Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Часть четырнадцатая

День оказался настолько суматошным, что под вечер можно было свалиться с ног от усталости. А ведь к началу ночи все должны были быть свежими и подтянутыми. Оставалось надеяться на магические умения Шабена-отца и его прекрасной молодой дочери. Они уже превзошли этими умениями недавних своих учительниц Бенид.

Людской муравейник ожил в начале дня. Чего только не происходило в огромном дворе, в самом замке и в примыкающих к нему сзади хозяйственных постройках. Подвозили топливо для кухонь и прачечных, гнали скот, разгружали мебель, ковры, светильники и вообще непонятно кем заказанный прочий бытовой хлам. Всюду сновали толпы рабочих с кистями, метлами, лопатами и молотками. Их постоянно норовили сбить с ног посыльные, которых обосновавшиеся в главных спальнях портные отправляли каждые пять минут за какой-нибудь архиважной деталью одежды или недостающим куском ткани.

Загребной сразу же пресек возможные нападки местных мастеров, категорически заявив Нимим:

– Я буду в своем костюме! И никаких возражений! Точка.

А затем начал осматривать свои новые владения. Не расставаясь со своим замечательным копьем, новый хозяин замка методично обходил все этажи, чердаки и подвалы, заглядывал в каждый угол и хотя бы поверхностно, но осматривал каждое помещение. Невзирая на размеры этого самого помещения и его местонахождение. Загребной надеялся на свою феноменальную память и был уверен, что после изучения подробных планов замка ему будет достаточно еще пару раз вот так пройтись ножками по всему маршруту и он действительно почувствует себя здесь старожилом и полноправным хозяином. Ну а пока он совершал беглый осмотр и был несказанно рад, что у него под ногами не крутятся особы женского пола.

Правда, от этого умильного и тешащего душу занятия его все-таки оторвали. Причем сделала это какая-то служанка, которая заметила графа в одном из полуподвальных помещений. Она с радостным восклицанием бросилась к хозяину:

– Ваша светлость! В замке переполох: всем приказано вас отыскать!

– Вот несчастье! Что там случилось?

– Ваша дочь приказала передать вам только одну фразу: «Троица Гнатана имеет проблемы на девятом часу». А может, и в девятом, – тут же засомневалась служанка. – Ничего мне тут непонятно…

– Ладно, мчись к моей дочери и передай, что я в курсе и принимаю меры.

Действительно, Семен понял все и сразу: их демоны, видимо, подвергаются определенной опасности со стороны местных. И происходит это здесь, слева от замка, если смотреть от ворот. А хорошему воину нетрудно сменить направление атаки.

Загребной выскочил в заброшенный сад с засохшими деревьями. И успел вовремя: три его наемника-демона, восседая на своих больевах, готовились к отражению нападения. На подбирающуюся к ним бочком Викторию они старались даже не смотреть, чтобы не привлекать к ней внимание противников. Могло показаться, что девушка пришла сюда совершенно случайно, прогуливаясь. Но лук под широкой накидкой просматривался без труда. Как и висящий у пояса колчан с отравленными стрелами, которые уже отправили в пятый эфирный слой пяток воинов в последнем сражении.

Осмотревшись, Семен понял, откуда его дочь заметила зарождающийся инцидент: из окна своей спальни. Именно оттуда сейчас выглядывала головка Нимим, да и вторая Бенида наверняка была поблизости, готовая прийти на помощь по любому сигналу от графа и его дочери. Вот только они не могли видеть демонов, и толку от них в данном случае было мало. Приходилось разбираться в ситуации самим.

Загребной прошелся по саду, делая вид, что разглядывает деревья, и приблизился таким образом к месту событий. И словно невзначай уселся на большой пень как раз между противоборствующими сторонами. И слышно все отлично, и видно как в кино.

На него сразу же вызверился чужой демон:

– Человеческое отродье! Убирайся отсюда!

Но когда меланхоличный мужчина совершенно проигнорировал это обращение да еще стал как ни в чем не бывало очищать ножом кору с подобранной ветки, тот же демон первым и засмеялся:

– Обычный тип! Зарубить?

– Оставь его! – приказал ему чуть ли не квадратный демон из вида древастых. – Накажешь потом.

