Текст книги ""Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Елена Крыжановская,Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 279 (всего у книги 341 страниц)

Глава 23

Глава 23.

Артем.

Мы очутились в тесной коморке, откуда щербатая дверь, словно беззубый рот, зияла проходом в неизвестность. То ли мы нечаянно пошумели, то ли у кого-то за дверью слух оказался на диво чутким, но звон перерубленной цепи не остался незамеченным. В щели показалось встревоженное лицо. Бывалый пройдоха, матерый жук – он мигом оценил ситуацию и заорал во всю глотку:

– Атас! Шухер! – и попытался захлопнуть дверь перед самым нашим носом. Но мой верный самострел, мой старый друг-пистолет, не подвел. Я всадил в горлопана остаток магазина, избавив его от дальнейших телодвижений. Тор же, словно юркая рыбка, метнулся в проем, и уже через мгновение до меня донесся яростный звон скрещенных клинков. Я замешкался лишь на миг, меняя опустевший пистолет на заряженный, проклиная себя за то, что не пополнил запас магазинов – сейчас они были бы как нельзя кстати.

Когда я добрался до Тора, он уже вовсю молотил мечом, отбиваясь от двоих молодчиков, а у его ног валялся поверженный враг с пробитой насквозь грудью. Я тут же разрядил два патрона, а Тор хладнокровно завершил дело, заколов обоих.

Мы оказались в узком коридоре, по обе стороны которого теснились двери, ведущие в неведомые, скрытые от нас помещения. В конце коридора виднелась лестница, уходящая вверх, возможно, к другому выходу из этого проклятого места.

Неожиданно одна из боковых дверей распахнулась, и в нас полетел огненный шар. Учитывая тесноту коридора, увернуться было практически невозможно. Но я и не собирался. Рванув Тора назад, я приготовился принять огненный удар на себя. Вернее, приготовился бы, если бы он, черт возьми, не испарился в каких-то десяти сантиметрах от меня!

Нужно ли напоминать, что я обладаю антимагией, что чары для меня – пустой звук? Маг, запустивший в меня огненный плевок, явно не ожидал такого эффекта и на мгновение застыл в изумлении. Этого мгновения мне хватило, чтобы прострелить ему грудь. Бедняга от изумления даже не успел выставить защитный барьер… или просто не смог. Как бы там ни было, от него я избавился.

И тут же распахнулись еще две двери, и на нас с двух сторон бросились четверо любителей помахать сталью. Как я уже говорил, коридор был узким, и больше двоих за раз к нам подойти не могли. Я уже хотел прикончить этих… этих храбрецов остатками патронов, когда распахнулась самая дальняя дверь, и появилась уже знакомая эльфийка. Она тут же бросилась к лестнице. А следом за ней – какой-то молодой человек с чуть заостренными ушами.

Я вскинул пистолет и выстрелил им вслед, целясь в эльфийку. Но в этот момент полуэльф шагнул в сторону и заслонил ее своим телом, приняв на себя пулю, предназначенную ей.

И нет, он не пал… Мой выстрел, скорее отчаянная попытка остановить беглянку, а не смертельный приговор, угодил тому несчастному, прошу простить мой грубый слог и плохой французский, в мягкое место… то бишь, прямо в задницу. Зверский вопль прорезал воздух. Он потерял равновесие и, цепляясь за жизнь, ухватился за эльфийку, преграждая ей путь к свободе.

– Отпусти, ничтожество! – процедила эльфийка сквозь зубы.

– Мама, не бросай меня! – взвыл тот в ответ. Но материнское сердце не дрогнуло. Ледяным касанием она коснулась его лба, высвобождая разряд, заставивший тело содрогнуться в конвульсиях, а пальцы разжаться.

– Вот она, материнская… «нежность» во плоти, – пробормотал я, вкладывая в слова всю горечь и сарказм. Мой выстрел в эльфийку на этот раз встретил непробиваемую стену магического барьера. Остроухая взглянула на меня, испепеляя ненавистью, и простерла руку. Молния, сорвавшаяся с кончиков ее пальцев, словно разъяренный змей, растаяла в воздухе, не достигнув цели.

