Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 20

– Где вас черти носят⁈ Я за вами полчаса назад послала! – возмущалась Белая ведьма, не вставая с кровати.

– Простите, ваше высокоблагородие, – склонившись, начал Трорин, а я, совершенно не смущаясь, прошел и плюхнулся на единственный свободный стул в комнате.

– Что⁈ Что ты себе позволяешь⁈ – закричала Энмира. Хикару лишь усмехнулся, но видно было, что он тоже слегка удивлен, – да я тебя…

– Убьешь? Закуешь в цепи? Мы отбили городище, и всю ночь разгребали завалы, и тушили костры. Ну, может, немного в кузне еще отвлеклись. Я понимаю, что после родов тебе, наверное, тяжело, но раз уж ты нас вызвала…

– Ты… Тварь… – Энмира сжимала кулаки, не в силах придумать мне достойное определение или наказание. Ну вот и ладненько – меня это вполне устраивает.

– Хватит, – устало сказал Хикару, – он Рейнхард. А после победы над старшим демоном у него совсем от наглости крышу снесло. Да только кое-что он забыл. Трорин!

– Есть! – крикнул дварф, и в ту же секунду мне стало ой как худо. Жизненные силы впитывались в ошейник, будто вода в песок. Сидеть ровно я не мог уже через несколько секунд. Надпись на половину поля зрения орала о смертельной опасности, но я держался на чувстве собственной гордости и синергии вживленных артефактов. – Это, максимум… – в замешательстве сказал надсмотрщик через минуту, – дальше только смерть.

– Врешь, не возьмешь, – усмехнулся я как можно более нагло. Да только ничего не вышло. Даже я понимал, что мой голос слишком слаб.

– У нас есть кнут и пряник. Пряник ты уже получил заочно. Даже несколько. Теперь видел часть кнута. Но, конечно, это не все. Мне будет крайне жаль свою воспитанницу, так что я, пожалуй, начну с одной крайне зажиточной крестьянки, обнаруженной мной в дальнем поселении, – Безгрешный чуть наклонил голову на бок, – ты же понимаешь, кого я имею ввиду. Верно?

– Тронете любую из них – и я вас прикончу, несмотря ни на какие законы и запреты!

– Смелые слова для того, кто не в состоянии даже отойти от своего надсмотрщика. Будешь послушным – они будут в целости и сохранности. Нет – и я по частям разделаю их. По очереди. Медленно и со вкусом. Я не желаю вам зла, граф. И даже признаю ваш статус. Но в данный момент вы вредите сами себе. Будьте разумнее. Прошу. Хватит, можешь снизить напор.

– Твари. А я ведь еще раздумывал засуживаете ли вы смерти, – несмотря ни на что, дышать мгновенно стало гораздо легче. Будто камень с груди убрали. Сияние рун на ошейнике значительно утихло, хоть и все равно оставалось.

– Майкл! Я позвал тебя не для того, чтобы припираться, – ударил по подлокотнику стула Хикару, – а для того, чтобы поговорить как с серьезным человеком. Ты помог отбить крепостницу в критической ситуации. Все здесь присутствующие понимают твою силу и живучесть. Поэтому мы хотим поручить тебе работу. Простую, но хорошо оплачиваемую.

– Что от меня требуется…

– Доставить головы дракона князю Владимиру, – сказала Энмира, ее ребенок заплакал, и мать, совершенно не смущаясь, начала его кормить прямо при нас, – он обещал при убийстве дракона подписать мирный договор и подчиниться Длани. Если сдержит слово – у нас номинально будет три баронства из четырех. Включая мое, и Щей-де-Коша. Последний, к сожалению, находится слишком далеко, и мы не даже знаем, добрались ли до него послы.

– И зачем вам я? Хотите пожертвовать, как пешкой, если переговоры не удадутся?

– Все верно, – кивнул, улыбнувшись, Хикару, – и неверно одновременно. Мы даруем тебе новое имя и легенду, которая будет тебя поддерживать. В купе с твоими приобретениями этого хватит, чтобы на равных разговаривать с любым мелким князьком.

