Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Порой трудно, но замечательно, – скромно отвечает Элизабет, сложив руки перед собой.

– Вот у меня вот нет братьев и сестер.

– Нет?

– Да, даже двоюродных братьев и сестер нет. Хотя в детстве мне иногда хотелось иметь кого-то родного, с кем можно было поиграть и поговорить о чем-нибудь сокровенном.

– Ваши родители не захотели?

– Нет, к сожалению, моя мама умерла, когда я еще был ребенком.

– Умерла? – округляет глаза Элизабет. – Ох, как жаль…

– А во второй раз отец жениться не захотел. Так что… Именно поэтому у меня никого нет. Ни сестренки, ни братика.

– Понятно…

– Ну а у меня вот есть такая хорошенькая сестренка, которую я очень люблю, – мягко говорит Алисия, приобняв Элизабет и прижав ее к себе.

– Здорово, – слегка улыбается Джексон.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза.

– Кстати, мне кажется, что мы так и не познакомились… – задумчиво говорит Элизабет, приложив палец к губе.

– Ну вроде того, – пожимает плечами Джексон.

– Вас зовут Джексон? Я правильно расслышала?

– Да-да, мое имя – Джексон Кэмерон.

– А я – Элизабет… Элизабет Томпсон…

Элизабет бросает легкую улыбку, на мгновение опустив взгляд вниз.

– Очень приятно познакомиться с вами, Элизабет… – немного неуверенно говорит Джексон. – Э-э-э, простите… Мисс Томпсон…

– Мне тоже… – дружелюбно произносит Элизабет. – Мистер Кэмерон…

С этими словами Элизабет и Джексон скромно пожимают друг другу руку, чтобы поприветствовать друг друга, сразу же почувствовав некое тепло, исходящее из их ладоней и распространяющее по всему телу, и будучи одержимыми какой-то неловкостью. Однако несмотря на это, они оба все равно хотели бы продолжить этот разговор и найти хотя бы глупую причину для того, чтобы немного поговорить.

– Значит… – немного неуверенно произносит Джексон. – Вы… Приехали сюда с Алисией?

– Да, мы приехали на пару недель, – со скромной улыбкой пожимает плечами Элизабет. – Отдохнуть и посмотреть на город.

– Я так понимаю, вы здесь впервые?

– Да, это моя первая поездка за границу.

– Я так и понял.

– Мы с сестрой захотели провести время вместе. Где-нибудь вдали от родителей.

– Вот как!

– К тому же, некоторое время назад Алисия вернулась к нам домой после того как пережила болезненный разрыв со своим возлюбленным.

– Возлюбленным? У Алисии кто-то был?

– Да, один мужчина. Она несколько лет жила с ним, но недавно они разбежались.

– И она расстроена из-за этого разрыва?

– Да, для нее это был болезненный момент. Так что… Я стараюсь поддерживать ее как только могу. Да и мама с папой делают все, что могут. Они-то как раз и предложили ей куда-нибудь съездить и развеяться. А мы с Алисией подумали, поговорили и решили поехать куда-нибудь вдвоем.

– Надо же… – Джексон переводит взгляд на Алисию. – Не знал, что ты была в отношениях.

– Э-э-э, да… – с грустью во взгляде неуверенно произносит Алисия. – Я очень долго была в отношениях с тем мужчиной. И действительно жила с ним.

– Тебе было хорошо с ним?

– Д-да… Очень хорошо. Он… Часто дарил мне всякие подарки, возил по красивым местам, исполнял любое мое желание…

– Он что, богач?

– Да, мой бывший возлюбленный был обеспеченным мужчиной. Мог многое себе позволить.

– Я видела его мельком, но близко никогда с ним не общалась, – признается Элизабет. – А вот мама с папой часто с ним разговаривали и посчитали его хорошим человеком после первой же встречи. И очень радовались, что моей сестре удалось встретить этого мужчину.

– С каждым днем я все больше была уверена в том, что вот-вот выйду замуж, – добавляет Алисия. – Но нет… В какой-то момент отношения дали трещину, и мы разошлись… Со скандалом, должна признаться.

