Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Глава 17

– Итого двадцать два золотых, пятнадцать серебра и двадцать меди, – закончил подсчет казначей, принимавший деньги. – Пересчитывать будете?

– Нет, – ответил я, чуть поморщившись. Какой-то гад все же сумел обмануть Василису. Всунув ей посеребренную медь вместо настоящих монет. Но таких было немного. Так что я решил не обращать на это особого внимания. – Пятьдесят серебра прошу вернуть. А то так страницы скоро кончатся.

– Ничего страшного, мы в любой момент можем выдать вам новую чековую книжку, – ответил кассир. – Итак, вы хотите оставить все деньги в банке?

– А знаете, нет, давайте так. Один золотой и пятьдесят серебра дайте, пожалуйста, мне, а остальное положите на личный счет.

– Желание клиента – закон. Прошу.

Цифры в очередной раз поменялись, и я получил пять небольших кожаных мешочков с монетами. Просто так показалось правильным. Да и на всякие мелкие покупки стоило оставить монеты. Те же продукты покупать. Да и дом обновить стоило. Крышу нормальную сделать, задний двор облагородить… Стоп. Что-то я слишком далеко думаю. Нужно быть разумнее. А то вон как оплошал с Безгрешным.

Выйдя наружу, я увидел, что Бенган все еще сидит на лавке, дымя странным приспособлением.

– Меня ждете, господин Грод?

– Нет, просто хочу дождь переждать. Я пока не настолько богат, чтобы тратить деньги на кучера каждый раз, когда надо куда-то попасть.

– Да и я не особо. Просто ни разу не пробовал, – ответил я чуть смущенно.

– И сколько у вас теперь золота? Если, конечно, не секрет.

– Да как сказать. С одной стороны, дюже много. Никогда столько не видел. А с другой – боюсь, не хватит, чтобы пережить следующую неделю.

– Да. Тут вы, конечно, оплошали, – согласился капитан, втягивая в себя дым через гибкую трубку, идущую ему за спину. Затем он задержал дыхание и выпустил несколько колец пара.

– Ого, – только и смог в восхищении сказать я, – как вы это делаете?

– Да вот, приспособил поломанный движитель под кальян, – довольно усмехнулся Грод, – доспех он уже совсем не тянет, а по статусу я его носить должен. Вот и помог мне один мастер котел переделать под раскуриватель. Убрал лишние детали…

– Постойте, у вас что, есть паровой доспех? – удивленно спросил я.

– Если быть точным, то был. Говорю же, совсем из строя вышел, – ответил Бенган. – Я уже запрос в канцелярию отправил, но нового ждать еще пару месяцев. Штука дорогая.

– Так, – лихорадочно соображая, проговорил я, – так. А что, если я его у вас выкуплю? Этот ваш поломанный движитель вместе со всем остальным доспехом.

– Зачем он вам? – нахмурившись, спросил капитан. – Толку от него нет. Работать он как следует не может. Да и деталей не хватает.

– У меня есть еще восемь дней. Если вы мне его продадите, я с Бохаем попробую заставить мотор работать. Какой-никакой – а шанс.

– Что ж, если с такой стороны смотреть, то логика, конечно, есть, – кивнул Грод, – вот только он все равно подотчетный. Придется выкручиваться с кладовщиком. Придумывать достоверное оправдание. Думаю, за все хлопоты и броню… Десять золотых.

– Хорошо, но только если вы вернете так называемые лишние детали, – подумав несколько секунд, согласился я. – Договорились?

– Давайте не будем проводить через магию. Просто верим друг другу на слово, – предложил Бенган, – а то потом проверят судьи и подлог вскроется.

Отмахнувшись от начавшего формироваться рапорта о подлоге и взятке, я кивнул стражнику. Вообще-то удобно, конечно, сам закон нарушаешь – сам от него отмахиваешься. Или что? Тот, кто создал всю систему, решил, что люди сами себя закладывать будут? Ха-ха, три раза. Договорившись встретиться утром в мануфактуре Краса, мы разошлись в разные стороны. Он – к себе в управление, ну а я – в библиотеку, за Лиской.

