вот он и не прибегал к омоложению, ожидая, когда все произойдет, само собой. Я, конечно, могла своим приказом заставить его… но я никогда не пошла бы на это.

Юнна обернулась ко мне, ее лицо светилось легким румянцем от физических упражнений. В ее глазах, прежде потухших и полных какой-то невысказанной печали, вновь зажегся огонь. Огонь силы, огонь надежды, огонь жизни. Я не могла нарадоваться, видя эти перемены.

– Мама, как тебе мои успехи? – спросила Юнна, подходя ко мне.

– Ты великолепна, дочь моя, – ответила я, обнимая ее. – С каждым днем ты становишься все сильнее и увереннее в себе. Я горжусь тобой.

Юнна прижалась ко мне, и я почувствовала, как ее тело слегка дрожит. Я знала, что за этой внешней уверенностью скрывается все еще хрупкая и ранимая душа. Артефакт даровал ей силу, но не исцелил ее раны. И я понимала, что мне предстоит еще долгий путь, чтобы помочь ей обрести гармонию и принять себя.

– Мама, а как там Ника? – вдруг спросила Юнна, отстраняясь от меня. – От неё ещё не было вестей? Ведь прошло уже пол дня. – заметила она.

– Ещё рано, – прошептала я, отворачиваясь. К чему лукавить, сердце свинцом налито тревогой, хоть и пытаюсь скрыть это за маской показного спокойствия. Моя дочь и мой мужчина сейчас где-то там… в самом пекле, где решается судьба не только наша, но и всего мира. И как тут оставаться невозмутимой?

– Мам… – тихо сказала Юнна и, замолчав, крепко сжала мою руку.

Я взглянула на дочь и, обняв её за плечи, легонько притянула к себе. Слова сейчас казались лишними, ненужными… они просто застряли где-то в горле, не в силах вырваться наружу.

***

Камай.

Бегемот – это приговор! Бегемот – это сама смерть, застывшая в ожидании. Стоит его чудовищной магии оформиться, и никому из нас не избежать неминуемой гибели. О победе над этим колоссом не могло быть и речи, даже если бы наша армия превосходила нынешнюю в сотню раз.

Но как отступить, когда со всех сторон наседают враги? Повернуться спиной – значит обречь славных парней на верную смерть. И я, словно одержимый, надрывно выкрикивал:

– Сомкнуть ряды! Держать строй!

И тут, прямо под нашими сапогами, вспыхнул нестерпимо яркий свет… Честно говоря, я так и не понял, что произошло, но вдруг перед нашим строем из клубящегося марева начали проявляться фигуры людей… по крайней мере, я так решил в первые мгновения, пока не различил их зыбкие, расплывчатые силуэты.

Что это? – пронеслось в голове. – Фантомы?

Неведомая униформа – камуфляж из пятен темно-синего, коричневого и серого цветов, прикрытый какой-то несерьезной на вид кирасой. На головах – черные сферические шлемы, а в руках – щиты, тоже кажущиеся хлипкими, из тонкого металла.

Звонкий, четкий голос команды на незнакомом языке – и эти призраки, на удивление умело, перестроились в несколько плотных шеренг. Бесы и прочая полудемоническая нечисть, на мгновение опешив, яростно ринулись на этот кажущийся столь уязвимым строй щитов. Но тут из-за спин загадочных воинов раздалось оглушительное: Бах… Бах… А потом – непрерывная трескотня: Бах-бах-бах!

– Тра-та-та-та! – прорезало звенящую тишину. И я увидел, как демонические твари, сраженные наповал, падают, не достигнув даже линии щитов.

Фантомы так не умеют! – усомнился я в своих первоначальных выводах. – Что это за грохот? Самострелы? – но уже ясно, что, кто бы это не был… они на нашей стороне.

А вот каменные горгульи практически не пострадали… по крайней мере, пока одиночные выстрелы не превратились в настоящий шквал! Среди каменных изваяний стали раздались не просто отдельные взрывы, разнесшие тварей на куски – там безостановочно что-то рвалось и грохотало.

