Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Вполне естественно, что подобной ноши на свои молодые плечи монарх Мрака не ожидал и попытался воспротивиться этому хотя бы в мягкой форме. Да ничего не получилось. Видимо, Филлигрен заранее подговорил нескольких прибывших не церемонию правителей, и те первыми дали присягу. В коротком перерыве успел с восторженной речью выступить Командор Цепи граф Зиновий Карралеро. Он тоже не стал спасать друга, а пламенно выкрикнул здравицы в честь новой империи Справедливости. Далее процесс уже стал необратим, и в тот же день в столице Мрака с непривычным для землян именем Зонт начались пышные празднества. Создание империи того стоило. Под утро оглушенный подобным развитием дел возведенный на престол император закрылся со своей молодой женой в комнате и после короткого семейного утешения прислушался к совету обратиться со своей «бедой» к родственникам. Вот тем утром и были написаны письма отцу, младшему брату Виктору и сестричке Виктории. Благо, что сестра и сама уже несла на плечах это немыслимое бремя императорства и могла бы посочувствовать брату как никто другой.

Для поездки во дворец Загребной предпочел закрытую карету. Слишком многое ему следовало обдумать во время короткого пути.

Глава сорок вторая
Поиск крепкого союзника

На этот раз королева Колючих Роз встречала графа Сефаура в чисто домашней и уютной обстановке. Примерно так принимают венценосные особы членов семьи или прямых родственников. А когда до гостя дошла полная суть всех сыплющихся откровений, то Семен вообще поразился до глубины души. С подобными откровениями обращались, как правило, лишь к родному брату, да и то старшему, или к любимому мужу. Последнее сравнение особенно пугало, но чуть позже очередные высказывания и признания дали понять, что покушаться на его мужское целомудрие прямо здесь, да и вообще в ближайшее время, Сагицу Харицзьял не собирается.

Изначально королева протянула руки навстречу и с облегченным вздохом воскликнула:

– Наконец-то! У меня тут такое творится, а ты совершенно не спешишь ни со мной повидаться, ни утешить!

После этих укоров она подошла к гостю и коснулась его щеками в родственном приветствии. Сразу тем самым показывая, что считает себя с ним на равных. Что сразу перенастроило всю встречу на совершенно другой лад. Почти все заготовленные спичи и восклицания, ложные отступления и туманные экивоки теперь не годились. Благо еще, что Загребной умел подстраиваться под любого собеседника и менять тему разговора прямо на ходу. И здесь он сразу уловил верный тон, переходя на ты и покаянно кивая:

– Извини, я знал о твоем горе, но не хотел навязываться со своим сочувствием.

– Ха! Горе?! Да о чем ты говоришь! Скорее то, что случилось, – для меня счастье! – Она уселась в низкое кресло, указывая графу на другое такое же: – Присаживайся, разговор будет долгий. И угощайся чем желаешь.

На стоящем перед креслами столике стояло несколько бокалов, бутыли с винами и тарелки с фруктами. Семен присел с удивленным видом.

– Счастье? Не понимаю…

– Сейчас ты все поймешь! Но только сначала налей нам вина. Веришь, так хочется напиться!..

– Ха! А ты меня что, за трезвенника принимаешь? – Он быстро разлил густое белое вино по бокалам. – Мне самому иногда приходится стрессы снимать подобным образом. Так что верю и даже одобряю подобные методы. Главное – не перевести их в разряд каждодневных.

– Этого от меня враги не дождутся! – воскликнула королева, чокнулась бокалами и затяжным движением выпила все до дна. – О-о-о… сразу в голову ударило.

Загребной тоже выпил почти все, хотя предварительно и проверил напиток на отсутствие как нектара шауреси, так и эликсира пасхучу. Недавний случай с его сыном, когда средство магического бессилия подмешали в вино, не давал расслабиться даже во время такой интимной и приватной беседы.

– Налить еще?

– Конечно налей, – разрешила Сагицу и понимающе улыбнулась. – Мечтаешь меня споить?

