Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 71 (всего у книги 207 страниц)

Глава 5

Удаляясь от Киолаи по засыпанному обломками и трупами пляжу, Радремон продолжал поиски Травмарука с гарпией. Так же параллельно он изучал созданное во время схватки с Акулонами «Копье тьмы».

«Копье» являлось чарами второй ступени и существенно превосходило в уроне обычный «Каменный дротик». Обгоняло оно так же и «Тройную стрелу праха». Пусть и не существенно. В любом случае, маркиз сам выбрал во время ритуала именно эту модификацию «Стрелы» ради ее вариативности и до сих пор считал решение верным. К тому же та обладала дополнительным омертвляющим эффектом, способным как деморализовать противника, так и вовсе вывести его из строя.

По дороге фор Корстед так же пытался трансформировать еще какое-нибудь заклинание в школу тьмы. Не то чтобы он сильно нуждался в расширении магического арсенала, но подобное умение никак не могло считаться лишним. Никогда не знаешь, что именно может пригодиться в очередном конфликте.

За основу Радремон взял подаренное Налу «Водяное лезвие», однако все его попытки сформировать что-нибудь вроде «Лезвия тьмы» успехом не увенчались. Возможно из-за того, что, в отличие от «Каменного дротика», маркизу ни разу не доводилось использовать эти чары лично, и он не мог необходимым образом прочувствовать потоки маны.

Или делал неверный пасс рукой.

Или моделировал не тот мысленный образ.

А может алый полумесяц Тулиамоны в небе плохо влиял на плещущийся в желудке эль.

Кто знает?

Но, тем не менее, фор Корстед чувствовал, что не так уж и далек от успеха, а его способности в контроле над магией могут не только догнать аналогичные у Друхи Вестницы, но и оставить те далеко позади, заставив глотать пыль.

Нужно лишь продолжать пытаться.

А там, глядишь, и до магии пространства доберется. А уж с поддержкой артефактов Йорнатала…

Правда Радремон пока что не добыл ни одного, но это все тоже лишь вопрос времени. Главное, что он знал, где их искать. Остановить же его не сможет даже смерть.

Когда окончательно стемнело, маркиз Теневым прыжком вернулся назад в «Дохлый Кракен» и спустился в пристройку, где его уже ждали остальные члены спаты. Он без раздумий использовал заклинание, ведь то переносило исключительно к месту последнего Слияния с тенью. И получается, что, попытавшись телепортироваться в замок, фор Корстед сменил точку привязки, и крепость стала для него окончательно недоступна.

Если только не придумать какой-то способ обойти ограничения.

С наступлением темноты в харчевне стало значительно многолюднее. Вино лилось рекой, а звонкий девичий смех не умолкал ни на секунду. Молодой полуэльф лихо порхал пальцами по клавесину, порождая яркую задорную мелодию, под которую несколько пар тут же пустились в пляс.

Город Тысячи Улыбок жил своей привычной жизнью, не обращая внимания на тех, кому совсем не хотелось улыбаться.

Найти Травмарука с Хапилектрой никому не удалось. Их не видели ни в нижней части города, ни где-либо еще в пределах Киолаи. И хотя на фоне пестрого многообразия живущих здесь рас кто-то определенно сумел бы с легкостью затеряться, но закованный в латы орк в компании мирного монстра определенно не могли долго оставаться незамеченными.

В других условиях логичнее всего было бы счесть их погибшими, но раз лидер утверждал, что они еще живы, то ничего не оставалось, кроме как продолжить поиски.

Чем отряд и занимался следующие два дня.

Они обшарили все побережье отнюдь не маленького острова и даже прошерстили ближайшие леса, заглянув в несколько спрятавшихся там деревушек. Посетили два соседних острова архипелага. Наняли с десяток голодранцев из числа разоренных штормом, чтобы те забрались еще дальше.

Разве что в горы не полезли, потому что те оказались практически непроходимыми, и потерявшейся парочке делать там определенно нечего.

И все безрезультатно. Орк с гарпией, как сквозь землю провалились.

Или, скорее, сквозь воду.

Параллельно члены спаты занимались и своими личными делами.