И тут один из… фантомов, молодой, белобрысый парень с пронзительно голубыми глазами… оглянулся на меня и что-то сказал. Поняв, что я его не понимаю, он указал пальцем на демона-бегемота, а затем провел рукой по горлу. Следующим жестом он указал на храм, где находился вход в подземелье, а затем взмах в ту сторону. И я понял: он приказывает нам отступать.

Я медленно кивнул в ответ, прекрасно понимая, что против бегемота нам не выстоять и что отступление – единственно верное решение в нашей ситуации.

И все же я колебался…

Но герцог, что находился здесь же, был полон решимости. Его четкий голос услышали многие:

– Горнист! Труби общий отход!

***

Артем.

Знакомая песнь взревевших моторов разорвала тишину. И вот, из-за чрева ближайшего дома, словно исполинский зверь из норы, выползла стальная громада – основной боевой танк Т-90. Он стал несокрушимой стеной между бойцами ОМОНа, сдерживающими натиск имперских солдат и рвущихся вперед прислужников тьмы, и самим адским отродьем. Курсовой пулемет танка, захлебываясь огнем, извергал смертоносный ливень свинца на тех, кто с маниакальной яростью наседал на строй омоновцев.

За первым танком, тяжело переваливаясь, показался второй… затем третий и четвертый.

Башня головного танка, нацелившись на гигантского демона-бегемота, начала свой зловещий поворот.

Один из омоновцев, усатый майор, незнакомый мне (и слава богам, я боялся вновь встретить кого-то из похороненной прошлой жизни), бросил на меня усталый взгляд и произнес:

– Давай, парень, командуй отход. Мы их тут ненадолго задержим… И поторапливайся. – Он перевел взгляд на надвигающуюся громаду. – Что-то я сильно сомневаюсь, что эту махину танковые пушки возьмут.

– Понял! – ответил я и, оглянувшись, нашел Рона. – Уводи Нику и магов.

– Но… – мой друг растерянно указал на застывшие врата. – Мы еще не закончили.

Я снова посмотрел на бегемота и на растущий над ним огненный шар, размером с трехэтажный дом, который продолжал уплотняться и пульсировать энергией.

– Минута, от силы две, и он долбанет. – Я покачал головой. – Тогда нам всем конец… И времени не хватит, чтобы маги успели разрушить портал. Да и, – добавил я, – мы у самого портала, он не переживет такого удара.

Рон колебался, но тут раздался резкий, пронзительный звук горна, призывающий к отступлению, развеявший последние сомнения.

– Держать строй! – рявкнул Руди. – Отступаем! Раненых – вперед! – Он посмотрел на Нику. – Уходи!

Та нахмурилась и, бросив взгляд на демона, неожиданно схватила меня за руку:

– Пойдем!

Я покачал головой и мягко освободил свою руку.

– Я должен остаться с ними. – Я кивнул на призрачных бойцов. – Если я уйду, они исчезнут. – Это была ложь, но какая-то сила не позволяла мне просто так уйти. Словно это было бы предательством, на которое я не мог пойти.

И тут, словно раскат грома, два танковых орудия ударили одновременно.

Я резко обернулся к демону и увидел, как его качнуло от прямого попадания в корпус, но он устоял на лапах, и огненный шар над его головой не уменьшился. Казалось, демон не получил никакого урона.

– Тогда я остаюсь с тобой! – решительно заявила Ника.

Снова выстрел, и на этот раз снаряд ударил ближе к шее и голове демона. И снова его тряхнуло, но он устоял. Однако по тому, как взревел демон, было ясно, что ему это не понравилось.

– Конечно! – улыбнулся я девушке, вновь задержав на ней взгляд. Протянув руку, я осторожно коснулся её щеки. – Куда же я без тебя! – и тут же, легким ударом в чувствительную точку на шее, лишил её сознания. Она обмякла, словно кукла, и лишь проворство Рона спасло её от падения. Он подхватил её, перекинув через плечо.

– Только не умирай, брат! – тихо проговорил он и, с ношей на плече, рванулся в сторону храма. Туда уже организованно отступали уцелевшие имперские части, оправившиеся от первой паники, унося тела убитых и раненых. Даже в этой отчаянной ситуации, среди них находились те, кто готов был рискнуть жизнью ради павшего товарища.

