Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 80 (всего у книги 207 страниц)

Глава 32

– Laansillenni oomma ittellimaklonnoma, minsak! – надменно пробулькал вождь, глядя на противника сверху вниз.

Он хотел добавить что-то еще, но Молчанка заткнула ему рот. Глава племени пару раз беззвучно шевельнул щупальцами и, гневно вспыхнув, бросился вперед.

Чтобы быть вновь отброшенным Барьером.

Тем не менее, вождь уже нащупал выигрышную стратегию и не стал изобретать веретено. Очередная кроваво-красная дуга устремилась к Налу, притягивая взгляд своим ослепительным блеском.

В этот раз Налланномом попытался защититься Черепашьим панцирем, вот только тот оказался полностью неэффективен против боевого навыка, и последний всей своей силой обрушился на грудь мага.

Броня вновь выдержала, однако, будучи восстановленной после боя с Кракеном, она уже не могла похвастаться исходной прочностью, и в ней появилась первая прореха. Крохотная. Но этого вполне достаточно, чтобы следующий удар добрался уже до мягкой плоти.

Пытаясь перехватить инициативу, Нал принялся один за другим швырять Водяные лезвия. Вереницей синих серпов те устремились к вождю, грозясь порубить того в осьминожье рагу.

Вождь не испугался. За свою жизнь он сотни раз ходил на абордаж, сражаясь как с воинами, так и с магами. Его явно не удивить обычным заклинанием первой ступени. Меч воина вспыхнул ярким оранжевым цветом, и он смело двинулся навстречу смертоносной волне.

Иногда уклоняясь, а иногда и разрубая наколдованные лезвия, вождь неумолимо приближался к Налланнмому. В его желтых глазах застыла непоколебимая решимость, и он ни секунды не сомневался в своей победе.

Когда до мага оставалась всего пара метров, глава племени резко отскочил в сторону, уходя из-под шквала атак, и тут же рванул вперед, одновременно швырнув еще одну кровавую дугу.

Ее Налу удалось заблокировать сразу тремя Водными лезвиями, после чего он срочно активировал Барьер. Но воин успел подобраться достаточно близко, чтобы суметь оставить на его теле длинный порез.

Временно оказавшись в безопасности, Налланномом выпил восстанавливающее ману зелье.

Его противник тоже опустошил какую-то склянку и тут же вновь рассек воздух, порождая убийственный алый росчерк.

– Кажется у Каракатицы дела плохи. – с деланным безразличием проронил Банарв, изо всех сил стискивая рукоять молота. – Почему он по два заклинания сразу не мечет?

– Потому что это невозможно. – ответил ему стоявший не так уж и далеко Травмарук.

– Как это невозможно? – удивился дварф. – Сиятельство, вон, швыряет.

– Швыряет⁈ – пораженно переспросил орк. – С каких пор?

– Да у босса козырных карт – полня колода! – хохотнула Бешеная, не отрывая возбужденного взгляда от поединка. – И каждая вторая – туз. С ним по-честному не сыграешь.

Тем временем бой продолжался, и Нал уже выглядел весьма плачевно. Его тело покрывали с пару десятков кровоточащих рубцов, а одно щупальце держалось лишь на шматке кожи и грозилось вот-вот оторваться. Здоровья осталось меньше четверти. Сам же он пока что не сумел ни разу достать своего противника.

– Что делать будем, Сиятельство? – с трудом сдерживая волнение, спросил Банарв.

– Пока ничего. – Радремон спокойно откинулся на замшелом булыжнике, приняв позу поудобнее. – Эй, девчонка, поднос мне отдай! – крикнул он проходившей мимо иллитке, и настолько властным был его голос, что та безропотно рассталась со своей ношей, предназначавшейся кому-то из важных шишек племени. – Сидим, смотрим представление. Виноград будешь?

Маркиз действительно ни секунды не волновался. Но не потому, что безоговорочно верил в победу Нала – все-таки тот не был бойцом и в спате отвечал за поддержку – а потому, что неподалеку стояла Ксинс, готовая по первому сигналу вмешаться в поединок.