– Надо же… – качает головой Джексон, с сочувствием во взгляде смотря на Алисию, и мягко гладит ее плечо. – Мне очень жаль, Алисия…

– Спасибо, но сейчас мне уже немного легче, – скромно улыбается Алисия. – Все-таки он не последний мужчина в моей жизни.

– А ты долго с ним встречалась?

– Да, очень долго. Еще со студенческих времен.

– Надо же…

– Да, но к счастью, у меня есть поддержка семьи, которая помогает мне пережить этот разрыв. А родители всегда говорят мне, что я не должна терять надежду и еще встречу хорошего человека.

– Держись, дорогая, – уверенно говорит Джексон. – И помни, что однажды ты обязательно встретишь мужчину, который будет достоин тебя и твоих руки и сердца.

– Дай бог, Джексон, – пожимает плечами Алисия. – Я пока что не теряю надежду. Но и не собираюсь никому навязываться.

– Не переживай, ты молодая и красивая девчонка! Еще встретишь своего любимого.

– Да ладно, приятель, все в порядке. Сейчас я предпочитаю не думать об этом и наслаждаться отдыхом за границей со своей сестрой.

– Тебе здесь нравится?

– Очень нравится. По крайней мере, мне очень нравится этот городок.

– М-м-м, ты еще не была где-нибудь в Нью-Йорке или Майами. Знаешь, как там здорово!

– А ты разве был?

– Нет, но слышал, что там здорово.

– Дай бог, однажды я смогу поехать туда.

– Кто знает, может, ты встретишь свою судьбу именно в этой стране. А потом переедешь сюда, и мы с тобой будем намного чаще встречаться и общаться.

– Нет, Джексон, пока что я не хочу начинать новые отношения… Ибо… Рана слишком сильная и еще не зажила.

– Ну что ж, как хочешь! Я все прекрасно понимаю.

– Знаешь, из-за расставания я впала в депрессию и лишний раз из дома не хотела выходить. Но сейчас я понимаю, что надо начать выходить в свет и развлекаться.

– Вот это ты правильно мыслишь! – одобрительно кивает Джексон. – Надо продолжать жить! Да, расставание – это всегда больно, но помни, что таких разрывов в жизни может быть едва ли не сотни.

– Это верно. Поэтому я решила, что лучше буду наслаждаться жизнью и проводить время в прекрасной компании.

– Если что, я могу с радостью стать вашим с мисс Томпсон гидом и показать некоторые хорошие места, где можно развлечься, вкусно поесть и послушать хорошую музыку за небольшие деньги.

Глава 15.9

– О, это было бы здорово… – заметно оживляется Элизабет. – Алисия бывала здесь один или два раза, а вот я приехала сюда впервые и совсем ничего не знаю. Может быть, вы и правда покажете нам город? Заодно поболтаем и познакомимся поближе.

– С большим удовольствием. Мы с Алисией как раз договорились прогуляться по городу, поболтать и узнать, как у нас дела. Но раз уж она пришла с вами, то я почту за честь показать город такой милой и очаровательной девушке, как вы.

Элизабет с широкой улыбкой опускает взгляд вниз, мгновенно залившись краской, пока Джексон с интересом рассматривает юную девушку.

– Ну все, Кэмерон, хватит, – шутливо говорит Алисия, приобняв Элизабет за плечи. – Не смущай мою Лиззи! Она у меня и так слишком скромная.

– А разве я сказал что-то плохое? – с невинной улыбкой разводит руками Джексон. – Просто отметил, что у тебя очень красивая сестренка.

– Так, давай-ка мы лучше прогуляемся по городу и посмотрим, что здесь есть.

– Что ж… В таком случае я предлагаю нам забыть обо всем плохом и начать нашу незабываемую экскурсию по улицам этого города прямо сейчас.

– Мы согласны, – скромно улыбается Элизабет.

– Да, веди нас, капитан! – восклицает Алисия.

– Тогда вперед! – с гордо поднятой головой произносит Джексон, указав рукой куда-то в сторону. – Прошу, девушки.

Алисия и Элизабет с легкой улыбкой переглядываются между собой и направляются куда-то вместе с Джексоном. Мужчина начинает охотно рассказывать девушкам о самых лучших местах в городе, в котором по меркам восьмидесятых годов двадцатого века все выглядит вполне себе современно.

