Текст книги ""Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Елена Крыжановская,Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 298 (всего у книги 341 страниц)

Глава 9

Глава 9.

Излат.

Тревожный рёв, эхом разнёсшийся сквозь густую чащу, оборвал наши размышления. Он был настолько близко, что казалось, земля под ногами задрожала. Сердца забились быстрее, а инстинкты взвинчены до предела. Не раздумывая, мы одновременно пригнулись, стараясь слиться с окружающей зеленью, и приготовились к худшему.

– Быстро, сюда! – прошептал я, указывая на густой подлесок. Мы скользнули между стволами деревьев, наши движения были отточены годами тренировок и боевого опыта. Каждый шорох, каждый треск ветки под ногами мог стать фатальным. Мы двигались в сторону, откуда доносился звук, но максимально осторожно, чтобы не выдать своего присутствия.

Внезапно, сквозь просвет между деревьями, мы увидели его. Огромный, возвышающийся над кустами, хобгоблин. Его кожа имела землистый оттенок, а глаза горели недобрым огнём. На его плечах виднелись остатки какого-то самодельного снаряжения. Он, видимо, был ранен, судя по тому, как он пытался удержаться на ногах, и яростно ревел от злости или боли.

– Он один? – прошептал мой спутник, напряжённо всматриваясь в темноту. Я присмотрелся внимательнее, пытаясь уловить любые признаки присутствия других существ. Но вокруг слышался лишь его рёв и треск ломаемых им веток. Казалось, он был абсолютно одинок в этой глуши. Увы, увидеть большее нам мешали кусты и деревья.

– Не пойму, чего он там бесится? – негромко пробормотал мой напарник, когда я, прежде чем ответить, словно хищник, внимательно оглядывал все подступы, выискивая малейшие несоответствия в окружающей обстановке.

Вон – неглубокая яма, прочерченная в земле, словно клеймом, там, где с грубейшей силой вырвали молодое деревце.

Вон – переломленный пополам ствол другого, словно хрупкая кость.

Вон – истерзанные кусты, а рядом – подозрительное скопление следов.

Но кого я здесь не видел, так это других гоблинов. И это было, мягко говоря, странно. Ведь обычно по одному те не ходят.

И все же я медлил. Не слишком-то мне хотелось приближаться к разъяренному монстру, что сам не свой, впав в буйство, крушил все вокруг, размахивая, как дубиной, тем самым вырванным с корнями деревцем.

– Надо глянуть, – наконец решил я и, первым, со всей осторожностью, шагнул вперед. И тут, сквозь просветы между деревьями, мелькнуло нечто белое и стремительное. Мгновение я замер, пытаясь ухватить ускользающую картину, но тут же чертыхнулся, сорвал с плеча самострел и рванулся вперед:

– Глупый оборотень! – выкрикнул я, и слова сорвались с губ, как выстрел. – Какого хрена он здесь творит!

На поляне, вокруг хобгоблина, нарезал круги знакомый мне белоснежный волк-оборотень, Милан. Оборотень то наскакивал на великана, всаживая свои удары в самые незащищённые места, то, увернувшись от неуклюжей дубины, снова начинал выматывать и бесить гиганта, кружа вокруг него.

Выскочив из-за кустов, я замер, вскинув к плечу самострел. Я поймал голову монстра в прицел и медленно, неумолимо, нажал на спусковой крючок. Мой выстрел попал не совсем туда, куда я и целился – чуть пониже глаза. И на беду мой выстрел был обычный, без магической составляющей. В спешке я не поменял одну обойму самострела, на другую, где на каждый выстрел было наложенное магическое заклинания огня.

Я снова выругался, видя, как хобгоблин разворачивается в мою сторону, замахиваясь для броска своей дубиною. Поменять свою обойму на другую, я просто, физически не успевал, поэтому мне не оставалось ничего другого, как продолжить стрелять, целясь в голову великану, в надежде что хоть один из выстрелов остановит монстра.

Один из моих выстрелов, к счастью, попал ему точно в глаз. Хобгоблин взвыл от боли, отшатнувшись и выронив свое импровизированное оружие. Это дало Милану шанс. Он с новой яростью набросился на обездвиженного противника, вгрызаясь в его шею.

