Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 207 страниц)

Глава 29

Показатель здоровья демонстрировал пару сиротливых двоек вместо восьмидесяти возможных пунктов. При этом Радремон ощущал заметную слабость, а пульсирующая в ранах боль продолжала ржавой пилой вгрызаться в тело. Мана, восстановив с момента стычки в шахте жалкую единичку, застыла, сохранив чуть больше половины запаса.

Но, несмотря ни на что, фор Корстед поднял меч на уровень груди и встал в привычную стойку. Всего один противник отделял его от долгожданной свободы, манившей простором нового мира, вольной жизнью и независимостью принимаемых решений. Альтернатива же прорисовывалась лишь одна – смерть. Но, да поможет Светлоликий, костлявой сегодня придется довольствоваться душой менее знатного аристократа.

О’Грэлди тоже не спал. Он не до конца понимал, что из себя представляет противник и сколько козырей тот попрятал по рукавам, однако увиденное заклинание расслабляться не позволяло. Подчиненные ему солдаты уже смазали пятки, отойдя на приличное расстояние, так что помощи ждать неоткуда. Предстоял бой один на один, и, судя по виду, Бишом вполне рассчитывал выйти из него победителем.

Продолжая изучать не столько возможности врага, сколько свои собственные, Радремон запустил в коменданта сразу две Стрелы праха. Одна за одной они сорвались с пальцев и устремились вперед, неся мучительную смерть любому, попавшему под их воздействие.

Первую О’Грэлди уничтожил щелчком хлыста. При этом тот полыхнул яркой вспышкой – не иначе какое-то умение. От второй же просто уклонился, позволив просвистеть в опасной близости от закрытого повязкой глаза.

Похоже магией его так просто не достать. Нужен способ застать противника врасплох или зафиксировать на одном месте. К сожалению подходящих приемов на полках магазина маркиз пока не встречал, да и монет на их покупку, в любом случае, не оставалось.

Понимая, что на дистанции бой не выиграть, Бишом стремительно рванул вперед и тут же взмахнул хлыстом, сорвав кожу с левого предплечья фор Корстеда.

Не такое и сильное повреждение, если вспомнить отметины на телах обычных рабов. Похоже организм Радремона значительно окреп, превосходя человеческие возможности.

Но как же, бездна забери, быстро двигается враг! Маркиз едва успевал уклоняться, парируя часть выпадов. Сабля хищно сверкала то с одной то с другой стороны, так и норовя отведать свежей крови. Причем с каждой секундой мышцы фор Корстеда наливались все большей тяжестью – сказывалось так и не прекратившееся кровотечение.

Улучив момент, Радремон резко шагнул вперед и применил Пронзающий выпад. Комендант едва успел среагировать, закрывшись блоком. Раздался оглушительный звон стали, затем скрежет невыдержавшей кольчуги, и грудь О’Грэлди окрасила первая кровь. Полностью защититься от навыка не удалось.

Развивая успех, маркиз вытянул вперед левую руку и практически в упор зарядил еще две Стрелы праха, слегка доворачивая ладонь после первого залпа.

Показывая чудеса ловкости, Бишом уклонился от обеих. Изворотливой кошкой он нырнул в сторону, уходя с траектории, но на это и рассчитывал фор Корстед.

Воспользовавшись заминкой, он отскочил назад и выхватил из перстня зелье исцеления. Его здоровье понизилось до опасных величин, а легкие горели огнем, с трудом проталкивая в себя новые порции воздуха. Дальше откладывать лечение нельзя.

Выбив пробку, Радремон поднес к губам живительный флакон, но звон разбитого стекла и острая боль в посеченном осколками лице подсказали – план провалился. Может комендант и не догадывался об истинном назначении пузырька, но одним ударом хлыста лишил маркиза серьезного подспорья.

Дерьмо! Так и сдохнуть недолго!

Сабля О’Грэлди окрасилась багровым сполохом, и тот, не мешкая, рванул вперед. Фор Корстед едва успел отступить в сторону, пропуская противника мимо себя, однако сил на контратаку уже не хватило. Жалкие же девять маны не позволяли даже попытать счастья еще одной Стрелой. Ведь тогда не хватит на другое заклинание.

