Текст книги ""Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

Соавторы: Вячеслав Белогорский,Елена Крыжановская,Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 341 страниц)

Время шло неумолимо. В восемь я спустился вниз, где меня ждали девушки. Они оделись во все темное – очевидно, готовились к ночной поездке, ну или к трауру. Хотя я настраивался на абсолютно противоположный исход. Все должно пройти нормально.

– Готовы? – спросил я.

– Нет, – честно ответила Алиса. – Но поехали.

Мы вышли из дома и сели в машину. Впереди нас ждала дорога к заброшенным складам на окраине города. Место, где решится судьба Лизаветы, и, возможно, наша собственная.

Я завел двигатель и медленно выехал на дорогу. В зеркале заднего вида отражались окна нашего дома.

Путь до складов занял около получаса. По мере того как мы удалялись от центра города, пейзаж становился все более пустынным. Жилые кварталы сменились промышленной зоной, затем пустырями и заброшенными строениями.

Склады располагались в самом конце промышленного района. Огромные бетонные коробки, когда-то служившие для хранения товаров, теперь судя по всему стояли совершенно пустые.

Я остановил машину примерно в ста метрах от главного здания. Отсюда хорошо просматривалась вся территория, и в то же время мы не были слишком заметны.

– Сидите здесь, – сказал я, заглушив двигатель. – И не высовывайтесь.

– А как же магическая связь? – спросила Лидия.

– Сто пятьдесят метров – это максимальное расстояние. Здесь вы в безопасности.

– Виктор, – Алиса смотрела на меня с нескрываемой тревогой в глазах. – Будь осторожен.

Ироничная улыбка возникла на моем лице. Быть осторожным, а нашей-то ситуации?

– Буду, – соврал я.

Я проверил наушник, убедился, что связь работает. В ухе тихо потрескивало – где-то на позициях уже находились Грим и Фауст.

– Громов, на связи, – тихо сказал я в петличный микрофон.

– Грим. Слышу, – тут же ответил знакомый голос. – Позиция занята.

– Фауст на месте, – добавил второй. – Обстановка спокойная. – Объекты в поле зрения.

Хорошо. Значит, прикрытие есть.

Я вышел из машины и направился к складам. Каждый шаг отдавался эхом в ночной тишине. Луна скрылась за облаками.

Главный вход в складское помещение был приоткрыт. Из щели пробивался тусклый желтый свет. Я остановился в нескольких метрах от двери, напрягая слух.

Тишина.

Я подошел к двери и потянул ее на себя.

Глава 13

Фургон подпрыгивал на разбитой дороге промзоны, воздух внутри пропитался запахом бензина и пыли. В темноте различались три фигуры. За рулем сидел Серега, лицо каменное, без единой эмоции. Рядом дремал Лев, его массивная фигура заполняла пассажирское кресло.

Иван Богун расположился сзади, рядом с бесчувственным телом Лизаветы Романовой. Девушка лежала под брезентом, и от нее доносился аромат дорогих духов. Операция прошла чисто – никакого шума, никаких свидетелей.

Они работали не как уличные бандиты, которые оставляют за собой хаос и панику. Иван с командой действовали расчетливо, хладнокровно, профессионально.

Лизавета была не целью, а средством. Инструментом давления на зарвавшегося коронера. Старший дал четкие указания: Громов – ценный актив, но вышедший из повиновения инструмент превращается в угрозу. Задача Ивана – вернуть его на нужную дорожку.

Непонятно, что случилось с Громовым, но полученная ранее информация не соответствовала действительности. И даже если он, как бы это не звучало, «завязал», то Иван и его команда были обязаны вернуть коронера в строй.

Любыми методами.

Фургон съехал с асфальта на заросшую бурьяном колею и остановился возле ржавого ангара. Серега заглушил двигатель. В наступившей тишине слышался только вой ветра между заброшенными цехами.

– Приехали.

Лев тут же проснулся, моргнул и молча вышел наружу. Иван распахнул задние двери. Лунный свет пробился сквозь тучи, высветив бледное лицо Лизаветы. Девушка все еще находилась без сознания.

Здоровяк поднял ее на руки и направился к входу. Иван взял ее сумочку и свой рюкзак, последовав за напарником.

