Текст книги ""Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: N&K@

Соавторы: Алекс Кулекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 207 страниц)

Глава 29

– А ты правда к мэру собрался? – с недоверием в голосе спросил Налланномом.

– Пф. Да он для красного словца сказал. – Банарв допил эль, тыльной стороной ладони вытер пену с усов и, жестом заказав новую кружку, с сомнением добавил. – Ведь так?

Радермон ухмыльнулся, но отвечать не стал. Его позабавило, что соратники действительно поверили, будто он наметил встречу с мэром и будет обсуждать на ней какие-либо вопросы. Значит правильный образ он себе создал.

Маркиз лениво жевал стебель щавеля, макнув тот в пиалу белого соуса, и наблюдал за тем, как стражники выволакивали наружу тела мертвецов. Злотар уже удалился, не рискуя мозолить глаза своим присутствием, однако подчиненные действовали весьма споро и без его непосредственного участия. Им тоже явно не терпелось поскорей убраться прочь.

Отлепив лишнее ухо от щеки, Бешеная бросила то в одного из солдат. С влажным шлепком оно угодило бедолаге прямо в лоб, и мужчина, дернувшись, принялся тереть лицо, будто на него внезапно свалился здоровенный паук. Впрочем, лучше бы то действительно было членистоногое…

– Слабаки. – разочарованно бросила светлая, вместе с подругой присаживаясь за тот же стол. – Если Мстители действительно хотят сковырнуть Свиту, им следует набирать матерых псов, а не шкодливых шавок.

– Да какие это Мстители… – буркнул орк и тут же осекся, но цепкий взгляд фор Корстеда подсказал – тот все услышал.

Радремон и до этого подозревал Горлодера в связях Алыми. Скорей всего, тот на самом деле не входил в их число, но, будучи отнюдь не глупой личностью, поддерживал взаимоотношения с обеими противоборствующими группировками. Даже несмотря на свое прошлое, каким-то образом связанное со Свитой. А может и именно благодаря ему.

– Мне нужен выход на кого-нибудь из Алых Мстителей. Настоящих, а не этих. – заявил маркиз, глядя в глаза ока. – И мы завтра же покинем твой трактир. Ты ведь об этом хотел поговорить?

Банарв поперхнулся элем, а Налланномом застыл, так и не донеся до рта жареный рыбий хвост. Они переводили ничего не понимающие взгляды с хозяина заведения на фор Корстеда и обратно, но в разговор не лезли. С чего бы им уходить из места, где хозяин сам предложил бесплатную еду и пойло?

Кращтр, наконец, выкатил в зал обещанную бочку, и к ней, наполнив воздух радостными возгласами, потянулась очередь выживших посетителей. Всего несколько минут назад они насмерть бились с фальшивыми мстителями, затем им грозил отнюдь не иллюзорный шанс пасть под клинками стражи, но теперь их, казалось, волновала только возможность поскорей наполнить кружки дармовой выпивкой.

Такой уж контингент собирался в стенах «Горлодера». Не самой честной руки мужчины, давно уже смирившиеся с тем, что не дотянут до старости, а их жизни оборвет либо холодная сталь кинжала, либо конопляная веревка правосудия.

Подстать им был и владелец заведения. Крепкий, неумолимый, похожий на закаленный ветрами степной валун. Только такой мог держать в ежовых рукавицах нечистую на руку и скорую на расправу братию.

Вернее, когда-то он таким был.

– Сегодня же! – рыкнул орк, демонстрируя уцелевшие клыки, и сверля Радремона свирепым взглядом. – Вы уедете сейчас!

– Завтра. – ничуть не смутившись, стоял на своем маркиз. – Моей спате нужен отдых. И она его получит.

Еще несколько секунд битвы взглядов, и пожилой громила, шумно выдохнув, поднялся на ноги. Он будто бы сдулся и уже не выглядел таким грозным, а окружившие глаза морщины стали видны еще лучше, чем прежде. Он устал. И хотел спокойно дожить оставшийся срок. А вот эта вот вся кутерьма… Ее можно оставить молодым.

