Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 207 страниц)

Глава 2

Зная, что оставлять в магазине ничего нельзя – мерзкий старикашка уже спалил один свиток – Радремон, немного подумав, достал из Перстня Безграничной Мглы имеющиеся манускрипты, разгладил их, сложил стопкой вместе с новыми и свернул в один плотный рулон. Маркиз не был уверен в успехе, однако кольцо с легкостью «слопало» получившийся валик, сэкономив кучу ячеек, которых иначе просто не хватило бы.

Заодно и освободилось место под восстанавливающие зелья. Лепота!

Еще раз окинув взглядом заваленные всевозможным хламом полки и облизав глазами недостижимый чертеж Небесной Цитадели, фор Корстед хотел вернуться назад в пещеру, но все-таки задержался и нехотя обратился к деду, недовольно прихлебывавшему наверняка уже остывший кофе:

– Послушай, уважаемый, ты случаем не в курсе… – Радремон сделал неопределенный жест рукой, подбирая слова. – Урон вот этот вот как вообще высчитывается? В любую часть тела одинаково или где-то больше, где-то меньше? Ну и на счет…

– Ты совсем что ли обнаглел, ножка табуретная? – чуть не поперхнувшись напитком, перебил его старик. – Тебе может еще подсказать какой рукой зад подтирать, чтобы штаны не испачкать? Мало того что шляются здесь всякие, так еще и на вопросы их дебильные отвечай! – продавец гневно хлопнул ладонью по стойке, от чего по ней пошла волна, будто та состояла не из дерева, а из наполненного водой кожаного пузыря. – Семьсот лет тишины псу под хвост! Катись прочь!

Не то чтобы маркиз действительно надеялся на честные ответы, но…

Секундочку!

Фор Корстеда будто ударило молнией, возникшей средь ясного неба. «Шляются»? «Их»? Он тут не один такой что ли⁈

Радремон открыл было рот, но встретился взглядом с разгневанным дедом и понял, что нет никакого смысла впустую сотрясать воздух. Однако, информацию определенно стоит принять к сведению и больше не мнить себя уникумом. Если где-то по близости окажется еще один индивид, имеющий доступ к трофейному магазину, то неизвестно чем закончится их схватка.

Все-таки стартовал маркиз отнюдь не в лучших условиях. С рабским ошейником вокруг горла много не навоюешь. Радовал лишь тот факт, что, судя по обмолвке старика, конкурент (или конкуренты, если они вообще имелись) не имел десятилетий преимущества, и появились они здесь примерно в одно время. А значит все в руках фор Корстеда! Как и его новая жизнь.

Не став ничего говорить, Радремон сосредоточился и перенесся назад в данж. Вот только перед этим он выбросил на пол корявый гоблинский кинжал. Подарок любителю уничтожать чужие свитки. Пакость, конечно, мелкая, но возмущенное выражение лица торговца хоть немного подняло настроение маркизу.

В пещере стоял многоголосый гомон, который и оставил фор Корстед, отправившись за покупками. Одни шумно радовались с трудом давшейся победе, другие ругались на нерасторопных союзников. Протяжно стонали раненные. И только приконченные разбушевавшейся флорой с немым укором взирали на выживших, сверля более удачливых конкурентов невидящим взором остекленевших глаз.

Причем не повезло и Сэллинталасу. Вернее одному из его спутников. За несколько мгновений до смерти гигантский монстр взмахом мясистого жгута превратил эльфа в фейерверк кровавых брызг и мясных ошметков. А тот, сосредоточившись на помощи господину, даже сопротивляться не мог и беспомощно расплескался, заляпав собой напарника и родственника князя.

– Никчемное ничтожество! – бормотал Сэллинталас, отряхивая дорогие одежды и опасливо косясь на труп чудовища. – Даже умереть нормально не мог. С кем приходится иметь дело…

– Эй, побольше уважения к павшему! – рыкнул орк, зубами затянув повязку на раненном плече. – Он же был твоим товарищем!

