Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 27

– Ого, – уважительно воскликнула Арата, – прямо в центр!

– Да, не плохо, – согласился я, вынув из рта ремень, на котором остались легко отличимые следы от зубов. Говорить ей о том, что я метил вообще в другую сторону не хотелось. В руке будто сделали дырку, идущую от локтя до самого запястья. Кожа на ладони обгорела, крохотная ямка на месте, из которого обычно появлялись заклятья стрелы, почернело еще больше.

Дьявол, да если так каждый раз болеть будет – ну его ко всем демонам такое заклинание! Я же выжат буквально до капли! Пальцем ткни – свалюсь. И дело тут было не в боли, меня будто выкачали. Не кровь – саму силу как она есть. Я едва чувствовал себя, все тело будто онемело. А ведь Энмира умудрилась на нашей дуэли запустить пять таких.

Уверен, будь при мне «разбитое сердце» я справился без особых проблем. Но сейчас выносливости катастрофически не хватало. Да еще и понятно стало, почему Энмира издали не использует его. Она была опытна в применении своего оружия и очевидно прекрасно знала, что разлет у него будет куда больше, чем даже у самого кривого лука, сделанного руками ребенка. Что уж говорить о точных арбалетах с прицелом.

Что до эффективности залпа, то она легко могла сравниться с выстрелом из свинцеплюя. Но не более. Возможно примени я вместо малого заклинания – большое эффект был бы куда внушительнее, но не уверен, что я вообще способен на нечто подобное. Тем более что рука хоть и начала потихоньку отходить, но продолжала адски болеть.

С другой стороны, сама возможность использования такого заклинания внушала надежду на то, что, разобравшись и укрепив тело, я смогу довести себя до состояния, когда применять заклятья будет не сложнее, чем Энмире. Пять подряд за десять минут. Да ладно что уж там – хотя бы один раз в полчаса. А сейчас я с трудом размял пальцы, да… сегодня уже не выйдет.

Хотя, возможно, дело было совсем не во мне, а в той хитрой херне, которую мне передала Белая ведьма. Она была далеко не дурой и вполне могла засунуть в переданный мне рецепт изменений намеренную неточность или просто встроить ту самую перезарядку, о которой она упоминала еще во время нашей вражды и передачи заклинания Гуо.

– Вы в порядке? – осторожно спросил Хикару, – если тяжело, то мы можем найти другой способ. Пообщаться с князем без вас.

– Все нормально, просто осознаю новое заклятье. Так бывает, когда магия непонятна и в первый раз используется, – как можно увереннее соврал я, пытаясь сообразить, как бы мне влезть в собственную голову, не имея интерфейса, чтобы оценить масштаб проблемы. По всему выходило что никак. По крайней мере, до тех пор, пока я не верну себе либо благословение Длани, либо Святогора. И второе было на мой взгляд более реализуемо.

– В таком случае крайне рекомендую как следует отдохнуть, – настойчиво сказал Безгрешный, – плыть нам еще часа четыре или пять. Но потом может быть все что угодно. И не беспокойтесь, мы спать не будем, так что врасплох нас никто не застанет.

– Спасибо, – кивнув полуэльфу, я улегся на дно лодки и накрылся сверху походным плащом. Жестковато, но попытавшись по привычке уснуть, подсунув правую руку под голову, я с огромным трудом выдержал, чтобы не материться. А уснуть в непривычном положении оказалось не так-то просто. Но аккуратно положив пострадавшую конечность на мягкие складки шерстяной подстилки, мне все же удалось задремать.

Сон не шел. Кость ныла, будто в нее вкручивают длинное тупое сверло. Да еще и качка эта чертова, на «летучем» ее было в разы меньше, легкая лодченка эльфов скакала по волнам, то высоко поднимая нос, то падая в перепадах. Так что когда меня растормошила Арата, сказать, что я выспался, было большим преувеличением. Но надо признать, этот отдых мне был действительно нужен. По крайней мере, боль утихла, хотя невооруженным взглядом было видно, что рука чуть опухла.

– Мы уже на месте? – спросил я, продирая глаза.

– Смотря, что считать местом, – хмуро ответил Хикару. Вместо того, чтобы интересоваться, почему он решил меня разбудить, я просто посмотрел в сторону движения. Дьявол. Вольха, судя по всему, действительно очень любил огонь и не стеснялся применять его везде, где это было к месту и нет. Отсюда было не видно, но мое слепозрение легко различало области повышенной температуры.

