Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава тридцать пятая
Отдача

Наследная принцесса Колючих Роз ехала в одной из своих крытых карет и не сдерживала самодовольную, торжествующую улыбку. В последние дни и часы ей все удавалось с необычайной легкостью. Любое начатое дело идеально соответствовало конечной задумке, а взлетевшее до самого поднебесья сознание собственного величия и злой гениальности приятно согревало душу.

Почти все поставленные планы оказались выполнены, а намеченные на ближайшее время успешно реализовывались. Ни одна случайность не могла помешать их феноменальному завершению.

Устранение лучшего телохранителя королевы прошло не просто на «ура», а еще лучше. Потому что второй Шабен вдруг неожиданно воспротивился изгнанию своего коллеги, затеял с ее величеством крупный скандал, и в результате сам оказался отправлен в дальнюю ссылку в тмутаракань. А новые, уже заранее и тщательно приготовленные телохранители теперь только и ждали приказа от своей повелительницы Биналы о начале государственного переворота.

Несколько самых влиятельных женщин королевства сегодняшним утром принесли в тайном месте присягу принцессе как будущей королеве. Причем сделали это не только устно, но и письменно, отрезая себе тем самым все пути к отступлению или двурушничеству. Если вспомнить и об остальных заговорщиках, которые присоединились к ее высочеству в желании богатеть и властвовать, то подавляющее большинство наиболее активных придворных поддержит именно Биналу. Оставалось только нанести последний и выверенный удар по нынешней королеве, подстроив все это дело так, словно произошел несчастный случай, и тогда никто не осмелится омрачить радость новой абсолютной монархини.

Для этого накануне были задействованы все средства давления, лести и притворства, чтобы поставить на пост коменданта строящейся Башни Иллюзий одну из самых реакционных и озлобленных против мужчин воительниц. Причем новый комендант была лично обязана Бинале Харицзьял не только жизнью, но и состоянием. За два дня рьяная мужененавистница должна была подготовить с помощью магии и неучтенных при строительстве духов покушение на королеву Сагицу, намеревавшуюся завтра лично посетить наиважнейшее для государства строительство. Планировалось обвалить на венценосную голову строительные леса, а если случится чудо выживаемости, то тогда со специальным ядом к Сагицу поспешат ее телохранители. Делая вид, что помогают и спасают, они добьют несчастную жертву и с помощью заранее приготовленных улик опять эту диверсию свалят на Хиланское княжество.

Дальнейшие пять дней считались, пожалуй, самыми легкими и понятными в общем плане переворота. Объявление пятидневного траура – традиция. А на третий день после гибели королевы, по основному закону поминовения, сразу после утреннего обязательного причастия всех подданных и гостей Колючих Роз наследница короны имеет право двинуть против врага все имеющиеся в королевстве воинские подразделения. Вот именно для этой цели и созывались рыцари со всего мира. Причем никакого сомнения в их послушании у принцессы не было. Она уже заранее восторженно представляла, как река закованных в сталь воинов самым стремительным маршем выходит из столицы и несокрушимым потоком затапливает мерзких, обнаглевших хиланцев. Причем делает это не на территории Колючих Роз, а на исконных землях агрессивного княжества. Дальнейшие ходы зависели как от самой победы, так и от того количества рыцарей, которые останутся в живых после молниеносной войны. Можно было двинуть их как против Палрании, так и против султаната Бракахан. А можно было опять вернуть в столицу и в честь великой победы разрешить провести Большой турнир и смотреть, как эти грубые мужланы будут истреблять друг друга на потеху новой королевы и ее придворных. Причем истреблять жестоко, до самого последнего дыхания и до самого последнего соперника. Средств повиновения у Биналы Харицзьял отыщется предостаточно.

Уже сейчас верные принцессе Шабены вели интенсивные работы по накоплению наркотического дурмана, используя для этого просторные подвалы дворца «Прелесть», который и сам полностью преобразился в последние дни, превращаясь в огромную химическую лабораторию. Наркотического дурмана должно хватить не только для «причастия» всех рыцарей, но и для оболванивания всего мужского населения королевства. А напоследок еще и на врагов должно остаться с солидным запасом. В этом деле главный организатор переворота руководствовалась принципом «хорошего много не бывает».

