Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 207 страниц)

Глава 5

Оказалось, что Ритер с детства грезил данжами, собирая о них всевозможные легенды и слухи, вплоть до баек пьяных торговцев. Он даже умудрился пробраться в одно из древних не до конца зачищенных подземелий, охраняемое королевской гвардией. Где собственно и лишился уха, повстречав изрыгающую огонь тварь. Но ни о чем не жалел.

Именно поэтому Ритер и хотел присоединиться к Свите. Он знал, что под их контролем имеется парочка незавершенных данжей, и надеялся когда-нибудь стать сильнее и закончить начатое древними героями.

Поэтому, когда посреди турнира из-под земли появилась каменная арка прохода, Ритер понял, что четырежды мертвый бог наконец подарил ему шанс исполнить мечту всей жизни – собственными силами пройти подземелье от начала до конца и воочию увидеть не раз описанные в преданиях чудеса.

Страшные, опасные, но от того не менее прекрасные и манящие.

Собственно именно от одноухого отряд узнал, что сожравший их соперника сундук являлся мимиком. Редкой тварью, не имеющей собственного постоянного облика, но зато способной принимать внешний вид людей, монстров и даже неодушевленных предметов.

Радремон слышал о таких впервые и мотал на ус, чтобы в следующий раз самому не превратиться в кровавый серпантин.

После происшествия с ловушкой ни один из группы первопроходцев не горел желанием иди впереди. Жаркий спор чуть не перешел в драку, пока Налланномом робко не предложил тянуть соломинки. Идея оказалась здравой, но Сэллинталас, продолжая бесить окружающих, наотрез отказался участвовать.

Тогда психанула уже Бешеная и заявила что пойдет в авангарде сама. Раз уж только у нее есть яйца.

– Дамы вперед. – ничуть не смутившись, проворковал Банарв, после чего галантно поклонился и пропустил эльфийку.

Дальше отряд двигался медленно, но уверенно. Несколько ловушек удалось миновать без труда, но одну Бешеная пропустила, и всех окатило слизью из открывшегося в потолке люка. Склизкая, липкая и вонючая – на первый взгляд она казалась не слишком опасной. Но только до тех пор пока на ее запах не прилетели мухи.

Но, к сожалению, отнюдь не обычные.

Размером с ладонь каждая, эти исчадья Бездны хищными зубастыми пастями впивались в плоть, норовя выдрать кусок мяса и тут же его проглотить. А созданный жужжанием их острых, как лезвия, крыльев гул, заполнивший пространство, буквально сводил с ума. Казалось, будто у каждого в голове поселился осиный рой и теперь бодро обживал новую территорию.

Пусть не без труда, но летающих монстров удалось победить. Причем особый вклад внесла магия Сэллинталаса, в очередной раз показавшая свое превосходство над техниками ближнего боя. Правда внимания фор Корстеда не обошел тот факт, что благородный эльф чуть не лишил Ритера второго уха, а может и всей головы, но мужчина не стал поднимать бучу. Он готов был пожертвовать многим ради прохождения данжа. А для этого ему требовались союзники.

Заметил Радремон и взгляд, которым наградила Ксинс свой новый лук.

Пока остальные избавлялись от остатков слизи и расчленяли мух в поисках крохотных, размером с песчинку, рем, дроу разглядывала оружие со смесью удивления и разочарования. Так женщина смотри на мужчину, обещавшего ей ночью неземное блаженство, а после завалившего спать меньше чем через минуту после начала процесса.

Тот явно не оправдывал ее ожиданий.

Впрочем, это мало волновало маркиза. По итогу сражения он получил чуток опыта и трофейных монет, а так же незаметно прикончил одну муху Каменным дротиком. Сформировавшийся прямо в воздухе снаряд насквозь пронзил насекомое и, врезавшись в стену, разлетелся на осколки, которые вскоре растаяли без следа.

Что несколько огорчило фор Корстеда. Он-то всерьез размышлял о способах использовать заклинания не по назначению. Например выучить какой-нибудь водный хлыст и, в случае необходимости, выпить оставшуюся после его применения влагу. Но что толку, если она потом исчезнет прямо из пищевода?