– Могу и не наливать, мне больше достанется! Но ты ведь сама только что…

– Ладно-ладно, можешь спаивать. Если что, то у меня и средство для отрезвления имеется. Правда, после него потом тошнит несколько часов.

– Ага, значит, тебе уже не впервой. Да иначе, наверное, и не получается? Столько забот, столько груза ответственности не каждый выдержит. И мужчины ломаются…

Прежде чем выпить второй бокал, королева посмотрела прямо в глаза своему гостю и согласилась с явной двусмысленностью:

– Да, нелегко. Уж ты на подобное насмотрелся…

Но когда выпила, сразу перешла к делу. Причем, казалось, прямые и конкретные вопросы она задавала таким дружеским и родственным тоном, словно сразу разрешала на них не отвечать:

– А где ты потерял князя Ройнского?

– Разве такого потеряешь? Он сам себе на уме. Успел уехать за полчаса до твоего приглашения. Причем и не подумал сказать, куда именно отправляется.

– Зря он так спешит по своим делам. Если опять появится, передай, что мне он очень нужен.

– Обязательно передам.

– Ну и расскажи хоть, по какому поводу он к тебе в гости нагрянул?

– Да я и сам удивился подобному приезду. – Семен закинул в рот пару виноградин. – Но если свести воедино все наши разговоры, то молодой князь очень интересовался самой возможностью переезда и дальнейшей ассимиляции на территории Сапфирного королевства. По его словам, ему здесь не совсем нравится, мечтает попробовать наладить жизнь в другом месте.

– Это он зря, – закручинилась Сагицу Харицзьял, отпивая очередной глоток вина. – Теперь ему тут ничего не грозит, и он может спокойно распоряжаться в княжеском замке.

– Честно говоря, я не совсем понял причины, толкающие князя к переезду, – подбирая осторожно каждое слово, стал нащупывать почву дальнейшего разговора граф Сефаур. – А на мои вопросы он так ничего конкретно и не ответил.

– Да что тут скрывать! Тем более что с тобой я хочу и просто должна быть откровенной. Во всем виновата эта обезглавленная сучка.

– Мне даже как-то неловко, она мне показалась такой… хм, доброй, отзывчивой.

– Перестань! Ты просто не знал эту стервозную притворщицу как следует! – с какой-то внутренней, но все еще явно бушующей яростью воскликнула королева. – И хуже всего, что я сама не сумела распознать гнилые внутренности этого отродья. Если бы не посланные покойным князем Ройнским убийцы, скорее всего, не сегодня-завтра меня бы уничтожили, и эта притворщица заняла мое место на троне.

– Светлые демоны! Неужели все настолько кощунственно?!

– Увы, дорогой граф, увы! Я совсем недавно вернулась из дворца, подаренного в личное пользование этой мерзости, и там отыскала такие улики, что сама чуть с ума не сошла. Письменные клятвы в верности заговорщиков, планы по моему уничтожению во время посещения строительства новой Башни Иллюзий, конкретные списки-намерения расправиться с лояльными мне придворными. Да плюс ко всему поспешные признания, которые мои дознаватели выбили из слуг и подручных этого отродья темных демонов. Само собой разумеется, что я прямо оттуда разослала должные приказы и распорядилась немедленно арестовать остальных предателей. Казнь состоится послезавтра вечером. А в обеденное время будет объявлено о точном дне начала Большого турнира. Следует провести его как можно скорее. Тогда же будет донесена народу моя речь о предательстве Биналы и уничтожении ее имени из всех исторических хроник. Слышать об этом отродье больше не желаю.

– Не слишком ли круто? Вдруг народ не поймет? Как-никак наследница.

– Постараюсь в ближайшее время родить еще несколько деток. Жалею, что не сделала этого раньше… – Она с досадой помотала головой и опять схватила налитый доверху бокал. – Сколько времени потеряно!

