Текст книги ""Фантастика 2025-161". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)"

Автор книги: Гедеон

Соавторы: Павел Барчук,Мила Бачурова,Елена Шатилова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 169 (всего у книги 282 страниц)

Глава 10

Холод пронизывал тело, проникал в кровь, стал самой сутью существования. Чуждого существования. Чуждого настолько, что Лёха не мог даже сказать, был он индивидуальностью, или частью странной общности, крошечной снежинкой в сокрушительной лавине.

Покой ледяного мира нарушила искра. Жаркая, обжигающая. Она одновременно раздражала, лишала покоя, и пробуждала желание. То было неведомое чувство. Словно на кожу попал уголёк и его требовалось потушить, возвращая покой. И при этом он пробуждал голод, словно горячий блин, который хочется стащить прямо со сковороды, обжигая сперва пальцы, а затем и язык. А ещё искрой хотелось обладать. Как картиной мастера, восхитительной музыкой, прекрасной женщиной, или чарующим закатом.

Желание полного, безраздельного обладания захлёстывало всё существо, толкало к искре. Вперёд. Вперёд! Всё быстрее и быстрее, до тех пор, пока пасть не сомкнулась на обжигающей плоти. Пока чуждый инородный жар не угас в вечном холоде, даря краткий, но такой желанный миг удовольствия. Пока чужая сила не стала частью его самого.

Лишь когда эйфория отступила, Лёха осознал, что смотрит на растерзанные, покрытые инеем останки человека.

Удар головой заставил проснуться, подавившись собственным криком. Стриж в панике вытер рот и с ужасом уставился на рукав. Чисто. Никакой крови, никаких ошмётков плоти. Сон.

Тяжело дыша, Лёха сел и какое-то время молча пялился на руки в попытке осознать пережитое. Ему и раньше снились кошмары. Особенно часто повторялся один: Стриж пытался выбраться через верхний люк из горящего БТРа, но цеплялся подсумками и метался в отчаянной попытке освободиться, видя, как огонь подбирается всё ближе.

Были и другие сны. В них Лёха получал пулю или осколок, подрывался на мине, задыхался заживо засыпанным в окопе…

Но впервые он перестал ощущать себя человеком.

Лёха дрожащими руками снял с пояса флягу с водой, с трудом вынул пробку и сделал несколько глотков.

Что это было? Он теряет разум? Перестаёт быть собой? Или не только демон копается в его мозгах, но и он, Стриж, каким-то образом прикасается к чуждому разуму, видит его воспоминания?

Существо молчало. После пребывание в его шкуре оказалось сложно называть тварь забавным именем «Белочка». Всё равно, что дать прозвище вьюге, или жажде.

Отдышавшись, Лёха выбрался из крытой части фургона и сел на облучок.

Руки мелко дрожали, как всегда после кошмаров. Стриж вновь приложился к фляге, а потом вынул из кармана носовой платок и утёр взмокший лоб.

Возница бросил на него любопытный взгляд, но промолчал. Получил особые инструкции от Райны? Вероятно.

– Жарко, – пояснил ему Лёха. – Сморило.

Сама магичка ехала неподалёку верхом на белой кобыле и украдкой поглядывала на него. Опасалась, что в какой-то момент из телеги вылезет демон и начнёт пожирать её людей?

Сейчас Стриж разделял эти опасения.

Язык невольно прошёлся по зубам, проверяя, не заострились ли они. Иногда, в моменты потери контроля, Лёха умудрялся не замечать некоторых трансформаций тела. Адреналин притуплял боль, или всё же демон умеет её заглушать когда это ему выгодно?

«Эй, ты тут?» – мысленно позвал Стриж.

Ответа не было. Может, симбиот просто не хотел говорить с носителем, а может сам пребывал в растерянности из-за проникновения человека в свой разум.

Мимо, едва ли не сквозь строй охраны, пронёсся всадник в жёлтой форме – императорский гонец. Пара лошадей испуганно заплясала, вынуждая наездников с руганью «восстанавливать контроль над транспортным средством», но к изумлению Лёхи, вслед лихачу не прозвучало ни единого дурного слова.

