Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 207 страниц)

Глава 38

В «Горлодере» Радремон расплатился по счету и заодно заказ себе еды на неделю пути. Этого должно было хватить для его первоначальных целей. Седовласый орк пообещал собрать необходимое к утру, и маркиз поднялся наверх в арендованную комнату. В ней он планировал провести одну единственную ночь и больше никогда не возвращаться.

В крохотном помещении размером чуть больше чулана не оказалось даже кроватей. Лишь два пучка несвежей соломы, на одном из которых лицом к стене лежал Нал. Иллит явно не спал, но тщательно притворялся, не двигаясь и равномерно дыша сквозь поникшие щупальца.

На мгновение фор Корстед хотел его окликнуть и даже протянул руку, но, одернув себя, не стал. Он постелил плащ и вскоре уснул в надежде, что вольготно чувствовавшие себя клопы не успеют за ночь обглодать его до скелета.

Утром, когда первые лучи восходящего солнца едва окрасили кучерявые облака в нежно-розовые тона, а густой молочный туман еще цеплялся за ветки кустов и покрытую серебряной росой траву, Радремон уже мерил шагами извилистую проселочную дорогу, уводившую его все дальше на восток. К месту нападения гоблинов на караван Бал’Луга.

Именно их маркиз выбрал своей целью для набора опыта и трофейных монет. Уродливые злобные коротышки с вечной жаждой крови в крохотных глазках и звериным оскалом заостренных зубов. Им чужды жалость и сострадание, они легко бросают раненных соплеменников и наслаждаются мучениями пойманной жертвы. Особенно если это кто-то слабый и беззащитный.

По одиночке слабы и представляют опасность лишь сбившись в ватаги вроде той, что посмела потревожить работорговцев. И не будь тогда с ними рангового мага и воина, участь обычных людей была бы предрешена.

А еще хуже пришлось бы женщинам. Фор Корстеду доводилось слышать, будто мелкие ублюдки используют их, как свиноматок. Привязывают к алтарю и насилуют по кругу, заставляя рожать все новых и новых уродцев, даже когда несчастная окончательно сойдет с ума и перестанет воспринимать происходящее.

Жуткая участь.

Уж лучше честный клинок в сердце, чем терпеть подобное.

Нельзя сказать, что Радремон ненавидел гоблинов всеми фибрами своей души, но, по его мнению, мир без них точно стал бы чуточку лучше. Родной Шинатум или поганый Миткалас – не важно. Злобных коротышек оплакивать точно никто не станет. К тому же их смерти позволят маркизу обрести силу, а значит и независимость, а так же возможность самолично вершить свою судьбу. Никто больше не посмеет нацепить на него рабский ошейник! Никто и никогда!

Потратив трое суток на дорогу и еще полдня на поиски, фор Корстед наконец обнаружил знакомые места и уже вскоре стоял на памятном лугу, некогда залитом кровью и усыпанном трупами.

Хотя теперь даже самый пытливый наблюдатель не сумел бы сказать, что когда-то здесь разыгралось нешуточное сражение. Мертвая плоть истлела или ее сожрали дикие звери, мелкие кости растащили птицы, а останки покрупнее унесли по близлежащим лесам хищники. А может и сами гоблины, вернувшись чуть позже, забрали костяки для своих мерзопакостных целей.

Точно. На этом самом месте Радремон прикончил мерзавца Сима, отомстив за подлый удар и оборвав жизнь торговца живым товаром; вон там лежала целая гора трупов, порубленных лабрисом орка; а здесь… здесь поднятый маркизом зомби свернул шею человеку Тамиксиэля.

Жуткое некротическое создание! Правда сейчас, по прошествии времени, оно уже не казалось фор Корстеду таким уж отвратительным и противоестественным. Доведись ему снова получить контроль над подобной нежитью, и Радремон, не мешкая, приказал бы той крушить врагов, вгрызаться в их плоть, ломать кости или убивать любым другим доступным способом.