Сразу было видно, что именно этот тип и является организатором инцидента. Он восседал на больеве позади десятка вооруженных демонов из подвида дымчатых, которые стояли единой шеренгой. И только что именно один из этих пеших воинов пытался оскорбить мирного человека. Даже не просто оскорбить, а убить физически! Это заставило Семена напрячься: ведь «смешанное» оружие выдавалось лишь самым важным воинским формированиям параллельного мира. В мире людей такое оружие делать не умели.

– Последнее предупреждение, – сказал предводитель демонов. – Если вы сейчас же не бросите оружие – будете уничтожены!

Однако Гнатан воспрянул духом при виде Семена и сам перешел в атаку:

– Как экипированный воин, призываю вас соблюдать законы нашего континента и вспомнить о законе молчания между нами. Это вы как злостные нарушители должны быть уничтожены!

– Вот как?! Ха! Вы будете мне указывать на законы? – Древастый демонстративно обернулся к еще одной шеренге демонов, которые стояли чуть поодаль, метрах в двадцати. Лайкрилового оружия у них не было, но их численность заставляла отнестись к ним с уважением: отряд состоял из сорока воинов. А командовал ими точно такой же демон, которого Виктория когда-то охарактеризовала как «Синий Баклажан». Именно к этому Баклажану и обращался сейчас командир экипированных воинов: – Вот видите, барон, к чему приводит ваша мягкотелость?! Пришлые уже начинают диктовать нам свою волю! Да скоро нас вообще вышвырнут из вашего издыхающего города и утопят в море как котят. В последний раз приказываю: атакуйте чужаков!

Вот оно что! В стане врагов наблюдался явный раскол. И следующими же фразами Баклажан с титулом барона это подтвердил:

– При всем к вам уважении еще раз говорю: ваши действия неправомерны. По всем законам, навязанным нам в первую очередь вашим же Верховным Ворданом, мы не имеем права даже приближаться к любому экипированному воину ближе, чем на тридцать метров.

– Но их надо уничтожить!

Барон выдержал задумчивую паузу и пожал плечами:

– Все в ваших руках. Или вы сами не в силах справиться?

Единственный из демонов, кто в стане врагов восседал на больеве, после этих слов рассмеялся:

– Да вы шутите, барон! Я просто хотел вам дать шанс отличиться. Но вы им не воспользовались… – И, уже поворачиваясь лицом к замку, громко и угрожающе произнес: – И за это очень скоро поплатитесь! Воины! – Экипированный десяток зашевелился, разминая плечи, и загремел лайкриловым оружием. – Мой приказ: «Атака!»

Все десять демонов двинулись вперед, словно на параде: с левой ноги, прикрываясь щитом на левом локте и выдвинув вперед тяжелые длинные копья с широкими наконечниками из лайкрила. При этом все они совершенно проигнорировали тот факт, что скромная девушка была уже в трех метрах от их левого фланга, а прямо перед ними поднимался с пня мужчина.

Хоть демоны и сделали первый шаг, но атакующие действия начали не они. Копье с синим древком в руках человека совершило с пяток веерообразных движений – и пять воинов упали, получив смертельные раны. Еще пять к тому времени уже корчились от яда. Виктория потом с нездоровым азартом хвасталась, как она одной стрелой отправила в пятый эфирный слой сразу четырех врагов. Потому что стрела из этого мира с легкостью прошла сквозь тела, находящиеся в другом мире. Но яд все-таки зацепился за кого надо. На пятого демона девушке пришлось потратить еще одну стрелу.

Бой был окончен, так и не начавшись. Пришла пора решающего поединка. Человек с копьем в несколько прыжков постарался достичь древесного демона, который восседал на больеве. Но зачинщик инцидента оказался Шабеном высокого уровня, потому что ударил так болезненно, что от защиты Загребного остались лишь рожки да ножки. Семен ощутил множество уколов. Но самое главное было сделано: время выиграно, скорость набрана, а мощнейший прыжок совершен. Наблюдателям в мире людей могло показаться, что Семен сошел с ума: новоиспеченный граф вдруг быстро замахал копьем, словно разгоняя вокруг себя бабочек, потом понесся куда-то и, подпрыгнув, дельфином пролетел добрых четыре метра. Да так и грохнулся всем телом на пересохшую от многолетней засухи почву.

