Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

Глава 10.3

– Понятно… – Терренс бросает короткий взгляд в сторону. – Насколько я помню, за все эти годы Ракель ни разу не заставали за поцелуями и объятиями с какими-то мужчинами.

– Так у нее никогда и не было серьезных отношений! – бодро признается Наталия.

– Не было?

– Да, Терренс! Моя подружка чиста и невинна, словно милый ангелочек. Конечно, у нее очень много воздыхателей, которые хотят едва ли не жениться на ней. Но Кэмерон всех отвергает.

– Так это что получается… Она вообще никогда не состояла в отношениях?

– Нет.

– Ни целовалась, ни обнималась, ни даже в постель ни с кем не ложилась?

– Эта девочка ничего не понимает в этом, – загадочно улыбается Наталия. – Так что ты стал первым мужчиной, который поцеловал ее.

– Ничего себе…

– О поцелуе с ней мечтали многие, но этого добился только ты один.

– Неужели никто никогда не нравился ей?

– Никто. Ни парни в школе, ни ребята из университета, ни всякие молодые красавчики из шоу-бизнеса.

– Ничего себе…

– Хотя зная, сколько раз ей дарили всякие цветочки, да подарочки и приглашали ее пообедать, она уже могла бы повстречаться с сотней мужчин.

Наталия пожимает плечами.

– Но нет… Кэмерон не хочет думать ни о чем, кроме работы.

– Что ж… – Терренс загадочно улыбается. – Значит, конкурентов у меня практически нет… Ну и прекрасно! Я смогу задать такую планку, что никто не сможет до нее допрыгнуть.

– Ты слишком уверен в себе, – отмечает Наталия.

– Так хочется еще раз прижать эту красавицу к себе и подарить ей еще более волнительный поцелуй, который она точно никогда не забудет.

– Сдурел что ли? Хочешь убить мою подругу?

– Что?

– Да она с трудом устояла на ногах, когда ты поцеловал ее в первый раз! А если это случится еще раз, то Кэмерон точно грохнется в обморок.

– Не беспокойся, Наталия, твоей подружке понравится .

Терренс с гордо поднятой головой приглаживает волосы.

– Думаю, она уже поняла, что я просто великолепно целуюсь, – добавляет Терренс. – И это она еще не знает, насколько я хорош в постели! М-м-м… Все девчонки испытывали сильный оргазм.

– Да уж, эта девчонка явно сильно зацепила тебя, – задумчиво говорит Наталия.

– Не отрицаю. При первой встречи она повела себя не так, как все девушки. Я-то думал, что твоя подруга начнет визжать от радости и не постесняется лезть обниматься и целоваться. Но нет! Ракель вела себя очень скромно. Да еще и сказала, что не знает меня.

– Все в тобой понятно.

– А она точно не знает, кто я такой? Или же притворяется?

– Мне кажется, она знает, но просто забыла. Хотя если ей показать фильм, в котором ты играл Мэйсона, то она поймет, что все-таки помнит тебя.

– В любом случае ты вселила в меня уверенность, – с легкой улыбкой уверенно говорит Терренс. – Я все больше начинаю быть уверенным в том, что у меня есть очень хорошие шансы сделать эту девушку своей.

– Только если тебе удастся убедить ее в своей невиновности.

– Я с этим справлюсь.

– Ну-ну, я бы на это посмотрела.

– Не переживай, Наталия, у меня все получится, – с гордо поднятой головой заявляет Терренс. – Я заставлю ее понять, что лучшего мужчину, чем Терренс МакКлайф она точно не найдет.

– Набиваешь себе цену?

– Говорю чистую правду!

– Ну ладно, самовлюбленный воин, я посмотрю, как ты будешь покорять Эверест. Как ты будешь завоевывать новые земли.

– Запасайся попкорном, потому что это будет захватывающее приключение.

– В любом случае у тебя губа не дура, – бодро отмечает Наталия. – Ведь Ракель – настоящий лакомый кусочек для любого парня.

– Я был бы счастлив заполучить его. – Терренс на секунду бросает взгляд в сторону. – Для меня было бы честью быть возлюбленным одной из самых сексуальных девушек на свете.