– Сочувствую… Но ты и в самом деле еще молода и здорова для нового, более прекрасного потомства.

– Ага. Только их воспитанием теперь займусь с самых пеленок. Как и воспитанием окружающих меня придворных. А то на заговоры их потянуло!.. Кстати один из подручных этой мерзости лично участвовал в убийстве князя Ройнского и рассказал о последней минуте жизни обреченной жертвы. Мой несчастный кузен, как только осознал всю глубину предательства, успел выкрикнуть проклятия и пожелания смерти Бинале. Потом добавил обещание обязательного разбирательства в этом деле его прямого наследника, который наведет порядки в Хаюкави. И напоследок пригрозил гибелью всей династии Харицзьял. Вот именно поэтому я и хочу встретиться как можно быстрее с молодым князем Ройнским и заверить его в полной своей лояльности и симпатии. Мне лишние враги не нужны. Думаю, если он узнает про все делишки обезглавленной покойницы, то он меня поймет да вдобавок посочувствует.

– Действительно, вам надо встретиться как можно быстрее, – кивал Загребной, лихорадочно соображая, что же еще от него понадобилось владычице Колючих Роз. Ведь весь этот разговор в такой интимной обстановке не мог свестись просто к жалобам и просьбе помочь в организации встречи с каким-то сомнительным молодым князем-самозванцем. Поэтому он попытался сделать ход конем. То есть более решительно подтолкнуть собеседницу к самой важной теме: – Чем я могу тебе помочь?

Сагицу, хоть уже допивала четвертый бокал, пристально взглянула на гостя совершенно трезвым взглядом. Затем отставила вино на столик и спросила:

– Наверное, ты заранее знал о всех перипетиях нашего разговора?

– Разве такое возможно? Если говорить откровенно, то я даже побаивался этой встречи.

– А-а-а… ну да! – хохотнула она. – Ты ведь при нашем последнем расставании меня поцеловал и пообещал на следующий день выполнить все мои прихоти, да так ничего из этих обещаний и не выполнил.

– Э-э-э… – Семен от такого прямого напоминания чуток растерялся и не нашел ничего лучшего, как с кривой улыбкой выдавить: – Увы! Обстоятельства порой сильнее нас.

– По этому поводу можешь не волноваться. Мне известны все махинации, которые сотворила с моими близкими и самыми верными телохранителями эта обезглавленная мразь. Теперь я жду их срочного возвращения и готова ради прощения с их стороны на любые уступки. В том числе и на примерное целомудренное поведение. Остальные мужчины, как и саброли, отныне меня не интересуют.

Загребной, конечно же, очень сомневался в подобных обещаниях единоличного и разбалованного властью монарха, но в данный момент вздохнул с облегчением. Здесь и сейчас на него посягать не собирались. Да и вообще откровения такого плана говорили об очень многом. Успокоившись по поводу этого вопроса, он с еще большим вниманием приготовился слушать самое главное. И королева не заставила его долго ждать:

– Меня очень интересует немедленный союз с Сапфирным королевством.

Гость не стал скрывать своего удивления:

– Почему «немедленный»?

– Да потому, что в имеющихся у меня исторических хрониках указывается, что только военный союз с Центральной империей, которая в то время находилась в центре материка, обеспечил победу в войне с империей Иллюзий, которая находилась здесь. Более тысячи лет назад удалось уничтожить последнего императора и загнать всех его слуг-духов в подземелья. Вернее, не дать им оттуда вырваться.

Теперь граф Сефаур недоумевал:

– Но при чем здесь империя, почившая в бозе двенадцать веков назад?

– А при том, что случилось самое страшное: империя стала возрождаться! В южных пригородах на поверхности появились духи-пауки, которые начали расчистку фундамента разрушенного императорского комплекса. Посланные на «загонку» духов эскадроны моих карателей-воительниц оказались бессильны. А это значит, что кто-то запустил системы самовосстановления дворца. Следующий шаг – появление непосредственно императора – просчитать несложно. И если он возжелает моей гибели, мне никто не поможет! Ну, кроме Сапфирного королевства…

Несколько минут Загребной лихорадочно размышлял, сопоставляя только что услышанные слова с имеющимися у него сведениями, но додумался только до наивного вопроса:

– Разве нельзя справиться с этими пауками подобным образом, как с армией княжества Хиланское?