– Стар я стал для этого дерьма. – тихо, так чтобы не услышали лишние уши, повторил орк. После чего бросил на стол гнутый фантал, подпиленный с одного края. – Найди Дито. Обычно он торгует колбасой на южном базаре. Отдашь ему это. Он поймет.

Затем Горлодер глубоко вздохнул, расправил плечи и, практически не хромая подошел к бочке. Крякнув от натуги, он под одобрительные возгласы посетителей, поднял ту над собой и припал к ней, проливая на себя больше, чем проглатывая.

– Гуляй, рванина! – крикнул орк, возвращая бочку на место, и убрел куда-то в подсобку.

– И что это было? – спросил Налланномом, провожая хозяина трактира недоуменным взглядом.

– Спекся зеленокожий. – хмыкнула Бешеная, залпом опустошив половину кружки, а остаток выплеснула на лицо, смыла кровь и хищно облизалась. Ксинс же тем временем лишь слегка пригубила из своей. – Улегся ветер в его что-то там. Или… как говорят орки? Плевать! Что ты там нес про спату? – она всем телом повернулась к фор Корстеду.

– Что нам нужен отдых. – с хитрой улыбкой бросил Радремон. – Кровь в уши залилась? Так попроси сестру дунуть тебе в одно ухо – из другого все и выльется.

Нал в шоке выпучил глаза, а Банарв от души расхохотался, глядя на беззвучно хватающую ртом воздух светлую. Будто выброшенная на берег рыба. Конечно маркиз понял, что она имела ввиду, но он не мог упустить возможность слегка сбить спесь с дерзкой остроухой.

– Наглый люд! – вспылила Бешеная, вскочив на ноги. – Да я тебя…

– Сядь! – резко перебил ее фор Корстед. – Что, надежды на Свиту не оправдались? Ариэлана не стала помогать соплеменнице, и ты вспомнила о моем скромном предложении? Что она вам поручила? Копать выгребные ямы? Чистить конюшни? Менять повязки в лазарете?

– Патруль. – буркнула эльфийка, нехотя возвращаясь на место. – Клятый патруль. И доступ в библиотеку рода через тридцать лет верной службы! – Бешеная с размаху ударила кулаком по столу, от чего тарелки на нем подпрыгнули, а кружка Нала и вовсе опрокинулась. – Клянусь четырежды мертвым богом, когда-нибудь я выдеру ей все волосы, выдавлю глаза, отрежу уши, сожгу лицо, а затем возьму самую большую из ее сосулек и засуну ей в…

– Это вряд ли. – пробубнил дварф.

– Думаешь не справляюсь? – взвилась светлая. – Да я…

Эльфийка продолжала распаляться, а Радремон протянул руку и взял со стола гнутый фантал.

Дито.

Где-то он уже слышал это имя. Не тот ли это самый… Да нет, не может быть. Хотя… Если это действительно он, то стоит отдать должное его актерскому мастерству. Маркиз и в жизни не подумал бы, что за маской добродушного плаксивого мямли скрывается член организации, посмевшей бросить вызов одному из крупнейших родов континента.

– С чего ты взяла, что Ариэлана поручила нам что-то лучше? – фор Корстед прервал поток сквернословия Бешеной.

– Потому что ты хитрый наглый люд! – выпалила светлая. Она уперлась руками в стол и не сводила глаз с собеседника. – Да я скорее выйду замуж за дварфа, чем поверю, что ты не выбил себе задание послаще, чем нарезать круги по стенам Элмора.

– Эй! Я бы попросил! – возмутился Банарв, но Радремон уже протянул эльфийке написанный кровью приказ.

– Предъявителю сего и членам его спаты… – начала читать Бешеная. – А что это за чернила такие? – нахмурилась она.

– Какие были. – хмыкнул маркиз.