– Не лезь не в свое дело, тупой громила. – огрызнулся благородный эльф. – Если бы не я, павшим здесь был бы ты. Да и все остальные тоже, между прочим.

Зеленокожий силач явно хотел что-то сказать, но лишь шумно выдохнул и махнул рукой.

Бой с кучей растений, а потом и с Раффлезией-королем дался претендентам непросто. Возможно, будь они слаженным сработавшимся отрядом, и проблем возникло бы куда меньше, а потерь и вовсе удалось бы избежать. Ведь, по сути, противники ничего особенного из себя не представляли.

Однако, толпа одиночек, изначально настроившихся конкурировать друг с другом за право присоединиться к известному роду, походила на команду меньше, чем пернатые участники петушиных боев. А некоторое подобие взаимодействия пришлось налаживать и вовсе в условиях смертельной угрозы.

Но, тем не менее, они справились и, отойдя от первого шока, теперь бросали алчные взгляды в сторону поверженного чудовища.

– Да чего сиськи мять-то? – громко пробурчал Банарв в свойственной ему манере и, взмахом сабли расширив оставленную Радремоном смертельную рану, кряхтя, залез внутрь.

Народ, напрягшись, подался поближе. Участники турнира, крепко сжимая оружие, вглядывались в поглотившую дварфа щель, готовые в любой момент сорваться с места и зубами вцепиться в добычу. Или в горло конкурентов. Как повезет.

– Мать моя отец! – послышался приглушенный голос бородача, заставивший остальных сделать еще шаг вперед. – Ну тут и вонища! Ну-ка, а это что? О! О-о-о…

Раздался тихий шелест, и под свет светящегося мха вылез заляпанный серой гнилью Банарв. В руке же он сжимал рему – мутную жемчужину радужной расцветки размером меньше сливы. Ее мог бы с легкостью спрятать в кулаке взрослый мужчина, однако при этом она оказалась в несколько раз больше той, которую добыл Бал’Луг с убитого маркизом Хиндатского Льва.

Правда, несмотря на очередную попытку Радремона идентифицировать рему, система упорно игнорировала запрос. Будто извлеченный из монстра шарик являлся для нее ничего не значащим объектом. Но с учетом того, что даже меньшую Свита Темного Маршала была готова купить за несколько сотен фанталов…

– Сюда!

– Дай ее мне!

– Она моя!

– Утонувший господь, да я сплю! – разом загомонили претенденты, рванув к трофею.

Они толкались, тянули руки, скалили зубы, словно дикие звери. На их лицах застыла одинаковая маска вожделения, какую не увидишь и у набредшего на оазис путника, несколько дней назад заблудившегося в пустыне. Подобное богатство могло свести с ума аристократов, не говоря уже о простых смертных, решивших попытать удачу на турнире знатного рода.

– А ну стоять! – в землю между толпой и дварфом врезался огненный шар, мгновенно спаливший ошметки растений и заставивший народ отшатнуться. Вперед же вышел Сэллинталас под прикрытием оставшегося в живых спутника. – Бесполезная чернь! Если бы не я и моя магия, вас бы всех уже переваривала эта тварь. Так что рема по праву принадлежит мне!

– Много на себе берешь! – рявкнул орк, тряся топором.

– Да!

– Точно!

– Грохнем ушастого!

Эльф всмотрелся в искаженные злобой лица и слегка побледнел, осознав насколько близко к смерти оказался. Да, его магия сильна, но справиться со всеми разом у него не выйдет. Просто затопчут, не взирая на потери и возможную месть князя.

– Я хотел сказать, что пока оставлю ее у себя! – перекрикивая гомон, исправился маг. – В моем пространственном артефакте ей ничего не будет угрожать. – он вытащил из-под одежд амулет в виде ольхового листа, вырезанного из нефрита. – По нашему договору мне принадлежит большая часть, а остальным я выплачу честную…

– Лови!

Сэллинталас уже тянулся к вожделенной реме, как неожиданно Банарв, понимая к чему все идет, бросил драгоценный трофей в воздух.

