Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 207 страниц)

Глава 11

– А? Что? – Гер, промахнувшись шестопером по внезапно рухнувшему врагу, недоуменно озирался по сторонам. Он тяжело дышал, а его тело покрывала горячая испарина и множество полученных в битве гематом. Как бы не был слаб противник, он уверенно брал числом. – Что происходит?

Еще один залп Ксинс, и теперь уже правый фланг выкосила мгновенная смерть. Однако искусственные создания не ведали страха и, перераспределившись, вновь захлестнули маленький отряд волной наступления.

Впрочем, следующий выстрел должен поставить точку в этой безумной бойне. И горная эльфийка уже натягивала тетиву.

Радремон же, не прекращавший краем глаза следить за Сэллинталасом, заметил в поведении последнего странное изменение. Тот замер, перестав посылать во врагов огненную смерть, его руки дернулись, словно он стряхнул с них грязь, а на лице мелькнуло отражение внутренней борьбы.

Мелькнуло и исчезло, сменившись гримасой незамутненной ненависти.

Запалив на ладонях по сгустку пламени, благородный эльф замахнулся, готовясь отправить в полет сразу два заклинания. Вот только смотрел он не на колышущееся море красных шляп, а в спину собственным, пусть и временным, соратникам.

На Банарва и Наланномома.

Пара огненных копий броском кобры устремились вперед, но маркиз действовал быстрее. Две короткие едва заметные вспышки, практически слившиеся в одну, и тела дварфа с иллитом окутало радужное сияние Малого щита стихийной магии. Оно практически сразу исчезло, но фор Корстед не сомневался в защищенности своих спутников, ведь именно на подобный случай он и купил тот свиток.

Радремон ошибся только в одном – в цели Сэллинталаса.

Ритер стойко держал оборону, не отдавая врагу и пяди земли. Он понимал, что отступать некуда, а за спиной товарищи, помогающие ему осуществить мечту всей жизни – собственными силами зачистить новый данж. Такого не случалось уже сотни лет, но именно Ритеру посчастливилось собственными руками прикоснуться к легенде.

И пусть волей судьбы (и с помощью его собственного красноречия) сформированный отряд был весьма далек от идеала, Ритер изо всех сил стремился защитить их. Защитить вместе с шансом на воплощение собственных грез.

Оттолкнув щитом одного гриба-солдата и разрубив мечом другого, он готовился уже встретить следующего, как внезапно почувствовал угрозу с тыла. Несмотря на давно налившиеся свинцом мышцы, Ритер развернулся навстречу опасности, но сделать уже ничего не успел.

Первое огненное копье врезалось одноухому воину в грудь. Оно мигом спалило разодранную рубаху и выжгло кратер опаленной плоти, обнажив ребра. Второе же угодило прямо в лицо, превратив то в сплошную спекшуюся маску.

Свет навсегда померк для упавшего на землю мечтателя.

Заметившая происходящее дроу вздрогнула в момент выстрела и ее стрелы вместо последнего узла мицелия угодили в ногу гриба-офицера. Тот качнулся, что позволило воскрешенному Мохопсу вцепиться в него всеми конечностями и разорвать на две части, однако остальные насели на него с новой силой.

– Тупая чернилка! – в гневе воскликнул Сэллинталас. – Ты должна была попасть! Тогда я справился бы со всем остальным сам. И с ними, и с вами!

– Что, Бездна, у вас там… – начал было Тант, но отвлекся и промахнулся мимо очередного противника.

Тот скользнул вдоль копья и бросился мужчине в ноги, заставив пошатнуться. А следом еще двое схватили его за лодыжки и уволокли вглубь союзных рядов. Надрывный крик Танта затих практически сразу.

Оборона трещала по швам.

И если ничего не сделать, то скоро весь отряд станет перегноем, на котором вырастет новое поколение милых грибочков с красной шляпкой.

Клятый Суп Тарантас! Выбрал же время для своей мести!

– Ксинс! Узел! – скомандовал Радремон, сразу тремя Каменными шипами расчистив пространство на месте смерти Танта.

– Но… – заикнулась дроу.

– Узел! – надавил маркиз. – Я разберусь! Остальные, держитесь!

Горная эльфийка кивнула и принялась вновь выцеливать переплетение белых жгутов мицелия. Банарв, Гер и Бешеная сместились, чтобы ее прикрыть. Нал тоже помогал. Но и дураку было понятно, что долго они не протянут. Особенно с угрозой с тыла.