Почему? Что изменилось? Неужели он так сильно преобразился за столь короткий срок? Или, наоборот, всплывшим по весне трупом показалась его истинная сущность? Ответов нет. Как и желания их искать. А потому, отбросив терзающие разум мысли, маркиз сосредоточился на окружающей обстановке.

Куда в тот раз убегали поверженные гоблины? Кажется в сторону вон тех холмов. Вряд ли у кровожадных коротышек хватило ума, чтобы путать следы. А значит или где-то там находится убежище или мозги фор Корстеда окончательно прокисли и впредь не стоит надеяться на их помощь.

Радремон, почему-то, больше наделся на первый вариант.

Остатки дня маркиз потратил на исследование окрестностей, однако так и не сумел найти следы обитания гоблинов. Ни сожженных деревень, ни унизанных черепами сторожевых столбов, ни мерцающих в темноте табличек с указанием «Искать там». От последних фор Корстед точно бы не отказался. Уж больно не хотелось чувствовать себя безмозглым идиотом, отправившимся, как в той сказке, искать где ночует солнце.

Проснувшись, Радремон продолжил поиски, постепенно удаляясь все дальше от луга и пересекающей его дороги. Настроение паршивей, чем у картежника, проигравшего в карты все деньги, дом, жену и любимую собаку. Клокотавшая внутри злоба вырывалась, словно пар из забытого на костре чайника, угрожая сорвать крышку и залить все вокруг обжигающим кипятком. Так еще и погода подкинула прокисшего дерьма в домашний очаг, зарядив мелкий противный дождь, от которого совсем не спасал плохенький плащ.

Поэтому, когда маркиз заметил спешившего куда-то однорукого гоблина, то, не задумываясь, запустил в него Стрелой праха. Пыльный ком невесомого тлена угодил существу прямо в спину, заставив сбиться с шага и упасть на колени. Его землистого цвета кожа начала стремительно облезать, обнажив мышцы, а следом и кости. Воздух со свистом вырвался из поврежденных легких, не дав подранку закричать.

Но тот все еще оставался жив.

В описании заклинания упоминалось, будто оно вызывает временное омертвение тканей. Однако, глядя на корчившегося в страшных муках гоблина, фор Корстед с трудом мог представить, что, спустя пару минут, тот встанет, отряхнется и бодренько побежит себе дальше. Или так и будет?

Сомнительно.

Еще одна Стрела праха оборвала жизнь ушастого, подарив Радремону три единицы опыта, пять трофейных монет и пару медных колец из его ушей. Меньше, чем раньше. За первого, помнится, дали пять опыта и вдвое больше денег. Это из-за того, что однорукий оказался слишком слаб или по каким-то другим причинам?

Хотя какая разница. Где есть один, там найдутся и остальные. Гоблины не живут по-одиночке. А значит все они скоро падут, чтобы стать крохотными кирпичиками в фундаменте возвышения некоего безумного злого маркиза, вышедшего на тропу войны.

Первое убийство несколько остудило пыл фор Корстеда и он тут же укорил себя за совершенные в горячке ошибки. Во-первых, гоблина стоило убить мечом, сэкономив ману, во-вторых, нельзя забывать об еще одном полезном заклинании, теоретически способном подарить Радремону подконтрольного его воле союзника, ну и, кроме того, гоблинов запросто могло оказаться несколько.

В таком случае кто-то из них позвал бы на помощь, и тогда уже у маркиза возникли бы серьезные проблемы – с целой оравой ему в одиночку точно не справиться. А значит нужно охладить голову и действовать спокойно и осмотрительно.

Спрятав сумку с остатками провизии в корнях ветвистого клена, фор Корстед, забыв про мерзкий моросящий дождь, будто специально стремящийся добраться до исподнего, обнажил меч и, пригибаясь, устремился туда, куда спешил убитый им гоблин.