Нужно срочно скрыться в тенях!

Вот только где их взять?

Полуденное солнце нещадно жарило, прибивая землю золотыми лучами. И если совсем недавно они казались Радремону сверкающими предвестниками надежды, то теперь он с радостью бы вновь переместился в покрытую пылью пасть данжеона.

Клятый Бишом! Что мешало ему спуститься вниз для схватки с монстром?

Быстро оглядевшись, маркиз понял что, сражаясь, он оказался не так уж далеко от рабского барака. Но вот удастся ли до него добраться?

Уйдя в глухую оборону и не пытаясь даже достать врага, фор Корстед принялся пятиться к спасительной тени. Удары сыпались со всех сторон, периодически чертя на теле новые кровавые росчерки. Здоровье опасно просело ниже десятки, а мутная пелена перед глазами недвусмысленно намекала, что долго такими темпами не протянуть.

Предчувствуя скорую победу, комендант наседал, хищно ухмыляясь в волчьем оскале. А наблюдавшие издалека солдаты принялись подбадривать своего лидера.

Вот сабля О’Грэлди вновь засветилась багрянцем, и он замахнулся, намереваясь одним взмахом снести противнику голову. Но в этот самый момент Радремон почувствовал за спиной щербатую стену барака.

Пригнувшись, маркиз отпрыгнул в сторону, прямо в полете применяя Слияние с тенью.

Острая сталь пронеслась у него над головой, без сопротивления разрубив доски, словно стебли камыша, земля больно ударила по израненному телу, а Бишом, потеряв врага из вида, принялся озираться, опасаясь атаки с любой стороны.

– Куда ты, Бездна забери, делся⁈ – крикнул он, вслепую взмахнув оружием.

Конечно фор Корстед не ответил. Не мешкая, он залпом выпил оба оставшихся флакона и приготовился ко второму раунду.

Словно девятый вал, живительная волна исцеления с ног до головы окатила Радремона. Дыхание выровнялось, окаменевшие было мышцы вновь обрели упругость, зрение прояснилось, а несколько мелких порезов затянулись прямо на глазах.

Вот оно преимущество магазинной продукции. Не факт, что у остальных есть подобное. Жаль только, что кровотечение так и не прекратилось, но ему и без того оставались последние секунды.

Щедро расходуя восстановившуюся до максимума ману, маркиз запустил сразу три Стрелы праха, и практически одновременно с ними рванул вперед Пронзающим выпадом. Первое же заклинание вывело его из невидимости, и теперь фор Кортеду предстояло не упустить полученную инициативу.

Несмотря на неожиданную атаку, О’Грэлди сумел отбить меч и разделаться с двумя Стрелами, но вот третья угодила ему прямо в левую кисть. Комендант вскрикнул, кожа на руке начала стремительно отслаиваться, обнажая кости, а хлыст упал в утоптанную ногами рабов землю. Эффект омертвения получился явно слабее, чем на обычных людях, но даже сам факт подобного воздействия должен был неслабо деморализовывать.

Развивая успех, Радеремон наседал. Вертясь попавшим под ураганный ветер флюгером, он неистово размахивал мечом, не давая противнику возможности опомниться. Кроме того, время от времени маркиз нырял в тень, чтобы произвести более неожиданную атаку.

Мана утекала сквозь пальцы, но тактика приносила свои плоды. Теперь уже Бишом, покрывшись рубцами кровавых ран, сидел в обороне. Стиснув зубы, тот злобно сверкал глазами, выискивая возможность вернуть упущенное преимущество. И не находил.

Фор Корстед хотел уже добить врага, как тот неожиданно преподнес сюрприз. Неизвестно каких условий требовало применение столь хитрого навыка, но О’Грэлди умудрился словно поймать саблей клинок меча и особым жестом отвести руку Радеремона далеко в сторону. Оставив его без защиты.

Понимая, что не сможет остановить следующий выпад, маркиз мгновенно спрятался в тень, но и это явно не помогало. Он никак не успевал уклониться от несущейся к нему погибели.

Безотчетный страх неминуемой смерти заставил время замедлить свой бег. С расширившимися от ужаса глазами фор Корстед наблюдал, как к его телу приближается хищное лезвие, как соприкасается с обнаженной кожей остро наточенная сталь, как она прорубает кости и выходит с другой стороны туловища.