– С кем ты разберешься, выродок? – сквозь зубы процедил Сэллинталас. – Это я уничтожу вас всех, зачищу данж и стану героем! Один! Мне тогда даже в этот зачуханный род вступать не придется. – на его ладони зажегся очередной сгусток пламени. – И тогда я смогу…

На мгновение в глазах эльфа промелькнуло что-то никак не связанно с текущей ситуацией, но уже в следующую секунду огненное копье летело в спину Банарву.

Однако фор Корстед вместо попытки спасти дварфа, швырнул в зазнавшегося наглеца Каменный шип. Малый щит стихийной магии по-прежнему висел на бородаче, и Радремон не сомневался в его способности отразить два-три заклинания начального уровня. Даже с учетом возможной модификации от показателя интеллекта, одно отразит точно.

А больше и не потребуется.

Эльфийское пламя стекло по Банарву ручьями сверкающих искр, не причинив тому вреда, но уцелел и Сэллинталас. Его собственным телом прикрыл вышедший из транса подчиненный. Теперь тот с дырой в груди лежал у ног господина, истекая кровью.

[Эльф повержен.]

[Получено 1 опыта.]

– Что?.. – Сэллинталас переводил неверящий взгляд с продолжающего сражаться Банарва на Радремона и обратно. – Ты? Но как? Как это возможно? Ты же простой люд! Или…

– Раньше нужно было думать. – уронил маркиз, пуская в полет еде один шип.

Но Селлинталас сумел взять себя в руки и увернуться.

– Я не мог! – в отчаянье крикнул он. – И не могу! Мне нельзя проигрывать! Я… – эльф сам себя оборвал. – Плевать. Я все равно тебя прикончу!

Сэллинталас швырнул сразу два огненных копья, но и фор Корстед, отпрыгнув в сторону пропустил их мимо себя. Следующий обмен заклинаниями так же не принес результатов.

Так вот значит она какая дуэль начинающих магов. Колдуй и уклоняйся. А победит кто? У кого больше маны? Кто лучше контролирует свое тело? Кто сможет обернуть окружающую обстановку себе на пользу?

Краем глаза Радремон заметил, что Ксинс уже выпустила стрелу, но промахнулась и, скривившись, потянулась за новой.

Налланномом, пытаясь помочь, наколдовал рядом с маркизом его копию, но Сэллинталас не обратил внимания.

– Я уже видел этот фокус. – надменно бросил он. – Еще сверху. Со мной не пройдет.

– Нал, не вмешивайся. – спокойно распорядился фор Корстед. – Прикрывай Банарва.

И дело не в том, что Радремона заботил честный поединок один на один или что-то в этом роде. Он ни секундны не сомневался в своей победе. Даже будь Супешник магом первого ранга, то после всех усилений маркиза, полученных за убийство Раффлезии-короля, эльфийский юноша смог бы победить только за счет опыта магических схваток.

И именно его нарабатывал теперь фор Корстед. Хотя момент, конечно, не самый подходящий.

– Пора заканчивать. – невозмутимо произнес Радремон, заставив противника вздрогнуть.

Проклятые путы.

Из-под земли, из воздуха и даже, казалось, из одежд самого Сэллинталаса стали выползать зловещие жгуты черной энергии. Они так и сочились тьмой и чем-то жутким… С чем не захочет связываться никто, рожденный под светом солнца.

Но фор Корстед не был рожден в принципе. Его создали уже взрослым, лишили детства, тепла родительской заботы, первой влюбленности и первых душевных терзаний. Первых успехов, триумфа выигранных битв, радости отцовства, счастья единения с родственной душой. И пусть сам он этого еще не до конца осознал, но чувствовал, что сильно отличается от собственных воспоминаний о себе самом.

К тому же он уже выбрал путь, а тьма вокруг с готовностью делилась своей силой. Могуществом, способным пошатнуть этот мир и уничтожить всякого, кто встанет у него на пути.

Сэллинталас кричал. Но кричал скорее не от боли, ведь заклинание наносило не так много урона, а вопил от ужаса осознания собственного бессилия. Он руками срывал с себя истекающие мраком цепи, но на их месте тут же проявлялись новые. И новые. И новые… И так до тех пор пока те не пригвоздили эльфа к полу, словно пленника в застенках палача.