Ко мне подбежал мой напарник, на бегу вскидывая свой самострел, чтобы поддержать меня. Мы были готовы добить обезумевшего монстра, но из-за того, что монстер сильно дергался из стороны в сторону, крутился волчком, а на его спине, намертво вцепившись зубами в шею повис Милан, мы опасались стрелять, боясь зацепить оборотня.

Хобгоблин, несмотря на ранение, продолжал отчаянно отбиваться. Его движения стали ещё более хаотичными, а рёв – ещё более свирепым. Казалось, сама природа вокруг пыталась устоять перед этой яростью: деревья дрожали, кусты приминались, а земля под ногами стонала. Милан, верный своей природе, яростно впивался в плоть врага, но даже его острые клыки и когти не могли быстро сломить упорство гиганта.

Но в какой-то миг колени гиганта подломились, и он упал вниз, становясь на четвереньки. И тут же хобгоблин упал на живот и попытался, повернувшись на спину раздавить Милана. Но тот вовремя разжал свою пасть и ловко отскочил в сторону.

Я, наконец, смог быстро сменить обойму в самостреле, заряженную магическими стрелами. Мой напарник, увидев, что я готов, отступил назад, давая мне возможность. Я прицелился, и первый же выстрел, окутанный оранжевым пламенем, поразил хобгоблина в грудь. Монстр завизжал, его кожа обуглилась, но он все еще пытался подняться. Второй магический выстрел попал ему в голову, и его тело обмякло, превратившись в груду обугленной плоти.

Милан, обалдевший от схватки, отступил в сторону, отряхиваясь от грязи и крови. Его белоснежная шерсть была запачкана, но он выглядел невредимым. Он посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то вроде благодарности. Затем он издал тихий, горловой звук, который, как я понял, означал, что он готов продолжить путь.

– Что это было? – спросил мой напарник, осматривая поверженного монстра. – Ты какого хрена вообще полез на этого монстра. – набросился он на оборотня. – Тебе что адреналина по жизни не хватает?

Милан сплюнул кусок плоти гоблина, и хмуро произнес:

– Эта тварь мне задолжала... Он в прошлый раз, когда я увозил на себе спасенных суккубов, меня чуть бревном не зашиб... – покосился на труп. – Теперь мы с ним квиты!

– Во дерьмо! – выругался мой напарник. – Это фиаско братан! Не дай бог нас кто-нибудь услышал... то нам полный писец придёт.

– Не знаю, как там насчет писца, но от Артема нам достанется. – с грустью и обречённостью, сказал я.

***

Артем.

Злости не было. Глядя на эти понурые лица… Особенно выразительным оно было у оборотня. Я и представить не мог, что волчья морда способна вместить столько эмоций. Несмотря на всю серьёзность ситуации, меня охватило желание рассмеяться.

– Ты хоть понимаешь, что натворил? – со вздохом произнёс я. – Рев этого хобгоблина даже мы здесь слышали… А если его услышал кто-нибудь ещё, то беда. – Я снова вздохнул. Я слышал, что по воде звуки разносятся куда дальше.

– Прости, командир, мы виноваты, – понуро проговорил Излат.

Я удивлённо взглянул на парня.

– Ты-то чего извиняешься? – спросил я. – Я не тебя отчитываю… Вы-то сработали правильно! – Я снова строго посмотрел на понурую волчью морду. – Милан, ну, ёшки-матрешки, нашёл же время свести личные счёты!

– Я думал, что быстро с ним расправлюсь, – виновато пробормотал оборотень. – Не думал, что у него такая толстая шкура…

– Думал он, – проворчал стоявший рядом Рон.

Он был недоволен, как, впрочем, и многие из нас. Нам пришлось остановить переправу и выслать всех разведчиков на прочёсывание окрестностей. От их донесений теперь зависело, как нам действовать дальше.

Впрочем, я был спокоен. Магия поиска «не почувствовала» ничего, чего бы нам следовало опасаться. А у меня и у Ники она охватывала пространство в несколько километров вокруг нас. Поэтому я был вполне уверен, что разведчики принесут хорошие вести. Я взглянул на Рона и распорядился:

– Заканчиваем переправу.