Нельзя не заметить, что этот темноволосый красавец начал немного выпендриваться после того как увидел младшую сестру своей подруги и понял, что она его чем-то привлекает. Иногда он может в открытую говорить о своих достоинствах и совершенно не стесняться утверждать, что является самым главным красавчиком этого небольшого городка, дабы немного покрасоваться перед той, что ему понравилась. И пока Алисия скромно хихикает и иногда пытается спустить своего приятеля с небес на землю, Элизабет не перестает скромно улыбаться, продолжает с интересом слушать этого привлекательного, столь уверенного в себе мужчину, время от времени зачарованно смотреть на него и задавать какие-то вопросы.

***

– М-м-м, надо же… – скромно улыбается Ракель.

– Мне даже хотелось оставить этих голубков одних, чтобы они смогли немного пообщаться. Но вместо этого Джексон провел для нас экскурсию по городу и показал кое-какие потрясающие места. – Алисия скромно хихикает. – Хотя эти двое явно мечтали остаться наедине и отправить меня куда подальше, чтобы я не мешала им не только переглядываться, но еще и общаться.

– Эта была любовь с первого взгляда?

– Думаю, да. Твои родители обменялись номерами и начали очень часто встречаться после этого случая. – Алисия по-доброму усмехается. – А я в шутку говорила, что начинаю ревновать, потому что эти двое будто забыли о моем существовании.

– Жаль, что у папы не было друга, с которым вы могли бы скоротать время, – задумчиво говорит Ракель.

– Не беспокойся, милая, иногда они все-таки вспоминали обо мне. Правда, больше говорили друг о друге. Особенно моя сестренка. Она вообще могла часами говорить о твоем отце и стремилась узнавать о нем как можно больше. – Алисия качает головой. – Влюбилась девочка… И выражала эта слишком открыто и бурно. Могла во всех подробностях рассказывать о каждом своем свидании.

– Надеюсь, она вас не утомила? – шутливо интересуется Ракель.

– Нет, я с радостью слушала ее. С кем еще Элизабет могла так открыто поговорить о том, что с ней происходило. Отцу и матери не расскажешь абсолютно все секреты. А рассказывать подобное сестренке вполне нормально. Вот мы, девочки, и обсуждали твоего папу.

– А вы всегда были дружны с моей мамой и считали друг друга подружками до того, как поругались?

– Да, мы с Элизабет всегда были очень близки, делились всеми секретами и помогали друг другу. Хотя у нас с сестрой был довольно разный характер: твоя мама была по натуре более романтичная, сентиментальная и очень скромная, а вот я была более общительная, активная и решительная. Являлась скорее реалистом и смотрела на вещи трезво, а не через розовые очки.

– Ясно…

– Возможно, это – причина, почему мы с ней довольно часто ругались и о чем-то спорили, когда были маленькими.

– Вы ругались?

– Да, было дело. Но несмотря ни на что, она всегда была для меня самым дорогим человеком. Моей родной сестрой, которую я любила всем сердцем.

– Мне кажется, очень редко можно найти братьев и сестер, которые никогда в жизни не ругались и даже не дрались, – с легкой улыбкой предполагает Ракель.

– Верно, но даже если мы с твоей мамой ругались и порой дрались из-за какой-нибудь игрушки или одежды и косметики, которые не могли поделить, мы все равно любили друг друга и были готовы порвать любого, кто захочет обидеть нас. Как и любые сестры.

– Бабушка с дедушкой постарались?

– Возможно. Они всегда старались делать так, чтобы мы были дружны. Отец с матерью никогда не выделяли кого-то из нас и радовались всем нашим успехам. Не обесценивали кого-то и что-то. Они всегда заставляли нас помнить, что мы – сестры. И лично я никогда не забывала этого. Даже тогда, когда Элизабет обвинила меня во всех грехах и прогнала прочь.