Описав красивую дугу над ошарашенным эльфом, провожаемая десятком изумленных взглядов жемчужина подлетела к фор Корстеду, и тот, один ловким движением спрятал ее в Перстень Безграничной Мглы. После чего продемонстрировал остальным пустые руки.

– Не у одного тебя, Супешник, есть где хранить рему. – Радремон коротко кивнул дварфу, и тот кивнул в ответ. – Получишь причитающееся, как выберемся наверх. Если доживешь, конечно. – добавил маркиз, нацепив на лицо обворожительную, но от того не менее плотоядную улыбку.

– Зарываешься, смерд! – голодным волком прорычал Сэллинталас. – Умри!

Запалив на руке пламя, он замахнулся, но его, схватив за предплечье, остановил Ритер.

– Остынь, маг. – спокойно заявил негласный лидер претендентов. – Убьешь его – и рема вообще никому не достанется. Как ты ее из кармана вынимать будешь? – холодная логика заставила эльфа замереть и задуматься. – К тому же я видел вас обоих в бою и, прости, но ему доверяю больше, чем тебе.

– Да я срать хотел на… – начал было Сэллинталас, но по ропоту прочих понял, что вновь остался в меньшинстве.

А потому, хмыкнув, высвободил руку, смерил фор Корстеда убийственным взглядом и отошел в сторону, на ходу поправляя роскошные одежды. С учетом того, что они были залиты кровью соратника, действие абсолютно бессмысленное. Но, видимо, так он мог продолжать чувствовать свое превосходство.

– Ладно, рему мы добыли. – подала голос Бешеная, с ног до головы измазанная слизью, кровью и еще Светлоликий ведает чем. – Но что на счет сокровищ? Все же слышали о сокровищах в данжах?

Глава 3

По-прежнему недоверчиво поглядывая на Радремона, претенденты постепенно осознавали смысл произнесенного эльфийкой. Безусловно – добытая с монстра рема будоражила воображение, однако каждый слышал легенды, о древних героях, возвращавшихся из подземелий с множеством всевозможных артефактов и прочих ценностей. И раз уж им повезло оказаться в подобном месте, то где, во имя четырежды мертвого бога, горы сокровищ?

С подозрением косясь друг на друга, участники турнира разбрелись по пещере и принялись дотошно исследовать каждый ее миллиметр.

Кто-то заглядывал в щели и опасливо шебуршал в них клинком, не рискуя засовывать внутрь руку. Кто-то простукивал стены. Другие принялись исследовать тушу Раффлезии-короля, утверждая, что клад обязательно должен находиться внутри.

Хотя как такое возможно объяснить они не могли. Ладно бы данжеон появился давно, и в желудках чудищ могли сохраниться доспехи и оружие сожранных ранее смельчаков, но не в свежеоткрывшемся же. Тут-то откуда?

– А ты счастья попытать не желаешь? – к маркизу подошел Ритер и встал рядом, скрестив на груди покрытые шрамами руки. – Вдруг именно тебе улыбнется удача. Найдешь что-нибудь вроде Ока Йорнатала и, глядишь, уже свой род обоснуешь, а не к Свинтерам под крылышко? М?

– Сам-то что не ищешь, Одноухий? – хмыкнул фор Корстед. – Артефакты складывать уже некуда? Так я подсоблю. – Радремон взмахнул рукой и между пальцев появилась добытая с растения рема, взмахнул еще раз – и она вновь исчезла без следа. – Большие не приноси только. У меня карман не безразмерный.

Маркиз обворожительно улыбнулся, а Ритер кивнул своим собственным мыслям.

– Значит все-таки фокус. – утвердительно заявил он. – Так и думал. Не похож ты на отпрыска знатного рода.

– А на кого похож?

Ритер повернулся и задумчиво оглядел фор Корстеда с головы до ног:

– На первый взгляд, на неудачника. Такого, который всю жизнь верил, что он особенный. Что в него влюбится случайно заметившая его в толпе принцесса или вознаградит спасенная от кошки фея. Вот только в жизни так не бывает, и такие наивные юноши обычно плохо заканчивают.

