Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 207 страниц)

Хотя нет, запах был настоящим.

Посреди дороги находился человек с начисто оторванной левой ногой. Он медленно полз прочь от площади, цепляясь за камни изломанными пальцами и оставляя за собой пурпурно-красный след. На его плече красовался лоскут знакомой Радремону повязки.

– Эй, это же Кошник! – воскликнул Чебош и бросился вперед, но его остановил маркиз и сам подошел к раненному.

Фор Корстед перевернул мстителя на спину. Других повреждений видно не было, но тот потерял много крови и готовился с минуты на минуту отправиться к мертвому богу. Однако хотя бы на пару вопросов он должен успеть ответить.

– Что случилось? Говори! – Радремон дважды отвесил мужчине пощечину, приводя того в чувство, и одновременно дал знак Налланномому не вмешиваться.

– Мы… Мы атаковали. – прохрипел боец, пытаясь сфокусировать взгляд. – Сова пропела… Сигнал. Атака…

– Дальше что? Не молчи! – наседал маркиз.

– Свинтеры… Слишком много… Больно! Воды…

Фор Корстед вытащил из Перстня флягу, вынул пробку, поднес горлышко к губам раненного. Но сделать глоток тому было уже не суждено. Вода заполнила полость рта и хлынула на мостовую, смешиваясь с кровью и стекая в канаву, которая давно уже молила о чем угодно кроме содержимого ночных горшков.

Что ж, этой ночью она вдоволь напьется красного.

– Кошник… Как же так… – причитал Чебош. – Это все ты! – он обвиняюще ткнул пальцем в Радремона. – Мы должны были атаковать главный склад. Вместе! А ты…

– Заткнись. – мрачно оборвал его Банарв. – Если бы не мы, ты сейчас лежал бы рядом. Тупой люд. У тебя еще будет шанс расстаться с жизнью. Вряд ли свинтеры оставили свое детище совсем без охраны.

Чебош побледнел не хуже трупа, а маркиз дал знак править дальше. И только Гвист задумчиво произнес вполголоса:

– А кто же тогда подал знак?..

Но его реплика внимания не удостоилась.

Площадь Патриотизма представляла собой форменное побоище. Десятки мертвецов валялись вперемешку, обнимая друг-друга в последним неистовом порыве. Единые и беззащитные перед лицом смерти. Она с одинаковой нежностью принимает каждого вне зависимости от расы, религии, принадлежности к роду или политическим взглядам.

Для нее все равны.

Но не для Радремона.

Он рассматривал тела, читая поле боя подобно открытой книге. Вот орк, словно еж, утыканный стрелами, душит молодо парня. Тот до последнего пытался пришить зеленокожего, нанеся с десяток ударов ножом.

Вот кровавая полоса из отрубленных конечностей и выпотрошенных кишок. Ее оставил закованный в кольчугу дварф, умело орудуя обоюдоострой секирой. Самые смелые крысы уже вовсю копошились в парящем мясе, выискивая куски посочнее.

А вот и сам дварф. Без единой кровавой отметины, но покореженный и переломанный, будто некий великан пытался вылепить из него снежок. Явно магия.

Отчетливо виднелись и следы других заклинаний. Огонь, лед, молнии, ветер, вода, камень – в ход шло все, способное заставить противника страдать, терять единицы здоровья, а вместе с ними и жизнь.

Тяжелый смрад обугленной плоти смешивался с вонью последнего содержимого кишечников и формировал удушливое облако, погребальным саваном зависшее над площадью. Еще утром здесь гуляли и веселись обычные жители, а теперь степенно и чинно справляла тризну Ее Величество Смерть.

Чебош, не выдержав, изверг ужин в сточную канаву и стоял, смахивая невольно выступившие слезы. За стеной ближайшего здания громко, надрывно плакал младенец, и обеспокоенная мать никак не могла его утешить.

Стонал набат.

– Куг, Чебош, остаетесь охранять добычу. – распорядился фор Корстед. – Подъедете, когда дам знак.

– Какой? – выдавил из себя Чебош, вытерев рот тыльной стороной ладони.

– Жопиной! – съязвила Бешеная. – Какой услышишь, такой и знак.

