Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Тогда почему же этот « добрейший человек » начал приставать к моей тете и вынудил ее взять то, что попалось ей под руку, и ударить его по голове? – удивляется Ракель. – Я так понимаю, она не хотела, чтобы этот мужчина принуждал ее к тому, что ему хотелось сделать.

– Она придумала историю с домогательствами, чтобы прикрыть себя и оправдать свой омерзительный поступок. Ведь люди больше поверят в подобную историю, в которой плохой парень начал приставать к молодой невинной девчонке и спускать перед ней штаны.

Элеанор скрещивает руки на груди.

– Вот твоя тетка знала это и таким образом обернула ситуацию в свою пользу, прикрыв свое желание намеренно покончить с моим папой, – добавляет Элеанор. – Я нисколько не сомневаюсь в том, что она мечтала заполучить его богатства и убила этого человека из зависти. Зависти к тому, что он жил хорошо, а она едва концы с концами сводила и пыталась найти деньги любой ценой. Была готова даже стать чертовой шлюхой и прыгать из одной койки в другую.

– Что? – возмущается Ракель. – Да как вы смейте? Как у вас только наглости хватает говорить про мою тетю такие вещи?

– Я сказала правду.

– Не смейте называть ее шлюхой! – Ракель начинает угрожать Элеанор пальцем. – Не смейте! Моя тетя – порядочная женщина.

– Ну да, порядочная… – ехидно усмехается Элеанор. – Сука она продажная, а не порядочная женщина. Тварь, которая всегда будет расплачиваться за свои грехи, сколько бы она ни ходила в церковь и молилась всем возможным Богам.

– Не смейте оскорблять мою тетю, Элеанор, – уверенно требует Ракель. – Я не потерплю оскорблений в ее адрес.

– Ах, Ракель, Ракель… – Элеанор качает головой со скрещенными на груди руками. – Возможно, ты уже прочитала статьи в Интернете или в журнале, газете или еще где-то и узнала все, что говорили об убийстве, которое произошло шестнадцать лет назад. Но ты не все знаешь, дорогая моя. Есть еще некоторые тайны, которые твоя тетушка вряд ли бы захотела тебе рассказать.

– Что вы имейте в виду? – слегка хмурится Ракель. – Какие гадости вы еще хотите наговорить про человека, не способный и мухи обидеть?

– Ха, не способный… – ехидно усмехается Элеанор. – С этим я готова поспорить…

– Вы ничего не знайте про нее, Элеанор! Уж поверьте мне, я знаю свою тетю намного лучше, чем вы знали своего собственного отца.

– Да? Что ж… В таком случае давай проверим! – Элеанор гордо приподнимает голову. – Ответь-ка, дорогая моя, мне на один вопрос. Ты знаешь, кем работала твоя обожаемая тетя Алисия до того, как решила переквалифицироваться в модельеры?

– А какое отношение это имеет к моей тете? – слегка нахмурившись, скрещивает руки на груди Ракель.

– Не знаешь? Или не хочешь признаваться?

– Тетя никогда не говорила мне об этом. А я никогда не интересовалась.

– Вот как! Что ж, понимаю…

– Я не понимаю, что вы хотите этим сказать.

– Видишь ли, деточка… Дело в том, что твоя тетка до сих пор страшно стыдится своей прошлой работы. Мечтала всегда быть в твоих глазах невинной женщиной, искренняя верующая в Бога и уверенная в том, что она должна принадлежать только лишь своему мужу. Которого у нее никогда не было.

– Что еще вы собирайтесь мне сказать? Каких гадостей захотите наговорить про эту женщину?

– Многое, Ракель, многое, – спокойно произносит Элеанор.

– Послушайте, Элеанор…

– И хочу сообщить, что до того, как стать модельером, твоя тетушка Алисия еще в очень юном возрасте работала шлюхой в одном из ночных клубов под вымышленным именем Шерил.

– Что? – возмущается Ракель.

– Ее также часто называли стройной куколкой Шерил из-за ее худобы.

– Да как вы смейте говорить такие вещи о моей тете? – крепко сжимает руки в кулаки Ракель.

