Текст книги ""Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

Глава-6

***

Гоблины разместились на отдых на небольшой площадке прямо возле тропы, по которой они шли. Пленники внешне выглядели вполне сносно. Их разместили чуть в стороне, под охраной троих мелких гоблинов. Правда, мужчину, эдакого здоровенного парня, связанного держали отдельно от женщины с ребёнком, который был мальчиком лет пяти. Он испуганно прижимался к матери и заметно дрожал, скорее всего, сильно напуганный. Но при этом им никто не мешал быть вместе.

А вот остальные же гоблины соизволили жрать!

– Твари! – тихо произнёс Рон, с ненавистью глядя на гоблинов. – Человечину едят, – пояснил он.

Странно, но меня даже не передёрнуло от осознания данного факта. Я вообще ничего при этом не почувствовал. Никаких эмоций, что даже мне самому показалось странным. Я просто через прицел арбалета рассматривал гоблинов, прикидывая, с кого из них лучше всего начать. Хотя тут и думать особо было нечего. Разумеется, в приоритете стрелки и шаман. Рон сразу указал мне на них, сказав, что только у меня есть арбалет, и я могу быстро с ними справиться. Хобгоблин, хоть и огромная и сильная тварь, из-за своих размеров был менее опасен для опытного воина, кем был демоноид, вызвавшийся его завалить. А вот мелкие гоблины, наоборот, для нас представляли наивысшую опасность.

Почему так? Да потому, что они были мелкие и юркие. Если хоть один из них сумеет от нас убежать и сообщить своим, вот тогда проблем нам точно не избежать. Поэтому Слав и Вал, как наиболее опытные в искусстве разведки и скрытого передвижения из нас четверых, взялись подобраться к этим гоблинам как можно ближе и атаковать сразу, как только я начну уменьшать количество стрелков-гоблинов.

В общем, начинать представление было доверено мне. Чему я был очень «рад», в переносном смысле, конечно. Мелкая Ника тоже желала поучаствовать, обещая помочь нам своей магией, но получила решительно «нет» сразу от всех нас. После чего обиженно надулась и осталась за нашими спинами – следить за тылом.

Вскинув арбалет к плечу, я взял на мушку шамана, но в последний миг у меня появилась некая идея… Я бы сказал, безумная идея. Поэтому своей первой целью я выбрал одного из стрелков-гоблинов. Выждав условленное время, я мягко нажал на спуск, посылая болт прямо в голову гоблину. Основная причина, почему я выбрал именно его, была в том, что он стоял позади всех и на какое-то время выпадал из поля зрения своих сородичей. И поэтому, когда тот резко, с торчащим из глаза болтом, упал на спину, у меня в запасе оказалась почти секунда, чтобы успеть перезарядиться и снова прицелиться. Только после этого заверещал один из гоблинов, вскочив со своего места, где он соизволил трапезничать.

Я снова выстрелил, выбивая второго стрелка, попав на этот раз в шею. Тут же, следуя своей безумной идее, резко поднялся, продемонстрировав всем своё местонахождение. Оставшийся стрелок и шаман тут же переключились на меня. Да и как им игнорировать меня, если мои друзья-напарники пока ещё никак себя не проявили, слегка запаздывая? Хотя, возможно, это просто я начал свою часть работы чуть раньше.

И в третий раз я сумел выстрелить первым, подстрелив последнего стрелка. Шаман, дочитав своё заклинание, стукнул посохом о землю и атаковал меня… Ну, давайте обзовём это заклинание «каменной пулей», так оно лучше всех соответствует этому действию. Только, как и в случае с огненной магией там, в подземелье старого храма, направленная на меня магическая атака пропала! Реально пропала, испарилась где-то в паре шагов от меня (и на этот раз без всяких спецэффектов), но зато я почувствовал, как пополнился мой магический арсенал.

Снова это непривычное чувство, словно у меня внезапно появился самый что ни на есть настоящий игровой инвентарь, и я мог «видеть» всё, что в нём находилось.