– Всегда было интересно узнать, почему она вдруг обозлилась на всех и разругалась с вами, с папой, с родителями, с дедушкой Фредериком…

– Кто знает, милая… – тяжело вздыхает Алисия. – Тогда все наше внимание было обращено на тебя. Ты была маленькая, и тебе требовались любовь и забота. Вот мы не особо обращали внимания на ситуацию в их семье. Заметили лишь тогда, когда моя сестра перешла все границы. Деверь начал часто жаловаться на нее. Но увы, мы ничего не могли сделать.

– А вы или мама не пробовали встретиться и поговорить хотя бы раз до того, как она погибла?

– Нет, я так и не увиделась с Элизабет после нашей последней ссоры. Хотя если бы я знала, что она погибнет таким трагическим образом, то сделала бы все возможное, чтобы наладить с ней отношения и дать понять, что всегда буду любить ее и не забывать, что она – моя младшая сестра.

– Мне жаль, что все так вышло. Правда, жаль.

– Ах, милая… – Алисия издает тяжелый вздох с грустью во взгляде. – Я так скучаю по ней… С момента ее смерти прошло столько же, сколько и с момента убийства Гильберта. Шестнадцать лет… И все эти годы я тоскую по сестре так же сильно, как и по мужу.

***

Седьмое марта тысяча девятьсот девяносто восьмого года.

Несколько минут назад прямо на глазах родственников и самых близких друзей гробы с телами покойных Джексона и Элизабет были закопаны рядом друг с другом. Теперь на этом месте стоят черные надгробные плиты, на котором написаны их полные имена, годы жизни и разные надписи. Например, у мужчины она звучит так: « Любимый сын, заботливый муж и чудесный отец ». А на надгробье женщины написано: « Обожаемая дочь, прекрасная жена и заботливая мать ». Еще ранее оба покойных были отпеты в церкви, что находится недалеко от кладбища, на котором похоронили супругов Кэмерон.

Все, кто пришел проводить Элизабет и Джексона в последний путь, захватили с собой небольшие букеты цветов. Гости поголовно одеты в черную одежду, символизирующую ношение траура по двум прекрасным людям. Платья, брюки, юбки, рубашки, пиджаки… А кто-то из женщин носит на голове маленькие шляпки или какие-то обручи. Минимум косметики или ее полное отсутствие, убранные в пучки или хвосты волосы, маленькие сумочки и небольшие платочки. Вот как выглядят и что принесли с собой представители женского пола.

На лицах каждого из присутствующих можно легко увидеть огромную печаль. Все они чувствуют себя полностью опустошенными, а кто-то не до конца верит, что такие молодые и прекрасные люди закончили свой жизненный путь в таком раннем возрасте при таких ужасных обстоятельствах. Может, кто-то сейчас и хотел бы во весь голос закричать о своей невыносимой боли, но все стараются как-то сдерживать себя.

Несмотря на то, что Элизабет родилась в Лондоне и являлась англичанкой, ее вместе с Джексоном похоронили на кладбище в Кингстоне, небольшом городке, где долгое время проживала эта пара. Сюда приехали все родственники покойных женщины и мужчины и многие их самые близкие друзья, которые глубоко потрясены смертью этих чудесных людей и бросили все свои дела, чтобы проводить супругов в последний путь. Супругов, которые собирались разводиться…

Да, незадолго до своей смерти Элизабет и Джексон хотели развестись и много ссорились из-за вопроса о проживании их маленькой дочери Ракель с одним из родителей. Однако они так и не успели начать свой бракоразводный процесс, поскольку погибли, когда попали в автокатастрофу, на полной скорости врезавшись в грузовик. Конечно, тот факт, что люди, которые на дух не переносили друг друга, оказались в одной машине, несколько настораживает и заставляет задаваться вопросом о том, как такое могло произойти. Однако сейчас никто об этом не думает. Все мысли присутствующих на похоронах только о том, что они мертвы. Что Элизабет и Джексона больше нет.

– Господи, они же были такие молодые… – со слезами на глазах сокрушается Тиффани, мать покойной Элизабет, которая стоит в обнимку со своим мужем и отцом своей младшей дочери Тимоти. – Почему именно они? Почему?

– Вот уж никогда бы не подумал, что однажды буду находиться на похоронах своего собственного ребенка, – с грустью во взгляде низким подавленным голосом признается Тимоти.