Не такая уж она и всемогущая эта магия…

– Нам нужен привал. – заявил Ритер, когда отряд остановился на небольшом перекрестке.

Основной тоннель, по-прежнему извиваясь, уходил вперед, а справа появилось узкое ответвление, из которого почему-то тянуло плесенью.

– Кому это нам? – язвительно бросил Сэллинталас, хотя даже в неровном свете факелов было видно, что и он уже отнюдь не так бодр, как в начале.

– Всем нам. – отрезал Радремон, которого благородный эльф окончательно достал. – А ты, уважаемый Суп Тарантас или как тебя там, можешь смело топать дальше, если тебе так хочется.

– Заодно ловушку какую-нибудь там разрядишь. – поддакнул Банарв. – Лучше две, конечно. Но от тебя такой результативности вряд ли дождешься.

В этот раз, не сдержавшись, Сэллинталас, коротко взмахнул рукой и отправил в дварфа горячий сгусток пламени. Однако то беспомощно расплескалось об вспыхнувший золотым светом щит. Тот же защитный навык, которым бородач прикрыл маркиза от атаки Раффлезии-короля. Он значит и от магии спасает. Полезная штука.

– Уже не такой крутой, когда жертва может сопротивляться? – зло выплюнул Банарв.

– А ну прекратили! – между ними, расставив руки в стороны, выскочил Ритер. – Нам всем требуется отдых. И, желательно, источник воды.

Пространство окутала давящая тишина, нарушаемая лишь треском огня в факелах и на руках эльфа. Фор Корстед тоже был готов присоединиться к конфликту. На стороне товарища, естественно. За его спиной что-то бубнил Налланномом, подбадривая самого себя. Остальные же отстраненно наблюдали, не собираясь вмешиваться.

Наконец Сэллинталас надменно хмыкнул и отвернулся, развеяв магию. Его подчиненный молча опустил оружие.

Опасность миновала.

– Что до воды, там как раз есть что-то типа ручья. – Банарв кивнул головой в сторону отнорка.

– Откуда знаешь? – недоверчиво спросил орк. – До этого во всех ответвлениях мы находили только монстров.

Вместо ответа бородач опустил голову и посмотрел взглядом, в котором даже слепой прочитал бы: «Что за глупый вопрос? Это же ясно, как день. Любому кто дварф. Я – дварф».

В небольшой пещере в конце тупика, что не удивительно, оказались монстры. Не то плотоядная плесень, не то жадный до крови лишайник, но, победив их, отряд действительно обнаружил крохотный ручей. Такой маленький, что даже практически не журчал, стекая по неровной бугристой стене, скапливаясь на полу и исчезая с противоположной стороны грота.

Маленький, но зато настолько чистый, что не ищи его – и не заметишь, мазнув взглядом по прозрачной, как детская слеза, поверхности.

– Бр-р-р, аж зубы сводит! Хорошо! – Банарв первым утолил жажду и умылся, смыв с бороды остатки слизи. – Теперь и пожрать можно. Что там у нас, каракатица?

– Да вот… – Налланномом, виновато поглядывая по сторонам, будто украл, снял с плеча котомку, которую тут же пронзила не одна пара голодных глаз.

Далеко не всем повезло познакомиться с пожилым орком, который снабдил бы их (или хотя бы просто надоумил) взять на турнир запас пищи. Большинству и в голову не могло прийти, что во время состязания можно будет устроить перекус. А потому поплывшие по воздуху ароматы сыра, хлеба и пряного мяса вызвали у них приступ острой зависти и обильного слюноотделения.

И не мудрено. Ведь с момента как Диеш Ат-Вутор накрыл участников состязания куполом, прошло уже несколько часов. Причем отнюдь не праздного безделия.

– Чего вылупились? – окрысился дварф, целиком отправляя в рот вареное куриное яйцо. – Сфое нафо имефь. И фоопфе, фы мне пифефарению мефаете.

– Бешеная, Ксинс и… Ритер. – позвал Радремон. – Подойдите. Мы с вами поделимся.