«Например в фургоне работорговца». – подумал Радремон. Но вслух спросил:

– А на второй?

– На второй… – Ритер пристально посмотрел в глаза собеседника. – На второй я видел как ты вел себя в бою. Словно совсем другой человек. К тому же твой взгляд… – мужчина замолчал, взвешивая «за» и «против». – Предлагаю союз. – он протянул руку. – Не навсегда. Пока не выберемся из данжа.

– То-есть на ближайшие пять минут?

– Ты сам-то в это веришь?

Ритер самоуверенно ухмыльнулся, не отводя взгляда. Не отворачивался и маркиз. Он, не смущаясь, разглядывал одноухого вояку. А в том, что тот долгое время зарабатывал на жизнь сражениями сомнений не было. Об этом прямо-таки кричали и характерные шрамы на руках, и небрежно заброшенное за пояс оружие, и волевые складки вокруг глаз.

Скорей всего бывший наемник. Причем отнюдь не рядовой. Или начальник охраны какого-нибудь аристократа, смещенный с поста из-за своей излишней прямолинейности. А может досрочно вышедший в отставку армейский офицер, решивший примкнуть к крупному роду.

Человек он явно хороший (насколько сие возможно в этом треклятом мире). И именно поэтому им не по пути.

– У меня уже есть моя спата и новых союзов я заключать не намерен. – резко отрезал фор Корстед, так и не пожав руку. – Однако! – он повысил голос, не дав себя перебить. – Могу пообещать, что не ударю тебе в спину. Пока не выберемся из данжа, естественно. – добавил Радремон. – Потом снова враги.

– Соперники. – поправил Ритер.

Не сказать, что его устроило подобное решение, но, еще раз взглянув в глаза собеседнику, он понял, что это максимум на который сейчас может рассчитывать. Все-таки что-то во взгляде этого молодого на вид мужчины, заставляло насторожиться даже его – ветерана, прошедшего не через один десяток сражений.

Поражения тоже нужно уметь принимать, поэтому, коротко бросив:

– Не потеряй рему. – Ритер отвернулся и направился уже было к Сэллинталасу, как всеобщее внимание привлек раздавшийся с другого конца пещеры радостный возглас:

– Да! Сокровище!

И действительно, в небольшой темной нише обнаружился окованный железом деревянный сундук. Потертый, пыльный, со следами плесени и безуспешных попыток взлома. Тем удивительнее стал тот факт, что из слегка заржавленной замочной скважины торчал простой медный ключ, а из-под приоткрытой крышки лился манящий золотыми бликами свет.

По всей пещере поползли завистливые шепотки вперемешку с проклятиями.

– Он разве всегда там стоял? – неуверенно пробормотал Налланномом. В отличие от поддавшегося золотой лихорадке Банарва, иллит не отходил далеко от Радремона. – Странно это…

– Стой! – крикнул Ритер, но было уже поздно.

Обнаруживший сокровище мужчина, алчно сверкая глазами, протянул к находке дрожащие от возбуждения руки и… тут же их лишился.

Вместо трофеев под крышкой сундука оказалась усыпанная острыми зубами пасть, в которой исчезли откушенные кисти. А умело маскировавшийся монстр подпрыгнул и, по пояс проглотив неудачливого человека, принялся остервенело терзать его плоть.

Кровь ручьями хлынула на и без того залитый ею пол. Упав на колени, мужчина отчаянно пытался скинуть с себя хитрую тварь, но бесполезные культи лишь скользили по неотличимой от древесины шкуре. Тогда он принялся биться об стену, срывая с нее светящийся голубой мох, а из пасти чудовища послышался полный боли приглушенный крик, перемежаемый хищным чавканьем.

– Утонувший господь… – выдохнул Нал, нервно сжимая в перепончатых руках палицу.