Будь то Сиилтонта или еще какая абракадабра, фор Корстед плевать хотел на условности и не планировал так просто отдавать с трудом взращенного соратника. А для своей магии первых жертв он уже давно выбрал. Едва Налланномм наиграется, как деревня утонет в синей иллитской крови!

Израненный Нал лежал на песке, а к нему медленно приближался торжествующий вождь. Его сомкнутые магией уста искажала гримаса брезгливости и почему-то разочарования. Может минсак и сумел поднять несколько рангов, но выученные им заклинания силой не блистали. В племени ценили исключительно боевые чары.

Толпа кричала и улюлюкала, поддерживая своего лидера. Одна часть скандировала его имя, а другая призывала немедленно прикончить зарвавшегося выскочку.

Банарв откровенно нервничал, нетерпеливо ожидая команду действовать.

Бешеная плотоядно скалилась, предвкушая резню.

Ксинс держала ладонь на пространственном кольце готовая в любой момент выхватить лук и отправить в полет парочку стрел.

Все зависело от решения Радремона.

Но тот медлил.

Он лучше всех знал Налланномома, проведя с ним вместе немало времени. Но, в то же время, и Нал, наблюдая за лидером, многому у него научился. В частности, способам ведения боя. И пусть фор Корстед не понимал, каким именно образом Налланномом планирует переломить ход схватки, но общую канву задумки он видел отчетливо.

– Что ж, посмотрим. – с улыбкой проронил Радремон, беспечно закинув руки за голову.

Вождь стоял над истекающим кровью противником. Он открыл было рот, чтобы что-то произнести, но Молчанка продолжала действовать, и рослый иллит лишь презрительно плюнул в лицо неприятеля.

Он занес меч.

Крики членов племени достигли своего пика, заглушив даже плеск волн и шум ветра.

Нал не шевелился.

Расставив ноги чуть пошире и приняв непоколебимую устойчивую позу, вождь с силой опустил оружие, намереваясь разом снести магу голову. Однако вместо звука разрезаемой плоти раздался оглушительный лязг, а фонтан крови сменил сноп искр, веером разлетевшийся во все стороны.

Из песка, бесстрашно схватив меч за лезвие, вырвалась серая каменная рука, а следом появилась и остальная собранная из булыжников фигура. Ростом та немного уступала синекожему воину, но зато в ширину превосходила даже самых мускулистых орков.

Бесновавшиеся до сего момента иллиты разом замолчали, и тихий голос Ксинс донесся до ушей каждого, способного понять общий язык:

– Каменный голем.

– Так вот что он зубрил чуть ли не от самой Гатонды! – с облегчением вздохнул Банарв, опуская молот. – Ничего себе замашки у Каракатицы.

Тем временем вождь сумел с помощью навыка освободить оружие из лап наколдованного прислужника. Он попытался вновь достать Нала, но был в очередной раз отброшен Барьером. А швырнуть алую дугу ему помешал поспешивший следом голем.

Завязалась драка с каменюкой.

Налланном же медленно поднялся на ноги. Его тело окутало золотистое сияние Продвинутого возложения рук. Оно восстановило большую часть здоровья и временно перекрыло эффект кровотечения. И пусть Налу не удалось обезоружить противника, но у него имелся и другой способ одержать победу.

В его руке появился Липун Исцеления Души.

С этого момента Радремон уже больше не сомневался в победе соратника.

За несколько ударов вождь понял, что быстро голема не разрушить. Его выпады оставляли глубокие борозды на теле прислужника, но не похоже, чтобы тот от подобного сильно страдал. Но зато иллит определенно имел преимущество в скорости. А потому, проскочив под каменным кулаком, он отпрыгнул в сторону и резким взмахом отправил в Нала кроваво-красный серп.

Тот столкнулся в воздухе с Водным лезвием. Но в этот раз развеялся уже боевой навык, а заклинание, потеряв часть силы, продолжило свой полет.