Долго идти не пришлось, и уже скоро Радремон наблюдал за троицей коротышек, зябко кутавшихся в грязные лохмотья, служившие им одеждой. Один держал в руках кривое копье, другой любовался каплями воды, стекающими по лезвию зазубренного кинжала, третий же время от времени тренькал тетивой простого самодельного лука.

Дозорные. А значит поселение уже близко.

Устав слушать повторяющийся звон, обладатель копья отвесил лучнику смачный подзатыльник, чем вызвал гортанный смех у последнего засранца. Лучник что-то коротко рыкнул, и был тут же грозно обруган, а заодно получил куда более увесистый удар по ребрам. Дисциплина у ребят так себе, и старший – судя по количеству колец в ушах – поддерживает ее как может.

Что ж. Поэтому именно он умрет первым.

Глава 39

Радремон не стал изобретать колесо или придумывать сложные тактические решения. Его показатели силы и ловкости в пять единиц явно превышали аналогичные у обычного человека, а уж мелкие гоблины точно должны быть еще слабее. Поэтому цель у него, по сути, оставалась всего одна – не дать дозорным поднять тревогу и призвать на помощь толпу сородичей.

Так что, не мудрствуя лукаво, маркиз подкрался как можно ближе, скрываясь за потяжелевшими от влаги ветками кустарника, а затем резко рванул вперед и сходу поразил старшего гоблина в грудь.

Даже не пришлось использовать родовой навык – пронзенный насквозь копейщик захрипел, изумленно глядя на торчащую меж ребер сталь, и, соскользнув с лезвия, медленно опал на землю, орошая ее щедрым потоком крови.

А фор Корстед, не тратя время, уже дрался со следующим. Хотя короткую стычку назвать сражением смог бы разве что совсем уж зеленый новичок, впервые взявший в руки что-то тяжелее обеденной ложки.

Довольно быстро среагировавший гоблин попытался кинжалом ткнуть Радремона, но тот легко отбил выпад, а затем обратным движением отсек негоднику кисть. Обрубок с сочным чавком шлепнулся в раскисшую землю, а маркиз уже вогнал клинок прямо в раскрытую пасть подранка.

Кроша зубы, меч с легкостью перебил гоблинский позвоночник и вышел из затылка. Маркиз же, взмахнув оружием, словно вертелом с насаженным на него рябчиком, коротким росчерком вскрыл горло лучнику. Тот так и не сумел приладить стрелу к тетиве и рухнул, булькая кровью из рассеченной шеи.

Скоротечная схватка длинной всего несколько ударов сердца, и у ног фор Корстеда лежали трое поверженных гоблинов. Настолько легко, что он даже на мгновение испытал разочарование, которое, впрочем, быстро выместило ощущение могущества и собственной силы. Так случилось, и так будет впредь – трупы побежденных врагов, грудами лежащие у ног, и реки опыта, возносящие Радремона на вершину мира.

Однако, система что-то не спешила возвещать о себе плывущими перед глазами сообщениями.

Убедившись, что короткий бой остался незамеченным, маркиз присел на корточки и с удивлением обнаружил, что гоблины еще живы. Несмотря на явно смертельные повреждения, они продолжали загребать сырую землю скрюченными пальцами, орошая ее непрерывным потоком крови.

Вот же живучие засранцы!

Или это из-за того, что их показатель здоровья превышал наносимый фор Корстедом урон? Помнится, когда О’Грэлди пластал Радемона своей саблей, он не сумел достать жизненно важных органов, вот только с каждой новой раной маркиз терял по несколько пунктов, и его состояние постепенно ухудшалось.

А будет ли смертельным удар, нанесенный прямо в сердце? Как вообще сопоставить пять единиц урона трофейного меча с общей живучестью жертвы? Там, конечно, если верить подсказке системы, идет какая-то прибавка от показателей силы и ловкости, но что если у цели будет сотня пунктов здоровья? Или пять сотен? Или тысяча? Что его тогда – на куски резать, чтобы прикончить?