– Вы хотите, чтобы я в очередной раз сменил фамилию, отказавшись от Рейнхардов?

– Ни в коем случае, – протестующе поднял руку Безгрешный. – Только чтобы получил народное прозвание. Тайное имя, если угодно. На основе верований этих дикарей, так чтобы оно отвечало их традициям и обычаям. Правда, одного имени будет недостаточно. Нужны будут и соответствующие манеры, и поведение. И тут я тебе помочь не смогу.

– И толку мне с имени? Какая разница как я буду представляться?

– А ты и не будешь. Ну, вернее будешь, конечно, но пока ты возился в кузне, я уже разослал своим агентам новость, которую они будут распространять. Проснулся молодой богатырь, сын земли матушки, Добрыня. Нашел меч отца огня и сразил трехглавого Змея Горыныча. К тому моменту, как ты доберешься до стольного града, о тебе уже будут говорить.

– Кто такой богатырь? – не удержался я от глупого вопроса, на который Хикару даже отвечать не стал. А вот Энмира оказалась куда прозорливее.

– Когда ты успел обзавестись агентами в этих землях? – спросила она настороженно, – давно собирался занять место моего мужа?

– Не его конкретно, – пожал плечами Безгрешный, – но и так было понятно, что рано или поздно в эти земли придет Длань. И пусть болота правителям империи не особенно интересны – за ними находится Алинель – лес тысячи кошмаров и последняя свободная вотчина эльфов. Хотя я в первую очередь искал торговых партнеров, а не соглядатаев.

– Погодите. Ладно, имя. А куда мне ошейник деть?

– Зачем? Это дополнение, которое прекрасно вписывается в историю и образ. Богатырь, кстати, это очень сильный воин, совершающий множество ратных подвигов. У тебя на счету пока только один – победа над драконом, но уверен мы сможем пустить слух и о других. Говорят, за тобой постоянно таскается лесная девка?

– Дриада, – подтвердил я, – мы нашли ее на болоте.

– Вот и отлично, еще один фрагмент в мозаику, – усмехнулся Хикару, – избранник духа леса, который спас ее от чудищ. Была бы она еще княжеской дочкой…

– Да какая она дочка⁈ – не выдержал молчавший до этого Трорин, – вы еще скажите принцесса! Она лягушка натуральная! Вся зеленая, в волосах ветки, вся листьями поросла!

– А что, хорошо звучит – принцесса лягушка, – Безгрешный в задумчивости посмотрел на потолок, – нет. Царевна-лягушка! Естественно заколдованная. А ты, значит, ищешь способ ее расколдовать и превратить в прекрасную деву.

– Да кто в такой бред вообще поверит⁈

– Людям нравятся сказки. Им хочется верить в то, что бывают чудеса. В то, что каждый дурак в болоте может найти свое счастье. Так что, если мы скажем – одному богатырю это удалось – особых проблем не возникнет. Наоборот это дополнит и усилит образ, – Хикару поднялся, – решено, так будет лучше всего. Немедленно поправлю и перешлю послания.

– Ты ничего не забыл? – спросила, подняв бровь, Энмира, – ты может и умный, но тут далеко не главный.

– Прошу прощения, я действовал строго в ваших интересах, госпожа, – склонился полуэльф, – разрешите выполнить озвученный план?

– Да, ваш план мне нравится. Только приведите девочку в порядок. Даже заколдованной принцессе нужно вести себя подобающе.

– А вот тут могут возникнуть трудности, – кашлянув, заметил я, – она не может разговаривать. Совсем. Хотя со слухом у нее, вроде, все в порядке. Да и жесты она понимает. Может, есть заклинания, которые обучают языкам? Так, чтобы сразу.

– Ты ничего не перепутал? – рассмеялся Хикару, – в чудеса простые люди должны верить, а не ты.