– Господи, я не могу в это поверить… Все происходящее кажется мне страшным сном. – Тиффани тихо шмыгает носом. – Я хочу проснуться, но не могу. У меня сердце разрывается, стоя рядом с могилой моего ребенка.

– Элизабет мертва… Моя младшая дочь мертва… – Тимоти качает головой. – Боже, я до сих пор не могу смириться с этим.

– Я же вроде только недавно держала ее на руках… Когда она только родилась… Когда была совсем крошкой… А сейчас я стою перед ее могилой и не верю, что это происходит…

– За что нам такое наказание? Неужели мы в чем-то согрешили, раз Господь забрал у нас дочь?

– Я и сама не понимаю, чем мы так разгневали Бога, раз Он забрал у нас нашу девочку.

Тиффани утыкается носом в плечо Тимоти и начинает тихонько плакать, пока тот крепко обнимает ее и мягко гладит по голове с надеждой как-то успокоить свою жену, даже если и ему самому нужен кто-то, кто утешил бы его.

– Лиззи, моя маленькая девочка… – слегка дрожащим голосом произносит Тиффани. – Почему? Почему ты нас покинула?

– Элизабет, доченька… – тихо произносит Тимоти, едва сдерживая слезы и крепко прижимая к себе Тиффани. – Почему ты так поступила со мной и своей мамой? Почему?

В этот момент стоящая рядом со своими родителями Алисия также утешает Тиффани и Тимоти как только может, время от времени подтирая слезы под глазами.

– А я помню ее еще совсем маленькой… – с грустью во взгляде говорит Алисия, тихо шмыгает носом и бросает мимолетную улыбку. – Помню, как мы с ней ругались из-за кукол, одежды и прочих вещей, которые никак не могли поделить…

– Мы и сами это прекрасно помним… – задумчиво говорит Тиффани.

– И я видела, как она росла и становилась все красивее и красивее с каждым днем. То была маленькая девочка, а потом стала привлекательной взрослой женщиной.

– Да, дочка… – тяжело вздыхает Тимоти, приобняв Алисию за плечи и мило поцеловав ее в висок. – Твоя сестра становилась все прекраснее с каждым днем.

– Неудивительно, что парни всегда обращали на нее внимание.

– Да… Поклонников у нее всегда хватало. Высокая, стройная, красивая…

– Всегда была скромной и воспитанной… Умной…

– Верно…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Тиффани и Алисия крепко прижимаются к Тимоти и тихонько плачут у него на плече.

– Я помню, как мы умилялись, когда Элизабет произнесла свои первые слова, – признается Тимоти. – Как она начала ходить… Помню все, что она делала в первый раз и потом гордо демонстрировала нам свои результаты.

– Я тоже многое помню… – тихо вздыхает Алисия.

– У меня до сих пор сохранились все ее рисунки, которые она рисовала, когда была малышкой… – чуть дрожащим голосом говорит Тиффани, немного поправив свою маленькую черную шляпку с вуалью. – И когда я недавно рассматривала их, то мне стало еще хуже. Сердце сжималось от мысли, что моей дочки больше нет. Что моей Лиззи больше нет рядом…

– Конечно, в последнее время она нас очень сильно огорчала, но мы все равно не перестали любить ее, – с грустью во взгляде говорит Тимоти. – Лиззи была нашим маленьким ангелочком, которого я всегда буду любить.

– Господи, как же у меня болит сердце, когда мы говорим о нашей дочери в прошедшем времени… – издает негромкий всхлип Тиффани и еще крепче обнимает Тимоти. – Это просто невыносимо!

– Знаю, Тиффани, знаю. Мне и самому в это не верится.

– Мне так жаль, что я не успела наладить с ней отношения или хотя бы просто поговорить с ней… – тяжело вздыхает Алисия, бросив грустный взгляд на надгробную плиту с именем Элизабет. – До последнего злилась, что она ни во что меня не ставила… Оттягивала момент примирения… И я не успела это сделать. Потому что моя сестренка мертва…

– Ах, Алисия, мы и сами жалеем, что поступили так с твоей сестрой, – тихо говорит Тиффани. – Не надо было слушать ее… Не надо было забывать про нее и позволять ей жить как она хочет. Мы должны были сделать все, чтобы привести Элизабет в чувства и дать ей понять, что она вела себя некрасиво. По отношению к мужу и дочери…

– Если бы я за некоторое время до ее похорон знала, что она умрет, то обязательно пошла бы к ней и поговорила обо всем. Не важно, поняла бы она меня или нет! Я бы в любом случае почувствовала облегчение. И не так сильно корила себя за то, что было между мной и Лиззи.