– Ну и работёнка у «золотых», – покачал головой возница. – Я б не рискнул.

– Почему? – поинтересовался Стриж, просто чтобы поддержать беседу.

Если честно – особенности местной курьерской службы его сейчас интересовали меньше всего. Но, во-первых, хотелось отвлечься от кошмара, а во-вторых, нужно налаживать отношения с сослуживцами.

– Мотаться вот так, одному, днём и ночью, куда прикажут, – возница сложил пальцы щепотью и прикоснулся к груди слева, – упаси Древние. Разбойник, может, не тронет – ну на кой ему бумаги тайные? А вот демоны – им плевать, кого жрать.

– Это точно, – согласился Лёха. – Им плевать.

И мысленно добавил:

«Даже если это их носитель».

– Отож, – вздохнул возница и замолчал.

Стриж отхлебнул из фляги и задумался о предстоящем деле. Благо для размышлений времени было валом.

Впервые за долгое время Лёха был предоставлен самому себе. И пусть сейчас он ехал в составе охраны торгового каравана, заняться было нечем. Враги не дышали в спину, никто не пытался его убить, не требовалось бежать и решать какие-то проблемы. Стриж просто ехал на облучке головной телеги, думая о своём. Даже о безопасности не особенно требовалось беспокоиться: короткую колонну из трёх телег сопровождало два десятка лучших бойцов стражи, отобранных лично Дараном.

Придуманный Лёхой план был предельно прост, оставляя предельно мало возможностей для сбоя. Из всех подозреваемых в разграблении казны допуск к информации о внешнем виде и месте хранения следящего артефакта имели только кастелян, один из распорядителей, Риган и тот самый начальник караула. Последний не раз сопровождал караваны и мог знать обычное расположение следящих артефактов. И вряд ли сослуживцы скрывали от него приказ об отправке отряда в Жемчужину.

Был, конечно, шанс, что разные люди наложили лапу на казну и слили информацию о караване, но начать проверку решили с этой четвёрки.

Каждому из них по разным поводам передали информацию о разграбленном караване из Жемчужины и готовящемся обманном маневре. Все подозреваемые были в курсе, что торговый караван Кречетов готовится во всеоружии встретить налётчиков из другого клана, не рискуя при этом имуществом. Вооружённые всадники сопровождают пустые сундуки – приманку для грабителей.

По выданной потенциальным «крысам» версии, настоящие товары из Пятивратного планировали вывезти незаметно, в нескольких неприметных телегах деревенских торговцев под видом овощей, тканей и тому подобного барахла. Охранять это должны обычные наёмники, к услугам которых часто обращаются небогатые купцы, сбивающиеся в караваны. От разбойников они отобьются без труда, как и от пары шальных демонов: торговцы из каравана скинулись для найма нескольких безродных магов.

Каждый из подозреваемых оказался в курсе того, что помимо обычного следящего артефакта, среди товара будет спрятан и второй. Если кто-то позарится на груз, то избавится только от одного артефакта, в то время как второй выведет Кречетов на след украденного груза.

Все четверо узнали, как выглядят оба артефакта, где они спрятаны, а также в какое время и через какие ворота караван покинет Пятивратный.

Вот только каждому из них сообщили о разном времени и разных воротах. И ни один из них не знал, что следящих артефактов было три.

Так что после рассвета Пятивратный поочерёдно покинули пять караванов: охраняемый Кречетами, и четыре подставных, вышедших из разных ворот в разных направлениях. А драгоценный груз, которым никто не хотел рисковать, так и остался на складе под усиленной охраной.

– Подержите, господин дознаватель, – попросил возница, передавая вожжи.

Лёха, не желая выдавать свою полную несостоятельность в роли «водителя волов», принял «руль», старательно припоминая, как действовал Лука.

Вроде просто: держи ремень в руках и не дёргай без надобности.