– Что, не получается? – усмехнулся я, видя ее досаду. – Сдавайся, по-хорошему, – предложил я, зная, что мирное решение маловероятно.

В ответ она метнула огненный шар… но не в меня, а в потолок над моей головой. В ее безумии была своя логика. Обвал едва не похоронил меня под тоннами обломков. Чудом успев отскочить к стене, я избежал неминуемой гибели. Сквозь клубящуюся пыль я едва успел заметить, как она кинулась к выходу на лестницу. Подняв пистолет, словно продолжение руки, я выпустил последние две пули в ее направлении и… увидел, как она оседает на пол, сломленная и побежденная.

Тор же, словно вихрь, расправился с остатками банды, которые и вчетвером не представляли для него ни малейшей угрозы.

Тишина обрушилась внезапно, как крышка гроба. Больше ни злобных выкриков, ни плещущейся магии, ни жаждущих крови лиц. Но я не расслаблялся. "Страж переулка" клялся, что их двадцать, а передо мной, если считать эту эльфийку и ее обугленного отпрыска, всего тринадцать трупов. Значит, семеро затаились в тенях, выжидая момент, или же этот "страж" безнадежен в арифметике. Не обнажая клинка, я поднял трофейный меч с пола, настороженно ощупывая взглядом каждый темный угол, каждый подозрительный предмет, и двинулся к телу эльфийки, которую так удачно настигла мой крайний выстрел.

Как ни странно, никто не спешил мне отомстить. Тор вышагивал следом, прикрывая мой тыл, словно верный пес.

Первая остановка – у обгорелого тела отпрыска той самой эльфийки. Дымок вился над ним призрачной змеей, вырываясь из полуоткрытого рта, обугленных ноздрей и ушей. "Любящая мамочка" постаралась на славу, прожарив его изнутри до хрустящей корочки.

– Боже, храни меня от такой материнской любви, – пробормотал я с дрожью в голосе.

– И не говори! – отозвался Тор, мрачно глядя на обугленный комок.

А вот эльфийка… неожиданно оказалась жива. Когда я перевернул ее тело пинком, она приоткрыла глаза, и в них плескалась такая концентрированная ненависть, что, казалось, могла воспламенить воздух.

– Проклинаю тебя! – прошипела она, впиваясь в меня взглядом, полным яда, и… испустила последний вздох. Тонкая струйка крови потекла из уголка ее губ, словно последняя капля злобы.

– Крис меня убьет, когда узнает, – пробормотал я, предчувствуя грядущую бурю. Тор отступил на шаг, глядя на меня как-то странно, задумчиво.

– Если бы только она!

– Это ты на что намекаешь? – Я подозрительно прищурился.

– Да ты просто не понимаешь, что она только что сделала, – сказал он, качая головой. – Она наслала на тебя предсмертное проклятие эльфов.

– И что теперь? Удача от меня отвернется?

– Как бы тебе это сказать… она повесила на тебя метку. Ее видит каждый эльф, каждый полукровка. Эта метка вопит на каждом углу: убейте его, он – убийца эльфов!

– Только это? – выдохнул я с облегчением, так как ожидал чего-то большего и ужасного.

– Тебе этого мало? – Тор удивленно вскинул брови, продолжая изучать меня взглядом.

– Я не знаю, что там она наколдовала, но если эту хрень видят только ушастые и их помеси, я как-нибудь это переживу, – отрезал я, стараясь казаться уверенным.

Мысль о мести эльфов не терзала меня. Слишком мало их осталось в Империи, чтобы всерьез опасаться их призрачной тени.

– Осмотримся, – предложил Тор.

И мы, оставив бездыханное тело остроухой, принялись осторожно обследовать каждую комнату в этом зловещем месте. Всего их было шесть.

Та, из которой так опрометчиво выскочила эльфийка, походила на конференц-зал. Напротив – роскошные апартаменты, спальня, достойная вельможи. Еще три служили казармами для "быков" – телохранителей, бойцов, братков… называйте их как угодно. А в последней комнате мы и обнаружили свою находку – избитого до полусмерти и грубо связанного городского стражника.