Внутри царили холод и гулкое эхо. Лев осторожно усадил Лизавету и принялся фиксировать ее руки и ноги пластиковыми стяжками. Иван достал из рюкзака моток скотча и бутылку воды.

Девушка постепенно начинала приходить в себя. Сначала слабо застонала, затем дернула головой. Когда Лев закончил с креплениями, она открыла глаза. Несколько секунд смотрела с непониманием, затем осознала происходящее. Зрачки расширились от ужаса.

Лизавета попыталась закричать, но горло сдавило, и вырвался только хриплый звук.

– Не кричи, – сказал Иван, подходя ближе. Голос отражался от стен, усиливаясь. – Бесполезно. Нас здесь никто не услышит.

Он присел перед ней, заглядывая в глаза.

– Ничего личного, Лизавета. Просто работа. Твой коронер слегка забылся, кто он такой. Нам нужно ему напомнить. А ты – наше напоминание.

Иван аккуратно отмотал кусок скотча и заклеил ей рот. Девушка замычала, в глазах вспыхнули слезы бессильной ярости.

– Вот так лучше, – сказал он, поднимаясь. – Сиди тихо. Скоро все завершится.

Иван посмотрел на часы – девять тридцать. До встречи оставалось полчаса.

– Серега, стань недалеко от меня, чтоб не было видно в тени вон там за ящиками. Лев, займи позицию у дверей. Я остаюсь здесь. Если он попытается что-то отчебучить – бежать ему будет некуда.

Напарники молча кивнули и растворились в темноте.

Иван остался на виду вместе с пленницей. Он сел на ящик в нескольких метрах от стула, достал телефон. Проверил сообщение от Кати – координаты переданы час назад. Все готово.

Теперь ждать. Спокойно, без лишних нервов. Это его профессия, и делал он ее лучше других.

Громов появится. Обязательно появится.

На мгновение внутри Ивана возникло опасение: а что, если он не придет? Что если просто бросит девку на произвол судьбы?

Не-е-ет. Он придет. Иначе и быть не может. Он точно у них на крючке.

А когда придет, они проведут обстоятельную беседу, после которой коронер вновь станет управляемым и предсказуемым.

Именно таким, каким должен быть.

Иван откинулся на ящике и проверил оружие. До начала спектакля оставались считанные минуты.

* * *

Я потянул на себя тяжелую створку. Скрип ржавых петель прозвучал в ночной тишине неправомерно громко. Прежде чем сделать шаг внутрь, я на мгновение застыл в проеме, стоя чуть перед створкой, давая глазам привыкнуть к полумраку.

Сердце билось ровно, но чуть быстрее обычного. Адреналин уже поступал в кровь, обостряя все чувства. Я чувствовал каждый звук, каждое движение воздуха на коже. Не хватало только еще какого-нибудь магического зрения, чтоб видеть в темноте как кот, ну и сверхчеловеческих рефлексов, как у какого-нибудь ведьмака.

– Громов, мы видим четыре объекта, – раздался в наушнике спокойный голос Грима. – Трое мужчин и одна женщина. Женщина – видимо, твоя подчиненная, смею предположить. Возле нее сидит один человек, судя по всему, твой клиент. Справа от дверей, в которые ты заходишь, еще один. Прячется за колонной. Думает, что его не видно. Наивный. И в тени, возле бочек в дальнем левом углу, спрятался третий.

Я едва заметно кивнул, давая понять, что принял информацию. В голове мгновенно выстроилась схема помещения. Трое против одного, но у меня есть поддержка. Шансы не самые плохие.

– Тех, кто прячется, мы держим на контроле, – продолжил Грим. – Твой клиент по центру. Если что, мы подстрахуем.

– Да, – раздался голос Фауста. – Они даже двинуться в твою сторону не успеют, если дернутся резче чем следует.

Судя по всему, эта банда вышла на меня действительно не просто так. Репутация Громова, а теперь уже моя, распространилась на всю округу быстрее чумы, и отсюда я могу сделать вывод: им нужен человек, который будет «решать вопросы».