– Уверен? – серьёзно посмотрел тот на меня.

– Магия поиска не обнаруживает поблизости чужаков, – сообщил я тому. – Поэтому думаю, всё же рискнём и закончим переправу…

– Хорошо, – Рон не стал спорить и отошёл, чтобы отдать необходимые распоряжения.

Я же снова взглянул на Милана и умоляюще произнёс:

– Постарайся больше не делать ничего подобного.

Ко мне подошла Ника. Я вопросительно глянул на неё, а в ответ она отрицательно покачала головой и тихо произнесла:

– Если кого этот рёв и напугал, так только местное зверьё, которое в панике разбежалось.

– Будем на это надеяться, – только и сказал я.

Оставив Рона разбираться с провинившимися, я сам отправился обходить импровизированный лагерь, раздавая указания. Занять чем-нибудь – это лучше, чем сидеть и нервничать.

Вещи разобрать и приготовить к переносу, чтобы в случае чего быть готовыми мгновенно выдвинуться. Лодки оттащить от реки, поглубже в кусты, и ждать. Незачем им привлекать к себе ненужное внимание тех, кто, не дай бог, поплывёт по реке. А учитывая, что река полноводная и глубокая, это вполне возможно. Именно поэтому я также приказал всем углубиться на тридцать метров в лес, чтобы с реки нас никто не заметил.

На все вопросительные взгляды я отвечал лишь лёгкой, ободряющей улыбкой.

Вскоре стали возвращаться разведчики. Как и ожидалось, новости были вполне себе хорошие и позитивные. Кроме лесного зверья, никого разумного поблизости не оказалось. То есть рев того хобгоблина не вскрыл нашей маскировки.

– Спускайте воздух из лодок, упаковывайте и догоняйте нас, – отдал приказ я старшему отряда, отвечавшему за сохранность наших плавсредств.

– Все остальные – становись в колонну и выдвигаемся, – распорядился я.

Лагерь в тот же миг пришёл в движение, выстраиваясь в походную колонну, и стал втягиваться в лес, исчезая за деревьями.

Я ещё раз взглянул на тех, кто занимался подготовкой лодок к транспортировке, и тихо произнёс:

– Догоняйте нас…

И сам последовал за остальными, обгоняя колонну по краю, чтобы возглавить её.

Следующий час мы шли, строго сверяясь с направлением и картой. Нам нужно было выйти к старой дороге, по которой нам предстояло пересечь большое болото. По плану мы собирались сделать это уже этой ночью, но, учитывая, сколько времени мы потеряли у реки, я уже сомневался, что сможем выдержать намеченный темп передвижения.

На первом же привале нас нагнала отставшая группа. Из-за них пришлось задержаться ещё минут на десять, чтобы дать ребятам перевести дух. А потом снова в путь.

Как и предполагал, до темноты до болота мы так и не дошли. Хотя, по заверениям ушедших вперёд разведчиков, до старой дороги и болота оставалось пройти меньше километра. Вот только идти в темноте через лес – тот ещё квест… поэтому я приказал остановиться на привал, а к дороге отправил только опытных разведчиков, которые должны были установить наблюдение. Нам же нужно было знать, пользуется ли ею вообще кто-нибудь.

Признаться, я был рад возможности перевести дух. Поход по лесу, даже в светлое время суток, довольно утомителен, а уж в темноте и вовсе превращается в испытание. Отряд, словно по команде, развалился на земле там же где до этого и стояли. Кто-то, все же отошел в сторону, чтобы присесть у ствола какого-нибудь дерева, а кто-то просто растянулся на мягком мху. Я же, прислонившись спиной к прохладному камню, внимательно слушал мир вокруг. Шорохи, треск веток, далекий уханье совы – все эти звуки сливались в единую симфонию ночного леса, успокаивая и настраивая на нужный лад.