– А вместе с этим ты получишь и некоторые неприятные бонусы в виде зависти мужского населения всего мира, – уверенно отвечает Наталия.

– У меня нет и не будет конкурентов.

– А если Ракель так и не обратит на тебя внимание и однажды найдет себе другого мужчину?

– Не сдался бы и все равно добился бы ее. Сделал все, чтобы эта девушка не смогла забыть обо мне и не смогла думать ни о ком другом.

– А ничего, что вы толком не общались и ничего не знайте друг о друге?

– Ну и что? Меня начало тянуть к этой красавице с первого взгляда.

– Поступай как знаешь. Желаю тебе не разочароваться.

– Не разочаруюсь, не переживай.

– Однако не могу не сказать, что вы с Ракель были бы очень хорошей парой, – с легкой улыбкой предполагает Наталия. – Ведь Ракель – очень красивая девушка. Да и ты тоже привлекательный молодой парень… Такой высокий, уверенный в себе, горячий… Я сейчас пытаюсь представить тебя рядом с ней и вижу, что вы здорово подходите друг к другу.

– Может быть, наши поклонники не зря все время пытаются свести нас. Мои поклонники часто предлагают мне завести роман с Ракель.

– Да и Ракель советуют присмотреться именно к тебе. Так что эти ребята знают толк в красивых парах.

– Это точно, – скромно хихикает Терренс.

– Если вы выйдете в свет как влюбленные, то ваши поклонники точно умрут от счастья.

– Пока что об этом рано говорить. Сначала я должен поехать в Лондон, найти ее, доказать, что не виноват в распространении сплетен, и назвать ей имя настоящего виновника. А потом посмотрим. Повезет – хорошо. Не повезет – постараюсь смириться.

– Ну ладно, поживем – увидим, – с легкой улыбкой говорит Наталия. – Только я как не хотела тебе помогать, так и не буду.

– Мне кажется, мы смогли бы договориться.

– Я не предам подругу ни за какие богатства.

– Считай, что ты стараешься для ее счастья.

– Не такого счастья я ей желаю.

– Очень скоро ты поймешь, что лучше меня ей никого не найти.

– На свете много хороших мужчин.

– С хорошими парнями скучно.

– А откуда ты можешь знать, что Ракель нужно?

– Любой девчонке в глубине души нравятся плохие парни.

– Только в итоге они создают семью именно с хорошими. А плохих оставляют для развлечений.

– А я собираюсь доказать, что даже с плохими парнями можно построить крепкие, долгосрочные отношения.

– Вот и посмотрим.

Терренс ничего не говорит и просто скромно улыбается Наталии. А через пару секунд раздается звук, оповещающий о том, что сейчас будет какое-то объявление относительно расписания полетов. И вот мужчина и девушка как раз слышат, что какая-то женщина ровным и четким голосом говорит кое-что, что касается их рейса:

«Уважаемые пассажиры! Самолет, который должен был вылететь еще в восемь тридцать утра и совершить рейс Соединенные Штаты, Нью-Йорк Сити – Великобритания, Лондон , не сможет вылететь в ближайшее время из-за сильного снегопада. К сожалению, этот рейс будет отложен на неопределенный срок до тех пор, пока погода не улучшится . Если вдруг вам нужно временное место проживания, то вы можете обратиться к персоналу аэропорта и попросить их зарезервировать для вас номер в самой ближайшей гостинице. А если вы решите отменить поездку, то у вас полное право сдать свой билет и вернуть деньги или же обменять его на другой. Для этого также обратитесь к сотрудникам аэропорта, которые предоставят всю необходимую информацию и подскажут, что вам нужно делать. Благодарим вас за внимание!»

Это же самое объявление повторяют еще пару раз. А после этого следом сообщают об отмене еще нескольких рейсов. Все те люди, которые надеялись улететь по каким-то своем, очень разочарованы этими новостями и сейчас выглядят растерянными и даже возмущенными. И Терренс с Наталией не являются исключением…

– Вот черт, все-таки отменили ! – хмуро бубнит себе под нос Терренс. – Хотя я до последнего надеялся, что мы все-таки улетим…

– В смысле, отменили? – возмущается Наталия.