Светлая продолжила чтение, и по мере того, как ее глаза спускались все ниже, их размер увеличивался пропорционально прочтенному. Даже письмо матери Супешника с описанием неудавшегося покушения на князя не вызвало у нее подобной реакции. Впрочем, фор Корстед ведь сам диктовал текст и следил чтобы Ариэлана записала его слово в слово.

– Почерневшее тело господне! – только и вымолвила светлая, дойдя до конца. – Поручить такое едва вступившему в род люду! Или у той ледышки вместо мозгов оладушки, или… Или ты лучший любовник на всем Ахалдасе. Я не знаю. Других идей у меня нет.

– Что там? – Налланномом обеспокоенно привстал, и попытался заглянуть в лист.

– Они еще не знают? – удивилась Бешеная.

– Не знают о чем? – подхватил Банарв, не выпуская из рук кружку.

– О том, что ваш лидер выбил для вас…

– Там печати нет. – перебила ее дроу с каменным выражением лица. – Без печати – с этой бумажкой можно разве что сходить в сортир и изысканно подтереться.

Радремон вернул себе приказ и сразу посмотрел на нижнюю строчку. Последнее слово вышло несколько корявым и с длинным росчерком, выходящим за край листа, но это можно списать на случайность или стиль автора. А вот печати действительно не наблюдалось. И, если припомнить, то она действительно красовалась под настоящим распоряжением, уничтоженным маркизом.

В любом случае, в момент, когда текст был закончен, события закрутились так резко, что времени на проштамповку просто не оставалось.

Фор Корстед вопросительно посмотрел на дварфа с иллитом. Те синхронно закатили глаза, мысленно перебирая награбленное, а затем оба качнули головами из стороны в сторону – печати среди трофеев не было.

– Что ж. – как ни в чем не бывало пожал плечами Радремон. – Значит перед встречей с Дито придется сперва заглянуть в еще одно место.

– О не-е-е-ет. – только и смог простонать Нал, накрыв голову руками.

Глава 30

Радремон взял с секретера стилизованный под пергамент лист бумаги. Ветхий на вид, с пожелтевшими загнутыми краями и растрепанным уголком, но при этом плотный и прочный на ощупь. В целом, нет ничего удивительного в том, чтобы найти здесь нечто подобное. В приемной Фансона Тарга фон де Каваса – короля Форланда – повсюду аккуратными стопками лежали письма, отчеты, распоряжения, списки, грамоты, сметы и прочие рукописные материалы. А шелест перьев не замолкал с раннего утра до самого позднего вечера.

И все же маркиза чем-то привлек именно этот. Возможно размашистым изящным почерком с множеством вензелей и завитушек. Или странного вида печатью, не похожей ни на одну, увиденную им прежде. Но, так или иначе, фор Корстед убедился в отсутствии посетителей и углубился в чтение.

Уважаемый игроки и гости Шинатума!

Мы вынуждены с прискорбием подтвердить слухи об уходе из проекта нашего идейного вдохновителя – Винсента Краусштейна. Долгие годы он радовал всех нас новыми ивентами и продуманными историями персонажей, однако мы не можем перечить его желанию открыть путь молодым дарованиям. Давайте искренне поблагодарим Винса и пожелаем ему новых творческих успехов.

Со своей стороны спешим заверить вас, что график выхода обновлений и открытия новых территорий никак не пострадает. Всеми любимый мир по-прежнему ждет своих героев и злодеев, а монстры копят в логовах манящие блеском золота сокровища.

Посему хотим вас обрадовать и объявить неделю Пьяного Лепрекона. Удача персонажей удвоена. +100 % к получению боевого и ремесленного опыта. А так же увеличенный шанс найти или создать шедевр.

Мечтайте, воплощайте, дерзайте!

Искренне ваша, администрация «Забытой Империи».