Мозг, игнорируя учащенный пульс, работал. Я анализировал каждую деталь: расстояния, возможные укрытия, пути отхода. Их ошибка была не в том, что они похитили Лизу. Их ошибка была в том, что они недооценили того, кто придет за ней. Они ждали аристократа-коррупционера, который будет торговаться и изворачиваться.

Хорошо. Дам им то, чего они ожидают. А потом… сюрприз. Козырь в рукаве. Никто из них не знал, что я уже научился включать зрение психеи по собственному желанию. А если я могу его включать, то сблизившись достаточно, смогу навредить.

Но на всякий случай стоило подстраховаться. Я достал телефон, прикрыв его свечение створкой двери, и быстро набрал сообщение Корнею: «СРОЧНО ЭКЗЕКУТОРОВ И ТЕБЯ СЮДА. ГЕОМЕТКА.». Для ускорения процесса я набрал его дважды, подержав вызов, после чего выключил телефон и убрал подальше. Надеюсь, старый друг не подведет.

В полицию звонить было нельзя. А вот инквизиция, где твой друг занимает ранг Мастера – уже кое-что другое.

Я медленно пошел вперед. Мои шаги гулко отдавались от бетонного пола, эхом разлетаясь под высоким потолком. Каждый звук казался усиленным в десять раз. Мужчина на ящике наконец повернулся. Это был он. Тот самый парень из клуба, который предлагал мне отойти «побазарить».

Признаюсь честно – я удивился. Кто бы мог подумать, что какой-то черт из клуба, который фактически говорил со мной как подзаборная гопота, может оказаться таким вот… я не смог подобрать слова. Расчетливым?

Он выглядел спокойным, даже расслабленным. На лице выражение скучающего профессионала, который в сотый раз проводит рутинную процедуру. Но глаза были живыми, внимательными. Глаза хищника, оценивающего добычу.

– Пришел, – констатировал он, а не спросил.

– Я всегда держу слово, – ответил я, останавливаясь в нескольких метрах от него.

Мой взгляд скользнул по связанной фигуре Лизы. Она сидела неподвижно, голова склонена набок. Дышит. Хорошо. Но почему не реагирует на звуки? Снотворное? Или что-то еще?

– Не волнуйся, с ней все в порядке, – словно прочитав мои мысли, сказал Иван. – Просто спит крепким сном. Она недавно была в сознании, но начала дергаться и орать. Представляешь, даже кляп не помог. Пришлось немного успокоить, а иначе она бы не дала нам поговорить. Бойкая бабенка. Но мы не монстры, коронер. Мы бизнесмены.

«Бизнесмены». Как же они все любят это слово. Словно оно смывает с них ответственность за все, что они делают.

– И какой же у вас ко мне бизнес? – спросил я, вкладывая в голос нужную интонацию. Ни страх и ни агрессию – деловой интерес. Именно так бы говорил старый Громов.

– Что, стало вдруг интересно? – спросил он задорно. – А я ведь тебе ранее предлагал. Все могло бы пройти куда быстрее, и без всего этого… – он запнулся, словно подбирал слово. – Фарса.

Мужчина поднялся с ящика. Движения плавные, уверенные. Он был невысок, но в его походке читалась сила и опасность. Но и я был не лыком шит.

– Знаешь, коронер, времена меняются, – начал он, медленно обходя меня по кругу. – Старые схемы больше не работают. Мелкие игроки постепенно исчезают с поля. Их место занимают серьезные люди с серьезными планами.

Я поворачивался вслед за ним, не выпуская из виду ни на секунду. Классический прием – заставить собеседника нервничать, создать ощущение превосходства.

– Мы пришли в этот город надолго, – продолжал он. – Коктебель пал три месяца назад. Судак за месяц. Теперь очередь Феодосии. И знаешь, что самое интересное? Никто даже не заметил, как это произошло. Все тихо, цивилизованно, без лишнего шума.

Он остановился прямо передо мной, заглядывая в глаза.

– Нам нужны свои люди на ключевых постах. Ты – ключевой пост, Громов. Коронер – это тот, кто может сделать любую смерть законной. Несчастный случай на стройке, передозировка в притоне, внезапная остановка сердца у несговорчивого конкурента. Ты же понимаешь, о чем я?

Я кивнул, изображая полное понимание. Внутри все кипело от отвращения, но лицо оставалось спокойным.