Полыхало полгоризонта, и только то, что реки и болота разрезали лес, спасало от полного выгорания. Вот только Новыш, стоящий на берегу реки деревянный град, был с трех сторон окружен лесами и полями. Я и раньше-то не очень любил этого гада. А сейчас желание прикончить его собственными руками усилилось многократно.

– Задерживаться нет смысла, – решил я, – если мы немедленно не доберемся до города, потом оправдаться уже не сможем.

– Это верно. Сейчас горожане будут спасаться на берегу, и именно туда будет направлен удар, – предположил Безгрешный, – по крайней мере, я поступил бы именно так. Либо напасть на спасающихся по реке, либо наоборот показать, что ты хочешь им помочь, взяв в заложники женщин и детей.

– Как вас земля носит? – спросила Арата, сморщив носик.

– Так и не носит, – усмехнулся в ответ Хикару, – не видишь разве – на лодке сидим. Думай, как противник, старайся нанести максимум урона врагам при любой возможности.

Проверка интеллекта. База: 3 (+3 элита, +3 интеллект, −3 ошейник). Бонус: −5 (-5 неизведанное). Бросок: 3. Требование: 1. Успех.

– Он не будет атаковать горожан, – внезапно дошло до меня, – незачем тратить силы и воинов. Если он будет делать все как в прошлые разы, то его задача как можно быстрее нанести максимум урона и отступить, чтобы отпоить дружину новым зельем. Такой пожар невозможно устроить за минуты или даже часы. Значит, нападение на замок Хикентов было лишь отвлекающим маневром.

– Война с Полоцком, – догадался Хикару, – они могут быть в союзе.

– Верно. А значит, нам придется иметь дело не с одной армией. Нет шансов. Никаких. Если бы я обладал такой страстью к поджиганию и возможностью применения пламени, связал бы много деревьев, поджог и спустил вниз по реке.

– Тогда и корабли, и лодки окажутся бесполезны, – мрачно сказала Арата, – жители будут в огненном кольце. Сколько невинных погибнет, просто потому что они столкнулись с беспринципным монстром?

– Он тоже не монстр, хотя тварь та еще, – вздохнул я, вспоминая прошлые ее измывательства, – нужно предупредить людей, задержать плоты врага.

– Чем? – горько усмехнулся Безгрешный, – голыми руками? Даже если мы посреди реки лодку оставим на якоре, ее просто снесет ко всем чертям бревнами.

– Если клин клином вышибают, то и останавливать нужно бревна бревнами. Если мы этого не сделаем, то никто не сделает. Защитники, скорее всего, находятся на стенах и им просто не до того, – я оглядел содержимое лодки, – у нас один топор, но мне и Кладенца хватит. Нужно чтобы с противоположного берега реки мне помогли, свалив сосну покрепче, а третьему придется их связать меж собой, чтобы течением не унесло.

– Я справлюсь, – храбро заявила девушка, беря на вооружение орудие дровосека, – вот только найти такое дерево, чтобы до середины реки доставало, на мой взгляд, совершенно нереально. Она же большая, судоходная, а не приток какой-нибудь.

– Это правда, но и враги лес спускать по сторонам будут, главное, чтобы к пирсу не приплыло.

– Упасите нас, все местные боги, если ты не прав, – вздохнул Безгрешный, – садитесь на весла, выжмем из этой малышки все, что только можно.

Через несколько минут я уже карабкался по влажному глинистому берегу. Правая рука, пострадавшая от моих экспериментов, слушалась не так хорошо, пальцы то и дело норовили разогнуться, но других вариантов, кроме как исполнить задуманное у меня, все равно не было. Выбрав ель повыше со стволом обхватом в несколько человек и вершиной, которую едва можно было разглядеть в вышине, я достал из перевязи Кладенец.

Клинок тут же отозвался, начав разгораться, но вместе с тем в руку вернулась боль, будто сила, идущая от всего тела к мечу через нее, прожаривала мои собственные ткани изнутри. Нечто вырастало, беря продолжение от чего-то, находящегося в груди. Ошейник запылал рунами, усиливая воздействие одновременно с мечом, поглощающим все больше силы. Белые жилы, словно раскаленный металл, просвечивали изнутри кожу и зеленые сосуды.

– Перо ангела? – не веря пробормотал я, изучая диковинные нити, прячущиеся в глубине. Да, этот артефакт из меня, пожалуй, уже не вынуть. Только если разделать целиком и выпотрошить. Но главное было то, что, объединившись с рукоятью меча через мою ладонь, оно балансировало между рабскими путами и оружием, и чем ярче светился клинок Кладенца, тем отчетливее горели руны на ошейнике.