На гоблинов с трёх сторон налетели мои товарищи, и стало совсем весело. Только всё это веселье закончилось довольно быстро, где-то меньше чем через пару десятков секунд с момента моего первого выстрела.

И да, шамана я всё-таки подстрелил, хотя с ним и пришлось чутка повозиться. Просто тот гоблин оказался сообразительным и, вместо того, чтобы оказать помощь своим сородичам, попытался банально сбежать. Когда тот, забыв про свою магию, навострил лыжи прочь, я его и подстрелил прямо в затылок. Он ещё так интересно подскочил, после чего кубарем покатился по тропе.

С пятёркой мелких гоблинов разобрались, как и предполагалось, два брата. Как и ожидалось, те также попытались дать стрекача, но братья, действуя слаженно и умело, не позволили им этого сделать. Оба зарубили по двое гоблинов, а пятого своим последним болтом снова подстрелил я.

А вот хобгоблин бежать и не пытался. Огромным молотом он собирался расправиться с Роном, но тот оказался проворным и легко уходил от всех его атак, а в конце нанёс всего один удар в грудь гоблину-мутанту, и всё тут же закончилось.

Как я уже сказал, сам бой длился сравнительно недолго, и поэтому недавние пленники только после того, как всё закончилось, смогли наконец понять, что произошло. Состояния подавленности и страха тут же сменилось надеждой и радостью.

– Люди! – тихо выдохнула женщина. – Здесь, в таком ужасном месте? – И тут же спохватилась. – Мой муж! – воскликнула она. – Помогите ему. – И не дожидаясь ответа, подхватила ребёнка и бросилась к связанному парню, безрезультатно попытавшись ослабить его путы.

– Подожди, глупая, не так. Ты его так не освободишь, – оттеснив женщину и достав свой нож, сказал Вал. Нагнувшись, он начал резать верёвки, пока те не поддались и парень наконец-то не смог сам встать и обнять жену и сына.

– Уже всё? – Из-за моей спины выглянула эта бедовая девчонка, дочка герцога, которая всё время отиралась неподалёку за моей спиной. И дальше, не дожидаясь моего ответа, бросилась к остальным.

Мне оставалось только приглушённо выругаться и, подобрав свой рюкзак, последовать за ней.

Первым делом я подошёл к парню. Всё же, хоть я и не закончил своё образование, но я учился на врача, и поэтому мне сразу бросились в глаза его посиневшие от нарушения тока крови запястья. После первичного осмотра я пришёл к выводу, что ничего необратимо-страшного не произошло. Очень быстро кровообращение должно нормализоваться, и синева сойдёт. А вот для того, что помочь ему это сделать быстро… Я задумался, перебирая в памяти медицинские препараты, что были с собой, и тут вспомнил про мазь. Это не была какая-то там специальная мазь, которую можно было купить в аптеке и которую бы производили для нужд армии. Эта мазь была собственного изготовления, сделанная из подручных ингредиентов по рецепту, что некогда дала мне одна деревенская бабулька, которая, по сути, являлась знахаркой и лечила всю свою деревню, так как у них, в их глуши, не было даже медицинского поста. Так вот, эта мазь имела резкий и неприятный запах, но обладала удивительным эффектом. Она снимала воспаление, боль в мышцах и суставах и ещё хорошо помогала при гематомах. В общем, подумав, что от этого хуже точно не станет, дал парню флакончик с этой чудо-мазью, велев втереть её в места посинения кожи. И пока тот послушно выполнял мои указания, обошёл убитых мной гоблинов и собрал все болты. Нечего было разбазаривать свой и без того небогатый запас, так как ещё было не ясно, когда мне удастся пополнить растраченные стрелы. Те же взрывные возможности заполучить у меня совсем не было.

Затем вместе с остальными «прибрались» за собой, убрав с тропы все следы произошедшего боя. Нельзя было допустить, чтобы даже случайно кто-нибудь из приспешников демонов обнаружил убитых монстров и организовал за нами погоню. Но вот молот хобгоблина, которым тот махал, оклемавшийся парень, бывший пленник гоблинов, забрал себе. Он довольно легко смог поднять тяжёлый молот на длинной ручке и, чуть помахав ею, удовлетворённо кивнул.