Радремон еще раз бегло просмотрел текст, но, так и не сумев уловить смысл, убрал письмо в верхний выдвижной ящик стола. Скорей всего, забыл кто-то из неумирающих. А понять их маркизу удавалось далеко не всегда. Особенно когда те переходили на свой особый диалект, изобилующий сокращениями и другими непонятными терминами.

Кое-кто из таких как раз, уверенно распахнув двери, зашел внутрь. Высокий, широкоплечий воин в разномастных доспехах. Эльфийский нагрудник, гномьи поножи, шипованные орчьи наплечники – ни один уважающий законы и этикет рыцарь не позволил бы себе явиться в приемную монарха в подобном виде.

Но этим можно.

Висевшая над головой визитера надпись ЛеНиВыЙ_ПеЛьМеНь, 46 lvl не оставляла сомнений – очередной гость Шинатума решил, что достоин предстать перед очами Его Величества. Так это или нет предстоит решать фор Корстеду, хранителю врат короля.

– Чо-каво, крыса канцелярская. – язвительно поздоровался воин. – Ты посрать-то хоть отходишь или прям в штаны гадишь?

Радремон буквально задохнулся от возмущения. Разговаривать так с ним? С маркизом? С главой славного рода фор Корстедов? Да что этот выскочка себе позволяет?

Радремон хотел уже крикнуть стражу, чтобы забрали десяток раз пронзенный верной шпагой труп… но не смог пошевелить даже пальцем. А его рот, будто живя отдельной жизнью, начал говорить совсем не то, что было на уме хозяина.

– Добрый день, уважаемый Ленивый Пельмень. – не изменившись в лице, выдал приветственную фразу маркиз. – Отнесли ли вы мое письмо барону О'…

– Да заткнись ты, непись прокл я тая! – грубо прервал его неумирающий. – Живо пустил меня к королю! Ивент на носу, и я не собираюсь сто лет качать репу, чтобы взять его квесты.

Воин угрожающе надвинулся вперед и использовал навык запугивания, но ни Радремон ни кто другой в комнате не повели и глазом. Боевые умения в этой зоне не работали. С таким же успехом можно было надеть зеленое трико и, претворившись деревом, пытаться проникнуть к эльфам. Итог один.

А еще фор Корстеду показалось, что где-то он все это уже видел… Или проживал…

– Сожалею, уважаемый, но вы недостаточно известны для аудиенции с Его Величеством. – невозмутимо сообщил Радремон, мучительно пытаясь вспомнить что-то, что затаившимся ужом засело в глубокой норе сознания. – Я не могу вас пропустить.

– Ну это мы еще посмотрим. – сквозь зубы процедил человек. – Главное чтобы ИИ не заявился.

С этими словами закованный в броню боец принялся танцевать причудливый танец, то приседая, то подскакивая, и размахивая руками, словно выпавший из гнезда птенец. Маркиз же отчаянно пытался взять под контроль хотя бы одну собственную мышцу. Открыть рот, моргнуть, дернуть пальцем – хоть что-то. Но нет, все тщетно. Он будто попал внутрь ожившей куклы и никак не мог из нее выбраться.

Жуткое, леденящее душу чувство полной беспомощности. Как когда…

Когда что?

– Ну, что теперь скажешь, непись? – спросил слегка запыхавшийся неумирающий, вновь подойдя к фор Корстеду.

– Сожалею, уважаемый, но вы недостаточно известны для аудиенции с Его Величеством. – сохранив позу и интонацию, против воли произнес Радремон. – Я не могу вас пропустить.

– Да какого черта⁈ – взревел воин. – Ты же должен был забагаться! Я столько голды тому гному выложил! Ну-ка еще раз.

Он шагнул назад и принялся выплясывать по новой, проделывая все те же уморительные трюки. Подними сейчас голову хоть кто-то из непрестанно строчащих перьями клерков, и они непременно разлили бы чернила от хохота. Кто бы не разыграл этого человека, он сделал это весьма жестоким и остроумным способом. А если еще и денег стряс… Банарв бы оценил точно.

