Текст книги ""Фантастика 2025-161". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Гедеон

Соавторы: Павел Барчук,Мила Бачурова,Елена Шатилова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 182 (всего у книги 282 страниц)

А вот их командир не смеялся. Влепив строптивой пленнице пощёчину, он намотал её косу на кулак и потащил к пирамиде. Воины сопроводили его действия одобрительными криками и улюлюканьем.

Лёха не понял ни слова, но само звучание было знакомо. На этом, или очень похожем, языке с ним пытался разговаривать холуй Гарма.

– Что ж вы все такие однообразные-то? – злобно оскалившись, задал риторический вопрос Стриж.

Чёрт знает, как остальные эльфы, но конкретно эти любители охоты на собратьев ничем не отличались от своих бородатых или чернокожих собратьев по ремеслу. Такое же двуногое дерьмо, годное максимум на удобрения.

Вопреки ожиданиям, эльфийка не стала кричать. Вместо этого она попыталась достать ублюдка ногами. Тщетно: остроухий насильник ловко увернулся от пинка и вбил кулак в живот строптивице. Та упала на колени, свернувшись в клубок от боли. Эльф зло оскалился и, вскинув свободную руку, выстрелил в девушку заклинанием, похожим на молнию. Тело жертвы затряслось в конвульсиях.

– Ты как насчёт раннего завтрака? – спокойно поинтересовался Лёха у Белочки. – В меню отбивная по-эльфийски.

Демоница тут же появилась рядом с белоснежной салфеткой, аккуратно заправленной в декольте.

– Ты же знаешь, я всегда не прочь перекусить, – раздвоенный язычок прошёлся по алым губам. – Разве что меня раздражает, что ты вечно лезешь кого-то спасать. Как герой глупой книжонки про рыцарей.

– Я старомоден, – ответил Лёха. – Лучше уж походить на наивного героя нелепой рыцарской книжонки, чем на одного из популярных нынче ублюдков, трясущихся только за свою задницу.

– И почему я не попала в голову одного из таких? – вздохнула демоница.

– Это тебе наказание за грехи, – сообщил Стриж, наблюдая, куда направляется остроухий.

Поняв, где примерно окажется маг, он отполз назад и, убедившись, что остальной банде снизу его не видно, перебежал к нужному месту.

Осторожно выглянув, Лёха зло ухмыльнулся. Эльф и не подозревал об уготованной ему участи, свято уверовав в собственную безопасность. Придавив ногой жертву, он неторопливо, явно наслаждаясь ощущением власти, расстёгивал штаны.

– Голожопых мы ещё не убивали, – хмыкнула Белочка, поправив складку на салфетке.

Стриж не ответил – он был занят, отцепляя правую перчатку доспеха. Иначе не получалось отрастить «столовый прибор» демоницы.

Боль от растущего клинка он встретил злорадной ухмылкой. Сейчас она была почти приятной. Расправив крылья, он нетерпеливо спикировал на жертву.

В последний момент эльф вскинул голову, видимо, услышав шелест воздуха. Лёха с удовольствием смотрел, как похотливую улыбку на его лице сменяет выражение дикого, потустороннего ужаса. Остроухий успел даже открыть рот, а вот заорать – уже нет.

Костяной клинок пробил его горло и любитель жёсткого секса захрипел, отчаянно дёргаясь. А Стриж, глядя в его выпученные от страха и боли глаза, улыбался.

Пожалуй, в великодушные и благородные герои он тоже не годился.

Едва нога перестала придавливать пленницу к земле, как та откатилась в сторону и слепо пнула ногой в пустоту. Лёха молча наблюдал за ней, краем глаза любуясь леденеющим трупом эльфа. Почему-то это зрелище грело ему душу.

О пленнице он особенно не беспокоился. Видеть она начнёт не скоро, а убежать куда-то связанной, да ещё и с приспущенными штанами, не сумеет. Ну а начнёт орать – вызовет только глумливый хохот дружков ныне покойного мага. Идти и проверять никто не станет.