– Зачем тебе эта оглобля? – удивлённо глянул на того Вал. – Возьми нормальный меч.

На что парень смущённо качнул головой:

– Я кузнец. Мечом махать не обучен, а вот молотом – это запросто, – признался он, и так мы узнали, что он был не воином, а кузнецом.

Парень, вернее, уже взрослый мужик был на семь лет старше меня (двадцать девять лет) и звали его Юлиан. Женщине, а её вполне можно было пока называть девушкой, было как мне – двадцать два года, – и она была женой Юлиана. Её звали Талия. Их сынишке было пять лет, и он носил имя Мил.

Они попали в плен гоблинам, когда возвращались в свою деревню от гостей из соседней деревни, где навещали маму Талии. Откуда во всегда безопасных землях, расположенных южнее Восточного Предела, появились гоблины, они не знали. Но те как-то туда (минуя все пограничные посты, что располагались в горах) всё же попали. Увы, после пленения Юлиана и остальных их вели через горы с завязанными глазами, и поэтому он не мог рассказать, каким путём они шли. Повязки с их глаз сняли уже здесь, по эту сторону гор, на землях, что принадлежали демонам. Единственное, что он смог нам сообщить интересного, так это про то, что дорога, по которой их вели, была прямой и ровной, и было непохоже, что она вела через горы, и ещё там были ступени. Это он точно запомнил, так как подымались по ним довольно долго.

Услышав о таком, Рон задумался, а потом предположил, что, скорее всего, их вели по одному из древних горных проходов, что остались от «горных карликов», ио котором им, к сожалению, ничего неизвестно.

– Всё! – решительно произнёс демоноид, давая понять, что привал окончен. – Если хотим выжить в этих землях, то нам отсюда уже пора убираться.

Что же, с ним никто не спорил. И поэтому мы снова шли по тропе друг за дружкой.

Первым, на некотором расстояние от всех, – Слав, за ним – его брат. Потом я и сразу за мной – Ника и Талия, которые шли вместе. Юлиан, держа Мила на руках, шёл следом за ними, и завершал нашу процессию Рон, который постоянно оглядывался назад, словно ожидая увидеть погоню. Но, слава богам и той же Шутнице, пока ничего такого не было.

Вскоре мы сошли с той тропы, по которой до этого шли, на менее заметную и куда более узкую, по которой можно было идти только по одному. Она поначалу поднималась, но уже метров через триста подъём перешёл в резкий спуск. Но потом спуск снова изменился на подъём, и такими горками мы шли дальше ещё где-то километров пять, пока Слав не объявил о привале. И этот привал был сделан ради бывших пленников, которые были сильно измотаны. Но, помимо усталости, те были также и очень голодны, особенно мальчик. Ведь все эти дни нахождения в плену их не разу не кормили. Вернее, им предлагали мясо, но вот только чьё это было мясо… Об этом лучше не рассказывать. Поэтому несколько дней они совершенно ничего не ели и пили мало воды.

Пришлось мне вытряхивать из рюкзака все свои запасы и организовывать им небольшой перекус. Только мальчику я отдал единственную шоколадку, которую он сначала с недоверием попробовал, а распробовав вкус, умял всё за обе щёки.

В общем, после этого привала запасов еды у меня остались крохи, которых и одному человеку не хватит. Зато после отдыха, когда мы снова тронулись в путь, мы вскоре натолкнулись на родник, из которого все смогли нормально напиться. Я даже набрал фляжку воды, про запас. Правда, учитывая, сколько нас было, одной фляжки нам бы хватило только на один раз, и то по пару глотков. Но лучше так, чем вообще никак.