Это конец…

Вот только вместо упавшего на землю трупа зрителям предстала картина развеивающегося в воздухе морока в полуметре от места где на самом деле стоял Радремон.

Время вернулось в привычное русло. Маркиз увидел, как что-то метнулось в ноги Бишому, лишая того равновесия. А комендант и без того едва не упал, когда сабля не встретила сопротивления. Спинным мозгом осознав, что такую возможность упускать нельзя, фор Корстед на переделе возможностей рванул вперед, одновременно применяя родовой навык.

Попав точно в прореху кольчуги, меч с тихим шелестом вошел в плоть О’Грэлди по самую рукоять. Бишом дернулся, пытаясь освободиться, но жизнь стремительно покидала его широко распахнутый от удивления глаз.

В нем, словно в зеркале, Радремон видел молодого раба с металлическим ошейником. Раба, в честном бою победившего воина первого ранга.

Или уже не раба?

– Кто… ты… – захлебываясь кровью, прохрипел комендант прямо в лицо маркизу.

– Если б я знал. – едва слышно шепнул фор Корстед, проворачивая меч. – Если б я знал…

Глава 30

О’Грэлди рухнул, подарив Радремону почти два десятка опыта и несколько седых волос, а с земли, недовольно отряхивая ладони, поднялся Банарв. Именно он, метнувшись коменданту в ноги, окончательно лишил того равновесия и позволил маркизу нанести смертельный удар. Понять бы еще что это был за фокус с призрачной заменой.

– Боец из тебя такой себе. – с насмешкой произнес дварф, тем не менее изучающе разглядывая фор Корстеда. – Моя бабушка веником лучше орудует, чем ты мечом.

Радремон хотел уже ответить на колкость, как обратил внимание, что солдаты, не спуская с него испуганных глаз, медленно пятились в сторону ближайших строений.

– А ну стоять! – рявкнул маркиз, добавив голосу стали. – Кто из вас главный?

Отвечать никто не торопился, но, судя по бросаемым украдкой взглядам, командиром являлся усатый мужчина лет сорока с изогнутым кинжалом на поясе.

– Ты. – фор Корстед ткнул в его сторону острием окровавленного меча. Офицер вздрогнул. – Подойди.

Несколько замявшись, но найдя в себе силы сделать шаг, бледный, как пыльная моль, человек опасливо приблизился. Он с трудом удерживал дрожь в неожиданно ставших ватными ногах и не сводил застывшего взгляда остекленевших глаз с изломанной куклы коменданта. Шутка ли – раб прикончил воина первого ранга. Размахивал мечом, швырялся магией, исчезал… Чего вообще от него ждать?

– Да, Ваше Благородие? – не поднимая головы, проронил усач.

– К маркизу, чтоб ты знал, обращаются «Ваше Сиятельство». – с довольной улыбкой вставил подошедший сбоку Налланномом.

Командир удивленно посмотрел на Радремона и тут же отвел взгляд. А вот Банарв с точно таким же выражением лица существа, увидевшего летающую корову, продолжил откровенно пялиться на товарищей.

– Ваше Сиятельство. – офицер поклонился куда ниже, чем следовало бы, и всем своим видом выражал покорность и смирение.

– Слушай меня. – строго объявил фор Корстед. – Через десять минут я хочу видеть здесь нормальную одежду для нас троих, запас провизии на неделю и ключи от ошейников. Если не справишься, я лично пойду в город и тогда… – Радремон изобразил задумчивость. – Лучше тебе не знать что тогда.

А еще лучше не знать, что запас маны позволял разве что разок применить «Прикосновение смерти», а мышцы после изматывающего боя на пределе возможностей отчаянно молили упасть прямо тут и не вставать часов эдак дцать. Однако образ безжалостного властелина требовалось сохранить любой ценой. Маркиз отнюдь не был уверен, что в текущем состоянии справится со всеми солдатами, набросься они на него разом.

– И еще лошадей. – чуть подумав, добавил фор Корстед.

– И рыбы. – поддакнул иллит.

– И эля. – решил не отставать дварф. – Лучшего!