Зато в параллельном мире демон тридцать второго уровня умер от пронзившего его сердце копья как самый обычный крестьянин: быстро и ничего не успев понять. Загребной вскочил на ноги, осмотрелся и бросился к дочери. Но она уже привстала на трясущихся ногах и, очумело помотав головой, указала командиру на тройку их наемников. Они вяло ворочались на земле.

Минут пять понадобилось Семену, чтобы с криками поднять вначале Гнатана, потом Люссию, а уж потом и Аньюли, у которой из носа безостановочно шла кровь.

– О, светлые демоны! Да чем же он вас так оглушил? Вот уродище! И ведь как повезло, что всю силу на меня направил! Эх! Вот козлище! Да что же ты?! Люссия, помоги ей! Не поднимай, она же вся кровью изойдет. Положи… Вот незадача… А если бы я не успел?

Тут до него добрела уже свободно дышащая Виктория:

– Па, там уже те демоняшки стали подниматься. Пойдем их добивать?

– Пойдем, – согласился Семен, осматриваясь и ворча на ходу: – И кто тебя только воспитывал, кровожадная ты моя? Вначале поговорить попробуем, похоже, они вполне годятся на роль союзников.

– Ну, не скажи, лучше уж их сразу всех перебить, – настаивала дочь, аккуратно доставая из колчана новую стрелу.

Никто из большого отряда демонов не удержался на ногах. Даже барона «эхо» болевого удара повалило наземь. Но зато он поднялся первым и теперь стоял, покачиваясь. Было ясно: из всех оставшихся демонов он – единственный Шабен. Нужно только выяснить, какого уровня. Оказалось, что первого, потому что он не слышал обычной человеческой речи, а только видел приближающуюся парочку. Пришлось Семену применить свои умения тринадцатого уровня.

– Кто вы такие и по чьему указанию осмелились напасть на моих воинов?!

Его вопрос оказал неповторимое воздействие на демонов: все сорок к тому времени встали, но тут же, услышав неизвестно откуда идущий голос, дружно рухнули на колени. Лишь барон согнулся в вежливом полупоклоне и ответил, стараясь сохранить остатки достоинства:

– Я барон Шенре, командир местного гарнизона. И хочу сразу возразить: мы не нападали. А привел нас сюда наместник. Мы обязаны ему подчиняться. Повторяю, мы не собирались нападать на ваших воинов, законы мы знаем и чтим…

– Но ведь этот урод вам бы этого не простил! Не боитесь?

– Я уже давно ничего и никого не боюсь и мечтал дожить до того часа, когда эта сволочь избавит наш мир от своего присутствия.

– Час этот настал. Каковы теперь ваши действия?

– Скорее всего, наш город с сегодняшнего дня вновь обретет полную независимость. В Оазисе Рая сейчас идут смертельные распри между Верховным Ворданом и его князьями, поэтому пару лет им будет не до нас. А потом… будет видно. Но самое главное: меня интересует ваша позиция.

– Моя позиция – полное невмешательство в ваши дела и помощь исконно местным демонам в восстановлении государственной независимости.

В это время наемники-демоны вновь взгромоздились на красавцев больевов и приблизились к Семену. Тот полуобернулся к ним и начал громогласно представлять:

– Перед вами одни из лучших воинов континента: барон Гнатан и баронесса Аньюли. А также лучший организатор государственной системы образования маркиза Люссия Фаурсе. Они намерены восстановить этот замок и обосноваться здесь. Поэтому любая помощь им в этом деле будет встречена мною благосклонно. В обмен на сотрудничество мы поможем вашему городу отстоять свою независимость.

Барон Шенре чуть не ошалел от свалившихся на него событий и новостей. Он посмотрел на своих коленопреклоненных сподвижников и обратился к Семену:

– Господин, э-э… человек! Если ваши воины бароны и, хм, маркиза, а от вашей руки пал сам наместник, Шабен тридцать второго уровня… то кто тогда вы?

– Запомнить довольно легко. Перед вами граф Семен Ривьери. Я постараюсь навести на этих землях порядок и утвердить настоящую справедливость. Надеюсь, барон, я высказался ясно?