– В любом случае мы простили ее за все и надеемся, что земля ей будет пухом, – с грустью во взгляде отвечает Тимоти. – Пусть Господь тоже простит ей все грехи.

– Пусть так и будет.

– Думаю, она сейчас видит и слышит нас где-нибудь на небесах и знает, как сильно мы ее любим, – тяжело вздыхает Тиффани.

– И знает, что мы простили Лиззи за все, что она сделала, – добавляет Алисия.

– Надеюсь, что наш ангелочек чувствует себя хорошо там, где сейчас находится ее душа. Надеюсь, она обрела покой где-то на небесах.

– Покойся с миром, сестренка, – с легкой улыбкой мягко говорит Алисия. – Мы все очень любим тебя, несмотря ни на что. И никогда не забудем о тебе. Ты навсегда останешься в наших сердцах.

– Мы любим тебя, Элизабет, – уверенно говорит Тимоти.

В очередной раз тяжело вздохнув и подтерев слезы под глазами маленьким платочком, Алисия, Тимоти и Тиффани обнимают друг друга, чтобы оказать поддержку, в которой каждый из них сейчас так сильно нуждается. После этого они кладут по одному букету цветов, которые каждые из них сейчас держит в руках, рядом с надгробными плитами Элизабет и Джексона, похороненные рядом друг с другом.

К этому моменту на их могилах уже и так скопилось достаточно разных цветов, которые принесли все те, кто здесь находится, прощаются с покойными и о чем-то разговаривают друг с другом, стараясь как-то утешить друг друга или как-то отвлечься от грустных мыслей, чтобы не сойти с ума из-за переживаний.

А некоторое время спустя к семейству Томпсонов, нервно теребя пуговицу на своем черном пиджаке, подходит не менее подавленный Фредерик Кэмерон – отец покойного Джексона. Мужчина, который в последнее время обзавелся огромным количеством седых волос на голове, не легче них переживает смерть родного сына и невестки. Точнее, ему еще сложнее. Поскольку мужчина много лет уже похоронил свою любимую жену Розеллу, которую он может видеть только лишь на фотографиях, что есть у него дома. После смерти единственного сына из родных у него осталась только маленькая внучка Ракель, которая стала сиротой из-за смерти своих родителей, но пока что не знает об этом.

– У меня сердце сжимается, глядя на эти могилы… – с грустью во взгляде признается Фредерик. – Не верю, что у меня практически никого не осталось. Много лет назад похоронил жену, а теперь пришел к сыну на кладбище и стою возле его могилы.

– Мы шокированы смертью нашей дочери не меньше, чем вы – смертью своего сына, – с такой же грустью во взгляде говорит Тимоти.

– Никому не пожелаешь пережить смерть собственного ребенка. Это худшее наказание, которое только может быть.

– Наверное, мы так и не сможем принять то, что наша дочь умерла, – издает тихий всхлип Тиффани. – Мне до сих пор кажется, что все это лишь наш ночной кошмар. Кажется, что я вот-вот проснусь, и с моей Лиззи все будет хорошо.

– Ах, миссис Томпсон, я и сам мечтаю осознать, что это сон и увидеть Джексона живым… – тяжело вздыхает Фредерик. – Хочу поговорить с ним… Вспомнить некоторые моменты из детства… Посмотреть его детские фотографии…

– Теперь нам будет больно смотреть на фотографии наших детей, зная, что они лежат в могиле.

– Я до сих пор не могу забыть тот шок, который испытал в тот день, когда мне позвонили из полиции и сообщили, что Джексон погиб в автокатастрофе. Даже в глазах на мгновение потемнело. А потом еще и давление подскочило…

– Тиффани вообще чуть не потеряла сознание, когда мы пришли на опознание и увидели тело Элизабет и ее личные вещи, – признается Тимоти.