С нарастающим ужасом Сэллинталас смотрел, как Радремон извлек из Перстня восстанавливающее ману зелье, как невозмутимо выпил его и бросил пустой пузырек за спину, как вплотную подошел к еще недавно кичившемуся своей силой благородному отпрыску.

Заклинание будет действовать всего пару секунд, но маркизу хватит с лихвой. Ведь он уже победил.

– Ритер должен был присоединиться к моей спате. – сказал фор Корстед, глядя в глаза эльфу. – У меня были на него планы. Не стоило мне мешать.

После чего положил руку на грудь Сэллинталаса и один за одним вбил в нее три Каменных шипа.

Глава 12

Первый шип развеялся, наткнувшись на защиту какого-то артефакта, но остальных двух хватило, чтобы оборвать жизнь родственника эльфийского князя. О чем тут же сообщила система.

[Сэллинталас Утренняя Зоря, эльф повержен.]

[Получено 1 опыта.]

«Как за крысу». – мельком подумал Радремон. – «Иронично».

Он наклонился над телом, и, почувствовав знакомый зуд на пальце, позволил Перстню Безграничной Мглы поглотить трофейный пространственный артефакт. Однако времени проверять добычу не было, о чем явно говорили крики его спутников.

Дроу, наконец, удалось поразить последний крупный узел жгутов мицелия, и остатки армии грибов рухнули, словно брошенные кукловодом марионетки. А вместе с ними почили и офицеры, от падения которых затряслись стены.

Стоять остался только верный маркизу зомби. Он с честью выдержал испытание и не пустил врагов к хозяину, за что поплатился практически всем запасом посмертного здоровья. Что непосредственно сказалось на его внешнем виде. Куски плоти вырваны, множество костей торчит белесыми осколками, на голове вмятина, словно от удара гигантского молота.

Но бой еще не закончился, и выжившие члены отряда кричали вовсе не от радости…

Исполинский гриб, казавшийся скорее частью оформления пещеры, чем самостоятельным объектом, начал оживать.

Его ствол (язык не поворачивался назвать тот ножкой) пошел трещинами и расщепился на четыре части у основания, став ногами; вдвое больше конечностей, похожих на вековые сосны отделились сверху; а шляпа диаметром с площадь обзавелась хищной пастью. И эта махина двинулась с места.

– Что… Что нам делать?.. – дрожащим голосом спросил Гер.

Мужчина с достоинством выдержавший бой против орды мелких тварей, побледнел, словно мраморная статуя, и озирался в поисках поддержки. Обычно он ориентировался на распоряжения Ритера, но тот… тот все еще был жив!

Фор Корстед ясно видел это собственными глазами. За почерневшими от гари обнаженными ребрами билось окровавленное сердце. Медленно, робко, куда реже, чем следовало, но билось!

Радремон подскочил к раненному, на ходу пытаясь придумать как ему помочь. Тот дернулся, на его сплавленном в сплошную бугристую массу лице появилась похожая на рваную рану щель.

Ритер захрипел.

Выхватив из Перстня зелье исцеления, маркиз влил его в обезображенный рот. Большая часть выплеснулась мимо, но что-то мужчина сумел проглотить.

Нет, раны не затянулись под пораженными взглядами, вытекшие глаза не открылись и ускользающая сквозь пальцы жизнь не вернулась к безнадежному мечтателю. Но Ритер смог вздохнуть и едва слышно прошептал:

– Мы… Мы победили? Мы прошли данж?

Хриплый, надорванный голос, сочащийся надеждой. Последней надеждой умирающего.

Ксинс всхлипнула и отвернулась. Фор Корстед бросил взгляд на неумолимо приближающееся чудовище. С каждым шагом оно преодолевало по несколько метров и скоро уже должно было добраться до отряда.

Потом бой.

Возможно последний.

Но кое-кому знать об этом не обязательно.

– Конечно прошли. – сказал Радремон, зло сверкнув глазами в сторону мертвого эльфа. Маркиз действительно планировал включить Ритера в свою команду. Его знания и навыки нашли бы свое применение. А еще он был просто хорошим человеком. Куда лучше самого фор Корстеда. – Здесь повсюду вспыхнули факелы, играет музыка, а вон там открылся целый зал полный сокровищ.

– Музыка… – прохрипел Ритер. – Да… я… слышу…

Его сердце замерло, а на изуродованном пламенем лице застыла улыбка. Самая счастливая и самая жуткая, что когда-либо видел Радремон.