Я даже не сомневался, что она все еще просиживает за книгами, и оказался абсолютно прав. И это при том, что на улице уже ходили фонарщики, доливающие масло в горелки фонарей. Вообще богато северная столица живет, ничего не скажешь. У нас в деревне как солнце садится, так только лучины да печки в домах светили. Правда, и звезды были яркие. Тут же постоянно над городом висит туман и дым из множества труб.

– Без пропуска нельзя, – строго заявила библиотекарша, стоящая на входе, – и вообще, мы уже закрываемся. Круглосуточно у нас только элитный зал работает.

– Отлично, потому что как раз в нем и должна моя рабыня сидеть. В одиннадцатой комнате.

– Ничего не знаю, если у вас нет пропуска…

– Слушайте, мне это начинает порядком надоедать. Позовите Эву или Адриану Ферштейн. Они обе в курсе.

– Не буду я беспокоить старшую библиотекаршу только потому, что какой-то благородный оборванец с улицы без читательского билета говорит, что ее знает.

Проверка интеллекта. База: 3. Бонус: −1 (-2 умный собеседник, +1 общий). Бросок: 1. Требование: 2. Успех.

– Так, я точно помню, что при заведении золотого билета она записывала данные в журнал. Посмотрите, пожалуйста. Зовут – Майкл Хикент.

– Секунду, – отозвалась вмиг успокоившаяся женщина, открывая здоровенный журнал. – Да, такая запись есть, действительно баронету Хикенту сегодня допуск выписывали. Но чем вы докажете, что это именно вы?

– Могу вас считать, например. Тогда если у вас есть обвинения и штрафы, вы увидите мое имя как законника. Я еще и Черный страж ко всему прочему.

– Не стоит, поверю вам на слово, – тут же отозвалась библиотекарша. Она несколько раз позвонила в колокольчик, и из-за полок вышла незнакомая девушка лет двадцати. Хотя в темноте уже не разглядеть. Освещение в зале было приглушено, и только масляные лампы на столах горели достаточно ярко, чтобы продолжать чтение. – Проводи господина в одиннадцатый читательский сектор закрытого зала.

– Как прикажете, – склонилась девушка, – следуйте за мной.

Через несколько минут я вошел в комнату под нужным номером. Первое ощущение было – я ошибся. Ну или ошиблась провожатая. Но затем я заметил полуголую Лисандру, скрючившуюся над очередным фолиантом в три погибели, и понял, что попал куда нужно. Девушка что-то сосредоточенно записывала на очередном листе бумаги.

Вокруг нее горами лежали книги и свитки. Валялись скомканные заметки и скрепленные записи. Какие-то формулы и уравнения, занимавшие большую часть дневника, мне абсолютно непонятные. На мой приход Лиска ни обратила никакого внимания. Провожатая же молча взяла со стола грязную посуду и тихо удалилась.

– … диффузия эссенций на… а что если… сопротивление конденсаторов души… – бормотала Лисандра абсолютнейшую для меня ерунду, выводя на листе очередную запись. – Метамагическое поле при дифракции…

– Эй, ты как себя чувствуешь? Лиска!

– Что? – Девушка посмотрела на меня невидящими глазами, разум ее явно был где-то далеко.

– Я спрашиваю, как дела? Нашла способ победить Энмиру?

– Нет такого способа, – ответила чернокнижница, замотав головой из стороны в сторону, – и вообще, не отвлекай меня! Я, кажется, поняла, как пользоваться триангуляцией при морфированном создании мнемонической схемы вызова, осталось только…

– Слушай, то, что ты делаешь, может подождать до нашей победы? – с напором спросил я, понимая, что иначе девушку в нужное русло не вернуть. – Убьют меня, ты ведь тоже погибнешь. Даже если запрешься здесь и будешь сидеть безвылазно все восемь дней.

– Блин, совсем ты меня с мысли сбил, – простонала Лиска, – ну вот что тебе подождать еще пару часиков? Ты даже не представляешь всю важность моей работы. Это же прямое преобразование базовых схем вызова! Только представь, что можно будет сделать, если мне удастся вывести эту закономерность и оформить в виде закона! Я же смогу войти в историю как самая молодая ученая, создавшая теорию схем!

