Текст книги ""Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Стоящий рядом виконт покраснел как рак от таких оскорблений в адрес своей дамы, но в то же время посмотрел на нее с недоверием и брезгливостью. А тут толстомордый нахал еще и нагло подтолкнул его в бок:

– А ты и не знал? Самая нищая гостья в этом зале. Ни одного колечка не имеет, и платье от покойной прабабки досталось по наследству.

Задыхаясь от стыда и позора, девушка взглянула на своего провожатого и в ужасе увидела, что тот попятился назад, а потом шагнул в сторону и скрылся за сомкнувшимися стеной гостями. А те стояли и с пьяными улыбками наблюдали за развитием событий, тогда как здоровенный молодчик продолжал издеваться над миниатюрной жертвой:

– Шла бы ты, милая, в публичный дом да заработала себе на приличное платьице.

Под смех окружающих, плохо соображая, Гали сумела из себя выдавить:

– Зачем вы так? Вам же удалось достать пригласительный…

– А мне и не надо было, я и так его имел. А вот два моих достойнейших друга остались по твоей вине на улице.

И обещали тебя за это весьма страстно отблагодарить, когда ты пойдешь домой. Уж они тебя приласкают…

Не в силах больше вынести такого потока грязи, девушка вскипела, резко шагнула вперед и нанесла звонкую пощечину толстомордому молодчику.

– Вы, сударь, самая низменная мерзость!

И тут же в ответ получила удар в лицо. Ноги ее подогнулись, и она осела на пол. Попытавшись в горячке поднять голову, девушка увидела подошедшего слугу, того самого, который показывал ей перед балом замок графа. Затем послышался удар, сопровождающийся хрустом костей, сотрясший пол грохот, и в звенящей тишине раздался голос:

– Вышвырнуть эту падаль на улицу!

Прежде чем утонуть в сгущающемся тумане забытья, Галисия Лобос успела подумать: «За что меня вышвыривать?! Что я такого сделала?..»

Инцидент привлек к себе внимание очень многих участников бала. Во-первых, из-за самого факта мордобоя. Во-вторых, из-за того, что молодчика, который оказался сынком знаменито скандального барона Цыдалки, расторопная охрана с огромным удовольствием вышвырнула прямо на улицу, к ногам так и не разошедшейся толпы зевак. И пострадавший, выплевывая выбитые зубы и размазывая текущую из губ и носа кровь, долго с мычанием катался по мостовой, пока его не подобрала вызванная кем-то санитарная карета.

Толпа обступила лежащую на полу девушку, одетую в скромное платьице. Пытающийся привести ее в сознание Алексей обратился к окружающим:

– Кто это и где она живет?

Все начали переглядываться и перешептываться, а потом одна из дам скривила ротик в подобии улыбки и сказала:

– Обнищавшая дворяночка. Живет совсем рядом…

И она назвала адрес.

Алексей знал эту улицу. Еще раз с помощью своей силы Шабена удостоверившись, что у девушки ничего серьезного и она потеряла сознание не так от удара, как от слишком бурных эмоций, он, словно пушинку, подхватил ее на руки и понес к выходу. Выйдя на улицу, он не стал передавать девушку слугам, а сам поспешил к нужному дому.

На резкий стук отозвались сразу же, словно служанку заставили спать под дверью:

– Кто там?

– Здесь проживает Галисия Лобос?

Тотчас дверь открылась и на пороге появилась сухонькая женщина:

– Да!

Увидев на руках мужчины безвольное тело, она воскликнула: «Что с ней?» – и тут же, потеряв сознание, съехала по дверному косяку на пол.

Не ожидавший такого поворота событий Алексей шагнул в слабо освещенную прихожую.

– Эй, кто-нибудь есть? Отзовитесь! Нужна помощь! Эй! Сюда!

Как ни странно, никто на его призывы не отозвался. Алексей прошел в комнату, уложил девушку на продавленный диван и поспешил за старшей женщиной. Ее вообще, казалось, воздушное тело положить было не на что. Пришлось устроить женщину на столе, подложив под голову какую-то подстилку со стула. И только потом Алексей догадался подвесить над собой яркого светляка. При хорошем освещении он более тщательно осмотрел женщин и быстренько подлечил их магической энергией. Теперь оставалось только ждать, когда они очнутся.