– Эй, на счет сокровищ. – не дав затянуться скорбному молчанию, произнес Банарв. – Видали?

Проследив за его взглядом, заметно поредевший отряд увидел сундук. Но не простой, а полностью серебряный и украшенный россыпью драгоценных камней. Размером чуть меньше комода он стоял на месте, где недавно рос исполинский гриб и теперь сверкал в призрачном свете, маня несметными богатствами, скрытыми внутри.

– Да охладеет мой горн, если я первым не собью его крышку! – воскликнул дварф, и рванул вперед, но его за шиворот схватила Бешеная.

– А вот этот милый грибочек тебя не смущает? – она кивнула на невиданное чудовище, и бородач, опомнившись, остановился. После чего весьма витиевато выругался и покрепче перехватил щит.

Банарв выглядел неважно. Покрытый синяками и ссадинами, ручейки пота чертили грязные дорожки по налипшей на лицо пыли, уставшие руки дрожали, а сам он стоял, опираясь на саблю.

Не лучше смотрелись и остальные. Особенно Бешеная, которой неслабо досталось еще в битве с Мохопсом. Но каждый готовился сражаться до последнего. Тем более, что бежать все равно было некуда.

Среди участников турнира выжили сильнейшие шестеро.

– Что делать-то будем? – спросил Гер. Он сумел кое-как успокоиться и теперь нервно сжимал шестопер, понимая насколько тот бесполезен. – Не знаю, как вы, но я…

Договорить он не сумел. Из-под земли вырвался белый корень мицелия и пронзил мужчину насквозь, словно того насадили на кол.

Сильнейшие пятеро…

И такие же колья возникали повсеместно. Они взрывали каменный пол пещеры, устремлялись ввысь и, не найдя жертвы, убирались обратно. Чтобы вскоре выстрелить в другом месте.

Клятый данж! Да когда же закончатся его фокусы?

Тем не менее в этом феномене прослеживалась какая-то закономерность. Вот только какая? Нужно думать быстрее, пока не…

Очередной корень вылез из-под земли и чуть не проткнул Налланномома. Тот увернулся в последнее мгновение, едва не распрощавшись со своим естеством. Следующий поцарапал самого Радремона, но ни один не трогал…

– На грибы! – скомандовал маркиз во вспышке озарения. – Все на трупы!

Он первым запрыгнул на тело одного из рядовых солдат грибной армии и сразу шагнул вперед, освобождая место. В руке фор Корстед держал меч Ритера. Обычный. Не артефактный. Он сам не заметил, как его подобрал и сильно сомневался, что тот поможет против громадины. Сдюжить бы магией. Это сколько же здоровья у такой твари?

– Теперь еще и по трупам прыгать. – недовольно пробубнил Банарв. Благо последних вокруг валялось целое море, и особых проблем с перемещением возникнуть не должно. Если опять ничего не изменится, конечно. – Будто до этого было слишком просто.

– Утонувший господь… – только и сумел вымолвить Нал.

– Подпустим монстра поближе и ударим всем, что есть. – распорядился Радремон, окончательно взяв на себя командование и подзывая прислужника. – Нал, не лезь, жди момента. Ксинс, что по стрелам?

– Считай кончились. – горная эльфийка показала практически пустой колчан.

– Экономь. Используй навык.

Дроу кивнула.

– Банарв, удар выдержишь?

Дварф задрал голову в попытке окинуть взглядом монстра и чуть не упал.

– Угу. – мрачно заявил он. – Но только один раз.

– Пойдет. Бешеная?

– Я сама разберусь, что делать. – огрызнулась эльфийка, стиснув зубы растиравшая ушибленные мышцы.

– Она справится. – подтвердила Ксинс.

– Ну тогда… – маркиз решительно посмотрел на очередное препятствие на его пути к величию. – Порвем эту тварь!

Первым перед чудовищем встал многострадальный зомби-Мохопес. Если бы не его помощь, весь отряд, скорей всего, уже лежал бы растоптанный грибами-офицерами. Вот и теперь, следуя воле хозяина, он вцепился зубами в ногу исполина, словно дворовая шавка, напавшая на слона.

Но эта атака смогла замедлить монстра.

Прыгая с трупа на труп, Бешеная подбежала и начала крошить все ту же ногу. В нее же, тщательно целясь, стреляла Ксинс и запускал Каменные шипы фор Корстед. Да и Банарв старался не отставать, пластая податливую плоть саблей и поглядывая за возможной контратакой.