Однако далеко не все впали в ступор. На помощь несчастному бросились Ритер, Бешеная и еще один мужчина, вооруженный увесистым шестопером. Банарв же напротив – отвернулся и продолжил поиски настоящего сокровища. Страдания незнакомца волновали его не больше застрявшей в бороде колючки. Скорее даже меньше.

Оглядевшись, маркиз встретился взглядом с Сэллинталасом, и, судя по разочарованному выражению лица последнего, тот готовил какую-то пакость, но прервался, когда его заметили.

С этим типом нужно держать ухо востро. Супешник и до начала турнира обещал поквитаться с троицей обидчиков, теперь же его ненависть вышла на совершенно новый уровень. Многократно испытанное унижение от того, что кто-то видел его слабость и бессилие, благородный эльф не простит точно.

Возможно даже стоило бы, пользуясь суматохой, прикончить его прямо сейчас. Но в таком случае сам Радремон рисковал снискать гнев остальных участников турнира. Все-таки перемирие на время нахождения в данже никто не отменял. А справиться втроем со всеми оставшимися претендентами возможности не представлялось. Маркиз уже видел их в деле и сумел оценить способности. И это не считая того, что некоторые, как и сам фор Корстед, могли придержать в тайне несколько козырей.

Потому, не будучи глупцом, Радремон подмигнул мгновенно побагровевшему эльфу и вернулся взглядом к сражению с ожившим сундуком.

Того как раз терзали трое подоспевших бойцов. Кровь и ошметки плоти летели во все стороны. Тварь пыталась огрызаться, но с полупроглоченным телом в пасти получалось у нее не очень. Да и в целом существо не выглядело шибко маневренным.

Финальную точку в схватке, как ни странно, поставила дроу. Вырезав стрелу из останков Раффлезии-короля, она положила ту на тетиву и отправила снаряд точно в глаз, появившийся на крышке плотоядного сундука. Чудовище пару раз дернулось, конвульсивно скрежетнуло челюстями и, напоследок выблевав недоеденную жертву, испустило дух.

Мужчина тоже, без всяких сомнений, был уже мертв. Вряд ли можно оставаться в живых, когда верхняя часть твоего туловища стала похожей на комок спутавшихся лент серпантина цвета раздавленной черешни.

Да и куда ему без рук…

Таким образом еще одним претендентом на вступление в Свиту Темного Маршала стало меньше. Сей факт повышал шансы как самого маркиза, так и остальных выживших. Ведь так всегда и бывает – слабые уходят, чтобы открыть дорогу более сильным. А те пойдут по тропе, вымощенной костями и черепами своих предшественников и менее удачливых товарищей.

И нужно иметь немало сил, как физических, так и моральных, чтобы сделать очередной шаг. Не споткнуться. И не стать следующим кирпичиком, на который наступит кто-то другой по пути к вершине. Ведь только там можно обрести истинную свободу и независимость.

И только там фор Корстед сможет найти ответы на мучающие его вопросы.

Глава 4

– Дерьмо! – выругался обладатель шестопера, не обнаружив внутри поверженного монстра ремы. – Это еще что за срань? Оживший огород, ожившая мебель… Что дальше?

– Дальше тебе задницу откусит оживший сортир. – пробурчал Банарв, не прекращая попыток отыскать сокровище. – Так что смотри куда срешь.

– Чтоб у тебя борода отвалилась, лепрекон недоделанный! – сплюнув сквозь зубы, прошипел мужчина. – Ритер, пора выбираться. Не то все здесь поляжем. В Бездну данж этот, пусть с ним Свита разбирается!

Не сказать чтобы это заявление вызвало волну поддержки, но некоторые сторонники у него имелись. Особенно среди раненных.

Из двух с лишним десятков бойцов, спустившихся под землю, в живых осталось лишь четырнадцать. Остальные лежали здесь же. Переломанные, изрезанные, а порой и разорванные на части тела валялись вперемешку с разбитыми стойками и ошметками растений. А каменный пол устилал густо замешанный на крови светящийся мох, клоками сорванный во время сражения.