– Майор! – крикнул я омоновцу. – Свяжитесь с танкистами! Пусть прямой наводкой ударят по порталу!

– Есть! – откликнулся тот, что-то шепча в рацию. Башня одного из танков дрогнула, разворачиваясь. Орудие, нацелившись в упор, выплюнуло смертоносный снаряд прямо в портал. От края тут же откололся внушительный кусок.

А первые два танка снова обрушили свой огонь на бегемота, над головой которого ярко-красный шар, словно раскаленное солнце, начал мерцать, превращаясь в бурлящую плазму.

Будет жарко, – с каким-то отстраненным равнодушием подумал я, возвращая секиру в крепление за спиной. Удивительно, но страха не было и в помине. Наблюдая, как демона дергает от прямых попаданий, я невольно восхищался его живучестью.

Следующий выстрел достиг цели. Прямое попадание оторвало чудовищу одну из верхних лап-рук. Но это, казалось, никак не повлияло на чудовищное формирование, бурлящее над его головой.

Я снова обернулся.

Медленно… на мой взгляд очень медленно, отряды один за другим исчезали в зияющей пасти полуразрушенного храма, уходя в его темные, утробные подземелья. Не нужно быть провидцем, чтобы понять: многие попросту не успеют уйти под землю, из-под удара бегемота. Это понимали, и они сами. Все, кто еще толпился снаружи, смотрели в одну точку с каким-то обреченным, завороженным вниманием. И тут я заметил, как некоторые бойцы, выходя из строя, занимали места в стороне, чтобы не мешать остальным… у храма собралось их уже немало.

– А ты чего не уходишь? – устало спросил я Нура, что маячил за моей спиною.

– Какая разница, где встретить смерть, – равнодушно пожал он плечами. – Интересная магия, – с той же безучастностью кивнул он на призраков, которые, словно монолитная стена, отбивали стихающие атаки прислужников демонов. Сами же демоны вдруг исчезли, словно их и не было. – Есть причина, по которой ты не воспользовался ею раньше? – он не сомневался, что это дело моих рук, и я не стал его переубеждать.

– Есть ограничения на использование… – коротко ответил я, и Нур больше не стал расспрашивать.

Мы оба взглянули на бегемота, который, лишившись одной лапы-руки, был живее всех живых и умирать пока явно не собирался. И в этот миг побелевший шар над его головой дрогнул…

– Как думаешь, это будет больно? – вопрос Нура прозвучал неожиданно, словно выстрел в тишине.

– Боюсь, мы и почувствовать ничего не успеем, – честно ответил я, вновь кивнув в сторону зияющего храма. – Может, все же пойдешь? – предложил я без особой надежды, понимая, что времени на раздумья и бегство у нас попросту не осталось.

– Отсюда открывается потрясающий вид! – усмехнулся Нур, глядя на портал, чья верхняя половина была начисто снесена танковыми залпами.

К слову – подумал я. – А почему они перестали палить?

Я перевел взгляд на застывшие танки. Их орудия, словно зачарованные, были направлены в одну точку… в гигантского демона, чья тень накрыла собой все вокруг.

И глядя на застывших, словно изваяния смерти, демона и на танки перед собою, я невольно подумал:

Ну вот и все… конец.

Сомнений не оставалось: подготовка к чудовищному магическому удару завершена. Сколько там, нам отпущено? Секунд пять, десять? Как оказалось, и того меньше. Белый шар, словно набухший гнойник, дрогнул и лениво пополз вперед. В тот же миг грянул оглушительный залп, сразу из четырех танковых орудий. Я успел увидеть, как половина башки чудовищного бегемота разлетается кровавым фейерверком, и его туша, наконец, начинает оседать на землю. Но это уже не имело значения. Огромный шар, словно персонально для меня, несся прямо на нас. Двухсот метров ему хватило, чтобы прикосновением своего края обратить первое здание в ничто. И он продолжал свой неумолимый бег, стирая все на своем пути.

В отчаянной попытке остановить неминуемое, перед шаром сжатой плазмы вспыхнул барьер, возведенный нашими магами. Хрупкая преграда не смогла сдержать его даже на мгновение, хотя, показалось мне, шар все же слегка уменьшился, словно выронил часть своей чудовищной энергии.