– Понимаю, – кивает Фредерик.

– В моей жизни было много событий. Но ничто не могло заставить меня заплакать. Я всегда стойко держался. Но узнав о смерти Элизабет, меня будто прорвало. Я плакал и не мог остановиться.

– Ох, я плачу каждый раз, когда смотрю фотографии своего сына с того дня, как мне сообщили, что его больше нет.

– А я до сих пор ругаю себя за то, что так и не успела помириться с Элизабет и уговорить ее перестать мучить Джексона, – крепко обняв себя руками, признается Алисия. – Ругаю себя за то, что так и не решилась попытаться поговорить с ней.

– Но с Джексоном вы продолжили общаться.

– Да, но за некоторое время до его смерти мы очень мало общались. И говорили только лишь про Ракель. Хотя я точно знала, что Джексон был решительно настроен на развод. Говорил, что не хотел жить с этой женщиной и не мог терпеть ее истерики.

– Однако он совсем этого не хотел, потому что в глубине души любил вашу сестру.

– Он дал бы Элизабет шанс, если бы она поняла свои ошибки и исправилась. Но моя сестра, видно, не хотела ничего менять.

– И если честно, я до сих пор удивлен, что они оказались в одном автомобиле в день аварии, – признается Фредерик.

– Я тоже, но насколько мне известно, Элизабет жила в квартире вашего сына и никуда не собиралась съезжать. По крайней мере, на тот момент.

– Неужели они поехали оформлять развод вместе?

– Кто знает, мистер Кэмерон.

– Это очень странно… Джексон и Элизабет постоянно ругались, как кошка с собакой, но сели в один и тот же автомобиль и куда-то вместе поехали.

– Ох, мистер Кэмерон, теперь мы уже никогда не получим ответ на этот вопрос, – тяжело вздыхает Тиффани. – Только Джексон и Элизабет могли сказать, что между ними происходило за некоторое время до смерти, и почему они оказались в одной машине.

– Да, сейчас это уже не так важно… – с грустью во взгляде говорит Алисия, обняв себя руками. – Вряд ли бы нам стало легче от того, что услышали бы правду. Элизабет и Джексон все равно мертвы. Что мы могли бы изменить? Да ничего!

– Да, Алисия, ты права, – задумчиво говорит Тимоти. – Сейчас уже нет смысла гадать, почему так вышло. Как ты сказала, они все равно мертвы, и мы не можем ничего изменить.

– Горькая правда… – тяжело вздохнув, спокойно соглашается Фредерик.

Все члены семейства Томпсон и Фредерик бросают короткий взгляд на некоторых гостей, которые со слезами на глазах стоят напротив могил Элизабет и Джексона и кладут на них свежие цветы, а кто-то из них мягко проводит по надгробью рукой и перекидывается парой слов с родственниками погибших.

– Что же теперь будет? – задается вопросом Тиффани, нервно теребя свой черный клатч, который она держит в руках. – После смерти моих дочери и зятя… Как мы будем жить без наших кровиночек?

– Понятия не имею… – качает головой Фредерик.

– Эта рана слишком глубокая. Вы правильно отметили, что смерть собственного ребенка – это самое худшее, что может случиться с человеком.

– Да, а что будет с малышкой Ракель? – с ужасом во взгляде задается вопросом Фредерик. – Девочка осталась совсем одна и еще не знает, что ее отец с матерью погибли.

– Пока что лучше не говорить ей об этом, – с грустью во взгляде говорит Алисия.

– Но мы не можем скрывать это вечно!

– Ракель еще слишком маленькая для таких шокирующих новостей.

– Рано или поздно ей придется сказать, что мама с папой вовсе не уехали по делам.

– Знаю, но если она обо всем узнает, то это может привести к ужасным последствиям.

– Когда умерла моя жена Розелла, я сразу же сказал Джексону об этом и не стал ничего выдумывать. Да, он был еще очень маленьким, но я подумал, что так будет лучше.

– И как он это воспринял? – интересуется Тиффани.

– Не поверил и первое время много плакал. Но со временем научился жить без мамы. А я старался уделять ему все свободное время и быть матерью и отцом одновременно.