– Однако это правда.

– Вы зашли слишком далеко в своем желании отомстить и оклеветать человека.

– Если ты так хочешь, то я могу дать тебе адрес того ночного клуба, где она виляла задницей. Чтобы ты сходила туда и расспросить работников. Очень многие до сих пор помнят все заслуги этой вертихвостки. Куколка Шерил даже спустя целых шестнадцать лет находится на очень хорошем счету. Несмотря на то, что она безжалостно убила моего отца, которого в восьмидесятые-девяностые года знала вся Англия.

– Я вам не верю! Вы пытайтесь оболгать эту женщину.

– Не верь. Это твое право. Однако не исключено, что моя история, которую я сейчас тебе расскажу, может изменить твое мнение.

– Что вы ни сказали, все это будет ложью.

– Вовсе нет. Это чистая правда. Правда, о том, как твоя тетушка зажигала в свои молодые годы. Когда была даже моложе, чем ты сейчас. – Элеанор ехидно усмехается. – Уж не знаю с какого именно возраста она этим занималась, но девчонкой она была на хорошем счету благодаря покорности, учтивости и шикарному телу. Все мужчины, которые проводили с ней время, очень быстро теряли голову от ее красоты.

– Замолчите… – сквозь зубы цедит Ракель, довольно тяжело дыша. – Закройте свой рот!

– В том ночном клубе Алисия танцевала грязные танцы и за определенную плату обслуживала своих клиентов. Только обслуживала их не как официантка, а как проститутка.

– Что?

– Твоя тетка трахалась с мужиками за деньги. За очень хорошие деньги. В ее списке кого только нет! От простых работяг, уставшие от своих жен, и холостых мужиков до богатых олигархов, элиты общества и криминальных авторитетов.

– Это неправда… – качает головой Ракель и нервно сглатывает. – Вы мне врете! Моя тетя Алисия – порядочная женщина! Она никогда не занималась такими вещами!

– Изначально ее целью был хороший заработок для оплаты учебы в университете, – продолжает рассказывать Элеанор. – Дело в том, что у ее семьи не было огромных денег на достойное образование дочерей. К тому же, у твоей тетки была младшая сестра, которую тоже надо растить и чему-то учить. А чтобы обучаться бесплатно, нужно быть едва ли не гением. Но увы, сестры Томпсон никогда не были одаренными.

Ракель ничего не говорит и просто недоверчиво смотрит на Элеанор.

– Отец и мать Алисии позволяли ей зарабатывать деньги, не зная, что эта девочка решила стать шлюхой, – продолжает Элеанор. – Хотя насколько я знаю, они были удивлены, что ей так легко удавалось заработать огромные суммы за пару недель. Ведь ее папаша в свое время был простым работягой и получал скромную зарплату.

Элеанор поглаживает подбородок.

– Возможно, она зарабатывала намного больше, но скрывала это, чтобы ее родители ничего не заподозрили, – предполагает Элеанор. – Уверена, они бы устроили настоящий скандал, если бы узнали, что любимая доченька позорит их, вертя голой задницей и раздвигая ноги перед всеми, кто заплатит ей больше ста фунтов стерлингов.

Элеанор на пару секунд замолкает, чтобы прочистить горло, пока заметно побледневшая Ракель широко распахивает глаза и раскрывает рот, уже приходя в ужас от того, что она слышит, хотя и отказываясь верить, что это правда.

– Так вот, однажды в тот клуб, про который я уже говорила, пришел и мой отец со своими друзьями, – продолжает свой рассказ Элеанор. – Ему очень приглянулась твоя тетя, которая в тот день выступала со своим зажигательным номером. Немного понаблюдав за ней, он заплатил ей некоторую сумму денег, чтобы она ублажила лично его.

Элеанор пожимает плечами.

– Ну, Алисия и согласилась, так как это была ее работа, – добавляет Элеанор. – А поскольку мой папуля был очень щедр и мог легко позволить себе отваливать ей баснословные суммы, то было бы грехом отказываться от такой возможности.

– Хотите сказать, что Гильберт и моя тетя Алисия познакомились именно в том клубе? – удивляется Ракель.