Хотя, возможно, попав в определенные точки, можно нанести дополнительный ущерб.

Бездна! Что за бредовый мир! И ведь спросить не у кого. Разве что…

Маркиз вспомнил испещренное морщинами лицо торговца в трофейном магазине. Этот точно что-то должен знать. Вот только разговорить его будет той еще задачкой.

От размышлений фор Корстеда отвлек резкий укол в голень. Оказывается, задумавшись, он не заметил, как старший из дозорных подобрал копье и из последних сил ткнул им в Радремона.

Больно. Но еще сильнее досадно – окажись противник серьезнее и маркиз не отделался бы потерей четырех единиц здоровья, да незначительной раной, которая сама затянется меньше, чем за час. В критический момент так можно лишиться конечности, а то и вовсе отправиться на суровый, но справедливый, суд Светлоликого.

Коря себя за беспечность, фор Корстед добил всех трех гоблинов и успокоился лишь, когда система оповестила его о полученном опыте и трофейных монетах.

Подождав несколько секунд, Радремон с сожалением вздохнул и принялся снимать с ушей трупов кольца. Прикосновение смерти вновь не сработало. Еще до начала схватки маркиз потратил девять маны и повесил на каждого коротышку по особой метке, но заполучить зомби в очередной раз не удалось. А жаль. Могло получиться хорошее подспорье.

Чуть подумав, фор Корстед спрятал в Перстень Безграничной Мглы зазубренный кинжал и корявое копье. Пригодятся. Отобранный у бандитов стилет по-прежнему висел на поясе, но запас, как говорится, карман не тянет. В пространственном артефакте даже оставалась еще одна свободная ячейка. К тому же ничто не мешает просто выбросить лишнее, если понадобится место под что-то более ценное.

Поразмыслив еще немного, Радремон по-быстрому метнулся в магазин и купил пару крохотных зелий исцеления. Конечно, он мог бы это сделать в любой момент, но так все-таки спокойнее.

И вот, закончив с приготовлениями, маркиз, пригибаясь и вертя головой во все стороны, отправился дальше.

Погода и не думала сменять раздражение на милость, продолжая поливать фор Корстеда мелкой противной моросью. Но теперь его это беспокоило в гораздо меньшей степени. Почувствовав вкус крови, Радремон ощутил азарт охотника, а семена пробудившихся первобытных инстинктов упали на удобренную почву тяжких дум.

Убей или будь убитым.

Кровь за кровь.

Жизнь за жизнь.

Вот только пышущую черным пламенем злость маркиз направил не на гоблинов, а на Миткалас в целом. Ублюдочный мир, что отнял у него свободу и заставил пройти через унижение рабства. Лишил душевного тепла, радости. Превратил дорогие сердцу воспоминания в линялые, выцветшие, ничего не значащие лоскуты до дыр застиранных бинтов, неспособных больше укрыть кровоточащие раны.

Нет, фор Корстед плевать хотел на злобных уродливых гоблинов. Но именно с них начнется его путь величия. И захлебнется слезами каждый, кто посмеет встать у него на пути.

Гоблинское поселение Радремон обнаружил ближе к вечеру, когда длинные тени тянулись к востоку, будто стремясь оставить своих хозяев и умчаться вдаль по намокшей траве. В край где всегда светло и нет места печали и страданиям, а дети рождаются с улыбкой вместо полного боли крика.

В скалистой низине, обрамленной кустами разросшегося орешника, лежали хаотично разбросанные груды хлама, служившие гоблинам убежищем. Ветки, камни, щепки и кости, неряшливо замазанные глиной, и с темными провалами входов, зачастую вырытыми в земле. Даже месяцами не видевший крыши над головой скиталец предпочел бы вновь ночевать под открытым небом, чем лезть в подобную дыру.

Причем, несмотря на прибивший запахи дождь, до маркиза донесся тошнотворный смрад гниющего мяса – в плохие дни гоблины не чурались падали, – а по краям он заметил груды наваленных черепов, и многие из них при жизни явно принадлежали людям.