– Ох, спасибо, – возница встал и, расшнуровав штаны, принялся мочиться прямо с облучка, абсолютно не стесняясь едущей по другую сторону телеги воительницы. – Ых, хорошо-то как! А то уже аж зубы чесались…

Стриж покосился на Райну. Судя по её безразличию, подобное поведение здесь в норме. Хотя, скорее всего, просто скидка на условия – то, что разрешено в дороге или на войне, не приемлемо дома.

– Вот спасибо, господин дознаватель, – искренне поблагодарил возница.

В пути Стриж использовал облик Дрюона. Объяснять, какого лешего в охрану включили полуухого телохранителя её сиятельства, никто не хотел. Да и случись какой конфуз с демоном – к Лауре всё же будет куда меньше вопросов.

– Всегда пожалуйста, – Лёха вернул вожжи, радуясь, что в кои-то веки судьба не подсунула подлянку и чёртовы парнокопытные не заартачились именно тогда, когда ими управлял он.

Мысли вновь вернулись к делу.

План во многом был импровизацией, но особого выбора не было: Кречеты оказались по шею в выгребной яме и эта операция – единственный шанс вылезти из дерьма.

Потому Лёха уже вторые сутки отбивал зад о жёсткую скамью, сперва проделав с караваном путь от замка до Пятивратного, а теперь начав путешествие в обратном направлении. Попутно зародилась мысль «изобрести» в этом мире амортизаторы – каждый дорожный ухаб или кочка ощущались всем телом. Порой у Стрижа возникало впечатление, что он не на телеге едет, а просто волочётся на заднице вслед за волами.

Но мысли о прогрессорстве на ниве местного автопрома пришлось отложить до завершения операции.

Лёха поёрзал в тщетной попытке устроиться поудобнее.

«В следующий раз возьму подушку», – мрачно подумал он.

Мысль о том, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти, сейчас казалась не особо удачной.

Как назло, даже отвлечься было не на что. Дорога была спокойна до зевоты: в обе стороны лениво ползли караваны и одиночные телеги, лишь иногда их сонную неторопливость нарушали скачущие во весь опор всадники вроде недавнего гонца.

Стриж поймал себя на том, что вновь начинает поклёвывать носом. Проснуться от очередного кошмара не хотелось, потому он зубами вытащил из фляги пробку и плеснул в лицо прохладной водичкой.

Стало немного легче. Утёршись рукавом, Лёха вновь уставился на дорогу.

Если они ошиблись, или крысой всё же был Аланис, ныне на всякий случай посаженный под домашний арест, то атакуют их. Если один из четверых – Райна или Робин дадут знак, что один из караванов, артефакты в которых они отслеживали, отклонится от заданного маршрута. Каждому выделили по два, чтобы не слишком перегружать внимание.

Как они это делали – оставалось загадкой. Никакой карты с движущимися точками, вроде знаменитой карты Мародёров из Гарри Поттера, не было. Каждый из магов просто ощущал направление и расстояние, вроде того, как Лёха безошибочно чувствовал в какой стороне искать Лауру. Только, в отличие от него, и Райна, и Робин явно тренировались в точном определении расстояния и соотносили его с картой, примерно представляя где конкретно сейчас находятся артефакты.

Накануне Лёха спросил у магички, что стало с артефактами из разграбленного каравана. Та нехотя пояснила, что помимо уничтожения артефакта, его сигнал можно заблокировать несколькими способами. К примеру, поместить в шкатулку, сундук или комнату, покрытые плетением тишины.

Стриж вспомнил, как Лаура наносило такое на стены каморки, где он допрашивал ученика Лисы, и помрачнел.

Рядом возникла Белочка в шляпе Шерлока Холмса поверх рогов. От неожиданности Лёха чуть не слетел с облучка и тихо выматерился, вызвав недоуменные взгляды едущих неподалеку бойцов.

И пусть он снова пребывал в облике Дрюона, такими темпами новая личина скоро прослывёт шизофреником. Или Лёха реально им станет.

«Белочка, ты задрала уже так делать!» – мысленно рявкнул он, унимая бешено колотящееся сердце.

Та только заливисто расхохоталась и с довольным видом провела раздвоенным языком по губам:

«Кровь кипит. Ням-ням!»