А сама она со спокойной душой ехала в замок своего двоюродного дядюшки, князя Ройнского. Хотя только считанные единицы особо приближенных сторонниц знали, что дядюшки, скорее всего, уже в живых нет. Коварная племянница отправила старика с якобы важным заданием на границу с султанатом Бракахан и дальновидно уговорила родственника на то, что сама лично присмотрит за вотчиной князя. Следом за дядюшкой отправились наемные убийцы, которым было приказано уничтожить старика так, словно его никогда никто и не видел. Так что огромный замок сейчас практически пустовал, и только в его глубоких подвалах томился в гордом одиночестве глупый, наивный саброли. Украденный у других хозяек и филигранно введенный в заблуждение по поводу своей свободы раб, который с радостью дарил свои ласки владычице своих чувств, помыслов и мечтаний.

Неожиданно воспоминания о горячих и блаженственных ласках накатили на принцессу со всесокрушающей силой. Она даже не сдержала томного стона, чувствуя, как низ живота тяжелеет, наливается страстным желанием, а губы опухают от преддверия пылких поцелуев. Да и размышления приняли несколько иное направление в отношении Федора:

«Может, не стоит спешить со спаиванием его шауреси? При его сексуальных фантазиях он меня еще дней десять удивлять сможет. Главное – продержать его на информационном голоде, кормить сказками про отряды наемников по его душу и проследить, насколько хорошо он употребляет наилучшее вино князя Ройнского. Пасхучу в кувшинах совсем немного, но саброли должно хватить для примерного поведения. Хи-хи! А потом он станет таким, как все… Ну а пока пусть хорошенько постарается… Кстати! Чего это мы так медленно едем? Ведь у меня на все удовольствия только два часа!»

– Эй! – строго крикнула она кучеру. – Чего ты так полз ешь? Или мечтаешь сам оказаться запряженным в оглобли?!

– Сей момент, ваше высочество! – стал оправдываться возчик, склонившись и чуть ли не всовывая свое лицо в маленькое окошко в передней стенке кареты. – Тут впереди какая-то повозка тащится, никак мы ее не объедем, но до развилки всего десять метров осталось, не извольте…

То ли он хотел сказать «гневаться», то ли «беспокоиться», но уже в следующий момент его голова оказалась отсечена невидимым оружием, а прямо в лицо Биналы Харицзьял плеснул горячий поток крови. Послышались проклятия и ругательства, а звериное рычание подсказало, что телохранители ведут бой не на жизнь, а на смерть. Карета стала как вкопанная.

Сама принцесса тоже не собиралась отсиживаться в сомнительном укрытии. Она частенько любила отрабатывать свои магические умения Шабена с двадцатым уровнем на беззащитных рабах и всегда мечтала показать свои бесстрашие и лихость в настоящем бою. Да и талисманы у нее имелись такого высочайшего уровня, которым мог позавидовать не один венценосный коллега. Напоследок и оружие наследница короны имела воистину уникальное. Причем об этом оружии знала только ее мать, правящая королева Сагицу. Для любого врага оно обязательно окажется неожиданным.

Принцесса выхватила два изогнутых предмета, очень напоминающие земные бананы, зажала каждый в ладошке, каблуком своего сапожка ударила по хлипкой двери, за которой мелькнуло чье-то перекошенное лицо, и с оглушающим визгом выскочила на булыжную мостовую. Удар звуком отыскал свои первые жертвы, а от неизвестного никому оружия в стороны поползли живые, ветвящиеся молнии. Накал схватки моментально возрос втрое. И сразу стало понятно, что победа вряд ли улыбнется нападающим и им ничего не останется, как геройски пасть в бою. Но в последнем движении любой из них пытался унести за собой как можно больше противников.

Глава тридцать шестая
Тяжелый выбор

Когда посол Сапфирного королевства появился на подворье арендованного им поместья, к нему сразу бросились четыре человека. При этом трое массивных и окованных железом мужчин чуть не затоптали стройную, но подвижную женскую фигурку. Получилось очень некрасиво и не по-рыцарски. Вдобавок женщина сумела так повысить свой голос, что на короткое время заглушила все другие звуки:

– Как вы себя ведете, господа?! Позор! Как дама я имею право первого голоса! – И тут же воскликнула, поворачиваясь к Загребному: – Ваше сиятельство! У меня к вам дело жизни и смерти целого государства. Нам надо немедленно уединиться!