– Кто вы? – прохрипел он разбитыми губами, настороженно глядя на нас. Звуки схватки донеслись и до него, а теперь он пытался понять, кто мы такие – спасители или новые мучители. Вместо ответа Тор извлек из-под одежды золотой медальон и предъявил его стражнику.

– Императорские телохранители! – в глазах стражника промелькнула надежда. Он, похоже, и меня принял за одного из них, и я не стал его разубеждать. – Но что императорские телохранители забыли в этом… клоповнике?

– Случайно забрели, – пробормотал я. – Заметили субъекта, находящегося в имперском розыске, и, преследуя его, вышли сюда. А ты-то сам как здесь оказался, красавец?

– В переулке дали по голове, – неохотно ответил он. – Очнулся уже здесь…

Развязав его, мне пришлось потратить добрых десять минут, чтобы с помощью магии исцеления вернуть бедняге хоть подобие человеческого облика. А били его, надо признать, умело и со всем старанием – чтобы сильно не покалечить, но чтобы было достаточно больно.

– И что теперь? – спросил я Тора, невольно признавая его главенство в сложившейся ситуации.

– По идее, сюда нужно вызвать городскую стражу, – произнес Тор после короткого раздумья. – Пусть они разбираются. Наша задача – дать показания и не мешать им. – Он на мгновение задумался. – Хотя… по-хорошему, нас здесь вообще не должно было быть. – Бросив быстрый взгляд на стражника, он добавил: – Если понадобятся наши показания, обращайтесь через начальника городской стражи напрямую к главе императорской стражи, под чьим началом мы фактически находимся.

И вот, сам того не желая, я снова был зачислен в ряды имперских телохранителей. Стражник не стал спорить с Тором. Очевидно, принадлежность того к самой элите империи давала ему право на подобные заявления.

– Лучше воспользуйтесь задним выходом, – посоветовал я стражнику, протягивая ему трофейный клинок. – Мы там зачистили переулки.

Тот молча кивнул и скрылся.

– Нам тоже пора уходить, – сказал Тор.

– Ты уверен, что не стоит дождаться стражи и объяснить им все? – с сомнением спросил я.

– По идее, так и нужно было бы поступить… Но, – Тор испытующе посмотрел на меня. – Ты все же не императорский телохранитель. А более опытный офицер городской стражи может это понять. И тогда у него будет полное право тебя задержать. К тому же, среди городской стражи хватает полуэльфов, и кто-нибудь из них может почувствовать оставленную на тебе "черную метку". Не могу предсказать их реакцию, поэтому тебе лучше избежать близкого знакомства с местной стражей. Давай, я провожу тебя до Академии, а потом…

В этот момент мертвое тело эльфийки дернулось и неестественно выгнулось дугой…

***

Тор.

Меня сковал леденящий ужас. По-настоящему сковал, когда я увидел, как мертвая эльфийка вдруг ожила.

– Ублюдки! – вырвался неестественно скрипучий вопль из её горла, а движения напоминали сломанную марионетку, дерганые и резкие. – Вы осквернили такое тело! Уничтожу!

Нет, это был кошмар наяву, к которому я явно не был готов.

Я покосился на Артема, ища хоть какое-то понимание, но на его лице застыл такой же шок и ошеломление. Однако, не теряя ни секунды, он бросился вперед и, прижав ожившую ушастую коленом к полу, начал исцелять её тело целиком. Сначала я не мог понять, что он делает, но от его действий "труп" забился в конвульсиях, выгибаясь и издавая жуткие, утробные стоны. А потом изо рта эльфийки полезло нечто отвратительное… меня передёрнуло от одного вида этого мерзкого червя.

– Дерьмо! – зло выругался Артем. – Я так и знал!

– Что это? – прохрипел я, чувствуя, как по спине пробегает дрожь.

– Это ТА тварь, что управляет "пустыми"! Правда, я впервые встречаю паразита, настолько сросшегося с телом, что внешне и по поведению его не отличить от обычного живого… – он запнулся и поправился. – эльфа!

Червь полностью покинул мертвое тело эльфийки и тут же попытался удрать. Но Артем с силой отшвырнул тварь ногой к стене, а затем занес над ней свой клинок.

– Нет! – заорал я. – Он нужен живым!