И всё-таки наш темп передвижения сильно упал. Теперь мы шли раза в два медленнее, и всё из-за наших новеньких. Вал, который и задавал темп передвижения, судя по всему, специально нас так вёл, видя измотанное состояние бывших пленников. Если Юлиан ещё был ничего и, благодаря своей природной силе и закалке кузница, был способен выдержать и куда больший темп передвижения, то его жена шла только на одном упрямстве, силе воли и помощи со стороны Ники.

В какой-то миг Рон даже забрал у Юлиана сына и, кивнув тому на жену, тихо произнёс:

– Понеси её хоть немножко. Пусть отдохнёт.

Тот, кивнув, так и поступил, чуть ли не силком усадил жену себе на спину и так её нёс километров пять, давая возможность чуть оклематься.

Нам всё же пришлось встать на ночлег, хотя до темноты было ещё несколько часов.

Слав привёл нас в небольшую пещерку, которую с тропы и увидеть было сложно, так как её загораживал разросшийся колючий куст. Так что, скорее всего, он знал об этом месте заранее. Что в принципе он и подтвердил чуть позже, сообщив нам, что они ещё в прошлый свой разведывательный рейд обнаружили эту пещерку и даже ночевали в ней.

Сама же пещера была не глубокой, всего каких-то десять метров в глубину, но нам и этого было достаточно.

Я и Вал натаскали хвороста для костра, набрав его подальше от нашего укрытия. После чего Рон запалил небольшой костерок и поставил вариться котелок с водой, куда он побросал все те крохи, что остались с нашего обеда: полбанки тушёнки и один «бомж-пакет», как я называл пакет с лапшой быстрого приготовления, – это всё, что у нас осталось. Можно сказать, с водой нам снова повезло: очередной источник находился от нас совершенно неподалёку, всего в паре сотен метров.

Пока еда готовилась, Слав и Рон ушли на разведку и вернулись не с пустыми только через час, когда все уже поели. Слав принёс каких-то кислых ягод, от которых вязло во рту и появилась неприятная тяжесть в животе вместе с чувством некоторого насыщения, что уже само по себе было неплохо. А Рон притащил с собой мелкую птаху, которую тут же общипали, распотрошили и сунули в угли запекаться, предварительно завернув в какие-то листья наподобие лопуховых.

Принесённая ими информация внушала одновременно оптимизм и насторожённость. Оптимизм заключался в том, что нас, судя по всему, никто не преследовал. По крайней мере Рон, пройдя с пару километров назад, не заметил ничего подозрительного. Насторожённость была вызвана тем, что Слав, обследуя наш завтрашний путь, обнаружил на тропе следы, которые были оставлены, как он сказал, прошедшем здесь крупным отрядом гоблинов.

– Есть опасность, что мы с ними здесь можем снова столкнуться. Тропы узкие, и, если те вдруг попадутся нам на встречу, нам с ними не разминуться, – с сожалением произнёс он. – Поэтому только и остаётся, что надеяться на чудо.

Позже, в разговоре с глазу на глаз, он признался, что именно вот такая незапланированная и внезапная встреча на узкой тропе и погубила большую часть их тогдашнего разведывательного отряда. А ведь в нём было десять опытных и обученных разведчиков.

– В любом случае нам всем нужно как следует отдохнуть. Завтра нам предстоит очень много пройти, – подытожил этот разговор Рон

***

Ника…

Те слова Артёма про то, что наше желание кого-то спасти может обернуться против нас самих, и что мы не только не поможем тем, кому хотим помочь, но и навредим самим себе, почему-то никак не выходили из моей головы. Нет, я не жалела о своём решении спасти Талию, её мужа и сына, но даже я понимала, что это наше решение в итоге нас сильно замедлило. Да и с едой у нас были явные проблемы. До этого мы ели только те скудные запасы провизии, что хранились в рюкзаке у Артёма и которые только что совсем закончились. А ведь нам в дороге находиться ещё не один день. Так что провиант также был огромной проблемой для нас и наших желудков. Мелкая птаха, что притащил Рон, была просто удачей, как он сам признался. Он при виде птички метнул в неё камень и, неожиданно для самого себя, попал в неё. Её мы, конечно, тут же зажарили, но решили отложить её на утро, чтобы было хоть чем-то подкрепиться перед завтрашней дорогой.