Мир определенно станет чище, когда фор Корстед сковырнет этот гнойны нарыв.

Но перед тем как спуститься вниз, предстояло еще разделаться с остальными группами дозорных. Получится не самый приятный сюрприз, если Радремон завязнет в боях, а тут ему в спину ударят десятки подоспевших на помощь зубастых засранцев. Можно и не сдюжить. А украшать своей черепухой очередную гоблинскую пирамиду маркиз не планировал. Еще самому пригодится. В нее есть удобно.

Поэтому, запомнив направление, фор Корстед двинулся по кругу, методично выявляя и уничтожая патрульные секреты. Стремительной тенью он набрасывался на ничего не подозревавших гоблинов и в мгновение ока вырезал их, оставляя за собой лишь израненные трупы, да сожаление о в очередной раз не сработавшем заклинании.

Радремон только взял себе за правило не опускать уровень маны ниже пятнадцати, чтобы в случае чего иметь возможность слиться с тенью или разразиться веером стрел праха, а остальное без сомнений спускал на Прикосновение смерти.

Вновь и вновь безрезультатно.

Но маркиз не сильно расстраивался. Опыт тек рекой, постепенно приближая к отметке нового уровня, поэтому когда перед глазами высветилось сообщение об очередной взятой вехе, он уселся прямо на спину только что поверженного гоблина и усилием мысли вызвал информацию о текущем состоянии.

Радремон фор Корстед, 4 уровень.

Статус: Тестер (временно)

Класс: Отсутствует.

Властитель Первородного Мрака

Здоровье: 100/100

Мана: 27/60

Сила: 6

Ловкость: 6

Интеллект: 7

Телосложение: 5

Выносливость: 5

Мудрость: 6

Дух: 4

Нераспределенных очков: 3

На доступные навыки смотреть не стал – там пока без изменений. Но, возможно, это удастся исправить?

Глава 40

По-прежнему сидя на окровавленном трупе гоблина, Радремон переместился в трофейный магазин и под уничижительным взглядом недовольного старикашки осмотрел обновленный ассортимент.

К сожалению, никаких заклинаний или навыков контроля в нем не появилось. Да и в целом взгляд особо ни за что не зацепился. Разве только полезным мог бы оказаться свиток «Малого щита стихийной магии», позволяющий блокировать сколько-то там повреждений от стихийных школ. Но колдовских поединков пока не предвиделось, и маркиз ретировался, так ничего и не купив.

Возможно что-то изменится на пятом уровне – все-таки почти юбилейный. По крайней мере, фор Корстед на это надеялся. А в том, что новая высота будет взята еще до рассвета он не сомневался.

Укорив себя за неосмотрительно оставленный в корнях бурдюк с водой, Радремон поднялся на ноги и потянулся. Ведь мог же взять с собой, положив в Перстень. Видать не привык еще к столь полезному артефакту. А вот изменений в теле он совсем не почувствовал, несмотря на выросшие показатели. Или так и должно быть?

Отмахнувшись от лезущих в голову мыслей (работает и ладно), маркиз продолжил по широкому радиусу обходить гоблинское убежище. Он уже почти полностью замкнул круг, вернувшись туда, откуда начал, и вряд ли караульных осталось больше двух-трех групп. Их и так оказалось подозрительно много. Фор Корстед не ожидал от туповатых коротышек подобной предусмотрительности. Возможно это и неспроста.

С трудом сдерживая азарт охотника, Радремон разделался с последними дозорными и, подползя к краю низины, осторожно высунул голову. Закатное солнце, несмотря на никак не прекращающуюся морось, светило в спину, и он не хотел возникнуть на его фоне огромным черным силуэтом. Слишком заметно. Ни к чему это.