Налланномом с рождения обладал внушительным показателем интеллекта. Но, использовав Липун, он и вовсе достиг высот, недоступных соплеменникам. И пусть до фор Корстеда с его дарованными системой параметрами иллиту никогда не добраться, но среди остальных Нал шагнул на совершенно иную высоту.

Тем не менее вождь умудрялся не только противостоять голему и отбиваться от Водных лезвий, он так же медленно продвигался к противнику, все еще намереваясь повергнуть того в ближнем бою. Его меч сверкал различными навыками, а внимательный взгляд сощуренных глаз не упускал ни единой возможности.

Однако ситуация резко изменилась, когда Налланномом призвал второго голема!

И тот выглядел даже еще сильнее первого.

Теперь фор Корстед понял, зачем в Киолае иллит просил у него эссенцию жидкого пламени. И почему столько времени проводил в горах. Нал не только самостоятельно изучил сложное заклинание, но и улучшил его до второй ступени, после чего тренировался использовать.

В битве с Кракеном блеснуть чарами ему не удалось, но теперь Осьминожка показал себя во всей красе!

Глава 33

Вынужденный сражаться с двумя големами сразу, одновременно отбиваясь от шквала Водных лезвий, вождь окончательно завяз. Он вертелся изо всех сил, но не находил возможности сделать и шага в сторону противника.

Однако и Нал никак не мог его дожать. Но он хотя бы имел возможность пополнять ману зельями. Все-таки мудрость у него оставалась на том же уровне. Липун Исцеления Душ повышал лишь одну характеристику.

Наконец, умудрившись встать так, чтобы собственный голем закрыл Налланномому обзор, глава племени уклонился от одного каменного кулака, отвел в сторону второй и, пользуясь секундной передышкой, выхватил из пространственного артефакта подозрительного вида пятнистое снадобье.

Судя по подсказке системы, оно временно поднимало показатели силы и ловкости.

Вождь залпом опустошил склянку, но и Нал не тратил время зря и, предельно сосредоточившись, в очередной раз взмахнул жезлом.

Барьер.

Едва заметная полупрозрачная волна подкатилась к вождю, вот только в этот раз она прошла сквозь него, а наружу вытолкнула лишь меч!

– Это как вообще? – не понял произошедшего Травмарук.

Хапилектра тоже издала удивленную трель.

– Еще что! – надменно хмыкнул Банарв, задрав подбородок. – Ты бы видел, что он в битве с Кракеном вытворил!

– С кем с кем⁈ – не поверил своим ушам орк, а его глаза превратились в два полноводных выплеснувшихся из берегов озера.

– Смотрите! – оборвала их диалог Бешеная.

Меч, словно живой, вырвался из рук вождя и отлетел в сторону. От неожиданности рослый иллит пошатнулся и попытался удержать оружие, но это и стало его роковой ошибкой. Отвлекшись, он пропустил прямой мощный удар в торс от первого каменного голема.

Раздался скрежет смятого доспеха и хруст сломанных костей. В груди воина появилась внушительного размера вмятина, а изо рта с хрипом вырвался поток крови. Сам же он отлетел в сторону второго голема, который тут же добавил, засветив кулаком промеж лопаток.

Глава племени переломанной куклой рухнул к ногам Нала.

Он был еще жив, но без срочного лечения и мощных зелий определенно умрет еще до заката.

– Отец! – испуганно крикнул Паммаллоном и рванул к вождю.

– Секундочку. – нахмурился Банарв. – Если это его отец, а Каракатица с ним братья, то получается…

Гнетущая тишина поглотила ряды зрителей, наблюдавших за исходом сражения. Определенно не такого исхода они ожидали перед началом поединка. Неужели давно проданный в рабство минсак и правда выйдет победителем?

– Сдавайся. – тяжело дыша, произнес Налланномом, приставив жезл к горлу поверженного противника. Кровь сочилась у него из множества открытых ран, но думал он, как всегда, не о себе. – Сдавайся, и я обещаю, что спасу тебе жизнь!