Эльфийки, например, разыскивали уточняющую информацию о морской диковинке, способной снять проклятие. Время от времени их принимали за жертв общественного темперамента, но посмевшие подбивать к ним клинья наглецы очень быстро и сами становились жертвами.

Банарв нашел прилично оснащенную кузницу и, договорившись с хозяином, продолжил развивать кузнечное дело. Ну а заодно проведал намеченных ранее дварфиек и даже замахнулся на огрессу, но там его ждал оглушительный провал.

Причем в прямом смысле последнего слова.

Понадобились усилия двух орков и тяглового вола, чтобы вызволить бородача на свободу. После чего он поклялся, что никто и никогда не узнает об этом конфузе.

Налланномом тоже, получив у Радремона эссенцию жидкого пламени каменного типа, занимался чем-то определенно полезным, не забывая радовать официанток «Дохлого Кракена». Все-таки традиция – есть традиция. Причем иллит умудрился достичь такого уровня мастерства, что прожженные труженицы горизонтального фронта даже денег с него не брали.

Сам же фор Корстед время от времени посещал О’Линтрата и контролировал процесс ремонта галеры. Торговец расположился на одной из площадей центральной части города неподалеку от полноводной реки, стекавшей с гор, и имел все шансы восстановить корабль в срок. По крайней мере работы не прекращались даже ночью.

Таким образом, если волны утихнут (а они постепенно начали сменять свой гнев на милость), судно можно сплавить вниз по течению и сразу же отправиться в сторону Динтаутских островов.

Так же Радремон выяснил, что Киолаей руководила горная эльфийка Глост баан Сатор (воин шестого ранга) при помощи двух сестер: Треск и Шелест, являвшихся магами пятого ранга. Глост жила в городе уже три с лишним века и держала в верхней его части элитный бордель под названием «Нефритовый Рай». Там ее знали как Нефритовая Госпожа, и посещать сие заведение дозволялось исключительно аристократам, заслужившим доверие самой хозяйки.

На четвертый день пребывания спаты в Городе Тысячи Улыбок волны более или менее улеглись, и море даже немного отупило, будто извиняясь за причиненные неудобства. Рано утром в «Дохлый Кракен» прибежал посыльный от Затура и сообщил, что корабль практически готов, и после полудня вполне можно отчаливать. Торговец так же намекал на необходимость финансовых вливаний, но фор Корстед отрезал, что заплатит не раньше, чем почувствует под ногами раскачивающуюся палубу.

Оставались считанные часы до отправки в путь, и члены спаты решили предпринять последнюю попытку найти потеряшек, а за одно собрать сведения с нанятых информаторов. Радремон же считал, что они и без того сделали все, что могли, и решил посвятить это время проведению ритуала повышения заклинания до третьей ступени.

В качестве объекта эксперимента он выбрал новообретенное «Копье тьмы». У маркиза уже имелось проверенное временем и множеством сражений боевое заклинание, а обладание еще одним не давало ему особого преимущества. В конце концов, какая разница – швыряться «Стрелами» или «Копьями»?

С другой стороны, после успеха с созданием новых чар, фор Корстед почувствовал в себе некоторые изменения. Да, возможно он всего лишь находился на волне воодушевления, но почему бы не попытаться повлиять на исход ритуала? Ведь если повезет, то он обретет еще один один бесценный инструмент, который позволит значительно повысить личное могущество. В случае же провала, Радремон получит обыкновенное боевое заклинание третьей ступени, со всеми его преимуществами и недостатками.

В сражениях с разумными противниками, где важна скорость и реакция, подобные чары большого превосходства не на дадут, но зато их можно будет эффективно использовать их против монстров. Что тоже весьма приятно.

Запершись в комнате, фор Корстед, следуя описанным в книге инструкциям, завершил все надлежащие приготовления. Трудностей не возникло. Ритуал мало чем отличался от предыдущего, разве что требовал более дорогих ресурсов и в бо́льших количествах. Особенно ударила по карману необходимость использовать сразу пять эссенций жидкого пламени вместо одного. Но запас пока что имелся, и Радремон приступил.

Вернее попытался.