Артём сидел от меня чуть в стороне и разбирал свой огромный рюкзак – проводил, как он сам сказал, ревизию содержимого. Вещей в нём было не то чтобы очень много, но предостаточно. Медицинская сумка, как я уже узнала – с лекарствами из другого мира, где большую её часть составляли перевязочные медицинские средства, обезболивающие и другие лекарства, необходимые для оказания первой медицинской помощи раненым на поле боя. К слову, содержимое его медсумки наводило меня на определённые размышления о роде его занятий. Но пока я свои вопросы приберегла на другой раз.

Помимо медицинской сумки, там лежал запас стрел к его арбалету, который своей конструкцией заинтересовал всех. Тот же Слав высказался в духе, что отрядам разведчиков вот такие арбалеты пришлись бы в самый раз, и очень долго после этого его разглядывал и изучал. Особенно его заинтересовал механизм перезарядки.

Ещё там лежала интересная и незнакомая штука, которую Артём назвал пневматическим пистолетом, назвав его бесполезной игрушкой, но, что самое характерное, выбрасывать его не стал, а бережно убрал на самое дно рюкзака. Кое-какая одежда из разряда нижнего белья, запакованная в прозрачный и плотный, неизвестный мне материал, меня, конечно, заинтересовала, но… Незачем себе ничего такого воображать. Не особо я горю желанием разглядывать мужское нижнее белье, даже если оно из другого мира. Меня, если что, заинтересовало не оно, а именно защитный материал, который, по словам Артёма, сохранял чистую одежду от загрязнения. А вот непонятная прямоугольная коробочка, которую тот назвал смартфоном, меня в тот момент даже не заинтересовала совсем, так как не увидела я в ней ничего интересного. Да и он не стал объяснять мне, что это такое, а сразу убрал также на самое дно своего тактического рюкзака. Что меня действительно заинтересовало – настолько, что я даже захотела ЭТО попробовать, – это гигиенические средства: шампунь, мыло, крема для рук и лица. Это было то, о чём я сейчас мечтала больше всего! Принять ванну и смыть себя всю эту грязь. Видя мой интерес, он протянул мне пакет с влажными, приятно пахнущими салфетками, объяснив мне, для чего они и как ими следует пользоваться.

Каюсь, проявила несдержанность – буквально сразу же вырвала эти салфетки у него из рук и испытала их, протерев свои ладони.

– Девчонка, – беззлобно, с доброй усмешкой пробормотал Артём, но я на него даже внимания не обратила, а с удвоенным энтузиазмом обтёрла свои открытые части рук и лицо. А потом ещё жене Юлиана, которая проявила интерес, дала попробовать. В общем, в итоге мы обе остались восторге. И правда говорят, как мало нужно человеку для того, что почувствовать себя счастливым!

(кузнец)

Глава-7

***

Артём…

– Сволочь! – От удара узкой женской ладошки моя голова развернулась вправо.

– Козёл! – Ещё одна хлёсткая пощёчина, и теперь поворот головы влево. А ведь я даже защититься не мог, так как находился в состоянии немоты и полной обездвиженности. Я даже не видел своей мучительницы, так как был в некой густо-молочной туманной среде, и эти удары на меня сыпались словно из неоткуда. И хоть я не мог видеть ту, что меня с таким остервенением лупила, зато я ясно мог ощущать своими щеками её нешуточный гнев.

Кто это? Ну, думаю, легко догадаться, что это та самая богиня с мерзким чувством юмора, за что и получила своё прозвище.

– Мужлан! – И новая пощёчина с новым поворотом головы. – Гад!..

К слову, в её словарном запасе хватало и обычных матерных слов, которых я здесь приводить не стану, ограничившись самыми безобидными. Но вот способ моего межвидового размножения с некой гусеницей-переростком даже меня — человека, который на своём веку услышал много крепких выражений с огромным количеством вариантов размножения и совокупления со всевозможным вещами, можно так сказать, искушённого — заинтересовало. Мог бы я говорить в этот момент, обязательно попросил бы повторить тот занимательный оборот в подробностях и без спешки, чтобы я мог запомнить и при случае использовать.