Хорошо, что стоящая за спиной у графа Люссия узнала Чизу Бонекью и только многозначительно фыркнула на такое двусмысленное требование. Тогда как сам Загребной уже в который раз за сегодня выглядел растерянным.

– Прошу прощения, графиня, но мне надо хотя бы пять минут, чтобы осознать вот это! – Он рукой указал на еще совсем недавно пустынные пространства сада, зеленые лужайки и хозяйственные постройки. – Что это такое?

– Командир! – радостно заорал виконт Гредиллен. – Так ведь это только что прибыли остальные ваши элитные тритии. Успели все-таки! Но вот места для всех в доме не хватило, приходится им вот так, по-походному.

То, что творилось на территории недавно ухоженного поместья, трудно было описать простыми словами. Бедлам, светопреставление и умопомешательство. Где только можно, возводились палатки и биваки, разжигались полевые кухни и рылись временные ямы для сантехнических нужд. Пятьсот человек одновременно ругались, требовали, доказывали, радовались и веселились, и в этом кавардаке никто даже внимания не обратил на явившегося командира.

– Сейчас объявлю общее построение, – предложил барон Катизер. – А слуги пусть продолжают обустраивать лагерь.

Но только он собрался поднять к губам сигнальный рог, как Семен его остановил:

– Стоп! Отставить! Сейчас у меня важное совещание с ее сиятельством графиней Бонекью. Но прошу прощения и возможность подождать еще пять минут… – он вопросительно уставился на Чизу, и та недовольно кивнула, – в течение которых вы мне быстро и сжато расскажете: кто все эти рыцари, что они здесь делают и что все это значит?

Он заметался взглядом по стоящему перед ним триумвирату и в конце концов задержался на самом представительном и титулованном. Маркиз Вилинам почтительно склонил голову и стал говорить без единой паузы или запинки:

– Уважаемый Сефаур, все наши действия продиктованы стремлением выполнить оставленные тобой распоряжения. Ты ведь сам требовал собрать в твой бивак самых дисциплинированных и отважных воинов. Указывал, что если соберется группа, разбить ее на меньшие подразделения и пусть между собой проводят учения. Мы так и сделали. К концу третьего дня собралась целая трития. Ну и начались показательные бои. Зато как интересно получилось: на шум и огоньки костров к нам и остальные потянулись. Очень скоро у нас образовалось две тритии. Как они красиво и слаженно выполняли тактические перестроения! Потом собралась еще одна. Ну а дальше пошел такой наплыв желающих, что каждый день в уже полностью принадлежащую нам долину вливалась одна трития. Ну а когда узнали, что мы отправляемся на войну, под наше командование встали и все остальные. И все без малейших колебаний давали клятву знамени рыцаря Сефаура. По пути в княжестве Лотос к нам присоединилось пять тритий, а в королевстве Айлон – все восемь. Поэтому, когда мы прибыли к королю Палрании и потребовали поставить нас на довольствие, он чуть разрыв сердца не получил. Принцесса Елена сразу решила отправить нас в бой против хиланцев, но тут от тебя пришло второе сообщение, и мы все дружно двинулись в Колючие Розы. Кстати, это именно Елена Палранская посоветовала в Хаюкави входить небольшими группами, чтобы не привлекать к себе внимания королевы и высшей знати. – Маркиз залихватски подкрутил ус. – Так что, граф, принимай командование вверенной под твои знамена армии!

– Но зачем мне столько? – От перспективы грядущего скандала и осложнения обстановки в столице Семен вспотел. – Это ведь кошмар!

– Не переживай, командир, – степенно отозвался барон Катизер. – Остальные тритии определятся на постой по всему городу. Тем более что он такой огромный, что и десять таких армий легко на постой определит.

А виконт Гредиллен многозначительно добавил:

– Для великих свершений нужны великие армии.

Посол Сапфирного королевства сузил глаза от подозрений и склонился к самому уху виконта:

– Ты на что намекаешь?

– Да мы уже давно догадались, кто ты такой, – последовал такой же заговорщицкий шепот в ответ. – Кольцо-то у тебя не простое, «одно из пяти», а у нас новости быстро со всего мира в долины стекались. Вот мы и прикинули, что не кем иным, кроме как Загребным, ты быть не можешь.