– Вполне, господин граф.

Шенре постарался с помощью своего первого уровня внимательней присмотреться к Виктории:

– А эта женщина рядом с вами, жена или рабыня?

Лучше бы он вообще промолчал, чем так опростоволоситься. Молодая девушка передала свой голос в демонический мир с такой яростью, что уже и сам барон чуть не рухнул на колени:

– Как вы посмели меня сравнить с рабыней! Да я вас сейчас за это одним чихом в ваш вонючий эфирный слой отправлю! Какое неуважение к дочери великого графа Ривьери! Кошмар!!!

Даже болевой атаки погибшего наместника барон так не испугался, как крика рассерженной девицы. Голос у него задрожал:

– Извините, графиня, я могу только увидеть человека, но никак не определить его возраст или статус. Да и с чувством такта у меня явные сбои после страшного удара…

– Ладно, барон, забудем это мелкое недоразумение, – сказал Семен. – Предлагаю заняться конкретными делами. Сколько еще в вашем городе воинов наместника?

– Ни одного! – с радостью выпалил Шенре. – Все здесь полегли!

– Вот оно как… – Семен переглянулся с дочерью. – Революция только началась, а свергать-то уже и некого. М-да… Ну ладно, не воскрешать же теперь преступников для поднятия духа восставшего народа. Слушайте мои распоряжения! Барон Гнатан – остаетесь за командира. Лично соберите все трофеи и составьте их опись. Разложить в замке, осмотрю позже. Маркиза Люссия – отправляетесь в город с бароном Шенре. Наймете рабочих для ремонта. Баронесса Аньюли, а вас попрошу тщательно осмотреть весь замок и составить смету расходов. Теперь всего хорошего, господа, до свидания! Мне надо спешить на прием к королю Максимилиану Первому. Завтра встречаемся здесь же, в это же время. Если вновь возникнут подобные инциденты, придется послушаться моей кровожадной дочери и для полного спокойствия опустошить от демонов все близлежащие территории. Виктория, за мной!

И, не оборачиваясь на застывших в раздумьях демонов, граф с дочерью поспешили в замок. А оставшийся за старшего Гнатан сказал с плохо скрываемым ехидством:

– Это он еще добрый… Но вот когда похмельем мучается – сущий человечище!

И Люссия, только что возведенная в сан маркизы Фаурсе, еле удержалась от смеха. Ведь точно так говорят люди и о них: «сущий демон». А потом она внимательно прислушалась к себе, спешилась и устремилась вдогонку за графом.

– Семен, еще одно…

– Да, я слушаю.

– Может, мне и показалось, но, похоже, от полученного стресса я перешла на шестой уровень Шабены.

– Ага, понятно. И теперь хочешь проверить свое умение доставлять людям малую и среднюю боль?

– Да, вот только не знаю, как это… – Она замолкла, глядя на протянутую руку Загребного. – Можно? Ты не боишься?

– Напугала ежика… этой, как его… да не важно! В общем, пробуй!

С решительным выдохом Люссия послала импульс на тыльную часть ладони мужчины, и тот ее тут же отдернул:

– Больно!

– Ой! Я нечаянно! – Но раскаяния на счастливом лице демонессы не наблюдалось. Ну, еще бы, за последних пятнадцать лет она уже и надеяться перестала на повышение своего уровня. И зря перестала, как оказалось!

А граф Ривьери, потирая одну руку другой и довольно посмеиваясь, продолжил вместе с дочерью шагать к замку.

После этого события плотно пообедали в малой столовой. Отец с дочерью рассказали о сражении и обсудили с Бенидами вытекающие из него последствия. При этом Нимим не сдержалась и отругала Семена:

– Как можно так безрассудно бросаться в атаку, не использовав сначала свое главное оружие?! Ведь ты уже обучен и можешь задействовать его с десятикратным усилением! Ты ведь мог погибнуть вместе с дочерью!

Семен выглядел раздосадованным и виноватым.

– Да я решил было атаковать его «сменой возраста», но испугался, что демон может жить долго и старостью его не возьмешь…

– Ох! А про обратную связку ты забыл?! Омолаживать его надо было, омолаживать! И замкнуть его одного на десяток воинов. В таком случае, будь он хоть двухсотлетним, все равно бы превратился в младенца, которого потом легко растоптать!