Через полчаса вернулись один из разведчиков. По его словам, дорога была пуста и наблюдение не выявило никакого движения. Как и предполагалось, старая дорога, ведущая к болоту, использовалась редко. Её состояние было... как бы это сказать... в общем доживала дорога последние свои годочки. Лет через десять её уже и случайно найти станет сложно. Ночь уже полностью вступила в свои права, но полная на небе луна, слегка скорректировала наши планы, и мы решили рискнуть.

Идти по бездорожью в даже при ярком свете луны, было непросто, но лес постепенно начал редеть, и вскоре мы вышли на открытое пространство. Дорога и вправду выглядела не очень и сильно запущенной. Местами лес уже начал отвоевывать свободное дорожное пространство. И все же идти по дороге, хоть и такой было куда проще, чем пробираться через чащу деревьев, рискуя ненароком лишится глаз.

Вскоре, впереди, окутанное ночными тенями, показалось раскинулось огромное болото.

Воздух здесь был густым и влажным, насыщенным запахом тины и гниющей листвы. Тишину нарушали лишь кваканье лягушек да всплески воды где-то вдали. Мы остановились, чтобы перевести дух и ещё раз свериться с картой. Пересечь болото предстояло по старой, местами полузатопленной дороге. Путь предстоял нелёгкий, но мы были готовы к нему.

И снова вперед ушли разведчики, проверяя наш путь.

Насколько я помнил, в этом месте болото было шириною около пяти километров и, если все пойдет нормально, за час мы этот отрезок должны были миновать.

Постепенно, с каждым шагом, ощущение влажной земли под ногами становилось всё сильнее. Идти было непросто, но другого выхода не было. Вода медленно, но верно, заливало наш путь, и местами доходило нам до колен. Но пока что идти было можно… и мы шли

Тишина здесь была особенной, гнетущей. Лишь редкие всплески и шорохи в зарослях нарушали ее. Казалось, само болото следит за нами, за каждым нашим движением. Я вновь взглянул на карту, пытаясь понять, сколько нам ещё осталось. Ориентироваться в таких условиях было сложно, и я доверился опыту разведчиков, которые шли впереди.

Через некоторое время мы достигли более сухой полосы земли, где дорога, хоть и полузатопленная, всё же была различима. Это была настоящая передышка. Отряд немного приободрился, хотя усталость брала своё. Мы остановились, чтобы хоть немного перевести дух, перед последним броском.

На небо неожиданно набежали облака и слабый лунный свет едва пробивался сквозь плотную завесу облаков, окрашивая болото в призрачные, серо-зеленые тона. Глубокий вдох – и мы снова двинулись вперед, ступая по скользкой, утопающей в воде дороге. Каждый шаг требовал усилий, вода бурлила вокруг ног, словно живая, стремясь поглотить нас. Мохнатые деревья, сгорбленные под тяжестью лет и сырости, по краям дороги казались призраками, наблюдающими за нашим путём.

Я шёл в авангарде, прокладывая, подобно Сусанину путь через болото. Оставалось только надеяться, что я не закончу как тот самый Сусанин. Наш общий путь пролегал через эту топкую местность, и каждый из нас знал, что одно неверное движение может стать фатальным. В воздухе висел густой, болотистый запах, смешанный с ароматом прелой листвы и каких-то неведомых цветов, растущих здесь, в этом царстве тины и гниющих корней.

Неожиданно впереди послышался приглушенный крик. Разведчик, шедший рядом со мною замер, подняв верх руку, призывая к вниманию. Мы остановились, по хватались за самострелы и клинки, напряженно вглядываясь в темноту. Сердце заколотилось быстрее, предчувствуя возможное столкновение. В такие моменты каждый шорох, каждый треск ветки казался предвестником опасности.

Через несколько минут назад вернулся один из разведчиков, его лицо было освещено бледным лунным светом.

– Все нормально, – шепнул он, – только пара болотных крыс испугалась и разбежалась.

Мы облегченно выдохнули. Очередное испытание было пройдено. Наш путь к старой дороге, ведущей через болото, продолжался, несмотря на все трудности.

Наконец, сквозь густой туман, проступили очертания еле видневшегося берега, где снова начиналась нормальная, хоть и порядком заросшая дорога.