– Ха! Неужели ты сомневаешься, что я не воспользовалась бы такой силой, если бы ее имела? Конечно нельзя! Все иллюзии и стихии в данном случае бессильны. Все духи подземелий напрямую подчиняются только императору.

– Но с чего ты взяла, что император возжелает твоего уничтожения?

– Когда не знаешь вышестоящего по рангу человека, то следует ожидать самого наихудшего! – назидательно процитировала Сагицу Харицзьял и после тяжелого вздоха напомнила: – Если уже родная дочь моей смерти возжелала, то что говорить о каком-нибудь наглом и похотливом мужлане? Да нет, я не тебя имела в виду, не делай такое обиженное лицо. Ты вон даже перед моими настойчивыми соблазнами устоял, так что дела с тобой вести – одно удовольствие. А вот все остальные мне ну никак не внушают доверия. Да и вообще, чего ты так весь сжался? И почему не наливаешь? А ведь совсем недавно обещал меня споить!

– Ну, насчет споить, то я и в самом деле коварный собутыльник! – развеселился Семен, хватаясь за бутылку. – Спаивать я умею, и как бы твое доверие тут не подвело. А теперь тост: за твое безоблачное и счастливое дальнейшее правление!

– Поддерживаю двумя руками!

В уютной комнате раздался нежный звон хрустальных бокалов. А у Загребного вдруг появилось в душе озарение, что сидящая рядом с ним венценосная женщина прекрасно осознает, кем он является на самом деле.

Глава сорок третья
Имперские тайны

Четыре человека передвигались по громадным подземельям со всей возможной для их тел интенсивностью. Трое больных, странно выглядящих из-за отслаивающейся кожи и черных пятен по всему телу, и один молодой, красивый, хотя и чрезмерно худощавый. Но если худощавого человека следовало просто откормить в ближайшее время для его физического усовершенствования, то прикрывающих его спутников пришлось усиливать другим способом. Излечить графа и его сыновей с ходу от сечевицы пока не представлялось возможным, не хватало времени, да и шансы на розыск панацеи среди скопища кровожадных духов пока не исчезли. Но для улучшения самочувствия и выносливости применили уже проверенный способ: купили еще несколько наикрупнейших шаломакров демонического мира и с помощью магии протолкнули их во внутренности измученных болезнью людей. Черные пятна не уменьшились, но зато работоспособность при этом однозначно повысилась.

Вдобавок ко всему перед самым спуском в подземелья Федор удостоверился, что его умения Шабена достигли сорок третьего уровня. Сказать, что обрадовался, – не то слово! Отныне его арсенал магических умений позволял вести боевые действия против превосходящих его числом демонов и людей. Наиболее действенным считался удар большой силы, точку приложения которого можно было уменьшать до квадратика со стороной в два сантиметра. На небольшом расстоянии использование этого удара приводило к уничтожению любого тяжело вооруженного рыцаря или пробою одним движением стены в сорок сантиметров. Ну а ночное зрение улучшилось еще раньше.

Именно поэтому, двигаясь по подземным тоннелям, Федор отчетливо различал многочисленные знаки, которые частенько усеивали стены, перекрестки и почти все встреченные анфилады залов. Знаки фосфоресцировали смесью нескольких цветов, словно представляли собой мерцающие сияния, и именно на них приказал Семен обращать внимание в первую очередь. Если, конечно, Федор умудрится их рассмотреть.

Умудрился. Догадался о сути. И теперь целенаправленно двигался в окружении графа Бонекью и его сыновей к какой-то центральной части подземелий.