Воздух пронизывал запах смерти и страха, незримой пеленой повисшего в коварной пещере.

– Но и сокровища тогда тоже достанутся Свите. – парировал Ритер. Он явно хотел выжать из сложившейся ситуации максимум. – Такой шанс выпадает раз в жизни. Нет, раз в несколько жизней! Пока турнир не закончится, снаружи купола даже не узнают о возникшем тут данже. Нужно быть полным идиотом, чтобы просрать такую возможность!

– Или просто хотеть жить. – пробубнил высокий мужчина с перевязанной левой рукой. Его одежды прожгла какая-то кислота, а тело покрывали порезы и ожоги. – В задницу все. Я пошел наружу.

Он сделал несколько шагов в сторону выхода и замер. Совсем недавно примерно с теми же словами их покинул синекожий тролль. После чего его разорвали на части ожившие лианы, а на потолке появился здоровенный монстр.

Мужчина поднял голову, но новых опасностей в обозримом пространстве не наблюдалось. Данж будто уснул. Или затаился, выжидая лучшую возможность для нападения.

– Что будем делать, Рад? – спросил Налланномом, переводя взгляд с Ритера на выход и обратно.

– Как сказал наш одноухий друг, такую возможность упускать нельзя. – взгляд Радремона, наоборот, нет-нет да прикипал к проходу, ведущему вглубь пещеры. – Еще пара подобных Раффлейзий, и даже к Свинтерам вступать не придется.

С последним маркиз, конечно, перегибал, но переоценить полученную здесь гору опыта и трофейных монет не так-то просто. Шутка ли – скакнуть сразу на три уровня! Да и отнюдь не маленькая рема уютно устроилась в Перстне Безграничного Мрака. Расставаться с ней фор Корстед больше не планировал.

– Этого я и боялся… – со вздохом процедил иллит сквозь поникшие щупальца. Но спорить не стал, оставшись стоять подле лидера. – А что тогда…

– Эй, ты чего там ковыряешь⁈ – неожиданно крикнул Сэллинталас.

Проследившие за его взглядом увидели, как дроу, добыв свою стрелу из почившего сундука, сосредоточенно скребла кинжалом стену. И действительно, если приглядеться, то можно заметить небольшие трещины, оставшиеся в том месте, где бился головой несчастный, пытаясь сбросить с себя монстра.

– А ну не трог… – голос эльфа заглушил грохот обрушившихся камней, а через мгновение темнокожая лучница доставала из образовавшейся каверны свои находки.

Сигнальный факел

Качество: обычный

Урон: 5

Возможность переключать цвет и интенсивность горения. Для возобновления свойств положить в костер на полчаса.

Целых пять артефактных факелов легли на пол драгоценной грудой, а дроу уже тянулась за следующим трофеем. И даже ее обычно бесстрастное лицо светилось жаждой обладания.

Лук вертлявого шутника

Качество: редкий

Урон: 25

При использовании приравнивает показатель силы к значению ловкости.

За этим простым с виду описанием скрывались воистину ужасающие возможности. По сути этот артефакт давал возможность удвоить очки параметров. Ведь если вкладывать все в ловкость, то при стрельбе ты будешь становиться таким же сильным, как был бы на в два раза более высоком уровне!

Спаси, Светлоликий! Даже Радремон, уже выбравший свой путь, на несколько мгновений задумался о смене приоритетов. Это же какой потенциал! Правда при подобной стратегии придется превратиться в калеку без здоровья, выносливости и маны, но зато любой враг будет падать с одного выстрела. А то и не один – маркиз видел в трофейном магазине подходящие лучникам свитки.

И если даже фор Корстед восхитился найденным сокровищем, то остальные… остальные не могли видеть всех его свойств. Однако изящный изгиб идеально гладкой древесины, тетива тоньше детского волоса, невесомая кибить – все так и кричало, что дроу посчастливилось найти отнюдь не крестьянский лук, а нечто куда более ценное.