– Не сообразил… Хотя топтать младенца…

– Не важно! Даже если бы у тебя и не получилось в совершенстве, он бы потратил основные силы на защиту, тогда бы ты легко его одолел физически и без нелепых прыжков с переломами ног.

– Но ведь я ничего не поломал!

– Просто повезло. И в том повезло, что демон оказался «всего лишь» Шабеном тридцать второго уровня. А вдруг бы он был шестидесятого?

– Ну! Таких вообще десяток на всем континенте.

– Это мы так думаем, что десяток, а их, по идее, должно быть в сто раз больше. Да хоть на одного из этого десятка ты бы сегодня нарвался, и все, погиб! – Без всякого перехода Нимим от поучений перешла к слезам.

Виктории тоже немного досталось от Хазры:

– А тебе в момент атаки надо было не стрелять из лука по простым вражеским воинам, а направить все силы на усыпление их командира.

Признавая правоту Бениды и свою некомпетентность, молодая иномирянка лишь склонила голову.

А потом все опять отправились заниматься делами.

Графу Ривьери так и не удалось в этот день до конца обследовать все свои новые владения. Хотя полчаса, по его прикидкам, еще у него в запасе оставалось. Но опять ему попался на пути исполнительный слуга и сообщил о срочном приказе все той же дочери его разыскать и пригласить наверх, в примерочный зал.

Семен сразу понял, что привезли давно и томительно ожидаемое платье от Теодоро, и наверняка дочь спешит похвастаться своим вечерним одеянием перед папочкой. Сдерживая лукавую улыбку и ожидая застать дочь подпрыгивающей от удовольствия, он вошел в многолюдное помещение и замер от неожиданности: Виктория рыдала в объятиях улыбающихся Бенид.

– Доча, что случилось? – подскочил к ней растерянный отец.

Она, всхлипнув, указала рукой за высокую ширму, где на подставках висело настоящее произведение искусства:

– Па, разве такие платья дарят?

Ответа не последовало. Да он и не нужен был. Подобные чудеса действительно не тянули на подарок. Платье скорее походило на одежду из невероятных по своей фантастичности мультфильмов, и его вправе была бы носить лишь Снежная королева. Да и то при инаугурации ее Владычицей всего мира.

Минут пять в полной тишине граф ходил вокруг невиданного даже в его мире белоснежного убранства и только потом высказал неожиданную мысль:

– Но ведь о него порезаться можно!

Шагнувшая вперед Хазра осторожно провела рукой по платью:

– Неправда. Все бриллианты пришиты правильно и не будут мешать ни при ходьбе, ни при сидении.

– Сидении? Разве можно сидеть с таким шлейфом?! Да к нему надо приставить сильного воина, чтобы он смог таскать сзади эту тяжесть!

– Вот и я говорю, – шмыгнула носом дочь и добавила с явной непоследовательностью: – Он его где-то украл…

– Перестаньте говорить глупости, – решительно сказала Нимим. – Шлейф поддержат всего лишь две девушки. А украсть такие вещи даже теоретически невозможно. И самое главное, пора начинать примерку, времени на ахи и неуместные слезы совсем не осталось.

– Но ведь действительно, – в задумчивости продолжил бормотать Загребной, – таких платьев даже на королевских свадьбах невесты не надевают. Потому что оно слишком роскошно для таких мизерных мероприятий. И что из этого следует?..

Нимим бережно, но настойчиво взяла графа под локоть и стала разворачивать к выходу:

– Из этого следует, дорогой, что Теодоро действительно любит свою жену, а его тестю уже давно пора отправляться приводить себя в порядок. Или так и заявишься на прием к королю с паутиной в голове?

– Да, да, конечно. Я пойду…

Вслед Семену полетели последние вопросы:

– Не забыл о местном этикете? Каждый гость должен быть с оружием. Куда же ты свой меч прицепишь?

Хозяин замка ответил уже в дверях, не оборачиваясь:

– Пойду с копьем!