– Это верно. Но полгода на обучение у нас нет, – нахмурившись, сказала Энмира, – пусть ее немота будет частью проклятья. А в покои мне ее все же приведите. Я в отличие от Майкла не лишена благословения Длани и вижу все плетения. К тому же думаю никому из присутствующих не надо напоминать, что я мастер аспектов Изменения, Создания и Вызова? Создательница магии Огня. Уверена я смогу найти подходящий вариант.

– Она не пойдет без меня, – покачал я головой, – проверено. И даже со мной она напрочь отказалась входить в дом. Мне кажется, что она себя неуютно чувствует, когда оторвана от земли.

– И что? Предлагаешь мне, – она показала на себя и ребенка, – спуститься в таком состоянии?

– Нет конечно, – я вздохнул, понимая ее правоту, – хорошо. Сейчас что-нибудь придумаю.

Не прощаясь я сбежал по лестнице в главный зал управы. И поймав ожидавшую меня у выхода девушку, взял ее на руки. Берегиня вначале прижалась ко мне улыбаясь. Но когда поняла, что я собираюсь занести ее вовнутрь, дома забарабанила своими маленькими кулачками по моей груди. И каждый удар был не легче, чем дубинка. Хорошо хоть я в броне был.

– Чем меньше ты будешь сопротивляться, тем быстрее мы совсем покончим! – пытался уговаривать я дикарку на ходу, – я тебе зла не желаю! Правда!

– Ого, а она реально зеленая, – заметила Энмира, – поставь ее у кровати. Смотри, как замерла, глядя на ребенка. Первый раз видит? Или наоборот вспоминает о своей матери. Каким бы существо не было, у всех она есть – мать. А вот с отцом задается далеко не всегда. Успокойся, малышка, и дай мне тебя считать.

Стоило Белой ведьме прикоснуться к коже дриады, как лианы в волосах девушки ожили и бросились вперед, будто змеи. Мне едва удалось одернуть ее от виконтессы, перегородив собой путь между ними. Теперь берегиня уже точно не выглядела милой или спокойной. Загнанный в угол зверь, готовый сражаться за собственную жизнь – по-другому и не скажешь.

– Везет тебе на диковинки, – фыркнула Энмира, – русалка, демонесса, а теперь еще и ходячее дерево. В такой обстановке я, конечно, ничего не смогу сделать. Но если ты сумеешь эту гадюку приручить, то позднее возможно обучить ее элементарному контролю. Одно могу сказать точно – магии Жизни в ней предостаточно. А теперь убирайтесь. Скоро должна быть готова лодка. И Майкл. Лучше бы тебе не возвращаться с плохими новостями.

Глава 21

Чем хороша была лодка и течение, несущее нас к нашей цели – так это тем, что мы хоть теперь могли нормально выспаться. Я твердо намеревался отоспаться за все прошедшее с моего пленения время. И мне даже удалось снарядить соответствующее место. Сухое, мягкое и удобное. Царевна-лягушка в начале немало на меня дулась, но к концу первого дня на реке смилостивилась и соизволила лечь рядом.

К счастью, совсем уж деревом она не была, ела и пила как обычный человек. Только на мясо не налегала. А мне наоборот оно пришлось очень по вкусу. В конце концов, по легенде я должен быть сильным и упитанным. Хотя с последним были значительные проблемы – организм напрочь отказывался откладывать запасы, да и с растительностью на лице у меня не задалось. Придется обойтись без бороды.

Зато с сыном матери земли и отца огня, Хикару действительно здорово придумал. Моя серо-черная кожа и горящие глаза полностью этому образу соответствовали. То, что один красный, а второй желтый – особой роли не играло. Да и шрамов у меня осталось предостаточно – доказательств того, что я прошел через множество боев.

С одеждой пришлось немного повозиться. Но тут снова помогла предусмотрительность Безгрешного. Он приказал собрать все тела захватчиков и не раздевать их до осмотра. Так что теперь на мне была белая льняная рубаха ниже пояса и поверх нее кольчуга. Кираса в несколько миллиметров толщиной. Ботинки с подбитой подошвой и стальным носком защищали голень.