Банарв?..

Банарв!

Неожиданно фор Корстед все вспомнил, но в этот самый миг под ним разверзлась бездна чернильной тьмы и поглотила Радремона, словно кошка зазевавшуюся муху.

* * *

Фор Корстед лежал на набитом соломой матрасе, укрывшись собственным плащом. И это владелец «Горлодера» еще постарался для дорогих гостей. Раньше здесь не было даже подобного минимума. У другой стены мирно сопел дварф. Налланномома же ближе к утру опять утащила Мали. Чем-то иллит ее все-таки покорил.

Яркий луч солнца, пробившись через закрытые ставни, разрезал крохотную комнатушку на две неравные части и обещал очередной знойный день. Радремон следил за ним невидящим взглядом. Из его головы никак не выходил только что увиденный сон.

В нем он снова был собой – пятидесятилетним аристократом с собственной семьей, поместьем и весьма престижной должностью во дворце Его Величества. А не занимал тело молодого человека, являвшегося отпрыском разорившегося рода и приходившегося ему… Потомком? Пращуром? Кем-то еще? Этого маркиз выяснить пока не успел.

А еще сон напомнил о собственном странном поведении. Будто всю прежнюю жизнь фор Корстед прожил по сценарию. Чужому сценарию. Без права на импровизацию, свободу поступков, фраз и даже мыслей. Словно марионетка в руках кукловода, которую когда надо достают из замызганного сундука, а после спектакля убирают обратно – до лучших времен или следующей постановки.

Жуткое чувство. Одно из немногих, которое Радремон сохранил, оказавшись на Милкаласе. Или выдумал, как и остальные эмоции, основываясь на тусклых воспоминаниях пережитого. Ведь не может человек жить без прошлого. Только оно определяет его будущие поступки и решения, а так же моральные принципы, взгляды и общее мировоззрение.

А почему тусклых? Так тут все просто. Не составляет труда сравнить яркость хранящихся в памяти эпизодов до и после купания в безграничной тьме неизвестности. И если вторые дышали сочными красками, энергией жизни, эмоциями (пусть и не всегда приятными), то первые походили на пыльный фамильный склеп, куда спускаются только для того, чтобы навсегда оставить в нем очередного родственника вместе с маленькой частичкой себя самого.

Маркиз вздохнул.

Он уже решил, что сам определяет свое прошлое, настоящее и тем более будущее. Однако в такие моменты почему-то больно щемило сердце, напоминая о семье, которой у него на самом деле никогда не было. На месте же любви и радости уюта домашнего очага бесформенным пятном расплывалась холодная черная клякса голодной пустоты.

Тем не менее, мотнув головой, фор Корстед сел и выбросил из головы мысли, лишавшие его душевного равновесия. Начался новый день, и сделать предстояло немало. Начиная от посещения места ночного преступления, до знакомства с настоящим членом Алых Мстителей. Но первым делом…

Радремон извлек из Перстня добытый в тайнике том и погрузился в увлекательное чтение о способах получения первого ранга и улучшении заклинаний и навыков.

Глава 31

Книга оказалась испещрена рисунками, надписями невпопад и праздными размышлениями. Она даже скорее походила на некие заметки путешественника, открывающего новые виды растений и животных в неизведанных землях, чем на руководство к действию.

Впрочем, если привыкнуть к стилю изложения автора и продраться сквозь хитросплетение зачеркнутых и вновь обведенных фраз, то оказалось вполне реальным вычленить полезную информацию. Возможно, это даже было частью сложностей, воздвигнутых на пути обретения силы. Чтобы не отдавать ее в руки интеллектуально неуклюжих личностей. Разумно.

В итоге, как Радремон и ожидал, ключом к развитию оказались ремы. Они требовались магам для медитаций, воинам для усиления тела и в еще большем количестве при желании улучшить навык. Теперь становилось понятно, почему Ариэлана при всем ее опыте второго ранга использовала лишь базовые умения. Она выбрала экстенсивный путь развития, связанный с повышением рангов и получением преимущества от новых возможностей, а возникающие дыры от слабой магии затыкала количеством заклинаний и их умелым комбинированием.