Спросите, что со мной произошло и куда я попал? Да мне и самому хотелось бы это понять… Я просто уснул сразу после окончания своего часа дежурить у входа в пещеру, когда меня и Слава сменили Рон и Вал, и почему-то попал сюда, в этот непроглядный туман, где меня тут же начали избивать. А из-за того, что я не мог пошевелиться или вымолвить хоть слово, я даже оправдаться или возмутиться был не в состоянии.

Ну, наконец-то Шутнице надоело меня лупить по лицу, и она уже спокойно произнесла:

– Будем считать, как там у вас говорится… – лёгкая заминка, – это было последнее китайское предупреждение. Так что, если продолжишь меня оскорблять или поносить, называя теми мерзкими словами, ты у меня горько пожалеешь. Ладно, – продолжила она свой односторонний монолог, учитывая тот факт, что я по-прежнему не мог вымолвить ни слова. – Есть тебе, что сказать в ответ?

Я молчал…

– То есть извинятся не будешь? – Опасность в её голосе.

Я снова молчал, так как моё онемение никуда не делось. И тут она, похоже, сообразила, в чём дело, так как её тон сразу стал несколько смущённым:

– Ах да… забыла!

Щелчок пальцами, и я почувствовал, что онемение с моего горла пропало.

– Надеюсь, полегчало? – пробормотал я, совершенно не чувствуя никакой злости по отношению к этой богине. – Ну извини, – решил не обострять наши с ней непростые отношения. – Ты себя на моё место поставь. Нас чуть всех не прибили в том месте. Сначала эти долбанутые в доску и упоротые сектанты, что попытались призвать в тот мир какую-то тварь. Затем толпа бесов и вдобавок к ним целый огр – настоящий ходячий танк. Да ещё девчонка чуть копыта свои не отбросила… Хотел бы я поглядеть на того, кто в этой ситуации остался бы спокойным. Так что ещё раз прости, – но тут же слегка высказал своё неудовольствие, – но ты бы могла и предупредить меня о том, что меня там ждёт.

– Что, – хмыкнула та, – попросил бы пулемёт и парочку гранатомётов?

Ага! – удовлетворённо подумал я. – Значит, она все же следит за нами и слышала о том моём желании…

– Да было бы неплохо, – осторожно заметил я, подумав, что даже сейчас они были бы мне не лишними.

– Не получится, – тут же обломала мои желания Шутница. – Нельзя дополнительно и специально принести в мир то, что ему не принадлежит.

– А что насчёт всего того, что уже со мной? – уточнил я с лёгкой насторожённостью.

– Это всё попало к нам уже вместе с тобой, – пояснила она. – Если бы в тот момент у тебя был бы твой пулемёт, то ты бы смог его с собой пронести.

Знал бы, что так получится, забрал бы тогда у ментов всё их оружие, – с запоздалым сожалением подумал я, вспомнив инцидент на дороге.

– Ладно, – просто сказал я. – На нет и суда нет… А что насчёт всех тех даров, что ты мне напихала… – и тут же попытался исправиться, – вернее, надавала? Почему я их так странно ощущаю? К примеру, тот «перехват магии». Какая-то нереальность… – начал было я и замолчал, не зная, как объяснить те мои ощущения. Почему мне этот сбор магических атак, направленных на меня, больше всего напоминает инвентарь из какой-нибудь игры? Я до сих пор чувствовал магию шамана-гоблина и мог по щелчку пальцев её использовать.

– Ну а что ты хотел. – Богиню я не мог видеть в этом тумане, но мне показалось, что сейчас она пожимает плечами. – Я сделала так, чтобы ты мог без проблем этим пользоваться. Отсюда у тебя все те ощущения, схожие с вашими играми.