Артем заколебался. И в этот момент червь, оскалив свою пасть, ощетинившуюся острыми зубами, словно раскрывающаяся пружина, бросился на парня. Инстинктивно Артем ударил клинком, но в последний миг успел повернуть его плашмя, снова отбросив тварь к стене. Я рванулся вперед и схватил червя за шею, пытаясь удержать его.

– Найди, во что его запихнуть! – крикнул я. – Быстрее!

Тварь оказалась невероятно верткой и сильной. Она извивалась и, подобно змее, обвивалась вокруг моих рук, так что удержать её было почти невозможно. Червь сдавливал мои руки с такой силой, что, казалось, еще немного, и кости хрустнут.

Но тут Артем вернулся с огромной толстостенной стеклянной бутылью, оплетенной прочной веревкой, с широким горлышком, через которое можно было впихнуть червя. Вопрос был только в том, как засунуть эту тварь в бутыль. И снова Артем проявил смекалку и применил свою магию исцеления, от которой червь начал дергаться и сокращаться, слабеть и мгновенно ослабил хватку. Когда Артем направил то, что можно было назвать головой, прямо в горлышко бутылки, червь довольно легко "всосался" в неё. Я тут же захлопнул крышку.

– Сколько же всевозможных тварей встречается среди демонов, – выдохнул я, разглядывая следы на своей руке. Благо, Артем не прекращал исцеление даже когда червь был на мне, так что рука почти не болела.

– И такие твари сидят во всех "пустых"? – хмуро уточнил я.

– Конкретно такую я встретил впервые, – признался Артем. – Но… да… сидят.

– Гадство! – выругался я. Слухи о том, что "пустые" – это бывшие наши граждане, телами которых управляют демонические твари, доходили до меня и раньше. Но увидеть это вживую… как тут не выругаться.

– Что ты собираешься делать с этой тварью? – спросил Артем, глядя на бутыль.

И правда, что?

Я остановил Артема на инстинкте, не думая, что стану делать с этим червем потом. Так что его вопрос был очень кстати. Правда, ответ пришел довольно быстро.

– Мне нужно как можно скорее встретиться с Императрицей и показать ей это! – я указал на бутыль. – Проблема в том, что сейчас она в Небесном городе на переговорах с вампирами, и мне нужно, чтобы ты меня туда отвёл.

А учитывая, что я сам был больше чем на половину эльфом, особого желания встречаться с вампирами, я не имел, так сомневался, что моя маскировка сможет их обмануть. Но другого выхода я, просто, не видел. Императрица должна была как можно скорее получить информацию о том, что здесь только что произошло.

Артем молча кивнул, и мы поспешно ретировались, оставляя это место на усмотрение местных стражей. В душе я испытал мимолетное облегчение от того, что мы успели вовремя спровадить незадачливого стражника, избавив его от созерцания дальнейшей картины. Почему-то мне отчаянно не хотелось, чтобы тайна мертвой эльфийки стала достоянием общественности. Существуют вещи, которые ни при каких обстоятельствах не должны выплывать на поверхность.

– Ни слова об этом, – тихо предостерег я, указывая на запеленутую тряпкой бутыль. – Если доведется столкнуться со стражей, ни словом не обмолвись о паразите, вырвавшемся из тела… этой, – сказал я намекая на ту остроухую.

– Что ты задумал? – Артем насторожился.

– Скажем так… эльфы издавна стоят костью в горле имперской политике. Сейчас забрезжил шанс прижать их, обвинить в предательстве. Они, конечно же, будут все отрицать, валить вину на покойницу. Но, тем не менее, произошедшее позволит Императрице действовать куда жестче по отношению к тем эльфийским кланам, что назойливо вмешиваются в политику нашей родины, стремясь определять вектор развития Империи. Откровенное предательство и работа на демонов даст государыне существенный рычаг давления. Но если станет известно, что та, ушастая, была под контролем, ситуация может кардинально измениться… и из явных предателей они превратятся в жертв… Так что до решения Императрицы о том, что здесь случилось, лучше держать язык за зубами.

– Я тебя понял, – серьезно кивнул Артем. – Хорошо, о паразите – ни слова.

– Спасибо! – искренне поблагодарил я его.