– Верно. Наверное, ты была удивлена, что два человека из разных слоев общества встретились и были как-то связаны. Но это правда . Папуля познакомился с твоей теткой в том клубе, где он проводил время со своими друзьями.

Элеанор заправляет прядь волос за ухо.

– И после того дня он начал очень часто заходить туда, – признается Элеанор. – Часто всего в одиночестве. Ну как в одиночестве… С охранниками, конечно. Папуля никогда никуда не ездил без сопровождения охраны и всегда пользовался услугами личного водителя.

Элеанор замолкает на пару секунд.

– Из-за этого он практически перестал проводить время с моей мамой, – признается Элеанор. – А чтобы она отстала от него и не заставляла куда-то с ней ездить, давал ей кучу денег на развлечения.

– Он изменял этой женщине? – слегка хмурится Ракель.

– Еще как! Алисия очень быстро стала его подружкой. К тому же, отец начал тайком приводить ее к нам домой, пока мы с мамой проводили время где-то в городе.

– И все об этом знали?

– Да. Все, кто работал в нашем доме, знали, что они предавались утехам в той комнате, в которой папа спал с мамой. Но никто не говорил, потому что он запретил это делать. Грозил увольнением. Ну а поскольку все этого боялись и относились к моему отцу с уважением, то никто не смел идти против него. Все заметали любые следы пребывания этой женщины в том доме.

– И что дальше? – неуверенно интересуется Ракель.

– Как-то раз эта женщина рассказала отцу о том, что интересовалась модой и училась в университете на соответствующей специальности. Призналась, что по совету какой-то своей подружки пошла работать шлюхой ради того, чтобы заработать денег на учебу, потому что ее семья не могла этого позволить. – Элеанор расставляет руки в бока. – Ну а поскольку мой отец начал влюбляться в эту девчонку, то он платил ей огромные деньги за то, чтобы она танцевала лично для него и ублажала в постели. Да еще и выразил желание содержать ее просто так.

– Содержать? – округляет глаза Ракель.

– Да. Он покупал ей шмотье, дарил украшения, возил за границу… Сумел завоевать любовь ее родителей.

– Мои бабушка с дедушкой знали Гильберта?

– Знали. Твоя тетка сама привела папу к ним домой и представила его как своего возлюбленного.

– О боже мой…

– Да, конечно, те люди смутились из-за большой разницы в возрасте, но папуля легко сумел очаровать их и убедить в том, что он – идеальный партнер для их дочурки. Ну а ее мамаша с папашей поддались чарам. Какой родитель отказался бы от богатого жениха для своей доченьки? Любой хочет, чтобы она вышла замуж за богатого и каталась как сыр в масле.

В этот момент Ракель на секунду опускает взгляд вниз.

– И вот так благодаря моему папуле спустя некоторое время девушка, которая работала в ночном клубе, превратилась в известного в некоторых кругах модельера, – добавляет Элеанор. – Стала владелицей модного бизнеса, который начал приносить огромные деньги.

Глава 13.5

– Модный бизнес? – удивленно произносит Ракель, уставив вопросительный вопрос на Элеанор.

– Да, девочка моя.

– Надо же… – Ракель прикладывает палец к губе. – Так вот как тетя стала модельером…

– Только не говори, что ты не знала, – хмуро бросает Элеанор.

– Она никогда не говорила об этом.

– Ах да, вот я глупая! – хлопает себя рукой по лбу Элеанор. – Не подумала, что твоя тетушка не стала бы рассказывать о том, что она получила свой кусочек славы благодаря доброте моего папули.

– Я знала, что она какое-то время была модельером. Но я всегда думала, что она просто разорилась. Думала, что ее коллекции перестали пользоваться спросом.

– Возможно, у нее и есть какой-то талант, который заметили бы и без протекции папы. Но из-за своего омерзительного поведения она не зашла так уж далеко.

– Но ведь я видела у нее дома очень много наград!

– Так они были куплены моим отцом.

– Куплены?

– Он платил нужным людям, а Алисию торжественно награждали якобы за огромный вклад в модную индустрию.