Услышав требования, усач побелел пуще прежнего, так что мертвецы могли бы позавидовать оттенку его кожи. Нервно пожевав губы, он невольно сделал шаг назад, но все-таки осмелился возразить:

– Уважаемые господа, ключи от ошейников есть только у работорговца, а его сейчас нет в городе. Как и… лошадей…

Последние слова командир произнес чуть ли не шепотом, втянув голову в плечи. Будто боялся, что ее снесут одним ударом. На самом деле у Радремона мелькнула такая мысль, но тогда солдаты точно разбегутся, и придется добывать все самостоятельно. А он хотел как можно быстрее удариться в бега. Вряд ли род простит убийство своего члена, а значит нужно убраться подальше и какое-то время избегать контактов с местными жителями.

– Тогда тащи зубило и молоток. – недовольно буркнул Банарв. – Я сам справлюсь. И топор какой-нибудь. Или молот.

Облегченно выдохнув, усач развернулся и, едва не срываясь на бег, поспешил к своим людям, на ходу раздавая приказы. Маркиз же наконец позволил себе сосредоточиться на уже некоторое время не дававшем покоя чувстве.

Все дело в Перстне Безграничной Мглы. Надетый на средний палец левой руки, тот гудел потревоженным ульем, а кожа под ним чесалась, будто по ней строем маршировали легионы муравьев.

– Бездна забери! – ругнулся фор Корстед. – Да что за…

Он взмахнул рукой, и зуд усилился. Опустил – снова стал прежним. Проведя еще пару экспериментов, Радремон оказался сидящим на корточках над телом поверженного врага, а ладонь, ведомая артефактом, почти сама тянулась к амулету О’Грэлди.

И стоило изделиям соприкоснуться, как скалящаяся голова волка поплыла расплавленной свечой, истончилась и с тихим шелестом втянулась в перстень, оставив на шее коменданта осиротевший кожаный шнурок.

[Пространственный артефакт поглощен.]

[Вместимость Перстня Безграничной Мглы увеличена на две ячейки.]

Кольцо на пальце довольно заурчало, а маркиз наконец понял, что означало слово масштабируемый в его описании. Похоже артефакт умеет увеличивать размер своего вместилища за счет других аналогичных изделий. И без того бесценный перстень только что приобрел в глазах фор Корстеда несколько дополнительных пунктов значимости.

– Задави меня валун, парень! – не сдержавшись, воскликнул дварф. – Да сколько у тебя еще фокусов в запасе? Видал я как-то выступление одного мудрилы, он гоблинов из шляпы доставал, так ты, по сравнению с ним, – Великий Магистр Всея Колдунство!

Радремон вопросительно изогнул бровь, но на незаданный вопрос поспешил ответить чуть менее изумленный Нал. Видимо начал уже привыкать к особенностям товарища.

– Считается, что нельзя залезть в чужой карман. – пояснил он, пожирая взглядом перстень маркиза. – Поэтому их обычно потом выкупают родственники владельца.

– Карман? – не понял фор Корстед.

– Ну да. – Налланномом пожал плечами. – Говорят, их раньше инвентарь называли, но не прижилось как-то. А что внутри? Ты можешь посмотреть?

Заглянув в артефакт, Радремон обнаружил в нем и достал на свет свежее приобретение. Им оказался серый замшевый мешочек, затянутый серебряными тесемками. А внутри – восемь грамм ремной пыли. Если верить подсказке системы, конечно. Вторая ячейка сияла девственной пустотой. Видимо в ней Бишом хранил хлыст.

Интересно, в амулет действительно можно было убрать всего два предмета, или кольцо поглотило свойство чужого артефакта лишь частично, а остальное имущество коменданта бесследно пропало? Однако, в любом случае, судя по жадному выражению лиц спутников, трофей вышел что надо.

Маркиз спрятал добычу обратно в Перстень и забрал у робко подошедшего солдата молоток и зубило.

Первому обретать свободу выпало иллиту. Он разлегся прямо на земле, а Банарв, костеря криворуких людишек, изготовивших инструмент, принялся острожными ударами прощупывать ошейник на прочность. Много времени процедура не заняла, и уже скоро Нал радостно потирал шею, предварительно зашвырнув ненавистное ярмо в кусты.