«Как с умственно отсталой общаюсь», – раздражённо подумал Стриж.

«Ну так в моём распоряжении только твои мозги, – парировала тварь. – Я же не виновата, что ресурс такой скудный».

Ухмыльнувшись, она обнажила острые зубы.

«Ты раз допрыгаешься, что и этого ресурса лишишься, – предупредил он демоницу. – Вон, смотри сама».

И показал на модный аксессуар, которым перед выездом обзавелась Райна: булава-шестопер, украшенная золотыми и серебряными символами. Самое то, чтобы заставить одержимого раскинуть мозгами, вздумай он дать демону излишнюю волю.

Точно такой же шестопер покачивался на поясе у Робина. Стоит ли говорить, что либо пройдоха, либо Райна всегда находились неподалёку от Стрижа, в аккурат так, чтобы в случае чего не пришлось далеко тянуться?

«Нас тут не любят», – картинно надулась Белочка.

«Спасибо, капитан Очевидность», – ответил Лёха, разглядывая рогатую девицу со странными чувствами.

До сих пор он находился под постоянным давлением: в бегах, под угрозой смерти, ис терзающим мозги демоном в голове. И как только позывы сожрать кого-нибудь сменились конструктивным общением, Стриж предпочёл не распылять внимание на то, что не грозило убить его в ближайшее время.

Теперь же он задумался о природе своего невольного соседа. Ощущение присутствия чего-то чуждого, не оставляющего Лёху в первые дни, воскресил недавний кошмар. Напомнил, что несмотря на шуточки, соблазнительные облики и инфантильно-весёлое поведение, в нём живёт представитель другого вида. Хищник, для которого люди – лакомая добыча.

До сих пор Стриж мечтал о моменте, когда кто-то вытащит из него демона, не особенно задумываясь, а что тот сделает, получив свободу. Просто вернётся домой через разлом? Вряд ли. Почему-то остальные демоны охотно проникают в мир людей при первой же возможности.

Останется тут и снова превратится в хищника, жаждущего только насыщения? Или сохранит знания, полученные от человека-носителя, и сотворит нечто доселе невиданное?

Рогатая демоница широко улыбнулась порванным ртом, полным острых зубов, и подмигнула Лёхе.

«Что ты собираешься делать, когда получишь свободу?» – спросил он у Белочки.

«Узнаешь, когда выберусь из твоей головы», – кокетливо подмигнула ему тварь.

Строго говоря, она легко могла соврать, что планирует сразу же собрать чемоданы и отчалить в родной мир, но беспокойство Лёхи явно приносило ей удовольствие.

«Расскажи мне о своём мире, – решил подойти он с другой стороны. – Как вы там живёте? У вас есть свои города, страны, какая-то местная власть? Чем вы питаетесь, когда нет магов или простых людей».

«А ты мне что?» – склонив набок голову поинтересовалась демоница.

«Зависит от того, что тебе нужно».

«Пища! – оскалилась тварь, соблазнительно потянувшись. – Один опустошённый маг – один ответ на вопрос».

Конец диалогу положил условный свист Райны.

Разговоры и смешки в колонне как ножом отрезало – пришло время работы.

«Кажется, очень скоро я получу ответы на вопросы, – сказал Лёха демонице. – А ты – жратву».

Демоница довольно облизнулась, а вот Стриж невольно призадумался над мрачным однообразием желаний своего симбиота – всё, что интересовало демона – это еда.

Райна подала условный сигнал рукой. Тут же раздался треск сломанного обода и громогласная ругань возницы, разом поминавшего Древних, клятых демонов и рукожопого дурня, ладившего тележное колесо.

Маскарад был нужен, чтобы не вызывать подозрений неожиданной остановкой. А так случайные свидетели увидят караван, вставший на ремонт сломанного колеса.

Спрыгнув с телеги, Леха с хрустом потянулся и подошёл к Райне. Робин уже был там, улыбаясь во все тридцать два зуба.

– Пузырь, сука, – тихо объяснил он Стрижу причину своей радости.