– Остальные, за мной. – Радремон махнул жезлом, но замер и, чуть подумав, добавил. – Хотя оставлю вам еще кое-кого.

Зомбификация.

Утыканный стрелами орк под изумленными взглядами восьми пар глаз поднялся на ноги, отбросил в сторону мальчишку со свернутой шей и, качаясь, зашагал к фургону, на ходу подобрав чей-то двуручный меч.

– Зомби… – удивленно прошептал Налланномом.

– Н-некромант. – с ужасом в голосе выдал Гвист.

– Спокойно, он вас не обидит. – усмехнулся маркиз.

Чебоша снова вывернуло.

Приказав прислужнику сторожить, фор Корстед направился к воротам склада. Одна створка выглядела так, будто ее только вчера покрасили и установили, а вот вторая, сломанная и покореженная, валялась внутри грудой порубленных досок. Та самая, на которой Радремон видел защищающий от темной магии оберег. Похоже его установка повредила что-то в затворяющих чарах, и Мстителям удалось пробиться внутрь.

Правда не на долго.

Б о льшая часть трупов под ногами имела на плече алую повязку. Видимо чтобы в суматохе боя легче отличать своих от чужих. Интересно, знала ли Ариэлана, что повстанцы на самом деле используют такие?

– Так получается, тот оживший пес в данже – твоих рук дело? – спросила Бешеная, разминая плечи перед новой схваткой.

– Скорее паук. – поправила ее Ксинс, доставая из колчана сразу две выкованные Банарвом стрелы.

– И гоблин! – неожиданно осенило иллита. – Гоблин на поле!

– Какой еще гоблин? – не понял дварф.

– Ну, помнишь, я рассказывал…

Гвист с усачом шли молча, нервно сжимая в руках оружие и с опаской поглядывая на временного лидера и его спутников.

– Да, «и гоблин». Да, «моих». – перебил Нала маркиз, ответив сразу обоим. – Но больше такой фокус провернуть не удастся. Пока что, по крайней мере. Придется довольствоваться тем, что есть. А теперь…

Он вновь применил заклинание воскрешения, превратив в нежить мужчину-воина с повязкой на плече. У того отсутствовала часть головы, но это ему не помешало (а может и помогло) бесстрашно шагнуть в черноту выбитой створки ворот. И тут же получить в грудь два арбалетных болта.

Пошатнувшись, зомби попер дальше, а изнутри послышался возглас:

– Что за срань⁈

Ксинс, не мешкая, одну за одной выпустила две стрелы на звук.

– В бой! – скомандовал Радремон, воспользовавшись замешательством врага. – Убить всех!

Глава 16

Первым внутрь зашел Банарв. Несмотря на то, что зомби отвлек на себя часть внимания, ему пришлось тут же активировать защитный навык, принимая урон от стрел и заклинаний.

Под ошеломительным натиском дварф пошатнулся и чуть не упал, но, зарычав сквозь стиснутые зубы, нашел в себе силы шагнуть вперед, освобождая остальным пространство.

Зомби к этому моменту, не выдержав напора, уже помер, но Радремон поднял нового и отправил в бой. Вместе с ним в ворота ворвалась и Бешеная. Стремительным ужом она тут же ушла с линии обстрела, прямо в полете отбила стрелу, увернулась от Каменного дротика и сцепилась в схватке с вооруженным двумя топорами орком, укрываясь за ним от новых дистанционных угроз.

Кроме того, светлую прикрывала Ксинс. Прячась за стеной, она на один миг выглядывала в провал, посылала через голову Банарва сияющую навыком стрелу и снова пряталась. Крики боли подтверждали – эльфийка не мазала.

Сделав еще пару шагов вперед, дварф понял, что действие защитного навыка вот-вот иссякнет, а потому он воспользовался новым умением. Его щит резко увеличился в размерах и рухнул ребром на землю, оставив на ней вмятину. Заодно полностью перекрылся проход, что позволило дроу подобраться поближе. То же самое сделали и остальные.

Стрелы и заклинания барабанили по щиту, словно град по крыше сарая. Тот трясся в припадке, но Банарв держал.

– Сият… Сумрак, суть твою! – крикнул бородач, едва перекрывая грохот. – Ты делать что-то будешь? Их там тьма!