– А ты уверена, что всего, о чем ты говоришь, нет в зале тайн? – спросил я и увидел, как глаза девушки расширяются от осознания. Правда, эффект был совершенно иным по отношению к тому, на что я рассчитывал.

– Точно! Есть же еще закрытый раздел! Ты только подумай, сколько там данных для анализа! Можно сверить теорию Барнса с эффектами Стела… – Дальше шла абсолютно не разбираемая чушь, от одного звука которой мне стало не по себе. Нет, я понимаю, что она умнее меня, но, блин, не настолько же! Тут сказывается образованность и эрудированность, а не ум как таковой. А значит, придется учиться. Если выживу, конечно.

– Так, мы идем домой, – сказал я, беря девушку за руку, – одевайся. Завтра, если захочешь, вернешься и свои измышления продолжишь.

Лисандра недовольно фыркнула, но одежку нацепила.

– Ничего не трогать! – успела она крикнуть перед самым выходом.

– До свидания, – попрощался я за себя и за нее.

Дома нас ждала довольная собой и всем миром Василиса. Несмотря на усталость, то, что она заработала за день больше двадцати золотых, стало приятным потрясением. А вот новость, что завтра и в самом деле придется от поездки на рынок отказаться, вызвала лишь сожаление.

– И чем я тогда заниматься буду? – грустно спросила Васька. – Не дело просто так сидеть!

– Я так же подумал. Поэтому вот, – протянул я девушке кожаный кошель, – здесь два с половиной золотых. И серебром, и золотом. Займись домом. Плотников найми, стропальщиков, крепежников. Чтобы привели в хорошее состояние все. Торопиться особо без надобности. Будем рассчитывать, что выживем, и думать наперед.

– Ага, – хмыкнула Лиска, – я же говорю – без шансов.

– А ты завтра еще поищи, может, найдешь правильные варианты.

Поблагодарив хозяйку за еду, я спустился к Трие. И мы шепотом поговорили несколько минут. Русалка на жизнь не жаловалась, хотя ей и было откровенно скучно. Так что, посоветовавшись, решили, что с завтрашнего дня она начинает помогать Ваське. С чувством выполненного долга я добрался до матраца и мгновенно уснул. Без сновидений.

Глава 18

– И что ты мне приволок? – недовольно спросил утром Бохай, которого я отвлек от важного заказа.

– Не видишь? Паровой доспех!

– Это не доспех, а дырявая рухлядь, – возразил старший мастер, – и если защиту я еще в состоянии починить, то с движителем и поршнями дело совсем худо.

– Ну, блин, что есть. Зато на его конструкции можно понять, как и что должно работать.

– Черт с тобой, торопыга. – Старший мастер отвел меня в угол, где был отличный слесарный верстак, и показал на инструменты: – Бери долото, бери отвертку и разбирай. Когда поймешь, как он устроен – позовешь. А раньше не дергай, у меня заказ от его сиятельства.

– Ладно, – кивнул я, после чего был оставлен в гордом одиночестве.

Спустя несколько часов скалывания заклепок и выкручивания винтов на свет показалось нутро движителя. Прямо скажем, я, как человек ничего в этом не смыслящий, оказался в растерянности. Самым понятным элементом была печурка с воронкой сверху. Туда, судя по всему, засыпался уголь. По сужающейся воронке он попадал в горнило, которое нагревало – по крайней мере, я так думал – несколько медных трубок, идущих кольцами вверх.

С другой стороны, в эти трубки подавалась вода из металлической фляги. На первый взгляд – ничего странного: просто сообщающиеся сосуды, замкнутая система. Но вот дальше был механизм, который как раз «умелец» по просьбе Грода выломал. Металлическая коробка из толстого листа с патрубком на вход и на выход и металлическим штырем с туго вращающейся болванкой. Что это за хрень, я понять не мог долго. Пока не нашел в ранце спиленные крепления для всего агрегата. Поставить его не представлялось возможным. И трубка была изменена и укорочена, и место было занято какой-то остро пахнущей ерундой. Почти порошком.