Почему у этого народа не прижились полные латы – ума не приложу. Да и от защиты локтей и коленей я отказался с большими спорами. Но главное было произвести первое впечатление, драться в городе, где правил князь Владимир, мы не собирались. Хотя готовым к этому нужно быть в любой момент.

– Ты это видишь? Меня глаза не обманывают? – спросил встревожено Трорин, когда на рассвете третьего дня мы добрались до столицы местного княжества.

– Это либо массовое помутнение рассудка, либо я не знаю, какого черта мы здесь делаем, – едва сглотнув ком в горле, ответил я. Хикару ни мог не знать о том, что нас ждет. Но при этом не сказал ни слова.

Даже из-за холма, который скрывал основную часть города, видны были постройки. Десятки, если не сотни деревянных двухэтажных домов. Несколько построек из камня. А по верхам пригорков шла стена из толстых бревен, возвышающихся на добрых три метра. Этот город по своим размахам вполне мог соперничать с Уратакотой, и точно не тянул на маленькую крепостницу барона. Единственное что удивляло – не было слышно гула паровых машин.

– Было бы странно, если местный правитель подчинится непонятно кому с несколькими сотнями воинов, – не сумев скрыть удивления, сказал я, – зато теперь понятно, почему именно меня послали – требовать в нашем положении хоть что-нибудь, чистой воды самоубийство.

– Я видал в странствиях и побольше, – заметил Трорин, – но, конечно, ни один виконт таким размахом похвастать не может. Как минимум Граф, да и то не каждый.

– Значит, нужно быть очень осторожными. Все помнят, о чем договаривались? – спросил я, повернувшись к небогатой команде, состоящей из дварфа, Макграга, Араты и Царевны-лягушки. – Вы мои помощники на людях. А зовут меня?

– Добрыня, – почти хором ответили спутники.

– Наша роль маленькая, – заметила мулатка, – говорить тебе придется. А значит, и основной риск на тебе. Смотри не облажайся.

– Как же ошейник этот трет, – буркнул, не сдержавшись, Трорин. Теперь на его шее красовался такой же обруч, как и у остальных. Только декоративный. А браслеты подчинения он спрятал под длинными наручами. В общем, выглядело так, что мы все в ошейниках – только на моем еще и руны светятся. «В знак обета перед матерью землей» – как сказал Хикару.

При приближении к пристани я поднялся на нос суденышка и повесил через плечо связку с отрубленными головами Змея Горыныча. Это первое, что должны увидеть горожане. А вторым была разодетая в зеленый сарафан Лягушка. Первое впечатление второй раз не произвести, так что мы старались, как могли.

– Кто такие и куда идете? – строго спросил таможенник. За его спиной стояло пятеро стражей, одетых почти так же, как и я. Только в шлемах, с копьями и щитами. А позади них начала образовываться небольшая толпа из зевак.

– Добрыня мое имя. Победитель Змея Горыныча, спаситель Царевны-лягушки. Сын самой матери земли, – ответил я спокойно и с достоинством, но достаточно громко, чтобы все слышали, – пришел отчитаться к вашему князю о ратном подвиге.

– Богатырь. Смотри-ка, настоящий! – донеслись из толпы восторженные возгласы. Но проверяющий их воодушевления не оценил.

– Хорошо, – кивнул он сдержано, – стража проводит вас в красный терем. Как минимум аудиенции у князя вы заслужили. Но это не значит, что мы не будем за вами приглядывать. Почетный караул этому витязю и его спутнице. Остальных в общий дом под стражу.

– Они пойдут со мной! – твердо сказал я.

– Еще чего, или они тоже богатыри, дракона убившие? – фыркнул таможенник, – оружие можешь оставить у своих спутников. Но в княжеский дом с мечами нельзя.

– Могу я хоть ножичек при себе оставить? Яблочко порезать?