– Ага, прикинули, значит… Ну а остальные рыцари как? Тоже знают?

– Говорить о таких вещах в любой тритии запрещено. Ну а что думает каждый рыцарь – знать не можем.

– Понятно.

Иномирец резко вздохнул, осознавая, что слава на этот раз сыграла с ним несколько неуместную и злую шутку. От парочки тритий, как демонов, так и людей, он бы еще не отказался, но морочить себе голову с целой армией не желал и своим врагам.

Ничего больше не оставалось, как смиренно покориться судьбе и отложить раздумья про рыцарей на неопределенный срок. Сейчас проблем и без них хватало. Ведь не примчится графиня Бонекью и не будет к нему бросаться через весь двор, не будь у нее и в самом деле самых важных и неотложных новостей. Поэтому он с фатализмом махнул рукой своим отмеченным кольцом командирам и поспешил уединиться с Чизой в маленьком холле посольства. Само собой, что и маркиза Фаурсе приняла в беседе самое деятельное участие.

Повествование графиня начала с отступления на тему здоровья своих самых близких мужчин:

– Чувствуют они себя сравнительно бодро, хоть и устали за ночь жутко. Сейчас отсыпаются без задних ног. К сожалению, никаких улучшений по поводу черных пятен и дряблости шелушащейся кожи не наблюдается.

– У нас тоже положение несколько неопределенное, – признался Семен. – Вроде как уверен, что с сыном все в порядке, а вот отыскать его не можем. Такое впечатление, что Федор сам не понимает всей сложившейся обстановки, а поэтому прячется изо всех сил.

Чиза Бонекью тяжело, но с явной надеждой вздохнула и подробно рассказала о ночных похождениях детей и мужа. Показала сделанные ими схемы и даже примерный рисунок найденных деревьев. А пока граф Сефаур с выпученными глазами рассматривал рисунок, наклонилась и стала раскрывать стоящую чуть в стороне сумку:

– Приехала на карете, но все равно больше из найденных вещей взять не рискнула. Дети отобрали самое легкое и самое, на их взгляд, интересное. Муж настоял вот на этом браслете.

Она вложила украшение в протянутую ладошку демонессы, и та стала его рассматривать, рассуждая вслух:

– Очень похоже на те, которые управляют постоянными кристаллами накопления. Только намного шире, и, кажется, каждое отделение состоит их двух половинок. Скорее всего, здесь более чем удвоенное количество функций. Но по причине его странной тусклости, скорее всего, он никогда не оживет. Эй, ты слышишь меня?

Но Семен, словно пришибленный, крутил в руках темную вещицу, напоминающую частично потрескавшийся и поврежденный параллелепипед. И только после третьего обращенного к нему встревоженного вопроса стал бормотать трясущимися губами:

– Что б я так жил! Неужели это и в самом деле то, что я думаю? По логике вещей, такого здесь быть не должно. Но с другой стороны, и меня в мире Изнанки изначально не существовало. А значит, и эта штуковина могла здесь существовать многие тысячи лет назад. Потому что сейчас от нее остались только лишь контурные воспоминания. Но этот выступ, по всей вероятности, не иначе как антенна… Само собой, что от батарей даже пыли не осталось… А вот здесь, внутри… что прячется?

Он поднапрягся и легко разломал хрупкую вещицу пополам. Тускло блеснули крохотные отблески от маленьких кусочков вещества, похожего на сталь.

– Да сколько же оно там валялось, если даже пластик сгнил?..

Маркизе Фаурсе надоели такие странные рассуждения, и она беспардонно нанесла по мужчине отрезвляющий удар. Загребной дернулся, осмотрелся по сторонам и возмущенно фыркнул:

– Вообще-то, я не пьян… Но все равно спасибо.

– Теперь рассказывай, что это такое? – строго потребовала Люссия.

– Да в этом мире такого нет, и тебе все равно не понять…

– Тогда очень настоятельно тебя прошу, объясни так, чтобы я поняла!

– Да? Ладно, попробую… С помощью таких вот штук в моем мире могли переговариваться люди на больших расстояниях. Называется мини-рация. Возможно, что у меня в руках спутниковый телефон. Некое зарядное устройство давало энергию, та преобразовывала речь в магнитные колебания, и с помощью волн различной частоты эти магнитные колебания неслись сквозь атмосферу. Причем подобным переговорным устройством мог пользоваться любой, даже маленький ребенок.