– Ну что за невезение! – Терренс резко хлопает рукой по лбу. – Почему именно сейчас? Почему не в какой-то другой день? Почему снегопад не мог начаться после того как самолет приземлится в Лондоне?

– Минуточку! – восклицает Наталия. – Раз мой рейс отменили, это что же получается… Я проторчу здесь еще, черт знает, сколько, времени? Пока эта чертова погода не наладится, а самолеты не смогут нормально летать?

– Ты сама все прекрасно слышала. Так что придется ждать. Возможно, даже и провести здесь ночь или две.

– Что? – громко возмущается Наталия. – Ты это серьезно? Ты это, черт возьми, серьезно ?

– Так, спокойно-спокойно, Наталия! – спокойно отвечает Терренс, приподняв руки ладонями к широко распахнувшей глаза Наталии. – Только не надо беситься, я тебя очень прошу.

– Не надо беситься? Разве я должна радоваться тому, что этот чертов рейс отменили?

– Наталия…

– Да я ради этой поездки встала почти в четыре утра и потратила целый час на сборы. И получается, что все это было зря! Сначала рейс отложили до девяти часов, а теперь его и вовсе отменили .

– Думаешь, я встал поздно ради того, чтобы собраться в дорогу? Нет, милая моя, я проснулся гораздо раньше тебя!

– С ума сойти!

– Ну ничего! Ради благой цели я готов подождать сколько нужно. А как только будет летная погода, то я тут же улечу.

– О нет! – Наталия тихонько стонет, облокотившись на спинку стула и закрыв лицо руками. – Господи, за что мне это? За что? Сначала Ты послал ко мне этого придурка МакКлайфа, а теперь еще и рейс отменили! А все из-за этого чертового снега!

– Ничего страшного не произошло, – уверенно отмечает Терренс.

– Черт, неужели мне все-таки не стоило ехать сегодня? Неужели мне стоило поехать в другой день?

– Наталия…

– Наверное, я зря решила поехать в Лондон. Надо было остаться дома и просто звонить Кэмерон до тех пор, пока она не ответила бы. Или же просто завалить ее сообщениями.

– В любом случае я не сдамся, – уверенно заявляет Терренс. – Я буду ждать столько, сколько нужно, и улечу отсюда любой ценой. Даже если мне придется неделю проторчать в этом аэропорте.

– Неделю? Да ты издеваешься?

– Наталия, успокойся, пожалуйста.

– Твою мать, ну зачем я вообще решила куда-то лететь? Зачем? – Наталия тихо стонет. – Лучше бы я осталась дома и выспалась. А потом куда-нибудь отправилась гулять. Но нет! Я сейчас здесь, собираюсь переться хрен знает куда и из-за этой чертовой погоды вынуждена торчать в этом аэропорту.

– А тебя никто не заставлял это делать, – разводит руками Терренс.

– Если бы я знала, что начнется такой снегопад, то не стала бы все это затевать.

– Ты так говоришь, будто это я виноват в том, что погода нелетная.

– Да ты вообще ходячее проклятие. Как врываешься чью-то жизнь, так все рушится к чертовой матери. Сначала народ возненавидел Ракель из-за ложных сплетен, а теперь я не могу улететь в Лондон.

– Клянусь, я не думал, что все так получится! Никто не объявлял об отмене каких-то рейсов заранее. А если бы я знал, то взял бы билет на другой день.

– Ар-р-р!

– Теперь уже ничего не поделаешь. Нам остается только ждать до тех пор, пока погода не улучшится.

– Да? – раздраженно произносит Наталия. – И сколько нам придется ждать? День? Два? А может, неделю? Такая погода может продержаться еще несколько дней!

– Может, завтра все наладится, и мы наконец-то улетим.

– Завтра ? – Наталия громко усмехается. – Не смеши меня, МакКлайф! Если этот сильный снегопад не прекратится до завтрашнего дня, то это будет конец моей поездки. И в худшем случае я буду вынуждена отмечать Рождество в аэропорту. А не со своей семьей.

– Если ситуация не наладится, то я все-таки сдам свой билет и куплю новый на другой день.

– Да какая разница? Теперь это уже не имеет никакого значения! Ты что не слышал, сколько рейсов они уже отменили! И это наверняка лишь начало! Дальше – больше!