Обожженные, взорванные, срезанные и выгрызенные грибные ошметки летели во все стороны, однако непохоже, чтобы это доставляло серьезные страдания чудищу. Оно взмахнуло другой ногой и, чуть не задев Бешеную, пнуло зомби. Тот смялся, словно комок бумаги, порвался на две части и его псевдожизнь окончательно оборвалась.

Следом гигант замахнулся сразу тремя верхними конечностями, но Налланномом создал чуть в стороне иллюзию лучницы, и атака пришлась в нее.

Повезло.

Потому что от удара по земле пошли трещины, и в ней образовалась вмятина глубиной с рост среднего криста. Да и вся пещера задрожала, словно ее кто-то тряхнул снаружи.

Ужасающая мощь!

Бой продолжался. Хотя можно ли назвать боем попытки комаров по частям сожрать человека, отмахивающегося от назойливых насекомых. Каждый его взмах грозил прикончить сразу нескольких, а те наносили лишь крупицы урона.

Чудо, что до сих пор никто не умер. Чудо, и удивительный навык Банарва, которым он прикрыл Бешеную. В критический момент иллит не сумел создать очередную иллюзию, и дварфу пришлось принять на щит удар монстра. Бородач кашлянул кровью, потеряв половину здоровья, упал на одно колено, но удержал.

Больше не боец.

– Последняя стрела! – крикнула Ксинс, отправив в полет яркий белый росчерк, исчезнувший очередной вспышкой в обугленной плоти исполина.

Еще одна выбыла…

Нет, если бы сюда пришел хорошо слаженный отряд человек двадцать-тридцать, они, может быть, и смогли бы справиться. Двадцать-тридцать ранговиков, естественно. Трое отвлекают, еще парочка на подхвате, куча магов с убойными заклинаниями и опытный командир, знающий как сражаться с чем-то подобным.

Вот у них были бы шансы. А так…

– Рад, что делать? – в желтых глазах Нала плескалось отчаянье. Но теплилась в них и надежда на того, в чьи руки он вложил свою жизнь.

Однако что мог Радремон в такой ситуации?

Или что-то мог?

Глава 13

Радремон, покопавшись в памяти, мысленно пробежался по ассортименту трофейного магазина, но он не видел там ни свитка призыва огромной армии, ни навыка, превращающего врага в безобидного цыпленка, ни чего-нибудь, что могло бы позволить хотя бы сбежать.

Имелся рецепт грибного супа, но с его помощью вряд ли удастся разом приготовить эту громадину.

Еще маркиз мог выучить заклинание по типу того, которым швырялся Сэллинталас. Но что толку, если оно имело те же тридцать пять урона, как и «Каменный шип», а отличалось лишь стихийной школой?

Эх, вот бы повалить как-нибудь эту тварь. Возможно тогда она стала бы менее опасной, и оставшимся в живых первопроходцам удалось медленно, но верно распилить ее на тысячи безобидный кусков.

Ну или хотя бы ослабить до уровня Раффлезии-короля. Пусть тот и был невероятно опасен, но с ним фор Корстед все-таки справился.

Или…

Секундочку! Ослабить?..

– Ксинс! – Радремон в два прыжка подскочил к оставшейся без стрел лучнице. – Нет времени объяснять. Пырни этим монстра!

Он протянул дроу волнистый крис, добытый в деревне гоблинов. А если точнее – Клык Ягнарока – артефакт, способный за один удар ополовинить здоровье любой цели.

– Но… – начала было эльфийка.

– Быстро! – надавил маркиз. – Если тебе дорога жизнь сестры!

Ксинс, чуть замешкавшись, заглянула в глаза фор Корстеда, после чего кивнула и умчалась на помощь Бешеной.

А та в данный момент в одиночку, без всякой помощи, сражалась с исполинским страшилищем, умудряясь одновременно уворачиваться от его ног и рук, наносить удар за ударом, но при этом наступать исключительно на тела грибов солдат. Ведь из земли по-прежнему время от времени вырывались белые колья мицелия.

Но видел Радремон и какой ценой давалась ей эта схватка. Еще не отойдя от нанесенных Мохопсом ран, светлая эльфийка до крови прикусила губу, чтобы этой болью заглушить прочие сигналы поврежденного тела. В один момент она неудачно наступила на травмированную ногу и лишь чудом смогла увернуться от взмаха монструозной руки твари, но при этом продолжала сражаться, сморгнув невольно выступившие на глазах слезы.