Алексей вновь вышел в прихожую и на лестнице, ведущей на второй этаж, увидел своим умением две затаившиеся личности, которые очень походили на детей. Стараясь не спугнуть их, иномирец приветливо улыбнулся и сказал:

– На балу у графа Фаурсе Гали потеряла сознание, вот я ее и принес домой. Женщина, которая нам открыла, тоже потеряла сознание от испуга. Это ее мать? И есть ли еще взрослые в доме?

В ответ послышался шепот спорящих девочек, и вслед за тем тоненький голосок спросил:

– А ты кто?

– Я? Первый помощник торгового атташе Сапфирного королевства.

Такой ответ, видимо, детей не удовлетворил, и они потребовали уточнения:

– Ты ее кавалер?

И таким дрожащим голосом был задан вопрос, что парень вздохнул от безнадеги: «Видимо, в этом доме все помешаны на поисках богатого жениха для этой девушки. Но деток пугать не стоит…»

Он засмеялся и сказал:

– Ну, я не знаю… О таких вещах не принято признаваться каждому встречному-поперечному.

– А мы не «каждые»! – рассердилась одна девочка и встала на ноги.

– Мы ее сестры! – тут же поддержала ее другая.

И сразу стало видно, что они двойняшки. Страшно худые и перепуганные.

– А-а! Ну, это другое дело, – басовито согласился Алексей и осторожно уселся на рассыпающийся от времени стул. – Тогда давайте будем знакомиться.

Одетые в застиранные и разные ночные рубашки девочки осторожно спустились вниз и, бесшумно ступая в тряпичных тапочках, приблизились к ночному гостю. И все еще с немалым сомнением произнесли свои имена:

– Лея…

– Лана…

– Ох, какие у вас красивые имена!

– Это нас так папа назвал, – тут же похвасталась Лея.

– Молодец: и коротко, и красиво. А вот меня длинно и долго выговаривать надо: А-лек-сей.

– Подумаешь! – фыркнула Лана. – Я вот запросто могу повторить: Алексей!

– И я!

– Отлично! Сразу видно, что вы девочки умные и очень сообразительные. А раз так, то, может, принесете мне из вашей аптечки баночку с таким едким запахом, которым помогают вернуться в сознание?

Девочки сразу погрустнели:

– А у нас нету…

– Тогда принесите то, что есть!

– А у нас ничего нету.

– М-да. – Алексей ожесточенно потер висок. – Ну, тогда хоть миску с холодной водой и полотенца, чтобы сделать компрессы.

Вот это уже было явно в наличии, потому что девчушки вихрем сорвались с места, скрылись где-то в глубине дома и вскоре вернулись с требуемыми вещами. Но если вода в миске была вполне подходящей, то миниатюрные тряпочки ну никак не походили на полотенца. Скорее на кусочки когда-то разрезанной и много раз постиранной ткани.

Делать было нечего, и Алексей, проклиная свою черствость и недавнее презрение к действительно нищей дворянке, принялся делать компрессы на лоб лежащим женщинам.

Первой очнулась мать. Она при помощи парня слезла со стола и наклонилась над Гали:

– Доченька! Что с тобой?! Очнись!

Словно услышав материнский зов, девушка открыла глаза, осознала, что она дома, потрогала языком страшно распухшую от удара щеку и прошепелявила:

– Как я здесь оказалась?

Ее мать чуть отодвинулась, открывая сидящего на стуле парня.

Сжать распухшие губы Гали не могла, зато свои огромные глазищи прищурила без труда.

– Ты ведь хотел меня вышвырнуть на улицу!

– Да нет, не тебя. По моему приказу вышвырнули того урода, который осмелился поднять на тебя руку. Мало того, уже завтра он заплатит штраф за нарушение порядка. Граф Фаурсе таких поступков в своем доме никому не прощает.

Девушка медленно села, и тут же ей под бока умостились сестрички, словно два ласковых птенца.