– Эй, Ваше Сиятельство, ты чего? – возмутился Банарв, чуть не поперхнувшись. – Нам тут самим еле хватит.

Однако, наткнувшись на непреклонный взгляд маркиза, осекся и принялся усиленно жевать, бурча что-то себе под нос.

– У меня свое, спасибо. – отозвался одноухий.

А вот эльфийки явно не подготовились.

Причем если темн… горная, недоверчиво косясь на фор Корстеда, аккуратно присела рядом и принялась ждать что ей выделят, то светлая, ничтоже сумняшеся, запустила руку в котомку, пошебуршила и уже скоро жадно отрывала куски от копченой рульки.

Поразительная разница в поведении. И как они только сошлись?

– Эй, а что на счет нас? – к трапезничающим подошел обладатель шестопера и еще двое мужчин.

Банарв сердито глянул на Радремона, но тот едва заметно качнул головой, и дварф радостно выдал:

– И с вами поделимся. Скажем за… третью часть от вашей доли добычи. С каждого.

Теперь настал черед иллита поперхнуться куском хлеба, а вот маркиз довольно улыбнулся – все-таки есть польза от ушлого бородача. И даже не только в бою.

Глава 6

Воспользовавшись перерывом, Радремон наконец удосужился посмотреть какие там новые функции разблокировала ему система и что вообще все это значит.

Усилием мысли вызвав таблицу параметров, маркиз пробежался глазами по основным значениям, но ничего необычного найти не удалось. Все те же всплывающие описания характеристик, уровень, отсутствующий класс, статус… Отдельно порадовал увеличившийся перечень доступных умений и возросший показатель интеллекта, но все это он уже видел.

Наконец, когда фор Корстед хотел уже с проклятиями закрыть все к такой-то бабушке, он случайно обнаружил, что надпись «Группа» сменила цвет с серой на зеленую.

Так вот где собака зарыта.

Радремон сосредоточился, и перед его внутренним взором высветился новый список:

Радремон фор Корстед, человек, 7 уровень. – Лидер.

Налланномом, иллит, 1 уровень.

Банарв, дварф, 1 уровень.

Ага. Неплохо. Что там еще?

Действуя все тем же привычным уже методом научного тыка, маркиз вгляделся в строчку, посвященную Налу, и ему, о чудо, открылась таблица параметров спутника. Вот только информация в ней отображалась через одно место.

Налланномом, 1 уровень.

Статус:???

Класс:???

Здоровье: 38/40

Мана: 55/60

Сила:???

Ловкость:???

Интеллект:???

Телосложение:???

Выносливость:???

Мудрость:???

Дух:???

Доступные умения:???

Мда, не слишком информативно. Хотя, учитывая показатели здоровья и маны, можно с уверенностью сказать, что телосложение у иллита соответствует двум единицам, а мудрость – аж целым шести! У самого фор Корстеда, помнится, на первом уровне было куда меньше. Особенность расы что ли?

Данные на Банарва выглядели примерно так же, с той лишь разницей, что здоровье у того (на первом-то уровне!) стремилось к сотне, а вот маны не имелось вообще. Любопытно.

Но куда интереснее, что, пока Радремон задумчиво изучал характеристики спутников, текст перед его глазами мигнул, пошел рабью, задрожал, словно марево над раскаленными углями (чем немало испугало маркиза), и «1 уровень» сменился на «0 ранг».

Вот так вот. Реальность прогнулась под требования окружающей действительности. Фор Корстед на всякий случай проверил свою таблицу, но там, к счастью, все осталось без изменений. Он по-прежнему мог совершенствоваться, находясь вне структуры этого мира. Что не могло не радовать.

Отвлекшись от исследования новых возможностей, Радремон оценил ситуацию в приютившей отряд пещере.

Трое мужчин, бросая на маркиза недовольные взгляды, ели купленную у него еду. Они пытались обратиться с той же просьбой к Сэллинталасу, тоже обладавшему неким запасом, но тот им даже отвечать не стал – лишь рассмеялся в лицо и бросил за спину не до конца обглоданную кость.

Прислонившийся спиной к стене орк положил на колени топор и глубоко дышал, сидя с закрытыми глазами. Не то медитировал, не то спал – кто этих зеленокожих поймет.