– То есть, вы считайте, что пора все объяснить Ракель?

– Ракель и так уже несколько раз спросила меня, почему я постоянно плачу и выгляжу таким грустным и совсем не улыбаюсь. Она явно понимает, что происходит что-то ужасное, и наверняка напридумывала себе всяких страшилок.

– Знайте, я думаю, нам надо проконсультироваться с психологом и узнать, как нам донести до Ракель эту страшную новость, – задумчиво говорит Тимоти. – И главное, когда…

– Я боюсь… – тихо произносит Алисия.

– Мы тоже боимся, но согласись, моя внучка имеет право знать, что ее родители погибли. И мы не можем вечно говорить ей, что мама с папой надолго уехали или что-то вроде того. Ракель может захотеть позвонить им или написать письмо.

– Но как мы это сделаем? Ее реакция может быть непредсказуемой!

– Главное – сказать, а там посмотрим, – спокойно говорит Фредерик.

– Надо все хорошенько обсудить.

– Не забывайте, что нам также надо решить, с кем она будет жить, – уверенно отмечает Тиффани. – Либо мы с Тимоти и Алисией можем увести Ракель в Лондон, а вы, мистер Кэмерон, сможете приезжать к ней в любое время и время от времени забирать к себе. Или наоборот: вы остаетесь здесь, а мы навещаем и помогаем вам в воспитании внучки.

– В любом случае я ни за что не брошу свою внучку и буду воспитывать ее, – уверенно заявляет Фредерик.

– Никто ее не бросит, мистер Кэмерон.

– Я безумно сильно люблю Ракель и буду делать все, чтобы дать ей все необходимое. По крайней мере, стараться. Потому что я все-таки не богатый человек и не могу растить ее как принцессу.

– Самое главное – одарить ее любовью и заботой. Дать понять, что мы всегда будем с ней и сделаем все, чтобы ей было хорошо.

– К тому же, она – единственная, кто остался у меня из семьи. Моя внучка – смысл моей жизни. Я буду жить только лишь ради нее.

– Может быть, ей лучше остаться все-таки с вами? – интересуется Алисия. – Вам хоть будет не так скучно жить, и у вас будет какая-то причина жить.

– Как хотите, дорогие мои. Если вы решите воспитывать ее сами, то я не буду против.

– Боюсь, что если мама с папой заберут Ракель в Лондон, то вы будете тосковать здесь и не сможете жить в одиночестве. У вас ведь нет ни жены, ни сына…

– Да, мистер Кэмерон, Алисия верно рассуждает, – уверенно соглашается Тимоти. – Пусть Ракель все-таки живет у вас, а мы с Тиффани и Алисией будем как можно чаще навещать девочку, привозить ей подарки и иногда забирать к себе в Лондон.

– Я с удовольствием заберу ее к себе, – спокойно отвечает Фредерик. – Обещаю сделать все, чтобы вырастить ее прекрасным человеком и дать ей то, в чем она нуждается.

– Мы тоже поможем всем, чем только сможем. Что-то купим, дадим денег, заберем девочку к себе…

– Спасибо большое, мистер Томпсон.

– И вообще, было бы здорово, если бы у нас появилась возможность переехать – признается Тиффани. – Мы бы были намного ближе к Ракель и не тратили кучу денег на перелеты.

– Вы хотите переехать сюда?

– Хотя бы на время. Пока моя внучка не вырастет и не устроится в жизни.

– Да, но к сожалению, у нас нет такой возможности, – огорчает Алисия. – Папа работает в Лондоне, а чтобы купить здесь квартиру, нам потребуется очень много денег.

– Знаю, но я бы очень этого хотела.

– Увы, мы не настолько богаты, чтобы так легко все бросать и переезжать сюда. Иногда нам вообще не хватает денег на перелеты, и мы вынуждены отменять какие-то поездки.

– Я, конечно, и сам не богач, но все же помогу вам оплатить перелет, если вы захотите приехать сюда и навестить Ракель, – дружелюбно обещает Фредерик. – Дам сколько смогу… А если понадобится, возьму у кого-то в долг. У меня есть хорошие друзья, которые не откажут мне в этой просьбе.