Отбросив свои сомнения, я не размахиваясь приложил лезвие к мгновенно вспыхнувшей коре. Не лучшая идея, рубить дерево огненным клинком. Вот только через несколько мгновений оно выгорело до углей, перед напором меча, вибрирующего уже в сердцевине ствола. Я почти не чувствовал сопротивления дерева, оно резалось само по идеально ровному шву. И только когда оставалось всего несколько сантиметров, я вынул меч.

Разбежавшись, как горный баран или кабан на весеннем махаче, я со всей силы впечатался в ствол, давая направление падения. Ель, осыпав меня тысячами иголок, затрещала и с все возрастающей скоростью пошла вниз. Оставшись на земле частью ствола и еще держащимся за землю ветвями, ствол вывешивался в реку на добрых тридцать метров.

И все равно даже близко не доходил до середины реки. Правда, с той стороны уже падало почти такое же дерево, а Хикару, отважно лавирующий между первыми проплывающими бревнами и плотами, связал верхушки деревьев. Нам, можно сказать, повезло, расчет на то, что горящие плоты будут идти по краям, оказался верным. И теперь наша импровизированная плотина задерживала их на одном месте.

Дальше оставалось только надеяться, что она выдержит объединенный напор, а мы успеем предупредить людей об опасности. И оправдать себя, иначе вся эта затея окажется совершенно бесполезна. С такими мыслями я спустился к реке и опустил клинок в воду, перехватившись за противовес на рукояти. В этот раз Кладенец остывал крайне неохотно, и вода еще долго бурлила, закипая на лезвии. И успокоилась только к тому времени, как подплыл Хикару, уже забравший Арату с противоположного берега.

Правда, когда мы подплыли к пристани Новыша, выяснилось, что стража и защитники града готовы если не ко всему, то, по крайней мере, ко многому. Например, к тому, чтобы взять меня под стражу. Сразу десяток копий нацелился мне в лицо и горло.

– Спокойно! Я к князю, и все смогу объяснить!

– Еще издевается! Князь ранен, тварь иноземная! – выкрикнул начальник караула, – тобой! Взять его!

Глава 28

– Не сопротивляйся, – поймал мою руку Хикару, когда я рефлекторно потянулся к перевязи с Кладенцом, – мы здесь не для того, чтобы устраивать резню, а предотвратить ее.

– Правильно, на колени! – нахально крикнул стражник.

– Ты перебарщиваешь, – прорычал я, – еще одно такое замечание или угроза, и пойдешь купаться в том, в чем есть.

– Нас здесь десять человек! Да что ты один можешь? – успел сказать воин. В следующую секунду я перехватил его копье и, дернув на себя, повалил мужчину на доски пирса, а затем его же оружием столкнул в воду. Жаль неглубоко было. Вот только обстановка была не та, чтобы все посмеялись, как над шалостью, и забыли. Вместо этого в мою кирасу уперлось сразу три наконечника копья.

– Вы не хотите драки со мной. Я победил в поединке Илью. И где он, кстати? Лишь князь и воевода могут меня в чем-то обвинять, а не простой люд.

– Ты нас за последних дураков держишь? – угрожающе сказал начальник караула, – хочешь еще и воеводу убить попытаться?

– Уберите от меня свои палочки, иначе я вам их в жопу засуну так, что спина на всю оставшуюся жизнь ровная будет. Правда, и жизни той не больше пары дней наберется. Где Илья⁈

– На стенах! Город от ворогов защищает, как и должно богатырю.

– Майкл, – одернул меня Безгрешный, – обещаю, я вытащу тебя. Но сейчас надо сдаться!

– Твою мать… ладно, – произнес я, глубоко вдохнув несколько раз и попытавшись успокоиться, – но Кладенец я вам не отдам.

Сняв перевязь с двуручным мечом и стилетом, я передал их полуэльфу и сдался в окружении оставшихся стражников, взявших меня в плотное кольцо. Жутко бесило то, что мне не составило бы труда управиться со всеми ними, но Хикару был прав. Один я могу выживать практически бесконечно, уйти в леса, охотиться там. И жить в бесконечном страхе, что демоны вспомнят обо мне и пошлют карательный отряд. Или придут сами.

Вот только я до сих пор связан с Трорином. А даже если и спрятать его от посторонних глаз – давление ошейника это не уменьшит, и жить я с ним все отведенное время не намерен. А значит, есть только два пути. Первый весьма очевидный: накопить ту самую тысячу последователей Святогору. Понятия не имею, кто и на сколько хорошо их привлекает, но количество пусть медленно, но растет. Сейчас белые цифры интерфейса Света показывали пять с небольшим сотен.