Осталось решить, что делать с девчонкой. Тащить её с собой, расходуя ограниченный запас сил демона? Не хотелось, но ещё меньше он желал оставлять её тут, с этими ублюдками. Развязать и оставить – вообще не вариант. Слепая далеко не уйдёт, а если её поймают обозлённые потерей вожака бандиты, то можно не сомневаться – устроят такое, что смерть для эльфийки станет благом.

Вряд ли стоит надеяться на то, что ему вдруг повезёт и эльфийка знает язык людей. Значит, будет сопротивляться и орать, как только он её схватит. И ладно тут это не вызовет особых подозрений, но в полёте она полностью его демаскирует.

Хотя…

«Белочка, а летающие демоны бывают?» – спросил он.

«Ммм?.. – демоница подняла на него алые, покрытые поволокой наслаждения, глаза. – Да, есть такие».

«Тогда у меня к тебе будет просьба как только ты закончишь трапезу», – широко ухмыльнулся Стриж.

Ужасающий, пронзающий мозг вопль демона заставил эльфов повскакивать с мест и схватиться за оружие. Из руин, куда командир отволок пленницу, послышался полный ужаса женский крик, а затем над руинами взмыл тёмный крылатый силуэт, уносящий с собой отчаянно голосящую добычу.

Переглянувшись, бойцы бросились к остаткам древней стены, свернули за угол и едва не споткнулись об обледеневший труп мага.

Над лесом разнёсся ещё один торжествующий вопль демона.

Глава 9

В фильмах про рыцарей и всяких суперменов спасённая прекрасная дама смирно лежит на руках героя, глядя на него с любовью и обожанием.

Стриж же лишний раз убедился, что нихрена он не рыцарь и не герой. Ну, или кино беспардонно врёт миллионам зрителей. Потому что ни лежать смирно, ни смотреть с обожанием, да даже просто молчать эльфийка не собиралась. Наоборот – брыкалась и блажила на весь лес.

Будь Лёха реальным супергероем, или хотя бы эльфийским асом крылатого доспеха с налётом в пару тысяч часов, может, тогда для него всё это не представляло проблемы. Но, увы, ничем подобным он не обладал, потому приходилось прикладывать все силы, чтобы не уронить неожиданно буйную спасённую и не свалиться в штопор самому.

– Брось эту дуру нахен, пока мы не гробанулись! – не выдержав, рявкнула Белочка.

Лёха даже отвечать не стал, всецело сосредоточившись на полёте.

Зато эльфийка старалась за двоих. Лёха даже позавидовал мощи её голосовых связок – девушка ухитрялась вопить даже на вдохе. В опере бы ей петь с такими талантами…

Присмотрев подходящую полянку, Стриж спикировал, чудом не превратив посадку в падение. С облегчением выпустив свою ношу, он попросил:

«Верни моё лицо».

«Энергию тратить», – недовольно заворчал демон.

«Я не для того спасал эту крикунью, чтобы она загнулась от инфаркта, узрев чешуйчатую рожу, – ответил Лёха. – Да и ты только что поужинала».

«То, что ты угостил меня ужином, не даёт тебе права указывать мне, что делать!» – театрально возмутилась Белочка.

«Давай отложим борьбу за права демонов на другой день, а?» – устало попросил Стриж.

«Ладно, – подумав, сдалась демоница, – хрен с тобой, рыцарь фигов».

Видимо в отместку, трансформацию она провела особенно болезненно. Даже перед глазами всё потемнело.

«Ну и куда она собралась?» – индифферентно поинтересовалась Белочка.

Едва зрение прояснилось, Лёха увидел, что эльфийка не только встала на ноги, но и пытается убежать в лес. Слепая и со связанными за спиной руками.

– Безумству храбрых поём мы песню, – пробормотал он, с интересом наблюдая за девушкой.

Путь к свободе преградил кустарник, подло кинувшийся в ноги эльфийке. Та споткнулась и плашмя шлёпнулась наземь, отплёвываясь от попавшей в рот листвы.

– Ну и что с ней делать? – вслух задал риторический вопрос Стриж.

«Трахнуть, убить и сожрать, – плотоядно облизнулась демоница. – И не особенно важно в какой именно последовательности».