– Разве из такой сволочи можно выбить компенсацию?

– О! Ты еще плохо знаешь господина атташе. Если потребуется, он сам провинившегося молодчика будет возить мордой по булыжнику, но таки докажет свою правоту. А сейчас разрешите откланяться, дела!

Уже в дверях Алексей обернулся и с иронией сказал окаменевшему непонятно отчего семейству:

– И не надо меня так благодарить, это всего-навсего моя работа.

Выйдя из дома, он недовольно подумал: «Смотри-ка на нее! Даже элементарного “спасибо” из себя не выдавила. Только об одном и думает. Не удалось подцепить богатенького мужа, так готова согласиться на любую компенсацию. Хотя и вид у них там…»

В следующее мгновение он резко присел и, уклонившись от несущегося ему в глаз кулака, откатился в сторону. Приобретенные за годы тренировок рефлексы сработали безотказно. Но долго полежать ему не дали – принялись изо всех сил пинать коваными сапогами. Пришлось вскакивать и отступать к забору. Двое мужчин, не совсем понимая, почему их удары не достигли цели, все-таки произнесли свои заранее заготовленные фразы великих злодеев:

– Что-то ты долго ублажал себя с этой нищенкой!

– Зато уж мы тебя обработаем очень быстро!

Они выдернули из ножен рапиры.

– Так вы и есть дружки того конченого дебила? – пробормотал Алексей.

И без всякой жалости сломал им руки. Все четыре.

Потерявшие сознание мордовороты не остались без помощи. Страшный противник играючи доволок их до первого же освещенного перекрестка, достал полицейский свисток и разбудил пронзительным свистом полквартала.

Вскоре возле него уже топталось с пяток полицейских, примчавшихся от графского замка.

– Эти двое попытались меня убить при исполнении поручения графа Фаурсе. Завтра мой работодатель официально выдвинет против них обвинение.

И, бросив бесчувственные тела на руки защитников порядка, поспешил к завершению знаменитого бала.

На следующий день все спали чуть ли не до полудня. За обедом занялись обсуждением планов на ближайшие дни. Но и некоторые детали прошедшей ночи давали повод задуматься.

За столом, помимо отца с сыном, сидели Лютио Санчес, Люссия Фаурсе и страшно гордый таким доверием Зиновий Карралеро. Отсутствовал только Раст, который был занят одним очень ответственным поручением.

И пожалуй, самую важную новость поведала довольная Люссия. Хотя в начале застолья хозяин замка попытался сделать ей взыскание за непослушание:

– Ну и чего ты добилась своей строптивостью? У тебя такой выжатый вид, словно ты всю ночь преодолевала полосу препятствий! За такое самовольство надо тебя наказать.

Как раз это и было причиной вчерашней ссоры перед самым началом бала. Именно тогда демонесса предложила попользоваться так хорошо зарекомендовавшей себя еще в Сапфирном королевстве тканью с начесом, в которой навечно застряло несколько слоев «замаринованных» маустов. Маркиза захотела в таком наряде потолкаться среди гостей и подслушать как можно больше интересного. Вполне резонно предположив, что Шабены, коих было предостаточно среди приглашенных, будут более болтливы при отсутствии вокруг себя особей из параллельного мира. Семен, прекрасно помня, какую боль его боевой подруге придется терпеть все это время, высказался против. В результате чего и вышел у них спор. Кое-что из него и услышал Алексей, удивившись тому, что отец переживает из-за демонессы.

Сейчас, несмотря на усталое лицо, Люссия выглядела как триумфатор и на ворчание графа ответила веселым и горделивым смехом:

– За такое мое самовольство меня награждать надо. Ты еще будешь мне кланяться и целовать ножки за добытую информацию!

– Было бы за что! – скривился Семен, накладывая себе в тарелку салат под названием «Экзотика». – Чтобы я поклонился, да еще и поцеловал, ты должна мне сообщить такое!..

– Какое? – передразнила его Люссия. – Приведи хоть пару примеров.