– Можешь. Одним стилетом много не навоюешь, каким бы богатырем не был, – вот же пройдоха глазастый, – особенно из кости. Если все формальности решены, и вы согласны на условия входа в город – следуйте за нами.

– Ладно, – пробормотал я, стараясь всем своим видом показать, насколько я оскорблен и недоволен. На самом деле такой вариант мы, конечно, предусматривали. И Трорин даже клятвенно пообещал, что расстояние между нами меньше километра не сильно скажется на моем здоровье. Впрочем, до замка на холме было куда меньше.

Несмотря на свой размер, город поражал обилием дерева. Оно здесь было практически повсюду. За всю дорогу я не заметил ни одного каменного дома. Даже вместо брусчатки на дороге лежали подогнанные друг к другу бревна, покрытые слоем грязи. Ее здесь, кстати, было более чем приличное количество. И не до конца понятно не то это было связано с болотистой местностью, не то с рекой, протекающей почти через центр города.

Правда, такой вони, как иногда в северной столице империи, не было. Может, потому что, кроме людей, по улицам не бегали поросята? С другой стороны и паровых машин не наблюдалось. Да и встреченное население не отличалось разнообразием – люди. Самые обыкновенные. Без морфизма или примесей крови других рас.

От самой пристани меня и дриаду вели под бдительным конвоем из восьми стражников и лично таможенника. А толпа, следовавшая по пятам, только увеличивалась со временем. Дети подбегали, стараясь протиснуться между непрошенными охранниками и своими глазами посмотреть на «богатыря». Но стража настойчиво, хоть и беззлобно, отгоняла шалопаев.

Правда, шли за нами не только дети. Много было и взрослых, побросавших все дела. Видно, что появление столь странного путника, как я, вызвало в народе немалое удивление. Таможенник все больше хмурился, не понимая, что с этим делать. Что ж, такова была часть плана Безгрешного. Пущенные его шпионами слухи и общественное внимание должны были оградить меня от убийства без суда и следствия. Но не более.

– Что за столпотворение⁈ – спросил очень молодой, но богато одетый воин с бородкой, когда толпа ввалилась в ворота крепости, – в чем дело, народ?

– Князь батюшка, богатыря привели! – крикнул кто-то, не сдержавшись.

– Я вполне и сам за себя сказать могу, – подвинув стражника, вышел я вперед, – здравия тебе и долгих лет жизни, князь. Меня зовут Добрыня, сын матушки земли. Прознав про горе ваше – змея на людей нападавшего, решил я вам помочь. Вот его головы, – с этими словами я скинул с плеча трофей, прямо под ноги правителю.

– Ратный подвиг не может остаться без внимания, – кивнул князь, – так, может, скажешь ты, чего хочет душа твоя за сие деяние?

Проверка интеллекта. База: 3 (+3 интеллект, +3 элита, −3 при смерти). Бонус: −6 (+2 общий, −3 гений, −5 эпик). Бросок: 4. Требование: 2. Провал.

Вот так просто – все что угодно? Понятно, что здесь есть подвох. Попросишь много или то, что на самом деле нужно – можешь не получить ничего. Попросишь слишком мало – получишь именно то, что попросил. Мы даже заранее готовились к такому варианту. А потому я недолго сомневался.

– Мира и процветания для земли и людей, – громогласно объявил я под восторженные крики из толпы. Князь усмехнулся, явно поняв намек, но виду не подал.

– Да будет так! Не даром тебя Добрыней называют, раз ты добра всем желаешь. Прошу, войди в мой дом, будь моим гостем! И ты, и твоя спутница. Слава Добрыне!

– Слава! – проскандировала за моей спиной толпа. Черт. Кажется, я попался. Обратного пути не было, а в тереме за закрытыми дверьми со мной могут сделать все что угодно. А пропадет богатырь – так что поделать? Уехал ночью. Вы просто не заметили. Тем более что кожа у него черная: видно плохо.