А мой дар? Сможет ли он укротить эту стихию, поглотить ее? – безумная мысль пронзила мой мозг электрическим разрядом. Влекомый внезапным, безумным решением, я сорвался с места и бросился навстречу неминуемой гибели. Собственно, чего я теряю?

Сколько я успел пробежать? Десять, пятнадцать шагов? В этот миг невероятный жар опалил меня, заставив вскрикнуть. А затем все вокруг поглотила ослепительная белая пелена…

Глава 20

***

Полковник Императорской Гвардии.

(Не надо путать Императорскую гвардию с имперской… Императорская гвардия служила непосредственно правителю страны, и никто, ни один генерал, кроме самого Императора (Императрицы) не мог отдать им никакого приказа. А имперская гвардия, это уже были хоть и элитные, но общевойсковые боевые части Империи…)

Сколько лет я в Имперской Гвардии? Кажется, целая вечность минула с того рокового дня! Тридцать лет… Тогда я был всего лишь капитаном, козлом отпущения в чужих интригах, приговоренным к позорной казни. Помню, на эшафоте впервые узрел ЕЁ! Нашу Императрицу. Тогда, юнец, понятия не имел, кто эта девчонка.

Какого черта эта малявка здесь забыла? Жаждет острых ощущений? – промелькнуло в голове.

А потом она, словно вихрь, приблизилась, и никто не осмелился её остановить. Подошла и, вперив в меня взгляд, спросила:

– Хочешь жить?

– А кто не хочет? – ответил я, иронией пронзая её недетские глаза. В ответ лишь кивок, и, обернувшись к моим палачам, спокойно произнесла:

– Я его забираю.

Абсурд ситуации сменился ошеломляющим откровением, когда меня тут же развязали, и эта девчонка повелела следовать за ней. Тогда-то я и осознал, с кем свела меня злодейка-судьба.

Так я и оказался в Императорской Гвардии… Сначала командовал отрядом, а потом вырос до одного из трех командиров!

Я сам вызвался! Когда Императрица выстроила нас, троих, обрисовала задачу, а затем буднично спросила: Кто пойдет? Я первым, не раздумывая, шагнул вперед. И вот я здесь.

Я полностью доверял своим людям, мог на них положиться как на самого себя. Отдавая приказ, знал – повторять не придется, в спину плевать не будут. И даже когда появился этот чертов бегемот, и стало ясно, что нам не завершить начатое, мой приказ – стоять до конца – был выполнен без колебаний. Ни один из моих мальчиков не дрогнул, не побежал.

А потом все завертелось с бешеной скоростью, словно в детском калейдоскопе. Сначала – неясные фантомы-защитники, отделившие нас от демонов, затем – приказ герцога об отступлении. Мы отходили последними, четко держа строй, готовые в любой миг принять бой.

У входа в храм образовалась давка. Пропускная способность лестницы, ведущей в подземелья, и малого мобильного портала, перебрасывающего раненых во временный госпиталь, не справлялись с потоком людей. Два других портала работали на выход из подземелья и были бесполезны.

Оценив ситуацию, я молча отошел в сторону. И неожиданно, без команды, за мной последовали мои парни. А за ними – и остальные, те, кто еще оставался снаружи храма.

И вот, стоя так, мы стали свидетелями гибели гигантского демона. В том, что он издох, у меня не было ни малейшего сомнения. И вот стоя так, мы могли видеть то как умер гигантский демон. А то что он все же сдох, у меня, в тот миг, даже сомнения не возникло. В ожидание неминуемой смерти, я даже успел обрадоваться. И в этот миг, когда огромный шар плазмы приближался, неся погибель, мой взгляд зацепился за фигуру в бело-золотых доспехах целителя, стоящего за спинами призрачных бойцов.

– Какого черта он там стоит?! – вырвалось у меня. – Почему не ушел?!