– Запросто. Где находится телепорт? Кто правит Мраком? Кто такой Сапфирное Сияние? Как попасть на материк Асмадея? Что представляет собой Святая долина Столбов Свияти? Где…

– Стоп! – оборвала его на полуслове маркиза. – Хватит и этого! Вы все свидетели. Только я потом сама выберу время и место.

Загребной насторожился, так и не донеся вилку с салатом до рта:

– Ты что-то узнала о Долине?

– Об этом мы еще узнать успеем. Я узнала нечто более важное…

Люссия, словно задумавшись, неспешно доела свою порцию и запила соком из демонического мира. Доведя этим слушателей до точки кипения. Но если Алексей лишь яростно работал челюстями, то его отец не выдержал и поторопил демонессу командирским окриком:

– Ну?!

И получил в ответ свое же выражение:

– Не «нукай», не запряг!

Загребной так засверкал глазами, что даже его сын прекратил жевать. А демонесса спокойно обратилась к послу:

– Лютио, а что тебе говорит имя барона Эдди Ловинзе?

– Весьма темная личность, – последовал ответ. – У нас в посольстве на него почти ничего нет. Только и знаем, что он один из самых крупных землевладельцев и у него есть много замков и поместий.

И тут в разговор вмешался Зиновий Карралеро:

– Это не ему ли принадлежит Цепь крепостей Эдалана?

– Кажется, да.

– Что за цепь такая? – спросил Загребной.

– Одна из самых знаменитых линий обороны, которые были когда-либо построены на нашем континенте, – с гордостью ответил Зиновий. – Когда-то на севере между султанатом Орлы Заката и королевством Буртаргана было еще одно государство весьма диких и воинственных кочевников. Они долгие века периодически совершали набеги на Зонт и потом рвались дальше, в южные провинции Мрака. Пока не была построена единая линия укреплений из опорных крепостей и сорокакилометровой сплошной стены между ними. Она перекрыла всю Эдаланскую долину вдоль границы. А по бокам ее подстраховывают отвесные скалы. Вот с тех пор и прекратились набеги на наше королевство. А сто восемьдесят лет назад султанат собрался с силами и в беспощадной войне практически вырезал раз и навсегда всех воинственных кочевников. При молчаливом одобрении уставших от войн соседей завоеванные территории султанат Орлы Заката присоединил к себе. А Цепь крепостей Эдалана до сих пор поражает воображение. Мне повезло ее пройти два раза из конца в конец, пешком.

– Однако! – воскликнул Алексей, с одобрением глядя на своего друга. – Да ты еще и путешественник?

– Нисколько, – печально ответил коротышка. – Просто все эти крепости принадлежали роду Карралеро. Как и прилегающие к ним плодороднейшие земли.

Тут даже у много знающего посла отвалилась челюсть от удивления.

– А ведь действительно, что-то я такое слышал… Но вот связать между собой и не подумал.

– Зато я сразу подумал о моих предках. – Зиновий повернулся в ту сторону, где сидела невидимая для него Люссия. – Ваша светлость, так чем же вас заинтересовал этот самый Эдди Ловинзе?

Демонесса не заставила ждать себя с ответом:

– Мне удалось подслушать несколько настораживающих слов во время бала, которые прибывший с бароном мужчина шепнул ему на ухо: «Все в порядке, можете расслабиться, в замке ни одного демона». Вроде ничего такого, но все-таки… Я стала наблюдать за этим господином и заметила, что рядом с ним почти постоянно находятся три человека. Словно живой щит, готовый всегда отразить любое нападение. Чтобы так перестраховываться, надо быть или сумасшедшим с манией преследования, или императором, прибывшим инкогнито. Поэтому я уже до конца вечера не спускала с этого гостя глаз. Он уехал после четырех, и мне удалось усесться прямо к нему в карету, разделив сиденье с молчаливым секретарем. Тем самым, который докладывал об отсутствии демонов в замке. Кстати, по улицам этого Ловинзе сопровождали еще с десяток людей и пять демонов, которые окружали своего патрона живой стеной. Минут десять странный барон ехал молча, а потом выдал сакраментальную фразу…