– А ну назад, псы позорные! – перед подругой, зачарованно любующейся оружием, выпрыгнула Бешеная и взмахом чуть изогнутых парных клинков отогнала невольно подошедших конкурентов. – Это не трофей с монстра, а находка! Она по праву принадлежит Ксинс! И любой кто имеет что-то против быстро познакомится со своими кишками!

Вид сумасшедшей эльфийки, с ног до головы заляпанной кровью и слизью, несколько остудил пыл участников турнира. Все они видели на что способна бестия. А уж при поддержке подруги…

Но сложившейся ситуацией не преминул воспользоваться Ритер:

– И вот от этого вы хотите отказаться? Мы всего лишь в первой комнате, а уже нашли больше, чем многие видели за всю свою жизнь. Кто знает, что скрывается дальше. И я не прощу себе, если не попытаюсь проверить.

– Ну и сдохните все там! – заявил перебинтованный дезертир, после чего решительным шагом направился к выходу. – Впрочем, мне же лучше. – бросил он через плечо. – Свита Темного Маршала ждет меня.

Раненный исчез в темноте тоннеля, ведущего на поверхность, а последнюю тень сомнений оставшихся развеял, как ни странно, Банарв. С поразительной для своей комплекции скоростью он резвой куницей обогнул Бешеную и прямо-таки нырнул во вскрытую Ксинсой нишу. Однако практически сразу разочарованно вылез, отряхивая бороду от пыли.

– Я не понял, долго будем сопли жевать? – сурово глядя из-под густых бровей, заявил дварф. – Я отсюда без сокровища не уйду.

И, подхватив с пола один из факелов, решительно направился вглубь данжа.

– Потом верну. – буркнул он эльфийкам, исчезая во тьме.

За ним следом поспешили и остальные.

Отряд медленно двигался по извилистому тоннелю, освещая себе путь трофейными факелами. Проход то сужался до того, что приходилось идти гуськом, дыша друг другу в затылок, то расширялся, походя скорее на очередную пещеру, чем на обычный коридор.

От пятидесяти претендентов, явившихся попытать удачу за право присоединиться к одному из крупнейших родов Ахалдаса, в строю осталось чуть больше дюжины. Конечно еще несколько раненных, включая последнего дезертира, дожидались окончания турнира на поверхности, но их в расчет уже никто не брал.

Первопроходцы жадно водили носами и норовили расковырять каждый подозрительный выступ в поисках очередного тайника. Особенно масла в огонь подливал вид довольной горной эльфийки любовно гладившей изгибы нового лука. Однако данж не торопился делиться своими сокровищами, а вот неприятностей подкинул без проблем.

И если в первый раз слегка расслабившийся отряд «атаковала» безобидная стая летучих мышей, всполошившая претендентов и улетевшая дальше по своим делам, то чуть позже шедшей впереди коренастый мужик, вооруженный широким бастардом, наступил на нажимную пластину.

Раздался сухой щелчок, и из потайного отверстия вылетело массивное осадное копье. Оно, без труда сокрушив ребра и плохенькую броню, насквозь пробило бедолагу и пригвоздило того к стене, оставив висеть, словно диковинного жука на булавке.

– Мать моя отец! – выдохнул Банарв. Отскочив назад, он наступил на ногу подручному Сэллинталаса, но тот даже не заметил этого, готовясь защищать господина от новых угроз. – Это еще что за…

– Ловушки. – пояснил Ритер, мрачно осматривая место откуда вылетело копье. – Данжи славятся не только сокровищами.

– Что-то ты подозрительно много знаешь. – прищурившись, выдал благородный эльф. – Может ты…

– Может ты заткнешься? – перебил его Радремон. – От тебя пока что толку, как от осла на скачках. Пусть расскажет, что известно.

– Ты кого ослом назвал, смерд! – мгновенно взвился Сэллинталас, но вновь остался в меньшинстве. Его вообще терпели исключительно за магические способности, и, кажется, он это начал осознавать. – Вы все поплатитесь! – змеей прошипел эльф и отошел в тень, осторожно прощупывая пол перед каждым шагом.