– Ох! – Нимим картинно закатила глаза и сказала Виктории: – Твой отец продолжает поражать мир своей оригинальностью. Но если раньше его костюм еще можно было принимать как некую блажь, то как это будет выглядеть сегодня? Его дочь – венец творения! И он рядом с ней, в костюме из другого мира и с копьем… вообще неизвестно из какого мира. Как тебе такая картинка?

– Переживем…

Красавице было наплевать на внешний вид отца, она неотрывно смотрела лишь на платье.

Когда стало темнеть, приглашенные на прием уселись в богато украшенную открытую карету, которую пришлось-таки специально заказать для такого торжественного случая, и отправились в королевский дворец. По словам немного опечаленной Виктории, ее мужа со всеми его родственниками следовало ожидать прямо во дворце. Он сказал, что родня живет в пригородах Грааля и они успеют прибыть лишь перед самым началом приема.

Все семейство с интересом разглядывало сады, дома и людей. Люди – пожалуй, самое главное, что привлекало внимание новых жителей Грааля. Одеты они были довольно скромно. Очень многие – сильно загоревшие. Лица, в подавляющем своем большинстве, были хмурые и озабоченные, что совсем не соответствовало представлениям о людях, живущих возле теплого моря. Да и вообще местные жители не шли ни в какое сравнение с веселыми и экспансивными обитателями того же Юлани. И даже не зная о политической и экономической ситуации в Салламбаюре, можно было смело предполагать самое худшее – для этого нужно было лишь присмотреться к подданным короля Максимилиана Первого. Хоть гордые и несломленные духом, они были доведены до нищеты и выглядели неважно.

Перед парадным входом во дворец начало происходить что-то странное. Четырех гостей окружили чуть не сорок встречающих камердинеров, воинских чинов и распорядителей, которые со всех сторон стали сыпать советами и рекомендациями, как себя вести, куда встать, куда подойти и что сказать. А также с кем и почему их будут знакомить в первую очередь. От этого многоголосия и суматохи не только Бениды растерялись, но и Загребной утратил свою врожденную сообразительность. Но все-таки понял, что его дочь уводят в другую сторону.

– Эй, послушайте! А почему она не с нами?

К нему тут же склонился самый высокий, солидный, седой распорядитель и проскрипел, растягивая слова:

– Не извольте беспокоиться, ваша светлость. Госпожа Виктория должна будет войти со своим супругом с другого входа в зал приемов. Такие у нас правила, пары распределяются по старшинству.

Из уст растерянного графа вылетел еще один вопрос:

– И долго нам ждать своего «выхода»?

– Нет! Ждали только вас, все уже в зале.

После таких слов все заспешили во дворец, на ходу поправляя на себе одежду и даже не замечая статуй, картин и залов. За широко раскрытыми последними дверями гости увидели ослепительный свет, стоящих группками по всему залу придворных и услышали ровный, громкий голос церемониймейстера:

– Их светлости граф Семен Ривьери, графиня Нимим Ривьери и графиня Хазра Ривьери.

Поскольку гостей заранее предупредили, что они должны отправиться прямо к трону для знакомства с королем, они так и сделали. Но случилось явно не предвиденное этикетом, потому что все находящиеся в зале принялись возбужденно переговариваться: король вскочил с трона и поспешил навстречу графскому семейству. И первым протянул руку для приветствия:

– Дорогой граф Семен Ривьери! Вы просто не представляете, как я счастлив с вами познакомиться! И просто изнемогал от нетерпения. Госпожа Нимим! Госпожа Хазра!

Монарх и глазом не повел при виде сильно отличающегося от других одеяния своего гостя. И вел себя так, словно граф был одет вполне обычно. Обе дамы присели в изящных реверансах, а король Максимилиан Первый склонил голову в сторону каждой из них. А потом тут же запанибратски подхватил Загребного под локоть и с приглашающим жестом повел к трону. При этом он старался говорить как можно тише, предназначая свои слова лишь собеседнику:

– Конечно, после приема мы сможем с вами поболтать и раскрыть все свои карты в более непринужденной обстановке. И там вы меня сможете называть просто Макси.