– Понимаю. И что я с этого буду иметь?

Глаза Ивана загорелись. Он ждал этого вопроса. Очень ждал. Я прямо слышал, как у него в голове звякнул колокольчик.

– А вот теперь самое интересное, – он потер руки, словно предвкушая удовольствие. – Знаешь, сколько ты сейчас получаешь в месяц? Твоя зарплата плюс все твои взятки и подачки? Пятнадцать тысяч? Двадцать?

Я хмыкнул.

– Почти угадал.

Почти. Но на самом деле и близко не попал.

– А теперь представь: шестьдесят тысяч. Каждый месяц. Стабильно. Плюс премии за особые заслуги. Это не какие-то две-три жалкие тыщи, а как минимум половина от ставки. Сечешь? Плюс социальный пакет – хорошая медицинская страховка, оплачиваемый отпуск за границей, решение любых бытовых проблем.

Он сделал паузу, давая информации усвоиться.

– Более того, – продолжил Иван, – ты перестанешь мельтешить с этими жалкими взятками в несколько сотен. Больше никаких встреч в подворотнях, никаких торгов с мелкими жуликами. Ты станешь частью большой системы. Уважаемым специалистом в серьезной команде!

Мне приходилось признать – он умел продавать. В его словах была логика, привлекательность. Для старого Громова это было бы действительно заманчивое предложение.

– Звучит интересно, – сказал я задумчиво. – А что от меня требуется взамен?

– Лояльность, – просто ответил он. – И профессионализм. Мы не просим тебя делать то, чего ты не умеешь. Просто делай свою работу так как мы скажем и когда мы скажем, и получай за это достойные деньги.

Он присел на край ящика, принимая более расслабленную позу.

– Подумай сам, коронер. Сколько еще ты протянешь на этой системе? Год? Два? Рано или поздно кто-то из твоих клиентов подставит тебя, или власти решат показательно наказать кого-то из коррупционеров. А с нами ты под защитой. У нас уже есть люди везде – в прокуратуре, в полиции, в администрации. В этом городе пока еще нет, но со временем… знаешь, как говорится? Путь длинной в тысячи ли начинается с первого шага. Так вот, мы идем уже очень долго.

Пауза. Он изучал мое лицо, пытаясь понять, насколько его слова находят отклик.

– Плюс к тому, – добавил он с усмешкой, – работать с профессионалами всегда приятнее, чем с дилетантами. Никаких неожиданностей, никаких глупых ошибок. Все четко, по плану, по расписанию.

Я молчал, делая вид, что взвешиваю предложение. На самом деле анализировал каждое его слово. Этот человек был опасен. Умен, расчетлив, хладнокровен, и абсолютно уверен в своем превосходстве.

И если в их группировке работают такие люди, то кто же стоит за всем этим?

– А если я откажусь? – спросил я, играя роль до конца.

Иван пожал плечами.

– Тогда мы найдем другого коронера. Людей много, все хотят хорошо жить. А ты… – он посмотрел на связанную Лизавету, – у тебя появятся проблемы. Серьезные проблемы.

В его голосе не было угрозы. Только констатация факта. И это придавало его словам еще больший вес.

– Но я надеюсь, что до этого не дойдет, – продолжил он. – Ты умный человек, Громов. Умные люди не отказываются от хороших предложений.

Я сделал вид, что обдумываю ответ. В голове мелькали варианты развития событий. Нужно было дождаться подходящего момента. Одна ошибка – и Лиза может погибнуть. И я вместе с ней.

– Знаешь, – сказал я наконец, – твое предложение действительно звучит заманчиво. Я устал от этой мелочной возни и постоянного риска. Хочется стабильности. Хочется, чтобы над головой не висел дамоклов меч в виде пристава и вышестоящего руководства. Глядишь, с вами и сам приставом стану.

Глаза Ивана заблестели. Он почувствовал близость победы.

– Вот видишь! Я же говорил – ты умный человек. Мы не ошиблись в тебе.

– Но у меня есть одно условие, – добавил я.

– Какое?

– Девушку отпускаете прямо сейчас как знак доброй воли.

Иван засмеялся.