– Наталия!

– Что?

– Если хочешь – можешь забирать свои вещи и уходить отсюда, – хмуро предлагает Терренс, скрестив руки на груди.

– Может, ты сам уйдешь? Может, проклятие МакКлайфа перестанет работать, и я все-таки смогу улететь.

– Ну уж нет! Я не сдамся до тех пор, пока это будет возможно.

– Видно, ты обожаешь искать приключения и создавать себе проблемы.

– Я привык добиваться того, чего хочу, и не сдаюсь ни перед какими трудностями. Никакая отмена рейса не повлияет на мое желание найти Ракель и поговорить с ней.

– Потому что ты – упрямый осел!

– Я же сказал, если хочешь – можешь уходить. Тебя никто не запирает в аэропорту. Бери свой чемодан и езжай домой.

– Ох… – Наталия задирает голову вверх и на пару секунд прикрывает глаза, медленно выдыхая. – Куда ж я теперь уйду? До моего дома ехать минимум полтора часа. А я что-то не хочу тащиться домой с чемоданом, который вчера собирала весь вечер.

– Вот и сиди здесь, – спокойно произносит Терренс. – Делай что хочешь. Мне все равно.

Терренс отводит взгляд от Наталии и начинает осматриваться по сторонам, сильно нахмурившись и задумавшись о чем-то своем. Сама же девушка несколько секунд хмуро смотрит на мужчину, а затем резко выдыхает, встает со своего места и решает что-нибудь съесть, поскольку она чувствует себя довольно голодной. Да и ей просто хочется уйти для того, чтобы не ухудшить и без того напряженную ситуацию и не разругаться с человеком, с которым ей возможно придется провести долгую, непростую дорогу.

***

Ракель решает отправиться в город после того как она покинула дом Жаклин Андервуд, куда приходила вместе с Алексис, чтобы узнать нужную информацию. Девушка с самого начала предчувствовала что-то нехорошее и поняла, что была права, когда встретилась с богатой девочкой, которая презрительно смотрела на нее и всем видом давала понять, что ненавидит ее. Только лишь когда она ушла из того дома, ей стало намного легче.

А спустя некоторое время Ракель вообще забывает о том, что произошло в том доме, и уже не надеется, что Жаклин станет в чем-то помогать ей и просить своего отца разузнать что-нибудь о тех, кто сообщил полиции о краже ценных вещей. Вместо этого она сосредотачивается на проблеме своей тетушки Алисии. Над ситуацией, что становится все сложнее и сложнее с каждым днем.

«Боже, как же все сложно… – медленным шагом гуляя по городу и иногда бросая взгляд по сторонам, с тревогой в душе думает Ракель. – Я все больше начинаю сомневаться в том, что мне под силу что-то сделать. Элеанор Вудхам решительно настроена уничтожить мою тетю Алисию и не оставит ее в покое, пока не добьется своего. Она чувствует себя безнаказанной из-за своей известной фамилии. Из-за своего отца, который в свое время прославил ее. Так что тетя может быть абсолютно права в том, что мы ничего не сможем сделать.»

Ракель тяжело вздыхает.

«Интересно, из-за чего эта женщина так сильно обозлилась? – недоумевает Ракель. – Не может быть все дело только лишь в ситуации с той пострадавшей девочкой и выплатой денег. Либо все это выдумка тети, либо помимо этого есть какая-то еще тайна. Возможно, когда-то давно тетя очень сильно обидела эту женщину, а та не может этого простить. Не знаю, как, но я уверена, что их что-то связывает на протяжении долгого времени. И что-то мне подсказывает, что если я узнаю всю правду, то эта новость станет для меня огромным шоком.»

Ракель обнимает себя руками и на секунду бросает взгляд на мужчину и женщину среднего возраста, проходящие мимо нее и с интересом что-то обсуждающие с парой доверху набитых пакетов в руках.

«И да, очень странно, что в последнее время моей тете никто не угрожал… – слегка хмурится Ракель. – По крайней мере, она сама говорила, что раньше получала угрозы почти каждый день любым способом: будь то телефонные звонки, будь то какие-то письма… Но пока что все спокойно…»

Ракель слегка прикусывает губу.