«Ошибку осознал, советов просить не буду», – заявил Лёха, даже не пытаясь уточнить, шутила ли Белочка.

Эльфийка, едва услышав человеческий голос, замерла, прислушиваясь.

– Успокойся, – обратился к ней Стриж. – Я не причиню тебе вреда.

В ответ прозвучало несколько непонятных слов.

– Ты меня понимаешь? – предчувствуя недоброе, спросил Лёха.

Языковой барьер делал спасённую практически бесполезной для получения информации и вряд ли она, как Миа, владеет понятным ему языком жестов.

– Исьток, – к неимоверному облегчению, эльфийка заговорила пусть коряво, но понятно. – Тьи убьивать?

Поразмыслив, Стриж решил, что Исьтоком звали того мага, любителя походных развлечений.

– Да, – коротко ответил он эльфийке.

Та недоверчиво прислушалась и через пару секунд упрямо вздёрнула подбородок.

– Низьший, я неть ськазять, – забавно смягчая слоги произнесла девушка.

– Низший? – весело переспросил Лёха, вспомнив прочитанную ещё дома серию книг. – Скажи ещё, что гоблин.

– Я неть ськазять, – упрямо повторила эльфийка. – Убьить.

– Да откуда у тебя такая тяга к суициду? – пробормотал Стриж, подходя к пленнице.

Та, явно ориентируясь на звук, от души лягнула его связанными ногами и зашипела от боли, ушибившись о доспех.

– Номинант на премию Дарвина, – вздохнул Лёха. – Причём упорный.

«Что, даже упорней тебя?» – изумилась Белочка.

Не обращая на неё внимания, Стриж посмотрел на поджавшую отбитые ноги спасённую.

Продолжать разговор, или подождать, когда к эльфийке вернётся зрение? Может, увидев собрата, получится её разговорить? С другой стороны – её ушастым родичам ничего не мешает резать, пленять и насиловать друг дружку.

Попытка эльфйки поиграть в несгибаемого партизана одновременно забавляла и раздражала. Пожелай того Лёха, и эльфийка очень скоро «скьязать» бы ему всё, что нужно. Уж что-что, а получать информацию от захваченных источников его научили на отлично. Да и практика имелась, чего уж скрывать.

Вот только между «уметь» и «хотеть» лежит пропасть.

Девчонка, нащупав относительно острый обломок камня, тихонько пыталась перетереть верёвку. Понаблюдав за этим пару минут, Стриж без затей разрезал путы прихваченным с собой кинжалом. Далеко сослепу девчонка всё равно не убежит, а так может успокоится и захочет поговорить.

Похоже, воткни он острие в ногу эльфийке – произвёл бы менее сильное впечатление. Девушка с некоторым трудом поднялась на ноги и недоверчиво прислушалась, поспешно растирая запястья.

«Если вернусь домой, – подумал наблюдавший за ней Лёха, – подам рапорт с предложением ввести в программу обучения личного состава технику безопасности при обращении с магическими артефактами и основы налаживания контакта с волшебными существами».

«И вежливому обращению с демонами», – вставила свои пять копеек Белочка.

«Уговорила», – покладисто согласился он. Вслух же спросил у эльфийки:

– Тебя как звать? Имя?

Ответом была гордо взёрнутая голова девушки.

– Ну и дура, – резюмировал Лёха сдерживая желание отвесить подзатыльник упрямой «партизанке».

Ему нужна была информация. Очень нужна. И, если не удастся убедить глупую девчонку поделиться ею добровольно, придётся применить силу. Мерзко, противно, но он должен понять что за хрень тут происходит.

Строго говоря, эта ушастая может оказаться далеко не невинной барышней в беде. Никто не утверждал, что её приятели – «хорошие ребята» в той сцене, которой Лёха был свидетелем. Кто знает, может они шли, чтобы сжечь мирное селение, а их попросту успели перехватить и предотвратить трагедию. Ну а что девку поволокли для полевых утех – характеризует местные нравы, но никак не ангельские намерения пленников.