По этой фразе Лёха понял, что между кастеляном и непутёвым братцем капитана стражи была не просто неприязнь, а самая настоящая ненависть. Иначе не стал бы Робин так ликовать и к тому же делиться радостью с пустышкой.

– А ещё объявились молчащие артефакты из разграбленного каравана Жемчужины, – негромко сообщила Райна. – Судя по направлению, где-то посреди земель Пурпурных Змей.

– Любопытное совпадение, – хмыкнул Лёха, обдумывая ситуацию.

Напали на подставной караван, о котором сообщили кастеляну. У него же была возможность запустить руку в казну, и подставить управляющего Аланиса, подбросив ему стило.

– Кто может хотеть подставить Гарма и заодно пощипать Кречетов? – уточнил Стриж у магов.

Те переглянулись.

– Список достаточно большой, но из старых противников Гарма я бы поставила на Пауков, Горностаев и Сов, – ответил Робин.

Судя по выражению лица, он тоже слабо верил, что Змеи сперва узнали о караване, расположении следящих артефактов, заблокировали их и потом по неосторожности «засветили» на своей земле.

– А я ведь готова была поспорить, что это дело рук Гарма, – сплюнула Райна. – Но, похоже, многим интересно проверить насколько ослабли Кречеты.

Она подала знак плечистому здоровяку и тот, склонив голову, куда-то ушёл.

– Уверены, что похитители не откроют сундуки и не сообразят, что это всё подстава? – не скрывая сомнения в голосе спросил Лёха.

– Такие сундуки в один день не вскрывают, – погладив каурую кобылу по морде сообщил Робин. – Нужна или печать Кречетов, или очень умелый специалист, способный распутать плетение так, чтобы не уничтожить содержимое сундука и всех вокруг. Не уверен, что они прошлую добычу успели вскрыть. Наши мастера – одни из лучших.

– И чего тогда эти «лучшие» мастера не сделали что-то подобное, чтобы сундуки нельзя было из телеги вытащить, или из сокровищницы, – вскинул бровь Лёха.

– Так ведь с телегой всё равно украсть можно, – резонно заметил Робин. – А в сокровищнице все свои, не бегать же графу лично каждый сундук двигать или открывать.

Здоровяк привёл шестерых коней. Лёха послушно принял поводья одной из лошадок и подавил тяжёлый вздох.

– Полцарства за мой квадрик, – тихо, чтобы никто не услышал, пробормотал он себе под нос.

Сейчас служебный квадроцикл казался ему роскошью. Плевать, что пыль в лицо и руки устают – зато по всем показателям выигрывает у любого местного транспорта.

Увы, пока придётся пользоваться тем, что есть у местных.

Лёха с некоторой завистью поглядел на здоровяка, деловито осматривающего остальных лошадей. Этого парня выбрали четвёртым в их разведгруппу.

Детали и роли операции распределили заранее: Райне, Робину и Стрижу предстояло провести непосредственно разведку, а потом уже, действуя по обстановке, либо атаковать противника самим, либо подтягивать подкрепление.

Лёху только удивило поначалу, что остальной отряд остаётся без командира. Но, подумав, он понял причину этой странности. Даран просто оказался перед очень сложной для него дилеммой. Сущность Стрижа нельзя раскрывать непосвящённым в тайну. Если кто-то из простых воинов увидит превращение – слухов не избежать. А это смертный приговор юной графине. Значит, в разведку Лёха пойдёт только с Робином или Райной.

Четвёртому члену группы предстояло держаться позади с заводными лошадьми и припасами, позволяя разведчикам двигаться налегке.

Умение Стрижа менять лица было бесценно, потому его без разговоров включили в группу, но всегда сохранялся риск, что демон одержит верх над человеческим разумом. Даран не хотел рисковать близкими людьми, оставляя кого-то из них наедине с одержимым, а потому отправил обоих прикрывать друг друга на такой случай.

Лёха подозревал, что и Мию одноглазый оставил в замке не только из заботы о безопасности Лауры. Скорее, он убивал двух зайцев одним махом: и при сестрёнке иммунный к магии боец, делом доказавший верность, и одержимому повод не дурить. Взбрыкнёт – и Мие не жить.