Ритер точил меч, Ксинс правила уже неоднократно вырезанные из трупов стрелы, Налланномом отошел наполнить флягу чистейшей водой из ручья. И только Банарв с Бешеной, неожиданно найдя друг в друге интересных собеседников, обсуждали достоинства и недостатки различных видов оружия.

Покой и умиротворение.

Словно не заклятые соперники собрались в напичканном ловушками и монстрами данже, а закончившие страду односельчане решили пикником отметить временный перерыв в работе.

Для полноты картины не хватало только костра. Его пытались развести из собранных в кучу мха и лишайника, но те лишь чадили, выдавая дыма куда больше, чем тепла и света. Так что теперь почерневшие ошметки валялись по углам пещеры обугленными частичками неудавшегося уюта.

Убедившись, что его личного присутствия пока что не требуется, фор Корстед вновь вызвал перед внутренним взором таблицы и сводки системы.

В этот раз его интересовали появившиеся в разделе группы подпункты распределения опыта и трофеев. В каждом из них напротив имен членов спаты имелись символы, похожие на открытый гроб с подушкой внутри. Причем подушку можно было двигать из стороны в сторону, от чего менялись процентные показатели сбоку.

Не сразу, но Радремон догадался, что таким образом он мог перенаправить поток опыта за убийства монстров с себя на товарищей.

Интересная возможность.

С одной стороны имело смысл, как и прежде, сосредоточить все могущество на себе и за счет усиления личных возможностей тянуть группу вперед, но с другой… С другой – маркиз уже решил, что без помощи ему в этом треклятом мире поставленных целей не достичь. И сей факт наглядно подтвердил недавний случай с поддержкой Банарва. Да и без содействия Нала победить О’Грэлди вряд ли бы вышло.

Поэтому, чуть подумав, фор Корстед выделил себе двадцать процентов получаемого с убийств опыта, а дварфу и иллиту – по сорок. Пусть догоняют постепенно. Хотя не совсем понятно, каким образом это коррелируется с местными рангами, но тут, видимо, снова придется разбираться по ходу.

Хотел Радремон заняться и «гробиками» распределения трофеев, но те, мигнув, исчезли. Полностью. Вместе со всем подпунктом. Видать никакого распределения – крутись как хочешь. Но маркиз не расстроился, ведь проблем с дележкой добычи не предвиделось. Все равно он лидер, и ему решать кому и что достанется.

Внезапно раздавшийся звон стали заставил фор Корстеда резко убрать все маячившие перед лицом надписи. И теперь их заменили клинки Бешеной, скрещенные с саблей Банарва.

Ну что за дела? Только что же нормально общались.

– Ты кого шлюхой назвал, щелкун косматый? – ярилась эльфийка, напирая на дварфа. – Да я за меньшее бошки сносила!

– Какой шлюхой, дура? – огрызнулся бородач, схватив с земли щит. – Уши отрастила, а слушать не научилась что ли?

– Так я теперь еще и дура⁈ Ну все!

Клинки Бешеной полыхнули примененным навыком, но Радремон, вскочив на ноги, взмахнул мечом снизу вверх, разрывая клинч. Прием эльфийки разрубил пустоту, а маркиз уже оттащил порывающегося броситься в бой Банарва в сторону. Светлую же держал Ритер.

– А ну прекратили! – хором рявкнули маркиз и одноухий. – Что случилось?

– Да ты же сам все слышал. – пылая гневом, рыкнул дварф. – Она рассказала, что они с горной прокляты. Поменяны телами или типа того. А я пошутил, что они как две кружки из той песни. Одна без ручки, другая без днища. И все!

– И все⁈ – брызгала слюной Бешеная. – Всего лишь сравнил меня с сестрой с кабацкими шлюхами!

– Да про кружки эта песня! Про круж-ки! Там бабы вообще не упоминаются!

– У безмозглых идиотов это песня про кружки! На самом деле…

Не закончив фразу, эльфийка неожиданно заехала Ритеру локтем по носу, после чего вывернулась из его хватки, вновь заставила свои слегка изогнутые клинки сверкать зеленым светом и рванула к обидчику. Но ее, как ни странно, остановила дроу.