Главным препятствием был очевидный языковой барьер. Судя по уже услышанному, эльфийка языком владела неважно и в состоянии стресса могла вовсе позабывать плохо заученные слова. А то, что она будет рассказывать на своей тарабарщине, Стрижу без надобности.

Значит, нужно дождаться, когда к эльфийке вернётся зрение. По крайней мере на вопрос «откуда вы пришли» сумеет ответить, просто ткнув пальцем в нужную сторону. Особенно, если дело будет происходить на головокружительной высоте с прекрасным обзором, а от падения её будет удерживать только его доброе расположение.

Действительно ронять девчонку Стриж не собирался, но ей об этом знать не обязательно.

– Если хочешь спасти своих друзей – не убегай, – посоветовал он эльфийке.

Кем бы она не была, скорее всего заинтересована в сохранении жизней соратников. Неплохой мотив остаться и заговорить.

Девушка подозрительно сузила глаза, а потом присела на траву, продолжая растирать запястья. Может и правда передумала бежать, а может просто ждёт, когда полностью восстановится кровоток в ногах.

Стриж посмотрел на неё с долей зависти. Очень хотелось выбраться из брони, растянуться в траве и поспать, но ни сомнительная спасённая, ни дикие звери, ни бродившие тут демоны не располагали к отдыху. Потому Стриж просто выставил крылья как опоры и откинулся назад, словно на очень высоком шезлонге.

Не пять звёзд, но всё же отдых.

Вскоре спасённая начала озираться и тереть глаза – верные признаки, что зрение возвращается. Лёха выпрямился, снял шлем и молча наблюдал за её манипуляциями, ожидая реакции на увиденное.

Оно того стоило.

Вид сородича в крылатой броне порядком шокировал эльфийку. Округлив глаза, она затараторила на своей тарабарщине, причём явно с вопросительными интонациями.

– Потише! – вскинув руку, прервал Лёха её излияния. – Я тебя не понимаю.

Словарный поток как ножом отрезало: запнувшись на полуслове, девчонка вытаращилась на Стрижа со смесью удивления и подозрительности на лице. Видимо, силилась понять, как это возможно – эльф, не понимающий родного языка?

– Я был рабом у людей, – на ходу сочинил правдоподобную ложь Лёха. – С детства. Никогда не говорил с другими эльфами и не знаю родного языка.

Судя по выражению лица, эльфийка его не поняла.

Ну да, с его везением иначе быть и не могло.

– Ладно, – буркнул он, – поиграем в крокодила.

Ткнув себя пальцем в грудь, Стриж опустил руку, показывая рост полуторогодовалого малыша, затем изобразил, как ему отрезают волосы, свёл руки за спиной, насколько позволяли крылья, и согнулся, как понурый связанный пленник.

Кажется, эльфийка поняла. Во всяком случае она свела ладони, растопырила пальцы, изобразила что-то вроде бегущего краба и вопросительно посмотрела на Лёху.

Понятней не стало, но сама готовность поддерживать диалог внушала умеренный оптимизм.

– Не понял, – разведя руками признался Стриж.

Раздосадованно выругавшись непонятными словами, но вполне узнаваемыми интонациями, эльфийка ещё раз потёрла глаза и огляделась. Углядев поваленное непогодой дерево, она целеустремлённо направилась к нему.

Лёха пошёл следом, настороженно поглядывая по сторонам.

Эльфийка, тем временем, отломила одну из сухихи веток и начала корябать ей на покрытом густым мхом стволе. В грубом схематичном рисунке Стриж опознал паука.

Что-то знакомое… Точно! Клан Лунных Пауков, что занимался превращением пойманных эльфов в пустышек. Логично, что ушастые о них знают.

– Низьший, – сказала девушка и ткнула в изображение, а затем в Лёху. – Бьрять ты?

Она изобразила, как укачивает на руках младенца.

Стриж кивнул. В конце-концов, эта версия вызовет меньше всего вопросов. Вряд ли кому-то нужды несформировавшиеся и слабые дети-пустышки. Значит, Пауки могли запросто выращивать пленников до определённого возраста. И могло такое случиться, что один из них сбежал до того, как его превратили в пустышку.