До портала, ведущего в Академию, мы добрались без приключений. Но прежде чем шагнуть в мерцающую арку, Артем придержал меня за плечо и первым коснулся ладонью портала. И уже на выходе я понял, что нас забросило куда угодно, только не в Академию.

Глава 24

Глава 24.

Хранительница (Хана).

Внезапно меня пронзило ощущение – Артем возник в зале порталов не один, а с неожиданными, оттого еще более интригующими, гостями. С двумя гостями, один из которых ощущался как-то совсем необычно. Заметив, что переговоры Императриц перетекли в русло непринужденной беседы, я поднялась, стараясь сохранить приветливое выражение лица.

– Позвольте откланяться на минутку… Кое-кого нужно встретить.

С этими словами я шагнула сквозь пространство в зал порталов и, как оказалось, подоспела вовремя. Вампиры, самовольно установившие здесь что-то вроде охранного поста, первыми «встретили» прибывших. Беда в том, что спутник Артема оказался полукровкой, одной своей половиной принадлежащий к эльфийскому народу. Вампиры, естественно, это сразу почувствовали, мгновенно ощетинившись, готовые к бою.

– А ну цыц, горячие зубастики! – рявкнул Артем, загораживая собой спутника. – Этот – правильный эльф… Ему можно верить.

– Он – эльф, и ему здесь не место! – прорычал один из вампиров, обнажив клыки.

– По-моему, – отрезала я, – здесь решаю я, кому здесь быть, а кому нет.

Мои слова обрушились на вампиров, словно ледяной душ. Они тут же отступили.

– Ну и кто этот мальчик, которого ты на этот раз притащил? – поинтересовалась я у Артема.

Он задумчиво оглянулся на парня за своей спиной.

– Какие нынче неправильные эльфы пошли, – пробормотал он, разглядывая спутника. – Выглядят совсем как обычные люди… Хотя неважно, – тут же отмахнулся. – Он из отряда телохранителей Императрицы… а уж она кого попало подле себя держать не станет.

– Моим отцом был эльф, а матерью – полуэльфийка, – тихо произнес парень, будто извиняясь за свое существование. Казалось, он настолько сильно хотел быть кем-то другим, что изуродовал себя, отказавшись от эльфийской внешности. – Они погибли, защищая Империю и прошлую Императрицу… с её мужем.

Он смотрел прямо на воинов-вампиров, не отводя взгляда.

– Я уже в курсе трагедии, разыгравшейся в вашем родном мире. И клянусь, ни за что, без причины, не пришел бы сюда, зная, какую реакцию может вызвать мое появление. Я не могу говорить за весь народ эльфов… да и не стану этого делать. Скажу только за себя… Я служу Империи, как до этого служили мои отец и мать. Мои извинения для вас – простой звук, но я искренне сожалею о том, что натворили эльфы в вашем мире. – С этими словами он склонил голову перед вампирами.

Затем он взглянул на Артема:

– Прости, что не сказал тебе сразу, но я очень не люблю вспоминать о своей сущности.

– Хм… и вправду, если ты заранее знал, чем все может закончиться, зачем же ты рискнул прийти сюда? – поинтересовалась я.

– Чтобы показать обеим Императрицам ЭТО! – Он резко сдернул ткань с бутыли, демонстрируя всем извивающееся червеобразное существо внутри стеклянной колбы. – Эта тварь управляла той эльфийкой, что недавно якшалась с демонами… После её смерти она выбралась наружу.

– Подтверждаю, – негромко сказал Артем. – Я сам убил ту эльфийку.

– Так вот откуда взялась эта мерзкая метка, буквально въевшаяся в твою ауру, – догадалась я. Конечно, я видела ЭТО. Знала о посмертном проклятии эльфов. Но до сегодняшнего дня ничего подобного мне видеть не доводилось, поэтому и не сразу поняла, что это.

Я с любопытством взглянула на червя, о которых столько слышала, но видела впервые.

– Какая занятная тварь… – пробормотала я и, бросив взгляд на притихших вампиров, обратилась к гостю. – Следуйте за мной. Я отведу вас на место совещания… Вот только… – резко оборвала я фразу, глядя на полуэльфа. – Мальчик, – подчеркнула я, – оставь все свое оружие здесь… Там оно тебе не понадобится.