– Мы тут еще ни разу не были, – громко заявил младший отпрыск графского рода, лучше всех ориентирующийся в пространстве. Похоже, что, еще не будучи шаманом, он уже проявлял свои врожденные умения, а после подобных блужданий в смертельно опасных подземельях остальные магические способности не замедлят проявиться.

– Сынок, ты уверен?

– Абсолютно! Мы даже и не шли в этом направлении.

– А где мы сейчас конкретно находимся?

– Где-то на юге, скорее всего, в районе разрушенного императорского дворца. Да вы и сами можете об этом судить по увеличившемуся количеству иссушенных мумий. Видимо, искатели сокровищ всегда спешили именно сюда, и нам вскоре придется выбирать: или повернуть назад, или пробивать бреши в баррикадах из тел.

– Да, здесь и в самом деле не пройти! – воскликнул Федор, когда они повернули в очередной раз и застыли перед грудой спрессованных временем мумий. – Они здесь что, друг по дружке ползти пытались?

– Очень похоже, – согласился граф Сильвер. – То ли там что-то их ждало желанное, то ли с этой стороны за ними гналось нечто ужасное.

– Предлагаю вернуться чуть назад и пройти по нижним уровням. Помните, там были ступеньки?

Младшенький согласно кивнул, но засомневался в предложении старшего брата:

– Господин Сефаур не рекомендовал опускаться на нижние уровни. Там могут оказаться самые злокозненные и жуткие духи. Вдруг они и нас не пропустят?

Все уставились на князя Федора как нового командира отряда. Причем по самозваному титулу они обращались к нему с веселостью и удовольствием. Возможно, когда-то были знакомы с князем Ройнским и радовались появлению молодого наследника. Но сейчас новоявленный князь лишь пожал плечами:

– Какая разница? Если здесь не трогают, то и там не побеспокоят. В случае активного их нежелания с нами встречаться мы быстренько отступим и вернемся сюда. Возвращаемся!

По идущим спиралью ступеням спустились на парочку этажей ниже без особых проблем. Там действительно высохших мумий почти не попадалось под ногами. Отыскали подходящий тоннель, идущий в нужном направлении, тоже без труда. А вот дальше идущий впереди Сильвер, не пройдя и сотни метров, уткнулся в невидимую преграду, причем если раньше такие прозрачные стенки мог рассмотреть идущий с ними Шабен и показать обходной путь, то теперь Федор оказался бессилен справиться с этой проблемой. Мало того, он с содроганием всего тела разглядел за невидимой преградой сгустки вообще жутких и невиданных монстров. Явно заточенные там духи с какой-то завораживающей сосредоточенностью перемещались в полости тоннеля и всеми своими глазищами, странными отростками и прочими органами осязания или зрения тянулись к замершим людям.

– Кажется, они нас рассматривают, – немного придя в себя от такой картины, прокомментировал князь. – И мне почему-то кажется, явно с гастрономическим интересом. Причем раньше нам таких страшилищ на пути не встречалось.

Когда он подробно описал увиденное своим спутникам, старший сын графа согласился:

– Точно не встречались! Господин Сефаур таких описаний ни разу не давал.

А сам Сильвер заинтересовался другим:

– Ты вот сказал, что рассматривают. Но ведь духи не имеют сознания.

– Тоже спорный вопрос, – возразил Федор, который когда-то большинство своего свободного времени потратил на изучение эфирных слоев. – Некоторые утверждают, что у созданий четвертого слоя имеются зачатки разума и они поддаются приручению словно собаки. Имеются другие мнения, что пленники оттуда обладают невероятным буйством и дикостью и подвластны лишь великим Шабенам двухсотого уровня. А вот о пятом уровне вообще никто ничего конкретного не знает. Разве что по легендам именно там обитают души умерших людей и демонов.

– А кого ты видишь перед нами?