– Спасибо вам, народ честной, за слова хорошие и поддержку, – поклонился я людям, – завтра на закате накрою стол и расскажу всем желающим о делах прошлых.

– Слава Добрыне! Вот молодец! – раздались куда более веселые и заинтересованные мужские крики. Халяву все любят, и теперь пропади я – точно найдут и со всех спросят, где их хмельной мед. Между тем князь уже скрылся в доме, да и головы дракона стража унесла. Задерживаться не было никакого смысла.

Ступая по высоким деревянным ступеням, я старался отогнать от себя плохие мысли. Но с удовольствием и удивлением заметил, что Царевна почти не нервничает. Даже более уверенно себя ведет. Странно. Может, влияет то, что здесь все из дерева, а в ставке Райни из камня было?

Войдя во внутренний зал крепости, я замер. Рука сама дернулась к отсутствующей перевязи с двуручным мечом. Князь занял свой трон. По бокам зала располагались два десятка дружинников. А прямо за правым плечом стоял знакомый огромный воин в полном пластинчатом доспехе. Тот самый – который был на штурме крепости.

– Вижу, теперь ты нас узнал, – усмехнулся Владимир, – знакомься. Мой воевода Илья. А это шпион и посол из земель империи. Пришел за моими землями… – последнее он произнес, ударив кулаком по подлокотнику трона. Сомнений не осталось – это западня.

Глава 22

Один против двадцати? При том что у них есть нормальное оружие, доспехи и щиты, а у меня один стилет и почти голая жопа? Легко. Но в начале нужно попробовать договориться. Как говорил Дормаму, я для этого и пришел.

– Не шпион, а посол. И это не отменяет совершенного подвига.

– А еще ты убил десятерых моих братьев, – взревел князь, – и посмел защищать захватчиков, пришедших на землю Славную! С пиром завтрашним придумано здорово. Теперь весь город об этом жужжать будет. Да и встречали тебя на пирсе не просто так. Не знаю кто пустил о тебе слух, но, когда узнаю – быстро он не умрет. Поверь.

– Захватчики? – удивился я, – восстановление заброшенной каменной крепости на задворках страны, по-вашему, это захват?

– Нет. Что вы делаете на пустой земле – дело ваше. А вот требование признания власти какого-то вшивого виконта надо мной! Князем стольного града Новыша – это уже оскорбление. Когда в клубах пара этот ваш виконт явился к стенам и потребовал выплатить дань, я с удовольствием отправил его дальше вниз по реке. К Молоху, князю древлян.

Вы пришли со своим громовым оружием. И я видел, как оно может сметать стены. Ваши корабли без паруса и весел идут против течения. Но ни один из защитников Славии не дрогнет! Хотите жить в мире, как ты заявил? Сидите в своей крепостнице и не суйте оттуда носу. Иначе умоетесь кровью. Все до единого!

– Это слова войны, а не мира, – спокойно заметил я, – вы, князь, в своем праве и в своем граде. Вольны делать что вам угодно. И уж я точно здесь не для того, чтобы кого-то принуждать. Мое дело сделано – я сразил дракона и принес вам головы в качестве доказательства. Вы сами послали в крепость Хикентов послов с предложением о мире и служении, разве нет?

– Это было до того, как Змей умер, – усмехнулся Владимир, – и до того, как Райни с горсткой воинов пришел на мой порог, потрясая оружием.

– Значит, вы рассчитывали, что лучшие воины виконта погибнут, стараясь убить дракона, а затем вы нападете и разграбите остатки крепости? И это все заверяя в мире?

– Ты только что посмел обвинить князя во лжи? – прогудел великан, стоящий за спинкой трона, обнажая меч.

– Вот уж не знаю, как это у вас называется в Славии. Но у нас это зовется именно так.

– Спокойно, – Владимир в последний миг перегородил Илье дорогу, – ты на моей земле, Добрыня. И действуют здесь мои законы и правила. А я своему слову хозяин. Захотел – дал, захотел и забрать могу.