Дальше настал черед фор Корстеда. Когда дварф завис над ним с орудиями в руках, а остро заточенная кромка опасно приблизилась к лицу, по спине Радремона невольно пробежал холодок сомнения. А что если в глаз сейчас воткнет? Это сколько урона получится? Или подобные повреждения считаются по-другому?

Кровотечение уже успело остановиться, и здоровье маркиза медленно ползло вверх, но от того рисковать целостностью организма желания не возникало. Убедившись, что накопилось пять маны на Стрелу праха, фор Корстед приготовился в случае чего резко уворачиваться и садануть магией в упор.

Хотя, с другой стороны, зачем Банарву его убивать? Ради драных штанов? В кольцо же, получается, ему все равно не залезть. Хотя оставалась еще до сих пор не затребованная рема с убитого в данже Льва. Да и в целом угрюмый бородач доверия не вызывал.

Тем мне менее, процесс освобождения прошел без эксцессов, и уже скоро Радремон бодро крутил головой, не рискуя стесать подбородок об прокл я тую железяку. Заминка вышла только со спасением самого дварфа. Но маркиз кое-как совладал с ролью слесаря, правда при этом чуть не оттяпав Банарву ухо и оставив у того на шее заметный рубец. Ну тут уж, простите, на что горазд…

Солдаты, торопясь поскорее избавиться от бывших рабов, споро таскали к трупу коменданта затребованное. Троица уже переоделась в простую но добротную одежду, наскоро подкрепилась принесенной едой (показавшейся им верхом кулинарного искусства) и паковала свежеприобретенные пожитки по заплечным мешкам.

При этом периодически всплывало то одно, то другое, непременно необходимое в дальнейшей жизни, что немало нервировало как офицера, так и фор Корстеда. Ведь каждый раз откладывалось время выхода.

Наконец, когда Банарв в третий раз заявил, что его не устраивает принесенное оружие, Радремон не выдержал и рявкнул, что или тот забирает себе саблю О’Грэлди, или отправляется в путь с киркой наперевес. Судя по выражению лица, хитрый дварф на что-то такое и рассчитывал.

Сабля мангуста

Качество: необычный

+2 к ловкости

Урон: 8

А неплохая экипировка у ранговиков.

Не совсем понятно, правда, каким образом работал эффект. Взяв оружие в руки, маркиз не ощутил каких-то особых перемен. Возможно тот действует только во время схватки? В любом случае, сабля, пусть и более редкого качества, подходила фор Корстеду не лучше, чем какой-нибудь Легендарный Дрын Уничтожителя Лягушек. Он вполне сносно владел мечом, лучше – шпагой, а остальное на уровне среднего оруженосца.

Налу же достался изогнутый кинжал капитана стражи. Тот расстался с ним с видимой неохотой, но перечить не смел. Так что солнце еще не успело склониться к закату, а трое обретших свободу невольников наконец покинули ненавистный город.

Глава 31

Безоговорочно заняв негласное лидерство, Радремон в быстром темпе повел небольшой отряд на восток. Он ни секунды не сомневался, что убийство аристократа, являвшегося к тому же воином первого ранга, не оставят без внимания, и уже скоро по их следу пустят карательный отряд. Который наверняка возглавит кто-то как минимум второго ранга. Может быть даже маг.

После схватки с О’Грэлди маркиз сумел примерно оценить уровень его возможностей. Фор Корстед определенно уступал Бишому в силе. Хотя и не на много. По прикидкам Радремона, тот должен был иметь где-то четвертый или пятый уровень, вряд ли больше. Ведь даже вложив часть свободных очков параметров в интеллект, маркиз все еще мог отбиваться от атак воина ближнего боя. Пусть и не без труда.

Со временем же подобный разрыв явно будет увеличиваться, и фор Корстед уже не сможет с мечом в руках противостоять тем, кто планомерно всю жизнь повышал возможности своего тела. А значит нужно или заняться тем же самым или окончательно уходить в маги.

Решение отнюдь не простое. Всю свою прошлую жизнь Радремон сражался сталью, не имея возможности призвать хотя бы крохотный лучик света, чтоб развеять ночную тьму. И даже если его воспоминания – ложь, то ощущения, чувства и привычки остались прежними.