– Минсак… – злобно сверкая глазами, прохрипел вождь. – Пам, убей всех чужа…

Договорить он не сумел, потому что с яркой синей вспышкой Водное лезвие отрезало ему голову. Это был единственный способ остановить кровопролитие, и Нал пошел на него, скрепя сердце. Пожертвовать одним, чтобы спасти многих.

Даже если этот один – твой собственный отец.

– По праву Сиилтонты и по нашим законам, я – новый вождь племени! – во весь голос заявил Налланномом, подняв над головой жезл. И пусть по щекам его текли слезы, но это отнюдь не умаляло его величия. А может и наоборот добавляло образу особого рыцарского достоинства. – Приказываю всем сложить оружие! Сейчас же!

Один за другим жители острова бросали на песок мечи, сабли, посохи и другие средства ведения боя. Молча они опускались на колени и склоняли головы перед новым правителем. Традиции веками передавались от отца к сыну, и теперь никто не смел оспорить результат поединка.

Включая Паммаллонома.

Сделав еще пару шагов, тот бросил последний взгляд на обезглавленного вождя и преклонился перед родным братом, которого еще утром надменно высмеивал.

Нал же смотрел отнюдь не на соплеменников. Не отрывая взгляда, он следил за лидером собственной спаты. И в глазах его застыла немая просьба.

– Рад? – с надеждой в голосе спросила Бешеная.

– Освободить наших. – чуть помолчав, приказал маркиз, слезая с камня. – Банарв, посмотри, что у них интересного в сокровищнице. Местных, если не сопротивляются, не трогать.

Услышав последнюю фразу, Налланномом с благодарностью кивнул и без сил рухнул на колени. К нему тут же подбежали две молодые иллитки, чтобы обработать раны. Среди расы прирожденных пиратов определенно должно хватать умельцев врачевания.

Бешеная, раздосадовано цыкнув, с размаху загнала ножи в ножны и ушла с Банарвом в надежде, что кто-нибудь осмелится сопротивляться. Ксинс сняла оковы с Травмарука и Хапилектры и сопроводила их на корабль. Те пытались ее о чем-то расспрашивать, но дроу отвечала односложно, и им ничего не оставалось, кроме как дождаться возвращения дварфа.

А Радремон медленно подошел к так и оставшемуся возле тела отца Налу. Под давящим взглядом маркиза молодые иллитки, как раз закончившие бинтовать нового вождя, испарились, словно туман поутру, оставив членов спаты наедине. И даже приливные волны почтительно отступили, не смея тревожить могущественного темного мага.

– Спасибо. – подняв голову, проронил иллит. – Спасибо, что сохранил им жизни.

– Они унижали тебя, насмехались, не ставили ни во что, продали в рабство! А ты рисковал собой, чтобы их спасти. – фор Корстед поднял с земли меч бывшего предводителя и принялся вертеть тот в руках. Артефактный. Редкого качества. – Неужели не хочешь отомстить?

– Я уже отомстил. – грустно улыбнулся Налланномом, бросив взгляд на мертвого родителя. – Хоть и не хотел…

– Какой же ты все-таки…

– Я знаю. – перебил его Нал, протянув руку. Радремон подставил ладонь и иллит поднялся на ноги, опершись об нее. – Но по-другому не могу.

Маркиз снисходительно хмыкнул. Скорей всего, Налланномом – единственный на всем Миткаласе, кто умудрился сохранить чистую душу, живя в этом дерьмовом мире. Он даже переступил через собственные принципы ради защиты тех, кто призирал его с самого рождения. И это решение явно далось ему с большим трудом.

– Останешься здесь, вождь? – спросил фор Корстед, кивнув на членов племени до сих пор дожидавшихся приказов.

– Только если захочешь меня прогнать, босс.

– Да ты никак клыки отрастил! – усмехнулся Радремон, пихнув иллита в бок. Тот чуть не упал и маркизу пришлось его придержать. – Тогда шагом марш на корабль. Мы и так тут задержались с твоим выступлением. Кстати, Нал.

– М?