Что бы не двигало ей в этот момент, Бешеная показывала отвагу достойную подражания и песен бардов.

Разминувшись с иллитом, который, рискуя жизнью, тащил в сторону дезориентированного дварфа, Ксинс, двигаясь отнюдь не с той же ловкостью, что и сестра, все-таки сумела подобраться на расстояние удара. По дороге ее чуть не сшибло рукой чудовище, но маркиз прикрыл дроу Малым каменным щитом, одновременно двумя Каменными дротиками изменив направление удара.

Маг он, в конце-то концов, или погулять вышел?

Тем не менее, фор Корстед подбирался все ближе, чтобы, когда Ксинс выполнит свою миссию, добить вражину родовым умением, подкрепив то убийственным залпом темной магии.

Наконец горная эльфийка замахнулась крисом.

Хищно сверкнула голодная сталь, готовая вонзиться в очередного врага.

Она ударила, и… ничего не произошло.

Какой Бездны⁈

Ошибки быть не может. Артефакт рабочий. Радремон на собственной шкуре испытал его губительное воздействие. Так в чем дело? Все условия соблюдены. Монстр, ранение, представитель злой расы…

Маркиз мысленно хлопнул себя ладонью по лбу.

Ну конечно! Он же слышал ту бредовую историю о проклятии смены душ, и что девушки ищут силы, чтобы вернуть себе собственные тела. Видать не такая уж та и бредовая…

– Ксинс! – крикнул фор Корстед, привлекая внимание. – Отдай крис сестре! Пусть бьет она!

Не мешкая, дроу бросила артефакт, Бешеная поймала тот на лету и тем же движением вонзила в ногу чудовища.

В первое мгновение Радремону показалось, что снова ничего не произошло, однако в этот раз Клык Йогнатала сделал свое дело. Монстр распахнул пасть в беззвучном вопле и дернулся, словно по нему заехали гигантским тараном.

А вот с этим чувством маркиз был хорошо знаком. Его самого будто током прошибло, когда тот гоблин воткнул крис ему в спину. Только фор Корстед потерял тогда чуть меньше пятидесяти пунктов здоровья, а сколько вышибло из этого исполина? Несколько сотен? Тысячу?

Неудивительно, что тварь отшатнулась и всей массой врезалась в стену. Пещера задрожала, зазмеились трещины, но Бешеную это ничуть не смутило, и она нанесла второй удар.

И вновь, потеряв половину текущего запаса, чудовище дернулось всем своим немаленьким телом. Рванув в противоположную сторону, оно впечаталось в другую стену, спровоцировав позади себя небольшую лавину. Валуны размером с телегу сошли сплошной волной, начисто уничтожив замшелую лестницу, куда бы та не вела.

Но на этом разрушения не остановились. Все новые и новые трещины с оглушительным треском возникали на полу и, ветвясь, устремлялись наверх. Пещеру трясло, как при полноценном землетрясении. С далекого свода посыпались камни. И один из них, расколовшись при падении, угодил в висок Ксинс.

– Сестра! – в ужасе воскликнула Бешеная и подхватила потерявшую сознание дроу. При этом она выпустила из рук крис, и тот растаял в воздухе, полностью исчерпав свой ресурс.

Радремон хотел уже воплотить план с добиванием монстра, тем боле, что тот никак не мог найти точку опоры в шатающемся мире, но тут неожиданно пришел в себя Банарв.

Не до конца осознавая происходящее, он оттолкнул Налланномома, тыльной стороной ладони вытер кровь с губ и с криком:

– Сокровище! – понесся к сундуку.

В этот самый миг с потолка сорвался очередной, похожий на веретено, булыжник и запущенным из требушета снарядом полетел дварфу в голову.

Выругавшись, маркиз сотворил над ним Малый каменный щит, однако заклинание, способное выдержать несколько десятков урона, не справилось и лишь слегка изменило траекторию камня.

Тот, словно старую тряпку, распорол бородачу грудь и левую ногу, после чего воткнулся в землю и замер памятником самому себе.

Фор Корстед подскочил к Банарву. Выглядел тот неважно. Кровь хлестала из раскуроченной плоти, заливая тела мертвых грибов-солдат. Радремон выхватил исцеляющее зелье и влил то в глотку дварфу, но лишь отсрочил его смерть. От кровотечения оно не спасало. Тем более от такого сильного.