«Неужели эта женщина решила залечь на дно и готовит еще более сокрушительный удар? – задается вопросом Ракель. – Что если Элеанор еще объявится и будет действовать гораздо решительнее и жестче. Это то, что люди называют затишьем перед бурей?»

Ракель закидывает на плечо ремешок своей сумочки, который с него сползает.

«Плохо, что тетя даже не попыталась написать заявление в полицию и обвинить ту женщину в запугивании и преследовании, – думает Ракель. – Да, я прекрасно понимаю, что тетя Алисия испугалась за свою жизнь… И понимала, что это может сделать хуже или ни к чему не привести. Но как бы Элеанор узнала о том, что она написала на нее заявление? Наверняка, ее семья не такая всемогущая! Вдруг они только лишь хотят казаться такими? Хотят, чтобы все боялись и пискнуть! Да, может, лет двадцать назад их здесь все знали, но кто знает их сейчас? Лишь единицы! Например, Лекси почти ничего не знает про того Гильберта, но кое-что слышала про Элеанор. »

Ракель тяжело вздыхает, все еще продолжая медленным шагом идти по многолюдной улице мимо различных магазинов.

«Черт, моя тетя сто процентов не рассказала мне что-то очень важное, – думает Ракель. – Возможно, это «что-то» и является главной причиной всех бед моей тетушки. Я уверена, что ее тайна смогла бы объяснить если не все, то, по крайней мере, очень многое. Могла бы раскрыть истинную причину, по которой Элеанор преследует мою тетю. По которой приказала своим людей угрожать ей всеми возможными способами! Всему этому должно быть какое-то объяснение… Должно…»

Ракель еще некоторое время думает над сложившейся ситуацией. Но потом, так ничего и не решив, она решает ненадолго отвлечься от этих мыслей и занять себя чем-нибудь, чтобы не мучить себя всеми возможными догадками.

«Ладно, подумаю об этом позже, – решает Ракель. – Все равно я пока что ничего не смогу решить. Только зря буду переживать и накручивать себя.»

Ракель резко выдыхает.

«Лучше пока схожу в магазин и куплю что-нибудь к ужину… – думает Ракель . – А то тетя Алисия в последнее время что-то не очень охотно куда-то ходит. Еще ни разу не предложила мне поехать куда-нибудь в город. Хотя обещала. Много раз обещала…»

Ракель качает головой.

«Господи, чего она так боится? – недоумевает Ракель. – Каким образом моя тетя навредила Элеанор Вудхам, раз она так боится ее? Какую тайну она от меня скрывает? Почему не хочет рассказывать всю правду о том, что связывает ее с той женщиной? »

Ракель тихо вздыхает и отправляется в один из самых популярных супермаркетов, чтобы купить что-нибудь вкусное и, возможно, немного побаловать себя любимую. Ну или же просто взглянуть на то, что уже давно начали продавать во всех возможных магазинах в то время, когда до всеми любимого праздника Рождества остаются считанные дни. А где-то по пути она проходит мимо каких-то незнакомых ей людей, что бурно обсуждают то, что все еще сильно ранит ей сердце. То, что она никак не может забыть, поскольку об этом ей напоминают практически каждый день. Правда, в этот раз ей удается остаться незамеченной и не быть узнанной кем-то из тех, кто продолжает поливать ее грязью, веря во всю ту чушь, что про нее пишут и говорят.

***

Тем временем Алисия сидит дома в полном одиночестве и смотрит телевизор, постоянно переключая каналы с помощью пульта, поскольку не показывают ничего того, что могло бы заинтересовать ее. Дойдя до канала, на котором показывают передачу про новости из жизни звезд, она решает немного посмотреть ее и узнать, что говорят про ее племянницу Ракель.

Правда, в передаче не сообщают ничего хорошего, что могло бы обрадовать женщину. Пресса все еще продолжают поливать невинную девушку грязью и обсуждать ее в негативном свете, утверждая, что она просто сбежала от позора и боится показать себя. Журналисты умудрились раздуть огромный скандал, связанный с именем этой когда-то всеми любимой модели, и не перестают практически каждый день строчить новые статьи и пускать в эфир репортажи. Впрочем, все они практически ничем не отличается друг от друга и рассказывают обо одном и том же.