Люссия сделала паузу, обвела взглядом затаивших дыхание сотрапезников и продолжила, копируя скрипучий старческий голос:

– «Не нравится мне это граф, очень не нравится! Слишком уж скользкий, ловкий и пронырливый. Если он вознамерился просто сорвать солидный куш, то это еще полбеды, но если он перешагнет черту, придется его ликвидировать. Следите за каждым его шагом и за всеми, кто его окружает…» Затем он еще с минуту восседал молча, дав мне отдышаться от гнева. А потом продолжил обыденным тоном: «А теперь запишите мои распоряжения на завтра». Секретарь тут же стал записывать в блокнот приказы, которые следовало довести до сведения… знаете кого?

– Кого? – последовал единый выдох.

– Всех пяти пальцев «правящей длани»!

После многозначительного молчания Люссия добавила:

– Причем деликатные выражения в речи старикашки отсутствовали полностью. Из чего я смело сделала вывод, что обнаружила не кого иного, как того самого пресловутого «кита» местной политики и управления государством.

Минут на десять за столом воцарился настоящий бедлам. Все спорили и перекрикивали друг друга, предлагая варианты последующих действий и контрдействий. Завершил оживленную перепалку тяжелый вздох графа Фаурсе.

Он убрал накрахмаленную салфетку, сполз на колени и уже собрался склоняться к ногам демонессы, когда та его строго и высокомерно остановила:

– Не сейчас и не здесь!

И тут же рассмеялась:

– Не будем нарушать обеденные традиции.

Часть одиннадцатая

Гали, заламывая руки, с тоской укоряла мать:

– Ну как ты могла его впустить? Как? Он же увидел, что у нас тут творится! И так все обзывают нас нищими…

– Но ведь я сама чуть от страху не умерла, когда тебя бездыханную увидела, – пыталась объяснить бедная старушка. – А очнулась уже на столе. Да и не думаю, что этот слуга такой уж плохой человек или сплетник. Мне парень очень понравился, и наверняка он будет помалкивать о нашем неприглядном положении.

– Ох! Все ты, мама, судишь о людях по себе. А мне этой ночью довелось встретиться с совершенно другими людьми. И ладно бы только этот хам, который все испортил, но еще и виконт повел себя как последняя сволочь! Ни единого слова не сказал, чтобы осадить наглеца.

– Так, может, это и к лучшему? Ведь узнай ты о его трусости и презрении позже, тебе было бы еще больнее.

Гали скорбно вздохнула и согласно кивнула:

– Да. Если бы наши отношения к тому времени зашли далеко, мне оставалось бы лишь наложить на себя руки от позора.

– Да что ты такое говоришь, доченька! Как можно вообще такое думать?! А сестрички твои на кого останутся?

– Прости, мама, я больше не буду…

Женщины обнялись, утешая друг друга, и одновременно вздрогнули, когда раздался громкий стук. Мать тут же метнулась к двери и заполошно спросила:

– Кто там?

– Служба доставки его светлости графа Фаурсе! – раздался бравый мужской голос. – Тут вам две посылки!

Мать с недоверием и недоумением открыла дверь, и обе женщины вышли на крыльцо. Оно стало совсем маленьким из-за громоздящихся на нем двух огромных деревянных ящиков.

На ступеньках топтались четверо молодцев в форме графских служащих, и старший спросил:

– Кто из вас госпожа Гали?

Сгорая от стыда за свой внешний вид и особенно за распухшую щеку, девушка тем не менее гордо вскинула голову и сделала шаг вперед:

– Это я.

– Тогда распишитесь, пожалуйста, вот здесь в получении!

Ей протянули небольшую картонку со списком. Не заглядывая в него, Гали добавила в голос строгости и указала пальцем на ящики:

– Что это такое?

– Мы люди маленькие, – хохотнул старший, с гигантскими габаритами отменного воина. – Поэтому конкретно ничего не знаем. Велено только передать, что это первая часть какой-то компенсации. Так что расписывайтесь побыстрее и нас не задерживайте, спешим очень.

Молодая девушка почувствовала, что краснеет, и глупая гордость тут же потребовала отказаться от подачек.