– О, боже мой…

– Неужели ты, наивная дурочка, и правда думала, что Алисия получила их благодаря огромному труду? – Элеанор ехидно смеется. – Не смеши меня, девочка! Алисия практически ничего не делала. За нее все делали люди, которых папуля нашел среди своих знакомых. А она лишь махала ручкой в камеру с широкой улыбкой на лице. К тому же, ее одежда продавалась только лишь в его собственных магазинах. И надо признать, она людям нравилась. Бизнес оказался далеко не убыточным.

– Неужели ваш отец так легко сделал ее владелицей модного бренда? – удивляется Ракель.

– Ты, наверное, еще этого не знаешь, но уж поверь мне, влюбленный человек хоть звезду с неба достанет. Вот и папуля был готов на все, чтобы порадовать твою тетку.

– Значит, он просто заплатил кому только можно, чтобы ее начали называть модельером?

– Именно! Ну а эта женщина начала строить из себя светскую львицу и гордо выхаживала в дорогих платьях и украшениях, когда ее приглашали на какие-то не очень многолюдные мероприятия.

– А как же ее работа?

– Став модельером, Алисия уволилась из того клуба. Уж не знаю, сама или по приказу отца, но факт – есть факт. К тому же, именно благодаря папуле никто не заботился о ее прошлом.

– Правда?

– Гильберт Вудхам имел большое влияние. Он мог одним словом поставить всех на колени. Мог закрыть рот любому одним лишь жестом руки. Одним лишь взглядом. И никто не смел пойти против него. Все подчинялись ему.

– Неужели никого не интересовало, чем ранее занималась моя тетя?

– Никого. По крайней мере, никто не смел заговорить об этом, потому что это привело бы к ужасным последствиям. Не для Алисии, конечно. Так что она находилась под его протекцией и могла не переживать за свою репутацию. Всех заставили забыть, что эта женщина работала в ночном клубе под вымышленным псевдонимом Шерил. – Элеанор ехидно усмехается. – Стройная куколка Шерил… Не знаю, почему она назвала себя именно Шерил. Но ее настоящее имя знали лишь несколько человек. В том числе мой отец.

– Значит… – слегка хмурится Ракель. – Раз Гильберт поспособствовал началу карьеры модельера тети Алисии, то он же приложил руку и к тому, что она ушла в тень и стала всеми забытой…

– Да, ты верно мыслишь. Но я расскажу об этом чуточку позже… – Элеанор крепко сцепляет руки с гордо поднятой головой и начинает очень медленно наматывать круги. – Ну так вот… Чуть позже твоя тетушка стала любовницей моего отца и с удовольствием пользовалась всеми благами, которые он ей давал. Хотя на самом деле Алисия не любила его и всего лишь пользовалась деньгами этого человека. Только мой отец так сильно любил ее, что даже хотел жениться на ней.

– Жениться? – округляет глаза Ракель.

– Скажу больше, однажды он сделал Алисии предложение почти сразу же после развода с мамой. Но увы, получил отказ. А потом еще один. А потом еще, еще и еще. И все дошло до того, что в какой-то момент эта сучка начала бесить его своими выходками. – Элеанор отворачивается на пару секунд, а затем резко переводит взгляд на Ракель. – Все это продолжалось довольно долго. Алисия начала высказывать отцу все больше и больше претензий. Ей вечно чего-то не хватало, хотя отец никогда ни в чем ей не отказывал и выполнял любой ее каприз.

Элеанор скрещивает руки на груди.

– Он очень долго терпел это и сносил все капризы этой сучки, – добавляет Элеанор. – Которая совсем обалдела из-за тех денег, которые ей начал приносить модный бизнес. Которые она не стеснялась тратить налево-направо. Но однажды, когда папуля услышал очередные упреки в свой адрес и заявление о том, что она никогда не любила его, ни за что не полюбит и не станет выходить за него замуж, он пришел в ярость.

Ракель ничего не говорит и нервно сглатывает.