– Классное заклинание.

Налланномом расплылся в искренней улыбке, а уже ближе к вечеру, «Тоника-Люциа» покинула не слишком-то и гостеприимный пиратский остров.

Несмотря на слезные мольбы Паммаллонома, меч вождя фор Кортсед оставил себе. Он глубоко плевал на то, что это атрибут власти и величайшее сокровище деревни. Живое Оружие проголодалось, и его требовалось покормить чем-то более ценным, нежели сабля необычного качества, полученная еще при первом посещении Дуинитона.

Ту саблю Радремон отобрал у бандитов, притворявшихся встречающей новичков делегацией, и она до сих пор валялась в Перстне Безграничного Мрака вместе с еще несколькими видами боевых трофеев.

Так что, в результате поглощения нескольких артефактов, шпага маркиза приобрела новые атрибуты и щедро поделилась с хозяином опытом. Теперь до следующего уровня фор Корстеду оставалось чуть больше четверти. Само же оружие пробрело следующий вид:

Живое оружие (шпага, серьга, жезл, посох, меч, сабля, кольцо)

Качество: уникальный

Способность: Пожирание. Поглощает другие артефакты, перенимая часть их свойств. Оставшиеся свойства преобразует в опыт для владельца.

Способность: Мимикрия. Принимает форму одного из поглощенных артефактов.

+ 22 к силе

+ 15 к ловкости

+ 6 к выносливости

+ 31 к интеллекту

+ 5 к интеллекту для заклинаний школы огня (дополнительно)

+ 25 к мудрости

+ 12 к духу

+ 5% шанс вызвать кровотечение, наносящее 50% от нанесенного последним ударом урона

+ 5% шанс не потратить ману при использовании заклинания

Урон: 78

Особенно Радремона порадовала последняя строчка, чудом полученная с простенького на вид витого колечка. Его маркиз обнаружил в пространственном артефакте мертвого вождя, также поглощенном Перстнем. Так что, даже не беря в расчет возвращение потерявшихся во время шторма орка и гарпию, время, потраченное на посещение пиратского острова, он упущенным не считал.

И теперь ничто не мешало вернуться в родные пенаты.

Глава 34

Оставшаяся часть пути до Дуинитона прошла более или менее спокойно. Пару раз на горизонте показывались паруса, но, кому бы те не принадлежали, Радремон командовал не тратить на них время. И «Тоника-Люциа» с легкостью уходила от незапланированных встреч.

Что весьма огорчало Бешеную, так и не пустившую в ход клинки на пиратском острове.

Воссоединившись с товарищами, спата обменялась последними новостями. Травмарук и Хапилектра с открытыми ртами слушали истории о посещении легендарного Города Тысячи Улыбок, визите на Шалов и, конечно же, битве с Кракеном. Они о подобном и мечтать не могли, и корили злодейку-судьбу, столь не вовремя разделившую их с лидером.

Оказалось, что, когда прежняя «Тоника-Люциа» пошла ко дну, закованный в латы орк едва не отправился следом. Его спасла лишь гарпия. Раз за разом она применяла полученный от фор Корстеда Каскадный рост, удерживая друга наплаву, что позволило ему постепенно избавиться от доспехов.

Однако за это время их отнесло совершенно в другую сторону и выбросило на базе иллитов-флибустьеров. Которые поработили бесчувственную парочку и планировали продать при первой же возможности.

Вот и все приключения.

Но хорошо хоть живы остались.

И все же, наибольшую пользу из последних дней плавания извлек никто иной как Банарв. Сперва он изготовил Травмаруку новую броню взамен утерянной. Причем использовал для этого хитин Короля Моря, поэтому орк щеголял теперь уникальным красным доспехом из панциря гигантского краба. Смотрелся он при этом немного комично, но зато прочностью и параметрами комплект заметно превосходил предыдущий.

А вот полученные с Кракена материалы дварфу никак не давались. И потому его радости не было предела, когда Радремон вручил ему очередной томик кузнечного дела. Банарв прыгал по палубе, как резиновый мяч, и даже едва не свалился за борт, после чего сердечно поблагодарил лидера и, в очередной раз поклявшись в преданности до гроба, окончательно заперся в каюте.