– Если судить по сложной организации многочисленных конечностей, клешней и сочленений, по блеску бронированных панцирей и ядовитым наростам по всему телу, то, скорее всего, за этой невидимой стеной и находятся духи из четвертого эфирного слоя. Ведь их описаний нет ни в одной книги или рукописи. Имеются лишь жалкие догадки и смехотворные предположения. Зато сейчас только мои никчемные рисунки любителя прославили бы нас на века.

– То есть тот самый неуничтожимый дух Земерь, о котором рассказывал граф Сефаур, всего лишь их более слабый родственник?

– Так получается…

– Может, ты их попробуешь приручить? – предложил самый младший из графской семьи.

– Как-то совершенно не тянет на такие эксперименты. Да и прохода вовнутрь не наблюдаю. Почему-то…

Еще раньше он пробовал несколько раз ударить своей силой по такой преграде, но вся мощь пропадала всуе, не оставляя на прозрачной поверхности даже трещинки. А свой уникальный арбалет, подаренный Виктором, отец забыл впопыхах вручить новоявленному князю.

– Ищем другие тоннели или возвращаемся наверх? – спросил Сильвер.

Федор только представил себе, как надо будет втаптывать в пыль ссохшиеся мумии, так сразу согласился на первый вариант:

– Поищем другие проходы.

Свернули в первый же попавшийся им на обратном пути широкий проход. Пересекли несколько приземистых залов с квадратными колоннами и крутыми арками между ними. Потом немного поплутали по лабиринту, то упираясь в глухие тупики, то возвращаясь обратно к пройденным развилкам. Бросалось в глаза, что человеческих останков здесь не было совсем, зато духов из второго и третьего эфирных слоев хватало с избытком. Причем последние пребывали в какой-то апатичной лености, словно в спячке, и немного активизировались лишь в случае появления впереди всей группы исследователей здорового человека. Если же впереди двигался кто-то из больных сечевицей, духи даже не шевелились, словно от голода отощали.

И вот, пересекая один из ничем не примечательных залов, пол которого устилали гладкий мрамор и толстенный слой пыли, Федор обратил внимание на очередную светящуюся то ли надпись, то ли знак. Почти все, что попадались им на пути, он старался описывать вслух, не забывая и цвета указывать. Вот и сейчас, шагнув ближе к дальнему углу, присмотрелся и без всякого удивления констатировал:

– Очень похоже на олимпийскую символику из нашего мира. Только колец не пять, а восемь.

Идущий впереди Сильвер сделал по инерции еще десяток шагов, прежде чем смысл сказанного до него дошел:

– Восемь? А как они расположены?

– Похоже на виноградную гроздь или треугольник. Углом вниз. Малинового цвета.

– Хм! А ведь подобные переплетенные кольца всегда расположены на родовых усыпальницах нашего королевства. Только вот у младшего дворянства они белые, у старшего – синие, а у королевской династии – золотые. А вот малиновые… даже предположить не могу.

– Не слышал о таком, – признался Федор.

– Так оно и понятно, не успел на похоронах знати побывать, – с черным юмором пошутил граф Бонекью. – А я вот недавно ночью к нашей усыпальнице наведывался, общался с предками и просил о выздоровлении. Так что помню… Покажи где?

Они все собрались возле стенки, ничем вроде бы не примечательной, и молодой князь принялся белым мелком выводить контуры только ему видимых колец на камне.

– Какие огромные! – удивился Сильвер. – Если здесь кто и захоронен, то наверняка духи из пятого слоя. Потому и цвет красный, что кровожадные. Идем от греха подальше.

– Малиновый цвет, – машинально поправил Федор, всеми своими умениями просматривая сплошную, без единого стыка стенку. – Но если здесь захоронение, то должна же быть дверь…

– Ха! А вдруг высшие духи могут сквозь любую преграду проходить?

– Не вижу тогда никакого смысла рисовать здесь эту кольчужную символику. Давайте прощупаем внимательно каждый кусочек скальной поверхности.