Эльфийка нахмурила брови, а затем ткнула пальцем сперва в Лёху, затем в себя и в изображение паука.

Несколько секунд Стриж не мог сообразить смысла пантомимы, а затем неуверенно спросил:

– Думаешь, я отдам тебя паукам?

Вопроса эльфийка не поняла, а потому он просто сделал несколько шагов назад и махнул в сторону леса, давая понять, что она свободна.

Риска тут не было: во-первых, источник информации из освобождённой получился откровенно говёный. Толку от допроса, если он не понимает ответов? А во-вторых, при желании он сумеет её догнать.

Эльфийка не побежала. Она обошла его по широкой дуге, разглядывая артефактную броню. Стриж не мешал, лишь надел на голову шлем. И для эффекта, и на случай, если она сумеет быстро поднять камень и метнуть ему в голову. Вряд ли даже демон сумеет быстро залечить травму мозга, а пока он будет валяться без сознания – ушастая просто раздолбит ему череп тем же камнем.

Бесславная и очень глупая смерть.

– Гьде, – спросила эльфийка, благоговейно потрогав пальцем металлическое крыло.

Твёрдые звуки явно давались ей с трудом и Лёха то и дело сдерживался, чтобы не рассмеяться. Очень уж контрастировало угрюмое и серьёзное выражение её лица с детским лепечущим произношением.

– Нашёл в заброшенной пирамиде, – честно сказал Стриж, практически уверенный, что не будет понят.

По лицу эльфийки было видно, что этих слов она не знает.

Не особо умствуя, Лёха просто изобразил руками силуэт ступенчатой пирамиды.

Этот ответ ушастая, со всей очевидностью, поняла и широко распахнула глаза.

– Гьде?! – требовательно спросила она.

Ухмыльнувшись, Стриж поманил её пальцем. Отличный момент, чтобы получить кое-какую информацию.

Увы, в качестве романтического героя он успеха не имел: девушка не спешила в его объятья. Вздохнув, Лёха показал на ушастую, затем на глаза, а потом указал в небо и взмахнул крыльями.

На лице эльфийки читалась недолгая, но напряжённая борьба. Она явно не доверяла чужаку и не жаждала снова оказаться в воздухе, но желание увидеть место, где сохранилась рабочая крылатая броня, взяло верх.

Сглотнув, девушка подошла к Стрижу и кивнула.

Тут же появилась Белочка, на этот раз в парном образе Супермена и Лоис Лейн. Она стояла на его ступнях и при этом трогательно-романтично заглядывала в глаза. Их лица находились в считанных сантиметрах друг от друга.

«Да хрена с два! – мысленно буркнул Лёха. – Чтоб она мне в горло вцепилась посреди полёта, или пальцами в глаза ткнула?»

Он прижал ушастую спиной к нагруднику, максимально затрудняя ей любую пакость, и взлетел. Выше, гораздо выше, чем требовалось для нормального обзора.

Пусть понервничает, ей полезно.

– Там, – Стриж указал рукой на горную гряду, едва различимую в ночи даже с его зрением.

Указал совсем не то место, где на самом деле пряталась покинутая пирамида. Да и девчонку удерживал только одной рукой, усиливая у той чувство животного страха.

– Где твой дом? – спросил он, неспешно нарезая круги для лучшего обзора. – Откуда ты? Покажи.

– Я неть ськазять, – стуча зубами от страха, всё же завела старую песню эльфийка.

Не хочет выдавать расположение своего города, поселения, или что там у них? С одной стороны, это вызывало уважение, а с другой – очень раздражало.

– Те, с кем вы дрались. Враги. Где их дом? Враг, где?

Поняла его эльфийка, или нет, но повертела головой и уверенно указала направление.

Сперва Лёха подумал, что она слукавила, как и он сам. Много ли она различит, болтаясь высоко над землёй, в зелёном лесном ковре? Тоже, небось, ткнула пальцем в случайном направлении.

Но, приглядевшись, он понял, что ошибался.