Ради эксперимента я взял немного угля от кузнечных молотов, раздробил его на небольшие гранулы и запустил процесс кипения. Сначала огонь еле теплился, подавая пар через порошок в трубку для вдыхания дыма. Но стоило расчистить подачу топлива и убрать лишние детали, как котел заработал на полную мощность, почти мгновенно заполняя мастерскую паром.

Убрав пламя, я решил отвлечься от механизма и с удивлением обнаружил, что на дворе уже темная ночь. Увлекшись, я не заметил, как пролетело время, совсем как Лиска со своими книгами. Мне и в самом деле с детства нравилось работать руками, а тут прямо Бог велел. Если можно так выразиться по отношению к надвигающейся смерти от руки магички или злопамятного дворянина. На любой выбор.

В результате домой я попал только потому, что стражники на внутренних воротах меня помнили еще с подготовки цирковых номеров. Добравшись до кровати, я завалился спать. Не помню даже, раздевшись или нет. На следующий день, наскоро перекусив зажаренным мясом и горячо поблагодарив Василису за подготовленный и собранный обед, я вновь отправился в мастерскую Краса.

К моему удивлению, вокруг верстака стояла ширма, на которой были натянуты серые простыни. А поверх краской было выведено: «Подмастерьям и работникам мануфактуры вход строго запрещен». С чего эта надпись появилась, я абсолютно не представлял. Но об авторстве догадаться было несложно, снизу стояли инициалы БФ.

– Доброе утро, старший мастер, – подошел я к Бохаю.

– Ну? Закончил с разбором и сбором движителя? – недовольно спросил Ферстил, пряча густую бороду под фартук, чтобы не сжечь волосы.

– Нет еще, хотел вот поинтересоваться, что за надпись и зачем нужна ширма.

– А ты, значит, дурья твоя башка, не понимаешь?

– Нет, а должен?

– Черт. Ничему-то тебя отец твой не научил толком. Ты сейчас что делаешь?

– Ну, – неуверенно протянул я, – разбираю механизм. Паровой двигатель.

– Вот. А его делали в городе мастеров. Одном из немногих независимых, чисто дварфийских мест. Именно там строят паровые танки и дирижабли.

– Ну и что?

– Ох, тяжело с тобой, – помотал Бохай головой. – Ну вот смотри. Ты, несмотря на запрет, полез внутрь. Но ты вольный, тебя если узнают, то просто прибьют – и дело с концом. А если кто из моих не удержится и заглянет внутрь? Мы ж, мастера, сдерживаться не умеем. Как увидел интересную идею – должен сам обязательно опробовать и сделать. Вот и выходит, что скрыть такое не удастся. А это, братец, война. До тех пор, пока не останется только один клан, знающий секрет.

– А что, нельзя просто поделиться? Это же не золото, которого становится только меньше. Если идеями делиться их только больше станет, начнут совершенствоваться.

– Ага, – не собираясь спорить, кивнул дварф, – все верно говоришь. Начнут. Вот только каждый дварф знает страшное слово: Предел. Тот момент, когда ты достигаешь технологий, после которых на город падает взгляд повелителя демонов. Чуть переборщил, и нет уже ни тебя, ни твоей семьи, ни соседей. А иногда даже целой страны.

– Не понял, а зачем? Что он ему, этот предел?

– Ты в церковь, что ли, не ходил? Или занятия в школе прогуливал? Про вековечную тьму знаешь?

– Так кто про нее не знает, – грустно усмехнулся я, – черная всепожирающая пелена, окружающая наш континент.

– Ну, так и дальше помнить должен. Тьма эта не просто так появилась, а потому что кто-то перешагнул Предел. И были созданы императором стражи, что хранят нас от него. И стерегут они покой империи, карая всех, кто переступить через Предел пытается, – зачитал, словно часть молитвы, Бохай. – Ну? Теперь вспомнил?