– Понятно, – кивнул я, вспомнив, как было с трофейной секирой в момент, когда я взял её в руки. Тогда у меня в голове появились подробные характеристики данного оружия. – Возможно, так и вправду будет лучше, – подумав, согласился я. – А что насчёт всего остального? Какой-нибудь ещё магией я владею?

– Как я уже сказала, ты владеешь навыком усиления, который позволяет тебе в разы увеличивать все полученные тобой знания и умения. Это, на мой взгляд, уже немало, – заметила Шутница. – Любой другой человек уже такому подарку будет безгранично рад, а тебе всё мало. – Лёгкое осуждение в голосе. – И да, ты владеешь магией, но тебе обучаться ей придётся с нуля. И твоя магия связана с исцелением и лечением. Другая тебе попросту недоступна,– неожиданно заявила она.

– Ну и на этом спасибо! – сказал я, подумав, что и вправду не стоит сильно наглеть.

– Ах да, чуть не забыла, – внезапно вспомнила Шутница. – Есть ещё кое-что… Ты можешь четыре раза использовать дар, называемый «призыв призрачного союзника». Но помни, только ЧЕТЫРЕ раза, так что думай, прежде чем его использовать.

– Что это за призыв такой? – насторожился я, не ожидая ничего хорошего.

– Поймёшь, когда придёт время… – загадочно произнесла она и добавила: – Всё, теперь уходи. В следующий раз мы встретимся с тобой нескоро, – сказала богиня, и всё пропало, и я внезапно очнулся в пещере…

***

Сидя в углу пещеры, Юлиан вот уже полчаса изучал мой арбалет.

– Так понравился? – осведомился я у него, закончив паковать свои вещи.

Мы ждали только возращения Слава, который полчаса назад вышел осмотреться, прежде чем мы продолжим свой дальнейший и крайне опасный путь.

Кузнец поднял на меня серьёзный взгляд и кивнул.

– Думаю, я бы смог попробовать сделать нечто похожее, – неожиданно заявил он. – Если показать это моему наставнику, то вместе бы у нас получилось воссоздать его и, возможно, даже сделать лучше.

Я скептически усмехнулся, самоуверенно думая, что средневековый мир не способен повторить и создать что-то подобное.

– Ну, для этого нам ещё нужно вернуться, – не стал я расстраивать Юлиана, забирая арбалет, чтобы снарядить его для боя. Кузнец снова серьёзно кивнул, тоже поднялся, поднял свой трофейный молот и слегка им махнул. Было видно, что он был настроен решительно на то, чтобы вернуться домой живым.

Вскоре вернулся Слав, и мы все, дружно встав, потянулись к выходу.

Юлиан усадил себе на спину сына и, пропустив вперёд жену, чтобы постоянно её видеть, вышел из пещеры следом. Следом за ним потянулся и я. Уже на тропе я обогнал семейство кузнеца и пошёл за Валом, который привычно возглавил всю нашу колонну.

Нам сегодня предстояло пройти, по словам Рона, около двадцати километров по горным тропам. Трудная задача, с которой нужно было обязательно справиться. У нас попросту не было другого выхода, если мы хотели выжить и дойти до людских земель.

Глава 4. Охота…

Ника…

Я шла сразу за Артёмом, постоянно глядя на его спину. Но мой взгляд то и дело смещался на собственную левую ладонь, на которой теперь красовалась метка богини. Правда, сейчас она была прикрыта чёрной кожаной перчаткой с обрезанными пальцами, со шнуровкой на тыльной стороне, которая позволяли подогнать перчатку под мою руку. Её мне ещё вчера дал Артём, натянув на свою правую ладонь такую же перчатку. Ну что же, таким образом нам удалось спрятать ту метку, но при этом она никуда не делась. И я то и дело мысленно возвращалась к ней. Метка богини – это не только символ нашей помолвки, одобренной самой богиней. Это ещё и мощный источник магической энергии, некий манонакопитель, который раза в два увеличивает резерв обладателя такой метки. Может быть, именно эта метка в связке с действиями Артёма не позволила мне тогда умереть. А ещё, при необходимости, я смогу вытягивать ману из такой же метки Артёма. Для этого мне просто нужно взять его за руку, а дальше метка сама всё сделает.