За оставшиеся дни он успел сладить три кирасы из шкуры древнего монстра и несколько ножей с кинжалами из его костяных наростов. Кирасы получились не тяжелее обычных кожаных, однако с легкостью выдерживали удар саблей, нанесенный Гриппо со всей силы. Обновки пошли Налу, Ксинс и Бешеной.

Последней так же досталась и пара длинных чуть изогнутых ножей. Те вышли редкого качества и обладали повышенным уроном и выдающимися параметрами. Банарв так и не признался, что изготовил их специально для светлой, утверждая, что это вообще брак, а сделать он хотел по зубочистке себе и лидеру.

Проплыв мимо Динтаутстких островов, которые спате так и не довелось посетить, они наконец увидели покинутый несколько недель назад материк. И выглядел тот весьма необычно.

Флейт приближался с запада, намереваясь причалить все в том же Чифале, однако сам городок почему-то никак не удавалось разглядеть. Да и береговая линия почему-то смотрелась абсолютно непривычно. Особенно для Гриппо и других опытных моряков.

Кроме того, земли по левую руку сплошь блестели на полуденном солнце серебром, а по правую – наоборот переливались золотом. Будто Дуинитон превратился в причудливое ювелирное украшение.

– Это же снег! – воскликнул один из столпившихся на палубе торговцев, указывая на северную часть материка.

– Обескровленный господь, ты прав! – подтвердил второй. – А это тогда… песок?

Действительно. Радремон припомнил, что в бреднях Люмьена относительно конца света мелькало что-то подобное. Мол с севера наступают льды, а с юга поджимает пустыня. Кто бы мог подумать, что это в самом деле окажется правдой?

Лишь посередине полоса шириной в несколько километров по-прежнему сохранила зеленый цвет. К счастью, примерно в этой области и располагались земли фор Корстеда. От них, кстати, осталось уже не так и много. Судя по отображаемой Феодалом площади – это Велхаст, замок и, возможно, небольшое плато на ближайшей горе. Крохотное. На таком и орлиное гнездо не поместится.

Впрочем, все это, как и конец света, не сильно волновало Радремона. Он хотел лишь забрать из сокровищницы родовую броню, раздобыть дирижабль и отправиться за следующей частью Посоха Вершителя.

Постепенно флейт приближался к береговой полосе. Вдалеке виднелись скалы, на вершине одной из которых дожидался своего хозяина замок. На носу корабля, свесив голову вниз, лежал матрос, высматривавший возможные рифы и другие преграды. Он-то первым и заметил выглядывавшее из-под воды препятствие.

Им неожиданно оказалось пара каменных башен и крыши домов!

– Смотрите! – крикнул Нал, перегнувшись через леер. – Чифал!

Теперь уже и остальные бросили рассматривать изменившийся ландшафт и устремили взгляды на поверхность воды. А под ней, на дне моря еще недавно бывшего частью материка, стояли покинутые жителями здания, оккупированные теперь косяками рыб и другими морскими тварями.

Произошло это в результате Ишнааллтонта, или же Дуинитон, как и Квазнат, медленно погружался в пучины вод, но факт оставался фактом – часть земель Радремон потерял потому, что те банально затонули.

– Мать моя отец… – вытирая вспотевший лоб, пробормотал Банарв. – Вот тебе, что называется, «приплыли».

– Ты чего приуныл, бородатенький? – хлопнула его по плечу ничуть не смущенная происходящим Бешеная. – Погреб твой в замке, замок – высоко в горах. Утонет последним. Успеешь все выхлебать.

– А тебе, стерва ушастая, и капли не дам! – рассерженным жеребцом вскинулся дварф. – Ты мне еще за ножи и броню должна!

– Ты такой смешной, когда злишься. – светлая потрепала Банарва по щекам, из-за чего тот закипел, словно забытый на огне котелок, выхватил молот и принялся гоняться за эльфийкой по всей палубе.