– То есть никакой магии или умений Шабена?

– Никакой. – Семен безжалостно отбросил остатки рации на стол и продолжил рыться среди других вещей. – Но теперь у меня исчезли последние сомнения: когда-то давно Изнанка была технически развитой планетой. Эх… жаль, что больше ничего знакомого не могу определить… Скорее всего, это обломки от более крупных агрегатов или приборов. Мне надо срочно самому взглянуть на те дивные устройства в подземельях! Чиза! Как вы думаете, ваши отважные исследователи уже восстановили силы?

– Муж говорил, что готов идти сразу после еды, ну а дети просили хотя бы пару часов сна. Сейчас они уже спят как минимум четыре часа, да и пока мы до них доберемся…

– Отлично! Значит, отправляемся немедленно!

Семен вскочил на ноги, но был остановлен предупреждением демонессы:

– Ты сам когда последний раз спал? Хочешь свалиться с ног или, еще хуже, с седла?

– Не волнуйся, чувствую себя превосходно, кажется, твой удар трезвости очень помог взбодриться. К тому же сегодня вечером обязательно высплюсь. А к тебе просьба: вернись во дворец княгини и тщательно исследуй найденную в ее тайной комнате библиотеку. В первую очередь поищи упоминания о рубине. Мне показалось, Хаккуси явно что-то об этом кристалле знала особенное. Ну и вообще присмотри за порядком.

– Может быть, пообедаешь?

– Некогда! Причем у нас появилось еще одно неотложное дело. – Загребной через окно позвал оказавшихся в поле зрения атташе и, когда те примчались, стал допытываться: – Что нам известно о пострадавших во время падения Башни Иллюзий работниках? И вообще, имеются ли выжившие?

– Конечно есть! – сразу откликнулся Лирт, курировавший этот вопрос. – Мы, правда, не знаем, какие они работники и чем конкретно занимались…

– Интересуют непосредственные сборщики шауреси. Как они его извлекали и из чего конкретно?

– По нашим данным, всех выживших при падении Башни распределили по двум госпиталям столицы: военизированная охрана находится в армейском. А вот с десяток лиц доставили в другую больницу, ту, что возле Больших Северных ворот.

– Вот этих гражданских постарайтесь выдернуть для допроса. Или хотя бы допросите на месте. Удастся?

– Вполне. Там обычная городская больница. Кажется, вообще никакой охраны.

– Тогда действуйте! К моему возвращению вы должны твердо знать: как, из чего и каким способом добывается этот наркотик. По нашим предварительным данным, из ствола странного дерева металлической прочности. Понятно? Тогда расходимся!

По плотно сжатым губам Люссии можно было догадаться, что она совсем по-иному распорядилась бы и собственной занятостью, и личным временем графа Сефаура, да только в сложившейся обстановке ни у кого из них не оставалось права выбора. Только и приходилось, что барахтаться в стремительном течении событий и лишь мечтать о той минуте, когда удастся наконец добраться до спокойного и тихого берега.

Глава тридцать седьмая
Рабы иллюзий

Армия Хиланского княжества вторглась на территорию Колючих Роз ранним утром. Хорошо проверенная и веками испытанная тактика любого агрессора: первым делом нанести как можно более разрушительный и глубокий удар по тылам и коммуникациям противника. А потом, воспользовавшись хаосом и дезорганизацией в командовании, выйти на тактический простор, одним интенсивным броском преодолеть оставшееся расстояние и с ходу взять желанную столицу.

Когда подобный вариант срабатывал, агрессор оставался относительно цел, не изранен мелкими и ненужными стычками и баснословно богат после грабежа и наложения налога на молниеносно захваченное государство. Именно о таком р азвитии своего наступления и мечтали маршалы княжества, едущие сразу за внушительным боевым авангардом. И не просто мечтали, а свято верили в свою безоговорочную победу. Слишком много усилий было приложено для подготовки этой войны. Проведена тщательнейшая разведка, в столицу Хаюкави введена «пятая» колонна из рыцарей, многочисленных купцов и их еще более многочисленной охраны. Ну и самое главное – подготовлена мощная, мобильная и превосходящая врага по количеству армия. Причем превосходство только в количестве было подавляющим. По данным разведки, противостоять вторжению могли лишь мелкие, разрозненные и до абсурда малочисленные воинские формирования. Говорить об их сопротивлении хиланцам было бы просто смешно. Ну и против разных магических неожиданностей армия княжества имела великолепное противодействие в виде собранных воедино боевых Шабенов. Эти умелые и страшные в магическом плане воины как раз и составляли большую часть прущего впереди авангарда.