– Тихо. – сказала она. – Слышите?

Все время перепалки Ксинс, держа стрелу на тетиве, целилась, как ни странно, в фор Корстеда. Видимо оценила его, как самого опасного. Однако теперь она развернулась лицом ко входу в их маленькую пещеру.

– Что там?

– Тш-ш-ш.

Все, кто еще сидел, наблюдая за неожиданной стычкой, повскакивали с мест и уставились в черноту туннеля. Держа оружие наготове, они вслушивались.

Сперва тишину подземелья нарушало лишь их собственное тяжелое дыхание да отчаянный стук всполошившихся сердец. Потом же громом средь ясного неба послышался шелест. Причем сзади.

Это Налланномом решил запоздало достать свой кинжал. Сэллинталас уже повернулся к нему, чтобы сказать что-то нелицеприятное, но тут из прохода раздался тихий цокот.

Клац-клац-клац-шорх, клац-клац-клац-шорх, клац-клац-…

Звук медленно приближался. Сухой. Колючий. Словно скрежет костей по крышке гроба. Когда ты уже знаешь, что внутри находится оживший мертвец, но все еще надеешься, что тебе повезет, и он успокоится.

Не повезет.

Не успокоится.

Стук нарастал, заполняя собой все окружающее пространство. Казалось уже, что он звучит не снаружи, а прямо внутри головы, процарапывая себе путь наружу. Хотелось бросить оружие, схватить себя за волосы и дернуть что есть мочи, лишь бы избавиться от этого наваждения…

Клац-клац-клац-шорх, клац-клац-клац-шорх…

И вот, наконец, когда стиснутые от напряжения зубы были готовы раскрошиться, а пот стекал по спине полноводной рекой, в дрожащем свете артефактных факелов показался монстр.

Высотой больше двух метров он напоминал помесь паука, щенка и… болотной кочки. Похожая на мох шерсть покрывала его туловище от макушки до кончика пушистого хвоста. Две грозди черных, как смоль, глаз чернильными брызгами сверкали по обеим сторонам морды. Четыре передних лапы выглядели изогнутыми корягами, а вместо одной из задних торчала гнилая заплесневевшая кость. Именно ее подволакивало чудовище.

Будь эта тварь поменьше, возможно, она бы даже могла показаться кому-то милой. Но длинные, с ладонь, острейшие зубы, хищным частоколом унизавшие ощеренную пасть, развеивали всякие сомнения относительно рациона страшилища.

И к нему на обед как раз заглянула аппетитная порция двуногих.

Глава 7

– ГРОАРР! – взревело создание, демонстрируя сразу три похожих на змей языка, покрытых роговыми пластинами.

От жуткого рыка затряслись стены, а с потолка на головы претендентов посыпалась каменная крошка. Тварь полностью залезла в пещеру, и в ней резко стало тесно. При этом чудовище, похоже, обладало какими-то зачатками интеллекта, так как не отходило далеко от входа, не давая добыче и шанса спастись бегством.

– Ритер, что это⁈ – крикнул владелец шестопера, нерешительно пятясь мелкими шажками.

– А я откуда знаю? – огрызнулся одноухий, укрывшись щитом и держа меч наготове. – Никогда о таком не слышал! Ксинс, маг, давайте!

В этот раз Сэллинталас спорить не стал. Из-за спин стоявшего полукругом отряда вылетело Огненное копье и, врезавшись монстру в бок, выжгло на нем обугленную проплешину.

За это время дроу успела выпустить целых две стрелы, и если одна со звоном отскочила от изогнутой лапы, то другая угодила страшилищу прямо в глаз. Другое дело, что толку от этого не слишком много – больше полутора десятков чернильных моргал продолжали сверлить двуногих голодным взглядом.

Тем не менее, ощутив боль, тварь вновь взревела. Вот только теперь в ее голосе клокотала ярость на мелкотню, посмевшую ее ранить. И рык этот не сулил жертвам ничего хорошего.

Успешно прикрывшись лапой от очередного заклинания, чудовище распахнуло пасть и три ее языка розовыми лентами устремились к различным целям.