– О чем ты? – возразил Иван. – Она же свидетель происходящего. Нет, коронер, она остается с нами до тех пор, пока мы не убедимся в твоей лояльности. Скажем, месяц? Потом посмотрим.

– Начнутся вопросы, поиски, скандалы. Это никому не нужно. Вы отпускаете ее прямо сейчас, – настаивал я на своем. И в моих словах была самая железная логика, которую только можно было сыскать. – Только вдумайтесь: пропала помощница коронера. Вопросы посыпятся очень быстро.

Иван улыбнулся, негромко рассмеявшись.

– Ты не просто коронер, а умный коронер, – сказал он. – Я проверял тебя на логику и проницательность. По моей шкале ты заслуживаешь сто баллов из ста.

Он сделал паузу, продолжая улыбаться.

– Конечно, мы не будем держать её здесь. Но есть одно «но».

– Какое? – уточнил я.

– Надо оформить одну фиктивную бумажку. Просто формальность. Гарантия того, что ты не начнёшь мешать нашим планам.

Я задумался на мгновение и кивнул.

– Понятно. Тогда другой вопрос. Как мне убедиться, что вы сдержите слово?, Получить подтверждение, что это не просто красивые обещания?

– Отличный вопрос, – одобрил он. – Вот тебе аванс.

Он достал из кармана толстую пачку денег и бросил к моим ногам.

– Десять тысяч. А завтра получишь первое задание и первую полную зарплату.

Я посмотрел на деньги, затем на него.

– Звучит убедительно, – сказал я медленно, но к деньгам даже не притронулся. – Думаю, мы можем договориться. Давай сюда свою бумажку.

– Вот и отлично! – Иван поднялся, протягивая мне руку. – Добро пожаловать в команду, партнер.

Вот он. Момент истины.

Я протянул руку в ответ, одновременно активируя «взгляд». Мир смазался, и я увидел его психею. Яркая, уверенная, пульсирующая энергия. Но с одним заметным изъяном – нить, идущая к правой руке, светилась слабее остальных. Старая травма или врожденная особенность – неважно. Главное, что это слабое место.

– По рукам, – сказал я, сжимая его ладонь.

Его хватка была крепкой, уверенной. Рукопожатие победителя.

И в этот момент я атаковал.

Не его тело, а душу. Мои пальцы, ведомые новой силой, вцепились в энергетический канал, связывающий его сознание с поврежденной конечностью. Я сжал невидимую нить и рванул.

Иван не закричал. Он издал короткий, сдавленный хрип, и его глаза расширились от нечеловеческого ужаса. Его тело забилось в конвульсиях, мышцы свело судорогой. Боль была не физической – она была гораздо глубже, затрагивала саму суть его существования.

Не давая ему опомниться, я рывком притянул его к себе, одновременно выкручивая руку за спину. Он рухнул на колени, полностью парализованный болью, которую даже не мог понять. В следующее мгновение я выхватил из-под его куртки пистолет и приставил дуло к затылку.

Все произошло за две секунды.

Из теней, словно призраки, воплотились две фигуры. Они замерли, увидев своего босса на коленях под моим прицелом. На их лицах застыло выражение полного недоумения и шока.

– Не двигайтесь, – сказал я спокойно, чувствуя, как адреналин пульсирует в висках. – Оружие на пол. Медленно. Держите сук на прицелах, – тихо сказал я в петличный микрофон. – Ситуация под контролем.

– Понял, – ответил Грим. – Продолжаем наблюдение.

Я посмотрел на двух головорезов, затем на корчащегося от боли Ивана, у которого на глазах навернулись слезы, а сам он хватал воздух ртом как рыба, не имея возможности ничего сказать.

– Игра окончена, – мой голос прозвучал в гулкой тишине склада холодно и ровно. – Теперь правила диктую я.

Глава 14

Здоровяк появился справа от входных дверей, откуда я только что вышел, а второй – худощавый мужчина с острым взглядом – медленно вышел из-за бочек в дальнем левом углу. Оба были вооружены и целились в меня.

Воздух в складе стал плотным, словно перед грозой. Каждый звук казался оглушительным.

– Ты совершаешь большую ошибку, – произнес здоровяк низким хриплым голосом. Его массивная фигура заслоняла часть входа.