Тот не стал спорить и послушно положил на пол свой клинок – короткий боевой нож – и два совсем маленьких ножа, предназначенных для рукопашной схватки или метания. Затем снова подхватил свою бутыль с червем и последовал за мной. Замыкающим шел Артем, задержавшийся, чтобы подобрать все оставленное оружие и взять его с собой, с единственной целью – оставить его уже, в городе, возле портала.

Всю дорогу до места совещания мы шли молча, и лишь возле входа в помещение разгорелся очередной, небольшой конфликт между вампирами, сопровождавшими свою госпожу, и телохранителями Императрицы людей.

– Что здесь делает эльф? – прорычал командир отряда вампиров.

Тут же перед ним встал один из телохранителей-людей, заслоняя гостя своим телом. Повторилась почти такая же картина, которую я уже видела в зале порталов.

– Спокойно, он – один из наших! – миролюбиво произнес он.

– Он – эльф, и ему здесь не место…

– Здесь только я решаю, кому место, а кому нет, – холодно осадила я вампира. – И если я привела его сюда, значит, для этого были веские причины. – это был второй раз за десять минут, когда мне пришлось напомнить вампирам о том, кто именно здесь хозяин. Мысленно же я пообещала себе высказать свое недовольство Императрице вампиров, чтобы она сама сделала внушения своим подданным, чтобы они впредь не забывались.

Вампир замолчал и послушно склонил передо мной голову.

– Прошу прощения за свою несдержанность, – глухо произнес он, но в голосе звучало неприкрытое недовольство.

– Не спеши всех судить по одной мерке, – примирительно сказала я. – И поверь мне, врага бы я сюда не привела…

Войдя в зал, где за столом собрались две Императрицы и их немногочисленная свита, мы тут же привлекли всеобщее внимание. Но на этот раз вампиры, умудренные опытом прожитых лет, не стали вскакивать, тыкать пальцами и выказывать агрессию по отношению к пришедшему с нами гостю.

– Какие интересные гости почтили нас своим вниманием, – задумчиво произнесла повелительница вампиров, разглядывая парня с бутылью, которую он, прежде чем войти, снова прикрыл ветошью.

– Тор, почему ты здесь? – строго взглянула на него Императрица людей.

– Прошу прощения, моя госпожа, – с преувеличенным почтением поклонился он, но сначала передав свою ношу Артему. – Обстоятельства вынудили меня нарушить ваш приказ и явиться сюда.

– Я слушаю тебя, – Императрица слегка нахмурила безупречные брови.

– Да, моя госпожа, но прежде… если будет на то ваша воля, я хотел бы обратиться ко всем здесь присутствующим, – Сион кивнула, и он, собравшись с духом, обратился прямо к вампирам: – Как я уже говорил, я не в силах принести извинения за весь мой народ. Я могу лишь извиниться за себя, за то, что вы вынуждены терпеть мое присутствие. Господа, ни за что на свете я не нарушил бы ваш покой своим присутствием, если бы на то не было веской причины.

– Истинно так, – прозвучал негромкий голос старейшего вампира, Юста. – Юноша искренен, и его душа открыта… Впервые за долгие годы я встречаю столь учтивого и прямодушного… почти эльфа, который с таким презрением отзывается о собственном народе, едва ли это скрывая. – Он бросил взгляд на Императрицу людей. – Так это о нем вы нам рассказывали, назвав достойным сыном героических родителей, павших за вашу семью?

– Да, я говорила о нем, – подтвердила Сион.

– И вправду достойный юноша, – согласилась с ней Элва, Императрица вампиров.

Но тут со своего места поднялась Арина, последняя живущая в этом мире «небесная эльфийка».

– Прошу прощения, что прерываю вашу любезную беседу... и я искренни рада, что вы не собираетесь здесь устраивать выяснения отношения… но сейчас меня больше всего волнует вопрос к другому юноше, – ее взгляд, острый, как кинжал, пронзил Артема. – Когда это ты успел обзавестись столь занятной меткой в своей ауре… убив эльфа?..

***

Артем.