– Но ведь мы только первый раз видимся… – удивился Семен такой простоте обращения. Но тут же был перебит еще более быстрой скороговоркой:

– Сейчас у нас нет времени, к тому же после церемонии вы все прекрасно поймете. Но сразу хочу поблагодарить за то радостное известие, которое мне доставили несколько часов назад. Этого события я ждал долгие и долгие годы. И совершили этот подвиг вы, граф Ривьери. Потому что именно сегодня мои лазутчики с демонической стороны доложили об эпохальном событии: мерзкий наместник Оазиса Рая уничтожен вместе со своими воинами! Лучшего подарка я бы и сам не смог придумать! Теперь мы свободны! Вы понимаете: совершенно свободны!

– Как это? Неужели вы сами не могли уничтожить этого урода? Да и какое влияние он имел на мир людей?

– Жуткое влияние! Он уничтожал моих подданных без причины, просто из-за своей болезненной подозрительности. Даже я вынужден был постоянно опасаться за жизнь своих родных и свою собственную. А уничтожить такого страшного и сильного Шабена мы просто не могли. Все, об этом более подробно поговорим позже, сейчас мы увидим самое интересное, ради чего и затевался весь этот прием. Становитесь со своими прекрасными дамами вот здесь, рядом с моим троном, и ничему не удивляйтесь.

Сам король быстро уселся на свое место и, заметив, что гость потерянно осматривает зал в поисках своей дочери, заговорщицки ему подмигнул:

– Осталось дождаться лишь последнюю парочку!

И в этот момент с другой стороны зала, из еще более высоких дверей показалась целая процессия. Впереди шла Виктория, затмевая всех и вся в огромном зале, в том числе и своего скромно одетого мужа. Лицо ее было розовым от чувств, которые ее обуревали, а в глазах блестели слезы.

За парой молодоженов шли четыре милые девчушечки лет пяти. Они с радостными лицами волокли длинный хвост усыпанного бриллиантами платья. А уж за ними следовала группа разряженных людей, видимо родственников. Рассмотреть их Семену так и не удалось, потому что они остановились в дверях. Вокруг трона удивленно зашептались:

– Его высочество принц салламбаюрский Теодоро со своей супругой, графиней Викторией Ривьери!

В зале повисла тишина. Кажется, все присутствующие, кроме короля и всезнающих лакеев, вообще перестали дышать. Слышны были только размеренные шаги приближающейся к трону парочки да нестройный топот ног девочек, несущих шлейф невиданного платья.

Семен, с трудом повернув голову на одеревеневшей шее, посмотрел на веселящегося Максимилиана Первого. Тот словно ждал этого момента и подмигнул еще более многозначительно. А потом так прищурил глаза, что сразу стало понятно: он очень веселый и открытый человек.

Загребному пришлось отвлечься – он еле успел прижать к себе покачнувшуюся Нимим. Кажется, она была близка к тому, чтобы потерять сознание. Хорошо, что любимый мужчина вовремя подхватил ускользающее в сторону тельце и крепко прижал к своему боку, добавив в ауру любимой импульс бодрости и силы.

Молодые подошли к трону и преклонили колени перед монархом. Король величаво встал, поднял на ноги невестку, с чувством ее расцеловал, затем то же самое проделал с сыном и только потом постарался незаметно вытереть набежавшие на глаза слезы.

Вновь, привлекая внимание всех присутствующих, раздался зычный голос церемониймейстера, стоящего уже в центре зала:

– Его величество король Салламбаюра Максимилиан Первый признает законность совершившегося брака и назначает на завтрашний день официальную свадебную церемонию. На три дня объявлен государственный праздник. А сегодняшний день навечно вводится в скрижали истории как праздник Возрождения Независимости. Потому что отныне королевство Салламбаюр вновь стало свободным!

Церемониймейстер, ко всему прочему, обладал еще и завидной смекалкой, потому что, увидев, что все так и стоят молча, переваривая ударивший их по темечку водопад эпохальных новостей, он первый радостно заорал:

– Ура-а-а!!!

Вот тут все и «проснулись», и дворец содрогнулся от дружного радостного рева, который волнами покатился по залам и коридорам, выплеснулся на главную площадь, а потом с ураганной скоростью распространился по всей столице. Древний Грааль ступил на путь возрождения своего величия. Если уж не экономического, то политического точно.