Потому что стоило ему зажечь свечи с ремной пылью и усесться внутри начерченной на полу схемы, как дверь сотряслась от отчаянных попыток ворваться внутрь. Будто кто-то спасался бегством от орды любвеобильных мужеложцев и нашел единственное спасение в жилище маркиза.

– Рад, Рад, ты там? – послышался встревоженный голос Налланномома. – Открой, Рад!

– Я занят! – грубо отрезал фор Корстед. – Выйду, как освобожусь.

– Ты не понял, Рад. – не унимался иллит, дергая дверную ручку. – На город…

– Я сказал нет! – рявкнул Радремон, распростирав вокруг себя давящую ауру могущества. Пламя на расставленных по кругу свечах испуганно дернулось и едва не погасло, а плясавшие по стенам тени почтительно склонили головы, признавая власть Темного мага. – Разберитесь сами. Не дети. А я не нянька. Все! Выйду, как закончу.

Слышно было, как Нал пару раз переступил с ноги на ногу, скрипя половицами, затем вздохнул и быстрым шагом ушел в сторону лестницы. Фор Корстед же выкинул из головы лишние мысли и, закрыв глаза, сосредоточился на ритуале.

Глава 6

Несмотря на все предупреждающие сообщения системы, первая стадия ритуала завершилась вполне успешно, и Радремон вновь ощутил себя мирно плывущим по реке энергии мира. Та чуть слышно плескалась вдоль бортов лишенной весел лодки; легкий бриз нежно ласкал кожу, даря чувство покоя; а едва ощутимый аромат луговых цветов приятно щекотал нос.

Вне времени.

И вне пространства.

Один на один со вселенной.

Лишь пять огоньков пылающей тьмы, будто вырезанные из ночного неба бабочки, порхали вокруг маркиза, чертя затейливые линии неподдающегося осознанию узора.

Трепеща невесомыми крыльями, они то приближались, то отдалялись, будто дразня застывшего в ожидании мага, как вдруг, обернувшись наконечниками стрел, разом вонзились в тело фор Корстеда.

От неожиданности Радремон охнул, но боли не пришло, а в следующий миг он уже изучал предложенные системой варианты улучшения заклинания.

Их оказалось всего два.

И каждое было по-своему интересно.

Калечащее копе тьмы

Школа тьмы.

Повреждает не только плоть врага, но и его энергетическое тело, заставляя вместе со здоровьем терять ману.

Урон: 300.

Накладывает эффект «Тернии мрака»: противник теряет 200 единиц здоровья и маны в течении 15 секунд.

Дальность применения: 20 метров.

Применение: 30 маны.

Требования: 40 интеллекта, класс Темного мага

Концентрация: 3 секунды.

Урон в три с лишним раза больше, чем у «Стрелы праха» второй ступени! И это не считая эффекта от Терний мрака. Да, заклинания третьей ступени определенно стоили своей славы!

По всем требованиям маркиз подходил. Тридцать маны на использование, хоть и смотрелись внушительно, но тоже особо не пугали. Однако концентрация…

Клятая концентрация!

Если бы не она, фор Корстед тут же выкинул бы в помойку «Тройную стрелу праха» и разил врагов исключительно «Калечащими копьями». С учетом всех бонусов и пробивания магической защиты для заклинаний школы тьмы, даже Брювалдо пришлось бы туго.

Но Радремон уже не ориентировался на Брювалдо. С недавних пор его целью стал воин в разномастных латах, завладевший одним из элементов Посоха Вершителя. И для победы над ним требовалось стать значительно, значительно сильнее!

Но что там с альтернативой?

Темный гарпун

Школа тьмы.

Не исчезает после применения, доставляя жертве невообразимые страдания. Позволяет совершить дополнительные манипуляции.

Урон: 400.

Дальность применения: 20 метров.

Применение: 30 маны.

Требования: 30 интеллекта, 15 силы.

Концентрация: 3 секунды.

Описание по-проще, и не совсем понятно, что за дополнительные манипуляции, однако урон уговорил сам за себя. Четыре сотни здоровья мог снять «Темный гапун» за одно попадание! Не каждый воин пятого ранга выдержит подобное. Что уж говорить про более хлипких магов.