Первый, оттолкнув в сторону от своего господина, отразил спутник Сэллинталаса. Второй заблокировал Банарв. Он успешно прикрылся щитом, и пусть тот жалобно хрустнул, но удар выдержал. Третий же, стелясь над самой землей, стремился к лучнице.

На пути угрозы стояла Бешеная. Свирепо скалясь, она готовилась отразить нападение, однако рядом оказался орк, и он тоже не спал. Взмахнув топором, зеленокожий громила со всей силы опустил свое оружие на извивающийся отросток.

Раздался звук, какой можно услышать при рубке дерева. Сперва казалось, что язык, защищенный роговыми пластинами, выдержит удар, но орк все-таки справился и, выбив искры из каменного пола, отсек немалую его часть.

Монстр заверещал. На землю хлынула бурая с зелеными разводами кровь.

Вот только радость на лицах первопроходцев сменилась ужасом, когда уцелевший обрубок, убираясь обратно в пасть, захватил с собой и орка, петлей оплетя его лодыжку.

Громила ничего не успел сделать. Оглушительно клацнули челюсти, и на пол пещеры рухнули начисто откушенные голова и руки. Будто гильотина срезала. Остальное же исчезло в бездонном чреве страшилища.

– Вперед! – срывая с отряда покров оцепенения, рявкнул Радремон. – Не то все так сдохнем!

Делом, а не словом, показывая пример, маркиз подскочил к твари и нанес ей мощный рубящий удар параллельно земле. А когда та заблокировала его атаку, развернулся вокруг своей оси и подрезал чудовищу лапу в районе сустава.

Полностью отделить конечность не удалось, но и точкой опоры та больше служить явно не сможет.

Развернувшись к фор Корстеду, монстр хотел всеми силами обрушиться на посмевшего его ранить наглеца, но тот был уже не один. Слева, грозно сверкая глазами, стоял Банарв, правый же бок прикрывал Ритер. Щитами они отбили выстрелившие из пасти языки и тут же взмахнули оружием в контратаке.

Да и остальные, вдохновленные примером Радремона, принялись в меру возможностей тревожить монстра.

В тылу остались только Сэллинталас с помощником, вновь возложившим ладни на плечи господина; выпускающая стрелу за стрелой Ксинс и… Налланномом. Последний то брал себя в руки и делал шаг вперед, намереваясь наравне с прочими вступить в схватку, то, свесив голову, отступал, не решаясь подойти ближе.

Впрочем, до его душевных терзаний в этот момент никому дела не было. Каждый старался выжить и одновременно с этим нанести страшилищу как можно больше ущерба. Ведь неизвестно какой именно удар станет той соломинкой, что сломит верблюду спину. А если тварь не убить, то все они полягут в этой пещере, так и не достигнув своих целей, какими бы те ни были.

Безумным волчком крутилась Бешеная, порождая вокруг себя вихри кровавых брызг. Изредка хекал Банарв, больше внимания уделяя защите, чем нападению. Запах паленого мяса от заклинаний Сэллинталаса забивался в ноздри, а срезанные лоскуты плоти и шкуры рваными лохмотьями свисали с боков чудовища.

Словно группа муравьев, напавшая на грозного жука, отряд раздергивал внимание монстра, не давая тому сосредоточиться на ком-то одном.

Улучив момент, маркиз сумел Пронзающим выпадом вспороть бок твари. Он хотел уже, действуя по знакомой схеме, запустить в получившуюся рану с десяток Стрел праха, как страшилище резко дернулось в сторону, вырвав меч из рук фор Корстеда.

При этом ударом хвоста оно отбросило Бешеную к противоположной стене и лапой придавило Банарва, засверкавшего защитным умением.

А прямо перед лицом безоружного Радремона зависла распахнутая клыкастая пасть.

Острые зубы, каждый длинной больше мужской ладони, казались хищной горной грядой, вместо снега укрытой кровавыми разводами. Смрадное дыхание ударило в нос маркизу, перебив запах гари. А последний уцелевший язык извивался, готовясь затащить внутрь новую жертву. И дороги назад уже не будет.