– Да, по сравнению с обязательствами Длани позиция очень удобная, – пришлось признать мне, – но зачем становиться врагами? Подумай о том, какую пользу мы могли бы принести друг другу!

– Вы, мне? – расхохотался Владимир, – ну давай, расскажи мне. Мир. Дружба и жрачка, да?

– Нет. Стенобитные дальнобойные пушки, самоходные паровые танки и корабли, покрытые сталью. Боевые дирижабли бомбардировщики и бомбарды, разрушающие каменные стены. У вас, князь, что, нет соседей, которых вы хотели бы покорить? Длань – это не только подчинение, но и власть. Магия пусть и не всем доступная и оружие, которому нет равных.

– Бла-бла-бла. Много слов, да мало дела. Я видел вашего виконта. Но где вся эта мощь, о которой ты болтаешь? Да нет ее!

– Вот как. Что же. Тогда как на счет дуэли между мной и твоим самым могучим воином?

– Дуэль это что такое? – спросил Владимир, повернувшись налево и взглянув за плечо, тут же к нему из темноты подошел старец и что-то прошептал на ухо, – а, поединок. А почему нет. Илюша, согнешь этого наглеца в бараний рог?

– С превеликим удовольствием, – усмехнулся княжеский богатырь, – сила на силу, умение на умение. Да только я своим мечом привык биться.

– Согласен. Тоже предпочту свой двуручник незнакомому оружию.

– Решено! Наш удалец против имперского задохлика. Никакой кольчуги или брони, только мечи да портки. Посмотрим, чего ты стоишь! Битва будет в полдень на центральной площади, а пока – пошел вон с глаз моих. А девицу можешь оставить, мы с ребятами развлечемся.

– Только если вам жизни не дороги, – пожал я плечами, – это Царевна-Лягушка, за жизнь которой я с водяным боролся. Она проклята и убьет любого, кто с ней останется, своим ядом. Пока я только ищу, как можно снять с нее это проклятье.

– Все у него не как у людей, – фыркнул князь, – уведите его и начинайте готовить место.

Меня вывели под черны рученьки из княжеских хором и оставили на улице. Но не одного. Тут уже была толпа ребятишек, которая загалдела при моем появлении, а также несколько взрослых, поклонившихся мне до земли. Один старик и четыре женщины. Хотя младшая из них тянула скорее на девочку.

– Всех благ тебе, Добрыня. Хвала тебе за избавление от гада, у семей наших детей да мужей отнявшего, – поклонился дед, которому и так уж в обед сто лет будет, и спину не распрямить.

– Не престало старому перед молодым нагибаться, – ответил я, стараясь подстроиться под речь ходоков, – трехглавый Змей Горыныч мертв. Все его головы дружинники князя забрали. А сейчас испытать меня хотят. На бой Илью выставили. На центральной площади в полдень.

– Да как же это? Илюшу? Нет ему равных по силе да умению ни среди обычных людей, ни среди богатырей – везде он первый. Не совладать тебе с ним, Добрыня.

– Может и так. Но приходите на место сборища. А пока не хочет ли кто из ребятишек проводить меня до пристани? К общему дому, там мои товарищи остались и оружие.

– Я провожу, господин, – сказала молоденькая девушка. Вот чем мне нравятся люди – тем, что они выглядят настолько, сколько им есть. Вот ей лет двадцать. Самая пора замуж. А может она как раз и ждала жениха, пока его не сожрала тварь, которую я собственноручно прикончил. Или по крайней мере нанес достаточный урон.

На всякий случай я постоянно смотрел на реку и дорогу, чтобы она в порыве благодарности не завела меня вместо причала на сеновал. Но девушка и в самом деле отвела туда, куда я просил. Больше того – моих спутников не увели в тюрьму, не убили и даже не пытали. Они просто сидели за большой лавкой, окруженные заинтересованными слушателями и травили байки.

– Трорин, мне нужен меч, – крикнул я дварфу, – и твое одобрение минут на пять.