– Отец начал угрожать ей тем, что одним словом и делом разрушит ее жизнь и карьеру, – признается Элеанор. – Напомнил, из какой дыры он ее вытащил. Став модельером, эта тварь усиленно пыталась забыть о своем прошлом и строила из себя святую, нагло пользуясь тем, что отец запретил всем обсуждать ее прошлое.

Элеанор замолкает на пару секунд и еще более надменно смотрит на Ракель.

– И чтобы немного приструнить эту дамочку и показать ей, кто здесь главный, мой папа начал контролировать ее во всех аспектах, – рассказывает Элеанор. – Он грозился рассказать всем о том, что она была всем известной шлюхой, которая много чего умела делать в постели.

Элеанор немного приподнимает голову.

– Можно сказать, Алисия была у него в ловушке, – добавляет Элеанор. – Если бы она куда-то уехала, то отец мог бы достать ее из-под земли. А когда она с кем-то встречалась, то он всегда приставлял к ней своих людей, дабы они следили за ней и докладывали ему обо всех ее делишках.

Элеанор бросает хитрую улыбку.

– Охранники все время следовали за ней, – рассказывает Элеанор. – Но не для того, чтобы защищать эту грязную шлюху. А для того, чтобы она не наделала глупостей.

Элеанор заправляет прядь волос за ухо.

– Одна из таких слежек кончилась для нее очень плохо, – уверенно говорит Элеанор. – Приехав домой, мой отец и твоя тетка снова сильно поссорились из-за того, что она мило болтала с каким-то парнем и даже обнималась с ним. Слышала, что папуля дико взбесился и начал обвинять Алисию в том, что она хотела изменить ему с другим мужчиной.

Элеанор на пару секунд замолкает и резко останавливается.

– Эта женщина отказалась объясняться, а после этого отец начал ее жестоко избивать, – рассказывает Элеанор.

– О боже мой… – прикладывает руку к бешено стучащему сердцу Ракель.

– Он запросто мог отправить ее в больницу или на тот свет, но папа вовремя остановился. Хотя лучше бы эта сучка сдохла прямо в тот день.

– Надеюсь, она ушла от него после такого?

– Да. В конце концов твоя тетушка бросила отца. Забыв о том, что он мог разрушить ее карьеру и сломать ей жизнь. – Элеанор бросает короткий взгляд в сторону. – Алисия скрывалась от него несколько лет. Успешно , должна признаться. Отец потратил несколько лет на то, чтобы найти эту тварь. Но не для того, чтобы вернуть ее. А для того, чтобы отомстить и растоптать в грязи.

– Вот как… – слегка дрожащим голосом произносит Ракель.

– К счастью, после ее побега папуля наконец-то очнулся и понял, какую ошибку совершил. Много раз раскаивался в том, что сделал… Просил у меня прощения за то, что не верил мне и думал, что я просто злилась из-за его развода с матерью. Хотя не могу не признать, что я действительно злилась. Злилась, что мой отец любил эту прошмандовку больше моей матери. – Элеанор нервно сглатывает. – Он был ужасно рад, когда развелся с ней. Говорил, что с Алисией чувствовал себя на двадцать лет моложе… А мама заставляла его чувствовать себя стариком. Всего лишь потому, что она была на несколько лет старше него.

– Тогда зачем вам мстить, раз ваш отец сам влюбился в тетю и бросил вашу мать? – недоумевает Ракель.

– Я ни в чем не виню папулю. Потому что эта дура сама позарилась на его богатства. И он, к счастью, это понял. А потом извинился передо мной и моей матерью. Попросил у нее прощения за то, что был слеп. И по своему желанию решил выплачивать ей деньги на содержание каждый месяц со дня развода.

– Вы же говорили, что Гильберт сам предложил тете буквально весь мир.

– Предложил, потому что она влюбила его в себя! Любовь всегда отключает мозги и заставляет делать глупые, необдуманные поступки. Из-за чего некоторые люди порой лишаются всего, что у них было. Если бы их отношения продлились еще пару-тройку лет, то отец мог запросто отдать ей все свое состояние. И дом, и машины, и магазины, которые расположены по всей Англии и до сих пор приносят моей семье отличную прибыль.