В укрытии гоблинов было тихо. Не слышалось криков и песен, не вились в небо дымки костров, не стенали привязанные к алтарям жертвы. Дождь их всех распугал что ли? Или с наступлением темноты злобные коротышки сразу ложатся спать, чтобы на утро с новыми силами чинить козни близлежащим селам?

Впрочем, какая разница? Жаль только, что после обретения нового уровня опять уменьшилось количество получаемого опыта. Но эту досадную неприятность маркиз планировал компенсировать числом убитых тварей. Сердце радостно отбивало боевой ритм в предвкушении новых смертей и роста могущества.

Ночь обещала быть долгой.

Убедившись, что ни один безмозглый гоблин не планирует выйти из берлоги подышать свежим воздухом, фор Корстед аккуратно спустился по склону и крадучись добрался до первой хижины.

Смрад шибанул в нос еще до того, как он заглянул внутрь. Выбивающая слезу ядовитая смесь миазмов сопревшего мяса, прокисшего дерьма и какого-то особого прогорклого зловония, присущего исключительно гоблинскому роду. Такое не получится даже если залить пяток протухших яиц в трехнедельные носки и подтереть ими зад уснувшего в собственной блевотине бездомного пьяницы.

Бездна забери клятых гоблинов!

Решительно стиснув зубы, Радремон заскочил внутрь, готовясь сходу пустить в бой меч, а при необходимости помочь себе магией, вот только противников в утробе утлой хибары не обнаружилось. Пустота и тишина. Лишь подозрительно шевелился в углу ворох гнилого тряпья.

Осторожно ковырнув тот острием меча, маркиз тут же отпрянул – потревоженные незваным гостем во все стороны прыснули клопы, тараканы, мокрицы и прочая дрянь. Противно извивались в складках жирные белесые личинки. С бесстрашием шевелила усами какая-то полупрозрачная многоножка.

Не став выяснять была ли то гоблинская ферма по разведению «вкусняшек» или всего лишь привычные соседи, фор Корстед выскочил обратно под моросящий дождь. Радремон не считал себя ксенофобом, но в ближайшее время кристам ему на глаза лучше не попадаться.

Кое-как отдышавшись, маркиз заглянул в следующую хижину. Никого. Еще одна – снова мимо. Да что же такое? Зачем строить столько домов, если в них никто не живет. Может это для отвлечения внимания? Или… или основные бойцы ушли грабить и убивать, практически никого не оставив в убежище? Бездна! Это как раз объяснило бы многочисленные караулы.

Нет, так дело не пойдет. Их же должен кто-то сменять?

Фор Корстед крался от норы к норе, сперва заглядывая в каждую первую, потом через одну, а потом и вовсе отправился прогулочным шагом, выискивая глазами хоть какое-то движение. Быть не может, чтобы он всех уже перебил.

Беспечность сыграла с ним злую шутку. Проходя мимо особо крупной горы мусора, Радремон не заметил, как из под нее выскочил вислоухий гоблин с ожерельем из человеческих пальцев на покрытой язвами шее. Коротышка врезался в маркиза, замер, задрал голову. Его глаза широко распахнулись от удивления, и он завопил что есть мочи, зовя на помощь.

Фор Корстед, конечно, разнес ему череп, но было уже слишком поздно. Из неприметного лаза, словно потревоженные муравьи, вылезло сразу с десяток зубастых засранцев и, не мешкая, набросились на чужака.

Первому Радремон отсек руку с зажатым в ней деревянным колом. Второго полоснул по скалящейся харе стилетом. И тут же охнул от острой боли – спину прошило что-то стальное, отнявшее неприлично много здоровья. Окружили!

Слияние с тенью.

В подобной толкуче сильно не спрячешься, но, выиграв пару мгновений, маркиз быстро хлебнул исцеляющее зелье и тут же взорвался веером Стрел праха. Не до экономии. Нужно как можно быстрее сократить количество противников.