– Вы, двое. – обратился Радремон к усачу с Гвистом. – Прикрываете его. – он указал на Налланномома. – Отвечаете жизнью. А ты, вперед не лезь, помогай отсюда. Остальное сам знаешь.

Иллит кивнул.

На всякий случай повесив на мстителей по Среднему щиту стихийной магии(такому же, какой уже защищал членов спаты), маркиз поднял и отправил в бой очередного зомби, а следом выскочил и сам.

Внутренний двор главного склада Свиты представлял собой покрытый песком квадрат, окруженный приткнувшимися друг к другу постройками. В тусклом свете серпа Тулиамоны все пространство казалось пронизано кровавыми нитями и висящей в воздухе багровой взвесью. Но еще больше красноты добавляли свежие рубцы на телах защитников.

Похоже, отбив нападение и получив сообщение об угрозе на другой точке, свинтеры приняли решение оставить раненных и отправились ловить Таинственного Сумрака. На что и рассчитывал фор Корстед.

Однако при этом защищать ресурсы осталось куда больше народу, чем прогнозировала Вдова. Хотя и не «тьма», как показалось Банарву. Штук семь магов, четверо лучников, двое арбалетчиков и несколько воинов, вооруженных кто во что горазд. Причем некоторые уже лежали ничком, обагряя песок потоками свежей крови

Род явно готовился к нападению. Не знали они только об изменившихся планах Радремона. На чем и погорели.

Все это маркиз отметил буквально за пару ударов сердца, потому что в следующий миг ему пришлось укрываться Средним каменным щитом, защитившим его от боевого навыка мечника и пары стрел.

В ответ фор Корстед практически в упор запустил две Стрелы праха, за считанные секунды превратившие воина первого ранга в груду гниющей плоти. Чуть больше повезло воину второго, подбиравшемуся следом, но и тот потерял возможность сражаться, а следом «пораскинул мозгами», получив в голову Взрывной выстрел от Ксинс.

Да, тридцать интеллекта и Истинный Властитель Первородного Мрака определенно поднимали заклинания школы тьмы на совершенно иной уровень. Даже если это всего лишь базовая «Стрела праха» первой ступени.

– Сумрак!

– Темный маг!

– Он здесь! – послышались возбужденные крики в рядах врага.

И Радремон не стал их разочаровывать. Запустив в ближайших воинов сразу несколько Стрел праха(от большей части из которых те, впрочем, увернулись), маркиз навесил на магов с лучниками три Удушающих облака и, воспользовавшись поднявшейся суматохой, осушил восстанавливающее ману зелье.

Это стало переломным моментом.

Пространство заволокли колдовские клубы дыма. Свинтеры вываливались из них, с выпученными глазами, жадно хватая ртом воздух. Заклинание не убивало ранговиков, но знатно дезориентировало. Маркиз добавил сумятицы, воскресив вместо павшего зомби одного из арбалетчиков. Тот ударил своим в тыл, оттянув на себя еще часть внимания.

Поняв, что больше нет нужды беспокоиться об угрозе с расстояния, Бешеная показала себя во всей красе, танцуя пляску смерти и порождая потоки крови, дождем осыпающиеся на землю. Она чередовала оба боевых навыка, взрезая кольчуги и отрубая конечности. Ее леденящий душу смех ввергал врагов в ужас.

Вернув щиту нормальный размер, к эльфийке присоединился Банарв, скупо орудуя мечом. Даже парочка мстителей, осмелев, решилась обагрить сталь, действуя из-за спины дварфва. А Налланномом, зорко следя за ходом сражения, пару раз призывал свою иллюзию, сбивая свинтеров с толку. В темноте, да в суматохе боя, те не сразу понимали, что именно рядом с ними возникло. Обычно подобное промедление каралось смертью.

Неожиданно перед фор Корстедом взорвался вихрь снежинок. Это радужная пелена Стихийного щита, поглотила запущенное в него Ледяное копье. Или два.

На всякий случай Радремон обновил защиту.

И не зря.

Через миг на него рухнула глыба льда размером с орка. Но и ее урона не хватило чтобы пробить защитные чары второй ступени. Ведь те только и умели, что нивелировать ущерб стихийной магии. Не спроста маркиз выложил за них почти две сотни кровью добытых трофейных монет – он знал куда шел и заранее подготовился.