– Господи, да угомонитесь вы там уже! – возмущается Алисия, слушая все, что говорят про Ракель в одной из передач. – Совсем что ли обалдели? Моя племянница совершенно здорова! У нее нет никаких психических отклонений! И никогда не было! Хватит придумывать всякую чушь!

Алисия тихонько рычит.

– Оставьте мою девочку в покое, гады! – требует Алисия. – Ей и так сейчас несладко, а вы делайте ей только хуже. Сколько вам заплатил тот подонок, который боится показать себя миру, раз вы каждый день строчите целые статьи о якобы ужасном поступке моей племянницы? Неужели у вас там больше некого обсудить? На Ракель свет клином сошелся?

Алисия резко выдыхает, выключает телевизор, бросает пульт на диван, медленно встает с него и начинает нервно ходить по всей своей комнате, скрестив руки на груди.

– Надоели гады! – хмуро бросает Алисия. – Просто надоели! Правильно мистер Кэмерон все это время был так против того, чтобы Ракель связывалась с модельным бизнесом. Да и вообще, становилась знаменитой личностью! Вон что происходит! Только и ждут, когда моя девочка объявится, чтобы поиздеваться над ней.

Алисия прикладывает руку ко лбу.

– Кстати, удивительно, что в здесь, в Лондоне, ее не преследуют репортеры или папарацци, – задумчиво говорит Алисия. – Либо у нас их не так уж и много, либо Ракель так хорошо умеет прятаться от них. Думаю, оставшись она дома, они бы слетелись к ней, как мухи, и начали бы доставать ее своими расспросами и оскорблениями.

Алисия подходит к окну, все еще держа руки скрещенными на груди, и начинает наблюдать за тем, что происходит за пределами ее квартиры.

– Хорошо, что я предложила ей приехать ко мне и переждать бурю в более спокойном месте, – спокойно говорит Алисия. – Тем более, что сейчас ей не нужно пытаться как-то оправдывать себя за то, чего она не делала. Я не думаю, что ее словам кто-то поверит. Сейчас все слишком разозлены и возбуждены… Не могут адекватно оценить ситуацию.

Алисия устало вздыхает.

– Может быть, со временем все постепенно наладится, – предполагает Алисия. – Но на данный момент ей лучше ничего не предпринимать и сидеть тихонько в своем уголке. Люди потом сами забудут об этом скандале, а пресса просто потеряет к нему интерес, выберет себе другую жертву и начнет строчить статьи про нее. И тогда Ракель сможет выдохнуть с облегчением и работать над тем, чтобы восстановить свою репутацию.

Алисия немного поправляет свои очки на переносице.

– А вообще я считаю, что ей пора уже завязывать с этим делом, – уверенно говорит Алисия. – Пора наконец браться за ум! Пора искать себе мужа, рожать детей и становиться хранительницей очага. Эта девочка точно доиграется, если будет и дальше воротить нос. Скоро разберут всех женихов, и ей ничего не останется. Все! Поработала немного и получила достаточно денег – хватит! Теперь можно расслабиться и подумать о создании семьи.

Алисия тяжело вздыхает.

– Только обидно, что моя девочка совсем не слушает меня и своего деда, – с грустью во взгляде добавляет Алисия. – Не понимает, что ее время очень скоро уйдет. Думает, что сможет выйти замуж хоть в сорок лет. Ох… Вот как ей объяснить, что замуж надо выходить рано, лет в восемнадцать? Как заставить понять, так положено? Что женщина не может быть одна! Это неправильно! Неправильно, что моя племянница так одержима своей карьерой и ставит ее выше всего.

Алисия качает головой и бросает короткий взгляд на небольшую картину, что висит в ее комнате.

– Не дай бог, она останется одна и потом до конца своих дней будет жалеть о том, что не слушала меня и своего деда, – задумчиво говорит Алисия. – Не дай бог… Я не хочу для нее такой участи. Господи, не позволь этому случиться. Не позволь…

А пока Алисия отчаянно молится о том, чтобы Ракель наконец-то нашла себе мужа и стала матерью хотя бы одного ребенка, в какой-то момент гостиной неожиданно начинает звонить стационарный телефон. Женщина сначала слегка вздрагивает от неожиданности, а потом быстрым шагом подходит к нему, берет трубку в руки и нажимает какую-то кнопку, чтобы ответить на нежданный звонок.