Как и Ритер, Банарв погибал на руках маркиза.

– Сокровище… – прошептал бородач и потерял сознание.

– Бросай его! Не жилец! – крикнула Бешеная, таща на спине Ксинс. – Нужно выбираться!

– Куда?

– Туда!

Фор Корстед проследил за ее взглядом и увидел, что одна из трещин возникла прямо на месте прохода и вела в черноту тоннеля. Достаточно широкая, чтобы через нее можно было спастись.

Но не всем…

– Иди. Я догоню. – бросил Радремон, вливая в дварфа еще одно зелье, а сам выпил склянку с маной.

– Как знаешь.

Пещера продолжала дрожать в пароксизме смерти; с полотка сыпались все новые булыжники, порождая при падении вихри осколков; некоторые валуны падали и на исполинского монстра, оставляя на нем вмятины, но тот, обретя равновесие, уже двигался к посмевшим его ранить малявкам.

А маркиз все никак не хотел бросать Банарва. И даже не столько из-за чувства дружбы, привязанности или благодарности за спасенную жизнь. Нет. Фор Корстед не хотел подчиняться судьбе. Подчиниться – значит проиграть, значит снова стать рабом, неспособным принимать собственные решения.

И пусть сегодня один раз его планы уже нарушили, больше этому не бывать!

– Рад, надо уходить. Мы не смож… – начал было стоявший вплотную иллит, но в этот момент его толкнул в плечо отскочивший от пола камень, а Радремон переместился в трофейный магазин.

Забыв, что время здесь идет по-другому и не обращая внимания на гневный лик продавца, маркиз швырнул на стойку четырнадцать звонких монет, после чего, не дожидаясь когда выбранный свиток до него доплывет, перегнулся через столешницу, схватил пергамент и, разворачивая тот на ходу, вернулся назад в пещеру.

… чтобы вместо заветных схем и символов увидеть затылок Нала.

– Какого!.. – фор Корстед оттолкнул упавшего на него иллита, вгляделся в свиток «Начального возложения рук», и… никакого эффекта. – Да что за срань!

– Рад? – неуверенно протянул Наллаанномом.

– Не сейчас! – в сердцах воскликнул Радремон и тут же все понял. – Лечи! Лечи его!

– Но как…

– Жопой об косяк!

Маркиз схватил перепончатые ладони Нала и положил их прямо на рану Банарва.

– Лечи!

– Но я не… – заикнулся иллит, как его руки вспыхнули золотистым сиянием, которое тут же перетекло в дварфа.

Желтые глаза Налланномома увеличились настолько, что в их отражении целиком поместились фор Корстед, Банарв и знатный кусок пещеры.

– Поцелуй меня утонувший господь! – воскликнул Нал.

– Потом поцелует. – оборвал его Радремон. После чего убедился, что по краям раны образовалась засохшая корка крови, а жизнь дварфа стала утекать куда медленней. Продолжительный эффект от магии не перекрывал полностью кровотечение, но частично нивелировал его деструктивную деятельность. – Валим.

Семьдесят пунктов здоровья сразу и еще тридцать в течении двадцати секунд – так гласило описание заклинания. А значит у них было достаточно времени, чтобы сбежать. О победе над монстром речи уже не шло. Унести бы ноги.

Подхватив отнюдь не легкого (несмотря на имеющиеся в активе девять пунктов силы) Банарва, маркиз устремился к выходу. Сзади, ошалело хлопая глазами, несся иллит. А за ними по пятам бежал гриб-переросток, норовя поквитаться за полученные раны.

При этом пещера дрожала все сильнее, а сыплющиеся с потолка булыжники становились все больше. Беглецам пока везло не угодить ни под один из них, но их нещадно секло разлетающимися во все стороны осколками.

Да и тварь догоняла.

Когда до спасительной щели оставалось всего пара шагов, Радремон понял, что им не успеть. Тогда он, обернувшись на мгновение, злобно зыркнул на исполинское страшилище и с плотоядной улыбкой на устах пришпилил монстра к земле.

Проклятые путы оплели преследователя, а троица беглецов нырнула в вожделенный туннель. И в следующий миг за их спиной потолок пещеры со страшным грохотом окончательно обрушился.

Наступила тьма.