– Готов? – требовательно поинтересовалась Райна.

– Да, – коротко ответил Лёха.

– Тогда бери броню и поехали, – скомандовала воительница.

Стриж молча кивнул и полез в фургон за доспехами.

Ещё один маскарад – на этот раз чтобы проехать по землям врага. Группа наёмников в поисках работы – обычное дело для этого мира.

Райна и Робин сняли форменные плащи, под которыми оказались не их прежние доспехи, а гораздо проще. Приметные шлемы с забралами-клювами и крыльями тоже сменили на простые, похожие на те, что носили рейтары в исторических фильмах.

Нехитрую маскировку довершали амулеты вроде того, что Лаура подарила Мие. Райна превратилась в загорелую кареглазую брюнетку, а Робин – наоборот, превратился в блондина с синими глазами.

Четвёртый воин просто сменил крылатый шлем и наплечник с эмблемой.

Отъехав не слишком далеко от каравана, всадники углубились в лес, а затем и вовсе спешились, оставив лошадей здоровяку. Больше того, господа маги ещё и попёрлись в какой-то непролазный бурелом, куда нормальный человек в здравом уме просто не полезет.

– Куда и зачем мы идём? – не выдержал Стриж, уворачиваясь от очередной ветки, норовящей ткнуть его в глаз.

– Нужно поставить временный путевик на случай, если мы попадёмся, или понадобится срочно возвращаться за подмогой, – безо всякого сочувствия сообщила Райна. – Их опасно оставлять на видном месте. В лучшем случае его испортят, отрезая пути к отступлению. В худшем – устроят засаду.

Стриж одобрительно кивнул. Пусть тут не придумали вертолёты, но зато есть другой – и хочется надеяться, что столь же эффективный, – способ аварийной эвакуации.

Остановились они лишь отыскав крупный поросший мхом валун. Безжалостно соскоблив растительность, Райна как могла очистила камень, достала серебряное стило и принялась вдумчиво и сосредоточенно составлять плетение. Металл впитывался в камень, как вода в сухую землю. Стрижу очень хотелось коснуться свеженарисованной линии и проверить, горячая она или холодная, но лезть в процесс не рискнул.

Хватит с него экспериментов, уже нахватался голыми руками незнакомых магических фиговин.

– А ты чего себе такой не рисуешь? – поинтересовался он у стоявшего в сторонке Робина.

– У меня сил едва хватит на плетение, – зевая, пояснил тот. – И тогда я вырублюсь от истощения, оставив вам поиск каравана. На прыжок я ближайшую неделю не способен. Если что – меня Райна вытащит.

«А тебя – нет», – сообщил возникший рядом демон.

Услышав голос, Лёха вздрогнул от неожиданности. Его друг и однокашник Толик, в чьём облике сейчас предстал демон, погиб в прошлом году, подорвавшись на фугасе.

«Ты – пустышка, – продолжал демон. – Взять тебя с собой сможет только Лаура. А они явно готовятся тебя бросить».

Стриж не удивился. Даже если симбиот и врал, в лучших традициях легенд про нечисть, то Лёха всё равно ожидал от местных подобной пакости. Уже, можно сказать, в силу привычки: события последних двух недель показали, что безопасных мест для иномирцев здесь нет. И с союзниками тоже очень большая напряжёнка.

«Разберёмся», – ответил он Белочке.

Врёт демон, или нет, а проблемой отступления надо озаботиться всерьёз. В том, что с Райны и Робина станется бросить одержимого, чтобы спастись самим, Лёха не сомневался.

Собственно, за себя он особо не переживал: уже был опыт блуждания в местных лесах. Случайного демона отгонит Белочка, да и вообще главное – выбраться к дороге. А уж там Стриж найдёт и еду, и транспорт. Что же до того, что это всё придётся взять силой, – такова судьба. Этот мир не способствует развитию гуманности.

Единственная, за кого он действительно беспокоился – Миа. В замке, у неё нет никого, кто прикроет спину. Даже Лауру когда-нибудь могу убедить, что пустышки из спасителей стали помехами.