Оглядевшись, фор Корстед увидел в дверях одного из складских помещений светлого эльфа. В отличие от остальных свинтеров, на нем не было ни царапины, а одежда выглядела так, словно только что вышла из-под иглы портного. Ни складок, ни пылинки, ни пятнышка.

Направив на Радремона витой посох с навершием из кристалла синего кварца, эльф метнул еще два Ледяных копья, от которых маркиз легко уклонился.

Сам он ответил Стрелой праха, подкрепив ее Узами отчаяния, но жгуты тьмы развеялись, едва коснувшись врага и, тот просто шагнул в сторону, пропустив смертельно опасный тлетворный сгусток мимо себя.

– Квинедартиэль. – понял фор Корстед. – Маг третьего ранга.

– К твоим услугам, Таинственный Сумрак. – эльф изобразил учтивый поклон. – Или лучше называть тебя Радремон?

Первым желанием маркиза было сдернуть маску, чтобы не закрывала обзор, но, поразмыслив, он понял, что это лишь выстрел вслепую. Наудачу.

Он ни разу не скомпрометировал и не подставил себя, используя для разных индивидуальностей разные умения и оружие. А значит, это всего-навсего догадки Свиты. Обычная провокация.

Если, конечно, фор Корстеда не предали…

– Надеюсь, моя личность и дальше останется тайной для Свинтеров. – отбросив крамольные мысли, усмехнулся Радремон и взмахом руки поднял зомби взамен павшего. – А лично ты умрешь в неведении.

– Не знаю, где ты раздобыл столько темных заклинаний, Сумрак, но на меня они не подействуют! – он достал из-под одежды висящей на цепочке амулет. Тот походил на небольшую высушенную коровью лепешку, однако, Бездна забери, действовал! В чем маркиз уже имел возможность убедиться. – Наш род достаточно силен, чтобы противостоять любой угрозе. Так что спасибо за возможность разом перебить столько Мстителей. А лицо твое я увижу, когда сниму маску с трупа!

С двух сторон от фор Корстеда прямо из воздуха возникли здоровенные латные перчатки и устремились к жертве, желая прихлопнуть ту, словно назойливую муху. То же заклинание, что демонстрировал Тамиксиэль, фиксируя Крыланов Унаго. Теперь понятно кто слепил «снежок» из дварфа снаружи.

Каждую длань Радремон встретил Средним каменным щитом. Магическая сталь заскрежетала по магическому же камню, высекая совсем не колдовские искры. Фейерверком огненных брызг те разорвали алое марево ночи, на миг осветив поле боя.

Не отводя глаз от противника, маркиз увидел, что его спутники, перехватив инициативу, уверенно давили остатки раненных свинтеров. В чем им активно помогал Гвист. Усач же лежал на земле в позе эмбриона, а рядом на песке парящей бесформенной грудой валялись его кровавые внутренности, вывалившиеся из рассеченного наискосок брюха.

Лечить его Налланномом даже не пытался, следуя строгому приказу использовать «Продвинутое возложение рук» только на членов спаты.

В общем, победа оставалась вопросом времени.

Но, если фор Косртед вдруг умудрится проиграть, то Квинедартиэлю вполне хватит сил и умения, чтобы остаться единственным выжившим на этом поле брани.

К счастью, проигрывать Радремон не собирался.

Глава 17

Решив, что противник отвлекся, эльф, удерживая давление перчаток, запустил еще две ледышки, целясь Радремону в голову и грудь.

Не терявший бдительности маркиз легко уклонился и, взмахнув жезлом, отправил в полет Стрелу праха, следом вновь попытав удачу с Узами отчаяния.

Узы сползли с Квинедартиэля, как лишившийся подвязки чулок, а магический снаряд тот вновь пропустил мимо себя. Мгновенно провернув контратаку.

И вновь безуспешно.

Как и в поединке с Ариэланой, двое магов обменивались заклинаниями, не давая друг-другу нанести себе урон. В какой-то момент они оба практически одновременно остановились, чтобы выпить восстанавливающие ману зелья и никак не могли помешать противнику сделать это.