Мы выбрались на твёрдую землю с облегчением, которое граничило с эйфорией. Ноги гудели от усталости, одежда пропиталась болотной жижей, но все были целы. Я оглядел отряд: лица осунувшиеся, но в глазах горел азарт победы над этим проклятым болотом. Милан, всё ещё понурый, помогал Излату разгребать грязь с ботинок.

Ночь углубилась, но луна снова выглянула из-за облаков, освещая заросшую дорогу. Пройдя ещё метров двести вперед, мы все же сошли с дороги, на чуть заметную звериную тропку и дальше пошли молча, экономя силы. Лес здесь был гуще, ветви хлестали по лицам, но под ногами наконец-то была земля, а не жижа.

Сто метров…

Двести…

Триста…

Я подлинял верх руку и тихо произнес, оглядываясь назад:

– Привал!

Этот нелегкий отрезок пути мы все же победили и заслужили небольшой отдых.

Глава 10

Глава 10.

Слав.

Пока одни покоятся в объятиях сна, другие несут свою неусыпную вахту. Я говорю о нас, разведчиках. Именно мы, когда тело изнемогает от усталости, а силы иссякли, стоим на страже, зорко всматриваясь в окружающий мир.

Честно говоря, нам пока сопутствовала удача, несмотря на все… трудности.

Костров мы не разводили. Едкий запах дыма мог выдать наше укрытие, и мы были предельно осторожны.

Внезапно, боковым зрением уловив движение, я резко обернулся, вскинув автоматический арбалет – единственное оружие, которое мне приходилось держать в руках. Эти самострелы… в общем, я им не доверял.

Различив в странной броне, отливавшей черными и серо-коричневыми всполохами, Артема, я опустил арбалет. Стоит ли говорить, что его "умная, магическая броня" постоянно меняла окраску, подстраиваясь под обстановку. Лично я бы ни за что не согласился носить подобное. Не люблю я всякие эти магические штучки-дрючки. На Артеме же она сейчас напоминала некое непонятное… как он сам недавно выразился… бронежилет.

Артем, просто, присел рядом, откинулся затылком на дерево и тихо произнес:

– Разбуди меня через два часа.

Я не стал возражать, лишь коротко кивнул. Через пару минут, снова взглянув на него, я увидел, что он уже спит. Я слегка отодвинулся и продолжил свой дозор. Я не маг, но и я кое-что умею, считая себя опытным разведчиком, за плечами которого немалый стаж.

Появление брата не застало меня врасплох, как это было с Артемом. Он молча взглянул на спящего командира и опустился рядом со мной. Некоторое время мы хранили молчание, но потом я задал вопрос, который давно меня мучил:

– Так ты решил жениться на той женщине и воспитать её ребенка?

– У той женщины есть имя, – спокойно ответил брат. – А ребенок… это всего лишь ребенок. Неважно, кто его зачал… Отец – тот, кто его воспитал. У тебя есть претензии к моему решению?

– Боже упаси! – я покачал головой, взглянув на Вала. – Это твое решение, и я его поддержу!

– Спасибо, брат! – с чувством поблагодарил он меня. – Она хорошая женщина… – продолжил он с легкой нежностью в голосе. – Даже Крис её приняла!

– Крис, эта полуэльфийка с добрейшей душой, – заметил я. – Она бы и свою мать приняла, если бы та, до тех событий, пришла к ней и повинилась.

Брат тихо рассмеялся и неожиданно согласился со мной:

– Это точно!

Часы текли медленно, словно густая смола. Тишина ночи была прерывистой – то скрипнет ветка, то шорохнет лист. Я напряг слух, вглядываясь в темноту, но вокруг был лишь неподвижный лес. Артем спал, его дыхание было ровным, почти неслышным. Я чувствовал, что мой брат, Вал, тоже ушел в себя, погруженный в свои мысли.

В какой-то миг, я почувствовал легкое движение. Артем проснулся. Он потянулся, зевнул и окинул нас обоих внимательным взглядом.

– Идите отдыхать! И остальным сообщи. – распорядился он. – Но сначала разбудите кого-нибудь на смену остальным разведчикам.