– Алло, я слушаю, – спокойно произносит Алисия.

– Привет, Алисия, – раздается не очень приятный женский голос. – Как дела? Смотрю, тебя там еще не хватил удар от переживаний и страха.

– Э-э-э, простите… – слегка нахмурившись, недоумевает Алисия.

– Неужели ты меня уже не узнаешь? Совсем что ли памяти не стало? Или же ты просто делаешь вид, что не знаешь?

– Э-э-э…

– А ведь всем известно, что нельзя забыть прошлое, как бы сильно ты ни старалась. Нельзя стереть его из своей памяти и памяти некоторых людей, с которыми оно связано. Его отголоски всегда будут преследовать тебя и в буквальном смысле душить. Ты до конца своих дней будешь расплачиваться за все грешки, которые совершила много-много лет назад.

Алисия пару секунд ничего не говорит и о чем-то призадумывается. А потом она немного напрягается из-за того, что узнает ту, которая ей позвонила.

– Ах да… – кивает Алисия. – Это ты …

– Ну вот, дорогая моя, наконец-то, – уверенно произносит женщина.

– Как же я могла не узнать тебя? Узнать ту, женщину, что уже почти двадцать лет не может успокоиться и забыть обо мне…

– Прошлое всегда будет преследовать тебя. Где бы ты ни была. А я не успокоюсь, пока ты, гадина, не ответишь за причиненную мне боль.

– Зачем ты звонишь мне? – сухо спрашивает Алисия, стараясь не подавать виду, что она взволнована и напугана звонком этой женщины. – Я уже давно все тебе сказала и не желаю разговаривать или пересекаться с тобой где-то на улице.

– А меня не волнуют твои желания. Меня волнует только то, что ты обязана ответить за все свои грязные делишки, которые совершила в прошлом.

– Что, неужели ты снова захочешь прислать ко мне своих амбалов, чтобы они перевернули всю мою квартиру верх дном? Чтобы они все-таки избили меня до полусмерти?

– Что, дорогая моя, испугалась ? – ехидно усмехается женщина. – Было страшно, когда у твоего горла был холодный ножик, который запросто мог перерезать его?

– Посмотрела бы я на тебя, если бы кто-то приставил нож к твоему горлу.

– Этого не будет. Меня охраняют самые лучшие и опытные люди, которые никому не позволят подойти ко мне и что-то со мной сделать.

– А жаль! Очень жаль.

– Только не надо винить меня во всем, что происходит. Ты сама навлекла на себя беду.

– Я ни в чем не виновата.

– О, еще как виновата. Надо было раньше думать, прежде чем связываться со мной. С женщиной, которая раздавит тебя, как горошину.

– Все твои действия не имеют никакого смысла.

– Это ты так думаешь. Но на самом деле это не так.

– Неужели ты и правда будешь счастлива, если уничтожишь меня? Если твои амбалы грохнут меня на твоих глазах?

– Очень, – уверенно заявляет женщина. – Я буду безумно счастлива знать, что мерзкая тварь, которую до смерти ненавижу, наконец-то уничтожена.

– Занялась бы лучше своей жизнью вместо того чтобы портить чужую.

– А ты не указывай мне, что делать.

– Ты точно ненормальная…

– К тому же, хочу еще раз напомнить тебе, что такая же участь постигнет и твою любимую племянницу.

– Что ты сказала? – возмущается Алисия, крепко сжав свободную руку в кулак. – Что ты сказала?

– Что слышала, – невинно улыбается женщина. – Я буду очень рада, если твоя племянница тоже сдохнет.

– Не выводи меня из себя, ядовитая ты гадюка. А иначе ты сильно пожалеешь.

– Да-да, я знаю, что ты не хочешь, чтобы с твоей любимой племянницей что-нибудь случилось. Но увы, ей не удастся избежать встречи со мной. Не избежать того, что ждет ее в самое ближайшее время. Она может пострадать в любой момент.