– Нет, этому нас не учили, – честно признал я. Ну, а что толку врать в таких вещах? Вот только слова мои заставили дварфа серьезно задуматься.

– В общем, коли ты не знаешь, то и черт с ним. Главное, запомни: от соблазнов надо держаться подальше. И на других их не распространять. Как в устройстве разберешься и проблему решишь – говори. Я тебе собрать помогу. А до этого момента сиди за шторкой и никого не пускай. Нечего мне тут молодежь портить.

Слова дварфа меня порядком озадачили. Я-то считал, что это все детские страшилки. Сказки, что на ночь рассказывают, чтобы дети тихо лежали. Но Бохай совсем не похож на того, кто будет в сказки верить. Да и во время визита к эльфам страшную историю о выжигании парохода я тоже прекрасно запомнил. Ну а уж как по нашей деревне страж бродил и с монстром, под водой сидящим, боролся, так в этом и вовсе не свидетелем, а участником был. Хотя расскажи кому – не поверят.

Значит, нужно пользоваться только своими силами и полученной при пробуждении догадливостью. Ну так, а что? Почему нет-то? Одно разобрал – и с остальным справлюсь. Зайдя в отгороженный закуток, я полностью погрузился в процесс, разбираясь с работой каждой детали по очереди. И пусть процесс шел медленно, сдаваться я не собирался.

Возвращаясь домой после заката, я нередко заставал Лиску уплетающей за обе щеки очередную порцию каши или тыквенного супа. При этом девушка норовила читать за столом принесенные с собой записи. И только строгий тон и обещание лишить ужина заставляли Лисандру хоть ненадолго отвлечься от бумаг. Честно сказать, если бы не эти запоздалые застолья, устраиваемые Василисой, я, может, и ночевал бы в мастерской. А так было приятно, что тебя всегда ждут.

Лиска рассказывала, что интересного узнала или придумала за день, и пусть я понимал лишь треть, это все равно было потрясающе. Я даже разорился на доступ в оба тайных зала библиотеки, чтобы не стеснять ее в потоке знаний. Ну и себя не обидел, чтобы разобраться в устройстве доспехов досконально. Потратил в результате почти все, что было. Хорошо хоть, пять золотых мне зачли при переводе из элитного зала, а то вообще бы без денег остался. Васька отчитывалась о ходе работ по восстановлению дома. А я рассказывал, какие детали успел отремонтировать. И только Трия продолжала молчать, опасаясь реакции девушек.

После все ложились спать. Лежаки на полу, кстати, сменились весьма достойными кроватями с деревянным упругим дном. Тоже заслуга хозяйствующей Василисы. Ну а с утра вновь отправлялись каждый по своим делам. И так продолжалось пять дней. Когда до поединка осталось всего два дня, в отработанной схеме случился перебой.

– Пошли все вон! – донесся до меня настойчивый женский голос в тот момент, когда я соединял золотник с трубкой отвода конденсата на прямоточный распределитель.

– Прошу вас, ваша светлость, не губите, – голос Бохая был умоляющим и жалким, – у нас при простое все печи железом изойдут.

– Чтобы через минуту Хикент был передо мной!

– Да, да, слушаюсь, – донеслось торопливое поддакивание и, нарушая собственные правила, ко мне ввалился дварф. – Майкл, бегом! Тебя княгиня требует!

Глава 19

– Так вот ты каков, – проговорила высокомерно девица, которой даже семнадцати не исполнилось, судя по виду. Правда, как следует разглядеть ее у меня не было никакой возможности: тут же к шее с двух сторон поднесли сабли. Попробую распрямиться и лишусь головы. Не слишком приятная перспектива, как и начало знакомства. – А я думала, тот, кто Лекса победил, повыше будет. Да и в плечах ты мелковат что-то.

– Как скажете, ваша светлость. – Желание грубить, когда в любой момент можешь с жизнью распрощаться, мгновенно улетучивается.

– В любом случае я слышала, что ты вызвал на дуэль Белую ведьму.

– Совершенно верно, ваша светлость.