Я кивнул и медленно стал подыматься. А вот Вал предпочел задремать там же где и сидел до этого.

А уже через полчаса, разбудив смену, я уже спал, завернувшись в походный, теплый плащ.

***

Ника.

Утро встретило меня легким недомоганием.

На мгновение возникло пугающее предчувствие – не стошнит ли меня сейчас? Но дурные позывы отступили, состояние стабилизировалось, и я решила не тревожить Артема напрасными волнениями. Да и к тому же, все неприятные ощущения быстро прошли. После легкого завтрака я снова ощутила прилив сил, готовая к новым свершениям.

Возможно, – мелькнула полная надежд мысль, – это просто следствие вчерашнего бурного дня.

После скромного завтрака мы снова двинулись в путь. По плану, через каких-то полтора часа мы должны были достичь второй полноводной реки. Преодолев ее, до наступления сумерек мы рассчитывали выйти к тому обширному открытому пространству, которое нам предстояло пересечь.

Идти по этой части леса оказалось на удивление легко. Это место, как оказалось, облюбовали кабаны, оставив после себя множество широких, удобных троп. Одного из таких зверей, матерого секача, мы повстречали примерно через полчаса нашей пешей прогулки. Разведчики своевременно предупредили нас, и мы, послушно и дисциплинированно, уступили дорогу хозяину леса. Совершенно не удостоив нас даже взглядом, он прошествовал мимо с видом победителя. Трудно спорить, зверь был великолепен! Настоящий властелин лесных троп. К слову, он шел не один, а в сопровождении свиньи и поросят.

Когда тропа вновь опустела, мы продолжили путь и уже через сорок минут достигли реки. В отличие от той, что осталась позади, за топями, здесь течение было куда более стремительным. Однако, ширина реки составляла всего десять метров, а с обеих сторон к воде вели удобные песчаные спуски. Мы немедля приступили к подготовке переправы…

Как и в прошлый раз, первыми на тот берег отправились разведчики и Милан. Последнего мой муж умоляюще просил не искать себе лишних приключений. Сама переправа на этот раз прошла куда спокойнее, организованнее и, к счастью, без происшествий.

Переправа заняла меньше времени, чем я опасалась. Я стояла на берегу, ощущая, как свежий речной воздух наполняет легкие. До обеда было ещё два часа и поэтому, было решено привала не делать. А перед тем как дальше двинулись в путь Артем подошел и обнял меня за плечи.

– Ты как?» – спросил он, взглядом скользя по моему лицу.

– Все хорошо, – улыбнулась я, все еще ощущая легкую слабость, но уже не тревожившую меня. – Просто устала немного.

Мы продолжили путь, направляясь к краю леса.

Два часа пути и привал... на котором мы все плотно пообедали и даже на небольшом костре вскипятили воду, чтобы каждый выпил по горячей кружке травяного, укрепляющего отвара. Артем настоял, сказав, что лишним никому не будет.

После обеда, снова в дорогу, а уже ещё через час, впереди медленно открывалось огромное, бескрайнее пространство. Зеленая равнина, уходящая за горизонт, была усыпана цветами, создавая впечатление живописного ковра. Тишина, нарушаемая лишь пением птиц и шелестом ветра, окутывала это место покоем.

– Вот мы и у цели, – прошептал Артем, и в его голосе слышалось удовлетворение. – Привал до вечера... – сообщил он. – Кто хочет может поспать...

***

Шери.

Затаившись в густой чаще, на самой кромке лесного массива, я вглядываюсь в бескрайний простор поля. Там, в пяти километрах внизу, в ложбине, проступают очертания руин покинутой крестьянской деревни. Очевидно, местечко было зажиточное: большинство домов сложены из камня, крепко, на века. И пусть расстояние немалое, но, вооружившись небольшой подзорной трубой, я могу разглядеть многое в мельчайших деталях. Разрушения, конечно, видны, но все они – дело времени, а не битва с демонами.

Скорее всего, крестьяне оставили свои дома еще до того, как армия рогатых приблизилась… или же, просто, встретила их без сопротивления. Хотя, это сомнительно! Крестьяне, бывает, инертны, ропотливо сносят беды, но даже они вряд ли станут безвольно ждать, пока их всех перебьют или угонят в рабство.