– Закрой свой рот, мерзавка. Закрой!

– Я хорошо знаю, что эта девчонка живет у тебя. Да и даже если ты захочешь спрятать ее в другом месте, я все равно найду ее. И прикажу своим людям немедленно привести эту девчонку ко мне. А одно мое слово – и она будет уничтожена за считанные секунды.

– Ты и пальцем ее не тронешь!

– К тому же, я в курсе всей той ситуации, о которой сейчас все только и говорят. Знаю, что все считают ее эгоистичной тварью, которая совсем обезумела от славы и всеобщей любви.

– А ты обезумела от своей бессмысленной мести!

– Не груби мне, Алисия. А иначе сдохнешь раньше, чем я планирую тебя убить.

– Не смей, гадина… – сквозь зубы цедит Алисия, еще крепче сжав свободную руку в крепкий кулак. – Не смей трогать мою племянницу, слышишь! Я тебе не позволю!

– Перестань, дорогая моя. Как бы ты ни старалась, твоей племяннице не удастся избежать своей участи.

– Ты можешь сделать со мной все, что тебе захочется. Хочешь – убивай! Пожалуйста! Но не смей трогать Ракель. Не смей трогать никого из членов моей семьи!

– Так у тебя же только племянница и осталась! – ехидно усмехается женщина. – Или я не знаю еще о ком-нибудь? О ком-то, кого тоже следовало бы отправить на тот свет?

– Заткнись, гадюка! Если с моей племянницей что-то случится, то я никогда тебе не прощу этого. Клянусь, я заставлю тебя заплатить за это! Ты пожалеешь о том, что сделала! Клянусь!

– Ты мне угрожаешь? – Женщина громко смеется. – Ты что, глупенькая, совсем берега попутала? Это же я, Элеанор! Элеанор Вудхам! Член одной из самой властной семьи в Лондоне. Дочь покойного Гильберта Вудхама, которого все любили и уважали! Которого люди до сих пор помнят!

– То, что ты принадлежишь известной семье Вудхам, еще не означает, что все должны бояться тебя.

– Неужели ты забыла, на что способны Вудхамы, чтобы уничтожить любого, кто им помешает?

– Если бы Вудхамы и правда были такими могущественными, я бы сейчас была совершенно в другом месте и отвечала на свои ошибки молодости.

– Не ответила тогда – ответишь сейчас!

– Это мы еще посмотрим!

– Ах, Алисия, Алисия… – с хитрой улыбкой вздыхает Элеанор, покачав головой. – Какая же ты дура … Безмозглая дура! Вроде тебе уже сорок семь лет, а мозгов у тебя столько же, сколько было и в восемнадцать-двадцать.

– Нет, Элеанор, это ты никак не повзрослеешь. Сама уже давно не молоденькая девочка. Ты все еще живешь прошлом и не хочешь двигаться дальше.

– Потому что я не готова смириться с той несправедливостью, с которой столкнулась.

– Твоя месть не нужна никому, кроме тебе самой.

– Она нужна моей семье! Моей семье, которая до сих пор проклинает тебя за то, что ты сделала.

– В таком случае советую вам обратиться к хорошему психологу и поработать над этим вопросом.

– Не указывай мне, что делать, Алисия, – грубо бросает Элеанор. – Хочешь ты этого или нет, но я заставлю тебя ответить за все твои грешки. За грехи прошлого, которое ты так не хочешь вспоминать. Все те грехи прошлого – твой вечный камень на шее.

– И которое ты не хочешь забыть.

– И да, раз ты у нас жалкая нищебродка, которая никогда не будет держать в руках огромные деньги, то так и быть. Можешь забыть про те деньги, которые я с тебя потребовала. Которые мой папуля однажды одолжила семье моей лучшей подруги, чуть не отправившаяся на тот свет и ставшая калекой по твоей чертовой вине.

– Вот как! – удивленно произносит Алисия.

– Да, милочка, можешь подавиться теми грошами, которые мои люди сперли из твоего кошелька. Мне больше неинтересно пытаться вытаскивать их из тебя клещами. Такими темпами я и к старости не получу всю сумму.