Смертоносные сгустки устремились к своим целям, а фор Корстед принялся вертеться юлой, отбивая тянущиеся к нему копья, кинжалы и прочее алчущее крови оружие. Прикосновения уже не вешал – применение заклинания занимает полсекунды, но именно за это время вон тот хмырь с хитрой ухмылкой успеет вновь приласкать крисом с волнистым лезвием.

На звуки сражения из пары хижин выскочило еще с пяток гоблинов, но на этом их резервы, похоже, закончились. Слава Светлоликому! Есть шансы справиться.

Перебив копье вместе с пальцами тощего уродца, Радремон пропустил удар в бедро, но отомстил, по рукоять утопив стилет в глазнице наглеца. И тут же от отдернул руку, чуть ее не лишившись. Шипованая дубина пронеслась буквально в миллиметре.

Коротышки явно не тянули на элитных бойцов, но на одного маркиза их было многовато.

Впрочем, после повторного применения магии, их пыл заметно угас, а валяющиеся в грязи раненные и мертвые товарищи отнюдь не добавляли стойкости духа. Да еще и нагло ворвавшийся в поселение человек никак не хотел дохнуть, несмотря на все полученные раны. Более того, он на глазах деморализованных гоблинов опустошил заполненную красным склянку и некоторые повреждения затянулись прямо на глазах.

Уродцы начали пятиться.

Видя подобное непотребство, обладатель волнистого криса прокаркал что-то гневное и лично бросился на маркиза. Судя по золотому кольцу в ухе, – далеко не последний член племени, но один на один шансов он не имел.

Лидер оказался ловчее и искуснее сородичей, однако фор Корстед без особого труда отбивал его выпады, раз за разом оставляя на теле кровоточащие порезы. Осознав, что не справляется, гоблин сощурился, злобно прошипел что-то явно ругательное и, глядя противнику прямо в глаза, бросился вперед, выставив перед собой острие оружия.

Сперва Радремон подумал, что это хитрая ловушка или обманный финт, однако враг приближался все ближе, и в итоге маркиз отступил в сторону, пропуская того мимо себя, а потом резким Пронзающим выпадом пригвоздил гоблина к стене хибары.

Крис выпал из ослабевших пальцев, голова гоблина безвольно упала на грудь, а из уголка рта побежала алая струйка тягучей крови. Этого оказалось достаточно, чтобы выжившие уродцы бросились врассыпную, оглашая подступающую ночь гортанными криками.

Фор Корстед их не преследовал. Добил лишь одного, подволакивавшего ногу, запустив ему в спину последнюю Стрелу праха.

[Гоблин повержен.]

[Получено 2 опыта.]

[Получено 3 трофейные монеты.]

Всплывшее сообщение перекрыло все предыдущие, и Радремон разом смахнул их в сторону.

Он злился.

Но злился в этот раз на себя. Из-за собственной невнимательности так удачно начавшаяся охота едва не закончилась катастрофой. Окажись гоблинов чуть больше, и это его изломанный труп сейчас глодало бы радостное племя.

Возомнил себя невесть кем, Бездна забери! Клятым героем. Грозой гоблинов.

А на деле…

На деле все тот же озлобленный раб. Без прошлого. Без настоящего. И без будущего. И даже завали он всю округу мелкими трупами желто-зеленого цвета, сей прискорбный факт останется неизменным.

Сердито сплюнув сквозь зубы, маркиз, не глядя, убрал крис в перстень и, не забывая посматривать по сторонам, принялся собирать гоблинские кольца. Не то чтобы за них давали много фанталов, но и греметь пустым кошельком желания не было.

Собрать трофеи, чуть передохнуть и можно попробовать выследить кого-нибудь из сбежавших засранцев. В конце концов, до пятого уровня осталось не так и много. А потом можно прибарахлиться и поискать цель покрупнее. Не иначе, за гоблинов скоро начнут давать опыта, как за крыс.

Нагнувшись, фор Корстед потянулся забрать очередное кольцо, как вдруг ему в голень ударил камень.