Над кронами деревьев, километрах в шестидесяти, возвышалась гора с усечённой плоской вершиной. Такие в родном мире Лёхи звали «столовыми». Вот только на этом столе кто-то когда-то воздвиг знакомую уже пирамиду. Ту изрядно покорёжило то ли время, то ли более осязаемый враг, но ступенчатый силуэт не могли скрыть даже растущие на ней деревья.

Стриж недоверчиво хмыкнул, пошёл на снижение и бережно опустил эльфийку на землю. Вполне могло быть, что она всё же соврала. Отыскала взглядом подходящее местечко и указала на него.

Полетит к горе странный чужак, а там давно уже нет никакого поселения. Но какой в том резон? Что-то подсказывало, что ушастая совсем не прочь, чтобы он устроил весёлую жизнь сородичам, что недавно резали её дружков.

Да и важно ли это? Собеседник из эльфийки, говоря откровенно, дерьмовый. Ему бы найти какого-нибудь местного полиглота и поговорить с ним предметно…

– Куда повели твоих друзей? – без особой надежды спросил он у девушки.

В её взгляде читалось непонимание.

– Ладно, вспомним школьные уроки рисования, – решил Стриж.

На том самом бревне он, в излюбленной художественной манере «палка-палка-огуречик», изобразил человечков с копьями, а рядом с ними – человечков, сидящих на земле. Для верности указал сперва на них, потом на эльфийку.

– Твои друзья.

Затем показал на вооружённых и произнёс:

– Враг. Где?

Ушастая оживилась, выхватила у него палочку и начала корябать что-то на мху. С некоторым трудом Стриж опознал корабль, на борту которого красовался паук. Затем эльфийка обозначила реку, по которой плыл корабль, и на береговой линии нарисовала пару человечков: одного с копьём, а второго – сидящего и безоружного.

Реку Лёха уже видел, пока летел: широкая и явно судоходная. По такой без проблем пройдёт не один корабль. Да и средство передвижения для Пауков логичное: видимость хорошая, приближение противника видно издалека. И пойманных эльфов перевозить куда удобней, чем тащиться с лошадьми по лесу или, того хуже, гнать пеших неделями. Припасы, опять же, не на своём горбу нести.

По всему выходило, что ушастые собирались передать пойманных сородичей на корабль Пауков. Странно как-то: до сих пор ему рассказывали, что все чистокровки вне закона и их поимкой занимаются какие-то специальные отряды загонщиков. А тут, выходит, гражданская война? Или какая-то сделка между какими-то племенами ушастых и людьми?

Чёрт, ему нужен язык. Сгодятся и те весёлые ребятки, у которых он умыкнул эльфийку, и Пауки. Последние даже предпочтительней: они точно говорят с ним на одном языке.

На миг он задумался, а не слетать ли обратно, к пирамиде? Но здравый смысл подсказывал, что вряд ли ушастые останутся там. Или вернутся с пленными к себе, вероятней всего на столовую гору, или отправятся к реке в какое-то условленное место. Если пленных передают Паукам, значит или корабли курсируют по какому-то расписанию, или есть способ сообщить о пленниках.

Прикинув расстояние к горе, и к реке, Лёха решил, что этот вариант намного вероятней. Даже если он не найдёт на берегу ушастых, то корабль точно не пропустит.

Хороший план, осталось только решить, что делать с ушастой.

Тащить её с собой он точно не собирался: толку от неё не много, расход энергии демона двойной, да и можно в самый неожиданный момент получить острой палкой в глаз. За такой доспех многие готовы убить. Кто сказал, что она – исключение?

Бросать её одну, посреди леса, безоружную – тоже так себе вариант. Не по-человечески как-то. Пропитание она явно найдёт – жила же тут как-то годами, а вот от крупного хищника острым куском камня или веткой не отобьёшься.

У него, конечно, было с собой оружие из пирамиды, но вот так бездарно отдавать его первой встречной откровенно не хотелось. Но, видимо, придётся. В конце-концов, он когда-то сможет прилететь и взять себе ещё.