Может быть у нее даже что-то и вышло бы, не наткнись она на препятствие в виде одного упертого маркиза.

Фор Корстед листал тяжелые засаленные страницы (их явно трогал не один десяток людей до него) и постепенно осознавал истинную ценность рем. Добываемые с монстров «жемчужины» использовались в порошках, мазях, настойках; в перетертом виде их добавляли в специальные свечи, втирали в кожу и даже смешивали с тестом, из которого предстояло выпечь особые кексы.

С учетом же того, что добыть ремы получалось далеко не с каждого монстра, становился понятен царящий вокруг них ажиотаж.

Кроме того, для поднятия ранга требовались и другие ресурсы. Кристаллы, травы, минералы и прочее. Что-то Радремон видел в трофейном магазине, причем за весьма доступную цену, о существовании же некоторых других ингредиентов он и вовсе не догадывался.

И если с рангом дела обстояли более или менее приемлемо, то для усиления умений требовалось куда больше. Например, где взять эссенцию жидкого пламени, соответствующую по цвету выбранному навыку, да и что это вообще такое маркиз не представлял даже примерно. Не говоря уже о предположении, где ее можно добыть. И уж точно такую диковинку не удастся купить на рынке среди рыбьих потрохов и свиных копыт.

Хотя, кто знает, что продают в столице. Особенно в теневой ее части. Существование которой виделось фор Корстеду непременно обязательной.

Кроме того, еще одна мысль не давала Радремону покоя. То зелье, найденное в комнате у Ариэланы. А если точнее – реакция на него системы. Она будто впервые видела нечто подобное, и ей пришлось на ходу анализировать и придумывать описание. Значит снадобье создали без ее ведома.

Из этого следуют два вывода. Система не вездесуща – раз. И маркиз тоже может сварить себе что захочет – два. К тому же чертеж «Алхимической шкатулки» он видел в магазине еще на третьем уровне.

А значит настало время вновь наведаться в обитель вредного старикашки. Тем более, что времени в реальном мире это не займет вовсе.

Прообраз летающей лавки из местного фольклора встретил фор Корстеда давящей тишиной и щекочущим нос запахом озона. Так бывает перед бурей, когда вся природа вокруг как будто вдохнула и задержала дыхание перед мощным выдохом, под воздействие которого обычным людям лучше не попадать.

Радремон встретился взглядом с продавцом и сразу нашел источник наэлектризованности атмосферы. В глазах старика плясали ветвистые молнии, готовые, казалось, вот-вот вырваться наружу и превратить визитера в горсть праха, который тут же подхватит ветер и развеет на многие километры вокруг.

И с чего бы такая немил… Ах да. Последние пару раз маркиз заскакивал буквально на несколько секунд, чтобы докупить зелий, и тут же убегал обратно. А вот до этого он наступил деду на больную мозоль, оставив на полу корявый гоблинский кинжал. И пусть это была лишь мелкая пакость в отместку за сожженный свиток, эффект она возымела явно нешуточный.

Впрочем, продавец сам виноват. Нечего было уничтожать чужое имущество. Так что теперь пусть пыхтит сколько влезет. Фор Корстед считал, что они квиты. А потому, поправив подпоясанные веревкой рабские штаны (он по-прежнему появлялся тут в них, хотя в реальности уже давно избавился от этого хлама и сейчас сидел в комнате в новой одежде, добытой ночью посыльным орка), Радремон уверенным шагом подошел к стойке.

Если бы старик хотел его прикончить, он бы уже давно это сделал. А раз маркиз еще жив, значит сделать тот этого не может. Но и дразнить его сверх меры тоже не стоит. Даже посаженный на цепь пес в один прекрасный день может сорваться, и тогда не поздоровится каждому, кто тыкал в него через забор палкой.