– В таком случае в разводе родителей вам нужно винить своего отца. Потому что он бросил вашу мать, а не она – его.

– Я виню отца только в одном – в том, что он позволил себе влюбиться и помыкать собой. Что так и не вернулся к маме, которая надеялась, что этот человек одумается. Да, папуля попросил прощения и решил обеспечивать ее. Но они так и не воссоединились. – Элеанор бросает короткий взгляд в сторону. – Кроме того, я злюсь из-за того, что он совершенно спокойно приводил эту шлюху в наш дом. Ладно бы это было временное увлечение. Желание почувствовать себя нужным. Но ведь на этом все не закончилось. Отец всерьез задумывался о том, чтобы поселить эту женщину у нас дома, жениться на ней и уговорить родить ребенка.

– В любом случае это не вина моей тети. Она не виновата в том, что вашему отцу захотелось поразвлекаться с молодой девушкой.

– Ладно бы он развлекался с порядочной девушкой. Но отец развлекался с какой-то шлюхой, которая трахалась с другими мужиками за деньги.

– Уверена, что тетя Алисия вовсе не хотела рушить ни чьи семьи и просто пыталась заработать за учебу и на жизнь.

– Заработала и потеряла их в одно мгновение! Если бы она была лапочкой и во всем подчинялась бы моему отцу, то она не была бы вынуждена просить строго определенную сумму и получать ее только лишь после подробного отчета о том, куда они пойдут.

– Думайте, моя тетя захотела бы быть под таким давлением? Постоянно во всем отчитываться и делать что-то только лишь после разрешения своего господина!

– Она была обязана вести себя тише травы, ниже воды. Однако из-за ее выкрутасов и истерик отец начал очень внимательно контролировать все ее расходы. А иногда лично что-то покупал. Из-за этого ей было трудно купить билет хотя бы для того, чтобы уехать в другой город.

– Уверена, что это была инициатива вашего отца. А тете все это никогда не было нужно.

– Ну да, твою тетушку явно не пугала жизнь в нищете, раз уж она так легко сбежала. – Элеанор ехидно усмехается. – Уж не знаю, начала ли она снова прыгать из одной койки в другую. Но видно, у нее были денежки на нормальную жизнь. Наверное, мамочка с папочкой помогали. Или же твоя тетушка все-таки вернулась к тому, с чего начинала, и развлекала мужиков за деньги.

Элеанор замолкает на пару секунд.

– Видно, она накопила достаточно денег, чтобы полететь за границу и навестить тебя и твоих мамочку с папочкой, – предполагает Элеанор. – Только вот ей так и не удалось улететь.

– А? – округляет глаза Ракель.

– Однажды один знакомый моего папы позвонил ему и сообщил, что Алисия находится в аэропорту и готовится к посадке на самолет до Нью-Йорка. Ну папуля приказал своим охранникам и водителю собираться и на всех порах помчался туда. Боялся не успеть. – Элеанор ехидно усмехается. – Но к счастью, он все-таки поймал ее как раз перед началом посадки на самолет и повез к себе домой, несмотря на ее ярое сопротивление. Знала бы, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы не устроить скандал и не прибить эту сучку прямо там.

– И сколько же лет прошло с ее побега и случая в аэропорту? – неуверенно интересуется Ракель.

– Если точно, то одиннадцать.

– Одиннадцать? То есть, все эти годы ваш отец пытался найти мою тетю?

– И ни разу не терял надежду. Если хочешь знать, отец познакомился с Алисией в начале тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года, когда мне было всего лет десять. А она сбежала от него где-то в конце года… И была поймана в тысяча девятьсот девяносто восьмом году.

– В год, когда его убили?

– Это произошло в один день.

– То есть?

– Отец привез Алисию к себе домой и сообщил ей, что уволил весь персонал модного бизнеса и положил конец существованию модной империи твоей тетушки. Таким образом он выполнил свое обещание лишить ее всего, чем одарил в самом начале их отношений.

– Значит, вот что…

– Да, ты думала, что модный бизнес якобы был разорен, но на самом деле это не так.

– А почему никто не узнал, что произошло?