Так что, скорее всего, ни о каком обручении речи и не шло. Вот только я понятия не имела, почему богиня стала проявлять ко мне такой повышенный интерес, что даже направила мне телохранителя, воина-целителя из другого мира. Этого мне никто говорить не стал. Артём так вообще отказался говорить на эту тему, заявив, что сейчас неподходящее время для таких разговоров. Я с ним спорить не стала, но вот любопытство никуда не делось. Ну не преподносит Шутница просто так такие дары. Значит, со временем она что-то от меня обязательно потребует взамен.

Артём был явно непривычен к подобным прогулкам по горам. Я усмехнулась, когда он в очередной раз чуть не оступился и поехал на камнях. Но тому удалось сохранить равновесие и снова не упасть. Может быть, в горах он и был новичком, но парнем он был физически крепким и тренированным.

– Вал, стой! – неожиданно произнёс идущий передо мной Артём, скидывая с плеча арбалет. Видя эти его действия, я заметно напряглась и стала вертеть головой в поисках грозящей нам опасности. А тем временем Артём прицелился в сторону невысокого и кривоватого дерева, проросшего рядом с тропой, и нажал на спуск.

Вжик!

И с дерева вспорхнула, но тут же упала, подстреленная стрелой, крупная птаха.

– Отличный выстрел! – подбирая трофей, одобрил Вал. Он извлёк из птичьей тушки стрелу и передал её Артёму, который тут же вернул её в арбалет.

– Ну вот! – добавил Рон. – Теперь у нас есть чем поужинать! Артём, было бы неплохо, если бы ты ещё парочку таких птах подстрелил, – заметил он.

– Постараюсь, но не обещаю, – ответил тот, и мы снова пошли. А чуть позже, на привале, Талия общипала и распотрошила птичку, завернув все потроха и перья в огромный лист, который Рон потом закопал, чтобы не оставлять следы нашего присутствия.

И вот мы снова в пути…

***

Артём…

Всё шло даже слишком уж хорошо, чтобы так и далее оставалось без какого-то там «зашибись», которое обычно появляется откуда ни возьмись. Нет, в тот момент на нас никто внезапно не напал, просто погода резко испортилась. Подул холодный ветер, который нагнал на небо тучи, а потом, как говорится в простонародье, «небо обрушилось на землю». И только в этот миг я ясно осознал, что на самом деле означает это выражение. Это когда с неба падает стена воды, и она течёт у тебя под ногами, спускаясь со склонов бурным и грязным потоком. Когда ноги скользят во всём этом безобразии, и ты сильно рискуешь быть унесённым вниз вместе с этой самой водой. Это когда в последний миг успеваешь схватить подопечную, которую чуть не унесло в неизвестном направление. При этом только чудом не упасть самому. Это когда за тебя хватается Рон, который, в свою очередь, держит жену Юлиана. А сам кузнец, прижимая к себе сынишку одной рукой, другую руку тянет к жене, при этом успев где-то выронить свой молот. В общем, мы все держимся друг за друга. Не для того, чтобы сохранить своё равновесие, а для того, чтобы не потеряться в этой безумной стихии.

– Сюда! – крикнул Слав, каким-то образом все ещё пытающийся выполнять свои обязанности проводника.

Сверкала молния и гремел гром, но мы все ещё могли передвигаться, а наш разведчик и проводник привёл нас к скале, которая не могла нас защитить от потоков воды, но рядом с которой не так сильно бушевал ветер, и где вода не пыталась сбить нас с ног. Мы просто сели под этой скалой и прижались друг к другу, пытаясь хоть таким образом согреться и сохранить остатки тепла. Я чувствовал, как дрожала прижимающаяся ко мне Ника и как стучало её сердце. Нам сейчас всем не до разговоров, и приходилось надеяться только на то, что непогода вскорости пройдёт, и тогда мы сможем найти место, где сможем обогреться и просушиться.