Даже сам фор Корстед обладал запасом, превышающим этот показатель всего на двадцать пунктов. Правда эффекты от Темного мага и Истинного Властителя Первородного Мрака даровали ему защиту от чар школы тьмы, но это не значит, что в других школах не найдется чего-то подобного.

Тем более, что «Темный гарпун» не нуждался в классе Темного мага. И еще несколько удивляло требование к силе. Хоть Радремон и подходил по параметрам. Похоже у системы не хватило приемлемых заготовок, и она на ходу сформировала заклинание, взяв за основу что-то совершенно другое.

Все-таки изначально «Копья тьмы» не существовало в природе, и маркиз создал его самостоятельно. Но, благодаря системе и повышению уровней, он все равно мог использовать даже нечто со столь необычными требованиями.

Вот только снова, Бездна ее забери, концентрация!

Насколько же сильно она портила все положительные моменты!

Ни Брювалдо, ни, конечно же, Пел не станут стоять и ждать пока там фор Корстед соберется с мыслями и приголубит их циклопической «мухобойкой». Они с радостью воспользуются случаем и превратят маркиза либо в дымящейся уголек, либо в парящий фарш. Смотря с кем придется сражаться.

С этим нужно что-то делать.

Поэтому, не торопясь останавливать свой выбор на предложенных вариантах, Радремон предельно сосредоточился и попытался убрать концентрацию из описания «Калечащего копья тьмы».

Мирозданию подобное вмешательство определенно не понравилось. Окружавшая маркиза спокойная гладь пошла рябью, а сам он ощутил давление, как если какой-нибудь огр решил бы сделать ему массаж и слегка не рассчитал силы.

Или совсем не слегка.

Из фор Корстеда разом вышибло дух, но он стиснул зубы и не отступил. Радремон не мог знать наверняка имеется ли у его затеи хоть малейший шанс на успех, однако он не раз обещал себе не останавливаться ни перед какими препятствиями, будь то простые смертные, монстры или даже боги. Сейчас ему противостояли основы самого Миткаласа, но и этот факт не заставлял маркиза задуматься о позорном бегстве!

Давление возросло.

Рябь на реке энергии превратилась в волны. Те яростно роптали на простого смертного, посмевшего нарушить их покой.

Лодка начала брыкаться, будто норовистый конь, стремящийся избавиться от наглого всадника.

Вот только и теперь фор Корстед не сдался. Более того, он дерзко поднялся на ноги и гордо вскинул голову, противопоставляя себя всему миру.

Ненавистному миру, отнявшему у него столь многое!

Волны росли и ширились, далеко превзойдя девятые валы, каждый из которых смотрелся бы сейчас оградой песочницы по сравнению с крепостными стенами. Натиск окружающего пространства увеличился настолько, что был в состоянии обернуть реки вспять, а горы вывернуть наизнанку, превратив в глубочайшие впадины. Лодка ходила ходуном под ногами Радремона, то норовя опрокинуться на бок, то и вовсе задрать нос вертикально к небу.

Но каждый раз маркиз умудрялся обуздать свое утлое суденышко и не вывалиться на потеху разбушевавшейся стихии духовного воплощения ритуала.

Фор Корстед ощущал гнет каждой клеточкой своего тела. Ему казалось, что вся вселенная легла ему на загривок. Возможно именно так чувствовал себя четырежды мертвый бог, раз за разом жертвовавший жизнью, чтобы не дать миру скатиться в Бездну.

Радремон не был богом. Ему едва хватало сил, чтобы не рухнуть раздавленным, словно муравей под ногой слона. Но когда казалось, что он готов вот-вот сдаться и отступить, вместо это он с утробным ревом расправил плечи, а наружу из него хлынул поток первозданной тьмы.

Неизвестно таилась ли она внутри самого фор Корстеда, или он стал лишь проводником, впустившим ее в этот мир, но, обретя поддержку, Радремон с новыми силами бросился в бой.

Вот только и этого оказалось недостаточно, чтобы обрести безоговорочную победу.