Глядя на них, Хапилектра проклекотала что-то укоризненное.

– Я тоже не понимаю, Хапи, как они умудрились убить Кракена. – пожал плечами закованный в крабьи латы орк. – Уму не постижимо!

Тем временем Радремон решил воспользоваться сложившейся ситуацией и приказал Гриппо взять чуть правее. Раз уж прибрежная часть материка ушла под воду, то, возможно, удастся подвести корабль прямо к скалам, на которых стоит замок. Тогда не придется терять время и идти в обход горных массивов.

К тому же, некое смутное чувство, зародившееся в душе маркиза при виде Дуинитона, подталкивало его выбрать именно этот маршрут.

Флейту действительно удалось подобраться к самому замку. Там, где раньше зияло чернотой безжизненное ущелье, теперь плескались волны, а чайки пикировали к ним, охотясь на подобравшуюся слишком близко к поверхности рыбу.

Испытанное фор Корстедом чувство тоже крепло с каждым пройденным метром, пока он наконец не разобрался в его природе. Случилось ли это благодаря обретению статуса Верховного Повелителя Первородного Мрака, или же из-за того, что Радремон в целом стал лучше разбираться в магии, но теперь он практически воочию видел сотканную из тьмы нить, тянувшуюся из его груди и исчезавшую в далекой вышине отвесных скал.

И маркиз знал, как ею воспользоваться!

– Жеваный! – позвал фор Корстед капитана судна.

– Надкушенный, тысячу акул тебе в… – рефлекторно поправил его Гриппо, на затем увидел кто к нему обращается и махнул крюком. – Тебе можно, герой. Будешь высаживаться?

– Типа того. – усмехнулся Радремон, жестом приказав спате спуститься в трюм. – Делаешь, как договорились. Если через три дня не пришлю весть – выгружай пассажиров и действуй по плану. Корабль в твоем распоряжении, пока снова мне не понадобится.

– Мы с моей девочкой не подведем! – пообещал Гриппо, нежно гладя мачту ладонью. – Чтоб мне моллюски второй глаз выели!

– Но ведь ты говорил, что его… – начал было проходивший мимо Налланноммом, однако его голос заглушил всплеск налетевшей на скалу волны, и иллит, решив не повторять, спустился по трапу.

Где его скоро догнал фор Корстед.

Остальные пятеро тоже дожидались приказов, расположившись среди тюков, ящиков и пропахших рыбой бочек.

– Что мы тут делаем, глава? – поинтересовался Травмарук, скрипя крабьими латами.

– Это мятеж! – радостно потерла руки Бешеная. – Перебьем команду и захватим корабль!

– Он и так наш, дурында! – отмахнулся от нее Банарв. – Сиятельство?

– Исчез… – проронил Налланномом, глядя как Радремон прямо на его глазах Слился с тенью.

Следом растворился в сумраке трюма и он сам. Затем настал черед и всех стальных, последним из которых стал дварф.

– Что за… – хмурясь, начал он.

Массовый теневой прыжок.

– … глупые шутки? – закончил Банарв, стоя посреди тронного зала родового замка. – Оп-ля.

Маркиз так и не понял благодаря чему сумел ощутить последнюю точку привязки заклинания на Дуинитоне, но без тени сомнений ею воспользовался, чтобы перенести спату прямиком в крепость.

Не ожидавшая такого поворота событий служанка, убиравшаяся в помещении, испуганно вздрогнула и выронила подсвечник. Тот жалобно звякнул, упав на каменный пол.

– Да сколько можно, Тия! – прикрикнул на нее находившийся неподалеку Люмьен. – Клянусь четырежды мертвым богом, отправляю тебя назад со всей семьей. И мерзните там до синих соплей!

– М… М… М… – только и смогла выдавить из себя девушка.

– Ну, что там⁈

Дворецкий резко обернулся, его глаза вылезли на лоб, и с отчаянным криком:

– Мастер! – он бросился к ногам Радремона.