– Все просто: мой отец приказал написать во всех газетах и журналах о закрытии модного бизнеса Алисии, которая, по их словам, приняла решение жить спокойной жизнью и больше не быть частью модного бизнеса. – Элеанор замолкает на пару секунд. – И отчасти это правда , потому что папа заявил, что больше не позволит ей работать в этой сфере. Дал понять, что она все еще зависит лишь от него: если хочет жить хорошо – пусть выходит за него замуж и рожает ребенка, а желает снова скакать по койкам и быть нищей – ради бога.

Элеанор снова начинает медленно ходить кругами и продолжает рассказывать свою историю, сцепив руки за спиной.

– Ну а что случилось потом, ты уже знаешь, – уверенно говорит Элеанор. – Но я тебе напомню, если твоя память не очень хорошая.

Элеанор хитро улыбается.

– Так что… – задумчиво произносит Элеанор. – После того как мой отец лишил Алисию всех способ заработка и закрыл ее модный бизнес, он решил, что сможет привязать эту девчонку к себе и заставить ее играть по его правилам. Папа полагал, что твоя тетка смирится со своим положением и поймет, что так было бы для нее лучше. Как говорится, стерпится, да слюбится.

– Вы же говорили, что Гильберт хотел найти ее, чтобы отомстить ей, – напоминает Ракель. – Что он прозрел и понял, что совершил ошибку, влюбившись в тетю.

– Верно… Но не зря все говорили, что папуля был очень добрым и светлым человеком. В какой-то момент он решил дать этой шлюхе еще один шанс начать жить как королева. Ради любви папуля был готов простить эту шваль и дать возможность сделать его счастливым и улучшить свою жизнь.

– Неужели он любил ее?

– Да-да, даже спустя одиннадцать лет папуля в глубине души продолжал любить эту женщину и надеялся привязать ее к себе, – уверенно говорит Элеанор. – Ему даже было все равно, если бы ее в нем привлекали лишь деньги и статус.

– Видно, вы пошли по его стопам, раз пытайтесь отомстить моей тете за убийство своего отца вот уже шестнадцать лет.

– Ну если бы она хоть немного думала своей башкой, то я бы, возможно, не трогала ее. Если бы эта тварь не сделала то, что сделала в тот день, когда ее поймали в аэропорту. К слову, тогда я еще тогда не знала, что Алисия еще и едва не убила мою подругу Инес. Ладно, твоя тетка была слишком упрямой, сопротивлялась и пыталась сбежать. Она должна была понимать, что папины люди и он сам тут же пресекли бы любые ее попытки сбежать. И все так и было. Ей не удавалось уйти дальше выхода из дома, ибо ее тут же хватали под руки и тащили в кабинет отца.

– Ладно… В таком случае может, вы расскажете свою версию того, почему тетя убила Гильберта?

– Вообще-то у них была довольная долгая и серьезная ссора, и я не знаю всех подробностей. Но знаю, что в какой-то момент отец захотел показать этой курице, от кого она зависит, и кто все решает. Не смог устоять против ее красоты… Твоя тетка в то время была той еще конфеткой – молодая, красивая и худенькая… – Элеанор ехидно улыбается. – Должна признаться, что даже сейчас она выглядит шикарно в свои сорок семь. Все такая же стройная и ухоженная. А в тридцать один год твоя тетка была очень хороша собой… Не удивительно, что мой отец потерял от нее голову и был ею одержим. Да и ее умения соблазнять тоже имели месту быть.

Элеанор быстро прочищает горло.

– Вот и в тот раз она спровоцировала его на желание овладеть ею, – добавляет Элеанор. – Он думал, что эта девчонка безропотно удовлетворит все его мечты.

Элеанор ехидно усмехается.

– Однако нет! – восклицает Элеанор. – Ранее никогда не сопротивляющаяся Алисия вдруг начала вырываться и строить из себя невинную девочку, которая якобы никогда не имела контактов с мужчиной. Наверное, потому, что отец хотел сделать это просто так, а не за деньги. Вот эта шлюха и начала вопить, что ее насилуют… И потом использовала этот факт, чтобы убедить судью в том, что она ни в чем не виновата.