– Мы ни в чем не нуждаемся! Расписываться не буду.

Здоровяк сразу погрустнел и развел руками:

– Очень жаль. Тогда придется оставить все это без расписки, у нас и такое указание есть. Только вот за отсутствие подписи нам влетит так, что мало не покажется, граф скор на расправу…

Если бы женщины присмотрелись внимательнее, они бы заметили прыгающие в глазах служащего хитринки, а так сдались сразу. Подводить кого бы то ни было не в правилах истинных аристократов.

Гали, не читая, расписалась и вернула картонку со словами:

– Спасибо за службу.

– Куда нести? – тут же последовало в ответ.

– Оставьте здесь, – твердо сказала девушка. – Мы сейчас позовем слуг.

Похоже, что доставщики только обрадовались такому предложению. Отсалютовав, они тут же гурьбой ломанулись к калитке и моментально скрылись за покосившимся забором. А мать, оглядевшись по сторонам, попробовала приподнять ящик. И тут же запричитала:

– Ох! Да туда не иначе как камней наложили! Что же ты их отпустила? Для них это как игрушка.

– Мама! Ничего с нами не случится, затащим и сами.

Но обе умаялись и вспотели, пока затолкали ящики в прихожую. Там, правда, им немного помогли детские ручонки Леи и Ланы, но все равно даже общими усилиями до комнаты они ящики так и не дотащили и решили вскрывать в прихожей.

Когда открыли первый, никто не решился прикоснуться к виднеющимся там предметам. Мать и двойняшки посматривали на Гали как на самую главную в семье. А та долго кивала, пока не выдавила из себя:

– Все-таки Алексей рассказал о нашей нищете…

Наконец она решилась и стала вынимать так называемую компенсацию, а мать и младшие сестрички с радостными возгласами разносили все подаваемое в комнату, на диван, стол и четыре старых стула.

В самом верху, упакованные в мягкую ткань, лежали четыре магических светильника, мечта каждого владельца недвижимости. Модель «Луна-5» могла непрерывно излучать свет средней интенсивности в течение полугода, имела свисающий вниз стержень регулировки и стоила около пятнадцати золотых каждая. А максимальный срок службы такой роскоши, при самой бережной эксплуатации, доходил до шести лет.

Дальше пошли вещи более простые, но не менее нужные в повседневной жизни. Скатерти, несколько теплых шалей, покрывала, кухонная посуда, великолепная, полностью укомплектованная аптечка, набор из десяти пышных огромных полотенец и еще масса всякой полезной мелочи. А в самом низу лежало то, что чуть ли не довело до обморока самых младших обитательниц дома: четыре двойных комплекта платьиц вместе с обувью и аксессуарами. Мало того, был приложен и лист с детальной описью каждого предмета и адресом магазина, где всю эту роскошь можно было поменять в том случае, если размер не подойдет или цвет не понравится.

Пожалуй, этому подарку порадовались больше всего. Забыв о втором ящике, тут же устроили примерку, и малышки буквально упивались своим восхитительным видом перед старым, вмурованным в стену и потому до сих пор не проданным зеркалом. Мать уже и не вытирала слезы, так была довольна, а Гали от избытка чувств искусала губы чуть ли не до крови.

Но когда они чуть успокоились и открыли второй ящик, то целую минуту пытались подавить чуть ли не свалившие их с ног голодные спазмы. Сверху лежало два большущих торта, а под ними чего только не было! Огромная свиная вяленая нога, соленая рыба, колбасы, масло, банки паштетов и даже стеклянные емкости с икринками морских рыб.

И вот теперь уже заплакала Галисия, испугав этим не только мать, но и младших сестренок, которые никогда не видели свою сестру в слезах. Озабоченная мать обняла дочь за плечи и тихо спросила:

– Что случилось?

И только после нескольких всхлипов Гали смогла ответить:

– Графу-то что, он вырвал у этого хама компенсацию и забыл про нас. А вот хам нам этого не простит, сумма слишком уж большая… И обязательно станет мстить… И кто нам тогда поможет?