Все четверо встали в ряд и принялись выискивать невидимую щель или определенные элементы тайных запоров. Минут пять настойчивого поиска не принесли желаемого результата: дверь в стене не нашли. Зато совсем неожиданно Сильвер засунул все пять пальцев в небольшие углубления, и проход открылся. Но совсем не там, где его искали! Вниз провалился длинный участок пола, образуя крутой желоб, и по этому желобу с воем ужаса и отчаяния под пол провалился младший сын графа.

Первым на случившееся среагировал Федор: ногами вперед прыгнул на скользкую мраморную поверхность. Казалось, остатки пыли лишь ускоряют скольжение. Сам граф скользнул вниз как-то боком, несуразно ударившись о край провала. И последним в раскрывшийся лаз, расширенными глазами замечая, как тот начал закрываться, головой вперед прыгнул старший сын Сильвера. В любом случае он возле остальных чувствовал себя увереннее и в полной безопасности.

Скользили долго, чуть ли не минуту. Успев при этом крикнуть друг другу по парочке успокаивающих фраз наподобие: «Все хорошо летят?» и «Никому ничего не оторвало?» Ко всему прочему, князь догнал изо всех сил притормаживающего младшенького и крикнул:

– Все нормально! Сядем усе!

Ну а внизу им элементарно повезло. Причем дважды. Сначала они со всего маху шлепнулись на кучу ссохшихся останков и при этом не порезались о торчащее в той горке оружие. А потом и Федор заметил магическим зрением странное шевеление снизу и заорал:

– Все в сторону! Откатывайтесь! Быстро!

Успели вовремя. Сквозь поломанные мумии вверх рванулся густой лес поблескивающих штырей из нержавеющей стали толщиной в палец. Да так и остался торчать на четверть часа. Затем бесшумно опустился вниз. Получалось, что любой вторгшийся сюда человек за это время успел бы если не сразу умереть, то отдать впоследствии концы от потери крови.

Но лишь когда внимательно осмотрелись и подлечили мелкие ушибы, начался обмен мнениями:

– Вот так нас встречают!

– Теперь понятно, чье тут захоронение: неосторожных идиотов.

– Па, да я ведь даже руки расставить не успел.

– Да это я больше о себе…

– А мне непонятно, зачем тут эти штыри? Если и так любого человека духи все равно бы сожрали.

– В самом деле! Князь, много их здесь?

Иномирец уже прохаживался возле единственного выхода из зала и заглядывал в ведущий куда-то плавным поворотом тоннель.

– Хм! Как это ни странно, но ни одного духа я здесь пока еще не увидел. Но это не значит, что мы их не встретим дальше. Меня больше вот это смущает. – Он вернулся назад, поглядывая на оставленные штырями дырки в уцелевших кусках мумий. Присел на корточки на безопасном расстоянии и стал выдвигать предположения: – Скорее всего, нас должно было проткнуть сразу после падения, но штыри полезли вверх после задержки. Подвела техника? Или нас спасли амортизировавшие останки? Сейчас проверю…

Он ударил по горке средней силой и прислушался: знакомого шелеста не последовало. Тогда ударил малой силой по чистому от трупов участку. На этот раз штыри устремились вверх без промедления. От их хищного шуршания парень поморщился:

– Поблагодарим тех отчаянных искателей приключений, которые своими телами спасли наши тушки от многочисленных дырочек. Но все-таки каков прогресс существовал в этой вашей древней империи! Столько веков прошло, а все работает так, будто вчера сделано!

– Меня больше волнует отсутствие мумий наверху. – Поднявшийся на ноги граф потирал ушибленное ниже спины место. – Если там никого нет, значит, все целенаправленно стремились сразу сюда.

– Возможно, здесь раньше царило постоянное яркое освещение, кольца мог заметить любой зрячий, вот потому и стремились.

– И никто не знал о ловушке?

– Если кто и знал, то наверняка мы их отыщем дальше.

– В других ловушках?

– Скоро увидим. – Федор внимательнее присмотрелся к стоящим вокруг него попутчикам и обратил внимание, что выглядели те слишком уставшими. Да и дышат как-то тяжело. – Может, сделаем привал?