Я почувствовал, как мышцы на шее напряглись. Адреналин уже бурлил в крови, обостряя все чувства до предела. В такие моменты время словно замедляется, и каждая секунда растягивается в вечность.

Здоровяк медленно поднял пистолет, направляя его не на меня, а в сторону связанной Лизаветы. Жест был красноречивым – один неверный шаг, и она пострадает первой.

– Отпусти босса, – продолжал он, не сводя с меня взгляда. – Иначе девочке будет плохо. А потом уже никак.

Холодок пробежал по спине. Это была классическая тактика – поставить меня перед выбором между собственной безопасностью и жизнью заложницы. Но я не собирался поддаваться на провокации.

– Положи оружие, – сказал я твердым голосом, приставив пистолет плотнее к затылку Ивана. – Сейчас же.

Из левого угла раздался металлический щелчок – второй мужчина снял пистолет с предохранителя. Он был меньше ростом, но двигался с кошачьей грацией профессионала. В его глазах читалась холодная решимость.

– Это ты отпусти Ивана, – сказал он спокойно, почти дружелюбно. – За двоими уследить не успеешь.

Момент истины. Они думали, что загнали меня в угол, что у меня нет выхода. Треугольник смерти: я в центре, двое вооруженных противников по флангам, заложник у меня под прицелом, а у них я и Лизавета. В кого выстрелят первым?

Я позволил себе слегка дерзкую улыбку, обнажив зубы. У меня есть козырь, о котором они не подозревают.

– Уверены? – спросил я с интонацией, которая не должна была звучать от человека, который фактически находился в проигрышном положении.

Второй мужчина слегка нахмурился, явно не ожидая такой реакции. На его лице мелькнуло недоумение.

– Че-та ты сильно борзый, – проговорил он с лёгкой усмешкой, но в голосе прозвучали нотки неуверенности.

Именно этого момента я и ждал. Момента, когда их самоуверенность даст трещину, когда они начнут сомневаться в правильности оценки ситуации.

– Выбейте пушку у здоровяка из руки, – сказал я спокойно, обращаясь в петличный микрофон.

Второй мужчина моргнул, не понимая, к кому я обращаюсь. Здоровяк тоже выглядел озадаченным.

– Че ты там мям… – начал было второй, но его слова перекрыл оглушительный выстрел.

БАМ!

Звук ударил по ушам, отразился от стен и потолка, заставив всех вздрогнуть. Пистолет вылетел из рук здоровяка, отброшенный точным попаданием снайпера. Оружие со звоном покатилось по бетонному полу, а сам он завопил от боли – кинетическая энергия пули и отдача сделали своё дело, вывернув запястье и, скорее всего, переломав пальцы и раздробив кости.

Тишина после выстрела была оглушающей. Здоровяк прижимал к груди травмированную руку, его лицо исказилось от боли. В его глазах теперь читался не гнев, а шок и растерянность.

– Я же сказал – стволы на пол, – произнес я холодно, поворачивая голову в сторону второго мужчины.

Тот стоял как вкопанный, всё ещё держа пистолет наготове, но уже понимая, что ситуация кардинально изменилась. На его лице боролись удивление и попытка в анализ – он пытался понять, откуда вёлся огонь, и сколько у меня союзников.

– Или мне вынести ему мозги? – добавил я, слегка наклонив голову в сторону корчащегося от боли Ивана.

Иван, которого я всё ещё держал под прицелом, прохрипел сквозь стиснутые зубы:

– Это ошибка, Громов.

– Ошибкой был ваш приезд сюда, – ответил я, не ослабляя хватки.

Второй мужчина колебался. Я видел, как его глаза метались между мной, раненым товарищем и тёмными углами склада, откуда мог раздаться ещё один выстрел. Его взгляд метнулся вверх, откуда упало несколько осколков стекла. Видимо догадался, что работали снайпера.

Краем глаза я заметил, как он слегка подался вперёд, готовясь к движению. Нога дрогнула – он собирался либо нырнуть за укрытие, либо попытаться прорваться к выходу.

В тот же миг возле его стопы со звоном отрикошетила от бетонного пола пуля. Осколки камня брызнули в стороны, а он инстинктивно отдернул ногу.