И тут этот незнакомый целитель совершил безумный рывок навстречу демоническому плазменному шару и…

Что произошло дальше, я не понял…

Я видел приближающуюся смерть, а потом… мгновение – и плазма-шар словно лопнул и тот, словно попав на волнорез, двумя волнами прокатился по обе стороны от храма, испепеляя здания и демонических подручных, вместе с фантомами. На мгновение, нас всех обдало сильным жаром, а потом… все исчезло! А вместе с неминуемой смертью от демонического, магического удара, исчезла и все грозящая нам опасность. Я лишь успел заметить, как где-то там на самом острее, на месте разреза, того самого целителя в своих доспехах, который медленно начали медленно оседать. И тут меня словно что-то дернуло, толкнуло вперед.

– Артем! – мимо меня, буквально пронеся демонойд с желтыми глазами.

– За мной! Вперед! – рявкнул я, бросаясь к тому месту, вслед за тем парнем.

В голове пульсировала безумная мысль:

Не может быть, чтобы этот целитель остановил ту атаку! Это никому не под силу!

Но я же сам это видел! Но другого объяснению, произошедшему у меня, попросту, не было.

И чем ближе мы подходили к месту, где плазменный демонический шар, расколовшись о незримую преграду, обратился в два неудержимых потока испепеляющей энергии, тем сильнее меня охватывал леденящий душу ужас от осознания чуда, свидетелями которого мы стали.

И вот они, белые доспехи, словно выброшенные бурей на берег, покоились там, где и разверзлись смертоносные потоки, лишь чудом миновавшие древний храм. И, вопреки всякой логике, рыцарь в доспехах целителя, обугленный до состояния жареного мяса, подавал признаки жизни! Рядом с ним лежал еще один, лишившийся руки и ноги, но тоже живой.

– Не смей умирать! – орал демонойд склонившись над парнем в белых доспехах. – Ты мне обещал! – который пытался снять с обгоревшего парня часть оплавленной на нем брони. И видя его действия, мне пришлось чуть ли не силою оттолкнуть того в сторону, кивнув на него, чтобы тот не смел этого делать. А потом уже повысить голос на своих застывших в нерешительности парней

– Быстро! – прорычал я своим. – Их обоих немедленно в госпиталь! Шевелитесь!

Искалеченных бойцов бережно подхватили и, уложив на плащи, понесли к храму. А вмести с ними ушел и тот желтоглазый демонойд. Позже они рассказывали, как перед самым входом в храм толпа расступилась, образовав живой коридор, и до самого портала во временный госпиталь им никто не преградил путь, позволив донести раненых ЖИВЫМИ до главной целительницы.

А я стоял, оглушенный произошедшим, потрясенный немыслимым фактом: кто-то сумел остановить смертоносную демоническую атаку. Из оцепенения меня вывел грохот обрушающейся каменной арки демонического портала.

Я взглянул на груду обломков и тихо, не веря своим самому себе, прошептал:

– Миссия выполнена! – повернулся к тем, кто еще стоял за моей спиной, и решительно приказал: – Собрать останки погибших, кого только сможете… Поспешим, парни, – подгонял я их. – Надо закончить до возвращения демонов.

Я снова посмотрел на глубокую борозду, прочерченную плазменным шаром, и на место его разделения, и тихо, почти неслышно, пробормотал:

– Что же за невероятный целитель это был?..

Был… Потому что я отчаянно сомневался, что его вообще возможно спасти в таком состоянии.

***

Зинария.

Паника – вот что было самым страшным врагом на войне, и от чего никто не был застрахован. Даже самые сильные духом порой поддавались ей. С того мига, как до нас донеслась весть о гигантском супердемоне-бегемоте, возникшем где-то наверху, я подспудно ждала, что сейчас оттуда хлынет обезумевшая от ужаса толпа вояк. И… если отбросить все эмоции, бегемот был существом, встреча с которым для нормального человека означала верную смерть. Я помнила пришествие первого демона-бегемота. Тогда закаленные в трехдневных боях солдаты бежали, словно перепуганные мальчишки.

Но вопреки моим ожиданиям, всеобщей паники не случилось. Сначала через портал продолжали поступать раненые, и лишь когда этот поток иссяк, я увидела первых беглецов с поля боя.