Несокрушимая мощь целого мира противостояла маркизу, и даже тот факт, что он до сих пор не пал ниц перед этим непреодолимым могуществом, определенно делал ему честь.

Поэтому, когда ритуал с хлопком завершился, и фор Корстед обнаружил себя стоящим посреди задымленной комнаты с обнаженной шпагой в руках, на его уста скользнула кровожадная улыбка собственного превосходства. Пусть ему и не удалось сходу избавиться от эффекта концентрации, но для первого раза получилось неплохо.

Совсем неплохо.

Калечащий гарпун тьмы

Школа тьмы.

Повреждает не только плоть врага, но и его энергетическое тело, заставляя вместе со здоровьем терять ману.

Не исчезает после применения, доставляя жертве невообразимые страдания. Позволяет совершить дополнительные манипуляции.

Урон: 400.

Накладывает эффект «Тернии мрака»: противник теряет 200 единиц здоровья и маны в течении 15 секунд.

Дальность применения: 30 метров.

Применение: 30 маны.

Требования: 50 интеллекта, 35 силы, 30 мудрости, 20 духа, 20 ловкости, 20 телосложения, класс Темного мага

Концентрация: 3 секунды.

Радремону удалось объединить два заклинания в одно, вобрав в него все самое лучше. Даже дальность применения выросла на целых десять метров.

Изменились, правда, при этом и требования.

Такого маркиз еще не видел.

Интеллект, мудрость, дух, ловкость, сила. Даже телосложение! За исключением выносливости, нужно было обладать выдающимися параметрами во всех аспектах развития!

Вряд ли кто-то еще во всем Миткаласе мог бы использовать нечто подобное.

Собственно и сам фор Корстед пока что не мог. Его показатель силы, после получения двадцатого уровня, достиг лишь двадцати двух пунктов. Еще одиннадцать могло дать Живое Оружие. Но ведь оставалось три нераспределенных! Как же хорошо, что Радремон еще со времен своего обитания на Ахалдасе оставил за правило держать небольшой запас. Подобная предусмотрительность уже не раз выручала маркиза, и вот он вновь мысленно благодарил себя за дальновидность.

Кроме того, система отметила достижение фор Корстеда новым титулом:

Архимаг

Вы достигли небывалых высот в познании магии. Лишь единицы за все время заслужили право на столь высокое и почетное звание. Ваш разум не знает границ, а имя будет сверкать бриллиантами в исторических хрониках!

Архимаг лучше других понимает основы магии.

+ 20% шанс распознать суть заклинания.

Архимаг непревзойден в манипуляции с маной.

+ 30% шанс не потратить ману во время применения заклинания.

Архимаг – творец и неустанный исследователь.

+ 10% шанс создать новое заклинание.

Улыбка на лице Радремона стала еще шире и грозила уже превратиться в гримасу. Если бы кто-то сейчас увидел его со стороны, то содрогнулся бы от ужаса и решил, что в маркиза вселился демон.

Но фор Корстед, несмотря на неудачную попытку избавиться от концентрации, оставался доволен. На счет «непревзойденности» Архимага он, конечно, мог бы поспорить – Темный маг в этом плане давал куда больше – однако вместе они…

В этот момент размышления Радремона прервал сильный толчок в ноги. Ему даже на миг показалось, что река энергии вырвалась из ритуала и решила достать его в реальности, но посыпавшаяся с потолка пыль, быстро доказала обратное.

Что-то серьезное происходило снаружи «Дохлого Кракена».

Глава 7

Толчок повторился, и Радремон вспомнил, что перед самым началом ритуала Налланномом пытался предупредить его о какой-то проблеме. Маркиз доверил спате решить вопрос самостоятельно, но, судя по всему, они не справились.

Ну или расшатывали жилой корпус «Дохлого Кракена» в надежде вытряхнуть лидера наружу. Потому что пол уже во всю ходил ходуном, стены дрожали, а фор Корстед начинал чувствовать себя сушеным горохом внутри маракаса.