Подле меня, у могучего ствола дерева, безмятежно прикорнула Ками. Глядя на нее, невольно охватывает легкая зависть. Ее, казалось, невозможно вывести из равновесия. В любой передряге моя подруга сохраняла ледяное спокойствие и невозмутимость.

Я вновь возвращаюсь к наблюдению за деревней. Это куда увлекательнее, чем разглядывать совершенно бесстрастную подругу. Меня по-прежнему терзает вопрос: что сталось с обитателями той деревни, и остался ли хоть кто-то из них в живых?

Постепенно мой взгляд перемещается на раскинувшееся перед нами поле. На первый взгляд, оно казалось совершенно безмятежным, пустынным, не тронутым ни одной живой душой.

Небо, залитое предзакатным золотом, манило взглядом. Солнце, словно усталый странник, уже клонилось к горизонту, обещая ночь через час-полтора. А значит, наш путь продолжится, когда последний луч солнца погаснет.

Внезапно, словно пробудившись от долгого сна, Ками распахнула глаза. Встретив мой взгляд, она тихо спросила:

– Хочешь немного передохнуть?

Я, едва поразмыслив, кивнула. Действительно, лёгкая усталость уже давала о себе знать.

– Отлично! – как всегда невозмутимая Ками хлопнула по своим коленям. – Приляг сюда.

Просить дважды меня не пришлось. Съёжившись, я уложила свой плащ ей на колени и тут же пристроилась.

– Разбуди, если что, – шепнула я на всякий случай. Но ответа не последовало. Ками, застыв, смотрела куда-то вдаль, словно пытаясь разглядеть там нечто сокровенное. Минут десять я просто лежала, впитывая спокойствие её личико, и, к своему полнейшему удивлению, утонула в объятиях сна.

***

Артем.

Снова ночь милостиво укрыла нас своим покровом. Если вчера небеса, большую часть времени, украшала полная луна, то ныне она с самого начала пути скрылась за плотной завесой облаков, лишь тусклый её свет пробивался сквозь пелену.

Но нам, скрывающимся от посторонних глаз, такое сумрачное укрытие было даже на руку. Собравшись у кромки леса, мы, словно змея, растянувшаяся в три группы, двинулись через открытое пространство поля.

Поле, в отличие от дремучей чаще, облегчало наш ночной путь. И пусть трава местами достигала уровня груди, густая и колышущаяся, идти по ней было куда легче, не таясь от внезапной ветки, что подкарауливала наши глаза в полной темноте леса.

Когда-то здесь, несомненно, пролегали тропы и дороги, но теперь их стёр беспощадный бурьян, не оставив и намёка. Земли эти, по известным причинам, давно забыты людьми, и теперь здесь царила дикая, неукротимая растительность. И если что-то и тревожило меня, так это невозможность быть замеченными… Тревожила мысль о том, какой разительный след мы оставляем за собой – след, что утром будет кричать о нашем пути, след, который невозможно скрыть. Здесь даже магия земли была бессильна, не в силах поднять примятую сотней ног траву. Оставалось лишь уповать, что в ближайшие дни здесь не появится кто-то слишком уж зоркий и дотошный.

И хоть продираться сквозь траву было легче, чем через тернии леса, путь занял около трёх часов, без единой остановки на передышку. Лишь укрывшись в глубине леса, метров на сто от околицы поля, я скомандовал привал до самого утра.

Сон обходил меня стороной, и потому, вместе с теми, кто, как и я, бодрствовал, заступил на первую смену дозора. Присев у своей жёны, я накинул на Нику свой походный плащ, словно оберегая её от ночной прохлады. хоть она и не жаловалась, я видел, как дальняя дорога вытянула из неё силы. Девушка она у меня сильная, с упрямым сердцем, но не железная. И, конечно, измотана.

Пользуясь её сном, я возложил на неё общеукрепляющее исцеление. Надеясь, что утреннее солнце встретит её бодрой, а не разбитой. Ещё мгновение полюбовавшись спящим лицом супруги, я откинулся на спину, прислонившись к стволу дерева, и медленно окинул взглядом наш утихший лагерь.