***

Двенадцатое мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года.

Высокий мужчина в возрасте с далеко не самой привлекательной внешностью, редкими каштановыми волосами и злыми зелеными глазами не скрывает своей ненависти к худенькой темноволосой женщине около тридцати лет от роду. Некоторое время назад он вместе со своими телохранителями отправился в аэропорт и поймал ее там, когда она хотела покинуть пределы Лондона, уже давно позабыв об этом человеке, с которым ее связывали романтические отношения. Несмотря на ярое сопротивление, ей не удалось сбежать от разъяренного мужчины и его телохранителей, которые всюду ходят за ним и беспрекословно делают все, что он говорит.

Вот спустя некоторое время они привезли ее в огромный роскошный дом, где этот человек живет со своей единственной дочерью, которой сейчас здесь нет дома. Сероглазая красавица тихонько плачет, пытается так или иначе вырваться из крепкой хватки мужчины и время от времени вскрикивает, но все ее попытки оказываются тщетными.

А перед тем, как отвести эту женщину в свой кабинет с целью о чем-то с ней поговорить, мужчина поворачивается к своим телохранителям и нескольким служанкам, которые пулей прибегают к нему, когда видят, как он пришел, и начинают буквально заглядывать ему в рот, ожидая каких-то указаний от того, на кого они работают.

– Значит так, ко мне в кабинет не заходить и никого не пускать, – сухо приказывает мужчина, крепко держа молодую плачущую женщину под руку. – До тех пор, пока я не выйду оттуда, меня не беспокоить.

– Как прикажете, мистер Вудхам, – кивает одна из служанок.

– А вы!

Мужчина переводит взгляд на четырех своих телохранителей крепкого телосложения с далеко не самыми добрыми взглядами, которые стоят рядом с ним.

– Никуда не уходите от кабинета, – приказывает мужчина. – Стойте здесь до тех пор, пока я не выйду и не дам дальнейшие указания.

– Как пожелайте, мистер Вудхам! – грубым, низким голосом отвечает один из четырех охранников.

– Если увидите, что эта тварь пытается сбежать, то немедленно приведите ее ко мне.

– Не беспокойтесь, господин, – уверенно говорит второй охранник. – Она никуда отсюда не денется без вашего позволения.

– И да, а вы приказали охране внимательно следить за домом на случай, если эта шлюха захочет сбежать от меня?

– Они уже предупреждены, шеф, – не менее увереннее говорит третий охранник.

– Скажите, если увидят ее – то тоже немедленно пусть тащат ко мне. Без моего разрешения она не имеет право покинуть мой дом.

– Все входы и выходы перекрыты, господин Вудхам, – уверяет четвертый охранник. – Эта девчонка никуда от вас не сбежит.

– Отлично!

Темноволосый мужчина резко одергивает молодую девушку, которая со слезами на глазах пытается вырвать руку из крепкой хватки.

– НЕ РЫПАЙСЯ, СУКА! – вскрикивает мужчина, уставив на бледную, испуганную девушку свой полный злости взгляд. – НЕ РЫПАЙСЯ! А ИНАЧЕ ТЫ СИЛЬНО ПОЖАЛЕЕШЬ!

– Пожалуйста, Гильберт, не делай этого… – жалостливо умоляет молодая девушка, заливаясь слезами и сильно дрожа от страха. – Прошу тебя… Не делай мне ничего плохого.

– Я сказал, ХВАТИТ ВЫРЫВАТЬСЯ!

– Гильберт, ради бога, не…

Мужчина по имени Гильберт затыкает молодой девушке рот. Та пытается что-то сказать, но у нее получается лишь издавать громкое мычание с широко распахнутыми, полными испуга глазами. Некоторые из служанок смотрят на нее с огромной жалостью во взгляде, но не могут ничего сделать и пойти против своего хозяина, который переводит взгляд на одну из них – русоволосую женщину средних лет, которая определенно самая старшая среди них.

– Кстати, Нина, – уверенно произносит Гильберт. – Когда Элеанор вернется домой, то не разрешай ей заходить ко мне в кабинет.