Ксинс предприняла попытку, но ее стрела просто-напросто отскочила от невидимого барьера, укрывавшего свинтера, а фор Корстед дал ей знак не вмешиваться. Возможно, раз за разом применяя навык, лучница и смогла бы обнулить эффект щита, но в это время остальные останутся без ее поддержки.

К тому же Радремон имел над эльфом кое-какое преимущество. И даже не одно.

Накрыв Квинедартиэля Удушающим облаком, маркиз сделал несколько шагов в сторону и приготовился.

Может заклинание и не воздействовало на свинтера, но видеть в нем тот все равно не мог. А когда маг выскочил наружу, запустив в место, где недавно стоял противник, очередную ледышку, Фор Корстед тут же атаковал его парочкой Стрел праха.

Эльф увернулся. Но тем самым лишь подтвердил предположение Радремона.

Зачем уклоняться от магии, которая не может тебе навредить?

Криво ухмыльнувшись под маской, маркиз повесил на Квинедартиэля новое Облако, и сразу сместился. Но уже в другую сторону.

Затем последовал стремительный обмен заклинаниями, и снова Облако.

Со стороны могло показаться, что фор Корстед впустую пережигает ману, не добиваясь никакого прогресса, но на самом деле он медленно, но верно приближался к своему врагу.

Все-таки Редремон являлся не обычным магом, каким их привыкли видеть на Миткаласе. Выучи даже кто-то из них несколько заклинаний школы тьмы, это не сделало бы их подобными фор Корстеду. Ведь кроме уверенного показателя интеллекта в тридцать единиц, тот обладал так же и шестнадцатью пунктами ловкости. Что соответствовало где-то уровню воина второго ранга.

Естественно, ничем подобным Квинедартиэль похвастаться не мог. А потому, с каждым шагом, с каждым сантиметром сократившегося расстояния, ему становилось все сложнее уворачиваться от вражеских чар. В то время как Радремон с легкостью, пропускал мимо куски льда, не позволяя тем себя задеть.

Наконец, в очередной раз вынырнув из облака чернильной тьмы, маг Свиты Темного Маршала обнаружил противника буквально в шаге от себя. И в руке у того была шпага.

Легкая, хищная, черная. С бегающими по поверхности двухлезвийного клинка завораживающими оранжевыми искорками.

Жалом скорпиона острие смотрело эльфу прямо в грудь, заставляя холодеть в поджилках, а сердце пропустить удар. Ничего хорошего оно не сулило.

– Так ты… – начал было свинтер, но маркиз родовым умением рванул вперед, до самой гарды погрузив оружие в податливую плоть.

А следом, не желая проверять врага на наличие заклинаний последнего шанса, положил ладонь прямо на защитный амулет и запустил целую вереницу Стрел праха, досуха вычерпав запас маны.

Оберег сломался после пятой. Остальные же проделали в теле врага гниющую дыру диаметром куда больше, чем оставила шпага.

[Квинедартиэль из Свиты Темного Маршала повержен.]

[Получено 4 опыта.]

Фор Корстед вновь сменил шпагу на жезл, выпил зелье маны, не глядя спрятал трофейный посох в Перстень Безграничной Мглы и стремительно развернулся в поисках нового противника.

Их не было.

Кроме того, на Радремона смотрела только Ксинс, остальные же сообща добивали держащегося из последних сил зеленокожего громилу.

Прямо на глазах маркиза, Банарв, хекнув, заблокировал удар булавы измочаленным в труху щитом, Гвист алебардой подцепил врага за пятку, лишив равновесия, а волчком подскочившая Бешеная новым умением вскрыла тому глотку, даже не пытаясь увернуться от фонтана хлынувшей крови. Она была покрыта ею с ног до головы. Причем не только чужой.

Дварфу тоже досталось.

Но их здоровью ничего не угрожало.

Не считая, павшего усача, жизнь которого в глазах фор Корстеда стоила не больше ведра воды для умывания, сражение прошло без потерь. Что не могло не радовать. И теперь настало время пожинать плоды.

– Выпейте. – Радремон бросил Банарву и светлой по зелью заживления ран собственного производства. Благодаря собранному в пещере корпускному мху их производство теперь шло беспрерывно. – Бешеная, дай там этим знак какой-нибудь попонятнее. И все за сбор ресурсов! Времени у нас немного.