– Добрый… – фор Корстед огляделся в попытке определить время суток, но вокруг как всегда царил таинственный полумрак заброшенного склепа. – Доброе утро, уважаемый. – с улыбкой выдал Радремон, решив ориентироваться на время внешнего мира. – Как идет торговля? Хулиганье не ворует?

– Бери за чем пришел и проваливай. – произнес дед голосом, похожим на скрип разбитой телеги. – Подумать только – семьсот лет тишины… Нет, надо было явиться!

Здесь ему следовало сквозь зубы сплюнуть на пол, но подобное поведение никак не вязалось с элегантным черным двубортным сюртуком о золотых пуговицах. Да и убирать потом тоже придется самому. Готовых на любую грязную работу кристов вокруг не наблюдалось.

– Что-то не слишком ты любезен с покупателями. – лениво облокотившись на стойку, выдал Радремон. – Так, глядишь, без работы останешься на старости лет-то. Придется самому костюмчик чистить, а то и, прости Светлоликий, штопать.

Глаза продавца, и без того сверкавшие молниями, полыхнули пламенем разбуженного вулкана. У маркиза резко заныли полученные ночью раны. Они уже, благодаря девяти единицам выносливости, затянулись без следа, но фор Корстеду неожиданно показалось, что те вот-вот снова откроются.

Не самое приятное чувство.

Что он там думал про тыкать в злобного пса палкой? Кажется пес оказался ядовитым и только что нассал на него прямо через забор.

– Чертеж «Алхимической шкатулки», два слитка меди, малахит, порцию магической пыли и три крохотных зелья маны. – перечислил Радремон и, заплатив за требуемое, добавил. – Кстати, уважаемый, привоз когда планируется? Крохотульки уже не слишком помогают. Мне бы что позабористее.

– Надеюсь, что никогда. – буркнул старик, мановением пальца отправляя на прилавок требуемое. – Забирай и проваливай.

– Погоди. Может мне еще что понадобится. Как, Бездна, этим пользоваться-то?

Маркиз не просто так купил медь и прочее – все это, за исключением зелий, требовалось по чертежу Шкатулки. Вот только никаких дополнительных инструкций не прилагалось. Видимо считалось, что тот, кому надо, уже знает все без подсказок. Ну или разберется на месте.

Помощи от деда тоже ждать не следовало. Тот прямо из воздуха достал книгу с говорящим названием «100 и 1 способ избавиться от назойливого клиента» за авторством Я. Д. Смертельный и принялся увлеченно читать, время от времени делая пометки тонким угольным грифелем.

Захватив часть стойки под эксперименты, фор Корстед складывал компоненты шалашиком, столбиком, кружочком, пытался спрессовать их или наоборот раздвигал подальше. Он даже попробовал нашептывать придуманные на ходу магические слова, и умудрился порезаться острым краем малахита. Однако, что совой об пень, что пнем об сову – результат оставался неизменным. Лишь злорадно ухмылялся из-за страниц книги вредный продавец. Наверное этот способ издевательства он вычитал именно в ней.

Наконец, матерясь, как пьяный сапожник, стукнувший себя молотком по яйцам, Радремон швырнул на прилавок чертеж, а сверху бесформенной грудой свалил все остальное и раздосадованно плюнул. Обладала ли его слюна волшебными свойствами, или он достиг каких-то других условий, но с тихим «пуф» все приобретения разом исчезли, а на их месте возникла любопытного вида шкатулка.

Медный (что неудивительно) ящичек на четырех коротких овальных ножках – его украшали побеги невиданных, будто проросших сквозь стенки, растений. Те ветвились и переплетались, местами образуя силуэты животных и птиц; защелками служили жутковатого вида скалящиеся маски; а с одной стороны тускло светилось похожее на окно в другой мир малахитовое стеклышко в форме березового листа с хаотичной паутиной рахиса.