Второй вариант был куда более шатким. По договору с Энмирой в случае победы над князем древлян она полностью забирала на себя все обвинения и долги перед Дланью. И если все сработает как надо, я освобожусь от ошейника раньше, чем наберется тысяча сторонников. Достаточно прорваться к Коростеню и победить.

Была правда еще одна возможность крайне неочевидная и очень сомнительная. Пойти против демонов прямо так. В чем мать родила с ошейником на шее. Да вот только что-то мне подсказывало, что этот кусок магического металла с рунами не так прост. Если уж обычный надсмотрщик сумел меня по нему найти в лесу, то для старших демонов, возникни у них такое желание, вообще проблем не составит. И справиться с тем же Вейшенгом, Рейнхардом или любым другим из лордов шансы у меня близки к нулю.

– Пошевеливайся! – гаркнул начальник караула, тыча копьем. Ну нет, ребята, все мои рассуждения касаются только демонов.

– Я иду не потому, что вы меня ведете, а потому, что я так решил. И дойду до княжеского терема независимо от того, будете вы рядом или нет. Так что, если не хотите покалечиться, уберите ваши веточки. Это последнее предупреждение.

– Какой тебе князь? В острог! – видимо стражник осмелел, чувствуя свое превосходство в городе. Или просто считал, что я совершенно безоружен и потому не могу оказать им никакого сопротивления.

– Ты просто не понимаешь кого ведешь, да? – улыбнулся я, показывая клыки, – я сын матери земли и отца огня. Я Добрыня, жрец и слуга бога нашего Святогора…

– Я этой брехни наслушался от алкашей, – усмехнулся караульный, намереваясь ткнуть меня копьем.

– Да? А вот так кто-то из них мог? – с этими словами я отвел руку чуть в сторону и, представив узор активации самым подробным образом, щелкнул пальцами.

Проверка удачи. База: +1. Бонус: 0. Бросок: 2. Требование: 4. Провал.

От громкого хлопка, разрывающего воздух, и вспышки пламени стражи присели к земле. Я почувствовал секундную слабость, но почти не потерял контроль над телом. Даже на ногах устоял. А вот дальше произошло то, чего я никак не ожидал. Все же контроль попадания у этого заклинания был не просто слабым местом – катастрофически слабым!

Во что именно я попал – сообразил далеко не сразу. Даже улыбался несколько секунд, пока мое слепозрение не выделило аномально горячую точку чуть ближе городской стены. На первый взгляд там был небольшой холм, на котором был пустырь и несколько голых деревьев. И только когда одно из них разгорелось, и начались людские крики, я понял, что произошло.

– Перун! – доносились крики с капища, – Статуя Перуна горит!

– К Оскольду его! – тут же завопил один из стражей, – богохульника проклятого!

– Нет! В острог колдуна иноземного! – приказал начальник караула.

– Прикончить и дело с концом! Он князя нашего ранил! Бога оскорбил! – начали голосить сразу несколько дружинников и даже простых горожан, оказавшихся рядом. И самое противное – кажется большинство именно к такому развитию событий и склонялось.

– На сына богов руку поднять вздумали⁈ – ждать, пока разгневанная толпа решит меня линчевать, я не собирался, – а если я на вас руку подниму? Хотите снова голос отца моего услышать?

С этими словами я поднял руку с зажатым для щелчка средним пальцем, указательным же примерно показывая себе направление. Эффект был ошеломляющим. Стражники, убедившиеся в наличии у меня силы, приписываемой ими к самим богам, в ужасе подались назад. Начальник караула, который еще недавно кичился своей силой и превосходством, вовсе спрятался за углом дома. Да, такова она, магия… убеждения.

Даже очень захоти я сейчас сотворить заклинание еще раз – сил просто не было. Ошейник, давящий, но уже почти привычный, теперь стал в десять раз тяжелее. В животе забулькало, и я, кажется, начал совсем не вовремя худеть. Хотя было все равно гораздо легче, чем в первый раз. Теперь болела только обуглившаяся рана на ладони. Интересно, как с этим поступает Энмира? Перчаток или длинных рукавов я за ней не замечал.

– Назад! Или испытаете на себе гнев Святогора! – крикнул я достаточно грозно, чтобы даже самые смелые трижды подумали о том, чтобы нападать на меня. Вот только не учел, что мой громогласный голос может еще и дорогу показать некоторым.