Зная, что герцог отдал такой приказ, я отнеслась к их появлению довольно спокойно. Да и выглядели эти юнцы смущенными и растерянными, словно стыдясь того, что они здесь, а не там, в бою. Пришлось даже прикрикнуть на них, требуя освободить госпиталь. Но тут вмешалась принцесса Адель, приказав им организовать оборону прямо здесь, у портала. На мой невысказанный вопрос она пояснила, что нельзя исключать возможности прорыва демонов прямо в госпиталь. Я кивнула, соглашаясь с неизбежностью подобного сценария.

Вскоре сюда доставили дочь герцога, без сознания. Нужно было видеть лицо Первой Принцессы. Но как выяснилось, та не хотела покидать поле боя, и кто-то ее попросту оглушил, чтобы вынести оттуда. Что ж, неплохой способ убеждения. Вот бы кто-нибудь так же «убедил» этого мальчишку Артема. Нечего такому целителю, как он, делать на передовой.

К слову, не сам герцог, не его старший сын с поверхности так и не вернулись. И видя это, второй сын герцога куда-то, вдруг пропал из госпиталя, хотя до этого момента, постоянно находился подле принцессы Адель.

Я слегка нахмурилась.

Странно, что он не вернулся вместе с Никой, – подумала я. Спросила об этом у солдата, принесшего девушку, и услышала в ответ:

– Командир остался там…

Это было то, чего я больше всего боялась услышать.

Поток бегущих с поля брани превратился в безудержную лавину. Каждый второй, задыхаясь, шептал о неминуемом ударе супердемона. Слухи о призраках, возникших из ниоткуда и которые вставших несокрушимой стеной между людьми и демонами, даруя имперской армии шанс на организованное отступление к храму, звучали как сказки. Но в голосах, говоривших о бегемоте, сквозило отчаяние, предчувствие неминуемой гибели. И вот, в мерцающем круге портала появилась новая группа, принесшая весть о том, что бегемот обрушил свою ярость…

Напряжение сковало всех присутствующих. И в этот миг земля взревела под чудовищным магическим ударом, сотрясая древние своды. Но подземелье, хранящее тайны забытых веков, выдержало. Не зря легенды гласили, что древние горные карлики вплетали в камень своих подземных городов мощные обережные заклинания.

И все же портал, вопреки ожиданиям, не погас. А спустя мгновение из клубящейся дымки шагнула очередная группа воинов, принеся с собой невероятную весть: первой атаке демона-бегемота, вопреки всему, удалось выстоять. Вроде бы как, тот промахнулся и не попал по храму. Казалось, само провидение вмешалось в ход битвы.

Но едва забрезжившая надежда успела окрепнуть, как поток отступающих иссяк. Воцарилась тягостная тишина. И вдруг из портала вынырнула группа бойцов, возглавляемая Роном, другом Артема. За его спиной виднелись фигуры в латах Императорской гвардии.

– Госпожа Зинария! – завидев меня, прокричал запыхавшийся демонойд. – Помогите! Артем…

Но я уже сама заметила знакомые белые доспехи на телах двоих воинов, которых бережно внесли в подземелье.

– Кладите его сюда, на стол! – властно распорядилась я. – Второго на другой стол. – А сама я бросилась к телу Артема.

Он был в состоянии, хуже которого я не видела. Броня, сплавившись, намертво въелась в кожу, превратившись в подобие раскалённой маски, сковывающей его движения и дыхание. Лицо представляло собой кровавое месиво, запекшуюся гримасу боли. Но он дышал – хрипло, прерывисто, но дышал!

Мне не раз доводилось видеть жертв огня, обугленных, словно головешки, чудом выживших в пламени. Но состояние Артёма было за гранью всего виденного. И когда я попыталась исцелить его, хоть немного облегчить его страдания, моя магия… словно канула в бездну, не коснувшись его израненного тела. Это не просто шокировало, это потрясло меня до глубины души.

Что с ним не так? Почему магия бессильна? – пронеслось в голове.

Но сейчас не время искать ответы. Бросив взгляд на некроманта, застывшего справа от меня, я отчеканила:

– Закрывай.

– Слушаюсь, госпожа, – он склонился в поклоне, и Артёма тут же окутал кокон тьмы.

– Доставьте его в основной госпиталь, – приказала я двоим санитарам. – За его жизнь отвечаете головой. – предупредила я, не отводя взгляда. И тут же шагнула ко второму столу, где лежал второй раненый.