Ночной лес дышал тишиной, нарушаемой лишь шелестом листвы и редкими вскриками ночных птиц. Где-то вдалеке, неумолчно, журчал ручей, вторя спокойствию этого места. Сторожевые, рассевшись в полной темноте, по всему лагерю, приглушенными голосами разговаривали между собою, таким образом отгоняя от себя дрему. Вокруг царил невидимый, но ощутимый покой, окутывающий нас, словно материнское одеяло.

Мои мысли, как и всегда, вернулись к нашим целям. Каждое наше движение, каждый шаг – всё просчитано. Мы не имели права на ошибку. На кону стояло слишком многое, и от нашего успеха зависела судьба многих. Усталость, казалось, отступила перед этой мыслью, давая силы двигаться дальше, несмотря ни на что.

Уже утром, наши отряды разделятся.

Мой отряд уйдет к поселению темных эльфов, в надежде заключить с ними мир. Тут вся надежда на Дейка. На его авторитет среди сородичей, темных эльфов. И на то, что я все же не ошибся в его оценки. А то получится, зря я тогда его не добил. Отряд же, под командованием Рона уйдет к лагерю (тюрьма или интерна) где содержали молодых суккубов, в надежде тех оттуда спасти. По плану, Рон будет действовать без оглядки на нас. Ну а мы, если наши переговоры удастся уйдем в другую сторону, так как возвращаться к месту откуда начался наш путь по землям демонов, глупо и опасно. Наверняка следом за отрядом Рона демоны организуют преследования. Так что это не нам, а ему, предстоит труднее всего. Ведь если спасение удастся, но им не удастся провернуть все быстро и бесшумно, то им по любому не избежать погони.

Я вздохнул, отгоняя тревожные мысли попытался переключится на что-то другое.

Ночь продолжала свой безмолвный ход. Я наблюдал за нашим спящим лагерем, за тем, как тени танцуют под тусклым светом пробивающихся сквозь облака звезд. Воздух был наполнен ароматами влажной земли и хвои, а тишина леса казалась почти осязаемой. Каждый шорох, каждый треск ветки под лапой лесного зверька отдавался в напряженном слухе. Мы были далеко от привычного мира, в землях, где правила дикая природа, и где каждая ошибка могла стать фатальной.

Я снова посмотрел на Нику. Её дыхание было ровным, и это меня успокаивало.

Но стоило мне только снова откинутся назад, как тревожные мыли о предстоящем, вновь вернулись ко мне, словно вышли из-за угла, где терпеливо ждали момента, когда я слегка утрачу бдительности. Судьба наших дальнейших действий зависела от успеха переговоров с темными эльфами, от авторитета и лояльности Дейка, от его умения найти общий язык с теми, кого он считал своими. Если же мир не будет заключен, то наш дальнейший путь станет еще более непредсказуемым.

Но, что не говори, меня больше всего беспокоило то, что предстояло сделать Рону. Его отряду придется действовали изолированно, без возможности получить помощь, и любая задержка или обнаружение означали бы неминуемую погоню. Демоны, наверняка, предпримут все, чтобы вернуть сбежавших, и Рон с его отрядом окажутся в самом эпицентре опасности. Так что, у него вообще не было права на ошибку.

Рядом зашевелился, приподнялся один из бойцов. Привстал, огляделся и найдя меня взглядом, тихо произнес:

– Меняемся командир!

Я коротко кивнул и лег подле Ники, слегка прижав её к своему телу.

Мне тоже нужно было отдохнуть...

Тишина вновь окутала лагерь, лишь звуки леса напоминали о том, что мы не одни в этом мире. Вскоре я почувствовал, как ко мне начала подступать дремота. Видимо усталость прошедшего дня, все же взяла свое. Но какое бы ни было причина, я с благодарностью принял его, прижавшись к теплому боку жены.

И все же, я полностью не уснул. Так и провел несколько часов в состояние полу сна. Вроде бы, как бы, расслабился и почти уснул, но сознание продолжала фиксировать окружающую обстановку и все подмечать.