Выглянув в провал сломанных ворот, не отошедшая еще от горячки боя эльфийка набрала в грудь побольше воздуха и заорала, распугивая пирующих на площади крыс:

– Тащите сюда свои задницы, обсосы хреновы! Понятен такой знак?

В довесок Бешеная показала во тьму неприличный жест, но его вряд ли кто-то увидел.

Тем временем Банарв, залпом выпив зелье и похвалив то за качество, отбросил пришедший в негодность щит и вломился в первую попавшуюся дверь. Сперва маркизу показалось, что дварф угодил в магическую ловушку, но оказалось, что тот замер, пораженный увиденным.

Видимо было от чего.

– Мать моя отец… Эй. Как тебя там… Сумрак! – крикнул пришедший в себя Банарв. – Я отсюда не уйду. Вот как хочешь! Занимаем оборону. Грохнем каждого. Я эти сокровища не брошу!

– Самое ценное в фургон, остальное в утиль. – хмыкнув, распорядился фор Корстед, возвращаясь к телу Квинедартиэля. – Упор на необходимое для рангов и навыков.

Продолжая вполуха слушать восторженные причитания дварфа, Радремон обшарил труп и при помощи Перстня обнаружил принадлежавший эльфу артефакт искаженного пространства. Им оказался медальон с красочным изображением вставшего на дыбы единорога.

Впрочем, Перстню было плевать на искусство и он с радостью схарчил подношение, подарив маркизу еще три функциональные ячейки. В двух из них даже лежали весьма ценные ингредиенты. Но, находясь на главном складе крупнейшего рода континента, фор Корстед предпочел бы обнаружить что-нибудь другое.

Эта же мысль возникла у него в голове еще раз, когда Радремон, по примеру Банарва, вломился в первую попавшуюся дверь. И точно таким же образом замер, пораженный увиденным.

Операция определенно стоила усилий, риска и потраченного времени.

Здесь, в отличие от предыдущего хранилища, ресурсы лежали даже не в мешках и шкатулках, а прямо в бочках. Небольшое, по сути, помещение, оказалось забито битком. Полки ломились от веками собираемых редкостей; что-то, чему не нашлось упаковки, валялось прямо так, а то и свисало с потолка, распространяя вокруг себя чарующую магическую ауру.

Светящиеся разноцветные кристаллы, связки сушеных и почему-то до сих пор свежих растений, колбы со всевозможными жидкостями и сыпучестями, редкая руда, магическая пыль, колдовской янтарь, частички насекомых, шкуры, клыки, кости, перья и многое, многое другое.

Маркиз едва успевал читать подсказки системы, жадно обозревая взятое на копье богатство. Даже воздух вокруг немного потрескивал от пронизывающей все насквозь энергии.

– Недурно. – выдал, наконец, фор Корстед, пряча самое ценное в Перстень. – Эй! – крикнул он вышедшим из фургона мстителям. – Грузите все под завязку! Живо! Скоро Свинтеры очухаются и вернутся дать сдачи. Нас к этому моменту рядом быть не должно! И знает кто-нибудь где здесь оружейная?

– Какой это сдачи? Какой сдачи? – хорохорился дварф. – Пусть все идут! Я им тут такой сдачи отсыплю, кошелька не хватит! Так наваляю, что костей не соберут, псины сутулые. Пусть только пальцем тронут мою прелесть! У-ух я их!

Дорвавшийся до сокровищ Банарв нежно гладил пузатый бочонок, не желая отдавать тот даже пришедшему на помощь Кугу. Орк лишь флегматично пожал плечами и взял другой.

Споткнувшись об отрубленную руку Чебош рассыпал содержимое своей ноши и принялся судорожно собираться все обратно, но Бешеная с хохотом сказала ему просто нести следующий.

Добра действительно хватало с избытком.

Но в отсутствие оружейной Радремон не верил.

И он-таки ее нашел в небольшом здании с покатой крышей и решетками на окнах. На выложенном досками полу рядами стояли стойки с мечами, щитами, палашами, моргенштернами, цепами, шестоперами и другими средствами умерщвления плоти. Все обычного качества.