Радремон подошел к окну, распахнул ставни, и на него обрушилась целая лавина звуков, которые до этого он неосознанно игнорировал. Треск и грохот раскалываемых камней, полные паники девичьи визги, крики команд, свист заклинаний и навыков – все сливалось в сплошной неистовый гвалт, плотным саваном накрывший Город Тысячи Улыбок.

С высоты верхней части горда, где обосновался маркиз, он прекрасно видел, что Киолаю постигло очередное несчастье. Большую часть деревянных построек от средних районов и ниже постигли массовые разрушения. Они выглядели так, будто кто-то опрокинул на поселение аквариум размером с остров.

Причем в этом аквариуме спокойно себе жили ракообразные всех форм и размеров. От обыкновенных, которых спата в большом количеств употребила накануне на ужин, до серьезных особей размером с телегу. Они растеклись по улицам, сея хаос и разрушения, а каждый, способный держать в руках оружие или использовать магию, заступил им дорогу, чтобы отстоять право и дальше наслаждаться веселой жизнью в этом райском уголке.

Но дальше всех продвинулся здоровенный красный краб, уже практически добравшийся до «Дохлого Кракена». Ростом он превосходил трехэтажные здания и с легкостью крушил их, пронзая остроконечными ногами, а мощные клешни могли без проблем перекусить не только человека, но и закованную в броню лошадь. Подобный экземпляр запросто сошел бы за финального монстра какого-нибудь данжеона.

Противостояли чудовищу три горные эльфийки. Их тела покрывали свободные одежды, сочетавшие в себе красный и синий цвета, а выбор оружия не оставлял сомнений относительно специализации.

Воин с парой традиционных для дроу изогнутых ножей и две чародейки с посохами – трио сестер баан Сатор, главенствующих в Городе Тысячи Улыбок.

Прямо на глазах Радремона Шелест, оправдывая свое имя, взмахнула напоминающим трезубец артефактом, и к монстру, рассекая воздух с едва различимым шорохом, устремилась целая вереница ветряных клинков.

Далеко не самое слабое заклинание второй ступени.

Тем не менее оно не оставило на прочном панцире краба и царапины. Но зато достаточно отвлекло, что позволило Треск завершить подготовку, и прямо из воздуха в страшилище ударили чары уже третьей ступени.

С оглушительным громовым раскатом ослепительно-белая ветвистая молния низверглась на тварь, заставив ту замереть и остановить свое шествие. Краб даже немного присел. Но и столь мощная магическая атака не сумела нанести ему существенного вреда.

Тогда в дело вступила Глост. Пользуясь замешательством чудовища, она направила на него острие ножа, и сверкнув навыком, в один миг сократила расстояние, оказавшись вплотную к ноге, каждый из сегментов которой был выше ее роста. А одновременно с ее рывком Шелест наложила на сестру светившиеся нежно-зеленым светом чары.

Радремон не сумел распознать заклинание, однако то сделало тело Глост значительно быстрее и легче, что позволило ей подпрыгнуть на полтора метра вверх и, буквально зависнув в воздухе, обрушиться на сочленение панциря целым вихрем ударов.

Выпад за выпадом, умение за умением – за считанные мгновения правительница Киолаи произвела больше десятка мощнейших атак. Вот она истинная сила и ловкость воина шестого ранга! Бешеной до того пока далеко.

Однако, несмотря на всю свою мощь, Глост удалось лишь немного навредить монстру, отколов от его ноги несколько осколков. Требовалось нечто большее, чтобы пробить столь серьезную защиту.

Краб взмахнул клешней, намереваясь схватить дроу, но в этот момент на него обрушилась очередная молния. Пусть та и не добралась до мягкой плоти, но зато вновь пригнула тварь к земле, таким образом защитив Глост и позволив ей произвести еще одну атаку.

Отличный пример слаженной командной работы. Еще несколько осколков хитиновой брони отлетели в сторону, и эльфийке даже удалось обнажить крохотный участок мяса.

Радремон подумал, что к вечеру, если дамам повезет, хватит выносливости и маны, и они ни разу не ошибутся, то, возможно, им удастся полностью лишить монстра подвижности. После чего его уничтожение станет лишь вопросом времени.