Плетение Райна закончила минут за пятнадцать, увенчав узор небольшим рубином. Драгоценный камень она также вплавила прямо в камень, разом нехило подняв его стоимость.

– Я смотрю, вы прям не скупитесь на транспортные расходы, – ухмыльнулся Стриж.

– Путевик – очень дорогая вещь, – ответил Робин. – Потому их мало. Если нет необходимости, как сейчас у нас, то лучше обойтись без них.

Двигаясь по следу так и не найденного грабителями третьего следящего артефакта, к отряд достиг земель Горностаев. Облака уже начали розоветь, обещая скорый закат и темноту.

– Вот же хитрые ублюдки, – в ругательстве Робина слышалось явное одобрение. – Интересно, за сколько они купили Пузыря? Или это он на них вышел?

– Вернёмся в замок – спросим у него, – мрачно пообещала Райна неспешно двигаясь в направлении пограничной заставы.

Незатейливая маскировка работала хорошо: ни пограничники, ни встреченный патруль ничего не заподозрили. Первые лишь содрали по пять грошей с носа «на поддержание дорог», – грош за человека и два за лошадь, – а вторые проверили выданные на заставе подорожные да отпустили с миром.

Далеко ехать не пришлось: груз не увезли далеко от границы, остановившись то ли для ночёвки, то ли достигнув места назначения.

Улучив момент, когда на тракте не было свидетелей, отряд спешился и свернул в лес. Лёха отметил, что разведывательным действиям у Кречетов обучают неплохо: в чащу шли колонной, по-волчьи, скрывая свою численность. Робин даже отцепил от седла заранее заготовленный веник из веток с замёл следы в пыли там, где отряд сошёл с дороги.

Зайдя поглубже в лес, разведчики оставили лошадей на попечение Аделрика – того самого здоровяка, что стал четвёртым в их отряде, и двинулись вслед за Райной.

Целью оказалась самая настоящая крепость, сложенная из тёсаного камня.

– Да вы издеваетесь, – прошептал Лёха, изучая сооружение.

Долбаные Горностаи подошли к вопросу фортификации со всем тщанием. Стены высотой метров пять, с башнями по углам и над воротами, ров, утыканный кольями вал, подъёмный мост – в общем, все прелести местного инженерного искусства. Траву – и ту выкосили метров на сто вокруг стен, хрен ползком подберёшься. Даже ночью. Разве что часовые разом уснут, или слепых на пост отправят.

Штурмовать такое двумя десятками – понятно, что и не рассматривается. Прикинув размеры крепости, Стриж счёл, что там не менее роты, плюс обслуга. А может, и больше.

– Крепость рубежников, – Райна вздохнула. – Сотня, не меньше. Из них шесть или восемь магов.

Подтверждение его догадки Стрижа не обрадовало. Скажи воительница, что врагов внутри максимум пятеро, просто они любят жить широко и с комфортом, – вот был бы повод для радости.

А так ничего хорошего Лёха не видел. Единственный шанс на успех – найти способ кому-то пробраться внутрь, снять часовых и опустить мост, запустив внутрь остальной отряд. Только тогда у двух десятков Кречетов будет шанс вырезать сонных и ошеломлённых Горностаев. Да и то не факт – народ тут привычен к внезапным атакам демонов, должен уметь быстро оправляться от шока.

Разведчики ещё часа два осторожно кружили вокруг крепости, наблюдая из леса. Но и темнота не принесла ничего хорошего: полная луна светила немногим хуже прожектора, так что незамеченным к стенам никак не подобраться.

– Отходим, – наконец скомандовала Райна.

В лесу разведчики устроили то, что в мире Стрижа называлось «мозговым штурмом». Самая главная проблема заключалась в том, что никто не знал, сколько осталось времени до того момента, как Горностаи вскроют сундуки. И где вообще будут это делать – тут же в крепости, или повезут куда-то ещё?

Споры продолжались до глубокой ночи. Единственное, с чем были согласны все трое – проникнуть внутрь крепости необходимо. Просто чтобы оценить обстановку.