Выругавшись сквозь зубы и чувствуя как поджимает время, маркиз обошел строение по кругу и обнаружил, что снаружи то выглядит длиннее, чем изнутри.

Тогда, вернувшись, фор Корстед схватил со стойки увесистый молот и, приложив все свои четырнадцать единиц силы, с размаху проломил фальшивую стену.

Вот такой вот он маг. С мускулами.

Глава 18

На этот раз ожидания Радремона оказались полностью оправданы. В потайной нише, которая, скорей всего, должна была открываться каким-то хитро запрятанным механизмом, он обнаружил еще две стойки теперь уже с артефактным оружием.

– Спата! Сюда! Мигом! – скомандовал маркиз, изучая ассортимент.

Все в необычном или редком качестве. Особые и выше, если такие у Свиты и наличествовали, видимо хранились в другом месте. В идеале фор Корстед надеялся заполучить шпагу с бонусами к интеллекту, духу и мудрости, но с подобными параметрами стоял лишь посох.

Ну и еще имелся не совсем обыкновенный клинок.

Меч мертвого ренегата

Качество: редкий

+ 10 к интеллекту

+ 10 к мудрости

+ 10 к телосложению

– 15 к ловкости

Урон: 45

Проклят

Нет, ну где в этом мире справедливость? Бонусы, вроде вполне себе ничего, даже с учетом потери ловкости (хотя оставаться увечным гоблином с одной единицей в параметре, конечно, не хотелось бы), но почему, Бездна, опять меч, а не шпага! Радремон уже настолько привык к любимому виду оружия, что возвращаться к мечу совсем не хотелось. Еще и проклятие какое-то…

– Четырежды мертвый господь мне в тёщи! – ахнул Банарв, загляну в пролом. – Это… Это… И все артефактное! Был бы я женщиной, отдался бы тебе прямо на том щите!

– Не думаю, что кого-то, кроме дварфов, возбуждают бабы, похожие на бородатую бочку. – ехидно заметила Бешеная. – А вот мы, эльфийки…

Она всем телом прижалась к маркизу и, задрав обе маски, чмокнула его в щеку. Могло бы получиться даже эротично, не будь она по уши в крови, которой мгновенно испачкала фор Корстеда.

– Ой, прости. – светлая улыбнулась, подражая манере деревенской простушки, и попыталась стереть кровавый отпечаток губ, но сделала только хуже. – Или, может, ты любишь дам с опытом? Я могу быть разной.

– Прекрати паясничать. – одернула ее Ксинс, забирая реверсивный лук с бонусом к ловкости.

– Вертихвостка! – брякнул Банав и взвесил на руке каплевидный щит. Кроме прочего тот имел полуторапроцентный шанс отразить атаку в агрессора. Ну и молот с дополнительным огненным уроном дварф тоже прибрал.

Налу достался посох, Бешеная, оставив лидера в покое, присмотрела себе кинжал, а Радремон, вернувший маску на место, так и не решил на счет меча.

– Эм… Там это, в фургоне место законч… – начал было подошедший Чебош, по-прежнему не лишившийся зеленоватого оттенка.

– Ты-то мне и нужен! – оборвал его маркиз, схватил за плечо и втолкнул в тайник. – Ну-ка возьми в руки тот меч.

– Вон тот? – парень поежился. – Какой-то он…

– А ну делай, что лидер говорит, жалкий люд! – рявкнула на него светлая.

Чебош вздрогнул, бросил взгляд на измазанную в крови эльфийку, зажмурился, как перед прыжком в пропасть, схватился за рукоять и… ничего. Он робко приоткрыл один глаз, пару раз взмахнул проклятым оружием, но никаких особых эффектов так и не последовало.

Рога не выросли, волосы не посинели, нос не отвалился.

Или это при сифилисе?..

Плевать, нет времени разбираться!

Выхватив из рук парня меч, фор Корстед затолкал тот в Перстень и поспешил к фургону. Его внутренние часы били в колокол и трубили о скором прибытии свинтеров, встречаться с которыми третий раз за ночь тот не планировал. Нужно все-таки и честь знать и не мозолить глаза уважаемому роду.