– Отлично. Значит, ты должен будешь выполнить мой приказ. – Она подошла ближе так, что я смог рассмотреть ее белоснежные сапожки на высоких каблуках, шпильках. И как она в них не навернется? Дороги-то практически нет. А в землю они, поди, мгновенно до конца входят.

– Какой, ваша светлость?

– Ты должен победить Энмиру и заставить ее взять себя в подмастерье. А после, когда будешь определять пятерку учеников, должен назвать мое имя.

– Как прикажете, ваша светлость. – В этот раз я попробовал чуть помедлить с титулованием, и клинок тут же прошел по коже, оставляя неглубокий надрез. Ничего не скажешь – убедительно. – Позволено мне будет сказать?

– Да, говори, – разрешила она таким тоном, будто одолжение делает.

– Я и так делаю все возможное, чтобы выжить в поединке. Однако шансы все равно невелики. А даже если я смогу победить, разве позволит она мне подбирать учеников?

– Не просто позволит. Это будет твоей первостепенной обязанностью. Ну, а насчет малых шансов. Радуйся, твое благородие, – произнесла она мое титулование, будто грязи белоснежной перчаткой зачерпнула, – я благоволю передать тебе и твоим мерзким рабыням три вещи. Они уже у тебя дома. Мой советник подсказал, что именно их вам может не хватать. А раз так, то попробуй только после их получения меня подвести, с того света тебя достанут и будут мучить, пока не останутся только кости, переломанные во всех возможных местах. Ты понял?

– Да, ваша светлость. Предельно четко.

– Хорошо. – Развернувшись, девица удалилась восвояси. Но только когда до меня донесся звук закрывающейся дверцы, от шеи убрали клинки сабель. С трудом выпрямляя затекшую спину, я заметил, что остальные поблизости вообще на коленях в грязи стоят, и лбы к земле прижаты. Ну, блин, от меня, получается, того же ждали, а я просто наклонился. Наверное, сочтут меня теперь неимоверным хамом. Ну, так что поделать, никто меня манерам общения с княгинями не учил.

– Ох, торопыга, – простонал, распрямляясь, Бохай, – ладно бы ты себе одному приключения искал. Так теперь и мне достанется.

– Прошу прощения. Не думал, что такое случиться может.

– Да уж, – хмыкнул старший мастер. – А вы чего встали, бездельники? А ну отряхнули грязь и за работу! – прикрикнул на подмастерьев дварф. И дождавшись, пока все разбегутся по своим местам, вновь обратился ко мне. – Что делать будешь? Сразу домой пойдешь или как?

– Или как. Я уже закончил с двигателем. Осталось пару тестов провести, и можно будет соединять с ногами. Заканчиваю, в общем.

– А сам движитель собрал?

– Как раз собирался, когда княгиня наведалась. Полчаса, и будет в сборе.

– Ну, а раз так, то какого рожна ты тут еще стоишь? – недовольно буркнул Бохай, жестами загоняя меня обратно за перегородку.

И ведь прав мужик. Без вариантов. А значит, пахать надо.

Проверка удачи. База: 1. Бонус: 1. Бросок: 2. Требование: 3. Успех.

Многие детали пришлось переделывать. И если с колесами шестеренок мне помогали, то большинство внутренних деталей пришлось перековывать и отливать самостоятельно. Ну или оставлять как есть. Но мне повезло. Проблема, из-за которой мотор вышел из строя, обнаружилась почти сразу, стоило разобраться как следует.

Просто при использовании в узких медных трубках остался слой накипи, как и в поршневой группе. Устранить ее было легко – достаточно промыть алхимическим растворителем. А вот устранить последствия переделки неизвестного мастера и мои собственные косяки – оказалось значительно сложнее.

И все равно. Коробка была собрана. Последние винты встали на место. Я в последний раз проследил за количеством воды и угля и поджег разогревающую жидкость. Пока котел грелся, я влез в доспех. Закрыл сверху крышку нагрудника и попробовал сделать шаг. Вышло крайне тяжело. Вообще, без мотора двигаться в нем – малореальное занятие.