Наблюдая за продолжавшимся сражением, он заглянул в параметры спаты и убедился, что со спутниками все в порядке. Судя по всему, они бились где-то в городе. У Бешеной слегка не доставало здоровья, но Налланномом потратил часть маны и справил ситуацию.

Значит они вместе. Хорошо. Узнать бы еще что произошло.

Тем временем Шелест подключилась к нападению и принялась кромсать магией обнаженный участок плоти в те моменты, когда Глост приземлялась на землю для очередного прыжка. Треск продолжала раз за разом применять свои чары третьей ступени, обрушивая молнию сразу, как позволяла задержка концентрации.

Стратегия приносила свои плоды. Они почти перепилили одну ногу.

Но у крабища нашлось чем их удивить.

Распахнув жвала, тот изверг из себя поток пены, состоявшей из крупных полупрозрачных пузырей. Волна чуть не захлестнула Глост, но Шелест прикрыла ее магическим куполом. Однако часть сфер все-равно проникла сквозь защиту, и управляющей Киолаей пришлось рассечь их клинками.

Вот только пузыри оказались не полыми, и из них выплеснулась жидкость, являвшаяся некоторым подобием кислоты. Попав на кожу, та нанесла значительный урон, заставив Глост пронзительно вскрикнуть и отступить. Ее лицо и руки дымились, сплошь покрывшись красными волдырями. Оружие со звоном выпало на мостовую. Кажется она даже потеряла глаз.

Не удовлетворившись достигнутым, монстр вновь распахнул пасть, намереваясь добить противницу. Треск не могла помочь сестре, продолжая молниями сдерживать чудовище. Шелест же, применив на себя сверкающие зеленым чары, устремилась к воительнице, чтобы лично вывести ее из-под атаки.

«Такими темпами они и до утра не управятся». – лениво подумал Радремон, подавив зевок. После борьбы с мирозданием почему-то жутко хотелось спать. – « А у меня вояж. Придется поучаствовать».

К тому же маркизу хотелось опробовать в деле новое заклинание, полученное путем слияния двух других. Его даже не смущала необходимость потратить на силу часть нераспределенных очков параметров. Все-таки эти чары по урону на много превосходили «Тройную стрелу праха». А с учетом всех бонусов…

Фор Корстед вытащил из ножен шпагу.

Живое Оружие уже поглотило немало артефактов и с одного из них (или с нескольких, что уже не имело значения) получило прибавку к силе. Одиннадцать пунктов. Двадцать два Радремон накопил своих. Итого двух не хватало. Кто же знал, что нужно было просить у Банарва изготавливать броню из Прожороножек с увеличением силы. А не интеллекта, мудрости или духа.

Но теперь это уже не так важно.

Два очка пополнили соответствующий параметр, и маркиз сосредоточился на использовании новых чар.

Калечащий гарпун тьмы.

В правой руке фор Корстед держал шпагу, над левой же постепенно начала скапливаться тьма. Она концентрировалась, уплотнялась и вытягивалась, приобретая форму копья. Вот только вместо обычного симметричного наконечника, на самом конце сформировался массивный зазубренный крюк, размером с две орчьих ладони.

Едва обретя форму, крюк раздвоился, а затем каждый из них раздвоился еще раз, равномерно распределившись с переднего края. Таким образом гарпун стал походить на монструозную помесь четырехлопостного заостренного пернача и толстой рыцарской пики, способной сбить на ходу лошадь.

Но и на этом метаморфозы не закончились.

Когда заклинание практически оформилась, а тьма в руке Радремона обрела осязаемую тяжесть, по всей поверхности древка выступили шипы, похожие на те, которыми защищается стебель розы. Но они не жалили фор Корстеда, а мягко складывались под его ладонью, доверительно позволяя надежно схватить колдовское оружие.

Только по завершении создания чар Радремон понял зачем ему требовалось тридцать пять пунктов силы. Будь у него хоть на единицу меньше, и он не то что бросить – даже удержать на весу такую махину не смог бы.

– Вещь! – удовлетворенно произнес маркиз, разглядывая творение.

А в следующую секунду размахнулся и что есть мочи метнул заклинание прямо в монстра!