Никто не смог бы остановить движущуюся к победе силу.

Ни один вооруженный отряд не попытался остановить агрессора.

А как выяснилось позже – вообще никто и не пытался.

Армия хиланцев уже вышла на тот самый вожделенный тактический простор, когда с движущимся на большом расстоянии впереди авангардом стали происходить странные вещи. Все двигались по огромной равнине, и от нагретых солнцем трав стал подниматься теплый, струящийся воздух. В его мерцании оказалось несколько проблематично рассмотреть ведущиеся далеко впереди построения. Но когда армия подошла ближе, то маршалы с удивлением поняли, что весь авангард развернулся, рассредоточился в единую цепь и теперь готов атаковать… собственных товарищей по оружию.

Пока недоуменно переглядывались и отправляли вперед вестовых, чтобы те узнали, в чем дело, заиграл боевой рог и авангард понесся в атаку. Большинство рядовых воинов до конца не могли поверить в серьезность происходящего. Им казалось, что это маршалы затеяли какое-то показательное учение или такими маневрами пытаются запугать, сбить противника с толку.

Последние сомнения отпали, когда лучшие боевые Шабены с грохотом врезались в походную колонну хиланской армии. Магическая боль ударила с максимальной силой, а хлынувшая кровь сразу перекрасила сочные травы в красный цвет. Армия стала в панике разбегаться, хотя кое-где маршалы и успели организовать плотную оборону. Все-таки авангард составлял лишь четверть общего количества воинов, шансов полного истребления своих товарищей у них было мало, но в самый переломный момент сумасшедшего сражения по собственной армии ударили подразделения арьергардного прикрытия. Такого предательства с тыла тем более не ожидали. Теперь уже спастись бегством пытались все, даже командиры. Началась бессмысленная, но от этого еще более жуткая резня.

Когда и она стала затухать, линии авангарда и арьергарда сошлись между собой. С исступленными, каменными лицами воины бросились друг на друга. Бойня продолжилась с еще большей силой. Теперь стало понятно, что спастись из этого ада смогут только те кавалеристы, которые изначально находились в середине колонны. Они теперь лихо удирали в стороны от сходящихся цепей и вполне успевали вырваться на пологие склоны предгорий.

Да только и им не суждено было спастись. Опять травы исторгли из себя перегретый, мерцающий воздух, и скачущие во весь опор всадники стали останавливать своих животных. Затем их лица из перепуганных быстро превращались в искаженные ненавистью, они выхватывали оставшееся у них оружие и бросались на любого, кто оказывался рядом. То же самое стало происходить и на месте основного сражения передового отряда с тыловиками. Через час после первой крови, оросившей долину, на ее просторах не осталось ни одного дееспособного воина. Только табуны осиротевших лошадей топтались на зеленеющих участках. Стонущие от тяжелых увечий раненые с пробуждающимся сознанием рассматривали кружащиеся у них над головами стаи воронья и с содроганием переводили взгляды на павших, лежащих в лужах крови товарищей, с еще большим ужасом осознавая, что товарищи, а порой и близкие родственники пали от их рук.

Многочисленная армия княжества Хиланское перестала существовать. Тогда как со стороны королевства Колючих Роз не оказалось даже случайных жертв.

Еще через час с противоположного конца на пространство огромной долины стала вползать колонна из многочисленных подвод и повозок. Прибыли похоронные, трофейные и магические подразделения. Одним предстояло похоронить тела в братских могилах, другим – собрать на продажу все оружие, доспехи и конскую сбрую. Собрать и подлечить верховых животных. Ну а третьи с завидной сноровкой бросились выискивать среди трупов боевых Шабенов и снимать с них защитные амулеты, редкие артефакты и прочее магическое снаряжение. В королевстве Колючие Розы издавна привыкли беречь ценное имущество и в любом подобном случае скрупулезно приумножать королевскую казну.