– Вот ты где! – завопил фальцетом разгневанный Оскольд, идущий по улице в сопровождении большой группы стражников и горожан. Ситуация из просто плохой превратилась в катастрофу. – Ты! Бог твой и весь ваш род богатырский посмели над Перуном потешаться⁈ Схватить его!

– Жизнь не дорога?

– Моя жизнь всегда принадлежала только богу! Ему и решать, что с ней будет. Погибну во имя его – так и быть! – уверенно крикнул жрец, – все, кто голову положат во имя Перуна, с ним в небесных чертогах пировать будут! За бога! За Князя! За Новыш! Вперед!

– Не убивать! – успел я услышать вопль Хикару за шумом толпы. Оскольд не дурак и тут же спрятался за спины стражников, посылая на верную смерть обычных людей. Но и я дураком не был. Если меня сейчас схватят, то, скорее всего, прикончат на месте. А алмаза в груди у меня уже не было, чтобы пережить такое. Но и усиливать себя сейчас я не могу. Если тут будет бой, то явно дольше пары минут. Придется справляться по-другому.

Подскочив к ближайшему стражнику, еще совсем зеленому добровольцу, я толкнул его на землю, одновременно вытягивая из ножен меч. Не самого лучшего качества. Даже не хорошего. Так, массовый продукт, выполненный лишь бы выполнять свои задачи. Но мне было без разницы, клинок есть? Значит, смогу совладать!

Проверка отражения. База: 8 (+2 отражение, +2 ловкость, +3 элита, −3 ошейник, −2 истощение, +3 подмастерье клинков, +2 естественная броня, +1 хорошая броня). Бонус: −9 (-2 опытный, −2 любимое оружие, −1 хорошее оружие, −4 несколько противников). Бросок: 3. Требование: 2. Успех.

Стараясь держаться так, чтобы противники добегали до меня по одному, я отражал их атаки и старался вывести из боя, не убивая. Как и просил Хикару. Но их было слишком много. Вечно отбивать атаки, уже пару раз скользнувшие по моей кольчуге, нельзя. А значит, нужно идти вперед и выбивать главного противника – волхва.

С этими мыслями я двинулся на плотный строй копейщиков, среди которых были и опытные воины. Они старались бить одновременно. То отводя копья назад, то делая резкий выпад сразу с нескольких сторон. Не используй я сам такую тактику против своих противников – даже не знал бы, что делать. Но, к счастью, у меня был достойный ответ – магия Крови. Перехватив меч в левую руку, я поднял правую, растопырив ладонь, и Оскольд все мгновенно понял.

– Он хочет использовать проклятую молнию! – крикнул волхв, пригибаясь за защитниками. Воины не стушевались, смыкая стену из каплевидных щитов, но их ноги все еще оставались голыми, не в состоянии прикрыть друг друга. Заметив это, я опустил ладонь чуть ниже, мысленно начав создавать заклинание. Вот только что-то шло не так.

Проверка сотворения. База: 1 (+1 выносливость, +2 магия Крови, +3 элита, −3 ошейник, −2 истощение). Бонус: −1 игла. Бросок: 2. Требование: 4. Провал.

Стоило мне активировать руну Крови, как белые жилы, идущие изнутри тела, начали светиться. Так не должно было быть. Я не собирался применять магию Огня. У меня на нее даже и сил не хватит – свалюсь мгновенно. Но даже когда я обошелся без символа Души, перейдя сразу к цели и форме, давление не уменьшилось. Кровь не начала собираться для привычного заклинания.

Это было столь неожиданно и непривычно, что я на секунду растерялся. Хоть внимания и не ослабил. Стоило воинам уйти в оборону и спрятать лица, как я быстрыми и мощными ударами, вкладывая в каждый весь вес своего тела, начал рубить копья. На мне была хорошая броня, которую обычными палками не проткнуть. А значит, стоит обрубить все наконечники, и они станут мне не опасны.

– Что за свара посреди базара⁈ – раздался раздраженный зычный голос Ильи, и богатырь в полном латном доспехе со своей любимицей булавой, вышел из переулка, – какого черта у вас происходит, когда все воины мне на стенах нужны? Диверсия?

– Воевода! Мы убийцу поймали, того, который на князя покушался!

– Илья! Слава Святогору, ты пришел! – обрадовался я, – они обвиняют меня в том, что я не делал. Хочешь, богом нашим – отцом богатырей, поклянусь?

– Добрыня… Хоть кем можешь клясться, – мрачно сказал воевода, – я там был и все своими глазами видел. Если б не остановил тебя – князь уже был бы мертв. Сдавайся, и тебя ждет суд. И казнь.