– Что случилось? – сразу напрягся надсмотрщик, – что ты опять натворил?

– Местный богатырь – Илья, вызвал меня на поединок. Подробности потом. Вначале бой.

Понимая, что отвлекать меня сейчас – не самое лучшее решение, дварф лишь крякнул и подал перевязь. Увлекаемые толпой мы едва успели перекинуться парой фраз, пока нас вели обратно к центру площади. Теперь стражники не оказывали никакого сопротивления, только как положено охраняли порядок. А на площади уже готовились к зрелищу.

На балконе второго этажа терема уже стоял трон князя. Рядом с ним слуги суетясь расставляли кушанья. Но и внизу было что пожевать. Предприимчивые лоточники с пряниками, пирогами и квасом ходили меж людей, предлагая за скромную плату отведать сладкие, соленые, жаждоутоляющие и многие прочие кушанья. Торговля у них шла бойко, но я успел потратить мелкую деньгу – копейку, на которую купил леденец в виде петушка для Лягушки.

Что на меня нашло? Даже не знаю. Просто захотелось и самому попробовать, и девушку угостить. А увидев ее восторженное выражение лица, понял, что не прогадал. Мне же довелось лишь раз лизнуть конфету, как я без труда узнал обычный свекольный сахар просто в форме птицы. Удивительно, что такая простая сладость возымела столько эффекта.

– Перуне! Вми призывающим Тя, Славен и Триславен буди! – громко произнес старец, подсказывавший Владимиру. – Здравия и множество Рода всем чадам Сварожьим дажьди, Родам покровительства милость яви, прави над всеми, вще из-Родно! Тако бысть, тако еси, тако буди!

– Правь над всеми! – нестройным хором прокричало множество голосов. По всей видимости этого было общее приветствие, к какому-то Перуну.

– Это кто? – спросил я негромко у стоящего рядом мужика лет сорока с длинной окладистой бородой.

– Да ты что? Главного волхва не знаешь? Из каких мест ты выбрел? Или в лесу жил?

– Можно и так сказать, – кивнув, я решил, что про остальное и позже могу спросить, потому что волхв от обращения к непонятным мне личностям перешел к призыву на ратный подвиг во имя все того же Перуна. Толпа расступилась, освобождая круг радиусом метра три. Ворота княжеского терема раскрылись и из них вышел Илья.

Рыцарь закованный в непривычный для меня доспех был статен и суров даже по виду. Но я прекрасно понимал, насколько может отличаться его внешний вид без брони. Видел пару раз, как доспех меняет человека. На том же Рейнхарде-старшем, который претворялся древним старцем, а стоило ему одеть броню – как тут же возвращалась стать, и даже выражение лица менялось.

Однако надежды мои не сбылись. Стоило Илье поднять руки, чтобы отроки помогли ему снять доспех, как пузо вывалилось наружу. Но на этом все отличия воина в доспехах закончились. Руки и ноги его были толстыми и даже на вид крепкими. Кожа темной, как кора дуба. Был он не молод, но в самом расцвете человеческих сил. Такой и в самом деле может в бараний рог согнуть.

Богатырь скинул рубаху, оставшись в одних портках и сапогах. На волосатой груди болталось ожерелье в виде снежинки или солнца. Не разобрать под слоем черных кучерявых волос. Я до последнего надеялся, что он оставит на себе рубаху и мне не придется раздеваться по пояс. Но удача оказалась не на моей стороне.

– Какой же он богатырь, он же калика? – раздался недовольный шепот, когда я скинул кольчугу, а затем и рубаху. Теперь каждый мог увидеть сияющий в моей груди розовый алмаз, кучу шрамов на спине и руках. Бугры от прядильщика, забравшегося под кожу, следы прошлых ранений и боев.

– Я готов к поединку, если мой брат-богатырь готов! – крикнул я, чтобы унять толпу.

– Не брат ты мне, – зло процедил Илья, – трубите к бою!