Неожиданно гораздо более тонкий, чем у собеседников, слух Лёхи уловил нечто интересное.

Жестом приказав всем умолкнуть, он настороженно прислушался.

– Что там? – одними губами спросила Райна.

– Лошадь, – так же ответил Лёха. – Одна, идёт галопом.

Разведчики переглянулись: вот он, шанс пробраться в крепость! Одиночка, скачущий галопом – скорее всего, гонец, или ещё какой служивый. Если из Горностаев – то в крепость его пустят точно.

То, что честь влезть во вражеское логово предоставляется Лёхе, было ясно и так: за тем его и брали, по сути.

Разведчики метнулись к опушке как раз вовремя, чтобы успеть к моменту, когда всадник показался из-за поворота.

Ночное зрение Стрижа дало возможность хорошо рассмотреть человека раньше остальных. Тёмную одежду наездника украшала эмблема в виде вставшего на задние лапки горностая.

– Горностай, – оповестил он спутников.

Тут же тренькнула тетива арбалета Робина. Всадник молча уткнулся лицом в лошадиную холку и сполз на землю, так и не выпустив поводьев.

– Кровью одежду запачкает, – недовольно буркнул Лёха.

– Не, – сверкнул зубами Робин. – Я в глаз бил, если сразу не выдерну – юшка не хлынет. Ну а что немножко натечёт – так холодненькой водичкой ототрёшь. Ну, или слижешь, одержимый.

Стриж ернически поклонился в знак благодарности и молча выскочил на дорогу. Лошадь гонца попыталась удрать, но выбежавшая вслед за Лёхой Райна успела перехватить поводья. И тут же принялась гладить перепуганное животное по морде, шепча что-то ласковое.

Лёха настороженно прислушался, но вокруг царила тишина, нарушаемая лишь звуками леса. Похоже, в крепости ничего не услышали.

Затащив покойника в чащу, Стриж начал было снимать с него одежду, как его окликнул Робин.

– Погодь, полуухий. Сумки гонцов к хозяевам намертво привязаны, если кто чужой тронет – убьют или покалечат. Глянь эмблему на сумке – серебро или золото?

Откинув плащ, Лёха присмотрелся к перемётной сумке. Кожу украшало серебряное тиснение в виде сложного узора, венчавшегося фигуркой горностая. Глаза животного мягко мерцали синим.

– Серебро, – сообщил Лёха. – И светится.

– Порядок, – явно обрадовался Робин. – По глазам видно, не пора ли заряжать артефакт.

– И как? – зачем-то полюбопытствовал Стриж. – Пора?

Рыжий хмыкнул:

– Без тебя бы на неделю хватило, а на тебе дай Древние до утра протянет. Он же тебя хозяином не признает и убивать будет, пока запас магический не истощит. Так что ты по возможности сумку-то сними. Ежели глаза у зверя светиться не будут, а ты в него силу не перельёшь – вопросы будут.

– Понял, спасибо, – искренне поблагодарил Лёха, коснувшись сумки.

К пальцам тут же устремилась крошечная молния, очевидно призванная нелетальным способом вывести из строя желающего покопаться в документах гонца. Разумно, учитывая возможную пользу от допроса такого любопытствующего.

Осталось надеяться, что этот световой эффект не будет сопровождать всё время ношения сумки: выглядеть он будет по меньшей мере подозрительно.

Не желая гадать, Стриж напялил на себя артефакт и удовлетворённо улыбнулся: разрядов видно не было. Очевидно, они шли напрямую к телу пустотника, бестолково расходуя магический заряд.

«Белочка, – мысленно позвал Лёха, – нужно поработать если хочешь получить мага на ужин. Сделай мне его лицо».

Демон, всё ещё носивший лицо мёртвого друга, повторил своё недоброе пророчество:

«Они тебя используют и бросят тут умирать».

«Тогда сожрёшь обоих», – Лёха жёстко ухмыльнулся.

Четверть часа спустя к воротам крепости подъехал усталый всадник, с ног до головы покрытый пылью.