С другой стороны, новый мир диктовал новые правила, а простота изучения магии манила легкодоступным могуществом. Вспомнить для примера лица солдат, когда их товарищей сразили простейшие Стрелы праха. Стали бы они так реагировать, закрути маркиз трофейным мечом хитрые восьмерки или прими он вычурную стойку?

Вряд ли.

Колдовство – вот где истинная сила и ключ к независимости!

Однако бой с комендантом наглядно показал, что недостаточно выучить одно убойное заклинание, чтобы мгновенно повергать врагов в трепет. Оно даже подействовало на него совсем не так эффективно, как на обычных людей. Виной тому разница в показателях здоровья или еще в чем – пока не ясно.

А ведь Стрелой надо еще попасть.

О’Грэлди умудрялся как уворачиваться от несущейся к нему волшбы, так и вовсе уничтожать ее каким-то приемом из воинского арсенала. Значит, если фор Корстед действительно хочет стать полноценным магом, а не жалким калекой-кудесником, нужно, кроме прочего, освоить какие-нибудь заклинания контроля или что-то в этом роде. Жаль, что в магазине подобного пока не появлялось.

Погрузившись в размышления, Радремон не забывал следить и за обстановкой. Когда выросший возле шахты городок окончательно скрылся из вида, он резко повернул налево, забирая к холмам. Те не являлись его конечной целью, но зато так могли подумать преследователи, разгадавшие часть его маневра.

Темп маркиз взял нешуточный. Стремясь до темноты покрыть как можно большее расстояние, он бодро переставлял ноги, обутые во вполне себе сносные кожаные ботинки. Его физически менее развитым спутникам приходилось значительно хуже. Если поначалу они радовались каждой встреченной птичке, то уже вскоре умолкли и сосредоточенно шагали, стараясь не отставать.

О чем они думали, фор Корстед не знал, но оба, не ропща, следовали за ним.

Наткнувшись на ручей, Радремон объявил короткий привал. Нал с Банарвом упали где стояли, залпом опустошили свои бурдюки и тут же принялись их вновь наполнять. Маркиз же с удовольствием разделся и в кои-то веки по-человечески вымылся, избавляясь от въевшегося в кожу запаха застарелого пота. Банных дней рабам никто не устраивал.

Дальше какую-то часть пути на запад беглецы проделали по колено в отнюдь не теплой воде, дополнительно затрудняя работу преследователям. Комфортно чувствовал себя лишь Налланомом. Соединенные перепонкам пальцы ног позволяли ему лучше маневрировать в потоке, а благодаря пониженной температуре тела он не ощущал дискомфорта от холода. Так что иллит даже принялся напевать что-то себе в щупальца, но заткнулся, получив увесистый тычок от стучавшего зубами дварфа.

Когда же русло завернуло к северу, теряясь где-то в каменистых складках холмов, фор Корстед взял курс примерно на юго-запад, вставая на истинный маршрут. Таким образом, обойдя по широкой дуге шахтерский город, троица направилась в противоположную сторону от начального направления.

Бессмысленная трата времени, лучше бы потратили его на то, чтобы как можно дальше уйти от погони – сказал бы кто-то и был бы по-своему прав. Впрочем, примерно на такой ход мысли и рассчитывал Радремон. А еще на то, что вряд ли ищейки станут воспринимать всерьез беглых рабов. Наверняка подумают, что те стремятся оставить позади километры, чтобы затеряться где-то в глуши, а не будут пытаться вернуться назад к цивилизации.

Вот только маркиз имел свои планы.

Ночь опустилась на Ахалдас, укрыв материк бархатным одеялом сумрака. Тулиамона возобновила свой бесконечный бег в тщетной попытке догнать сестру, и теперь обе луны величественно плыли по небосклону, освещая крохотную лесную поляну с тремя уставшими путниками.

Расположившись вокруг едва чадящего костра, разожженного скорее для уюта, чем для каких-то иных целей, они жадно вдыхали свежий ночной воздух. Тот был наполнен запахами нагретого солнцем мха, ароматного дыма, свежей хвои и грибов. Легкий игривый ветерок принес дыхание луговых цветов и отголоски трепета крыльев бабочек. Неожиданно проснувшийся чиж, выглянул из гнезда, возмущенно чирикнул на незваных гостей и вновь спрял клюв среди пестрых перьев.