Предупредительный выстрел прозвучал как приговор. Теперь он точно понял – любое резкое движение может стать последним.

Мужчина медленно опустил пистолет на пол и поднял руки вверх. В его движениях читалось только одно – понимание. Понимание, что он проиграл, и деваться больше некуда.

– Так-то лучше, – сказал я с удовлетворением.

Атмосфера в складе изменилась. Напряжение никуда не делось, но баланс сил окончательно сместился в мою пользу. Иван всё ещё находился у меня под прицелом, здоровяк корчился от боли, прижимая к груди травмированную руку, а второй стоял с поднятыми руками.

Но я не расслаблялся. Знал, что подобные люди не сдаются окончательно до самого конца. В любой момент ситуация могла измениться, появиться новая угроза или неожиданный поворот.

– Отличная работа, – сказал я тихо в петличку.

– Я ж сказал, – прогудел Фауст. – Мы свой хлеб не зря едим.

– Это точно, – отозвался Грим. – Какие дальнейшие действия?

Я окинул всех троих пойманных уродов.

– Ждем подкрепление.

– Подкрепление? – удивился Грим. – Кого ты еще сюда направил, коронер? Спецотряд?

Я тихо хохотнул.

– Кое-кого похуже.

Звуки моторов донеслись издалека, сначала едва различимые среди ночной тишины промзоны. Потом они стали значительно отчетливее. Рокот нескольких двигателей. Я почувствовал, как напряжение в плечах слегка отпускает. Корней все же получил мое сообщение.

– Что это? – нервно спросил худощавый из троицы, все еще стоявший с поднятыми руками.

Я не ответил. Вместо этого прислушался к приближающимся звукам. Машины останавливались, хлопали дверцы, слышались быстрые шаги по асфальту. Много шагов. Хорошо.

Через несколько секунд входные двери склада распахнулись с громким лязгом металла. Яркие лучи фонарей прорезали полумрак, ослепляя. В проеме появились силуэты в темной форме.

– Никому не двигаться! – раздался властный голос.

– Святая инквизиция! – прогремело эхом по складу.

Два отряда вошли быстро и слаженно, заняв позиции и осветив помещение мощными фонарями. Профессиональная работа – никаких лишних движений, четкие команды, полный контроль ситуации.

– Задержал еретиков! – крикнул я, поднимая свободную руку. – Подозреваются в оккультных мероприятиях! Возможно, причастны к смерти эльфийки!

Инквизиторы мгновенно отреагировали. Часть из них окружила троих пленников, часть осталась прикрывать выходы. Иван, здоровяк и худощавый были быстро обезврежены – наручники защелкнулись почти одновременно, несмотря на то, что здоровяк все еще держался за травмированную руку.

– Не сопротивляйтесь, – холодно сказал один из инквизиторов. – Будет только хуже.

Иван молчал, но его взгляд обещал, что это еще не конец. Худощавый тихо выругался, здоровяк просто стонал от боли. Их обыскали, изъяли оружие и документы, затем повели к выходу.

От группы инквизиторов отделился знакомый силуэт. Корней в полной форме своего инквизиторского облачения: темная одежда и высокий колпак.

– Что за херня тут происходит? – тихо спросил он, оглядываясь на уводимых пленников.

– Я же обещал тебе все рассказать? – ответил я с усмешкой. – Вот сейчас и расскажу.

В наушнике зазвучал голос Грима:

– Отличная работа, господин коронер. Ловко ты его скрутил. В моем прицеле выглядело эффектно. Научишь потом? Никогда такого прежде не видел!

Я кивнул, уверенный в том, что он наблюдает за мной.

– Кстати, – продолжил Грим, – главный просил передать, что у него для тебя еще один презент: они вычислили их девку-хакершу. Ее тоже задержали. На этом главный считает, что мы квиты.

Неплохо. Значит, сеть этой организации начинает рваться.

Корней ждал объяснений, и я не промолчал.

– Лизавету похитили, – начал я. – Позвонили, назначили встречу здесь. Я связался с ЧВК, организовал снайперское прикрытие, а тебе отправил сообщение с координатами. Надеялся, что ты увидишь мои звонки и подтянешь экзекуторов.