Но фор Корстед не боялся.

Бархатная тьма подземелья, как и прежде, нашептывала ему неясные истории, обещая власть, могущество, славу. Она обволакивала, даря покой родственной душе, и в то же время звала использовать ее силу. Чтобы убить чудище. Убить Сэллинталаса. Убить всех остальных участников турнира.

Радремон потянулся к ней. Такой родной и уютной, покорной и в то же время непостижимо сильной. Он нежно пригладил тьму, а потом оттолкнул, чтобы в следующий миг унизать пасть монстра новой порцией зубов. Каменных. И направленных внутрь, а не наружу.

Никто больше не будет помыкать фор Корстедом. Ни работорговцы, ни знать, ни короли, ни боги. И ни одна из стихий ему не указ! Он сам властитель своей судьбы и сам выбирает свой путь.

Тьма покорно отступила, по-прежнему оставаясь рядом. Она умеет ждать.

Одновременно с магической атакой Радремона, специально выучившего это заклинание, чтобы скрывать редкий на Ахалдасе дар, во вспоротый бок твари угодило очередное огненное копье. Оно буквально вколотило торчавший наружу меч и, влетев внутрь, взорвалось всполохами пламени.

А следом туда же со свистом угодили сразу две стрелы, сверкнувшие в сумраке подземелья яркими белыми росчерками. Значит и у лучницы имелся в запасе какой-то навык. Ох не прост оказался в этот раз набор претендентов на вступление в Свиту Темного Маршала.

Протяжно завыв, чудовище дернулось в сторону, сойдя с Банарва. Оно умирало. Почувствовав скорый финал, отряд удвоил натиск. На их лицах явно читалось предвкушение победы. Однако на предсмертном издыхании монстр сумел их удивить.

Оттолкнувшись всеми всеми уцелевшими конечностями, он прыгнул, намереваясь собственной тушей, забрать с собой как можно больше двуногих, посмевших его убить.

Народ бросился врассыпную.

И у них почти получилось, вот только копейщик, споткнувшись об откушенную голову орка, упал ниц. Сверху же на него приземлилось израненное и обожженное тело твари, погребя под собой мужчину. И следом из ее пасти выстрелил последний уцелевший язык.

Розовой стрелой он устремился вперед, метясь в… Налланномома. Который так и не решился присоединиться к схватке. И теперь ему предстояло умереть, не внеся даже вклада в победу, а рядом не было никого, кто мог бы его спасти.

Покрытому костяными наростами языку оставалось всего несколько сантиметров до беззащитного тела иллита, как смертоносный отросток замер, пригвозженный к полу Каменным шипом. И если предыдущее применение магии могло еще пройти незамеченным, то теперь ни у кого не оставалось сомнений – заклинание использовал Радремон.

[Паучий Мохопес повержен.]

[Получено 30 опыта.]

[Получено 45 трофейных монет.]

Всего тридцать? За такую-то тварь⁈

Ах да, распределение… Всего получается сто пятьдесят. На повышение, конечно, хватило бы, но все равно как-то маловато. Это из-за возросшего уровня маркиза или по каким-то другим причинам? Может они с Банарвом нанесли слишком мало урона?

Фор Корстед не знал и…

– Во имя обескровленного спасителя, ты что – маг⁈ – прервав его размышления, воскликнул владелец шестопера. Левой рукой он зажимал полученную в бою рану на боку, но вот выражение лица явно говорило о том, что в этот момент его мысли занимало совсем другое. – Но как же… Я же… Меч… Я видел… Ты…

Примерно с такими же лицами смотрели на него и остальные, включая непосредственно Банарва и Нала. Им уже доводилось наблюдать волшбу в исполнении Радремона, но то были совсем другие чары.

Магия среди нулевиков вообще диковинка. Чудо, если кому-то повезло выучить одно заклинание. Два – редкость уровня мешка денег, упавшего в руки нищенки. А вот три…

Маркиз уже открыл было рот, чтобы ответить, как его перебила Ксинс:

– Смотрите! – крикнула она, наощупь вынимая стрелу из колчана. – Оно еще живо!