– Прошу прощения, что прерываю вашу любезную беседу... и я искренни рада, что вы не собираетесь здесь устраивать выяснения отношения… но сейчас меня больше всего волнует вопрос к другому юноше, – взгляд госпожи Арины, словно кинжалы пронзили меня. – Когда это ты успел обзавестись столь занятной меткой в своей ауре… убив эльфа?.. – на её последних словах, казалось вздрогнули все, кто здесь сейчас присутствовал. – Я, просто, удивляюсь тому, как ты везде успеваешь наследить.

– Ну, как-то так вышло, – пробормотал я, едва удержавшись от смущенного шарканья ногой. Желание было почти непреодолимым. – Я правда не хотел её убивать… Просто она пыталась сбежать, а я… попал. Удачно так… чуть пониже сердца.

– В неё? – Крис, до этого сидевшая тихо, встрепенулась. В глазах мелькнул хищный интерес.

– Только прошу, не бей! – полушутя взмолился я, сложив руки перед ней. – Случайность… Мы с Тором, – кивнул я на своего мрачного соучастника, – случайно её заметили. Хотели проследить, чтобы тихо арестовать. А там… целая кодла, и во главе – твой сводный братец. Так что по-тихому не вышло. Она ломанулась наутек, ну я и… – виновато развел руками, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

– Да плевать на неё, – отмахнулась Крис, в голосе прорезалось нетерпение. – Она точно мертва? – в её голосе звенела неприкрытая надежда. Неужели не верит? Хотя, казалось бы, я только что прямым текстом…

Видимо, бить за то, что лишил меня удовольствия самолично поквитаться, не станет, – пронеслось у меня в голове. – Мертвее не бывает… Но есть один пренеприятнейший нюанс, – бросил я взгляд на Тора, и тот понимающе кивнул.

Подхватив заляпанную ветошью верного размера бутыль, я демонстративно выставил её вперед, в котором, от недостатка воздуха, лежал и не шевелился червь.

– После её смерти из неё вылезла вот эта тварь.

Тишина… густая, звенящая. Кажется, даже муха, окажись она здесь, наделала бы больше шума.

– Так вот, значит, как… – Юст, словно зачарованный, поднялся и опустился на колени перед банкой. – Так вот, значит, как они выглядят. – Снова повторил он, и, подняв на меня серьезный взгляд, спросил: – Получается, эльфийка, которую вы видели, с самого начала была под контролем этой штуки? – тон был таким, будто я был единственным, кто мог знать ответ.

– Не знаю… есть сомнения на этот счет… – ответил я, и взгляд мой скользнул к Крис. Она казалась спокойной, но в глазах плескалась тоска. Я знал, о чем она думает… О том, что, возможно, зря ненавидела мать всю свою жизнь. О непрошеных ростках сожаления и раскаяния. Поэтому, говоря, я смотрел только на неё.

– …Я не встречал паразитов, настолько искусно врастающих в общество. Чтобы их было невозможно отличить от обычной… эльфийки. Она говорила, принимала решения, колдовала, рожала детей… Она отличалась от известных нам "пустых", как небо от земли.

– Думаешь, она осознавала свои действия, и паразит не имел над ней полной власти? – Императрица схватила мысль на лету.

Но прежде, чем я успел ответить, червь вдруг дернулся в своей стеклянной тюрьме и с силой ударил о край банки, чуть не выбив её у меня из рук. Юст от неожиданности отпрянул.

– Так это тварь жива! – воскликнул он. – Неожиданно!

Арина поднялась со своего места.

– А это уже интересно, – произнесла она с едва уловимой улыбкой. – Ты же не будешь возражать, если я заберу твоего… нового питомца? – не дожидаясь ответа, она взмахнула рукой, и банка, словно по волшебству, вырвалась из моих рук. Я на мгновение опешил, удивленный применением магии… и только тут понял, что воздействовала она не на меня, а на злополучную банку.

– Осторожно! – запоздало крикнул я, когда Арина выдернула пробку. Тварь дернулась наружу и… мгновенно застыла в воздухе, скованная магией. Эльфийка бросила на меня укоризненный взгляд и произнесла:

– Не держи меня за дурочку! – и направилась к выходу, неся червя в светящихся магических оковах. – Я удаляюсь, чтобы отнести это создание в свою лабораторию. – перевела взгляд на меня. – И не смей уходить, пока я не вернусь.