Свобода!

Как много в этом слове.

Ее нельзя пощупать, лизнуть, положить в карман. Ею не будешь сыт, и она не согреет в холодное время года. Не укроет от дождя, не защитит от бандитов. Но только потеряв ее, понимаешь истинную ценность простора и независимости.

Когда не стоит за спиной получивший мнимую власть обнаглевший надсмотрщик, когда не нужно гнуть спину и рвать жилы за похожую на помои похлебку, когда над головой звездное небо, а не покосившаяся крыша рабского барака.

И, конечно, никакой вездесущей пыли!

Кажется теперь до самой смерти Радремон будет ненавидеть ее всеми фибрами своей души. А если служанка еще хоть раз забудет протереть каминную полку, то простым выговором от супруги уже не отделается.

Луиза…

Мысль о жене одним махом перечеркнула благостный настрой маркиза. Он ведь любил ее. На самом деле любил! Или все-таки это тоже игра ложных воспоминаний спавшего сознания?

От разрушительных мыслей фор Корстеда отвлек голос Налланномома. Тот уже какое-то время напевал тихую спокойную мелодию, не отрывая желтых глаз от пугливых языков робкого пламени. Но вот теперь неожиданно запел мягким баритоном, которого совсем не ждешь от увитого щупальцами моллюска:

– Видишь там, на горе, возвышается квест.

Его непись дает. Ты пойди и возьми.

А когда завершись, возвращайся назад,

Чтоб мобов фармить, чтоб мобов фармить, чтоб мобов фармить со мной!

– Погоди, погоди, погоди. – встрепенувшись, перебил его Радремон.

В тексте песни хватало незнакомых слов, но за одно разум маркиза зацепился, словно свитер за торчащий из стены гвоздь. «Непись прокл я тая» – именно так обратился к нему наглый неумирающий в разномастной броне незадолго до того, как фор Корстеда поглотила тьма перехода.

– Что еще за непись? Что это значит?

– А я почем знаю? – лениво пожал плечами иллит. – Так поют.

– Этой песне сто лет в обед. – буркнул Банарв, медленно смакуя эль из отдельной фляги. – Ее небось до Великого Бедствия еще сочинили. Может мой прадед и помнил о чем она, но сейчас это просто красивый набор слов. Возможно на эльфийском. Ну и мотив прилипчивый. – добавил дварф, бережно завинчивая крышечку.

Радремон раздосадованно цыкнул. Не то чтобы он надеялся услышать в ответ обо всех тайнах мироздания, но и совсем уж остаться с носом не ожидал.

– Лучше скажи, загадочный ты наш, ты чего весь день ломился по долам и весям, будто лось в брачный период? – поинтересовался бородач, взглянув маркизу в глаза. – Я чуть как дышать не забыл. Еще и кругаля дал. Нельзя было сразу сюда пойти? Может тогда ночевали бы не между сосен, а в деревеньке какой.

– Ага. – мрачно подтвердил фор Корстед. – И с парой незапланированных отверстий в теле. Думаешь Свита Темного Маршала простит нам убийство своего члена?

– Свита? – Банарв удивленно приподнял кустистые брови и мельком глянул на Нала. – Ты из-за них нас чуть не угробил? Тьфу ты, голова опилочная!

Дварф плюнул в костер, отчего тот презрительно зашипел, и сдержанно бросил Налланномому:

– Скажи ему, а то я за себя не ручаюсь.

– Понимаешь, Рад. – иллит выглядел несколько смущенным и даже будто чуточку виноватым. – Маршалы – слишком крупный род, чтобы волноваться из-за каждого рядового члена…

– Особенно если их сослали в подобную дыру. – вставил бородач.

– … одним перворанговым больше, одним меньше – разница небольшая. Тем более воин. Эти мстить точно не будут. Барон, разве что, может вступиться за сынка. Да и то не факт. Ну и пока он узнает, пока что-то предпримет – мы уже на другом конце материка будем.

– Вот-вот. – подтвердил Банарв. – Откуда ты вообще вылез такой несмышленый, да с темной магией?