Узнать бы, конечно, где эти дикари живут и понаблюдать… Что-то подсказывало, что устройство этого мира разительно отличается от того, что рассказывала Лаура. Но тратить дни, а может и недели на слежку – безнадёжная затея. В лесу он не так хорош, как местные, а сверху легко потерять цель под густыми кронами. Да и не хватит у него энергии на столь долгие полёты.

И его ждут дома.

Лёха даже улыбнулся, поняв, что воспринимает замок Кречетов, не самое, в общем-то, безопасное и дружелюбное место, как дом. Наверное, дело в тех, кто ждал его там. Интересно, о чём они там думают, отслеживая его перемещения через кольца? Сперва его бросило в какую-то задницу мира, затем он потерял одно и начал двигаться чудовищно быстро для местных темпов путешествий.

Кольцо!

Вспомнив о нём, Стриж прищурился и оценивающе оглядел ушастую. Знает она о существовании следящих артефактов, или примет от него «колечко на память»? Чёрт его знает. А вот оружие точно примет. Особенно, если оно из древнего схрона.

Осталось понять, как присобачить к нему кольцо.

– Стоять, – сказал Лёха эльфийке и для ясности ткнул пальцем сперва в неё, потом в траву. – Ждать.

Дождавшись кивка, он взлетел и переместился недалеко, просто за пределы видимости. Повозившись немного, он сообразил как перекинуть «рюкзак-кокон» со спины на грудь, не снимая доспех, и вытащил арбалет.

Отложив его в сторону, Стриж повертел в руках один из кинжалов. Нет, никак не прицепить кольцо, чтобы не привлечь внимание лишней деталью.

Навершие для шестопера? Тоже нет – кольцо не по диаметру втулки.

Потирая подбородок, Лёха вновь взглянул на арбалет и заинтересованно поднял бровь, заметив одну деталь на затыльнике приклада.

Взяв оружие, он умилённо вздохнул: крышка отверстия для пенала, совсем как на родном автомате Калашникова. Чтобы подтвердить догадку, он нажал на крышку пальцем и выудил длинный металлический цилиндр, в котором вместо привычных ёршика, выколотки и прочего обнаружились запасная тетива и детали спускового механизма.

– Вы же мои умницы остроухие, – вслух похвалил древних оружейников Стриж, примеряя кольцо к пеналу.

К его облегчению, подошло практически идеально.

Убрав заряженный магическим «маячком» пенал на место, Стриж вздохнул. Жалко отдавать дикарке такое оружие, но как не крути, это единственный шанс отслеживать её перемещения. И, если она доберётся до своих живой – он сможет выйти на них позже для изучения особенностей местного мироустройства.

Если, конечно, сам не сдохнет.

Возвращался он без уверенности, что найдёт ушастую на том же месте, что и оставил. С другой стороны – эльфийка с воза, Белочке легче. Если уж пленница воспользовалась случаем и сбежала – её смерть будет точно не на Лёхиной совести. Сама дура.

Но ушастая его дождалась. Тоже понимает, что выжить в лесу без снаряжения – задачка «со звёздочкой»? Или имеет какой-то интерес на его счёт?

Состроив умеренно-торжественную физиономию, Стриж протянул ей сложенный арбалет и высыпал у ног несколько болтов.

– Домой дойдёшь? – без особой надежды на понимание спросил он, а затем ткнул пальцем в собеседницу и повторил. – Дом. Ты дом.

Затем указал на себя, на нарисованных человечков с копьями, и красноречиво провёл пальцем по шее. Пусть верит, что он отправился убивать её врагов. Может растрогается и всё же скажет что-то полезное?

Не растрогалась. Просто взяла арбалет и кивнула. То, как эльфийка ласкала взглядом оружие, подсказывало, что с подарком она вряд ли расстанется по доброй воле.

Нервировать Стрижа, снаряжая арбалет и подбирая болты, тоже не стала. Вот и молодец.

Махнув рукой на прощание, Лёха взлетел, разрывая расстояние. Его вера в людей, да и эльфов, угасла настолько, что он бы уже не особенно удивился пущенному вслед болту.

Поднявшись на безопасную высоту, он огляделся, нашёл взглядом реку и взял курс на неё.