– А… – растерянно выдохнул я. – А я вам зачем еще нужен?

– Ну, хотя бы для того, чтобы я могла снять с тебя эту метку, – ответила она. – Или ты собрался с ней всю жизнь ходить?

Её неожиданный вопрос напомнил мне и всем остальным о черной метке, висевшей в моей ауре.

– К слову, – осторожно начала Сион. – А эта метка не опасна для жизни? И вообще, зачем она? – продолжая буравить меня взглядом. – Лично я ничего такого не вижу, – вздохнула она и отвела глаза.

***

Тор.

Крети́н! Идио́т! – мысленно казнил я себя. – Как можно было её не узнать!

В ожидание встречи с вампирами, я лишь мельком взглянул на эльфийку, скромно примостившуюся в углу стола. Да что там, я был настолько взбудоражен, что все мое внимание, словно магнитом, притягивали к себе вампиры. В голове билась лишь одна мысль: как правильно начать разговор.

А потом её вопрос про "черную метку" в ауре Артема… Он застал меня врасплох. И тут до меня дошло: за этим столом, рядом с нами, сидит настоящая эльфийка, и, судя по всему, чувствует себя в этой компании вполне уютно.

Я окончательно растерялся, пытаясь понять, что, собственно, происходит. И эта навязчивая мысль, сверлящая мозг: я её знаю! Я её где-то видел! Озарение грянуло, когда она забрала червя и исчезла за дверью. В голове словно молния сверкнула:

Да это же она! Последний ректор великой магической академии Дискирлина, госпожа Арина!

Я лично никогда с ней не встречался, но моя матушка иначе как "наставницей" её не называла и всегда твердила, что Арина – единственная великая эльфийка, достойная уважения и почитания. Её портрет висел в комнате матушки и в детстве я его часто видел.

А я, олух царя небесного, даже не удосужился её поприветствовать! И тут вновь всплыл вопрос о посмертном проклятье той эльфийки.

– Не стоит беспокоиться, – произнес я, словно вынырнув из забытья. – Посмертное проклятье эльфов… оно почти не наносит физического вреда. – Тут же поправился и поспешил объяснить: – Метка, она словно маяк, указывающий всем, кто способен её видеть: Вот он, враг! Он убил эльфа!

– Как интересно, – пробормотала Элва и вопросительно взглянула на Крис. – Ты тоже её видишь?

– Нечетко, но да… Правда, до того, как было сказано, я не понимала, что именно вижу, – ответила черноволосая девушка после паузы.

– И тем не менее, таких подробностей об эльфах нам не было известно, – задумчиво произнес Юст. – Выходит, в нашем мире… – Он запнулся, погрузившись в раздумья. – Это многое объясняет… У меня были знакомые, воевавшие с эльфами… Некоторые просто исчезли, попав на их территории. Другие погибли при странных и невыясненных обстоятельствах. Теперь все становится на свои места, – повторил он.

– Что меня действительно удивляет, – продолжил я, – так это то, что, по словам госпожи Арины, эту метку можно снять. Об этом я не знал.

Я вновь бросил взгляд в сторону выхода, куда ушла эльфийка.

– Ладно, все это можно обсудить позже, – Императрица, окинув меня серьезным взглядом, произнесла: – Жду от тебя подробный отчет о вашей встрече и о том, что произошло… Хочу знать, как вы встретили ту… женщину?

Я покосился на Артема и честно признался:

– Вообще-то, первым её заметил Артем… узнал её в толпе. А дальше мы просто последовали за ней и вышли на их тайное логово, где и произошло столкновение.

– М-да… – взгляд императрицы Сион вновь скользнул по Артему, словно выискивая на его лице ответы. – Право же, Артем, умеешь ты притягивать к себе бури и грозы… – с чувством произнесла она, и в голосе ее прозвучало не то восхищение, не то упрек. – Кто, кроме нас с вами знает о паразите, гнездящемся в теле той эльфийки? – ее взгляд, острый и проницательный, обвел присутствующих, словно ощупывая душу каждого.