Фургон действительно оказался забит по самую крышу. В него при желании можно было затолкать разве что палец. Но для этого тот должен быть легендарным артефактом и уметь превращать золото в сталь. В противном случае место ему на свалке. Ну или в груде прочих ценнейших отходов, которые валялись то тут, то там на заваленном трупами песке.

Радремон даже пожалел, что не приказал подготовить два фургона вместо одного. Но сделанного не воротишь, так что придется довольствоваться тем, что удалось награбить. Наживой, собственно, стоимостью в небольшую страну. Грех жаловаться, на самом деле. Можно накликать.

– Эй, а как же мы? – встревоженно крикнул Чебош, когда фургон покатился, грузно переваливаясь через мертвецов, прилегших отдохнуть на площади Патриотизма. Причем Банарва маркиз еле отодрал от косяка склада, пригрозив отрезать бороду. Дварф никак не желал расставаться с не влезшей в повозку добычей. – Сумрак! Ты же с нами! Ты наш!

– Нет наш! – с гордостью ответила Бешеная, показав из-под маски язык. – Наш он, и делиться мы не намерены! Катитесь в Бездну! – она расхохоталась, одной рукой держась за борт фургона, а другой размахивая в воздухе чьей-то отрубленной ногой, словно флагом.

Чебош сделал пару неуверенных шагов вслед за повозкой, но замер с видом брошенного на произвол судьбы щенка. Его будто подобрали с улицы, обогрели, приютили и дали надежду на светлое будущее. А потом, наигравшись, промозглой осенней ночью вывезли в лесную чащу и оставили дожидаться голодных волков, уже воющих за соседним холмом.

В какой-то степени так оно и было.

И Чебош это понял.

Резко изменившись в лице, парень схватил с земли взведенный арбалет и принялся укладывать в желоб болт, но выбившая у него под ногами искры стрела намекнула – еще одно лишнее движение, и вторая оборвет твою жизнь. И пусть благодарит Ксинс, что именно она, а не ее сестра, владеет луком. В противном случае Мстители с ходу лишились бы очередного повстанца.

К Чебошу подошел Гвист и, положив соратнику на плечо руку, что-то произнес, качая головой. Парень поник и опустил арбалает. Гвист еще с момента знакомства показался Радремону самым смышленым из их группы. А то, что из той выжило всего трое… Пусть благодарят судьбу и Таинственного Сумрака, что вообще не все полегли. Ведь он запросто мог использовать их, как мясной щит, а не только в роли носильщиков.

– Хватайте, что успеете, и бегите! – крикнул маркиз, поднявшись на к о злах. – У вас есть минут пять.

– Или меньше! – подхватил Банарв, недовольный тем, что кому-то достанется часть «его» сокровищ.

– Или меньше… – задумчиво повторил фор Корстед. А затем набрал в грудь побольше воздуха и заголосил, обращаясь к жителям ближайших домов. – Люди Гатонды! Склад Свинтеров без охраны! Идите и возьмите все, что понравится! Подарок от Алых Мстителей!

Дварф застонал и спрятал лицо в ладонях.

Радремон не сомневался, что с самого начала конфликта, когда полсотни мятежников с криками бросились штурмовать хранилище, гатондцы, которым не повезло жить в непосредственной близости от площади Патриотизма, замерли, словно испуганные мыши, прижимая к себе жен и детей.

Они не могли знать против кого направлена агрессия и боялись, что вот-вот их двери сорвут с петель, а гнусные бандиты начнут насиловать и грабить всех без разбора. А потому вслушивались в каждый шорох, моля стражу или Свиту поскорее все уладить.

Но теперь, услышав пронесшиеся над площадью слова, самых смелых обуяет жажда наживы. И они покинут убежище, чтобы, уподобившись гиенам, урвать кус теплого мяса с не успевшего еще остыть трупа.

А что до того, что часть из них прикончат разъяренные свинтеры… Каждая жертва выиграет спате немного времени для отхода. В конце концов, те кто не позарятся на чужое богатство, уцелеют. А остальные – сами себе злобные бурундуки.

– Ух лихо мы их! – не преставал радоваться Банарв, нежно гладя то трофейный молот, то цельнометаллический каплевидный щит. – Жаль, не все удалось забрать. А может вернемся и…