Все молча повернулись к самому младшему.

– Мне не хочется, – ответил тот. – А воду я и на ходу попью.

– Тогда в путь. Но теперь я иду впереди и обвязываемся страховочной веревкой.

Шли медленно. Теперь уже Шабен просматривал частенько подозрительные участки пути на глубину до тридцати сантиметров не только по стенам, но и на полу и сводах. Но за час неспешного продвижения ничего опасного не встретили. Только на одном из поворотов в глаза бросился влажный от сырости участок стены, но самой воды или выступающих капель не обнаружили. Зато предположили, что где-то в глубине может находиться вместилище с водой, и тщательно пометили это место на своих схемах. Ни родника, ни озерца им до сих пор в подземельях не встречалось, и проблемы с питьевой водой напрягали. К тому времени на каждого оставалось по литровой фляге, а ведь впереди еще маячила неразрешимая пока проблема выхода на поверхность. Шаломакры давали возможность не брать с собой продукты, но пить рекомендовалось как можно чаще.

Удивляло отсутствие духов. Ни одной мумии тоже не попалось. А потом, метров через пятьдесят после мокрого пятна, вышли к тому залу, который стал последним местом успокоения сразу нескольких тысяч прорвавшихся сюда искателей сокровищ. Оказывается, очень многие знали о первой ловушке, удачно преодолевали ее разными способами, но, скорее всего, никто из них так и не вышел из этого зала. А если и вышел, то постарался никогда не возвращаться.

Помещение разительно отличалось от всех виденных ранее. Квадратное, правильнее сказать, совершенно кубическое со стороной грани метров пятьдесят. Стены выложены желтоватым мрамором с золотистыми прожилками. Ровный потолок – голубым мрамором, создающим видимость бездонного неба. По периметру всего зала на ширину стен вниз спускались высокие, покрытые зеленым мрамором ступени, каждая высотой до полуметра. Посчитать их не представлялось возможным из-за густого ковра покрывающих их мумий. В некоторых местах ссохшиеся тела возвышались горками, но ни одна из них не доставала возвышающийся в центре зала саркофаг чисто-белого цвета. Тот располагался на блестящей каменной опоре малинового оттенка, на одном уровне с крайними, наиболее возвышенными ступенями. И стоящим под самой стеной исследователям было прекрасно видно, что крышка саркофага приоткрыта, сдвинута в сторону и находится на грани опасного равновесия. Казалось, чуть ее подтолкнуть, и она рухнет вниз, спрессовывая собой останки осквернителей могил.

Стараясь не сделать вперед и единственного шага, трепетным шепотом Шабен с сорок третьим уровнем рассказал о различимой только его глазами цветовой палитре, а уж потом все принялись обсуждать увиденное:

– Светлые демоны! Сколько же их тут?!

– И непонятно, от чего умерли…

– Ага! Руки и головы вроде на местах. Да и оружия в ладонях нет.

– Зато остатки истлевших веревок, словно паутина, просматриваются.

– Точно! Мне кажется, они ими пытались столкнуть саркофаг вниз.

– Или открыть крышку до конца. Кстати, а кто там может быть?

На этот вопрос как самый старший из присутствующих и наиболее знающий историю попытался ответить Сильвер:

– Раз мы находимся примерно под руинами императорского дворца, то здесь не может быть похоронен просто генерал или даже маршал. По историческим легендам, последний император был коварно заманен в ловушку и убит. Но ничего не известно о его наследниках. Возможно, кто-то погиб чуть позже от ран или болезни. А может, и раньше сам император успел похоронить своего прямого наследника. Мы можем только предполагать… Но, посмотрев на этот зал, мне хочется признаться: будь я императором, лучшей усыпальницы, на мой вкус, не найти. Стильно, со вкусом, неповторимо, роскошно и величественно. А уж меры безопасности – сами видите: чрезмерные.