Между мной и ранцем было расстояние в несколько сантиметров. Выхлопная труба шла под углом и уходила за спину. Благодаря этим нехитрым методам да теплоизоляции из огнестойкого орешника я жара почти не чувствовал. Рычаги уже были присоединены, и мне оставалось только ждать, пока коленвал не начнет раскручивать маховик.

– Долбанет, – сухо заметил Бохай, наблюдавший за работой восстановленного движителя с безопасного расстояния.

– Не должно. Ты же сам трубы делал.

– Ох, торопыга, доиграешься ты с непонятными тебе вещами, – проворчал старший мастер. – Ты же понимаешь, что это не наш профиль. Все эти нагревательные и паровые трубки, муфты и прочее?

– Все бывает в первый раз. – Я дернул за рычаг передачи, и шестеренка резко встала на место. Теперь дело за приводами ног. Поднять носок, чтобы надавить на рычаг поднятия, оказалось несложно, вот только нога поднималась ну слишком медленно. Не держись я за стену, то свалился бы тут же от потери равновесия.

Спустя несколько часов, когда уже пришла ночная смена, я вполне сносно мог пройти пять метров. И даже не намного медленнее, чем шел пешком. Ну, если не спешил куда-то, а вальяжно прогуливался. На большую скорость рассчитывать не приходилось. И когда я совсем уже решил, что приспособился к паровому доспеху, дварф наконец притащил обещанный щит.

От обычных наручных щитов этот монстр отличался так же, как новорожденный поросенок от дикого кабана. И в первую очередь весом. Раз в пять. Попытавшись поднять его руками, я понял, что дело это абсолютно бесполезное. Но стоило нацепить его на специальную клешню, расположившуюся за спиной, как вес стал практически неощутим. Железо держало сталь почти без моей помощи. И даже перекинуть его с одной стороны на другую не составляло проблемы. И единственное, что оставалось сделать – научиться с таким грузом ходить.

Баланс всей конструкции пожелал долго жить и отправил меня в пешее эротическое путешествие, стоило попытаться сделать шаг. Путем длительных экспериментов была выявлена единственно возможная схема. Щит прямо по центру. Правая нога вверх – щит чуть вправо. Потом та же операция с левой. Заодно понятно стало, почему на ботинках брони такие здоровые стопы – чтобы не продавливать при движении землю.

Было тяжело. Крайне. Но в целом двигаться получалось. Переключая передачи, я мог повысить скорость движения ноги вверх. Нога вниз опускалась сама при выжатом сцеплении и, в принципе, можно было сказать, что задумка удалась. Если бы не одно но. Примерно через час экспериментов котел все же перегрелся. С жутким хлопком с него сорвало золотник, и вся мануфактура мгновенно заполнилась горячим паром.

Проверка выносливости. База: 2. Бонус: 1. Бросок: 2. Требование: 4. Успех.

Шипя от боли и матерясь, я выбрался из костюма. Регенерация и общая крепкость телосложения позволили спокойно перекрыть огонь в топке и, распахнув крышку, долить в котел свежей холодной воды.

– А я тебе говорил: долбанет, – усмехнулся Бохай, – теперь придумывай защиту от таких случаев. Иначе на дуэли просто подохнешь от своего же доспеха. Магичке даже стараться не придется.

– Да уж. Мелкие детали – не самая ваша сильная сторона.

– Мы тебе что? Часовщики? Мы оружейники! – гордо ударил себя в грудь дварф. – Если постараться, я лично могу сковать отличный меч. А если очень повезет, то и превосходный. Но со всякими мелкими частями – что сделали, тому и радуйся. Конечно, если ты рассчитываешь на быструю победу, можешь оставить все как есть.

– Да нет. Я на это особенно не надеюсь, – вздохнув, признал я, – разве что Энмира сможет пробить этот щит.

– Ну нет, – ухмыльнулся Бохай, – этого малыша разве что из пушки пробить можно, да и то вряд ли.

– Тогда и вправду надо придумывать, как подольше продержаться. Но уже завтра, – сказал я, с трудом подавляя зевоту, – сил сегодня уже нет. Я до дома.

– Спокойной, – кивнул дварф, помахав мне на прощание.