– Увидел, – кивнул Корней. – Еще как увидел. Два пропущенных и сообщение заглавными буквами. Понял, что дело серьезное. Но ты бы знал, чего мне стоило всех на уши поднять к одиннадцати часам ночи, – он выразительно на меня посмотрел, после чего кивнул головой в сторону, куда увели банду. – Кто они вообще такие?

– Да хрен их знает, – пожал плечами я. – С их слов – какая-то ОПГ, которая стала подминать под себя бордели, кабаки, казино, и все вот это в городках типа нашего. Расширяли территорию. Коктебель пал, Судак следом, как они сказали. И через меня хотели подмять Феодосию. Но не тут-то было.

Корней хмыкнул, хотя на лице его виднелось искреннее удивление.

– И с каких пор ты стал борцом за справедливость?

– С тех пор, что это наш город, – ответил я серьезно. – Наш. И я не собираюсь работать на каких-то мудаков типа этих.

– Ладно, – сказал он наконец. – Что дальше?

– Прошу тебя – добудьте у этих троих всю информацию и упеките их куда-нибудь подальше, чтобы информация не дошла до их подельников слишком быстро. Нужно время, чтобы понять масштабы проблемы.

– Это мы и так сделаем, – сказал Корней. – Но думаешь, все настолько серьезно?

Я покачал головой.

– Не знаю. Но из того, что он мне предлагал – скорее всего да. Видишь, вон пачка банкнот валяется?

– Угу, – кивнул Корней.

– Это задаток. Десять тыщ налом. И завтра уже собирались с кем-то побеседовать и мне подкинуть «работы» вместе с первой зарплатой. А также сказали, что их планы весьма большие.

Корней шмыгнул носом, явно оценивая мои слова.

– Нужно будет держать ухо востро. Ну мы еще у них все узнает. Ты дальше как? Куда-чего?

– А я домой. У меня там пострадавшая, которой нужна помощь, – кивнул я головой на Лизу.

– Думаешь, ей не нужна госпитализация?

– Не-а. Скорее всего какое-то снотворное. Она уже отходить начала во время нашего разговора, так что еще полчаса и, думаю, придет в себя.

– Ну, смотри. Я б после такого ее точно показал врачу.

Я хохотнул.

– Забыл, с кем общаешься? – я протянул ему руку.

– И то верно. Ладно, тогда до завтра. Я тебе дам знать, что мы из них вытянем.

Мы обменялись рукопожатием. Крепким, мужским – знак того, что можно друг на друга положиться.

– Спасибо, что приехал, – сказал я искренне.

– Всегда, – ответил он. – Только в следующий раз предупреждай заранее. А то я думал, тебе крышка.

Я подошел к Лизавете, взял ее на руки и направился к выходу, где меня ждала машина с девушками. Лизавета все еще дремала, пока я ее нес. Подойдя к «Имперору», я хотел было постучать, но девушки, завидев меня, распахнули заднюю дверь.

Уложив-усадив Лизавету на заднее сидение, я подошел к водительскому, после чего сел за руль и… выдохнул.

– Как дела? – спросил я, нарушая тишину, которая затянулась внутри.

– Мы уже прощались с жизнью, – призналась Алиса, и в ее голосе слышалась смесь облегчения и остаточного страха. – Когда увидели все эти машины и людей в форме, вообще душа в пятки ушла.

– Я уж подумала, нас тоже арестуют как соучастников, – добавила Лидия с кривой усмешкой.

– Волновались за меня? – спросил я, заводя двигатель.

– А ты как думаешь? – фыркнула Алиса. – Сидели как на иголках. Каждый звук, каждую вспышку света анализировали. Тем более когда не знаешь, помрешь тут прям в салоне, если тебя пришьют, или еще придется помучиться.

– Особенно когда выстрелы раздались, – кивнула Лидия. – Я думала, все, конец.

– Но ты же справился! – Алиса посмотрела на меня с чем-то похожим на восхищение. Мне было приятно понимать, что она хоть понемногу начинает менять отношение. Хотя… не исключаю, что это все игра на публику, чтобы обмануть меня и предать в самый ответственный момент. – Как ты вообще это провернул?